Вняв предостережению Гудини, рыцарь приказал всем ни в коем случае не пробовать никаких припасов из кладовых оборотней, и вообще соблюдать максимальную осторожность. Неизвестно, послушались его или нет, но ни с кем ничего плохого в процессе поисков не случилось. А искали тщательно. Все превосходно понимали, что мешок с мелочью – далеко не все сокровища, добытые разбоем. Где-то спрятаны золото и драгоценности. Разумеется, если они будут найдены, клад разбойников-оборотней станет собственностью барона Герсби, за вычетом доли его сеньора, естественно. Однако по отношению к своим людям барона никак нельзя было обвинить в скаредности – отряд, который добывал сокровища разбойников, получал весьма немалую долю их добычи.
Поиски затянулись надолго и грозились остаться безрезультатными. Ведь оборотней никто не заставлял прятать свои сокровища в этих пещерах. В их распоряжении имелось целое болото. Это ещё при условии, что сокровища у них были. Но не попробовать сэр Брайан не мог, да и стражники не возражали. И ему, и им лишние деньги были бы отнюдь не лишними, так что поиски продолжались с неистощимым энтузиазмом.
- Ищущий, да обрящет! – время от времени провозглашал брат Бацеолус, но даже он не мог сказать, точно ли произойдёт сие знаменательное событие, и если действительно произойдёт, то когда именно.
В очередной раз взглянув на солнце, рыцарь понял, что сегодня отряд уже никуда не поедет. Через пару часов начнёт темнеть, и есть немалая вероятность, что темнота застанет их ещё на болоте. Так что лучше уж заночевать возле скал.
- Ночевать будем здесь. Лагерь разобьём у входа в пещеру, где оборотни хранили свой арсенал, - распорядился рыцарь.
- Может, не стоит лишний раз ночевать на болоте? – предложил Гудини. – Ведьма обещала вывести нас на твёрдую землю за полтора часа, а за это время полностью ещё не стемнеет.
- Может, и успели бы, если бы прямо сейчас сели на коней и поехали. Но нам нужно ещё погрузить на лошадей добычу, а она немаленькая. Одни арбалеты изрядно потянут, и по весу, и по деньгам. Это значительного времени потребует. Так что до темноты, скорее всего, с болота не уйдём. А раз так, лучше места, чем возле скал, не найти. Тут и посуше, и дрова для нас любезно приготовлены.
- А если ночуем здесь, то почему не в одной из пещер?
- Потому что в пещере один вход, который просто охранять, но и выход тоже один. В случае нападения мы окажемся в западне. Это все вопросы, Гудини? Вообще-то приказы командира исполняются, а не обсуждаются, есть такое правило.
- Раз есть такое правило, то больше вопросов нет, - смирился маг.
Тем временем двое стражников начали разводить костёр. Остальные четверо, разбившись на пары, безуспешно обшаривали пещеры в поисках клада.
- Сэр Брайан, я хочу осмотреть крайнюю пещеру, а ты не разрешаешь никому гулять в одиночку. Не составишь ли сам в таком случае мне компанию? – попросила ведьма.
- Составлю, Захария, - согласился рыцарь и направился вслед за ней. – А что ты надеешься там увидеть?
- Одежду надеюсь себе подыскать. Надоело, знаешь ли, щеголять в мужской монашеской рясе. Я ведь женщина, мне хочется выглядеть привлекательно, ну и всё такое. Ряса этому отнюдь не способствует.
- Ты уж извини меня, Захария, но дело тут не в одежде. Красавица всегда останется красавицей, даже в рясе. А ты что хочешь одевай, или вообще одежду сними, всё равно будешь… Ну, такая, как есть. Не поможет тебе одежда. Для меня до сих пор загадка, что в тебе те два крестьянина нашли, которых ты приворожила. Мне кажется, даже магия тебе не поможет красиво выглядеть.
- Сэр Брайан, ты просто образец рыцарской галантности! Я, значит, такая уродина, что мне даже магия не поможет понравиться ни одному мужчине? Разве рыцари не должны говорить женщинам комплименты? Или это касается только прекрасных дам, и при том ни в коем случае не ведьм?
