– И Ашер. Да. Так что – нет, Веллант. Не устраивает – можешь лишить меня титула принца. И расхлёбывать проблемы с Вальмором, Долиной и прочими землями, где тебе вдруг понадобятся наши с Ашером армии – сам.
Я поднялся из-за стола.
– Спасибо за ужин, – я поклонился Ярине, с беспокойством наблюдавшей за нашей перепалкой, – Ваше Величество, – и направился на выход из трапезной, с трудом сдерживая магию.
Только удара Гравийным мраком сейчас не хватало. Позади скрипнул стул. Ашер последовал за мной. Он как заблудившийся мальчишка. И я не винил его за это. Ему всегда было сложно выбрать сторону, когда ссорились мы с Веллантом. Мне часто приходилось гасить их перепалки.
– В «Танцующем угле» ещё бывают русалки? – процедил я.
Ашер нахмурился, вздохнул и кивнул. Мы направлялись на Пепельный рынок. Самую гнусную часть Нордграда. Где ютятся воры, заядлые игроки в карты. Примечательный бордель. И правит всем этим хаосом мой младший брат. Ворон.
Хлоя. Королевство Гримхольм. Нордград. Октябрь 1577 года от победы над духами Хаоса.
В трапезной повисла такая тишина, что было слышно даже дыхание слуг, стоявших у стен тенями. Король досадливо прикрыл глаза, устало потёр пальцами брови. Стол покрыли ледяные узоры. Ярина осторожно протянула руку и слегка сжала ладонь Велланта. Он перевёл на неё взгляд, полный нежности, кивнул.
– Простите за маленькую семейную перепалку, – мягко улыбнулась королева.
– Как видите, ответ пока я не готов вам дать, – усмехнулся король и развёл руками.
– Приношу свои извинения, что напираю, – опустив взгляд, произнёс отец. – Я просто хочу уберечь дочь.
Не сдержалась, фыркнула, закатила глаза и отвернулась от него. Мама бросила на меня строгий взгляд.
– Но хорошо ли пытаться уберечь её, не спросив об этом саму Хлою? – заметила Ярина.
Отец горько улыбнулся, взял бокал и сделал глоток вина.
– Я понимаю, как это выглядит со стороны – но я не торгую счастьем дочери. Одну я уже потерял. Повторения не допущу. Именно поэтому мне хочется знать, что рядом с Хлоей будет кто-то сильный, способный её защитить. А одного имени Его Высочества Рейнара достаточно, чтобы враг подумал – стоит ли вступать в бой. Да и ваш младший брат, Ваше Величество, не такой, каким может показаться на первый взгляд. Я знаю, что и на юге с уважением поглядывают на него. Ведь проведённая им кампания дала блестящие результаты.
Остриё кинжала полоснуло сердце. Именно так я всегда воспринимала потерю сестры. Мы росли вместе. Были лучшими подругами. И именно она должна была стать наследницей Долины. Ей эта роль подошла куда бы больше, чем мне. Она была спокойна, начитана. Легко вела разговоры на любые темы. Понимала семейное дело. Но в одну ночь всё изменилось. Она пропала. А потом её нашли в степи. Мёртвую. Обесчещенную.
И ужас поселился в нашем доме на целый год. Отец постарел за одну ночь. Мама не разговаривала несколько месяцев. А я… я не знала, куда себя деть. Мне было только семнадцать, когда случилась трагедия. Меня никогда не готовили к судьбе хозяйки Железной Долины. Я росла свободной. Помимо боли от потери понимающего меня с полуслова человека, на мои плечи вдруг легло бремя наследия.
Потом был бал в Железном Троне – столице Железных земель. И там я была представлена ко двору. Встретила Сигурда. Всё изменилось. Вот только мой выбор взбесил отца. Хотя младший принц Железных не менее достойная партия, чем Гримвальды.
– В довесок к военным достижениям моих братьев идут их характеры, – улыбнулся король. – И поверьте, сопряжение с Хаосом легче пережить, чем упрямство моего среднего брата или бунт младшего. Хотя о чём я? Они уже продемонстрировали свои умения.
Отец усмехнулся.
– У моей дочери тоже, знаете ли, характер не сахар, – покосился на меня.
