Некстати вспомнились изуродованные трупы на воротах Твайна. Девушка втайне надеялась, что раз уж магия Богини не распространяется на Энсору, то и так близко к его замку орденцы подходить не осмелятся. Но в этом нельзя было быть уверенным, как и в том, что лорд-властитель успеет найти их первым.
Ещё Айлонви хотела поговорить с Линдаром о Симрэль. Брать эльфею с собой в Замок было рискованно – прежде всего, для самой эльфеи. Если Энсору слыл безумцем, не самым мудрым шагом было лишний раз испытывать его терпение.
Поскольку основные проблемы пока что решаться не собирались, она решила заняться более насущными. Проходя мимо костра, Айлонви приблизилась к Линдару и осторожно потрясла его за плечо.
Оборотень приоткрыл один глаз.
– К реке? Я спать, – буркнул он.
– Лаконично, – усмехнулась Айлонви.
Линдар демонстративно зевнул и не удостоил её ответом.
Махнув на оборотня рукой, девушка направилась к реке.
Айлонви не могла не порадоваться, что начало осени в Энферии было очень мягким и достаточно тёплым. Вода оказалась ледяной, так как река брала начало высоко в горах – тех самых, у которых стоял замок Энсору. Кажется, они звались Пиками Демонов и вполне оправдывали своё название – ощетинившиеся скалы напоминали не то копья, не то клыки.
После купания Айлонви старательно пыталась высушить волосы, стуча зубами от холода.
Симрэль, которая тоже уже успела искупаться, холода будто и не замечала. Она даже куртку и плащ до сих пор не надела, прекрасно себя чувствуя в своей лёгкой рубашке. «Вот уж поистине, дитя природы, – с некоторой завистью подумала Айлонви. – Похоже, моя-то иномирная раса к холоду не так устойчива».
Эльфея немного сочувственно посмотрела на девушку, а потом подсела ближе.
– А ты тоже оборотень, как Эставарру? – спросила она.
– Хм, вроде того, – Айлонви пожала плечами, запоздало понимая, что Симрэль имела в виду Линдара. – Я редко обращаюсь. А что такое?
– Просто у тебя очень необычные красивые глаза, – княжна улыбнулась, – серебряные, как у представителей одной из ветвей эльфов. Больше я таких ни у кого не видела.
– Да, правда? А я думала, эльфы все зеленоглазые.
– Нет, только в моём народе, – Симрэль чуть погрустнела и отвернулась, глядя на золотисто-карминовый лес и возвышавшиеся над ним горы в жемчужных коронах.
– Почему ты не хочешь вернуться к ним? – Айлонви говорила осторожно, боясь спугнуть собеседницу.
– Есть первоочередные задачи. Я очень благодарна вам за то, что приняли меня в отряд. Эта встреча мне действительно... необходима.
– Погоди, то есть… ты хочешь в Замок, вместе с нами? – удивлённо переспросила девушка.
– Да, я иду туда же, куда и вы, – безмятежно отозвалась эльфея.
На её красивом лице по-прежнему не угадывалось ни единой эмоции, но почему-то Айлонви ощутила укол тревоги в самое сердце.
– Пожалуй, это надо обсудить более… подробно, – заметила она. – Не думаю, что Энсору будет рад даже нам, а если уж наша компания пополнится… Кстати, где Лунносветная?
– Она рядом, просто пожелала уединения, – Симрэль чуть нахмурилась. – Времени у нас действительно мало. Когда Орден задаётся целью найти кого-то, это происходит очень быстро… Лес не спокоен. Нам нужно торопиться. Обсудим всё позже.
– Позже на это не будет времени, – возразила Айлонви. – Тебе нельзя с…
Её прервал крик Линдара, прорвавший хрупкую тишину.
– Они здесь!
Оборотень с арбалетом наготове выбежал к реке, в несколько почти звериных прыжков оказываясь рядом с ними, и сбивчиво проговорил:
– Солдаты Ордена вышли из портала недалеко отсюда. Нужно уходить.