- Я всего несколько дней как рыцарь. Не знаю точно, сколько именно, со счёту сбился. Но ты первая женщина, с которой я имею дело с тех пор. Не считая жены, разумеется.
- Все вы, мужчины, одинаковы. Жён никогда за женщин не считаете. Хоть рыцари, хоть крестьяне, хоть маги – в этом разницы между вами нет. Ну, что ж, мир мне изменить не по силам, удовлетворюсь тем, что я первая женщина у такого прославленного рыцаря.
- Не надо мне льстить, ведьма. Я вовсе не прославленный.
- Вот представь, сэр Брайан, вернёшься ты в замок Герсби, и доложишь барону, что преуспел там, где сэр Арчибальд претерпел полный разгром, причём отряд у тебя был намного меньше. И при этом потери твоего отряда – это трусы и предатели, и больше никто. Причём этих людей в отряд ты не сам отбирал, барон их тебе назначил. Разве это не принесёт тебе славы?
- Откуда ты знаешь, что я не сам набирал отряд?
- Так видно же, что это не твои люди. Ты за всё время никого из них ни разу по имени не назвал. Наверно, и не знаешь даже, как их зовут.
- Ладно, Захария, мы собирались пещеру осмотреть, так давай осматривать, пока ещё светло. Кстати, давно тут эти пещеры? Их высекли, когда начали добычу камня?
- Думаю, нет. Они очень древние, были уже и во времена римлян, и во времена пиктов, а может, и ещё раньше. Какая тебе разница, сэр Брайан?
Они зашли в пещеру, служившую кому-то из оборотней спальней. На полу лежали рядышком два соломенных матраса. В дальнем конце стоял небольшой бочонок с вином, крышка отсутствовала, зато имелся ковшик для желающих утолить жажду. Ещё в пещере находился сундук, в нём, судя по всему, недавно лежала мужская и женская одежда. Теперь сундук опустел, а его содержимое было разбросано на полу. Стражники, проводя поиск клада, не сочли нужным положить вещи обратно, да и зачем бы это могло им понадобиться?
Ведьма выбрала платье, по которому потоптались меньше всего, и две пары туфель. Сэр Брайан с удивлением отметил, что пары были разных размеров.
- Захария, ты зря собираешься надеть платье, - вознамерился он дать ведьме добрый совет. – На твоей лошади мужское седло, в платье ты не сможешь в него сесть.
Ведьма выругалась.
- Ты прав, сэр Брайан, - признала она. – Придётся подыскивать что-то мужское.
Ведьма очень тщательно выбирала одежду, рыцарю даже показалось, что ей нравится сам процесс. Наконец, весь комплект одежды был подобран. Захария положила его на крышку сундука и выжидающе посмотрела на рыцаря. Тот под её взглядом пришёл в некоторое смущение.
- Ты, наверно, хочешь переодеться, - предположил он. – Я отвернусь.
- Ни в коем случае! – категорически возразила ведьма. – Ты приказал, чтобы каждый постоянно находился в поле зрения хотя бы одного из остальных. Мне даже не было позволено облегчаться без мужских взглядов. Так что сейчас смотри внимательно.
- Ну, я думал, что мой взгляд тебя стеснит, а тут, внутри пещеры, безопасно…
- Чтобы меня не стеснял твой взгляд, ты и сам разденься. Или ты стесняешься своего тела, сэр Брайан?
- Не выдумывай глупостей! Чего вдруг я должен раздеваться? – неуверенно возразил рыцарь.
- Ладно, не раздевайся, - разрешила женщина. – Я и так переоденусь.
Ведьма начала тихо напевать что-то ритмичное, слегка при этом пританцовывая в такт ритму, и медленно снимать через голову рясу. Выглядела она теперь совсем иначе. Перемены были мелкими, почти неуловимыми, но восприятие меняли очень сильно. Грудь налилась, живот втянулся, лицо прояснилось и утратило своё обычное кислое выражение. Теперь это уже была не та девка, к которой все привыкли и которую совершенно не воспринимали как женщину, а красавица, заметно излучающая желание соития. У рыцаря перехватило дыхание, но он постарался восстановить спокойствие.
- Захария, это тот танец, которым славятся женщины-сарацинки?
