И разве можно пройти мимо такой избушки с сокровищами?
На крышу я запрыгнула в привычной уже для себя робе. Платья мне нравились, как и всякие другие женские украшательства, но, к сожалению, пришлось признать, что платья и каблуки – совершенно неудобная одежда даже для повседневной жизни, не говоря уже о любых физических нагрузках. По крышам прыгать – это вам не чаек в гостиной попивать, хотя и там могут поджидать неожиданности в виде внезапно отъехавшей мебели или ковра, вдруг бросившегося под ноги грубыми складками. Насмотрелась уж. И если доведётся выбираться на подобные мероприятия, снаряжаться буду тщательнее, чем на банальный грабёж. А пока рабочая роба и грубые ботинки, идеально подходящие под наряд. Монтировка, весом в несколько кило, тоже чудно сочеталась с моим образом.
Обиднее же получить по макушке ржавым инструментом, чем приличным оружием? Унизительнее как-то. Да и ключей всяких, гвоздодёров этих в ящике целый вал, а хороший нож ещё поди достань. Огнестрелы прочно выживают конкурентов. А монтировка, вот она, прямо под рукой, про неё и не вспомнит никто. А в хозяйстве штука полезная. Ею и наказать можно, и дверь взломать аккуратно тоже.
- Ну давай, родной, - уселась я лицом к зданию с ломбардом. – Баю-бай пора, сегодня тебе приснятся удивительные сны.
Словно дожидаясь моего разрешения, тусклый свет в единственном освещённом окне на втором этаже потух, и здание уставилось на меня тёмными провалами окон.
Риверхолд никогда не спит. Хотя бы вполглаза, да присматривает за зазевавшими путниками и особенно за теми, кто этих путников может обидеть. Вторых, ожидаемо, больше. И я тоже в их числе. Возможно, я даже не самая опасная тварь в этом городе, либо же горожане очень любят все преувеличивать. Но им можно простить эту слабость, те, кто не боятся – умирают первыми.
Вот и сейчас мне пришлось застыть у самого забора, чтобы беспрепятственно пропустить пробегающих рабочих. Интересно, откуда они такие нетрезвые, если смена закончилась несколько часов назад? Уж не в гости ли к мистеру Дональду? Его заведение работает круглые сутки, заманивая в свои сети доверчивых работяг.
Рабочие нетвёрдой походкой пошли мимо. Что ж, будем считать, что им повезло дважды. Я готова подождать пять минут, но не час. А быстрее там редко обрабатывают. Лишние свидетели никому не идут на пользу. Ни грабителям, ни тем, кого грабят, да и самим свидетелям не позавидуешь.
Жаль я не умею растворяться в тенях, и даже магия мне в этом не поможет. Ну нельзя стать невидимой и бесплотной, зато можно быть бесшумной и безо всякой магии.
Легонько толкнула входную дверь ломбарда и дождавшись мелодичного перелива колокольчиков, побежала вдоль здания. Сбоку ощутимо несло теплом жилого помещения, сдобренного запахом пережаренного мяса. Не умеют некоторые ценить свежее мясо, вот и готовят его до состояния подошвы, оповещая всю улицу о своих гастрономических неудачах.
Непроизвольно усмехнулась от таких рассуждений. Ещё несколько месяцев назад я и мечтать не могла даже о таких закусках, а сейчас кривлю нос, почуяв аромат прогорклого масла. Зажралась ты Люси, зажралась.
В затихшем здании раздались шаги и тихие ругательства. Недовольный помощник побрёл в сторону конторы, встречать ночного визитёра, бросив недоеденную подошву на грязном кухонном столе.
Так и тянуло показать ему язык. Ворчит, как старая бабка, а я, может, только что ему жизнь сохранила, своим нехитрым отвлекающим манёвром. Но какой смысл гримасничать, если меня всё равно никто не увидит? А если увидит, то никогда не оценит, ибо мёртвые – не самые восторженные критики.
Дождавшись скрипа затворившейся двери и лязга замка, надёжно защищающего жилую часть здания, я заглянула в окно. Невысоко, даже подтягиваться не пришлось. На небольшой, захламлённой кухне было пусто.
