Арданнор посмотрел на Кайру.
– Можешь на меня рассчитывать, – кивнула чародейка и тихо добавила: - Возможно, моя мать согласится помочь. Она верит твоей власти куда как больше, чем власти дядюшки Ирйихада.
– Если леди Вельджира присоединится к нам, я почту это за честь, – сдержанно проговорил Арданнор, боясь даже уповать на такую возможность.
–У тебя достойная цель, – сказала Кайра. – Она поймёт.
– Если… нет, когда нам всё удастся – ни одному Энсору больше не будет угрожать такая участь, - сказал он, поднимаясь. – Мы должны пробудить Ключ.
Взгляд Артайра потемнел, но он ничего не ответил – только кивнул. Арданнор был слишком увлечён своей идеей, чтобы разобраться в смешанных эмоциях брата. Сомнения и тревогу Артайра он списал на связь Эксперимента с их отцом.
В тот же день он узнал, что брат впервые пошёл против воли его, Правящего Лорда клана Энсору. Фэллконнер уже была пробуждена им, несмотря на запрет приближаться к Валрусу./
О да, Арданнор хорошо помнил своё недоумение, когда узнал, что сон Ключа был прерван. За время болезни Раэнэль он упустил многое. Артайр не активировал Валрус в полной мере, но однажды, по чистой случайности, из любопытства, он нащупал сознание спящей в одном из обелисков девы – юной леди Айлонви, названной дочери Роаннэна, создателя машины. Удивительная связь протянулась меж ними. Как будто сама история повернулась вспять, и время оказалось не властно над ними.
Ради Артайра Айлонви согласилась пробудиться и покинуть Валрус, защищавший её. Она больше не была безликим Ключом, который ни Ирйихаду, ни его предшественнику Тирэйну даже не приходило в голову пробудить, а не просто использовать. Она была женщиной, которую Артайр хотел бы однажды назвать своей супругой. Их чувства были так сильны, что даже Замок был на их стороне и укрыл их тайну от Арданнора. Правящий Лорд не гневался и ограничился только серьёзным разговором с Артайром о цене братского доверия.
История Айлонви Фэллконнер восходила к Последней Войне – страшному событию, которое унесло много жизней и окончательно изменило лик Илтриксара. Война была недолгой, но кровавой. Такой не бывало в их Мире уже много веков, наверное, со времён самого Тэйморана Стального Коня. Величайший завоеватель древности по прозванию Дух Войны был единственным тэйриэ за всю историю Илтриксара, сумевшим подчинить себе все остальные кланы. С его именем была связана легенда, в которую многие были склонны верить. Когда народы взбунтовались против власти Амиргу – клана стальных коней – то вырезали всех до единого, из страха, что кому-то из потомков Тэйморана придёт в голову повторить подвиг предка. Их останки были запечатаны в величественной гробнице самого завоевателя. Говорили, что если усыпальница однажды будет вскрыта, то Дух Войны вырвется на волю и пронесётся над миром, мстя за свой род и торжествуя новую кровавую победу. Начало Последней Войны связывали со вскрытием гробницы Тэйморана Амиргу.
Но если отложить в сторону легенды, причины этого события были ясны и очевидны. На медленно погибающей планете оставалось всё меньше ресурсов, всё меньше пригодных для жизни территорий. Илтриксар с трудом вмещал в себя растущую популяцию, и передел власти был неизбежен. Человеческие государства вместе с защищавшими их кланами тэйриэ схлестнулись между собой… и утонули в кровавом кошмаре. За века, пролетевшие со времени Тэйморана Духа Войны, уровень технологий и магии стал куда как выше, и потому потери оказались фатальнее.
Первыми пали народы, когда-то отказавшиеся от союза с каким-либо родом тэйриэ и потому не имевшие могущественных защитников. Но и некоторые другие страны оказались стёрты с лица планеты, а с ними и целые кланы.