- Нет, сэр Брайан, это не танец живота. У моего танца пока нет названия. И ещё. Хоть в такой момент, пожалуйста, не называй меня этим дурацким именем! Где ты только его откопал? Я не Захария, я Вирджиния, что означает «девственная», хотя девственницей я была очень давно! Кстати, почему у тебя голос такой сдавленный?
- Нормальный голос, тебе показалось, - соврал сэр Брайан. – А вот мне почудилось или нет, что ты изменилась?
- Все меняются со временем, только некоторые немного быстрее, чем другие, - улыбнулась ведьма, и от улыбки стала ещё прекраснее. – Так и будешь стоять столбом? Желаешь, чтобы я сама тебя раздела? Раздену, если хочешь, мне нетрудно.
Всё так же пританцовывая, обнажённая ведьма подошла к рыцарю и стала снимать с него доспехи. Сэр Брайан не мог даже пошевелиться, чтобы ей помешать, да вдобавок к тому он ещё и не решил, нужно мешать или нет. Доспехи с лязгом быстро оказались на полу, за ними последовала одежда.
- Ты применяешь приворотную магию! – выдохнул рыцарь.
- Ничего подобного, - возмутилась ведьма. – Да, я собиралась её применить, но этого не понадобилось. Ты и так сделаешь то, чего я хочу. Я ведь тебе в таком облике нравлюсь, правда?
- Ты на самом деле сменила облик! Ты одна из них!
- Почти угадал. Я действительно была одной из них. Но теперь я в твоём отряде. Не бойся! Негоже рыцарю бояться слабой женщины!
Сэр Брайан себя уже совершенно не контролировал. Схватив в охапку хрупкую на вид ведьму, он бросил её на матрас, чему та даже и не думала сопротивляться. Более того, когда он вплотную занялся делом, она крепко обхватила его ногами и прошептала:
- Ну, всё, рыцарь, я долго этого ждала, и теперь очень нескоро тебя отпущу.
Гудини в поисках клада участия не принимал. Разумеется, как и все остальные, от денег он бы не отказался, но сейчас его уверенность, что сокровища оборотней не найдутся, была абсолютной. Даже самый глупый разбойник не станет прятать ценную добычу на своей стоянке. Шестеро стражников, разбившись на сменяющие друг друга тройки, искали сокровища, а Гудини и брат Бацеолус бездельничали возле костра, прерывая это восхитительное занятие только подбрасыванием дров в огонь. Маг лежал, глядя по большей части в небо, а монах сидел, устремив взгляд в костёр и беззвучно шевеля губами.
- Что, дружище Бацеолус, опять Песнь Песней декламируешь? – Гудини стало скучно, и он решил завязать разговор с монахом.
- Нет. Я пытаюсь понять, когда произойдёт поцелуй Иуды. И кто у нас Иуда, мне тоже пока неизвестно.
- Ты опять погряз в ереси и богохульстве. Не зря тебя аббат сжечь хотел.
- На самом деле он этого не хотел. Аббат не любит сжигать людей. И не сжигает. За всё время он никого не сжёг, хотя клетки для приговорённых, в одной из которых и ты сидел, довольно часто не пустовали. Он всегда находил способ отдать этих узников или барону Герсби, или кому-нибудь из его рыцарей.
- Добрый у тебя аббат.
- Не такой он добрый, как ты, Гудини, подумал. Знаешь, что барон делает с этими людьми? Поверь, судьба их незавидна.
- Ясно. Сам руки кровью пачкать не хочет, но не против, чтобы эту кровь пролил кто-то другой.
- Как раз кровь тут не льётся. Ни в огне, ни на виселице.
- Бац, нельзя всё так буквально воспринимать! Ну, пускай не кровью, а смертью. Понятно же, что я имел в виду! Лучше скажи, как ты думаешь, нас повесят?
- Гудини, ты сказал «нас»? Я ведь не приговорён к сожжению. Хотя аббат мне этим и угрожал. Но я считаю, что сэр Брайан не станет никого казнить. Отпустит. А почему ты только сейчас этим заинтересовался? Мы ведь уже третий день в его отряде.