А вот чтобы открыть окно без особого шума, пришлось извернуться. Но монтировка мне в помощь. Ей-то я и подцепила задвижку, просунув в форточку. Удобно, когда обычную, не очень гибкую руку можно трансформировать в более длинную и подвижную конечность. Частичная трансформация давно уже не вызывала проблем. Собственно, я уже сжилась с этим телом, и все минусы начала воспринимать как плюсы. Вот, например, я без труда пролезла в оконный проём, даже не потревожив вековую паутину на раме.
- Ну и вонь, - мягко спрыгнув на пол, скривилась я.
Два не очень чистоплотных мужика на одной территории способны превратить жилище в выгребную яму. Хоть бы мусор выкидывали иногда.
Быстро озираясь, закрыла окно. Это внутрь вход найти ещё надо, а уйти можно из любого окна. Мне что первый этаж, что второй – всё несущественная высота.
Помощник мистера Дональда всё ещё шуршал в конторе и, ведомая чистым любопытством, подошла к столу с недоеденным ужином. Хоть посмотреть на то, что уже успела унюхать.
- М-да, лучше бы морковку погрыз, - потыкала я пальцем в каменный кусочек мяса. Так даже и не определишь, кем это несчастное животное было при жизни.
Но с зубами помощнику определённо повезло. Будет чем поскрипеть, когда останется ни с чем.
Задерживаться внизу не стала. Интересно, конечно, но не так чтобы поднимать панику раньше времени. Уж лучше я устроюсь с удобствами на любимой крыше и возьму билет в первый ряд, чем окажусь в массовке этого представления. А оно будет, куда же денется? Полиции вот не будет, а представление будет.
Лестница на второй этаж неприятно поразила состоянием. Ну спишь ты на золоте, так пригласи к себе плотника, что ж у тебя ступеньки через одну на честном слове держатся? И ладно я, я могу и через две разом переступить, а сам то мистер Дональд как тут ходит? В нём веса, как в Такере, наверное, а рост с меня.
Наверху дела обстояли получше, то бишь почище. Коридорчик, уборная, пара кладовок, кабинет и спальня. И сопение. Злобненькое такое, ворчливое. Вот как тут удержаться и не заглянуть на звук? И ничего, что пришлось ложиться на пол и заглядывать в щель между полом и дверью. В зазеркалье на какие только жертвы не приходилось идти, чтобы хотя бы одним глазком заглянуть на эту сторону.
Мистер Дональд самозабвенно воевал с одеждой. Ну не получалось у тучного и немолодого мужчины стянуть носки. То длины ручек не хватало, то пузико мешало, в обратную сторону он вообще не гнулся.
Наконец-то один носок оказался повержен и с победным «Ух-х» отправился в полёт. Прямо в дверь. Аж передёрнуло от нахлынувшего букета. Тут и радость мистера Дональда, и сам носок, пахнущий отнюдь не розами. Фу, короче. Иногда просто смотреть куда как приятнее, чем принимать непосредственное участие.
Оставив толстяка сражаться со вторым носком, скользнула в сторону кабинета. Наверняка же тайник где-то там. Не под кровать же деньги прятать. В рабочей части здания есть вполне современное вместительное хранилище, вот только я была уверена, что всё нелегальное туда не попадает. В то официальное хранилище попадают бабушкины реликвии и кольца на вечную память, которые никто никогда не станет выкупать, а вот настоящее сокровище во вполне твёрдой валюте где-то вне доступа проверок и инспекторов.
Дверь ожидаемо оказалась заперта. Впрочем, идиотом я мистера Дональда и не считала. Так что с собой у меня была не только монтировка, но и отмычки. Специфические уроки нам господин Руби проводил, да? Хотя, по правде говоря, скорее уж мне одной. Эту дисциплину Такер сдал досрочно.
- Ну-с, проверим теорию на практике, - хмыкнув про себя, присела я перед замочной скважиной.