Повторять дважды не пришлось. Симрэль с молниеносной скоростью застегнула на груди ножны и уже держала наготове лук, поспешно натягивая тетиву. У Айлонви пристегнуть ножны и вынуть саблю заняло на какие-то секунды больше, чем у эльфеи.
Линдар обернулся к лесу, откуда с минуты на минуту должны были появиться воины.
– Их слишком много, чтобы принять бой.
Айлонви не успела ответить, потому что из леса показалась Лунносветная. Неуловимая, точно призрак, она скользнула к ним.
– Что бы ни случилось, не покидайте границ круга, – в её спокойном голосе на этот раз звучал скрытый приказ, которому даже не хотелось воспротивиться.
Верховная Жрица вскинула руку, предупреждая все возможные вопросы, и в следующий миг негромко запела. Тончайшая сеть ирреальной мелодии наполняла пространство вокруг них, сплетаясь в невидимый защитный барьер, очерченный её магией.
В следующий миг у Айлонви перехватило дыхание. Тяжёлая тёмная волна накрыла место, где они стояли, но натолкнулась на щит Лунносветной, вспыхнувший серебром. Воздух зазвенел, словно столкнулись лезвия двух огромных мечей.
Откуда-то издалека звучал уже знакомый речитатив, и тягучие потоки энергии заклубились у невидимой черты. Айлонви пошатнулась и невольно сделала шаг к границе. Тоска, мучившая её раньше, вспыхнула в сердце с новой силой, затуманивая разум. Но сквозь туман она чувствовала, видела Древнее Величие, взывавшее к чему-то в самой глубине её личности, знающее о ней всё в своей безграничной мудрости. Разве можно было противиться ему?..
Острая боль в локте заставила девушку опомниться. Симрэль рывком притянула её к себе.
– Ни шагу к ним, – прошипела эльфея.
На миг она даже перестала казаться Айлонви светлой, такой ненавистью сверкнули её зелёные глаза – ненавистью к тому, перед чем сама Айлонви ещё секунду назад готова была склониться.
Линдар, заслоняя собою Айлонви и Симрэль, зарядил арбалет. Девушка видела, как тяжело приходилось её другу. Он стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки, но оружие в его руке всё равно заметно подрагивало. Казалось, что не сделать ни шагу к границе отнимало все его силы.
Но сложнее всех пришлось Амиле. Её лицо стало бледным, как воск, а в глазах вспыхнул отблеск тревоги. Сейчас она показалась Айлонви удивительно хрупкой и уязвимой... И всё же щит не дрогнул, по-прежнему защищая остальных. Голос Лунносветной зазвучал чисто и властно, прорезая жреческое воздействие, заставляя тёмную волну отхлынуть.
Зловещие фигуры, облачённые в чёрное с серебром, безмолвно вышли из леса и замерли в некотором отдалении от барьера. Следом подоспели воины – отряд, о котором предупреждал Линдар. Они двигались быстро и слаженно, подчиняясь беззвучному приказу жрецов.
Щит защищал Айлонви и её друзей, но в считанные секунды они оказались окружены. Девушка приняла боевую стойку. Оборотень взял на прицел ближайшего к нему воина. Симрэль пока ещё держала лук опущенным, но Фэллконнер не сомневалась в её смертоносной скорости. Вот только так же отчётливо она понимала, что как бы хорошо они ни сражались – шансов у них не было, если Лунносветная проиграет жрецам.
Лицо Амилы точно окаменело. Во взгляде отчётливо отразилась спокойная ледяная ярость, такая невероятная, странная для неё. Между ней и жрецами Единого Ордена происходило какое-то невидимое сражение, и нельзя было поручиться, на чьей стороне оставался перевес. Барьер вибрировал, но не угасал.