- Раньше, дорогой Бацеолус, я был уверен, что нам в любом случае с болота живыми не выйти. Но теперь, похоже, с этим всё будет нормально. Мы захватили всё оружие оборотней, они сбежали, и если верить ведьме, отсюда меньше двух часов пути до твёрдой земли. Уже пора подумать, что будет потом.
- Ты ошибаешься. Оборотни не сбежали.
- Как это? Я сам видел, что они удрали!
- Нет. Они где-то поблизости. Вот посмотри на Сарацина.
- Кого ты имеешь в виду? У нас в отряде нет не только ни одного сарацина, но даже никого, кто был бы на них хоть немного похож.
- Кроме тебя, - отметил монах. – Но я говорил про коня сэра Брайана. Посмотри, как он себя ведёт. Лошади так беспокоятся, если рядом хищник. А какие ещё есть хищники на болоте, кроме этих гоблинов?
- Бац, ты путаешь. Лошадь – это не собака, и сторожить не может.
- А Сарацин и не сторожит. Знаков он ведь нам не подаёт. Но сам врага чует.
- Говоришь, они где-то поблизости? А зачем им это? Сделать они нам ничего не смогут. Причём сами в этом виноваты. Представляешь, если бы вчера они на нас не нападали, а сейчас бы к костру подошёл сэр Арчибальд, что бы сделали стражники? Конечно, подчинились ему! Но теперь тут уже никого так не обманешь!
- А если сейчас подойдёт фальшивый сэр Брайан, что будет? – поинтересовался монах.
- Понятия не имею, Бац. И даже думать об этом не хочу. Но ведь он не один. С ним ведьма, а её оборотни подделать не сумеют.
- А её и не надо подделывать. Скорее всего, она им и так помогает.
- С чего ты взял?
- Во-первых, их, оборотней, двое мужчин. Значит, им нужна хоть одна женщина.
- Неубедительно. А что во-вторых?
- То, что любая женщина – сосуд греха. То есть заведомо склонна к предательству.
- И как именно она предаст сэра Брайана?
- Убьёт своими огненными шарами, - пояснил брат Бацеолус. – После этого один из оборотней примет его облик и наденет доспехи. Когда они с ведьмой вернутся сюда, мы не заметим разницы. И командиром у нас будет оборотень. А проводником – ведьма. И угадай, дружище Гудини, куда они нас завтра заведут?
- Бац, то, что ты говоришь, похоже на бред. Но вдруг ты прав, что тогда?
- Тогда нам всем конец. Неужели тебе непонятно?
Маг задумался. Что, если монах не ошибается, и ведьма заодно с оборотнями? В этом случае сэр Брайан обречён, а вместе с ним суждено погибнуть и всему отряду. Но есть ли хоть какие-нибудь доказательства этому предположению? Беспокойство принадлежащего рыцарю вороного коня, которое замечает только сам брат Бацеолус? Маловато, если честно. Но ведь можно кое-что проверить! Рыцарь с ведьмой вошли в пещеру, и Гудини не видел, чтобы из этой пещеры кто-то из них выходил. Они там ищут клад оборотней, что же ещё можно делать в пещере так долго? Нужно просто посмотреть и убедиться, что у них всё в порядке.
- Ребята, нужна помощь одного из вас, любого. Проверим, как там командир. Что-то он долго с ведьмой из пещеры не выходит, - обратился маг к стражникам.
Стражники переглянулись с недовольным видом. Ни один из них не выразил желания куда-либо идти. С их точки зрения, если мужчина уединился с женщиной, лучшее, что в этом случае можно сделать – это не мешать. Но и спорить с магом они тоже не хотели. Ещё раз переглянувшись, они выбросили пальцы, и проигравший покорно поднялся, взял арбалет и предложил:
- Ну, пошли, что ли?
Гудини вскочил и быстро зашагал к пещере. Стражник, не отставая, шёл следом. Брат Бацеолус тоже решил поучаствовать и, путаясь в рясе, поспешил за ними. Подходя к крайней пещере, маг сделал знак своим спутникам, чтобы они остановились, а сам стал двигаться совершенно бесшумно, чем заслужил восхищённый взгляд стражника, высоко оценившего его умение.
