— Ты выглядишь... не как невеста, — сказал он.
— Я и не невеста сегодня, — ответила Мика. — Я солдат.
Он улыбнулся. Напряжённо, но тепло.
— Ты уверена, что хочешь быть рядом? Это может быть опасно.
— Если я не буду рядом, я буду волноваться, — сказала Мика. — А если я буду волноваться, я могу наделать глупостей. Так что лучше я буду рядом и буду контролировать ситуацию.
— Ты невыносима, — сказал он.
— Это я знаю, — ответила она. — Пошли.
Они вошли в зал вместе.
Сотни гостей уже собрались. Кланы, советники, военачальники. Все в дорогих одеждах, все с каменными лицами. Церемония должна была начаться через час, но атмосфера уже была напряжённой.
Мика чувствовала это кожей — взгляды, которые следили за ней, шепот, который стихал, когда она проходила мимо.
— Они знают, — тихо сказала она Рей-Кану.
— Они подозревают, — поправил он. — Но не знают, что мы знаем.
Она кивнула.
Они подошли к трону. Рей-Кан сел на него, как всегда — властно, спокойно, как будто ничего не происходило. Мика встала рядом, как и положено императрице.
Она смотрела в зал. Искала лица. Те, которые она запомнила из разговора.
Седой советник стоял у колонны. Он смотрел на неё, и в его взгляде было что-то холодное, расчётливое.
«Он, — подумала Мика. — Он главный».
Она не показывала виду. Просто смотрела на него так же, как он смотрел на неё. Спокойно. Без страха.
— Ты видишь его? — прошептала она Рей-Кану.
— Вижу.
— Это он.
— Я понял.
— Что будет? — спросила она.
— Жди, — сказал он. — Они начнут, когда церемония достигнет кульминации.
Церемония началась.
Глашатай объявил о начале празднества. Гости заняли свои места. Музыка заиграла — торжественная, громкая, с переливами, от которых у Мики заломило в висках.
Она стояла рядом с Рей-Каном, смотрела на зал, и внутри неё всё было спокойно. Эхо звёзд пульсировало ровно, уверенно. Он был рядом. Он был спокоен. Значит, и она могла быть спокойна.
Она видела, как седой советник переглянулся с кем-то из гостей. Как тот кивнул. Как по залу прошла рябь — невидимая, но ощутимая.
«Они начинают», — подумала Мика.
Она сжала в кармане скальпель. Приготовилась.
— Рей-Кан, — прошептала она.
— Я знаю, — сказал он. — Я вижу.
Он поднялся с трона. Медленно, величественно. Все глаза обратились к нему.
— Друзья, — сказал он. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать союз Кха'Тари и Земли. Но перед тем, как мы продолжим, я хочу сказать кое-что.
Гости затихли.
— Я знаю, что сегодня здесь готовится заговор. И я знаю, кто за ним стоит.
Рей-Кан сделал паузу. Его взгляд скользнул по залу — и остановился на седом советнике.
— Ты, — сказал он. — Ты предал меня. Предал Кха'Тари. Ты работаешь на моего брата.
Седой советник побледнел. Но не отступил.
— Ты не докажешь этого, — сказал он.
— Я не должен ничего доказывать, — ответил Рей-Кан. — Я — император. И я знаю правду.
Советник сделал шаг вперёд. Его рука потянулась к поясу, где висел кинжал.
— Ты слабый правитель, — сказал он. — Ты продаёшь нашу планету чужакам. Ты не достоин трона.
— Это решать не тебе.
— Дар-Ван достоин больше. Он настоящий наследник.
И зал взорвался.
Всё произошло мгновенно.
Воины ворвались в зал — не гвардия императора, а люди советника. Они были вооружены, готовы к бою.
Гости закричали. Кто-то бросился к выходу, кто-то упал на пол, закрывая голову.
Рей-Кан шагнул вперёд. Его меч уже был в руке.
— За мной! — крикнул он гвардии, которая ждала за колоннами.
Его люди ворвались в зал с другой стороны. Началась битва.
Мика не стояла на месте. Она бросилась в сторону, уклоняясь от удара, который предназначался Рей-Кану. Выхватила скальпель.
Она не была воином. Но она была выживальщицей.
— Мика! — крикнул Рей-Кан, когда она увернулась от ещё одного клинка.
— Я в порядке! — крикнула она в ответ. — Делай своё дело!