Солдаты не делали попытки напасть, но от их неестественной неподвижности Айлонви делалось ещё больше не по себе. Верная сабля уже не казалась такой надёжной. Даже собственное тело, казалось, готово было подвести её в любой момент. Глубоко внутри она ещё понимала, что такие мысли приходили к ней откуда-то извне, но ясность этого понимания таяла, а уверенность всё больше подтачивал простой вопрос: ради чего она сопротивлялась?
Один из жрецов выступил вперёд. Безликий провал капюшона обратился к ним.
– Почему вы сопротивляетесь? – мягко спросил он, озвучивая мысли Айлонви. – Мы пришли помочь вам, ведь вы в Энферии – дорогие гости. Но не успели вы переступить границы, как ваш разум уже оказался смущён... – в его голосе зазвучало сожаление, и он повернул голову к Линдару. – Особенно разум одного из вас...
Оборотень пошатнулся и рухнул на одно колено, не в силах справиться с обрушившимся на него невидимым ударом. Амила коротко посмотрела на него и вскинула руку, словно отстраняя захлестнувшую его волну. Пальцы Лунносветной чуть подрагивали от напряжения.
Симрэль успела к Линдару раньше Айлонви и помогла подняться.
– Много ли счастья в том, чтобы запутаться в сетях сладостной лжи Лунной Ведьмы? – тихо заговорил другой жрец. – Она очаровала вас, но оттого её сказки не делаются правдивее... Она предала свой народ, растоптала свои священные Задачи, хоть голос её остался таким же чарующим, как и прежде. Или, возможно, вам нравится, когда вами манипулируют?
Айлонви невольно опустила саблю. В словах священнослужителя крылась правда: они ведь просто поверили Верховной Жрице на слово, слепо пошли, куда она велела, даже не зная толком ни кто она, ни какие у неё были на них планы... Вот только в Айриасе не было позорных столбов.
– Вы ткёте полотна лжи искуснее прочих, – презрительно бросила Симрэль.
– Долго вы не продержитесь, – веско заметил третий жрец, не слушая эльфею. – Зачем вы тратите силы, когда не знаете даже толком, кто вам друг, а кто враг?
– Не покидайте границы... – голос Амилы звучал совсем тихо, призрачно.
– Если вы согласитесь вступить под нашу опеку сейчас, по доброй воле, ваши преступления будут забыты, – продолжал первый жрец.
Он говорил почти ласково, точно обращался к неразумным детям.
– И даже мои? – оборотень криво усмехнулся, недвусмысленно поглаживая арбалет. – Ну да, предполагаю, что на столбе у городских ворот я сразу буду и прощён, и очищен.
Айлонви собрала остатки воли, ослабленной чужим воздействием, и стиснула саблю. Поверить было так соблазнительно, но она всё ещё хорошо помнила, что привело их сюда. Мысль о возможной участи Линдара окончательно привела её в чувство.
Симрэль безучастно изучала жрецов, но на дне её глаз мерцали опасные огоньки. Она словно только и ждала, чтобы барьер упал, и её лук смог запеть погребальную песнь.
– Что ж, если, к скорби нашей, таково ваше решение... Именем лорда-властителя Энсору...
Договорить жрец не успел. Ослепительным светом полыхнул новый портал, и разошедшаяся от него волна магии сбила с ног тех, кто стоял ближе всего. Когда свечение угасло, Айлонви увидела новых действующих лиц, разыгравшихся вокруг них событий. Красивая женщина в вишнёвом атласном платье, с тёмными волосами, заплетёнными в две косы, спокойно взирала на солдат. Воины даже не шевельнулись – тут явно не обошлось без заклинаний.
Спутником чародейки был высокий мужчина. Его лицо скрывала маска из тёмного металла, и невозможно было различить даже глаз в прорезях. Он был безоружен и не колдовал, но именно его присутствие внушало необъяснимый страх, поднимавшийся откуда-то из глубины.
– Моим именем что? – прозвучал его вкрадчивый голос.