Последняя Война привела к экологической катастрофе такого масштаба, что жизнь стала возможна только на небольших островках, защищённых эко-куполами. Таким помнил Илтриксар Арданнор. Человеческие правители и Правящие Лорды и Леди тэйриэ хорошо усвоили кровавый урок и заключили Мирный Договор, согласно которому впредь не затевалось более ни одного вооружённого конфликта, каковы бы ни были мотивации сторон. Ресурсов по-прежнему оставалось немного, но Последняя Война настолько проредила население, что потомкам воевавших вполне хватало того, что осталось.
Клан золотых соколов Фэллконнер был одним из истреблённых. Их уникальный Дар сгинул, и это была невосполнимая потеря. Тэйриэ Фэллконнер не обладали сильной магией, но могли трансформировать любой энергетический заряд, многократно усиливая его. Многие искали союза с золотыми соколами, и среди них Роаннэн Энсору, тогдашний Правящий Лорд – великий учёный, создатель разумной машины под названием Валрус. В крови Фэллконнер было заключено последнее звено, необходимое для Эксперимента. Согласно чаяниям Роаннэна, Валрус мог не только снять Проклятие с его рода, но и отвести вероятность конца света, или же открыть для жителей Илтриксара возможность путешествовать в другие реальности.
В итоге Правящему Лорду удалось договориться о династическом браке. Его старшая дочь Лайриа была помолвлена с принцем Вэйшором Фэллконнер, который вызвался стать Ключом взамен на неограниченную поддержку клана Энсору, тогда ещё многочисленного. Но свадьба не успела состояться, потому что разразилась Война. Ни Вэйшор, ни Лайриа не дожили до заключения Мирового Договора. Золотые соколы пали, а их союзники, демонические псы, тоже оказались на грани истребления. Из всего многочисленного клана остались только сам Роаннэн, его супруга Нэрейя, их младший сын Тирэйн и пара пожилых Энсору, доживавших свой долгий век.
Но Роаннэн успел спасти Айлонви, младшую принцессу рода Фэллконнер. Каким-то невероятным образом ему удалось восстановить её изломанную плоть, почти что воскресить её. Говорили, что для этого Роаннэн использовал ткани собственного тела и энергию Дара, направленную сквозь Валрус. Вот почему после исцеления Айлонви несла в себе печать рода Энсору. Она не унаследовала Дар эмпатии, но могла теперь обращаться не только в золотого сокола, но и в чёрного демонического пса.
Айлонви была последней надеждой, последним возможным Ключом. Но для Роаннэна и Нэрейи, у которых Последняя Война украла почти всех детей и родственников, она стала прежде всего дочерью.
Роаннэн отдал Войне все свои силы, и его захватила та особая усталость, что была предвестником шелеста лёгких крыльев смерти. Увы, энергии оставшихся членов некогда процветающего клана было недостаточно для продолжения Эксперимента. До последнего дня своей жизни Роаннэн пытался завершить начатое, руководствуясь долгом и любовью к близким. За каких-то несколько лет силы оставили его, и он отправился на покой, так и не увидев плоды своих трудов.
Айлонви, уже пережившая немало утрат, тяжело переживала смерть своего названного отца. Она потеряла волю к жизни и не хотела продолжать новое подаренное Роаннэном существование. Но она хотела почтить его память и готова была остаться Ключом Валруса, на случай, если кому-то в грядущих поколениях всё же удастся воплотить мечту Правящего Лорда. Вместе с оставшимися в живых Энсору они нашли милосердный выход. Айлонви, надежду угасающего клана, погрузили в сон в одном из обелисков Валруса – сон без сновидений, подобный смерти. Разумная машина, творение магии и технологий, поддерживала работу систем организма, не позволяя искре жизни угаснуть.
