– Диего Торрес.
– Не слышал о таком.
– Как же так? А я думал, вы знаете все, – не преминул съехидничать Амадео.
Кнут подколку оценил и снова осклабился.
– За словом в карман не лезете. – Он снова дотронулся до картины, на этот раз – до изящной позолоченной рамы. – Помните только, что иногда словом можно навредить больше, чем пистолетом.
– Этот девиз нужно высечь на гербе вашей организации. Я помню, что случилось с «Азар» несколько лет назад.
– Есть люди, – Кнут больше не улыбался, – которые без угрызений совести используют любой, самый мизерный шанс, чтобы потопить вас. «Апани» – всего лишь исполнитель.
– И проводник для тех, кто хочет навредить, но не имеет возможности.
– Как любит говаривать ваш друг Санторо – ничего личного, только бизнес. – Кнут снова вернулся в хорошее расположение духа и, достав фляжку, допил остатки. – Но у убийц есть свой кодекс чести, как бы смешно это ни звучало. Сообщите малышу Киану о своем решении. Он передаст все мне.
Дверь закрылась с едва слышным щелчком. Когда Амадео выглянул в коридор, там уже никого не было.
Он закрыл окно и поежился, не зная, то ли его доконал холод, то ли аура этого человека. Но вместе с тем Амадео было любопытно – он еще никогда не встречал таких людей. Глава шпионской организации, не гнушающейся даже убийствами – и строгий учитель, нежно привязанный к ученику настолько, что явился по его просьбе, подвергая себя нешуточному риску. Кнут не производил впечатления человека, который хоть к чему-то в этой жизни привязан. Кроме выпивки, разумеется.
– Значит, один заказчик, – прошептал Амадео. Сигара, забытая Кнутом, с тихим шуршанием отправилась в мусорное ведро.
– Уверен, что этому Кнуту можно верить? – спросил Ксавьер. – Ты его знать не знаешь.
– Я – нет, но знает Киан. И он убежден, что мне следует послушать совет его наставника.
– «Апани» могла взять заказ на твою семью, об этом ты не подумал? А если это уловка, чтобы ты сам поднес им все на блюдечке?
– Подумал. О чем я только ни думал. Перебрал все варианты, что были. – Амадео пробежал глазами очередной договор, подписал оба экземпляра и отодвинул бумаги на край стола. – Ксавьер, я не знаю, что случится в следующий раз, и кто из моих близких пострадает. Это может быть Роза, Дэвид. Это можешь быть и ты. И пока не найду того, кто это затеял, я не смогу спокойно жить, не беспокоясь за мою семью.
– Насчет меня ты загнул. – Ксавьер наклонился и взъерошил принцу волосы. – Я не слабая барышня…
– Тем не менее, ты едва не погиб в том году. Или уже забыл? – Амадео ткнул его пальцем в грудь, где остались два круглых шрама от пуль. – Цзинь советовал тебе лучше заботиться о здоровье.
– Я уже бросил курить. Хочешь, чтобы завязал и с бизнесом?
– Не хочу. Но когда в игру вступила Мексика, ставки взлетели настолько, что победа может оказаться невыгодной. Если бы ты играл в азартные игры, то знал бы, что иногда нужно спасовать, чтобы выиграть.
– Пасовать не в моем характере. Тем более, угрозе тут подвергаюсь не я. Это тебя нужно хватать и везти в убежище, мой хрупкий принц, пока тебя не скинули с трона.
Амадео с трудом подавил раздражение.
– Тебе будет легче присматривать за мной, если я не буду дергаться, – сладко улыбнулся он. – Если буду спокоен, что моя семья в безопасности, то не ускользну из-под твоего надзора из-за того, что с кем-то снова что-то произошло. Ведь так?
– Ты… – Ксавьер раздосадованно махнул рукой. – Делай как знаешь. Но однажды добьешься того, что я прикую тебя наручниками к себе и не дам сделать ни шагу без моего позволения.
– Спорю, тебе это понравится. Но пока ты этого не сделал, мне нужно работать. – Амадео застучал по клавиатуре. – И тебе тоже. Не пропусти сегодняшнюю поставку и встречу с новым перевозчиком.