Она видела, как он сражается. Как его меч рассекает воздух, как он двигается — быстро, точно, смертоносно. Он был тем, кого она видела в джунглях. Тем, кто убивал хищников. Тем, кто защищал её.
Она видела, как седой советник пытается пробиться к выходу. Но Мика не побежала за ним. Она знала своё место — рядом с Рей-Каном.
Она прикрывала его спину. Отбивалась от тех, кто пытался подойти сзади. Её скальпель не убивал — он ранил, останавливал. Она не хотела убивать. Она просто хотела, чтобы они выжили.
И они выжили.
Битва длилась недолго. Гвардия императора была лучше подготовлена. Люди советника дрогнули, побежали.
Седой советник был схвачен у самого выхода. Его привели к Рей-Кану, поставили на колени.
— Ты проиграл, — сказал Рей-Кан. — Твой заговор раскрыт.
— Ты думаешь, это конец? — советник усмехнулся, сплюнул кровь. — Дар-Ван не остановится. Он сильнее тебя. Он мудрее. Ты никогда не удержишь трон.
— Посмотрим, — сказал Рей-Кан. — Уведите его.
Стража увела советника.
Мика смотрела, как уводят советника. Потом повернулась к Рей-Кану.
— Он сказал, что Дар-Ван сильнее тебя. Это правда?
Рей-Кан усмехнулся. Усмешка вышла горькой.
— Сильнее? Нет. Но он злее. Он всегда был злее.
— Что случилось между вами?
Рей-Кан помолчал. Его глаза смотрели куда-то в прошлое, которое он не любил вспоминать.
— Когда мы были детьми, отец поощрял нас убивать друг друга. В буквальном смысле. Он говорил: «Кто выживет — тот и унаследует трон».
Мика замерла.
— Ты шутишь?
— Нет, — он покачал головой. — Он хотел, чтобы мы стали сильными. Но мы стали разными. Я ненавидел его за это. Я ненавидел систему, которая заставляла брата пытаться убить меня.
— А Дар-Ван?
— А он принял правила игры. Он стал тем, кем хотел его видеть отец. Жестоким, расчётливым, холодным. Я всегда думал, что смогу вытащить его из этого. Что он ещё не потерян.
— Но он потерян?
— Да, — Рей-Кан посмотрел на неё. — Когда он убил первую невинную девушку, чтобы доказать свою силу отцу... я понял. Он потерян. И я не могу его спасти.
Мика молчала. Она смотрела на него и видела в его глазах боль. Боль от того, что пришлось сдаться. От того, что брат стал монстром.
— Ты не виноват, — сказала она.
— Я знаю. Но это не делает легче.
Зал постепенно опустел. Гости разбежались, слуги суетились, убирая следы битвы.
Рей-Кан подошёл к Мике. Смотрел на неё. Она стояла, опираясь на колонну, тяжело дыша. На её руке была царапина — неглубокая, но кровоточащая.
— Ты ранена, — сказал он.
— Царапина, — ответила Мика. — Я в порядке.
— Ты сражалась, — сказал он. — Ты сражалась за нас.
— Я сражалась за себя, — поправила она. — И за других девушек. За тех, кто не может сражаться.
Он взял её за руку. Посмотрел на царапину.
— Ты удивительная, — сказал он.
— Ты уже говорил это.
— Я повторю. Ты удивительная, Мика.
Она улыбнулась. Устало, но тепло.
— Твой брат, — сказала она. — Дар-Ван. Он опасен?
— Да, — сказал Рей-Кан. — Он тот, кто всегда хотел трон. Он сильнее меня в политике. Он умеет плести интриги.
— Где он сейчас? Почему он не здесь? Почему он не пришёл на церемонию лично?
Рей-Кан усмехнулся. Горько, без радости.
— Он слишком умён, чтобы присутствовать лично. Он в своём поместье, на другом конце планеты. Создаёт видимость, что он далёк от политики, что его интересуют только земли и охота. Но я знаю — он всегда рядом. Через своих людей. Через шпионов. Через таких, как этот советник.
— Он не боится, что ты пошлёшь войска в его поместье?
— Не боится, — сказал Рей-Кан. — У него есть договорённости с соседними кланами. Если я нападу на него без доказательств, они поднимут мятеж. Он провоцирует меня на ошибку. Ждёт, когда я сделаю шаг, который ослабит мою власть.
Мика нахмурилась.
— Значит, он невидимка. Скрытый враг, который дергает за ниточки, но сам остаётся в тени.