Пожалуй, я даже в мыслях перестану насмехаться над Такером. Стоит признать, не такой уж он и увалень. Мне с моими гибкими пальцами и хорошей координацией потребовался по меньшей мере полчаса, чтобы вскрыть чёртов замок. А ведь он не такой и навороченный. Посложнее, конечно, тех экземпляров, на которых я тренировалась, но ничего сверхъестественного в нём не было. Обычная механика.
Конечно, я могла найти кучу оправданий, вроде соблюдения тишины, постоянного контроля перемещений помощника, отсутствия практики и прочего лепета, но как это поменяет суть? Я с одним-единственным замком провозилась столько, сколько Биллу требовалось на все учебные макеты разом. Сам же господин Руби вообще владел только теорией, и то, как оказалось, довольно поверхностно. Правильно, зачем ему набивать руку, если в случае необходимости, можно немножко поколдовать над замком, а то и дверью, ослабить материалы, да и открыть всё, что хочется.
У меня же кроме желания и упорства, ничего не было. Нет, конечно, я могла бы трансформироваться и просто вынести дверь с мясом, то бишь со стеной. Но наводить суету раньше времени не хотелось. Спит мистер Дональд, и пусть себе дальше спит. У него, в конце концов, был трудный бой с одеждой. Одна смена белья чего стоила.
В общем, к моменту, когда дверь в святая святых ростовщика отворилась, весь дом спал. Отдельно замечу, что здание далеко не новое и то тут, то там раздавались какие-то скрипы и шорохи, и этот аккомпанемент знатно упростил мне задачу.
- Ну ничего себе барахольщик, - шёпотом присвистнула я, протиснувшись в кабинет.
Назвать комнату кабинетом можно было только изрядно ей польстив. Просто филиал свалки какой-то. И что странно, никакой вони не чувствовалось, только немного пыли, кожи, металла, дерева, старых бумаг.
При вдумчивом осмотре оказалась, что бардака как такового тоже не было. Просто очень много вещей в ограниченном пространстве. Не удивлюсь, если у хозяина ломбарда нездоровая тяга к накопительству, и выбор рода деятельности связан именно с этим отклонением. Кому бы ещё понадобились чашечки с трещинками, мятая металлическая посуда, громоздкие статуэтки с сомнительной эстетической ценностью, и прочие странные для коллекционирования предметы? На антиквариат они мало тянули.
Принюхалась ещё разок и тут же распознала нужный запах. Те, кто говорят, что деньги не пахнут, нагло врут. Пахнут, и ещё как. Даже новенькие монетки и векселя имеют свой неповторимый аромат, что уж говорить о побывавших в употреблении. Частички пота, грязи, всё это смешивается с уникальными типографскими красками и сплавами. И вуаля, на выходе легко различимый запах.
- Ну и где? – плюхнулась я в удобное хозяйское кресло.
Я не настолько ищейка, чтобы с точностью до сантиметра указать искомое. Тем более что хлам вокруг тоже имел схожие запахи и немного сбивал.
Догадаться, что тайник должен быть в зоне доступа толстяка, я могла и без носа. Тут мимо проторённой дорожки ступишь и можно вызвать настоящий вещевой обвал.
Так где?
Подвигала внушительный писчий набор на столе, папки с бумагами подняла и ничего, никакого щелчка открываемой панели. А ведь что-то в столе, уж больно он массивный. Кресло тоже внушительное, но его с места не сдвинуть, не обрушив хлам рядом.
Ящики? Пусто. И двойного дна нет.
Столешница? Напольные доски? Хрен он под стол пролезет. Значит, столешница.
Провела по кромке и отдёрнула руку. Чуть не наступила второй раз на грабли. Отпечатки пальцев же! И пускай мистер Дональд не обратится напрямую в полицию, но частный сыск ещё никто не отменял, да и оборудование для дактилоскопии не представляет собой ничего сверхъестественного.
Перчаток у меня не было. Да если и были бы, то порвались бы ещё на стадии открытия окна. Эх, придётся, играть в горничную и делать уборку. Но это потом, сперва надо найти то, за чем вообще сюда полезла.