Гудини осторожно заглянул в пещеру и несколько секунд смотрел, что там происходит. Затем он всё так же бесшумно отошёл от входа на несколько футов и вполголоса сообщил:
- Уходим. Сэру Брайану ничего не угрожает.
Стражник понимающе ухмыльнулся, монах же был осведомлён о некоторых сторонах человеческого бытия намного хуже.
Поиски затянулись надолго и грозились остаться безрезультатными. Ведь оборотней никто не заставлял прятать свои сокровища в этих пещерах. В их распоряжении имелось целое болото. Это ещё при условии, что сокровища у них были. Но не попробовать сэр Брайан не мог, да и стражники не возражали. И ему, и им лишние деньги были бы отнюдь не лишними, так что поиски продолжались с неистощимым энтузиазмом.
- Ищущий, да обрящет! – время от времени провозглашал брат Бацеолус, но даже он не мог сказать, точно ли произойдёт сие знаменательное событие, и если действительно произойдёт, то когда именно.
В очередной раз взглянув на солнце, рыцарь понял, что сегодня отряд уже никуда не поедет. Через пару часов начнёт темнеть, и есть немалая вероятность, что темнота застанет их ещё на болоте. Так что лучше уж заночевать возле скал.
- Ночевать будем здесь. Лагерь разобьём у входа в пещеру, где оборотни хранили свой арсенал, - распорядился рыцарь.
- Может, не стоит лишний раз ночевать на болоте? – предложил Гудини. – Ведьма обещала вывести нас на твёрдую землю за полтора часа, а за это время полностью ещё не стемнеет.
- Может, и успели бы, если бы прямо сейчас сели на коней и поехали. Но нам нужно ещё погрузить на лошадей добычу, а она немаленькая. Одни арбалеты изрядно потянут, и по весу, и по деньгам. Это значительного времени потребует. Так что до темноты, скорее всего, с болота не уйдём. А раз так, лучше места, чем возле скал, не найти. Тут и посуше, и дрова для нас любезно приготовлены.
- А если ночуем здесь, то почему не в одной из пещер?
- Потому что в пещере один вход, который просто охранять, но и выход тоже один. В случае нападения мы окажемся в западне. Это все вопросы, Гудини? Вообще-то приказы командира исполняются, а не обсуждаются, есть такое правило.
- Раз есть такое правило, то больше вопросов нет, - смирился маг.
Тем временем двое стражников начали разводить костёр. Остальные четверо, разбившись на пары, безуспешно обшаривали пещеры в поисках клада.
- Сэр Брайан, я хочу осмотреть крайнюю пещеру, а ты не разрешаешь никому гулять в одиночку. Не составишь ли сам в таком случае мне компанию? – попросила ведьма.
- Составлю, Захария, - согласился рыцарь и направился вслед за ней. – А что ты надеешься там увидеть?
- Одежду надеюсь себе подыскать. Надоело, знаешь ли, щеголять в мужской монашеской рясе. Я ведь женщина, мне хочется выглядеть привлекательно, ну и всё такое. Ряса этому отнюдь не способствует.
- Ты уж извини меня, Захария, но дело тут не в одежде. Красавица всегда останется красавицей, даже в рясе. А ты что хочешь одевай, или вообще одежду сними, всё равно будешь… Ну, такая, как есть. Не поможет тебе одежда. Для меня до сих пор загадка, что в тебе те два крестьянина нашли, которых ты приворожила. Мне кажется, даже магия тебе не поможет красиво выглядеть.
- Сэр Брайан, ты просто образец рыцарской галантности! Я, значит, такая уродина, что мне даже магия не поможет понравиться ни одному мужчине? Разве рыцари не должны говорить женщинам комплименты? Или это касается только прекрасных дам, и при том ни в коем случае не ведьм?
- Я всего несколько дней как рыцарь. Не знаю точно, сколько именно, со счёту сбился. Но ты первая женщина, с которой я имею дело с тех пор. Не считая жены, разумеется.
- Все вы, мужчины, одинаковы. Жён никогда за женщин не считаете. Хоть рыцари, хоть крестьяне, хоть маги – в этом разницы между вами нет. Ну, что ж, мир мне изменить не по силам, удовлетворюсь тем, что я первая женщина у такого прославленного рыцаря.