Я прожгла его взглядом. Веллант скрыл улыбку за бокалом, поглядывая на меня с хитростью. Нахмурилась, а потом до меня дошло, что он знает… о той ночи.
Ашер…
Да побрал бы Хаос младшего принца!
К щекам прилила кровь. Я довольно поспешно схватила бокал и попыталась потушить пожар смущения вином. Не помогло.
– Но и в случае если этот вопрос не решится – Долина станет лакомым кусочком после моего ухода. Лорды попытаются её заполучить. Для вас это станет головной болью, – добавил отец.
Веллант кивнул.
– Знаю. Поверьте, мне известно, как бывает, когда другие выжидают случая воспользоваться слабостью и урвать кусок пожирнее. Но скажу вам также, что женщины порой могут управлять землями не хуже. Если вам удалось пообщаться на свадьбе с прабабкой моего брата – Морвеной, то вы поймёте, о чём я. Её супруг умер довольно рано, но она не передала Скайхольм своему сыну. И прекрасно правит им сама, – пожал плечами король.
– Гроза королей? – улыбнулся отец.
– Она самая, – со вздохом произнёс Веллант.
– Наслышан. Жаль, удовольствия пообщаться не выпало, – добавил папа.
– Считайте это счастливым случаем, – помотал головой король.
Я перевела на Велланта задумчивый взгляд. Этот мужчина удивлял меня всё больше: короновал жену, сделав её равной, и сейчас намекал, что я могу править сама? Что не так с этим Гримвальдом? Он просто рушит канон патриархата. В Железных землях женщин, конечно, не лишают права голоса, как в том же Аурионе. Но всё равно решают всё мужчины.
Постаралась не тряхнуть головой, чтобы не привлечь внимания. Нельзя мне думать об этом. Иначе выстроенное представление о мире и Гримвальдах может рухнуть. И Сигурд окажется не таким уж и сказочным принцем. А я верила в него.
Ужин закончился, и мы переместились в гостиную, где королева присела за пианино. Из-под её пальцев лилась мягкая мелодия. Отец и король завели разговор о доходах Долины, обсуждали налоги и новые перспективы развития.
– Вы любите музыку, Хлоя? – обратилась ко мне Ярина, пальцы её всё порхали по клавишам.
– Да. Но пианино я не обуздала. Скрипка – мой инструмент, – произнесла я, подходя ближе и с грустью проводя пальцами по чёрному полированному дереву.
– А я не смогла покорить скрипку, – улыбнулась королева.
– Если бы это случилось, боюсь, мы бы не услышали столь прекрасное исполнение. Но я не узнаю композицию…это что-то новое? – нахмурилась я вслушиваясь.
– Собственное сочинение, – скромно ответила девушка. – Музыка помогает пережить многое.
Я стояла и слушала мелодию. Разговор смолк. Король подошёл к пианино, присел рядом с женой, и его пальцы коснулись клавиш. В мелодии появились звенящие ноты, что менялись тёплыми. Не музыка – история их любви. И мне даже стало неловко находиться рядом.
Они так легко читали друг друга, дополняли, смягчали или давали силу. Могла ли я сыграть такую же мелодию с Сигурдом? Что-то задрожало внутри. Только клинками. Ему было забавно, что я разбираюсь в оружие. Но мы никогда не говорили о другом. О музыке. Истории. Любви.
Нет, он говорил о своих чувствах. Но о будущем ни слова.
«Интересно, а Рейнар любит музыку? Или его тоже интересует лишь оружие?», – мысль закралась в голову так неожиданно, что я испугалась. Ущипнула себя за руку.
Нельзя даже думать об этом. Этот принц мне неинтересен. Если только как союзник против брака. И поговорить об этом нужно незамедлительно. Сегодня. Найти его покои. Дождаться возвращения и обсудить такой союз. Да. Именно так. Стоит лишь держаться на расстоянии. Чтобы не повторилась ночь в Железной Долине…
Рейнар. Королевство Гримхольм. Нордград. Пепельный рынок. Бордель «Танцующий уголь». Октябрь 1577 года от победы над духами Хаоса.
