Томас восхищенно присвистнул.
– Ты еще и шантажировать нас надумал, красавец принц? Да у тебя реально стальные яйца. А ничего, что я тут пушкой размахиваю, и случайно вылетевшая пулька может попасть в голову старику? Или мальчишке?
– Как только это произойдет, я выполню свою угрозу, – упрямо повторил Амадео. – И тогда ваш хозяин сильно расстроится, что вы привезли труп.
– А с чего ты решил, что нужен живым, милый? – Томас ухмыльнулся, но уверенности во взгляде поубавилось.
– Потому что ты пристрелил бы меня сразу, а не устраивал цирк с заложником, – отрезал Амадео. Осколок вдавился в кожу, выступила кровь. – Ну?
– Ладно. – Томас махнул пистолетом. – Вы двое можете идти.
Грегорио заколебался, но Амадео сердито рыкнул:
– Идите же! Быстрей!
– Пап, пойдем. – Паоло, ежась под жадным взглядом Генри, потянул отца за собой. – Пойдем, или дяде вырвут все волосы, пока мы тут стоим.
Амадео улыбнулся.
– Ты прав. Идите, за меня не беспокойтесь.
Дон Грегорио наконец подчинился. Спустя пару минут раздалось урчание мотора, из ворот выехал синий «пежо». Подождав для верности немного и убедившись, что его никто не преследует, Амадео выбросил стекло и позволил Генри протащить себя через гостиную и вышвырнуть на крыльцо.
– Засранец, – просипел Генри, наградив его пинком в живот. – Теперь ты у меня попрыгаешь, чертов вор!
Рауль не учел одного: он понятия не имел, где искать Санторо.
В больнице ему сказали, что пациент выписался несколько дней назад. Никакого домашнего адреса и номера телефона, разумеется, но Рауль был рад услышать, что Санторо поправляется. Вот только, черт побери, где он теперь? Попросив разрешения позвонить, Рауль набрал номер, который дал ему Амадео, но ответа не дождался.
По телевизору, висевшему в холле, шли новости. Корреспондентка телеканала «Новости и факты» брала интервью у какого-то политика, и Рауля осенило. Уж если кто и знает, где сейчас Санторо, так это Ребекка Кэмпбелл. И информацией она поделится бесплатно, уж будьте уверены!
Только свой мобильник с номером Ребекки он посеял, а посвящать Хесуса в свой план – плохая идея. В очередной раз выругавшись, Рауль выспросил адрес «Новостей и фактов» у одной из медсестер со смартфоном и теперь на всех парах мчался туда в надежде, что Ребекка приходит на работу рано.
Он торопился. Амадео скоро хватятся и бросят все силы на его поиски. Рауль не знал, кто должен был забрать принца вместо него, но что-то подсказывало, что это не захудалая мексиканская банда.
Зеленая «хонда», которую он самым наглым образом увел из-под носа Хесуса, затормозила перед зданием телеканала, и Рауль невольно задрал голову – настолько высокой оказалась башня замка новостной королевы. И стража ей под стать: суровая, подозревающая всех и вся, она не дала Раулю даже ступить за порог. Он оказался прав – раннее утро, а правительница уже на троне.
– Ваше имя и цель визита, – прогрохотал один из громил.
– Рауль Гальярдо, – терпеливо проговорил он, хотя внутри все чесалось от желания растолкать колоссов и броситься наверх. Попытавшись прорваться, он потеряет шанс встретиться с Ребеккой. – Мне нужно увидеть мисс Кэмпбелл. Это срочно.
– Документы, – ответствовал второй и протянул громадную руку ладонью вверх.
– Черт, да не взял я их с собой! – Рауль начал злиться. Он только сейчас вспомнил, что рюкзак с паспортом остался там же, где телефон. – Точнее, я их потерял. Просто передайте ей мое имя, она меня знает!
– Слишком многих она знает, – без тени юмора сказал первый. – Проваливай. Без документов нельзя.
Рауль вдохнул и выдохнул, стараясь взять себя в руки. Злость ни к чему не приведет, нужно мыслить ясно.
– Вы не понимаете. Речь идет об Амадео Солитарио. Вы наверняка о нем слышали. Нет?
В глазах одного из колоссов мелькнуло узнавание, и Рауль поспешил закрепить победу.