Потайная кнопка нашлась в торце стола. Маленькая, практически незаметная, и зараза такая, утопленная в дерево. Просто пальцем и не нажмёшь. В логике конструктору не откажешь, всё же тайник, и мало ли кто случайно может коснуться. Спасибо, что без всяких магических прибамбасов, их я могла обойти только самым радикальным способом – уничтожить.
Никакой булавочки или шпильки на столе не нашлось. Кончик вечного пера, оказался слишком толстым. В причёске у меня тоже лишнего железа не было, как и в одежде. Зря я над Такером смеялась, когда он предлагал подколоть булавку под воротник.
Нет проволоки — есть когти!
Когти, правда, тоже не влезли в углубление. Пришлось ломать.
Коготь, не стол.
Обломить даже кончик не удалось, а вот сдавить так, чтобы коготь принял острую форму, получилось. Хоть и больно, но эффективно.
И поняла я это, когда сбоку стола раздался отчётливый щелчок и вперёд выехала узкая полочка. Невысокая, зато на всю длину столешницы.
А на полочке денежки. Ровными стопочками по пять монет самого большого номинала.
- А это я удачно зашла, - хмыкнула про себя и подхватила одну стопочку.
Обитая сукном поверхность поглотила едва различимый звон от потревоженных столбиков. Продумано, однако. Даже если толкнуть стол со всей силы, то звон вряд ли потревожит слух случайных свидетелей.
А вот если ссыпать все монеты валом в мешок, то нести его придётся на вытянутых руках и не дыша. Но хоть о чём-то я подумала заранее и вытащила из кармана мешок, в который ещё в мастерской насыпала опилок. Всё-таки мужская рабочая роба – поразительно удобная вещь, можно и частично трансформироваться в ней, а можно и половину мастерской в карманах вынести.
В следующий раз стоит не забыть прихватить ещё и тряпку вместе с моющим средством, а пока придётся обойтись рукавом рубашки.
Ну да ничего, тряпкой протирать – не хвостом дорогу заметать.
Утро выдалось чудесным. В небе ярко светило солнышко, в воздухе витал тот непередаваемый аромат, в котором причудливо сочетался запах промышленного города и свежести моря.
Я сидела на любимой крышей и щурилась, как довольная кошка. Жизнь-то прекрасна!
И огромная кружка кофе в руках, и ласковый ветерок, треплющий волос, и мужики, озадаченные с самого утра, а уж какое представление в доме напротив. Я ради этого зрелища не поленилась с самым рассветом встать, толком не поспав. Благо бодрствовать я могла долго, но вот спать на мягком матрасе, да на шелковых простынях мне просто нравилось.
Само шоу началось совсем недавно, но я не хотела пропустить ни минутки из него, поэтому и пожертвовала комфортом в пользу любопытства.
Сегодня ломбард проработал целых пятнадцать минут. Этого времени хватило, чтобы сытно откушавшие мужчины, разошлись по своим рабочим местам. Помощник даже пыль смахнуть успел, пока мистер Дональд доламывал своим весом лестницу. Ну а потом случилось оно…
В само окно кабинета я заглянуть, к сожалению, не могла. Не хватало мне роста даже с крыши. Всё-таки пристрой не основное здание, а на самой мастерской крыша острая, и мало того что неудобная, так ещё и старая. Не рушить же строение ради праздного любопытства, в самом то деле? Обойдусь и слухом.
Ох, как мистер Дональд орал. Не сразу, конечно, через полчасика где-то голос у него прорезался. Я уж подумала, что и не узнает никто о пропаже, потому что окочурится толстячок, не пережив новости. Но нет, крепкий ещё мужик оказался. Похрипел, посопел, да и смог помощника вызвать. А там уже и причитания, и заверения, и даже попытки бежать в полицию. На последнем, мистер Дональд опять захрипел, так что пока в гости приезжал только лекарь.
- Люсиана, я хотел бы с тобой поговорить, - раздался снизу голос господина Руби.
- О чём? – не переставая улыбаться дому через дорогу, миролюбиво поинтересовалась я.
Пока там лекарь над мистером Дональдом колдует, можно и старичка выслушать.