Ксавьер глянул на часы, буркнул под нос ругательство и, развернувшись на каблуках, злобно утопал. Амадео улыбнулся ему вслед и снова защелкал клавишами.
Вечером он усадил Тео в машину рядом с Паоло и поставил в ноги туго набитый рюкзак.
– С тобой все будет хорошо, папа? – спросил Тео, едва не плача. – Ты ведь приедешь к нам?
– Конечно, малыш. – Амадео чмокнул сына в нос, стараясь не пустить слезу. – Как только разберусь со всем, что здесь творится.
– Обещай, что будешь осторожным! Не то я пожалуюсь дяде Ксавьеру!
– Буду, – ответил Амадео. – Это серьезная угроза!
Грегорио крепко обнял его на прощание.
– Сынок, не лезь на рожон, правильно тебе Матео говорит. Ты ему живой и здоровый нужен, помни об этом.
– Ни на минуту об этом не забуду. Не волнуйтесь, дон Грегорио, со мной все будет хорошо.
– С голоду не умрешь. – Роза потрепала его по щеке. – Я оставила полный холодильник, не забывай поесть. А уж с этими сорванцами, большими и малыми, я справлюсь. Особенно с большими. – Она покосилась на Дэвида, сидящего за рулем, и погрозила пальцем надувшему губы Томасу. Тот никак не мог смириться с тем, что его не отпускают на волю, но Цзинь недвусмысленно показал ему самую большую иглу.
Чилли крепко притиснула начальника.
– Вы меня страшно разозлили этим незапланированным отпуском. Знайте – если с вами что-нибудь случится, в тот же день уволюсь, и пусть вашу компанию собирают по кирпичикам!
Амадео рассмеялся.
– Прости, Чилли, но придется и тебе немного отдохнуть.
Девушка кивнула. Она держалась огурцом, но нападение на парковке напугало ее. Еще больше пугало то, что вокруг Амадео кто-то плел крепкую сеть, и он оставался в ее центре совершенно один.
– Будьте осторожны, – напоследок сказала она. – Иначе мы вместе с Тео нажалуемся Санторо, и тогда держитесь!
Амадео провожал глазами два автомобиля, пока красные габаритные огни не скрылись за поворотом.
Охрана осталась на своих местах, особняк не пустовал. Но теперь вокруг стояла непривычная тишина, будто дом лишился самой жизни.
Нет, поправил он себя. Киан следовал за ним шаг в шаг, и внутри, в своей берлоге, оставался Кейси, который наотрез отказался покидать свое опутанное проводами жилище. Он не один.
Немного взбодрившись, Амадео поднялся на крыльцо и услышал за спиной автомобильный гудок.
К воротам подкатил серый «мазерати», водитель посигналил фарами и вышел из машины. Охранник по имени Картер тут же сбежал по ступенькам, держа руку у спрятанной под пиджаком кобуры. Перекинувшись с водителем парой слов, он вернулся к Амадео.
– К вам Себастьян Арройо, господин Солитарио.
Задняя дверца «мазерати» открылась, и Арройо вышел из машины. Он поднял руку и помахал Амадео, на губах играла улыбка.
– У меня есть новости!
– Красивый у вас дом, – похвалил Себастьян, оглядываясь с неподдельным интересом.
– Благодарю. Он принадлежал моему отцу. – Амадео жестом пригласил Себастьяна сесть и поставил перед ним стакан с виски. Тот кивком поблагодарил и пригубил напиток.
– Великолепно. У вас отменный вкус. Но вижу, вы сгораете от нетерпения, поэтому не буду тянуть. Я нашел Генри Хендриксона.
Амадео едва успел схватиться за спинку кресла и понадеялся, что Себастьян не заметил, как у него подкосились ноги. В глазах Киана, застывшего у двери, читалось беспокойство – от него не ускользнуло состояние Амадео.
Арройо нашел Генри? Как ему удалось, если даже Кейси с доступом к видеокамерам города и Киан с «Апани» не смогли этого сделать?