– Я знаю, где он сейчас. Позвольте встретиться с мисс Кэмпбелл и…
Оба телохранителя синхронно усмехнулись.
– Еще один. Таких знатоков в день по пятнадцать штук приходит, только и думаете, как скандалы в своих целях использовать. Вали, пока цел.
– Черт побери, я не вру! – Злость взяла верх, и Рауль грозно надвинулся на охранников. – Я знаю, где Солитарио, и если вы немедленно не передадите это своей хозяйке, она потом с вас живьем шкуру спустит!
Те продолжали усмехаться, затем вдруг синхронно схватили Рауля под руки и потащили к выходу. Он едва не взвыл от боли – раненые руки громко протестовали против такого обращения. Рауль мог только костерить их на испанском на весь вестибюль.
– Что тут происходит?
Телохранители застыли, затем повернулись, заставив Рауля описать полукруг. Он оглянулся через плечо – к ним шел молодой человек в темно-сером костюме. Волосы были зачесаны назад, на носу сидели очки в тонкой оправе, через которые он с любопытством оглядел нарушителя спокойствия.
– Мартин. Конрад. Повторяю вопрос. Кто этот человек?
– Я Рауль Гальярдо. – Он изо всех сил выворачивал шею. – Мне нужно увидеть мисс Кэмпбелл. Это срочно!
Молодой человек сделал знак, телохранители разжали руки и отступили на несколько шагов. Парень подошел к Раулю и вперил взгляд в кончик его носа.
– Я вас узнаю. Идемте со мной.
Едва удержавшись от того, чтобы показать охранникам язык, Рауль поспешил за неожиданным спасителем.
– Меня зовут Марко, – представился тот, входя в лифт. – Я личный секретарь мисс Кэмпбелл. Советую взяться за поручни.
– Что?.. Почему? – Рауль машинально положил руки на поручни, опоясывающие кабину, и тут пол ушел из-под ног.
Сердце скакнуло к горлу, Рауль на мгновение забыл, как дышать, пока не сообразил, что пол и стены лифта прозрачные. Мозаичный пол вестибюля удалялся, а прямо перед ними раскинулась панорама города.
– Эффектно, ничего не скажешь, – выдохнул Рауль. Сердце продолжало колотиться, как бешеное, и он тщетно пытался его успокоить.
– Да, мисс Кэмпбелл любит смотреть на город с высоты, – отозвался Марко.
Больше он не произнес ни слова, пока лифт не остановился. Прозрачные дверцы бесшумно раздвинулись в стороны.
– Мисс Кэмпбелл ждет вас в кабинете. – Марко указал вперед. – У вас десять минут.
Рауль прошел вперед по устланному белоснежным ковром коридору. Плутать здесь было негде – впереди находилась всего одна дверь с оттиснутой золотом надписью: «Главный редактор Р. Кэмпбелл». Он постучал, и в ответ раздалось раздраженное «Войдите!»
Рауль нетерпеливо толкнул плечом дверь. Хозяйка кабинета расположилась за длинным черным столом, заваленным бумагами. Волосы были сколоты на затылке, в углу рта дымилась тонкая сигарета, пепел с которой периодически падал на бумаги, и тогда Ребекка сердито стряхивала его прямо на пол. На вошедшего она обратила не больше внимания, чем на пролетевшую мимо муху.
– Марко, мать твою, я просила тебя подготовить материал по застройке еще вчера, почему ты…
Она подняла глаза и увидела Рауля. Сигарета едва не выпала изо рта.
– Ты какого черта тут делаешь?! – рявкнула она. – Не спится, что ли?!
Не дожидаясь приглашения войти или проваливать, Рауль подошел к столу и оперся на него руками, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ране.
– Свяжись с Санторо. Быстрее.
Ребекка обалдело смотрела на него. Мало кто осмеливался разговаривать с ней в таком тоне.
– Что?
– Свяжись с Санторо! – Рауль едва удержался, чтобы не повысить голос. – Я знаю, где Амадео. Он в безопасности, но времени мало. Пожалуйста.
Не сводя с него глаз, Ребекка безошибочно ткнула почти истлевшую сигарету в пепельницу и схватила телефон.