Два поколения минуло с тех пор. Эксперимент был продолжен усилиями Правящих Лордов Тирэйна и Ирйихада, деда и отца Арданнора. Они использовали энергию Ключа, но без какой-либо осторожности и заботы, словно Айлонви была не одной из клана, а не более чем безмолвным инструментом. Сколько Арданнор помнил себя, Ирйихад вообще никогда не говорил о ней, как о живой женщине. Но сам лорд, с юных лет работавший в проекте «Валрус», чувствовал боль её спящего сознания, видел, как отец черпал все её силы без остатка, пользуясь тем, что она не могла противостоять ему в своём сне. Тем отвратительнее был ему подход Ирйихада.
И если бы дело ещё касалось великой цели, но нет. Прежде всего Ирйихад искал власти над другими кланами тэйриэ, мечтая стать вторым Тэймораном, только другим способом. Эту власть мог дать ему Валрус, если бы спасение людей и тэйриэ в итоге оказалось в его руках. Но его ресурсы были ограничены, потому что клан Энсору по-прежнему был очень малочисленным.
В своей погоне за удачей Ирйихад даже собственную жену принёс в жертву Эксперименту, пусть и невольно, так что ему было до Айлонви? А ведь Айдел Энсору-Веарнир, мать Арданнора и Артайра, он даже по-своему любил… если вообще был способен на такое чувство. Ирйихаду казалось, что он уже был близок к цели. Может, так оно и было, да только во время одного из опытов он не сумел остановиться, и Валрус просто выжег всю жизненную силу Айдел.
Трагедия надломила что-то в сознании Арданнора, но она же окончательно раскрыла его потенциал. Дар тэйриэ выбирал не старшего члена рода, но лучшего, того, кто был способен вести других за собой. Смерть любимой матери заставила Арданнора повзрослеть в одночасье, и Дар крови демонических псов вспыхнул в нём ярче, чем в ком-либо. Он стал Правящим Лордом клана Энсору.
Ирйихад окончательно обезумел. Он обвинял сына в предательстве, грозил ему и даже маленькому Артайру всеми мыслимыми и немыслимыми карами. Арданнор всерьёз задумывался о том, чтобы заключить отца под стражу, а то и вовсе казнить. Ирйихад успел сделать свой ход раньше. В последний раз он в одиночку запустил Валрус, надеясь с помощью энергии машины свергнуть сына, но в итоге выжег сам себя.
Арданнор не горевал об отце. Его детство состояло из сплошных унижений и бесплодных попыток выслужиться перед Правящим Лордом, завоевать любовь. Отец то и дело пробовал его на прочность, подвергая испытаниям, способным разрушить сам стержень личности. Когда бы не любовь матери, Арданнор ожесточился бы окончательно. Будучи Правящим Лордом Энсору, обладателем сильнейшего Дара эмпатии, Ирйихад с лёгкостью читал его эмоции и корёжил их по своему вкусу. Арданнор был лишён права просто чувствовать так, как было для него естественным. Чтобы сохранить хоть что-то в своей сути неприкосновенным, он выстраивал всё более прочные барьеры, и преуспел в этом. Слишком поздно он понял, ради чего Ирйихад уродовал его личность. С малых лет Правящий Лорд видел в нём возможного соперника. Целью жестокого воспитания была не закалка характера, а попытка сломать наследника, чтобы его потенциал никогда не раскрылся в нужной степени. Такой роскоши, как просто убить сына, Ирйихад позволить себе не мог – не то потому что Арданнор был нужен ему для продолжения Эксперимента, не то потому, что этого не простила бы Айдел. Возможно, всё в равной степени.
Как бы там ни было, со смертью отца для Арданнора началась жизнь. И больше не было нужды скрывать бесценное сокровище, чувство, которое могло стать главным оружием в руках Ирйихада против него – любовь к Раэнэль Норвьеру. С Раэн они были знакомы с детства. Принцесса Норвьеру была для Арданнора светочем, тем настоящим, что оставалось с ним сквозь всё. Эту тайну он защищал всем собой, зная, что если Ирйихад доберётся до этого секрета, то рухнут и все остальные барьеры. В потенциале он был сильнее своего отца, и потому сумел сохранить и себя, и своё чувство.