Но Амадео этого не спросил.
– Где он сейчас?
– Так и знал, что захотите лично с ним пообщаться, – рассмеялся Арройо. Смех оказался мягким и приятным, но совершенно бездушным, будто он вежливо смеялся фривольной шутке на светском приеме. – Разумеется, мои люди его схватили, я не стал ждать, пока он сбежит.
Амадео оперся на спинку кресла и сделал несколько глубоких вдохов. Придется держать себя в руках, иначе повторятся события годичной давности. Еще одного трупа на совести ему не хватало.
– Отвезите меня к нему, – потребовал он, игнорируя ужас в глазах телохранителя. – Немедленно.
Мобильник завибрировал, но Амадео не взял трубку. Ксавьеру незачем знать, куда он едет.
Себастьян Арройо стоял у «мазерати» и, облокотившись на капот, курил. Пальцы нервно сжимали тонкую сигарету, уже третью по счету.
Солитарио задерживался.
Почти час назад они выехали из особняка. Солитарио настоял на том, что поедет на своем автомобиле – Арройо пожал плечами и назвал адрес. Он поехал первым, изредка ловя в зеркале заднего вида джип Амадео.
Потом он пропал.
Себастьян не обратил внимания – в это время дня движение было плотным, потеряться в потоке немудрено. Но когда спустя двадцать минут он въехал в жилой квартал, где снял квартиру, от Амадео там не было. Не появился он и через четверть часа.
На циферблат наручных часов упала капля – начинался дождь. Последние полчаса он слегка моросил, но сейчас грозил перейти в настоящий ливень. И где носит эту особу королевских кровей?
– А говорят, известен своей пунктуальностью. – Себастьян выплюнул окурок в урну и постучал в окно «мазерати».
Водитель протянул ему зонт.
– Может, вернетесь в машину? – предложил он. – Сейчас польет, как из ведра.
– Если бы меня пугал дождь, Эверетт, я бы жил в пустыне Атакама. – Себастьян раскрыл зонт и мрачно уставился на дорогу.
Он гадал, какую казнь задумал для Хендриксона этот красавчик. Он совсем не выглядел способным на хладнокровное убийство, но внешность обманчива – Себастьян многое слышал о пленнике Марсело Флавио, который оказался вовсе не цветочком и сумел расправиться с работорговцем, используя его же людей. И еще раньше… Как изнеженному мальчику удалось выжить в тюрьме? Это далеко не курорт для папенькиных сынков. То, что он выстроил вокруг себя непробиваемую защитную стену, о многом говорило.
Семья, уютный дом, преданные до гроба люди, обожающие его до дрожи подчиненные – вторая сторона медали. Как можно любить безжалостного убийцу? Вся его натура состояла из противоречий, и это интриговало. Загадка, которую Себастьян хотел разгадать.
Серебристый джип завернул во двор и аккуратно припарковался рядом с «мазерати». Телохранитель выскочил из-за руля и раскрыл для хозяина черный зонт. Себастьян искривил губы в недоверчивой улыбке – надо же, совсем мальчишка! Он даже города толком не знает, раз умудрился заблудиться! Где они пропадали столько времени?
Себастьян молчал, ожидая, что Солитарио начнет оправдываться, однако этого не случилось. Амадео кивнул ему и перевел взгляд на многоквартирный дом.
– Вы здесь держите Генри? Не слишком ли опасно?
– Ничуть. – Себастьян глянул через плечо на склонившегося над передним колесом Киана. – У вас что-то случилось с машиной?
– Спустило колесо, – бросил Амадео, шаря глазами по окнам. Пальцы, сжимающие рукоять зонта, побелели. – Вы не сказали номер квартиры. Боялись, что я приеду раньше и начну веселье без вас?
– Что вы, – рассмеялся Себастьян. – Боялся, как бы охрана вас не пристрелила. Идемте.
Амадео, не произнеся больше ни слова, двинулся за ним. Телохранитель следовал позади, подмечая подозрительных людей и возможные пути отхода в случае засады. Но Себастьян и не подумал устроить что-либо подобное. Солитарио был куда занятней живым.