В глаза ударил луч мощного фонаря, и Амадео зажмурился. Он лежал на длинном металлическом столе, руки и ноги были привязаны ремнями. Как он ни силился разглядеть тюремщика, ему это не удавалось – тот оставался в тени.
– Кто ты? – хрипло выговорил он, облизнув пересохшие губы. – Кто ты такой?
– Какая разница, – ответил незнакомый голос. Он шелестел, как сухой лист, как пыль, которую смахивают с подоконника. – Пользы от этого знания тебе не будет.
Похититель подошел ближе, но лица все еще не было видно. В ярком свете блеснула игла шприца. Незнакомец поднял его и слегка нажал на поршень, на кончике выступила прозрачная капля.
– Только что приготовил. – В неживом голосе вдруг послышалась улыбка. – Специально для тебя, мой принц.
– Нет. – Амадео заерзал, пытаясь ослабить ремни, но те лишь сильнее затягивались от усилий. – Нет, не смей… Не надо!
– Почему же? – Несмотря на яркий свет фонаря, Амадео до сих пор не мог различить лица склонившегося над ним палача. – Тебе понравится. Никаких забот… Никаких проблем… Только блаженство.
– Нет!! – заорал Амадео, когда игла вонзилась в сгиб локтя.
– Нет…
Ксавьер распахнул глаза и некоторое время лежал, уставившись в потолок. За окном уже начало светать, серый свет наполнял комнату. Боль в груди утихла настолько, что он перестал ее замечать еще вчера – неплохой прогресс. Сегодня наконец-то можно будет обойтись без обезболивающего.
Он поднялся и прошел в ванную. Открыл кран с холодной водой и как следует умылся, чтобы изгнать остатки кошмара, но перед глазами все равно стояло испуганное лицо Амадео и проклятый шприц с отравой, вонзающийся ему в руку.
По телу пробежала мелкая дрожь, и Ксавьер торопливо схватил полотенце. Сны он перестал видеть давным-давно. Почему сейчас подсознание решило наградить его фильмом ужасов, да еще и с принцем в главной роли? Потому что слишком беспокоится за эту вечно попадающую в неприятности занозу? Вряд ли. Это не первый раз, когда Амадео выводил его из равновесия.
Ксавьер бросил взгляд на стоящий на полочке пузырек. Здесь его оставил Цзинь на случай, если боль решит вернуться, но со вчерашнего дня Ксавьер не взял ни одной. Честно признаться, иногда откровенно хотелось изгнать боль полностью, чтобы мыслить ясно и четко. Ведь так будет гораздо лучше.
Он усмехнулся в зеркало самому себе в ответ на знакомые уговоры. Но нет, хватит с него. Все равно раны практически не беспокоят, таблетки ни к чему.
В комнате его уже ждал Цзинь. Ксавьер знать не хотел, каким десятым чувством врач уловил, что пациент проснулся – часы показывали шесть тридцать утра.
– Как спалось? – не дожидаясь ответа, Цзинь красноречивым жестом указал на кровать. – Садитесь. Утренний осмотр.
Ксавьер беспрекословно подчинился. Ловкие пальцы пробежали по груди, аккуратно отклеили пластырь.
– Не болит?
– Практически нет.
– Практически? – Цзинь прошел в ванную и принес оттуда пузырек. – Вижу, вы не приняли ни одной. Совсем не беспокоит?
– Можно не обращать внимания. – Ксавьер, морщась, натянул рубашку, стараясь не замечать пристального взгляда врача.
Тот поставил пузырек на тумбочку.
– Если я разрешил вам покинуть территорию особняка, это не значит, что меня не надо больше слушаться. Прежде чем куда-то ехать, примите одну.
– Нет. – Ксавьер решительно отодвинул таблетки на дальний край. – Мне они не нужны.
– Когда свалитесь от боли посреди улицы, пожалеете, что не приняли, – парировал Цзинь, обмахиваясь веером. – Вы только-только встали с кровати, находиться на ногах дольше необходимого будет сложно.
– Потерплю как-нибудь.
– Или боитесь привыкания? Здесь слишком малая доза, пейте строго по рецепту, и его не возникнет. Если, разумеется, вы раньше не были наркоманом…
Ксавьер хранил гробовое молчание, и Цзинь все понял. Лисьи глаза расширились, он так треснул веером по ладони, что переломил его пополам. Выражение безмятежности на лице сменилось ужасающей маской китайского демона.