Когда девушка поняла, кто стоял перед ними, её сабля опустилась сама собой. Неотрывно она смотрела на него, выхватывая взглядом каждую деталь его облика, силясь вспомнить хоть что-нибудь, но память онемела, не отзывалась ни единым проблеском.
Мужчина кивнул своей спутнице, и чародейка сделала несколько пассов, снимая воздействие заклинания. Освобождённые солдаты все, как один, склонились в поклоне перед лордом-властителем. Жрецы, к изумлению Айлонви, последовали их примеру. Удивила её и Амила, которая тотчас же сняла защитный барьер и присела в реверансе.
– Я рада нашей новой встрече, лорд-властитель, – негромко проговорила Лунносветная.
Лицо в маске повернулось к ней. Некоторое время он изучал их. Айлонви ощутила на себе его невидимый тяжёлый взгляд, прежде чем он снова обернулся к жрецам.
– Похоже, мне стоит благодарить вас за неожиданный подарок, – в его безжизненном почти лишённом интонаций голосе почудилась усмешка. – Неужели вы хотели доставить их ко мне в Замок?
Жрецы молчали. Потом один из них всё же выступил вперёд и учтиво ответил:
– Благословенной было угодно видеть их гостями Её Храма, прежде чем они будут препровождены к Вам, лорд-властитель.
– Что ж, впервые наши с Богиней интересы пересекаются. Будет ли мне позволено счесть свои первоочередными? – Энсору насмешливо поклонился.
В его голосе не было почтения, и не оставалось сомнений в том, что служит он только себе самому.
Айлонви нахмурилась. «Распоряжаются нами, словно вещами», - пронеслась мысль. Симрэль опустила лук, но её взгляд Айлонви совсем не понравился. Зелёные глаза сверкали, как лезвие клинка, хотя она ничего не предпринимала, по крайней мере, пока.
Линдар шагнул было к Энсору и собирался что-то сказать, когда по чьему-то невидимому знаку зазвучал губительный речитатив. Новая волна тягучей энергии, подминавшей под себя, соблазнявшей и покорявшей, прокатилась над поляной, но на этот раз целью её был Энсору. Что произошло дальше, Айлонви не понимала. Ближайший к ней жрец вдруг хрипло закричал и повалился на землю. Остальные продолжали речитатив, но плетение магии давалось им всё с большим трудом. Кто-то сгибался от боли, кто-то сжимал ладонями голову, уже даже не пытаясь подавить крик.
Глаза Амилы на мгновение расширились, но потом лёгкая полу улыбка коснулась её губ. Айлонви недоверчиво покачала головой, поражённая необъяснимой силой Энсору.
Солдаты уже давно опустили оружие и явно не понимали, что им следовало делать. С одной стороны они понимали, что должны помочь жрецам, которые привели их сюда; с другой, воле лорда-властителя, представителя наивысшей власти в Энферии, перечить они не могли, так как формально служили ему.
–Что со жрецами? – прошептала Айлонви, обращаясь к Амиле.
Неотрывно наблюдая за происходящим, Лунносветная тихо ответила:
– У него Дар необычайной мощи. Их же сила дарована им Акхараат, но Богиня не имеет власти над Избранником.
– Думаю, на сегодня достаточно, – сказал Энсору.
В его голосе не было ни злорадства, ни презрения – ничего вообще – и от этого становилось страшнее.
По всей видимости, он снял своё воздействие, так как жрецы начали подниматься, пытаясь восстановить утраченное достоинство.
– Он… жуткий… – упавшим голосом проговорила Айлонви. – Даже служители Богини не вызывают такой трепет…
Амила обняла девушку за плечи.
– Помни, что бы ни случилось, он будет не в силах причинить тебе вред.
Девушке с трудом верилось, что этого человека хоть что-то способно остановить или вразумить. Она силилась различить взгляд Энсору под маской, но чёрные провалы казались пустыми, как глазницы черепа.
– Мы подчинимся Вашей воле сегодня, лорд-властитель, – негромко проговорил один из жрецов – абсолютно спокойно, но так, что мороз пробирал по коже. – Будьте осторожны. Вы ходите по тонкому лезвию, а избранность не защищает от собственных глупых поступков.