— Именно, — Рей-Кан посмотрел на неё с уважением. — Ты быстро понимаешь.
— Я привыкла видеть скрытые угрозы, — сказала Мика. — Ветеринар замечает болезнь до того, как она убивает животное. Что ты собираешься делать с ним?
— Ждать, — сказал Рей-Кан. — Когда он совершит ошибку. Когда он раскроет себя, выйдет из тени. Его терпение не бесконечно. Он захочет ударить, и тогда я буду готов.
— Ты уверен, что переживёшь это?
— Нет, — честно сказал он. — Но я уверен, что если не попытаюсь — мы проиграем. Он убьёт меня, захватит трон, уничтожит союз с Землёй. И тогда все эти девушки, которых привезли, — они станут настоящими рабынями. Не просто трофеями. Рабынями без права на жизнь.
Мика молчала. Она думала о Рине, об Элле, о сотне девушек, которые оказались здесь. Она думала о сестре, которая ждала её на Земле.
— Значит, у нас нет выбора, — сказала она. — Мы должны победить.
— Мы, — повторил Рей-Кан. — Ты сказала «мы».
— Я сказала «мы», — подтвердила Мика. — Потому что я не позволю тебе идти на это одному.
Рей-Кан смотрел на неё. Долго. Так долго, что она почувствовала, как внутри неё разрастается что-то тёплое.
— Ты не должна быть в этом, — сказал он. — Ты могла бы улететь на Землю. Я бы дал тебе корабль. Ты была бы свободна.
— Я уже свободна, — сказала Мика. — Я свободна, потому что я здесь. Потому что я выбрала быть здесь. А не потому что я убежала.
— Ты уверена?
— Я никогда не была так уверена ни в чём, — сказала она.
Он взял её за руку. Сжал — крепко, но бережно.
— Тогда мы победим, — сказал он. — Вместе.
Они стояли в опустевшем зале, обнявшись, и внутри неё пульсировало Эхо — ровно, спокойно, уверенно.
Прошло три дня после раскрытия заговора.
Дворец гудел, как потревоженный улей. Слуги бегали по коридорам, гвардейцы усилили охрану, советники собирались на экстренные заседания, из которых выходили с мрачными лицами. Рей-Кан почти не спал. Он проводил часы в тронном зале, принимая доклады, отдавая приказы, планируя.
Мика почти не видела его.
Она понимала — он готовится к войне. К той самой битве с Дар-Ваном, которую они обсуждали. И она знала, что должна быть готова.
Она сидела в библиотеке, изучала карты. Запоминала расположение поместья Дар-Вана, пути к нему, укрепления, которые он построил. Рей-Кан не запрещал ей это делать. Он даже не спрашивал, зачем она это делает. Наверное, знал.
На четвёртый день пришло известие.
Мика была в своих покоях, когда дверь распахнулась. Вбежал один из гвардейцев — запыхавшийся, бледный.
— Госпожа! — выдохнул он. — Император требует вас в тронный зал. Немедленно.
Она не стала спрашивать, что случилось. По его лицу она поняла — что-то серьёзное.
Она побежала.
В тронном зале было пусто. Только Рей-Кан стоял у окна, глядя на город. Спиной к ней. Он не обернулся, когда она вошла.
— Что случилось? — спросила Мика.
Рей-Кан повернулся. Его лицо было напряжённым. В глазах — холодная ярость.
— Дар-Ван, — сказал он. — Он объявил себя императором. Он захватил три соседних клана и их земли. Он требует, чтобы я отрёкся от трона.
Мика подошла ближе.
— Это война.
— Да, — сказал он. — Это война. Но это не всё.
Он замолчал. Его кулаки сжались, разжались. Она чувствовала через Эхо его боль.
— Он взял заложников, — сказал Рей-Кан. — Земных девушек. Тех, кто не успел вернуться во дворец после крушения. Он держит их в своём поместье.
Мика замерла.
— Сколько?
— Двадцать, — сказал он. — И среди них... твоя знакомая. Рина.
У неё внутри всё оборвалось.
Рина. Та самая Рина, которая плакала на корабле и верила в сказки. Та самая Рина, которая не хотела верить, что она — товар.
— Он говорит, что если я не отрекусь, — продолжил Рей-Кан, — он будет убивать их по одной. Каждый день. Пока я не соглашусь.
Мика смотрела на него. И внутри неё разрасталось то, что она знала слишком хорошо.