– Черт вас раздери, Санторо, – прошипел он. – Вы полный идиот! Вас пичкают опиатами по самое не могу, а вы скрываете то, что в прошлом сидели на игле!
– Я не думал, что это имеет значение. – Ксавьер зачиркал зажигалкой – знакомый звук успокаивал. – Я не употреблял уже много лет и полностью излечился от завис…
– А знаете ли вы аксиому, что бывших наркоманов не бывает? – продолжал шипеть Цзинь. – Я уважаю вашу сильную волю, но иногда хватает любой мелочи, чтобы человек вернулся к пагубной привычке! А в вашем случае… Вы хоть представляете, сколько наркоты вы получили, пока находились в больнице?!
– И тем не менее я отказываюсь от твоих таблеток! – Ксавьер тоже повысил голос. – Это не показатель того, что стимуляторы мне ни к чему?
– Показатель. – Цзинь стиснул сломанный веер в руке. – Но я бы предпочел обойтись без ненужного риска. Уверен, и вы тоже. Любого человека можно сломать, главное – знать методы.
– Я умею держать себя в руках.
Цзинь молча буравил его взглядом. Затем забрал пузырек, сунул его в рукав ханьфу и направился к двери. Ксавьер мысленно выругался – он и не собирался принимать чертовы таблетки, но недоверие врача его сильно покоробило.
– Амадео, – остановил его Ксавьер. – Принцу не надо об этом знать. Это не имеет никакого значения.
– Я врач, – ответил Цзинь, хмуро глянув на него исподлобья. – И это врачебная тайна. От меня он ничего не услышит. Но вам мой дружеский совет, Санторо: никогда не врите своему адвокату и своему врачу. Остальным можете лгать сколько угодно.
Хрупкий китаец хлопнул дверью так, что со стены сорвалась картина в раме и брякнулась о пол. Ксавьер пошарил по карманам и в который раз пожалел о том, что бросил курить. Но если уж избавляться от зависимости, то сразу. Никаких последних сигарет.
И никаких последних доз.
Он выругался и стиснул кулаки. Как давно это было, он даже успел позабыть о том ужасе, через который пришлось пройти! Если бы не чертов сон, он так и не понял бы, откуда взялось давно забытое чувство, возникающее, когда не принял очередную таблетку. Весь вчерашний день он слонялся по дому, маясь от безделья – Цзинь обещал отпустить его только сегодня. Перебирал книги в библиотеке принца, приводил в порядок его бумаги, отдавал распоряжения по телефону – но чувство, будто чего-то не хватает, не проходило. Но теперь, после разговора с Цзинем, все встало на свои места.
– Ну уж нет, – пробормотал он под нос. – Второй раз я в эту ловушку не попадусь.
– Господин Санторо!
– Что еще? – Он свирепо воззрился на сунувшегося в дверь Йохана.
Телохранитель выглядел до ужаса взволнованным, позади маячил бледный, как смерть, Киан. Ксавьера охватило нехорошее предчувствие. Успокойся, приказал он себе. Все это – признак ломки, только и всего.
– К вам посетитель.
– Кто?
– Грегорио Винченце.
Фернандо Лопес с улыбкой выпроводил последнего гостя и захлопнул дверь кабинета. Черт бы побрал этих просителей, круглые сутки одно и то же. Некоторые наглецы даже звонили ночью с просьбой срочно поставить подпись на замшелом документе! Проще всего посылать их куда подальше, но Фернандо был не таков. Связи – вот что главное. Связи и товар.
Фернандо прошел к столу и уселся. Ближайшие полчаса не беспокоить, он особо подчеркнул это секретарше, когда выпроваживал последнего прохвоста. Можно наконец уделить время и настоящей работе.
Убедившись, что дверь заперта, Лопес достал из ящика, который всегда запирал на ключ, тонкую папку.
Список криминальных элементов, с которыми он имел дело. Его поставщики. Его партнеры. Попади этот список в кабинеты парой этажей выше – и Федеральная прокуратура встанет на уши.
– У всех вас рыльце в пушку, – пробормотал Фернандо. – Все вы не безгрешны, и не вам меня осуждать.