Раэн приняла его предложение, но её условием было не просто заключить брак, а войти в клан Энсору. Все тэйриэ были связаны со своими кланами не столько кровными узами, сколько магией, заключённой в их крови. Вот почему браки между представителями этой расы всегда были мистическим событием, задействовавшим клановые Дары. Если тэйриэ – неважно, мужчина или женщина – становился частью другого рода и принимал магическую связь со своим новым кланом, он сохранял свой изначальный Дар, но обретал искры нового. Дети от таких браков были наделены Даром принявшего рода. Если же тэйриэ, вступая в брак, сохранял связь с собственным родом, у детей такого брака были равные шансы получить Дар и внешность любого из родителей.
Арданнор противился этому, ведь вхождение в клан Энсору означало не только обретение искр редчайшего Дара. Но в итоге он вынужден был уступить возлюбленной. Вместе они воспитывали маленького Артайра, фактически заменив ему родителей, хотя сами были довольно молоды.
Новый Правящий Лорд был любим народом, с которым его клан когда-то заключил Священный Договор. Его сравнивали с самим Роаннэном, полной противоположностью Ирйихаду, воплощением идеалов Смысла тэйриэ – править и охранять, защищать и служить. Демонических псов Энсору, наконец-то, перестали бояться.
Это были счастливые годы, несмотря на то, что над всеми висела угроза Катастрофы.
Что до Эксперимента – Арданнор ненавидел его почти так же сильно, как своего отца. Он закрыл проект «Валрус» и зарёкся обучать брата тому, чему обучили его самого. На Совете Кланов он признал перед другими Правящими Лордами и Леди, что исследования Ирйихада потерпели крах. Легендарные возможности странствовать между измерениями так и остались легендой, мечтой народа, готовившегося к гибели своей цивилизации. Сам Арданнор никогда не верил в силу Валруса, помня, что усилия трёх поколений его рода оказались тщетны.
Но не только тень Катастрофы висела над его родом. Ускользание ещё не выбрало никого. Это был жуткий недуг, похищавший одного Энсору в каждом поколении. Проклятие Ускользания разъединяло разум и тело, заключало душу в невидимую клетку смертности, пока плоть не истлевала заживо. Говорили, что, Ускользание было обратной стороной кланового Дара, но никто не знал, кем было наложено это проклятие и за что – в обмен или в наказание за удивительную силу Энсору. Уникальный талант их крови позволял чувствовать переливы живых эмоций – не создавать новые, но направлять в других уже имевшиеся, блокировать или поднимать их на поверхность, в зависимости от намерения. Самым сильным носителем Дара, как и у других тэйриэ, являлся действующий глава клана, но далеко не всегда недуг поражал именно его. Так случилось и в этот раз…
Став частью клана Энсору и приняв ритуальную связь с ним, Раэнэль, любовь и жизнь Арданнора, пала жертвой проклятия Ускользания. К этому он не был готов, всегда подспудно предполагая, что из них троих – его, Артайра и Кайры – Ускользание однажды выберет именно его.
Потеря Раэн заставила его пересмотреть свои взгляды на проект «Валрус» и искать спасения в том, что прежде он ненавидел. Это было его единственной надеждой повернуть трагедию вспять. Эксперимент был возобновлён, втайне от других кланов, дабы не питать их надежды раньше времени.
Тело Раэнэль было помещено в один из обелисков Валруса с тем, чтобы можно было остановить неестественно скорое старение и тлен. Дар Арданнора поддерживал далёкое едва теплившееся пламя её сознания, удерживая на тончайшей грани, в бледном подобии жизни. Вот откуда он знал, что Раэн осознавала всё, что происходило с ней. Чувствовать её и быть не в силах в одночасье изменить всё было невыносимо.