Ещё Айлонви хотела поговорить с Линдаром о Симрэль. Брать эльфею с собой в Замок было рискованно – прежде всего, для самой эльфеи. Если Энсору слыл безумцем, не самым мудрым шагом было лишний раз испытывать его терпение.
Поскольку основные проблемы пока что решаться не собирались, она решила заняться более насущными. Проходя мимо костра, Айлонви приблизилась к Линдару и осторожно потрясла его за плечо.
Оборотень приоткрыл один глаз.
– К реке? Я спать, – буркнул он.
– Лаконично, – усмехнулась Айлонви.
Линдар демонстративно зевнул и не удостоил её ответом.
Махнув на оборотня рукой, девушка направилась к реке.
Прода от 30.01.2019, 10:04
Айлонви не могла не порадоваться, что начало осени в Энферии было очень мягким и достаточно тёплым. Вода оказалась ледяной, так как река брала начало высоко в горах – тех самых, у которых стоял замок Энсору. Кажется, они звались Пиками Демонов и вполне оправдывали своё название – ощетинившиеся скалы напоминали не то копья, не то клыки.
После купания Айлонви старательно пыталась высушить волосы, стуча зубами от холода.
Симрэль, которая тоже уже успела искупаться, холода будто и не замечала. Она даже куртку и плащ до сих пор не надела, прекрасно себя чувствуя в своей лёгкой рубашке. «Вот уж поистине, дитя природы, – с некоторой завистью подумала Айлонви. – Похоже, моя-то иномирная раса к холоду не так устойчива».
Эльфея немного сочувственно посмотрела на девушку, а потом подсела ближе.
– А ты тоже оборотень, как Эставарру? – спросила она.
– Хм, вроде того, – Айлонви пожала плечами, запоздало понимая, что Симрэль имела в виду Линдара. – Я редко обращаюсь. А что такое?
– Просто у тебя очень необычные красивые глаза, – княжна улыбнулась, – серебряные, как у представителей одной из ветвей эльфов. Больше я таких ни у кого не видела.
– Да, правда? А я думала, эльфы все зеленоглазые.
– Нет, только в моём народе, – Симрэль чуть погрустнела и отвернулась, глядя на золотисто-карминовый лес и возвышавшиеся над ним горы в жемчужных коронах.
– Почему ты не хочешь вернуться к ним? – Айлонви говорила осторожно, боясь спугнуть собеседницу.
– Есть первоочередные задачи. Я очень благодарна вам за то, что приняли меня в отряд. Эта встреча мне действительно... необходима.
– Погоди, то есть… ты хочешь в Замок, вместе с нами? – удивлённо переспросила девушка.
– Да, я иду туда же, куда и вы, – безмятежно отозвалась эльфея.
На её красивом лице по-прежнему не угадывалось ни единой эмоции, но почему-то Айлонви ощутила укол тревоги в самое сердце.
– Пожалуй, это надо обсудить более… подробно, – заметила она. – Не думаю, что Энсору будет рад даже нам, а если уж наша компания пополнится… Кстати, где Лунносветная?
– Она рядом, просто пожелала уединения, – Симрэль чуть нахмурилась. – Времени у нас действительно мало. Когда Орден задаётся целью найти кого-то, это происходит очень быстро… Лес не спокоен. Нам нужно торопиться. Обсудим всё позже.
– Позже на это не будет времени, – возразила Айлонви. – Тебе нельзя с…
Её прервал крик Линдара, прорвавший хрупкую тишину.
– Они здесь!
Оборотень с арбалетом наготове выбежал к реке, в несколько почти звериных прыжков оказываясь рядом с ними, и сбивчиво проговорил:
– Солдаты Ордена вышли из портала недалеко отсюда. Нужно уходить.