Страх. И решимость.
— Когда он начинает? — спросила она.
— Сегодня, — сказал Рей-Кан. — Через три часа. Первая казнь.
— Мы должны что-то сделать, — сказала Мика. — Мы не можем позволить ему убивать их.
— Я знаю, — сказал он. — Я уже отправил разведчиков. Я готовлю войска. Но это займёт время. По крайней мере, сутки, чтобы добраться до его поместья.
— А у нас есть только три часа, — сказала Мика.
— Да.
Она замолчала. Смотрела в пол. Думала.
«Рина, — сказала она себе. — Рина, которую я не спасла тогда. Рина, которая, возможно, будет первой жертвой. Если я ничего не сделаю — она умрёт».
Она подняла глаза.
— Рей-Кан, — сказала она. — Я знаю, что ты скажешь «нет». Но я должна попытаться.
Он посмотрел на неё. В его глазах она увидела страх.
— Ты не пойдёшь туда, — сказал он.
— Я должна.
— Ты не воин, Мика. Ты не умеешь сражаться. Если Дар-Ван поймает тебя — он убьёт тебя. Или хуже.
— Я знаю, — сказала она. — Но я не могу сидеть здесь и ждать, пока умрут другие. Я не могу. Если я не попытаюсь — я никогда не смогу жить с этим.
Она подошла к нему. Встала близко. Почти касаясь.
— Ты говорил, что я удивительная, — сказала она. — Ты говорил, что я сильная. Докажи это. Дай мне шанс сделать то, что я должна.
Рей-Кан смотрел на неё. Его лицо было непроницаемым, но Эхо говорило об обратном. Он боялся. Он боялся потерять её.
— Если ты пойдёшь, — сказал он, — я пойду с тобой.
— Нет, — сказала Мика. — Ты нужен здесь. Ты должен вести войска. Ты должен быть готов к битве. Я пойду одна.
— Ты с ума сошла.
— Возможно, — она улыбнулась. — Но это единственный способ.
— Если Дар-Ван поймает тебя...
— Он не поймает, — сказала Мика. — Я выжила в джунглях. Я выжила во дворце. Я выживу и у него.
Рей-Кан стоял, не двигаясь. Он смотрел на неё, и в его глазах боролись две силы.
— Он знает все слабые места дворца, — говорил Рей-Кан, пока они собирали карты. — Он знал их, когда мы были детьми. Мы играли здесь, прятались в подземельях, лазали по крышам. Он знает каждый уголок Кха'Тари.
— Значит, он будет использовать это против тебя.
— Использует, — кивнул Рей-Кан. — Он всегда использует то, что знает.
Мика посмотрела на него.
— Ты боишься его?
Рей-Кан замер. Потом медленно повернулся к ней.
— Нет, — сказал он. — Я боюсь того, что он сделает с тобой.
Он подошёл ближе, взял её за руку.
— Ты не знаешь, на что он способен. Он не просто убивает — он ломает. Он хочет, чтобы люди страдали. Чтобы они молили о смерти. Это единственное, что приносит ему удовольствие.
Мика чувствовала его дрожь через пальцы.
— Тогда я не дам ему поймать меня, — сказала она. — И ты не дашь.
— Я не дам, — повторил он. Как клятву.
Он хотел защитить её.
И он знал, что она должна сделать это.
— Ты невыносима, — сказал он наконец. Тихо, почти нежно.
— Я знаю, — сказала Мика. — Это ты говорил.
— Я дам тебе оружие. Я дам тебе карту. Я дам тебе людей, которые помогут.
— Нет, — сказала Мика. — Если я пойду с людьми, Дар-Ван узнает. Он убьёт девушек раньше, чем я доберусь до них. Я должна пойти одна. Тихо. Незаметно.
— Ты уверена?
— Я никогда не была так уверена ни в чём, — сказала она. — Как тогда, когда сказала, что люблю тебя.
Он взял её лицо в ладони. Посмотрел в глаза.
— Я не хочу тебя терять, ты много для меня значишь! — сказал он.
— Ты не потеряешь меня, — сказала Мика. — Я слишком упрямая, чтобы умереть.
Он поцеловал её. Долго, крепко, как в тот раз, в храме.
— Я буду ждать тебя, — сказал он. — И если ты не вернёшься — я сожгу его поместье дотла. Я убью его. И я найду тебя. Даже если мне придётся перевернуть всю планету.