Новая кружка «Медовой зари» – опасного своим опьяняющим эффектом напитка. В один момент ты сидишь трезвым, а в другой, утром – не помнишь, что было ночью. Но я был зол и хотел забыться. Опека старшего брата начинала давить, как могильная плита. Он перешёл черту.
– Ворон, а женщин в этом заведении уже не подают? – приподнял я бровь на Ашера, что наблюдал за мной тёмно-янтарными глазами.
Беспокойство. И оно тоже раздражало.
Я снял паралич с его голосовых связок ещё на подходе к Пепельному рынку. Когда Ашер схватил меня за плечо, активно жестикулируя, возмущаясь взглядом, указывая на корону теневого короля и на сам Пепельный рынок. Здесь не привыкли, чтобы Ворон молчал. Хоть его маска повесы и здесь была на месте, но он умел осаживать словом, не хуже клинка.
– Ты о шлюхах, что ли? – нахмурился Ашер. – Даже не думай. Завтра ты ничего не вспомнишь, но срамные болезни останутся. А это не то, что красит принца. И уж тем более благородного воина вроде тебя.
– Себе ты в таком удовольствии не отказываешь, – хмыкнул я, закидывая ноги на стол, утопая в кресле и бросая взгляд на соседний уголок, где на коленях тёмного уже хихикала русалка.
Внешне они мало чем отличались от людей. Но голосом могли очаровать любого.
– Ой, ты же не веришь, что я действительно опустился до такого? Править борделем и пользоваться услугами этих девочек – не одно и то же, знаешь ли.
– А тебя вообще не смущает, что они торгуют телом, а ты имеешь с этого доход? – подковырнул я.
Ашер…нет, не Ашер. Сейчас здесь был Ворон. Тот самый, слов которого бояться даже короли. Ведь он видит глубже, чем могло бы показаться. А сеть, сплетённая им, уже расползалась за пределы Гримхольма. И я знал, что мой брат и младший принц Маридора партнёры в этом деле. Гаспар всё больше погружался в теневую часть правления. Но не переживал о возможном предательстве. Принц Маридора верный друг моего брата. Да и Ашер не так глуп. И я гордился этим.
Неосознанно мы с Веллантом всегда пытались защитить Ашера. Но он и не нуждался в нашей защите. Иногда ему требовалось, лишь чтобы рядом был кто-то, кто остановит его от собственного разрушения. В остальном он справлялся даже лучше нас.
– Ни в одном моём борделе нет тех, кто работает по принуждению. Часть девочек укрыты здесь от тиранов-мужей, часть скрывается от преследования властей других стран, другая часть получает хорошие деньги и не умирает с голода, – пожал плечами Ворон.
Мимо, грациозно покачивая бёдрами, прошла девушка. Бросила на меня взгляд, хищно улыбнулась, подмигнула. Повернул голову, наблюдая, как она удаляется, как каштановые волосы, мягко спускаются на спину, переливаются в свете свечей. Залпом допил содержимое кружки, поставил её на стол, схватил другую. Пожар внутри не угасал. Разгорался с новой силой. Да только это уже была не злость на Велланта, а желание. То, проснувшееся в Железной Долине. Разбившее мой щит вдребезги.
– Почему ты вообще согласился на предложение Алдрика Винтергорна?
Я вздохнул, проводя по запотевшему стеклу пальцами.
– Его старшую дочь изнасиловали и убили. Он знает имя насильника, но не смог ничего сделать. Теперь не хочет повторения этого для младшей дочери.
– Хлои. Или её имя тебе тяжело называть? – на губах брата появилась лёгкая улыбка, а в глазах мелькнула хитрость.
– Ой, давай без этого. Я не обезличиваю, как Веллант. А называю вещи своими именами. И завязывай строить из себя сводника. Иначе я отправлюсь пить в Сумеречный квартал, куда тебе нельзя из-за жаркой ночи с той аристократкой.
– Туше.
Ворон улыбнулся. Но я знал, что он не отступит. Месяцы в Долине покажутся годами.
– Но не лучше ли тебе в таком случае жениться на ней? Пусть даже и формально. Хотя…куда там формально. Между вами так искрит, что даже с печатью огня рядом находиться страшно.
Впился в него взглядом. Ашер спокойно выдержал его, улыбаясь, попивая вино.