На лифте они поднялись на восьмой этаж, после чего, пройдя по обшарпанному коридору, остановились перед дверью с номером 164.
Квартира оказалась небольшой, но ухоженной. Коридор в желтых обоях, коричневый линолеум «под дерево», небольшое круглое зеркало в прихожей. По правую руку маленькая кухня, где у окна, отодвинув тюлевые занавески в сторону, курили двое мужчин. Завидев босса, быстро затушили бычки в пепельнице. Из туалета вышел еще один охранник и вытянулся в струнку, забыв застегнуть ширинку. Себастьян шутливо напомнил ему об этом, и тот поспешно вжикнул молнией.
В просторной комнате находились трое.
Двое развалились на кожаном диване. Один щелкал пультом висящего на стене телевизора, вполголоса ругая вездесущую рекламу, второй почесывал бритую голову и зевал. При виде Себастьяна оба вскочили.
Третий сидел, привязанный к стулу, на голове красовался черный мешок. Даже не видя лица, Амадео понял, что это Генри – комплекцию трудно было спутать с чьей-то еще, даже стул под ним казался детским. Пленник не шевелился – то ли спал, то ли был без сознания, на грязной футболке засохли потеки крови. Под стулом был расстелен полиэтилен, и Амадео стало не по себе.
Себастьян щелкнул пальцами, и один из его людей стащил мешок.
Лицо Генри представляло собой сплошное кровавое месиво. Нос свернут набок, лоб разбит в кровь, нижняя губа лопнула. Под левым глазом красовался фингал, правый совсем заплыл. Связанный и избитый, Генри напоминал огромную тушу кабана, которую скоро разделает мясник.
Охранник шлепнул его пультом по макушке.
– Эй, просыпайся, бедовый!
Генри вздернул голову так резко, будто над ухом выстрелили, и скривился от боли. Из сломанного носа хлынула свежая кровь.
– Да епт, – простонал он. – Отпустите меня, че вам вообще надо…
Все молчали. Генри откашлялся, сплюнул на полиэтилен кровавый комок и попытался еще раз:
– Вы хоть знаете, на кого ласты подняли? У меня большие связи, я даже с Марсело Флавио работал! Слыхали про такого?
Амадео стиснул зубы, прекрасно зная, что он врет, но имя работорговца всколыхнуло в груди страх вперемешку с яростью.
Генри попытался сфокусировать взгляд на ком-то из похитителей и наткнулся на Себастьяна, который встал прямо перед ним, загораживая Амадео. Увидев знакомое лицо, Генри просительно заныл:
– Ну чего вам еще надо-то, начальник? Я уже все рассказал, и много раз… Сколько еще повторять одно и то же?
Себастьян наклонился и положил ладони ему на щеки.
– Мне ты рассказал, Генри. Но не этому джентльмену. – Он мотнул головой в сторону Амадео, который с каменным лицом наблюдал за измочаленным Генри, едва скрывая охватившую его садистскую радость. – Он изъявил желание побеседовать с тобой лично.
Себастьян отошел в сторону, взял из коробки на столе салфетку и брезгливо вытер ладони. Генри сморгнул залившую здоровый глаз кровь и уставился на Амадео так, будто узрел приход самого Люцифера из Преисподней.
– Этот? – прохрипел он. – Аристократ?
Услышав тюремное прозвище, Амадео едва не свернул нос Генри на другую сторону.
– Аристократ, – подтвердил он мягким голосом и улыбнулся.
Генри завыл.
Ксавьер стоял на причале у склада номер пять и яростно боролся с собой, чтобы не стрельнуть сигарету. Табачный дым, плывущий от курящих невдалеке подчиненных, только усиливал желание и раздражение, но рявкнуть на них из-за такой ерунды он не мог. Не поняли бы претензии. Говорят, что ковбой из рекламы «Мальборо» умер от рака легких. Ксавьер же считал, что если бы тот бросил курить, стал бы срывающимся на каждую мелочь старикашкой.
Но причина, по которой он бесился сейчас, вовсе не была мелочью.