— Я и не невеста сегодня, — ответила Мика. — Я солдат.
Он улыбнулся. Напряжённо, но тепло.
— Ты уверена, что хочешь быть рядом? Это может быть опасно.
— Если я не буду рядом, я буду волноваться, — сказала Мика. — А если я буду волноваться, я могу наделать глупостей. Так что лучше я буду рядом и буду контролировать ситуацию.
— Ты невыносима, — сказал он.
— Это я знаю, — ответила она. — Пошли.
***
Они вошли в зал вместе.
Сотни гостей уже собрались. Кланы, советники, военачальники. Все в дорогих одеждах, все с каменными лицами. Церемония должна была начаться через час, но атмосфера уже была напряжённой.
Мика чувствовала это кожей — взгляды, которые следили за ней, шепот, который стихал, когда она проходила мимо.
— Они знают, — тихо сказала она Рей-Кану.
— Они подозревают, — поправил он. — Но не знают, что мы знаем.
Она кивнула.
Они подошли к трону. Рей-Кан сел на него, как всегда — властно, спокойно, как будто ничего не происходило. Мика встала рядом, как и положено императрице.
Она смотрела в зал. Искала лица. Те, которые она запомнила из разговора.
Седой советник стоял у колонны. Он смотрел на неё, и в его взгляде было что-то холодное, расчётливое.
«Он, — подумала Мика. — Он главный».
Она не показывала виду. Просто смотрела на него так же, как он смотрел на неё. Спокойно. Без страха.
— Ты видишь его? — прошептала она Рей-Кану.
— Вижу.
— Это он.
— Я понял.
— Что будет? — спросила она.
— Жди, — сказал он. — Они начнут, когда церемония достигнет кульминации.
***
Церемония началась.
Глашатай объявил о начале празднества. Гости заняли свои места. Музыка заиграла — торжественная, громкая, с переливами, от которых у Мики заломило в висках.
Она стояла рядом с Рей-Каном, смотрела на зал, и внутри неё всё было спокойно. Эхо звёзд пульсировало ровно, уверенно. Он был рядом. Он был спокоен. Значит, и она могла быть спокойна.
Она видела, как седой советник переглянулся с кем-то из гостей. Как тот кивнул. Как по залу прошла рябь — невидимая, но ощутимая.
«Они начинают», — подумала Мика.
Она сжала в кармане скальпель. Приготовилась.
— Рей-Кан, — прошептала она.
— Я знаю, — сказал он. — Я вижу.
Он поднялся с трона. Медленно, величественно. Все глаза обратились к нему.
— Друзья, — сказал он. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать союз Кха'Тари и Земли. Но перед тем, как мы продолжим, я хочу сказать кое-что.
Гости затихли.
— Я знаю, что сегодня здесь готовится заговор. И я знаю, кто за ним стоит.
Рей-Кан сделал паузу. Его взгляд скользнул по залу — и остановился на седом советнике.
— Ты, — сказал он. — Ты предал меня. Предал Кха'Тари. Ты работаешь на моего брата.
Седой советник побледнел. Но не отступил.
— Ты не докажешь этого, — сказал он.
— Я не должен ничего доказывать, — ответил Рей-Кан. — Я — император. И я знаю правду.
Советник сделал шаг вперёд. Его рука потянулась к поясу, где висел кинжал.
— Ты слабый правитель, — сказал он. — Ты продаёшь нашу планету чужакам. Ты не достоин трона.
— Это решать не тебе.
— Дар-Ван достоин больше. Он настоящий наследник.
И зал взорвался.
***
Всё произошло мгновенно.
Воины ворвались в зал — не гвардия императора, а люди советника. Они были вооружены, готовы к бою.
Гости закричали. Кто-то бросился к выходу, кто-то упал на пол, закрывая голову.
Рей-Кан шагнул вперёд. Его меч уже был в руке.
— За мной! — крикнул он гвардии, которая ждала за колоннами.
Его люди ворвались в зал с другой стороны. Началась битва.
Мика не стояла на месте. Она бросилась в сторону, уклоняясь от удара, который предназначался Рей-Кану. Выхватила скальпель.
Она не была воином. Но она была выживальщицей.
— Мика! — крикнул Рей-Кан, когда она увернулась от ещё одного клинка.
— Я в порядке! — крикнула она в ответ. — Делай своё дело!