Повторять дважды не пришлось. Симрэль с молниеносной скоростью застегнула на груди ножны и уже держала наготове лук, поспешно натягивая тетиву. У Айлонви пристегнуть ножны и вынуть саблю заняло на какие-то секунды больше, чем у эльфеи.
Линдар обернулся к лесу, откуда с минуты на минуту должны были появиться воины.
– Их слишком много, чтобы принять бой.
Айлонви не успела ответить, потому что из леса показалась Лунносветная. Неуловимая, точно призрак, она скользнула к ним.
– Что бы ни случилось, не покидайте границ круга, – в её спокойном голосе на этот раз звучал скрытый приказ, которому даже не хотелось воспротивиться.
Верховная Жрица вскинула руку, предупреждая все возможные вопросы, и в следующий миг негромко запела. Тончайшая сеть ирреальной мелодии наполняла пространство вокруг них, сплетаясь в невидимый защитный барьер, очерченный её магией.
В следующий миг у Айлонви перехватило дыхание. Тяжёлая тёмная волна накрыла место, где они стояли, но натолкнулась на щит Лунносветной, вспыхнувший серебром. Воздух зазвенел, словно столкнулись лезвия двух огромных мечей.
Откуда-то издалека звучал уже знакомый речитатив, и тягучие потоки энергии заклубились у невидимой черты. Айлонви пошатнулась и невольно сделала шаг к границе. Тоска, мучившая её раньше, вспыхнула в сердце с новой силой, затуманивая разум. Но сквозь туман она чувствовала, видела Древнее Величие, взывавшее к чему-то в самой глубине её личности, знающее о ней всё в своей безграничной мудрости. Разве можно было противиться ему?..
Острая боль в локте заставила девушку опомниться. Симрэль рывком притянула её к себе.
– Ни шагу к ним, – прошипела эльфея.
На миг она даже перестала казаться Айлонви светлой, такой ненавистью сверкнули её зелёные глаза – ненавистью к тому, перед чем сама Айлонви ещё секунду назад готова была склониться.
Линдар, заслоняя собою Айлонви и Симрэль, зарядил арбалет. Девушка видела, как тяжело приходилось её другу. Он стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки, но оружие в его руке всё равно заметно подрагивало. Казалось, что не сделать ни шагу к границе отнимало все его силы.
Но сложнее всех пришлось Амиле. Её лицо стало бледным, как воск, а в глазах вспыхнул отблеск тревоги. Сейчас она показалась Айлонви удивительно хрупкой и уязвимой... И всё же щит не дрогнул, по-прежнему защищая остальных. Голос Лунносветной зазвучал чисто и властно, прорезая жреческое воздействие, заставляя тёмную волну отхлынуть.
Зловещие фигуры, облачённые в чёрное с серебром, безмолвно вышли из леса и замерли в некотором отдалении от барьера. Следом подоспели воины – отряд, о котором предупреждал Линдар. Они двигались быстро и слаженно, подчиняясь беззвучному приказу жрецов.
Щит защищал Айлонви и её друзей, но в считанные секунды они оказались окружены. Девушка приняла боевую стойку. Оборотень взял на прицел ближайшего к нему воина. Симрэль пока ещё держала лук опущенным, но Фэллконнер не сомневалась в её смертоносной скорости. Вот только так же отчётливо она понимала, что как бы хорошо они ни сражались – шансов у них не было, если Лунносветная проиграет жрецам.
Лицо Амилы точно окаменело. Во взгляде отчётливо отразилась спокойная ледяная ярость, такая невероятная, странная для неё. Между ней и жрецами Единого Ордена происходило какое-то невидимое сражение, и нельзя было поручиться, на чьей стороне оставался перевес. Барьер вибрировал, но не угасал.
Солдаты не делали попытки напасть, но от их неестественной неподвижности Айлонви делалось ещё больше не по себе. Верная сабля уже не казалась такой надёжной. Даже собственное тело, казалось, готово было подвести её в любой момент. Глубоко внутри она ещё понимала, что такие мысли приходили к ней откуда-то извне, но ясность этого понимания таяла, а уверенность всё больше подтачивал простой вопрос: ради чего она сопротивлялась?