– Ты еще и шантажировать нас надумал, красавец принц? Да у тебя реально стальные яйца. А ничего, что я тут пушкой размахиваю, и случайно вылетевшая пулька может попасть в голову старику? Или мальчишке?
– Как только это произойдет, я выполню свою угрозу, – упрямо повторил Амадео. – И тогда ваш хозяин сильно расстроится, что вы привезли труп.
– А с чего ты решил, что нужен живым, милый? – Томас ухмыльнулся, но уверенности во взгляде поубавилось.
– Потому что ты пристрелил бы меня сразу, а не устраивал цирк с заложником, – отрезал Амадео. Осколок вдавился в кожу, выступила кровь. – Ну?
– Ладно. – Томас махнул пистолетом. – Вы двое можете идти.
Грегорио заколебался, но Амадео сердито рыкнул:
– Идите же! Быстрей!
– Пап, пойдем. – Паоло, ежась под жадным взглядом Генри, потянул отца за собой. – Пойдем, или дяде вырвут все волосы, пока мы тут стоим.
Амадео улыбнулся.
– Ты прав. Идите, за меня не беспокойтесь.
Дон Грегорио наконец подчинился. Спустя пару минут раздалось урчание мотора, из ворот выехал синий «пежо». Подождав для верности немного и убедившись, что его никто не преследует, Амадео выбросил стекло и позволил Генри протащить себя через гостиную и вышвырнуть на крыльцо.
– Засранец, – просипел Генри, наградив его пинком в живот. – Теперь ты у меня попрыгаешь, чертов вор!
Рауль не учел одного: он понятия не имел, где искать Санторо.
В больнице ему сказали, что пациент выписался несколько дней назад. Никакого домашнего адреса и номера телефона, разумеется, но Рауль был рад услышать, что Санторо поправляется. Вот только, черт побери, где он теперь? Попросив разрешения позвонить, Рауль набрал номер, который дал ему Амадео, но ответа не дождался.
По телевизору, висевшему в холле, шли новости. Корреспондентка телеканала «Новости и факты» брала интервью у какого-то политика, и Рауля осенило. Уж если кто и знает, где сейчас Санторо, так это Ребекка Кэмпбелл. И информацией она поделится бесплатно, уж будьте уверены!
Только свой мобильник с номером Ребекки он посеял, а посвящать Хесуса в свой план – плохая идея. В очередной раз выругавшись, Рауль выспросил адрес «Новостей и фактов» у одной из медсестер со смартфоном и теперь на всех парах мчался туда в надежде, что Ребекка приходит на работу рано.
Он торопился. Амадео скоро хватятся и бросят все силы на его поиски. Рауль не знал, кто должен был забрать принца вместо него, но что-то подсказывало, что это не захудалая мексиканская банда.
Зеленая «хонда», которую он самым наглым образом увел из-под носа Хесуса, затормозила перед зданием телеканала, и Рауль невольно задрал голову – настолько высокой оказалась башня замка новостной королевы. И стража ей под стать: суровая, подозревающая всех и вся, она не дала Раулю даже ступить за порог. Он оказался прав – раннее утро, а правительница уже на троне.
– Ваше имя и цель визита, – прогрохотал один из громил.
– Рауль Гальярдо, – терпеливо проговорил он, хотя внутри все чесалось от желания растолкать колоссов и броситься наверх. Попытавшись прорваться, он потеряет шанс встретиться с Ребеккой. – Мне нужно увидеть мисс Кэмпбелл. Это срочно.
– Документы, – ответствовал второй и протянул громадную руку ладонью вверх.
– Черт, да не взял я их с собой! – Рауль начал злиться. Он только сейчас вспомнил, что рюкзак с паспортом остался там же, где телефон. – Точнее, я их потерял. Просто передайте ей мое имя, она меня знает!
– Слишком многих она знает, – без тени юмора сказал первый. – Проваливай. Без документов нельзя.
Рауль вдохнул и выдохнул, стараясь взять себя в руки. Злость ни к чему не приведет, нужно мыслить ясно.
– Вы не понимаете. Речь идет об Амадео Солитарио. Вы наверняка о нем слышали. Нет?
В глазах одного из колоссов мелькнуло узнавание, и Рауль поспешил закрепить победу.