Она видела, как он сражается. Как его меч рассекает воздух, как он двигается — быстро, точно, смертоносно. Он был тем, кого она видела в джунглях. Тем, кто убивал хищников. Тем, кто защищал её.
Она видела, как седой советник пытается пробиться к выходу. Но Мика не побежала за ним. Она знала своё место — рядом с Рей-Каном.
Она прикрывала его спину. Отбивалась от тех, кто пытался подойти сзади. Её скальпель не убивал — он ранил, останавливал. Она не хотела убивать. Она просто хотела, чтобы они выжили.
И они выжили.
***
Битва длилась недолго. Гвардия императора была лучше подготовлена. Люди советника дрогнули, побежали.
Седой советник был схвачен у самого выхода. Его привели к Рей-Кану, поставили на колени.
— Ты проиграл, — сказал Рей-Кан. — Твой заговор раскрыт.
— Ты думаешь, это конец? — советник усмехнулся, сплюнул кровь. — Дар-Ван не остановится. Он сильнее тебя. Он мудрее. Ты никогда не удержишь трон.
— Посмотрим, — сказал Рей-Кан. — Уведите его.
Стража увела советника.
Мика смотрела, как уводят советника. Потом повернулась к Рей-Кану.
— Он сказал, что Дар-Ван сильнее тебя. Это правда?
Рей-Кан усмехнулся. Усмешка вышла горькой.
— Сильнее? Нет. Но он злее. Он всегда был злее.
— Что случилось между вами?
Рей-Кан помолчал. Его глаза смотрели куда-то в прошлое, которое он не любил вспоминать.
— Когда мы были детьми, отец поощрял нас убивать друг друга. В буквальном смысле. Он говорил: «Кто выживет — тот и унаследует трон».
Мика замерла.
— Ты шутишь?
— Нет, — он покачал головой. — Он хотел, чтобы мы стали сильными. Но мы стали разными. Я ненавидел его за это. Я ненавидел систему, которая заставляла брата пытаться убить меня.
— А Дар-Ван?
— А он принял правила игры. Он стал тем, кем хотел его видеть отец. Жестоким, расчётливым, холодным. Я всегда думал, что смогу вытащить его из этого. Что он ещё не потерян.
— Но он потерян?
— Да, — Рей-Кан посмотрел на неё. — Когда он убил первую невинную девушку, чтобы доказать свою силу отцу... я понял. Он потерян. И я не могу его спасти.
Мика молчала. Она смотрела на него и видела в его глазах боль. Боль от того, что пришлось сдаться. От того, что брат стал монстром.
— Ты не виноват, — сказала она.
— Я знаю. Но это не делает легче.
Зал постепенно опустел. Гости разбежались, слуги суетились, убирая следы битвы.
Рей-Кан подошёл к Мике. Смотрел на неё. Она стояла, опираясь на колонну, тяжело дыша. На её руке была царапина — неглубокая, но кровоточащая.
— Ты ранена, — сказал он.
— Царапина, — ответила Мика. — Я в порядке.
— Ты сражалась, — сказал он. — Ты сражалась за нас.
— Я сражалась за себя, — поправила она. — И за других девушек. За тех, кто не может сражаться.
Он взял её за руку. Посмотрел на царапину.
— Ты удивительная, — сказал он.
— Ты уже говорил это.
— Я повторю. Ты удивительная, Мика.
Она улыбнулась. Устало, но тепло.
— Твой брат, — сказала она. — Дар-Ван. Он опасен?
— Да, — сказал Рей-Кан. — Он тот, кто всегда хотел трон. Он сильнее меня в политике. Он умеет плести интриги.
— Где он сейчас? Почему он не здесь? Почему он не пришёл на церемонию лично?
Рей-Кан усмехнулся. Горько, без радости.
— Он слишком умён, чтобы присутствовать лично. Он в своём поместье, на другом конце планеты. Создаёт видимость, что он далёк от политики, что его интересуют только земли и охота. Но я знаю — он всегда рядом. Через своих людей. Через шпионов. Через таких, как этот советник.
— Он не боится, что ты пошлёшь войска в его поместье?
— Не боится, — сказал Рей-Кан. — У него есть договорённости с соседними кланами. Если я нападу на него без доказательств, они поднимут мятеж. Он провоцирует меня на ошибку. Ждёт, когда я сделаю шаг, который ослабит мою власть.
Мика нахмурилась.
— Значит, он невидимка. Скрытый враг, который дергает за ниточки, но сам остаётся в тени.