На крышу я запрыгнула в привычной уже для себя робе. Платья мне нравились, как и всякие другие женские украшательства, но, к сожалению, пришлось признать, что платья и каблуки – совершенно неудобная одежда даже для повседневной жизни, не говоря уже о любых физических нагрузках. По крышам прыгать – это вам не чаек в гостиной попивать, хотя и там могут поджидать неожиданности в виде внезапно отъехавшей мебели или ковра, вдруг бросившегося под ноги грубыми складками. Насмотрелась уж. И если доведётся выбираться на подобные мероприятия, снаряжаться буду тщательнее, чем на банальный грабёж. А пока рабочая роба и грубые ботинки, идеально подходящие под наряд. Монтировка, весом в несколько кило, тоже чудно сочеталась с моим образом.
Обиднее же получить по макушке ржавым инструментом, чем приличным оружием? Унизительнее как-то. Да и ключей всяких, гвоздодёров этих в ящике целый вал, а хороший нож ещё поди достань. Огнестрелы прочно выживают конкурентов. А монтировка, вот она, прямо под рукой, про неё и не вспомнит никто. А в хозяйстве штука полезная. Ею и наказать можно, и дверь взломать аккуратно тоже.
- Ну давай, родной, - уселась я лицом к зданию с ломбардом. – Баю-бай пора, сегодня тебе приснятся удивительные сны.
Словно дожидаясь моего разрешения, тусклый свет в единственном освещённом окне на втором этаже потух, и здание уставилось на меня тёмными провалами окон.
Глава 46
Риверхолд никогда не спит. Хотя бы вполглаза, да присматривает за зазевавшими путниками и особенно за теми, кто этих путников может обидеть. Вторых, ожидаемо, больше. И я тоже в их числе. Возможно, я даже не самая опасная тварь в этом городе, либо же горожане очень любят все преувеличивать. Но им можно простить эту слабость, те, кто не боятся – умирают первыми.
Вот и сейчас мне пришлось застыть у самого забора, чтобы беспрепятственно пропустить пробегающих рабочих. Интересно, откуда они такие нетрезвые, если смена закончилась несколько часов назад? Уж не в гости ли к мистеру Дональду? Его заведение работает круглые сутки, заманивая в свои сети доверчивых работяг.
Рабочие нетвёрдой походкой пошли мимо. Что ж, будем считать, что им повезло дважды. Я готова подождать пять минут, но не час. А быстрее там редко обрабатывают. Лишние свидетели никому не идут на пользу. Ни грабителям, ни тем, кого грабят, да и самим свидетелям не позавидуешь.
Жаль я не умею растворяться в тенях, и даже магия мне в этом не поможет. Ну нельзя стать невидимой и бесплотной, зато можно быть бесшумной и безо всякой магии.
Легонько толкнула входную дверь ломбарда и дождавшись мелодичного перелива колокольчиков, побежала вдоль здания. Сбоку ощутимо несло теплом жилого помещения, сдобренного запахом пережаренного мяса. Не умеют некоторые ценить свежее мясо, вот и готовят его до состояния подошвы, оповещая всю улицу о своих гастрономических неудачах.
Непроизвольно усмехнулась от таких рассуждений. Ещё несколько месяцев назад я и мечтать не могла даже о таких закусках, а сейчас кривлю нос, почуяв аромат прогорклого масла. Зажралась ты Люси, зажралась.
В затихшем здании раздались шаги и тихие ругательства. Недовольный помощник побрёл в сторону конторы, встречать ночного визитёра, бросив недоеденную подошву на грязном кухонном столе.
Так и тянуло показать ему язык. Ворчит, как старая бабка, а я, может, только что ему жизнь сохранила, своим нехитрым отвлекающим манёвром. Но какой смысл гримасничать, если меня всё равно никто не увидит? А если увидит, то никогда не оценит, ибо мёртвые – не самые восторженные критики.
Дождавшись скрипа затворившейся двери и лязга замка, надёжно защищающего жилую часть здания, я заглянула в окно. Невысоко, даже подтягиваться не пришлось. На небольшой, захламлённой кухне было пусто.