- Не надо мне льстить, ведьма. Я вовсе не прославленный.
- Вот представь, сэр Брайан, вернёшься ты в замок Герсби, и доложишь барону, что преуспел там, где сэр Арчибальд претерпел полный разгром, причём отряд у тебя был намного меньше. И при этом потери твоего отряда – это трусы и предатели, и больше никто. Причём этих людей в отряд ты не сам отбирал, барон их тебе назначил. Разве это не принесёт тебе славы?
- Откуда ты знаешь, что я не сам набирал отряд?
- Так видно же, что это не твои люди. Ты за всё время никого из них ни разу по имени не назвал. Наверно, и не знаешь даже, как их зовут.
- Ладно, Захария, мы собирались пещеру осмотреть, так давай осматривать, пока ещё светло. Кстати, давно тут эти пещеры? Их высекли, когда начали добычу камня?
- Думаю, нет. Они очень древние, были уже и во времена римлян, и во времена пиктов, а может, и ещё раньше. Какая тебе разница, сэр Брайан?
Они зашли в пещеру, служившую кому-то из оборотней спальней. На полу лежали рядышком два соломенных матраса. В дальнем конце стоял небольшой бочонок с вином, крышка отсутствовала, зато имелся ковшик для желающих утолить жажду. Ещё в пещере находился сундук, в нём, судя по всему, недавно лежала мужская и женская одежда. Теперь сундук опустел, а его содержимое было разбросано на полу. Стражники, проводя поиск клада, не сочли нужным положить вещи обратно, да и зачем бы это могло им понадобиться?
Ведьма выбрала платье, по которому потоптались меньше всего, и две пары туфель. Сэр Брайан с удивлением отметил, что пары были разных размеров.
- Захария, ты зря собираешься надеть платье, - вознамерился он дать ведьме добрый совет. – На твоей лошади мужское седло, в платье ты не сможешь в него сесть.
Ведьма выругалась.
- Ты прав, сэр Брайан, - признала она. – Придётся подыскивать что-то мужское.
Ведьма очень тщательно выбирала одежду, рыцарю даже показалось, что ей нравится сам процесс. Наконец, весь комплект одежды был подобран. Захария положила его на крышку сундука и выжидающе посмотрела на рыцаря. Тот под её взглядом пришёл в некоторое смущение.
- Ты, наверно, хочешь переодеться, - предположил он. – Я отвернусь.
- Ни в коем случае! – категорически возразила ведьма. – Ты приказал, чтобы каждый постоянно находился в поле зрения хотя бы одного из остальных. Мне даже не было позволено облегчаться без мужских взглядов. Так что сейчас смотри внимательно.
- Ну, я думал, что мой взгляд тебя стеснит, а тут, внутри пещеры, безопасно…
- Чтобы меня не стеснял твой взгляд, ты и сам разденься. Или ты стесняешься своего тела, сэр Брайан?
- Не выдумывай глупостей! Чего вдруг я должен раздеваться? – неуверенно возразил рыцарь.
- Ладно, не раздевайся, - разрешила женщина. – Я и так переоденусь.
Ведьма начала тихо напевать что-то ритмичное, слегка при этом пританцовывая в такт ритму, и медленно снимать через голову рясу. Выглядела она теперь совсем иначе. Перемены были мелкими, почти неуловимыми, но восприятие меняли очень сильно. Грудь налилась, живот втянулся, лицо прояснилось и утратило своё обычное кислое выражение. Теперь это уже была не та девка, к которой все привыкли и которую совершенно не воспринимали как женщину, а красавица, заметно излучающая желание соития. У рыцаря перехватило дыхание, но он постарался восстановить спокойствие.
- Захария, это тот танец, которым славятся женщины-сарацинки?
- Нет, сэр Брайан, это не танец живота. У моего танца пока нет названия. И ещё. Хоть в такой момент, пожалуйста, не называй меня этим дурацким именем! Где ты только его откопал? Я не Захария, я Вирджиния, что означает «девственная», хотя девственницей я была очень давно! Кстати, почему у тебя голос такой сдавленный?