Один из жрецов выступил вперёд. Безликий провал капюшона обратился к ним.
– Почему вы сопротивляетесь? – мягко спросил он, озвучивая мысли Айлонви. – Мы пришли помочь вам, ведь вы в Энферии – дорогие гости. Но не успели вы переступить границы, как ваш разум уже оказался смущён... – в его голосе зазвучало сожаление, и он повернул голову к Линдару. – Особенно разум одного из вас...
Оборотень пошатнулся и рухнул на одно колено, не в силах справиться с обрушившимся на него невидимым ударом. Амила коротко посмотрела на него и вскинула руку, словно отстраняя захлестнувшую его волну. Пальцы Лунносветной чуть подрагивали от напряжения.
Симрэль успела к Линдару раньше Айлонви и помогла подняться.
– Много ли счастья в том, чтобы запутаться в сетях сладостной лжи Лунной Ведьмы? – тихо заговорил другой жрец. – Она очаровала вас, но оттого её сказки не делаются правдивее... Она предала свой народ, растоптала свои священные Задачи, хоть голос её остался таким же чарующим, как и прежде. Или, возможно, вам нравится, когда вами манипулируют?
Айлонви невольно опустила саблю. В словах священнослужителя крылась правда: они ведь просто поверили Верховной Жрице на слово, слепо пошли, куда она велела, даже не зная толком ни кто она, ни какие у неё были на них планы... Вот только в Айриасе не было позорных столбов.
– Вы ткёте полотна лжи искуснее прочих, – презрительно бросила Симрэль.
– Долго вы не продержитесь, – веско заметил третий жрец, не слушая эльфею. – Зачем вы тратите силы, когда не знаете даже толком, кто вам друг, а кто враг?
– Не покидайте границы... – голос Амилы звучал совсем тихо, призрачно.
– Если вы согласитесь вступить под нашу опеку сейчас, по доброй воле, ваши преступления будут забыты, – продолжал первый жрец.
Он говорил почти ласково, точно обращался к неразумным детям.
– И даже мои? – оборотень криво усмехнулся, недвусмысленно поглаживая арбалет. – Ну да, предполагаю, что на столбе у городских ворот я сразу буду и прощён, и очищен.
Айлонви собрала остатки воли, ослабленной чужим воздействием, и стиснула саблю. Поверить было так соблазнительно, но она всё ещё хорошо помнила, что привело их сюда. Мысль о возможной участи Линдара окончательно привела её в чувство.
Симрэль безучастно изучала жрецов, но на дне её глаз мерцали опасные огоньки. Она словно только и ждала, чтобы барьер упал, и её лук смог запеть погребальную песнь.
– Что ж, если, к скорби нашей, таково ваше решение... Именем лорда-властителя Энсору...
Договорить жрец не успел. Ослепительным светом полыхнул новый портал, и разошедшаяся от него волна магии сбила с ног тех, кто стоял ближе всего. Когда свечение угасло, Айлонви увидела новых действующих лиц, разыгравшихся вокруг них событий. Красивая женщина в вишнёвом атласном платье, с тёмными волосами, заплетёнными в две косы, спокойно взирала на солдат. Воины даже не шевельнулись – тут явно не обошлось без заклинаний.
Спутником чародейки был высокий мужчина. Его лицо скрывала маска из тёмного металла, и невозможно было различить даже глаз в прорезях. Он был безоружен и не колдовал, но именно его присутствие внушало необъяснимый страх, поднимавшийся откуда-то из глубины.
– Моим именем что? – прозвучал его вкрадчивый голос.
Когда девушка поняла, кто стоял перед ними, её сабля опустилась сама собой. Неотрывно она смотрела на него, выхватывая взглядом каждую деталь его облика, силясь вспомнить хоть что-нибудь, но память онемела, не отзывалась ни единым проблеском.