А вот чтобы открыть окно без особого шума, пришлось извернуться. Но монтировка мне в помощь. Ей-то я и подцепила задвижку, просунув в форточку. Удобно, когда обычную, не очень гибкую руку можно трансформировать в более длинную и подвижную конечность. Частичная трансформация давно уже не вызывала проблем. Собственно, я уже сжилась с этим телом, и все минусы начала воспринимать как плюсы. Вот, например, я без труда пролезла в оконный проём, даже не потревожив вековую паутину на раме.
- Ну и вонь, - мягко спрыгнув на пол, скривилась я.
Два не очень чистоплотных мужика на одной территории способны превратить жилище в выгребную яму. Хоть бы мусор выкидывали иногда.
Быстро озираясь, закрыла окно. Это внутрь вход найти ещё надо, а уйти можно из любого окна. Мне что первый этаж, что второй – всё несущественная высота.
Помощник мистера Дональда всё ещё шуршал в конторе и, ведомая чистым любопытством, подошла к столу с недоеденным ужином. Хоть посмотреть на то, что уже успела унюхать.
- М-да, лучше бы морковку погрыз, - потыкала я пальцем в каменный кусочек мяса. Так даже и не определишь, кем это несчастное животное было при жизни.
Но с зубами помощнику определённо повезло. Будет чем поскрипеть, когда останется ни с чем.
Задерживаться внизу не стала. Интересно, конечно, но не так чтобы поднимать панику раньше времени. Уж лучше я устроюсь с удобствами на любимой крыше и возьму билет в первый ряд, чем окажусь в массовке этого представления. А оно будет, куда же денется? Полиции вот не будет, а представление будет.
Лестница на второй этаж неприятно поразила состоянием. Ну спишь ты на золоте, так пригласи к себе плотника, что ж у тебя ступеньки через одну на честном слове держатся? И ладно я, я могу и через две разом переступить, а сам то мистер Дональд как тут ходит? В нём веса, как в Такере, наверное, а рост с меня.
Наверху дела обстояли получше, то бишь почище. Коридорчик, уборная, пара кладовок, кабинет и спальня. И сопение. Злобненькое такое, ворчливое. Вот как тут удержаться и не заглянуть на звук? И ничего, что пришлось ложиться на пол и заглядывать в щель между полом и дверью. В зазеркалье на какие только жертвы не приходилось идти, чтобы хотя бы одним глазком заглянуть на эту сторону.
Мистер Дональд самозабвенно воевал с одеждой. Ну не получалось у тучного и немолодого мужчины стянуть носки. То длины ручек не хватало, то пузико мешало, в обратную сторону он вообще не гнулся.
Наконец-то один носок оказался повержен и с победным «Ух-х» отправился в полёт. Прямо в дверь. Аж передёрнуло от нахлынувшего букета. Тут и радость мистера Дональда, и сам носок, пахнущий отнюдь не розами. Фу, короче. Иногда просто смотреть куда как приятнее, чем принимать непосредственное участие.
Оставив толстяка сражаться со вторым носком, скользнула в сторону кабинета. Наверняка же тайник где-то там. Не под кровать же деньги прятать. В рабочей части здания есть вполне современное вместительное хранилище, вот только я была уверена, что всё нелегальное туда не попадает. В то официальное хранилище попадают бабушкины реликвии и кольца на вечную память, которые никто никогда не станет выкупать, а вот настоящее сокровище во вполне твёрдой валюте где-то вне доступа проверок и инспекторов.
Дверь ожидаемо оказалась заперта. Впрочем, идиотом я мистера Дональда и не считала. Так что с собой у меня была не только монтировка, но и отмычки. Специфические уроки нам господин Руби проводил, да? Хотя, по правде говоря, скорее уж мне одной. Эту дисциплину Такер сдал досрочно.
- Ну-с, проверим теорию на практике, - хмыкнув про себя, присела я перед замочной скважиной.