– Можешь на меня рассчитывать, – кивнула чародейка и тихо добавила: - Возможно, моя мать согласится помочь. Она верит твоей власти куда как больше, чем власти дядюшки Ирйихада.
– Если леди Вельджира присоединится к нам, я почту это за честь, – сдержанно проговорил Арданнор, боясь даже уповать на такую возможность.
–У тебя достойная цель, – сказала Кайра. – Она поймёт.
– Если… нет, когда нам всё удастся – ни одному Энсору больше не будет угрожать такая участь, - сказал он, поднимаясь. – Мы должны пробудить Ключ.
Взгляд Артайра потемнел, но он ничего не ответил – только кивнул. Арданнор был слишком увлечён своей идеей, чтобы разобраться в смешанных эмоциях брата. Сомнения и тревогу Артайра он списал на связь Эксперимента с их отцом.
В тот же день он узнал, что брат впервые пошёл против воли его, Правящего Лорда клана Энсору. Фэллконнер уже была пробуждена им, несмотря на запрет приближаться к Валрусу./
Прода от 21.01.2019, 09:38
***
О да, Арданнор хорошо помнил своё недоумение, когда узнал, что сон Ключа был прерван. За время болезни Раэнэль он упустил многое. Артайр не активировал Валрус в полной мере, но однажды, по чистой случайности, из любопытства, он нащупал сознание спящей в одном из обелисков девы – юной леди Айлонви, названной дочери Роаннэна, создателя машины. Удивительная связь протянулась меж ними. Как будто сама история повернулась вспять, и время оказалось не властно над ними.
Ради Артайра Айлонви согласилась пробудиться и покинуть Валрус, защищавший её. Она больше не была безликим Ключом, который ни Ирйихаду, ни его предшественнику Тирэйну даже не приходило в голову пробудить, а не просто использовать. Она была женщиной, которую Артайр хотел бы однажды назвать своей супругой. Их чувства были так сильны, что даже Замок был на их стороне и укрыл их тайну от Арданнора. Правящий Лорд не гневался и ограничился только серьёзным разговором с Артайром о цене братского доверия.
История Айлонви Фэллконнер восходила к Последней Войне – страшному событию, которое унесло много жизней и окончательно изменило лик Илтриксара. Война была недолгой, но кровавой. Такой не бывало в их Мире уже много веков, наверное, со времён самого Тэйморана Стального Коня. Величайший завоеватель древности по прозванию Дух Войны был единственным тэйриэ за всю историю Илтриксара, сумевшим подчинить себе все остальные кланы. С его именем была связана легенда, в которую многие были склонны верить. Когда народы взбунтовались против власти Амиргу – клана стальных коней – то вырезали всех до единого, из страха, что кому-то из потомков Тэйморана придёт в голову повторить подвиг предка. Их останки были запечатаны в величественной гробнице самого завоевателя. Говорили, что если усыпальница однажды будет вскрыта, то Дух Войны вырвется на волю и пронесётся над миром, мстя за свой род и торжествуя новую кровавую победу. Начало Последней Войны связывали со вскрытием гробницы Тэйморана Амиргу.
Но если отложить в сторону легенды, причины этого события были ясны и очевидны. На медленно погибающей планете оставалось всё меньше ресурсов, всё меньше пригодных для жизни территорий. Илтриксар с трудом вмещал в себя растущую популяцию, и передел власти был неизбежен. Человеческие государства вместе с защищавшими их кланами тэйриэ схлестнулись между собой… и утонули в кровавом кошмаре. За века, пролетевшие со времени Тэйморана Духа Войны, уровень технологий и магии стал куда как выше, и потому потери оказались фатальнее.
Первыми пали народы, когда-то отказавшиеся от союза с каким-либо родом тэйриэ и потому не имевшие могущественных защитников. Но и некоторые другие страны оказались стёрты с лица планеты, а с ними и целые кланы.