Мужчина кивнул своей спутнице, и чародейка сделала несколько пассов, снимая воздействие заклинания. Освобождённые солдаты все, как один, склонились в поклоне перед лордом-властителем. Жрецы, к изумлению Айлонви, последовали их примеру. Удивила её и Амила, которая тотчас же сняла защитный барьер и присела в реверансе.
– Я рада нашей новой встрече, лорд-властитель, – негромко проговорила Лунносветная.
Лицо в маске повернулось к ней. Некоторое время он изучал их. Айлонви ощутила на себе его невидимый тяжёлый взгляд, прежде чем он снова обернулся к жрецам.
– Похоже, мне стоит благодарить вас за неожиданный подарок, – в его безжизненном почти лишённом интонаций голосе почудилась усмешка. – Неужели вы хотели доставить их ко мне в Замок?
Жрецы молчали. Потом один из них всё же выступил вперёд и учтиво ответил:
– Благословенной было угодно видеть их гостями Её Храма, прежде чем они будут препровождены к Вам, лорд-властитель.
– Что ж, впервые наши с Богиней интересы пересекаются. Будет ли мне позволено счесть свои первоочередными? – Энсору насмешливо поклонился.
В его голосе не было почтения, и не оставалось сомнений в том, что служит он только себе самому.
Айлонви нахмурилась. «Распоряжаются нами, словно вещами», - пронеслась мысль. Симрэль опустила лук, но её взгляд Айлонви совсем не понравился. Зелёные глаза сверкали, как лезвие клинка, хотя она ничего не предпринимала, по крайней мере, пока.
Линдар шагнул было к Энсору и собирался что-то сказать, когда по чьему-то невидимому знаку зазвучал губительный речитатив. Новая волна тягучей энергии, подминавшей под себя, соблазнявшей и покорявшей, прокатилась над поляной, но на этот раз целью её был Энсору. Что произошло дальше, Айлонви не понимала. Ближайший к ней жрец вдруг хрипло закричал и повалился на землю. Остальные продолжали речитатив, но плетение магии давалось им всё с большим трудом. Кто-то сгибался от боли, кто-то сжимал ладонями голову, уже даже не пытаясь подавить крик.
Глаза Амилы на мгновение расширились, но потом лёгкая полу улыбка коснулась её губ. Айлонви недоверчиво покачала головой, поражённая необъяснимой силой Энсору.
Солдаты уже давно опустили оружие и явно не понимали, что им следовало делать. С одной стороны они понимали, что должны помочь жрецам, которые привели их сюда; с другой, воле лорда-властителя, представителя наивысшей власти в Энферии, перечить они не могли, так как формально служили ему.
–Что со жрецами? – прошептала Айлонви, обращаясь к Амиле.
Неотрывно наблюдая за происходящим, Лунносветная тихо ответила:
– У него Дар необычайной мощи. Их же сила дарована им Акхараат, но Богиня не имеет власти над Избранником.
– Думаю, на сегодня достаточно, – сказал Энсору.
В его голосе не было ни злорадства, ни презрения – ничего вообще – и от этого становилось страшнее.
По всей видимости, он снял своё воздействие, так как жрецы начали подниматься, пытаясь восстановить утраченное достоинство.
– Он… жуткий… – упавшим голосом проговорила Айлонви. – Даже служители Богини не вызывают такой трепет…
Амила обняла девушку за плечи.
– Помни, что бы ни случилось, он будет не в силах причинить тебе вред.
Девушке с трудом верилось, что этого человека хоть что-то способно остановить или вразумить. Она силилась различить взгляд Энсору под маской, но чёрные провалы казались пустыми, как глазницы черепа.
– Мы подчинимся Вашей воле сегодня, лорд-властитель, – негромко проговорил один из жрецов – абсолютно спокойно, но так, что мороз пробирал по коже. – Будьте осторожны. Вы ходите по тонкому лезвию, а избранность не защищает от собственных глупых поступков.