– Чтобы она всю жизнь ненавидела меня за навязанный брак? Нет, Ворон, я… – это лишь отговорка. На самом деле я боялся другого. Бесстрашный воин, что дрожит перед своей тайной. Боится, увидеть разочарование, что появится в глазах других, когда они узнают. Сглотнул. – Я не хочу портить ей этим жизнь.
Допил содержимое и следующей кружки. Какая же она по счёту? Да в Хаос этот подсчёт. Легче всё равно не становилось. Ворон постучал пальцами по бокалу, задумчиво огладил его.
– Он сломал нас всех, Рейнар. И ты боролся как мог. Но Харальд сдох. Пора уже сложить оружие. Веллант усмирил своих демонов. И тебе пора.
Я усмехнулся.
– Ты своих не собираешься усмирять. Когда наберёшься смелости спуститься к матери в склеп?
Ашер отвёл взгляд. Я ударил по больному. Он винил себя в смерти Сванхильд. И после похорон ни разу не посетил её могилу. Каждую годовщину её смерти он уходил в себя. Не пил. Снимал маску шута. И тихо выл от боли в своей комнате. Не подпуская никого.
– Я так радовался, когда он умер. Думал, что станет легче, – тихо произнёс я, ставя пустую кружку на стол. В глазах уже плыло. И тело плохо слушалось. – Но внутри осталась пустота. Никакого удовлетворения. Нужно было отравить его. Ещё до того, как он уничтожил последнее, что было хорошего в нашем детстве.
– Чтобы всю жизнь потом мучиться от угрызений совести? – приподнял бровь Ашер. – Веллант не казнил бы тебя. Кто из нас не желал смерти Харальду? Но ты бы задохнулся в собственных муках. Он наш отец. Как это ни прискорбно. И она учила, что отцеубийство – это грех.
Я отвёл взгляд. Мысли туманились. Ещё немного и я не буду себя контролировать. И скажу больше. И так уже многое сказал.
– Но я рад, что перед смертью он помучился. Его крики по ночам – были усладой для моих ушей, – улыбнулся Ашер. – Хорошо, что подагра не смотрела на его титул. И забрала его раньше, чем он уничтожил нас окончательно.
Я сжал челюсти. Кивнул.
– Пойдём домой, – пробормотал я.
Ворон отставил бокал, поднялся на ноги. Я попытался тоже встать. Повело. Ашер в мгновение оказался рядом, закинул мою руку на плечо.
– В следующий раз – ссорься со мной и пей с Веллантом. Он покрепче. А я спину сорву, пока дотащу тебя до замка, – ворчливо заметил брат.
Я рассмеялся, откинув голову.
Вот только путь до замка показался мгновением. Я успел поспать в карете, которая уже ждала нас у борделя, но не протрезветь окончательно.
– До своего крыла доберёшься? – критично осмотрел меня Ашер.
– Да. Но я подумываю о продолжении. Бери вино и приходи в мою комнату, – бросил, сворачивая в коридор, ведущий в мои покои.
– Я иногда забываю, сколько ты пьёшь на самом деле…– пробормотал брат удаляясь.
Тело уже слушалось. Но мысли туманились. Дошёл до комнаты, открыл дверь и замер на пороге. Аромат шалфея, как наваждение, ворвался, вскипятил кровь. Я сглотнул, прошёл в гостиную. Огонь в камине почти догорел. Но наличие крови теневых давало мне преимущество перед людьми – я прекрасно видел в темноте.
И поднявшуюся из кресла девушку я не смог бы не узнать, даже будучи пьяным в стельку. Мысленно простонал, чувствуя, как желание накрывает разум. Я не в том состоянии, чтобы сопротивляться ему.
– Я хотела поговорить с вами, – начала она, вскидывая подбородок.
– Зря, – вздохнул я.
– Даже не выслушаете меня? – возмутилась она.
Прислонился к двери, стараясь держать себя в руках. А хотелось подойти к ней. Зарыться пальцами в мягкие локоны. Почувствовать её губы на своих. Провести языком по её нежной коже. Кровь устремилась в пах. Я сжал переносицу и постарался дышать. Вот только шалфей дразнил всё больше.
– О чём? Жениться я не собираюсь. Можешь быть спокойна.