— Именно, — Рей-Кан посмотрел на неё с уважением. — Ты быстро понимаешь.
— Я привыкла видеть скрытые угрозы, — сказала Мика. — Ветеринар замечает болезнь до того, как она убивает животное. Что ты собираешься делать с ним?
— Ждать, — сказал Рей-Кан. — Когда он совершит ошибку. Когда он раскроет себя, выйдет из тени. Его терпение не бесконечно. Он захочет ударить, и тогда я буду готов.
— Ты уверен, что переживёшь это?
— Нет, — честно сказал он. — Но я уверен, что если не попытаюсь — мы проиграем. Он убьёт меня, захватит трон, уничтожит союз с Землёй. И тогда все эти девушки, которых привезли, — они станут настоящими рабынями. Не просто трофеями. Рабынями без права на жизнь.
Мика молчала. Она думала о Рине, об Элле, о сотне девушек, которые оказались здесь. Она думала о сестре, которая ждала её на Земле.
— Значит, у нас нет выбора, — сказала она. — Мы должны победить.
— Мы, — повторил Рей-Кан. — Ты сказала «мы».
— Я сказала «мы», — подтвердила Мика. — Потому что я не позволю тебе идти на это одному.
Рей-Кан смотрел на неё. Долго. Так долго, что она почувствовала, как внутри неё разрастается что-то тёплое.
— Ты не должна быть в этом, — сказал он. — Ты могла бы улететь на Землю. Я бы дал тебе корабль. Ты была бы свободна.
— Я уже свободна, — сказала Мика. — Я свободна, потому что я здесь. Потому что я выбрала быть здесь. А не потому что я убежала.
— Ты уверена?
— Я никогда не была так уверена ни в чём, — сказала она.
Он взял её за руку. Сжал — крепко, но бережно.
— Тогда мы победим, — сказал он. — Вместе.
Они стояли в опустевшем зале, обнявшись, и внутри неё пульсировало Эхо — ровно, спокойно, уверенно.
Глава 11. Путь к звёздам
Прошло три дня после раскрытия заговора.
Дворец гудел, как потревоженный улей. Слуги бегали по коридорам, гвардейцы усилили охрану, советники собирались на экстренные заседания, из которых выходили с мрачными лицами. Рей-Кан почти не спал. Он проводил часы в тронном зале, принимая доклады, отдавая приказы, планируя.
Мика почти не видела его.
Она понимала — он готовится к войне. К той самой битве с Дар-Ваном, которую они обсуждали. И она знала, что должна быть готова.
Она сидела в библиотеке, изучала карты. Запоминала расположение поместья Дар-Вана, пути к нему, укрепления, которые он построил. Рей-Кан не запрещал ей это делать. Он даже не спрашивал, зачем она это делает. Наверное, знал.
На четвёртый день пришло известие.
***
Мика была в своих покоях, когда дверь распахнулась. Вбежал один из гвардейцев — запыхавшийся, бледный.
— Госпожа! — выдохнул он. — Император требует вас в тронный зал. Немедленно.
Она не стала спрашивать, что случилось. По его лицу она поняла — что-то серьёзное.
Она побежала.
В тронном зале было пусто. Только Рей-Кан стоял у окна, глядя на город. Спиной к ней. Он не обернулся, когда она вошла.
— Что случилось? — спросила Мика.
Рей-Кан повернулся. Его лицо было напряжённым. В глазах — холодная ярость.
— Дар-Ван, — сказал он. — Он объявил себя императором. Он захватил три соседних клана и их земли. Он требует, чтобы я отрёкся от трона.
Мика подошла ближе.
— Это война.
— Да, — сказал он. — Это война. Но это не всё.
Он замолчал. Его кулаки сжались, разжались. Она чувствовала через Эхо его боль.
— Он взял заложников, — сказал Рей-Кан. — Земных девушек. Тех, кто не успел вернуться во дворец после крушения. Он держит их в своём поместье.
Мика замерла.
— Сколько?
— Двадцать, — сказал он. — И среди них... твоя знакомая. Рина.
У неё внутри всё оборвалось.
Рина. Та самая Рина, которая плакала на корабле и верила в сказки. Та самая Рина, которая не хотела верить, что она — товар.
— Он говорит, что если я не отрекусь, — продолжил Рей-Кан, — он будет убивать их по одной. Каждый день. Пока я не соглашусь.
Мика смотрела на него. И внутри неё разрасталось то, что она знала слишком хорошо.