Последняя Война привела к экологической катастрофе такого масштаба, что жизнь стала возможна только на небольших островках, защищённых эко-куполами. Таким помнил Илтриксар Арданнор. Человеческие правители и Правящие Лорды и Леди тэйриэ хорошо усвоили кровавый урок и заключили Мирный Договор, согласно которому впредь не затевалось более ни одного вооружённого конфликта, каковы бы ни были мотивации сторон. Ресурсов по-прежнему оставалось немного, но Последняя Война настолько проредила население, что потомкам воевавших вполне хватало того, что осталось.
Клан золотых соколов Фэллконнер был одним из истреблённых. Их уникальный Дар сгинул, и это была невосполнимая потеря. Тэйриэ Фэллконнер не обладали сильной магией, но могли трансформировать любой энергетический заряд, многократно усиливая его. Многие искали союза с золотыми соколами, и среди них Роаннэн Энсору, тогдашний Правящий Лорд – великий учёный, создатель разумной машины под названием Валрус. В крови Фэллконнер было заключено последнее звено, необходимое для Эксперимента. Согласно чаяниям Роаннэна, Валрус мог не только снять Проклятие с его рода, но и отвести вероятность конца света, или же открыть для жителей Илтриксара возможность путешествовать в другие реальности.
В итоге Правящему Лорду удалось договориться о династическом браке. Его старшая дочь Лайриа была помолвлена с принцем Вэйшором Фэллконнер, который вызвался стать Ключом взамен на неограниченную поддержку клана Энсору, тогда ещё многочисленного. Но свадьба не успела состояться, потому что разразилась Война. Ни Вэйшор, ни Лайриа не дожили до заключения Мирового Договора. Золотые соколы пали, а их союзники, демонические псы, тоже оказались на грани истребления. Из всего многочисленного клана остались только сам Роаннэн, его супруга Нэрейя, их младший сын Тирэйн и пара пожилых Энсору, доживавших свой долгий век.
Но Роаннэн успел спасти Айлонви, младшую принцессу рода Фэллконнер. Каким-то невероятным образом ему удалось восстановить её изломанную плоть, почти что воскресить её. Говорили, что для этого Роаннэн использовал ткани собственного тела и энергию Дара, направленную сквозь Валрус. Вот почему после исцеления Айлонви несла в себе печать рода Энсору. Она не унаследовала Дар эмпатии, но могла теперь обращаться не только в золотого сокола, но и в чёрного демонического пса.
Айлонви была последней надеждой, последним возможным Ключом. Но для Роаннэна и Нэрейи, у которых Последняя Война украла почти всех детей и родственников, она стала прежде всего дочерью.
Роаннэн отдал Войне все свои силы, и его захватила та особая усталость, что была предвестником шелеста лёгких крыльев смерти. Увы, энергии оставшихся членов некогда процветающего клана было недостаточно для продолжения Эксперимента. До последнего дня своей жизни Роаннэн пытался завершить начатое, руководствуясь долгом и любовью к близким. За каких-то несколько лет силы оставили его, и он отправился на покой, так и не увидев плоды своих трудов.
Айлонви, уже пережившая немало утрат, тяжело переживала смерть своего названного отца. Она потеряла волю к жизни и не хотела продолжать новое подаренное Роаннэном существование. Но она хотела почтить его память и готова была остаться Ключом Валруса, на случай, если кому-то в грядущих поколениях всё же удастся воплотить мечту Правящего Лорда. Вместе с оставшимися в живых Энсору они нашли милосердный выход. Айлонви, надежду угасающего клана, погрузили в сон в одном из обелисков Валруса – сон без сновидений, подобный смерти. Разумная машина, творение магии и технологий, поддерживала работу систем организма, не позволяя искре жизни угаснуть.