– Но тема не закрыта. И мой отец продолжит давить. Я хотела договориться. Вы тоже не желаете этого брака.
Я поднялся из-за стола.
– Спасибо за ужин, – я поклонился Ярине, с беспокойством наблюдавшей за нашей перепалкой, – Ваше Величество, – и направился на выход из трапезной, с трудом сдерживая магию.
Только удара Гравийным мраком сейчас не хватало. Позади скрипнул стул. Ашер последовал за мной. Он как заблудившийся мальчишка. И я не винил его за это. Ему всегда было сложно выбрать сторону, когда ссорились мы с Веллантом. Мне часто приходилось гасить их перепалки.
– В «Танцующем угле» ещё бывают русалки? – процедил я.
Ашер нахмурился, вздохнул и кивнул. Мы направлялись на Пепельный рынок. Самую гнусную часть Нордграда. Где ютятся воры, заядлые игроки в карты. Примечательный бордель. И правит всем этим хаосом мой младший брат. Ворон.
Глава 9
Хлоя. Королевство Гримхольм. Нордград. Октябрь 1577 года от победы над духами Хаоса.
В трапезной повисла такая тишина, что было слышно даже дыхание слуг, стоявших у стен тенями. Король досадливо прикрыл глаза, устало потёр пальцами брови. Стол покрыли ледяные узоры. Ярина осторожно протянула руку и слегка сжала ладонь Велланта. Он перевёл на неё взгляд, полный нежности, кивнул.
– Простите за маленькую семейную перепалку, – мягко улыбнулась королева.
– Как видите, ответ пока я не готов вам дать, – усмехнулся король и развёл руками.
– Приношу свои извинения, что напираю, – опустив взгляд, произнёс отец. – Я просто хочу уберечь дочь.
Не сдержалась, фыркнула, закатила глаза и отвернулась от него. Мама бросила на меня строгий взгляд.
– Но хорошо ли пытаться уберечь её, не спросив об этом саму Хлою? – заметила Ярина.
Отец горько улыбнулся, взял бокал и сделал глоток вина.
– Я понимаю, как это выглядит со стороны – но я не торгую счастьем дочери. Одну я уже потерял. Повторения не допущу. Именно поэтому мне хочется знать, что рядом с Хлоей будет кто-то сильный, способный её защитить. А одного имени Его Высочества Рейнара достаточно, чтобы враг подумал – стоит ли вступать в бой. Да и ваш младший брат, Ваше Величество, не такой, каким может показаться на первый взгляд. Я знаю, что и на юге с уважением поглядывают на него. Ведь проведённая им кампания дала блестящие результаты.
Остриё кинжала полоснуло сердце. Именно так я всегда воспринимала потерю сестры. Мы росли вместе. Были лучшими подругами. И именно она должна была стать наследницей Долины. Ей эта роль подошла куда бы больше, чем мне. Она была спокойна, начитана. Легко вела разговоры на любые темы. Понимала семейное дело. Но в одну ночь всё изменилось. Она пропала. А потом её нашли в степи. Мёртвую. Обесчещенную.
И ужас поселился в нашем доме на целый год. Отец постарел за одну ночь. Мама не разговаривала несколько месяцев. А я… я не знала, куда себя деть. Мне было только семнадцать, когда случилась трагедия. Меня никогда не готовили к судьбе хозяйки Железной Долины. Я росла свободной. Помимо боли от потери понимающего меня с полуслова человека, на мои плечи вдруг легло бремя наследия.
Потом был бал в Железном Троне – столице Железных земель. И там я была представлена ко двору. Встретила Сигурда. Всё изменилось. Вот только мой выбор взбесил отца. Хотя младший принц Железных не менее достойная партия, чем Гримвальды.
– В довесок к военным достижениям моих братьев идут их характеры, – улыбнулся король. – И поверьте, сопряжение с Хаосом легче пережить, чем упрямство моего среднего брата или бунт младшего. Хотя о чём я? Они уже продемонстрировали свои умения.
Отец усмехнулся.
– У моей дочери тоже, знаете ли, характер не сахар, – покосился на меня.
Я прожгла его взглядом. Веллант скрыл улыбку за бокалом, поглядывая на меня с хитростью. Нахмурилась, а потом до меня дошло, что он знает… о той ночи.