– Я знаю, где он сейчас. Позвольте встретиться с мисс Кэмпбелл и…
Оба телохранителя синхронно усмехнулись.
– Еще один. Таких знатоков в день по пятнадцать штук приходит, только и думаете, как скандалы в своих целях использовать. Вали, пока цел.
– Черт побери, я не вру! – Злость взяла верх, и Рауль грозно надвинулся на охранников. – Я знаю, где Солитарио, и если вы немедленно не передадите это своей хозяйке, она потом с вас живьем шкуру спустит!
Те продолжали усмехаться, затем вдруг синхронно схватили Рауля под руки и потащили к выходу. Он едва не взвыл от боли – раненые руки громко протестовали против такого обращения. Рауль мог только костерить их на испанском на весь вестибюль.
– Что тут происходит?
Телохранители застыли, затем повернулись, заставив Рауля описать полукруг. Он оглянулся через плечо – к ним шел молодой человек в темно-сером костюме. Волосы были зачесаны назад, на носу сидели очки в тонкой оправе, через которые он с любопытством оглядел нарушителя спокойствия.
– Мартин. Конрад. Повторяю вопрос. Кто этот человек?
– Я Рауль Гальярдо. – Он изо всех сил выворачивал шею. – Мне нужно увидеть мисс Кэмпбелл. Это срочно!
Молодой человек сделал знак, телохранители разжали руки и отступили на несколько шагов. Парень подошел к Раулю и вперил взгляд в кончик его носа.
– Я вас узнаю. Идемте со мной.
Едва удержавшись от того, чтобы показать охранникам язык, Рауль поспешил за неожиданным спасителем.
– Меня зовут Марко, – представился тот, входя в лифт. – Я личный секретарь мисс Кэмпбелл. Советую взяться за поручни.
– Что?.. Почему? – Рауль машинально положил руки на поручни, опоясывающие кабину, и тут пол ушел из-под ног.
Сердце скакнуло к горлу, Рауль на мгновение забыл, как дышать, пока не сообразил, что пол и стены лифта прозрачные. Мозаичный пол вестибюля удалялся, а прямо перед ними раскинулась панорама города.
– Эффектно, ничего не скажешь, – выдохнул Рауль. Сердце продолжало колотиться, как бешеное, и он тщетно пытался его успокоить.
– Да, мисс Кэмпбелл любит смотреть на город с высоты, – отозвался Марко.
Больше он не произнес ни слова, пока лифт не остановился. Прозрачные дверцы бесшумно раздвинулись в стороны.
– Мисс Кэмпбелл ждет вас в кабинете. – Марко указал вперед. – У вас десять минут.
Рауль прошел вперед по устланному белоснежным ковром коридору. Плутать здесь было негде – впереди находилась всего одна дверь с оттиснутой золотом надписью: «Главный редактор Р. Кэмпбелл». Он постучал, и в ответ раздалось раздраженное «Войдите!»
Рауль нетерпеливо толкнул плечом дверь. Хозяйка кабинета расположилась за длинным черным столом, заваленным бумагами. Волосы были сколоты на затылке, в углу рта дымилась тонкая сигарета, пепел с которой периодически падал на бумаги, и тогда Ребекка сердито стряхивала его прямо на пол. На вошедшего она обратила не больше внимания, чем на пролетевшую мимо муху.
– Марко, мать твою, я просила тебя подготовить материал по застройке еще вчера, почему ты…
Она подняла глаза и увидела Рауля. Сигарета едва не выпала изо рта.
– Ты какого черта тут делаешь?! – рявкнула она. – Не спится, что ли?!
Не дожидаясь приглашения войти или проваливать, Рауль подошел к столу и оперся на него руками, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ране.
– Свяжись с Санторо. Быстрее.
Ребекка обалдело смотрела на него. Мало кто осмеливался разговаривать с ней в таком тоне.
– Что?
– Свяжись с Санторо! – Рауль едва удержался, чтобы не повысить голос. – Я знаю, где Амадео. Он в безопасности, но времени мало. Пожалуйста.
Не сводя с него глаз, Ребекка безошибочно ткнула почти истлевшую сигарету в пепельницу и схватила телефон.