Глава 47
Пожалуй, я даже в мыслях перестану насмехаться над Такером. Стоит признать, не такой уж он и увалень. Мне с моими гибкими пальцами и хорошей координацией потребовался по меньшей мере полчаса, чтобы вскрыть чёртов замок. А ведь он не такой и навороченный. Посложнее, конечно, тех экземпляров, на которых я тренировалась, но ничего сверхъестественного в нём не было. Обычная механика.
Конечно, я могла найти кучу оправданий, вроде соблюдения тишины, постоянного контроля перемещений помощника, отсутствия практики и прочего лепета, но как это поменяет суть? Я с одним-единственным замком провозилась столько, сколько Биллу требовалось на все учебные макеты разом. Сам же господин Руби вообще владел только теорией, и то, как оказалось, довольно поверхностно. Правильно, зачем ему набивать руку, если в случае необходимости, можно немножко поколдовать над замком, а то и дверью, ослабить материалы, да и открыть всё, что хочется.
У меня же кроме желания и упорства, ничего не было. Нет, конечно, я могла бы трансформироваться и просто вынести дверь с мясом, то бишь со стеной. Но наводить суету раньше времени не хотелось. Спит мистер Дональд, и пусть себе дальше спит. У него, в конце концов, был трудный бой с одеждой. Одна смена белья чего стоила.
В общем, к моменту, когда дверь в святая святых ростовщика отворилась, весь дом спал. Отдельно замечу, что здание далеко не новое и то тут, то там раздавались какие-то скрипы и шорохи, и этот аккомпанемент знатно упростил мне задачу.
- Ну ничего себе барахольщик, - шёпотом присвистнула я, протиснувшись в кабинет.
Назвать комнату кабинетом можно было только изрядно ей польстив. Просто филиал свалки какой-то. И что странно, никакой вони не чувствовалось, только немного пыли, кожи, металла, дерева, старых бумаг.
При вдумчивом осмотре оказалась, что бардака как такового тоже не было. Просто очень много вещей в ограниченном пространстве. Не удивлюсь, если у хозяина ломбарда нездоровая тяга к накопительству, и выбор рода деятельности связан именно с этим отклонением. Кому бы ещё понадобились чашечки с трещинками, мятая металлическая посуда, громоздкие статуэтки с сомнительной эстетической ценностью, и прочие странные для коллекционирования предметы? На антиквариат они мало тянули.
Принюхалась ещё разок и тут же распознала нужный запах. Те, кто говорят, что деньги не пахнут, нагло врут. Пахнут, и ещё как. Даже новенькие монетки и векселя имеют свой неповторимый аромат, что уж говорить о побывавших в употреблении. Частички пота, грязи, всё это смешивается с уникальными типографскими красками и сплавами. И вуаля, на выходе легко различимый запах.
- Ну и где? – плюхнулась я в удобное хозяйское кресло.
Я не настолько ищейка, чтобы с точностью до сантиметра указать искомое. Тем более что хлам вокруг тоже имел схожие запахи и немного сбивал.
Догадаться, что тайник должен быть в зоне доступа толстяка, я могла и без носа. Тут мимо проторённой дорожки ступишь и можно вызвать настоящий вещевой обвал.
Так где?
Подвигала внушительный писчий набор на столе, папки с бумагами подняла и ничего, никакого щелчка открываемой панели. А ведь что-то в столе, уж больно он массивный. Кресло тоже внушительное, но его с места не сдвинуть, не обрушив хлам рядом.
Ящики? Пусто. И двойного дна нет.
Столешница? Напольные доски? Хрен он под стол пролезет. Значит, столешница.
Провела по кромке и отдёрнула руку. Чуть не наступила второй раз на грабли. Отпечатки пальцев же! И пускай мистер Дональд не обратится напрямую в полицию, но частный сыск ещё никто не отменял, да и оборудование для дактилоскопии не представляет собой ничего сверхъестественного.
Перчаток у меня не было. Да если и были бы, то порвались бы ещё на стадии открытия окна. Эх, придётся, играть в горничную и делать уборку. Но это потом, сперва надо найти то, за чем вообще сюда полезла.