- Нормальный голос, тебе показалось, - соврал сэр Брайан. – А вот мне почудилось или нет, что ты изменилась?
- Все меняются со временем, только некоторые немного быстрее, чем другие, - улыбнулась ведьма, и от улыбки стала ещё прекраснее. – Так и будешь стоять столбом? Желаешь, чтобы я сама тебя раздела? Раздену, если хочешь, мне нетрудно.
Всё так же пританцовывая, обнажённая ведьма подошла к рыцарю и стала снимать с него доспехи. Сэр Брайан не мог даже пошевелиться, чтобы ей помешать, да вдобавок к тому он ещё и не решил, нужно мешать или нет. Доспехи с лязгом быстро оказались на полу, за ними последовала одежда.
- Ты применяешь приворотную магию! – выдохнул рыцарь.
- Ничего подобного, - возмутилась ведьма. – Да, я собиралась её применить, но этого не понадобилось. Ты и так сделаешь то, чего я хочу. Я ведь тебе в таком облике нравлюсь, правда?
- Ты на самом деле сменила облик! Ты одна из них!
- Почти угадал. Я действительно была одной из них. Но теперь я в твоём отряде. Не бойся! Негоже рыцарю бояться слабой женщины!
Сэр Брайан себя уже совершенно не контролировал. Схватив в охапку хрупкую на вид ведьму, он бросил её на матрас, чему та даже и не думала сопротивляться. Более того, когда он вплотную занялся делом, она крепко обхватила его ногами и прошептала:
- Ну, всё, рыцарь, я долго этого ждала, и теперь очень нескоро тебя отпущу.
Глава 22
Гудини в поисках клада участия не принимал. Разумеется, как и все остальные, от денег он бы не отказался, но сейчас его уверенность, что сокровища оборотней не найдутся, была абсолютной. Даже самый глупый разбойник не станет прятать ценную добычу на своей стоянке. Шестеро стражников, разбившись на сменяющие друг друга тройки, искали сокровища, а Гудини и брат Бацеолус бездельничали возле костра, прерывая это восхитительное занятие только подбрасыванием дров в огонь. Маг лежал, глядя по большей части в небо, а монах сидел, устремив взгляд в костёр и беззвучно шевеля губами.
- Что, дружище Бацеолус, опять Песнь Песней декламируешь? – Гудини стало скучно, и он решил завязать разговор с монахом.
- Нет. Я пытаюсь понять, когда произойдёт поцелуй Иуды. И кто у нас Иуда, мне тоже пока неизвестно.
- Ты опять погряз в ереси и богохульстве. Не зря тебя аббат сжечь хотел.
- На самом деле он этого не хотел. Аббат не любит сжигать людей. И не сжигает. За всё время он никого не сжёг, хотя клетки для приговорённых, в одной из которых и ты сидел, довольно часто не пустовали. Он всегда находил способ отдать этих узников или барону Герсби, или кому-нибудь из его рыцарей.
- Добрый у тебя аббат.
- Не такой он добрый, как ты, Гудини, подумал. Знаешь, что барон делает с этими людьми? Поверь, судьба их незавидна.
- Ясно. Сам руки кровью пачкать не хочет, но не против, чтобы эту кровь пролил кто-то другой.
- Как раз кровь тут не льётся. Ни в огне, ни на виселице.
- Бац, нельзя всё так буквально воспринимать! Ну, пускай не кровью, а смертью. Понятно же, что я имел в виду! Лучше скажи, как ты думаешь, нас повесят?
- Гудини, ты сказал «нас»? Я ведь не приговорён к сожжению. Хотя аббат мне этим и угрожал. Но я считаю, что сэр Брайан не станет никого казнить. Отпустит. А почему ты только сейчас этим заинтересовался? Мы ведь уже третий день в его отряде.
- Раньше, дорогой Бацеолус, я был уверен, что нам в любом случае с болота живыми не выйти. Но теперь, похоже, с этим всё будет нормально. Мы захватили всё оружие оборотней, они сбежали, и если верить ведьме, отсюда меньше двух часов пути до твёрдой земли. Уже пора подумать, что будет потом.
- Ты ошибаешься. Оборотни не сбежали.