Два поколения минуло с тех пор. Эксперимент был продолжен усилиями Правящих Лордов Тирэйна и Ирйихада, деда и отца Арданнора. Они использовали энергию Ключа, но без какой-либо осторожности и заботы, словно Айлонви была не одной из клана, а не более чем безмолвным инструментом. Сколько Арданнор помнил себя, Ирйихад вообще никогда не говорил о ней, как о живой женщине. Но сам лорд, с юных лет работавший в проекте «Валрус», чувствовал боль её спящего сознания, видел, как отец черпал все её силы без остатка, пользуясь тем, что она не могла противостоять ему в своём сне. Тем отвратительнее был ему подход Ирйихада.
И если бы дело ещё касалось великой цели, но нет. Прежде всего Ирйихад искал власти над другими кланами тэйриэ, мечтая стать вторым Тэймораном, только другим способом. Эту власть мог дать ему Валрус, если бы спасение людей и тэйриэ в итоге оказалось в его руках. Но его ресурсы были ограничены, потому что клан Энсору по-прежнему был очень малочисленным.
В своей погоне за удачей Ирйихад даже собственную жену принёс в жертву Эксперименту, пусть и невольно, так что ему было до Айлонви? А ведь Айдел Энсору-Веарнир, мать Арданнора и Артайра, он даже по-своему любил… если вообще был способен на такое чувство. Ирйихаду казалось, что он уже был близок к цели. Может, так оно и было, да только во время одного из опытов он не сумел остановиться, и Валрус просто выжег всю жизненную силу Айдел.
Трагедия надломила что-то в сознании Арданнора, но она же окончательно раскрыла его потенциал. Дар тэйриэ выбирал не старшего члена рода, но лучшего, того, кто был способен вести других за собой. Смерть любимой матери заставила Арданнора повзрослеть в одночасье, и Дар крови демонических псов вспыхнул в нём ярче, чем в ком-либо. Он стал Правящим Лордом клана Энсору.
Ирйихад окончательно обезумел. Он обвинял сына в предательстве, грозил ему и даже маленькому Артайру всеми мыслимыми и немыслимыми карами. Арданнор всерьёз задумывался о том, чтобы заключить отца под стражу, а то и вовсе казнить. Ирйихад успел сделать свой ход раньше. В последний раз он в одиночку запустил Валрус, надеясь с помощью энергии машины свергнуть сына, но в итоге выжег сам себя.
Арданнор не горевал об отце. Его детство состояло из сплошных унижений и бесплодных попыток выслужиться перед Правящим Лордом, завоевать любовь. Отец то и дело пробовал его на прочность, подвергая испытаниям, способным разрушить сам стержень личности. Когда бы не любовь матери, Арданнор ожесточился бы окончательно. Будучи Правящим Лордом Энсору, обладателем сильнейшего Дара эмпатии, Ирйихад с лёгкостью читал его эмоции и корёжил их по своему вкусу. Арданнор был лишён права просто чувствовать так, как было для него естественным. Чтобы сохранить хоть что-то в своей сути неприкосновенным, он выстраивал всё более прочные барьеры, и преуспел в этом. Слишком поздно он понял, ради чего Ирйихад уродовал его личность. С малых лет Правящий Лорд видел в нём возможного соперника. Целью жестокого воспитания была не закалка характера, а попытка сломать наследника, чтобы его потенциал никогда не раскрылся в нужной степени. Такой роскоши, как просто убить сына, Ирйихад позволить себе не мог – не то потому что Арданнор был нужен ему для продолжения Эксперимента, не то потому, что этого не простила бы Айдел. Возможно, всё в равной степени.
Как бы там ни было, со смертью отца для Арданнора началась жизнь. И больше не было нужды скрывать бесценное сокровище, чувство, которое могло стать главным оружием в руках Ирйихада против него – любовь к Раэнэль Норвьеру. С Раэн они были знакомы с детства. Принцесса Норвьеру была для Арданнора светочем, тем настоящим, что оставалось с ним сквозь всё. Эту тайну он защищал всем собой, зная, что если Ирйихад доберётся до этого секрета, то рухнут и все остальные барьеры. В потенциале он был сильнее своего отца, и потому сумел сохранить и себя, и своё чувство.