В глаза ударил луч мощного фонаря, и Амадео зажмурился. Он лежал на длинном металлическом столе, руки и ноги были привязаны ремнями. Как он ни силился разглядеть тюремщика, ему это не удавалось – тот оставался в тени.
– Кто ты? – хрипло выговорил он, облизнув пересохшие губы. – Кто ты такой?
– Какая разница, – ответил незнакомый голос. Он шелестел, как сухой лист, как пыль, которую смахивают с подоконника. – Пользы от этого знания тебе не будет.
Похититель подошел ближе, но лица все еще не было видно. В ярком свете блеснула игла шприца. Незнакомец поднял его и слегка нажал на поршень, на кончике выступила прозрачная капля.
– Только что приготовил. – В неживом голосе вдруг послышалась улыбка. – Специально для тебя, мой принц.
– Нет. – Амадео заерзал, пытаясь ослабить ремни, но те лишь сильнее затягивались от усилий. – Нет, не смей… Не надо!
– Почему же? – Несмотря на яркий свет фонаря, Амадео до сих пор не мог различить лица склонившегося над ним палача. – Тебе понравится. Никаких забот… Никаких проблем… Только блаженство.
– Нет!! – заорал Амадео, когда игла вонзилась в сгиб локтя.
– Нет…
Ксавьер распахнул глаза и некоторое время лежал, уставившись в потолок. За окном уже начало светать, серый свет наполнял комнату. Боль в груди утихла настолько, что он перестал ее замечать еще вчера – неплохой прогресс. Сегодня наконец-то можно будет обойтись без обезболивающего.
Он поднялся и прошел в ванную. Открыл кран с холодной водой и как следует умылся, чтобы изгнать остатки кошмара, но перед глазами все равно стояло испуганное лицо Амадео и проклятый шприц с отравой, вонзающийся ему в руку.
По телу пробежала мелкая дрожь, и Ксавьер торопливо схватил полотенце. Сны он перестал видеть давным-давно. Почему сейчас подсознание решило наградить его фильмом ужасов, да еще и с принцем в главной роли? Потому что слишком беспокоится за эту вечно попадающую в неприятности занозу? Вряд ли. Это не первый раз, когда Амадео выводил его из равновесия.
Ксавьер бросил взгляд на стоящий на полочке пузырек. Здесь его оставил Цзинь на случай, если боль решит вернуться, но со вчерашнего дня Ксавьер не взял ни одной. Честно признаться, иногда откровенно хотелось изгнать боль полностью, чтобы мыслить ясно и четко. Ведь так будет гораздо лучше.
Он усмехнулся в зеркало самому себе в ответ на знакомые уговоры. Но нет, хватит с него. Все равно раны практически не беспокоят, таблетки ни к чему.
В комнате его уже ждал Цзинь. Ксавьер знать не хотел, каким десятым чувством врач уловил, что пациент проснулся – часы показывали шесть тридцать утра.
– Как спалось? – не дожидаясь ответа, Цзинь красноречивым жестом указал на кровать. – Садитесь. Утренний осмотр.
Ксавьер беспрекословно подчинился. Ловкие пальцы пробежали по груди, аккуратно отклеили пластырь.
– Не болит?
– Практически нет.
– Практически? – Цзинь прошел в ванную и принес оттуда пузырек. – Вижу, вы не приняли ни одной. Совсем не беспокоит?
– Можно не обращать внимания. – Ксавьер, морщась, натянул рубашку, стараясь не замечать пристального взгляда врача.
Тот поставил пузырек на тумбочку.
– Если я разрешил вам покинуть территорию особняка, это не значит, что меня не надо больше слушаться. Прежде чем куда-то ехать, примите одну.
– Нет. – Ксавьер решительно отодвинул таблетки на дальний край. – Мне они не нужны.
– Когда свалитесь от боли посреди улицы, пожалеете, что не приняли, – парировал Цзинь, обмахиваясь веером. – Вы только-только встали с кровати, находиться на ногах дольше необходимого будет сложно.
– Потерплю как-нибудь.
– Или боитесь привыкания? Здесь слишком малая доза, пейте строго по рецепту, и его не возникнет. Если, разумеется, вы раньше не были наркоманом…
Ксавьер хранил гробовое молчание, и Цзинь все понял. Лисьи глаза расширились, он так треснул веером по ладони, что переломил его пополам. Выражение безмятежности на лице сменилось ужасающей маской китайского демона.