Ашер…
Да побрал бы Хаос младшего принца!
К щекам прилила кровь. Я довольно поспешно схватила бокал и попыталась потушить пожар смущения вином. Не помогло.
– Но и в случае если этот вопрос не решится – Долина станет лакомым кусочком после моего ухода. Лорды попытаются её заполучить. Для вас это станет головной болью, – добавил отец.
Веллант кивнул.
– Знаю. Поверьте, мне известно, как бывает, когда другие выжидают случая воспользоваться слабостью и урвать кусок пожирнее. Но скажу вам также, что женщины порой могут управлять землями не хуже. Если вам удалось пообщаться на свадьбе с прабабкой моего брата – Морвеной, то вы поймёте, о чём я. Её супруг умер довольно рано, но она не передала Скайхольм своему сыну. И прекрасно правит им сама, – пожал плечами король.
– Гроза королей? – улыбнулся отец.
– Она самая, – со вздохом произнёс Веллант.
– Наслышан. Жаль, удовольствия пообщаться не выпало, – добавил папа.
– Считайте это счастливым случаем, – помотал головой король.
Я перевела на Велланта задумчивый взгляд. Этот мужчина удивлял меня всё больше: короновал жену, сделав её равной, и сейчас намекал, что я могу править сама? Что не так с этим Гримвальдом? Он просто рушит канон патриархата. В Железных землях женщин, конечно, не лишают права голоса, как в том же Аурионе. Но всё равно решают всё мужчины.
Постаралась не тряхнуть головой, чтобы не привлечь внимания. Нельзя мне думать об этом. Иначе выстроенное представление о мире и Гримвальдах может рухнуть. И Сигурд окажется не таким уж и сказочным принцем. А я верила в него.
Ужин закончился, и мы переместились в гостиную, где королева присела за пианино. Из-под её пальцев лилась мягкая мелодия. Отец и король завели разговор о доходах Долины, обсуждали налоги и новые перспективы развития.
– Вы любите музыку, Хлоя? – обратилась ко мне Ярина, пальцы её всё порхали по клавишам.
– Да. Но пианино я не обуздала. Скрипка – мой инструмент, – произнесла я, подходя ближе и с грустью проводя пальцами по чёрному полированному дереву.
– А я не смогла покорить скрипку, – улыбнулась королева.
– Если бы это случилось, боюсь, мы бы не услышали столь прекрасное исполнение. Но я не узнаю композицию…это что-то новое? – нахмурилась я вслушиваясь.
– Собственное сочинение, – скромно ответила девушка. – Музыка помогает пережить многое.
Я стояла и слушала мелодию. Разговор смолк. Король подошёл к пианино, присел рядом с женой, и его пальцы коснулись клавиш. В мелодии появились звенящие ноты, что менялись тёплыми. Не музыка – история их любви. И мне даже стало неловко находиться рядом.
Они так легко читали друг друга, дополняли, смягчали или давали силу. Могла ли я сыграть такую же мелодию с Сигурдом? Что-то задрожало внутри. Только клинками. Ему было забавно, что я разбираюсь в оружие. Но мы никогда не говорили о другом. О музыке. Истории. Любви.
Нет, он говорил о своих чувствах. Но о будущем ни слова.
«Интересно, а Рейнар любит музыку? Или его тоже интересует лишь оружие?», – мысль закралась в голову так неожиданно, что я испугалась. Ущипнула себя за руку.
Нельзя даже думать об этом. Этот принц мне неинтересен. Если только как союзник против брака. И поговорить об этом нужно незамедлительно. Сегодня. Найти его покои. Дождаться возвращения и обсудить такой союз. Да. Именно так. Стоит лишь держаться на расстоянии. Чтобы не повторилась ночь в Железной Долине…
Глава 10
Рейнар. Королевство Гримхольм. Нордград. Пепельный рынок. Бордель «Танцующий уголь». Октябрь 1577 года от победы над духами Хаоса.
Новая кружка «Медовой зари» – опасного своим опьяняющим эффектом напитка. В один момент ты сидишь трезвым, а в другой, утром – не помнишь, что было ночью. Но я был зол и хотел забыться. Опека старшего брата начинала давить, как могильная плита. Он перешёл черту.