Потайная кнопка нашлась в торце стола. Маленькая, практически незаметная, и зараза такая, утопленная в дерево. Просто пальцем и не нажмёшь. В логике конструктору не откажешь, всё же тайник, и мало ли кто случайно может коснуться. Спасибо, что без всяких магических прибамбасов, их я могла обойти только самым радикальным способом – уничтожить.
Никакой булавочки или шпильки на столе не нашлось. Кончик вечного пера, оказался слишком толстым. В причёске у меня тоже лишнего железа не было, как и в одежде. Зря я над Такером смеялась, когда он предлагал подколоть булавку под воротник.
Нет проволоки — есть когти!
Когти, правда, тоже не влезли в углубление. Пришлось ломать.
Коготь, не стол.
Обломить даже кончик не удалось, а вот сдавить так, чтобы коготь принял острую форму, получилось. Хоть и больно, но эффективно.
И поняла я это, когда сбоку стола раздался отчётливый щелчок и вперёд выехала узкая полочка. Невысокая, зато на всю длину столешницы.
А на полочке денежки. Ровными стопочками по пять монет самого большого номинала.
- А это я удачно зашла, - хмыкнула про себя и подхватила одну стопочку.
Обитая сукном поверхность поглотила едва различимый звон от потревоженных столбиков. Продумано, однако. Даже если толкнуть стол со всей силы, то звон вряд ли потревожит слух случайных свидетелей.
А вот если ссыпать все монеты валом в мешок, то нести его придётся на вытянутых руках и не дыша. Но хоть о чём-то я подумала заранее и вытащила из кармана мешок, в который ещё в мастерской насыпала опилок. Всё-таки мужская рабочая роба – поразительно удобная вещь, можно и частично трансформироваться в ней, а можно и половину мастерской в карманах вынести.
В следующий раз стоит не забыть прихватить ещё и тряпку вместе с моющим средством, а пока придётся обойтись рукавом рубашки.
Ну да ничего, тряпкой протирать – не хвостом дорогу заметать.
Глава 48
Утро выдалось чудесным. В небе ярко светило солнышко, в воздухе витал тот непередаваемый аромат, в котором причудливо сочетался запах промышленного города и свежести моря.
Я сидела на любимой крышей и щурилась, как довольная кошка. Жизнь-то прекрасна!
И огромная кружка кофе в руках, и ласковый ветерок, треплющий волос, и мужики, озадаченные с самого утра, а уж какое представление в доме напротив. Я ради этого зрелища не поленилась с самым рассветом встать, толком не поспав. Благо бодрствовать я могла долго, но вот спать на мягком матрасе, да на шелковых простынях мне просто нравилось.
Само шоу началось совсем недавно, но я не хотела пропустить ни минутки из него, поэтому и пожертвовала комфортом в пользу любопытства.
Сегодня ломбард проработал целых пятнадцать минут. Этого времени хватило, чтобы сытно откушавшие мужчины, разошлись по своим рабочим местам. Помощник даже пыль смахнуть успел, пока мистер Дональд доламывал своим весом лестницу. Ну а потом случилось оно…
В само окно кабинета я заглянуть, к сожалению, не могла. Не хватало мне роста даже с крыши. Всё-таки пристрой не основное здание, а на самой мастерской крыша острая, и мало того что неудобная, так ещё и старая. Не рушить же строение ради праздного любопытства, в самом то деле? Обойдусь и слухом.
Ох, как мистер Дональд орал. Не сразу, конечно, через полчасика где-то голос у него прорезался. Я уж подумала, что и не узнает никто о пропаже, потому что окочурится толстячок, не пережив новости. Но нет, крепкий ещё мужик оказался. Похрипел, посопел, да и смог помощника вызвать. А там уже и причитания, и заверения, и даже попытки бежать в полицию. На последнем, мистер Дональд опять захрипел, так что пока в гости приезжал только лекарь.
- Люсиана, я хотел бы с тобой поговорить, - раздался снизу голос господина Руби.
- О чём? – не переставая улыбаться дому через дорогу, миролюбиво поинтересовалась я.
Пока там лекарь над мистером Дональдом колдует, можно и старичка выслушать.