- Как это? Я сам видел, что они удрали!
- Нет. Они где-то поблизости. Вот посмотри на Сарацина.
- Кого ты имеешь в виду? У нас в отряде нет не только ни одного сарацина, но даже никого, кто был бы на них хоть немного похож.
- Кроме тебя, - отметил монах. – Но я говорил про коня сэра Брайана. Посмотри, как он себя ведёт. Лошади так беспокоятся, если рядом хищник. А какие ещё есть хищники на болоте, кроме этих гоблинов?
- Бац, ты путаешь. Лошадь – это не собака, и сторожить не может.
- А Сарацин и не сторожит. Знаков он ведь нам не подаёт. Но сам врага чует.
- Говоришь, они где-то поблизости? А зачем им это? Сделать они нам ничего не смогут. Причём сами в этом виноваты. Представляешь, если бы вчера они на нас не нападали, а сейчас бы к костру подошёл сэр Арчибальд, что бы сделали стражники? Конечно, подчинились ему! Но теперь тут уже никого так не обманешь!
- А если сейчас подойдёт фальшивый сэр Брайан, что будет? – поинтересовался монах.
- Понятия не имею, Бац. И даже думать об этом не хочу. Но ведь он не один. С ним ведьма, а её оборотни подделать не сумеют.
- А её и не надо подделывать. Скорее всего, она им и так помогает.
- С чего ты взял?
- Во-первых, их, оборотней, двое мужчин. Значит, им нужна хоть одна женщина.
- Неубедительно. А что во-вторых?
- То, что любая женщина – сосуд греха. То есть заведомо склонна к предательству.
- И как именно она предаст сэра Брайана?
- Убьёт своими огненными шарами, - пояснил брат Бацеолус. – После этого один из оборотней примет его облик и наденет доспехи. Когда они с ведьмой вернутся сюда, мы не заметим разницы. И командиром у нас будет оборотень. А проводником – ведьма. И угадай, дружище Гудини, куда они нас завтра заведут?
- Бац, то, что ты говоришь, похоже на бред. Но вдруг ты прав, что тогда?
- Тогда нам всем конец. Неужели тебе непонятно?
Маг задумался. Что, если монах не ошибается, и ведьма заодно с оборотнями? В этом случае сэр Брайан обречён, а вместе с ним суждено погибнуть и всему отряду. Но есть ли хоть какие-нибудь доказательства этому предположению? Беспокойство принадлежащего рыцарю вороного коня, которое замечает только сам брат Бацеолус? Маловато, если честно. Но ведь можно кое-что проверить! Рыцарь с ведьмой вошли в пещеру, и Гудини не видел, чтобы из этой пещеры кто-то из них выходил. Они там ищут клад оборотней, что же ещё можно делать в пещере так долго? Нужно просто посмотреть и убедиться, что у них всё в порядке.
- Ребята, нужна помощь одного из вас, любого. Проверим, как там командир. Что-то он долго с ведьмой из пещеры не выходит, - обратился маг к стражникам.
Стражники переглянулись с недовольным видом. Ни один из них не выразил желания куда-либо идти. С их точки зрения, если мужчина уединился с женщиной, лучшее, что в этом случае можно сделать – это не мешать. Но и спорить с магом они тоже не хотели. Ещё раз переглянувшись, они выбросили пальцы, и проигравший покорно поднялся, взял арбалет и предложил:
- Ну, пошли, что ли?
Гудини вскочил и быстро зашагал к пещере. Стражник, не отставая, шёл следом. Брат Бацеолус тоже решил поучаствовать и, путаясь в рясе, поспешил за ними. Подходя к крайней пещере, маг сделал знак своим спутникам, чтобы они остановились, а сам стал двигаться совершенно бесшумно, чем заслужил восхищённый взгляд стражника, высоко оценившего его умение.
Гудини осторожно заглянул в пещеру и несколько секунд смотрел, что там происходит. Затем он всё так же бесшумно отошёл от входа на несколько футов и вполголоса сообщил:
- Уходим. Сэру Брайану ничего не угрожает.
Стражник понимающе ухмыльнулся, монах же был осведомлён о некоторых сторонах человеческого бытия намного хуже.