– Ворон, а женщин в этом заведении уже не подают? – приподнял я бровь на Ашера, что наблюдал за мной тёмно-янтарными глазами.
Беспокойство. И оно тоже раздражало.
Я снял паралич с его голосовых связок ещё на подходе к Пепельному рынку. Когда Ашер схватил меня за плечо, активно жестикулируя, возмущаясь взглядом, указывая на корону теневого короля и на сам Пепельный рынок. Здесь не привыкли, чтобы Ворон молчал. Хоть его маска повесы и здесь была на месте, но он умел осаживать словом, не хуже клинка.
– Ты о шлюхах, что ли? – нахмурился Ашер. – Даже не думай. Завтра ты ничего не вспомнишь, но срамные болезни останутся. А это не то, что красит принца. И уж тем более благородного воина вроде тебя.
– Себе ты в таком удовольствии не отказываешь, – хмыкнул я, закидывая ноги на стол, утопая в кресле и бросая взгляд на соседний уголок, где на коленях тёмного уже хихикала русалка.
Внешне они мало чем отличались от людей. Но голосом могли очаровать любого.
– Ой, ты же не веришь, что я действительно опустился до такого? Править борделем и пользоваться услугами этих девочек – не одно и то же, знаешь ли.
– А тебя вообще не смущает, что они торгуют телом, а ты имеешь с этого доход? – подковырнул я.
Ашер…нет, не Ашер. Сейчас здесь был Ворон. Тот самый, слов которого бояться даже короли. Ведь он видит глубже, чем могло бы показаться. А сеть, сплетённая им, уже расползалась за пределы Гримхольма. И я знал, что мой брат и младший принц Маридора партнёры в этом деле. Гаспар всё больше погружался в теневую часть правления. Но не переживал о возможном предательстве. Принц Маридора верный друг моего брата. Да и Ашер не так глуп. И я гордился этим.
Неосознанно мы с Веллантом всегда пытались защитить Ашера. Но он и не нуждался в нашей защите. Иногда ему требовалось, лишь чтобы рядом был кто-то, кто остановит его от собственного разрушения. В остальном он справлялся даже лучше нас.
– Ни в одном моём борделе нет тех, кто работает по принуждению. Часть девочек укрыты здесь от тиранов-мужей, часть скрывается от преследования властей других стран, другая часть получает хорошие деньги и не умирает с голода, – пожал плечами Ворон.
Мимо, грациозно покачивая бёдрами, прошла девушка. Бросила на меня взгляд, хищно улыбнулась, подмигнула. Повернул голову, наблюдая, как она удаляется, как каштановые волосы, мягко спускаются на спину, переливаются в свете свечей. Залпом допил содержимое кружки, поставил её на стол, схватил другую. Пожар внутри не угасал. Разгорался с новой силой. Да только это уже была не злость на Велланта, а желание. То, проснувшееся в Железной Долине. Разбившее мой щит вдребезги.
– Почему ты вообще согласился на предложение Алдрика Винтергорна?
Я вздохнул, проводя по запотевшему стеклу пальцами.
– Его старшую дочь изнасиловали и убили. Он знает имя насильника, но не смог ничего сделать. Теперь не хочет повторения этого для младшей дочери.
– Хлои. Или её имя тебе тяжело называть? – на губах брата появилась лёгкая улыбка, а в глазах мелькнула хитрость.
– Ой, давай без этого. Я не обезличиваю, как Веллант. А называю вещи своими именами. И завязывай строить из себя сводника. Иначе я отправлюсь пить в Сумеречный квартал, куда тебе нельзя из-за жаркой ночи с той аристократкой.
– Туше.
Ворон улыбнулся. Но я знал, что он не отступит. Месяцы в Долине покажутся годами.
– Но не лучше ли тебе в таком случае жениться на ней? Пусть даже и формально. Хотя…куда там формально. Между вами так искрит, что даже с печатью огня рядом находиться страшно.
Впился в него взглядом. Ашер спокойно выдержал его, улыбаясь, попивая вино.