Страх. И решимость.
— Когда он начинает? — спросила она.
— Сегодня, — сказал Рей-Кан. — Через три часа. Первая казнь.
— Мы должны что-то сделать, — сказала Мика. — Мы не можем позволить ему убивать их.
— Я знаю, — сказал он. — Я уже отправил разведчиков. Я готовлю войска. Но это займёт время. По крайней мере, сутки, чтобы добраться до его поместья.
— А у нас есть только три часа, — сказала Мика.
— Да.
Она замолчала. Смотрела в пол. Думала.
«Рина, — сказала она себе. — Рина, которую я не спасла тогда. Рина, которая, возможно, будет первой жертвой. Если я ничего не сделаю — она умрёт».
Она подняла глаза.
— Рей-Кан, — сказала она. — Я знаю, что ты скажешь «нет». Но я должна попытаться.
Он посмотрел на неё. В его глазах она увидела страх.
— Ты не пойдёшь туда, — сказал он.
— Я должна.
— Ты не воин, Мика. Ты не умеешь сражаться. Если Дар-Ван поймает тебя — он убьёт тебя. Или хуже.
— Я знаю, — сказала она. — Но я не могу сидеть здесь и ждать, пока умрут другие. Я не могу. Если я не попытаюсь — я никогда не смогу жить с этим.
Она подошла к нему. Встала близко. Почти касаясь.
— Ты говорил, что я удивительная, — сказала она. — Ты говорил, что я сильная. Докажи это. Дай мне шанс сделать то, что я должна.
Рей-Кан смотрел на неё. Его лицо было непроницаемым, но Эхо говорило об обратном. Он боялся. Он боялся потерять её.
— Если ты пойдёшь, — сказал он, — я пойду с тобой.
— Нет, — сказала Мика. — Ты нужен здесь. Ты должен вести войска. Ты должен быть готов к битве. Я пойду одна.
— Ты с ума сошла.
— Возможно, — она улыбнулась. — Но это единственный способ.
— Если Дар-Ван поймает тебя...
— Он не поймает, — сказала Мика. — Я выжила в джунглях. Я выжила во дворце. Я выживу и у него.
Рей-Кан стоял, не двигаясь. Он смотрел на неё, и в его глазах боролись две силы.
— Он знает все слабые места дворца, — говорил Рей-Кан, пока они собирали карты. — Он знал их, когда мы были детьми. Мы играли здесь, прятались в подземельях, лазали по крышам. Он знает каждый уголок Кха'Тари.
— Значит, он будет использовать это против тебя.
— Использует, — кивнул Рей-Кан. — Он всегда использует то, что знает.
Мика посмотрела на него.
— Ты боишься его?
Рей-Кан замер. Потом медленно повернулся к ней.
— Нет, — сказал он. — Я боюсь того, что он сделает с тобой.
Он подошёл ближе, взял её за руку.
— Ты не знаешь, на что он способен. Он не просто убивает — он ломает. Он хочет, чтобы люди страдали. Чтобы они молили о смерти. Это единственное, что приносит ему удовольствие.
Мика чувствовала его дрожь через пальцы.
— Тогда я не дам ему поймать меня, — сказала она. — И ты не дашь.
— Я не дам, — повторил он. Как клятву.
Он хотел защитить её.
И он знал, что она должна сделать это.
— Ты невыносима, — сказал он наконец. Тихо, почти нежно.
— Я знаю, — сказала Мика. — Это ты говорил.
— Я дам тебе оружие. Я дам тебе карту. Я дам тебе людей, которые помогут.
— Нет, — сказала Мика. — Если я пойду с людьми, Дар-Ван узнает. Он убьёт девушек раньше, чем я доберусь до них. Я должна пойти одна. Тихо. Незаметно.
— Ты уверена?
— Я никогда не была так уверена ни в чём, — сказала она. — Как тогда, когда сказала, что люблю тебя.
Он взял её лицо в ладони. Посмотрел в глаза.
— Я не хочу тебя терять, ты много для меня значишь! — сказал он.
— Ты не потеряешь меня, — сказала Мика. — Я слишком упрямая, чтобы умереть.
Он поцеловал её. Долго, крепко, как в тот раз, в храме.
— Я буду ждать тебя, — сказал он. — И если ты не вернёшься — я сожгу его поместье дотла. Я убью его. И я найду тебя. Даже если мне придётся перевернуть всю планету.