Раэн приняла его предложение, но её условием было не просто заключить брак, а войти в клан Энсору. Все тэйриэ были связаны со своими кланами не столько кровными узами, сколько магией, заключённой в их крови. Вот почему браки между представителями этой расы всегда были мистическим событием, задействовавшим клановые Дары. Если тэйриэ – неважно, мужчина или женщина – становился частью другого рода и принимал магическую связь со своим новым кланом, он сохранял свой изначальный Дар, но обретал искры нового. Дети от таких браков были наделены Даром принявшего рода. Если же тэйриэ, вступая в брак, сохранял связь с собственным родом, у детей такого брака были равные шансы получить Дар и внешность любого из родителей.
Арданнор противился этому, ведь вхождение в клан Энсору означало не только обретение искр редчайшего Дара. Но в итоге он вынужден был уступить возлюбленной. Вместе они воспитывали маленького Артайра, фактически заменив ему родителей, хотя сами были довольно молоды.
Новый Правящий Лорд был любим народом, с которым его клан когда-то заключил Священный Договор. Его сравнивали с самим Роаннэном, полной противоположностью Ирйихаду, воплощением идеалов Смысла тэйриэ – править и охранять, защищать и служить. Демонических псов Энсору, наконец-то, перестали бояться.
Это были счастливые годы, несмотря на то, что над всеми висела угроза Катастрофы.
Что до Эксперимента – Арданнор ненавидел его почти так же сильно, как своего отца. Он закрыл проект «Валрус» и зарёкся обучать брата тому, чему обучили его самого. На Совете Кланов он признал перед другими Правящими Лордами и Леди, что исследования Ирйихада потерпели крах. Легендарные возможности странствовать между измерениями так и остались легендой, мечтой народа, готовившегося к гибели своей цивилизации. Сам Арданнор никогда не верил в силу Валруса, помня, что усилия трёх поколений его рода оказались тщетны.
Но не только тень Катастрофы висела над его родом. Ускользание ещё не выбрало никого. Это был жуткий недуг, похищавший одного Энсору в каждом поколении. Проклятие Ускользания разъединяло разум и тело, заключало душу в невидимую клетку смертности, пока плоть не истлевала заживо. Говорили, что, Ускользание было обратной стороной кланового Дара, но никто не знал, кем было наложено это проклятие и за что – в обмен или в наказание за удивительную силу Энсору. Уникальный талант их крови позволял чувствовать переливы живых эмоций – не создавать новые, но направлять в других уже имевшиеся, блокировать или поднимать их на поверхность, в зависимости от намерения. Самым сильным носителем Дара, как и у других тэйриэ, являлся действующий глава клана, но далеко не всегда недуг поражал именно его. Так случилось и в этот раз…
Став частью клана Энсору и приняв ритуальную связь с ним, Раэнэль, любовь и жизнь Арданнора, пала жертвой проклятия Ускользания. К этому он не был готов, всегда подспудно предполагая, что из них троих – его, Артайра и Кайры – Ускользание однажды выберет именно его.
Потеря Раэн заставила его пересмотреть свои взгляды на проект «Валрус» и искать спасения в том, что прежде он ненавидел. Это было его единственной надеждой повернуть трагедию вспять. Эксперимент был возобновлён, втайне от других кланов, дабы не питать их надежды раньше времени.
Тело Раэнэль было помещено в один из обелисков Валруса с тем, чтобы можно было остановить неестественно скорое старение и тлен. Дар Арданнора поддерживал далёкое едва теплившееся пламя её сознания, удерживая на тончайшей грани, в бледном подобии жизни. Вот откуда он знал, что Раэн осознавала всё, что происходило с ней. Чувствовать её и быть не в силах в одночасье изменить всё было невыносимо.