– Чтобы она всю жизнь ненавидела меня за навязанный брак? Нет, Ворон, я… – это лишь отговорка. На самом деле я боялся другого. Бесстрашный воин, что дрожит перед своей тайной. Боится, увидеть разочарование, что появится в глазах других, когда они узнают. Сглотнул. – Я не хочу портить ей этим жизнь.
Допил содержимое и следующей кружки. Какая же она по счёту? Да в Хаос этот подсчёт. Легче всё равно не становилось. Ворон постучал пальцами по бокалу, задумчиво огладил его.
– Он сломал нас всех, Рейнар. И ты боролся как мог. Но Харальд сдох. Пора уже сложить оружие. Веллант усмирил своих демонов. И тебе пора.
Я усмехнулся.
– Ты своих не собираешься усмирять. Когда наберёшься смелости спуститься к матери в склеп?
Ашер отвёл взгляд. Я ударил по больному. Он винил себя в смерти Сванхильд. И после похорон ни разу не посетил её могилу. Каждую годовщину её смерти он уходил в себя. Не пил. Снимал маску шута. И тихо выл от боли в своей комнате. Не подпуская никого.
– Я так радовался, когда он умер. Думал, что станет легче, – тихо произнёс я, ставя пустую кружку на стол. В глазах уже плыло. И тело плохо слушалось. – Но внутри осталась пустота. Никакого удовлетворения. Нужно было отравить его. Ещё до того, как он уничтожил последнее, что было хорошего в нашем детстве.
– Чтобы всю жизнь потом мучиться от угрызений совести? – приподнял бровь Ашер. – Веллант не казнил бы тебя. Кто из нас не желал смерти Харальду? Но ты бы задохнулся в собственных муках. Он наш отец. Как это ни прискорбно. И она учила, что отцеубийство – это грех.
Я отвёл взгляд. Мысли туманились. Ещё немного и я не буду себя контролировать. И скажу больше. И так уже многое сказал.
– Но я рад, что перед смертью он помучился. Его крики по ночам – были усладой для моих ушей, – улыбнулся Ашер. – Хорошо, что подагра не смотрела на его титул. И забрала его раньше, чем он уничтожил нас окончательно.
Я сжал челюсти. Кивнул.
– Пойдём домой, – пробормотал я.
Ворон отставил бокал, поднялся на ноги. Я попытался тоже встать. Повело. Ашер в мгновение оказался рядом, закинул мою руку на плечо.
– В следующий раз – ссорься со мной и пей с Веллантом. Он покрепче. А я спину сорву, пока дотащу тебя до замка, – ворчливо заметил брат.
Я рассмеялся, откинув голову.
Вот только путь до замка показался мгновением. Я успел поспать в карете, которая уже ждала нас у борделя, но не протрезветь окончательно.
– До своего крыла доберёшься? – критично осмотрел меня Ашер.
– Да. Но я подумываю о продолжении. Бери вино и приходи в мою комнату, – бросил, сворачивая в коридор, ведущий в мои покои.
– Я иногда забываю, сколько ты пьёшь на самом деле…– пробормотал брат удаляясь.
Тело уже слушалось. Но мысли туманились. Дошёл до комнаты, открыл дверь и замер на пороге. Аромат шалфея, как наваждение, ворвался, вскипятил кровь. Я сглотнул, прошёл в гостиную. Огонь в камине почти догорел. Но наличие крови теневых давало мне преимущество перед людьми – я прекрасно видел в темноте.
И поднявшуюся из кресла девушку я не смог бы не узнать, даже будучи пьяным в стельку. Мысленно простонал, чувствуя, как желание накрывает разум. Я не в том состоянии, чтобы сопротивляться ему.
– Я хотела поговорить с вами, – начала она, вскидывая подбородок.
– Зря, – вздохнул я.
– Даже не выслушаете меня? – возмутилась она.
Прислонился к двери, стараясь держать себя в руках. А хотелось подойти к ней. Зарыться пальцами в мягкие локоны. Почувствовать её губы на своих. Провести языком по её нежной коже. Кровь устремилась в пах. Я сжал переносицу и постарался дышать. Вот только шалфей дразнил всё больше.
– О чём? Жениться я не собираюсь. Можешь быть спокойна.
– Но тема не закрыта. И мой отец продолжит давить. Я хотела договориться. Вы тоже не желаете этого брака.