– Черт вас раздери, Санторо, – прошипел он. – Вы полный идиот! Вас пичкают опиатами по самое не могу, а вы скрываете то, что в прошлом сидели на игле!
– Я не думал, что это имеет значение. – Ксавьер зачиркал зажигалкой – знакомый звук успокаивал. – Я не употреблял уже много лет и полностью излечился от завис…
– А знаете ли вы аксиому, что бывших наркоманов не бывает? – продолжал шипеть Цзинь. – Я уважаю вашу сильную волю, но иногда хватает любой мелочи, чтобы человек вернулся к пагубной привычке! А в вашем случае… Вы хоть представляете, сколько наркоты вы получили, пока находились в больнице?!
– И тем не менее я отказываюсь от твоих таблеток! – Ксавьер тоже повысил голос. – Это не показатель того, что стимуляторы мне ни к чему?
– Показатель. – Цзинь стиснул сломанный веер в руке. – Но я бы предпочел обойтись без ненужного риска. Уверен, и вы тоже. Любого человека можно сломать, главное – знать методы.
– Я умею держать себя в руках.
Цзинь молча буравил его взглядом. Затем забрал пузырек, сунул его в рукав ханьфу и направился к двери. Ксавьер мысленно выругался – он и не собирался принимать чертовы таблетки, но недоверие врача его сильно покоробило.
– Амадео, – остановил его Ксавьер. – Принцу не надо об этом знать. Это не имеет никакого значения.
– Я врач, – ответил Цзинь, хмуро глянув на него исподлобья. – И это врачебная тайна. От меня он ничего не услышит. Но вам мой дружеский совет, Санторо: никогда не врите своему адвокату и своему врачу. Остальным можете лгать сколько угодно.
Хрупкий китаец хлопнул дверью так, что со стены сорвалась картина в раме и брякнулась о пол. Ксавьер пошарил по карманам и в который раз пожалел о том, что бросил курить. Но если уж избавляться от зависимости, то сразу. Никаких последних сигарет.
И никаких последних доз.
Он выругался и стиснул кулаки. Как давно это было, он даже успел позабыть о том ужасе, через который пришлось пройти! Если бы не чертов сон, он так и не понял бы, откуда взялось давно забытое чувство, возникающее, когда не принял очередную таблетку. Весь вчерашний день он слонялся по дому, маясь от безделья – Цзинь обещал отпустить его только сегодня. Перебирал книги в библиотеке принца, приводил в порядок его бумаги, отдавал распоряжения по телефону – но чувство, будто чего-то не хватает, не проходило. Но теперь, после разговора с Цзинем, все встало на свои места.
– Ну уж нет, – пробормотал он под нос. – Второй раз я в эту ловушку не попадусь.
– Господин Санторо!
– Что еще? – Он свирепо воззрился на сунувшегося в дверь Йохана.
Телохранитель выглядел до ужаса взволнованным, позади маячил бледный, как смерть, Киан. Ксавьера охватило нехорошее предчувствие. Успокойся, приказал он себе. Все это – признак ломки, только и всего.
– К вам посетитель.
– Кто?
– Грегорио Винченце.
Часть 5 - Полет в никуда
Фернандо Лопес с улыбкой выпроводил последнего гостя и захлопнул дверь кабинета. Черт бы побрал этих просителей, круглые сутки одно и то же. Некоторые наглецы даже звонили ночью с просьбой срочно поставить подпись на замшелом документе! Проще всего посылать их куда подальше, но Фернандо был не таков. Связи – вот что главное. Связи и товар.
Фернандо прошел к столу и уселся. Ближайшие полчаса не беспокоить, он особо подчеркнул это секретарше, когда выпроваживал последнего прохвоста. Можно наконец уделить время и настоящей работе.
Убедившись, что дверь заперта, Лопес достал из ящика, который всегда запирал на ключ, тонкую папку.
Список криминальных элементов, с которыми он имел дело. Его поставщики. Его партнеры. Попади этот список в кабинеты парой этажей выше – и Федеральная прокуратура встанет на уши.
– У всех вас рыльце в пушку, – пробормотал Фернандо. – Все вы не безгрешны, и не вам меня осуждать.