Этот проклятый принц.
Час назад звонок из полицейского управления отвлек Ксавьера от приемки товара. Нелегалом здесь не пахло, но после обнаружения «кротов» Ксавьер перестал доверять своим людям. Он несколько раз сливал ложную информацию разным работникам, но пока еще никто не прокололся. Сегодня только один – Ксавьер бросил быстрый взгляд на группу мужчин за спиной – думает, что в ящиках с сигаретами прибыло золото, и если заявится Таможня, еще одним доверенным сотрудником станет меньше.
Но сейчас возможный обыск не волновал его вообще.
– Не слышал о таком.
– Как же так? А я думал, вы знаете все, – не преминул съехидничать Амадео.
Кнут подколку оценил и снова осклабился.
– За словом в карман не лезете. – Он снова дотронулся до картины, на этот раз – до изящной позолоченной рамы. – Помните только, что иногда словом можно навредить больше, чем пистолетом.
– Этот девиз нужно высечь на гербе вашей организации. Я помню, что случилось с «Азар» несколько лет назад.
– Есть люди, – Кнут больше не улыбался, – которые без угрызений совести используют любой, самый мизерный шанс, чтобы потопить вас. «Апани» – всего лишь исполнитель.
– И проводник для тех, кто хочет навредить, но не имеет возможности.
– Как любит говаривать ваш друг Санторо – ничего личного, только бизнес. – Кнут снова вернулся в хорошее расположение духа и, достав фляжку, допил остатки. – Но у убийц есть свой кодекс чести, как бы смешно это ни звучало. Сообщите малышу Киану о своем решении. Он передаст все мне.
Дверь закрылась с едва слышным щелчком. Когда Амадео выглянул в коридор, там уже никого не было.
Он закрыл окно и поежился, не зная, то ли его доконал холод, то ли аура этого человека. Но вместе с тем Амадео было любопытно – он еще никогда не встречал таких людей. Глава шпионской организации, не гнушающейся даже убийствами – и строгий учитель, нежно привязанный к ученику настолько, что явился по его просьбе, подвергая себя нешуточному риску. Кнут не производил впечатления человека, который хоть к чему-то в этой жизни привязан. Кроме выпивки, разумеется.
– Значит, один заказчик, – прошептал Амадео. Сигара, забытая Кнутом, с тихим шуршанием отправилась в мусорное ведро.
– Уверен, что этому Кнуту можно верить? – спросил Ксавьер. – Ты его знать не знаешь.
– Я – нет, но знает Киан. И он убежден, что мне следует послушать совет его наставника.
– «Апани» могла взять заказ на твою семью, об этом ты не подумал? А если это уловка, чтобы ты сам поднес им все на блюдечке?
– Подумал. О чем я только ни думал. Перебрал все варианты, что были. – Амадео пробежал глазами очередной договор, подписал оба экземпляра и отодвинул бумаги на край стола. – Ксавьер, я не знаю, что случится в следующий раз, и кто из моих близких пострадает. Это может быть Роза, Дэвид. Это можешь быть и ты. И пока не найду того, кто это затеял, я не смогу спокойно жить, не беспокоясь за мою семью.
– Насчет меня ты загнул. – Ксавьер наклонился и взъерошил принцу волосы. – Я не слабая барышня…
– Тем не менее, ты едва не погиб в том году. Или уже забыл? – Амадео ткнул его пальцем в грудь, где остались два круглых шрама от пуль. – Цзинь советовал тебе лучше заботиться о здоровье.
– Я уже бросил курить. Хочешь, чтобы завязал и с бизнесом?
– Не хочу. Но когда в игру вступила Мексика, ставки взлетели настолько, что победа может оказаться невыгодной. Если бы ты играл в азартные игры, то знал бы, что иногда нужно спасовать, чтобы выиграть.
– Пасовать не в моем характере. Тем более, угрозе тут подвергаюсь не я. Это тебя нужно хватать и везти в убежище, мой хрупкий принц, пока тебя не скинули с трона.
Амадео с трудом подавил раздражение.
– Тебе будет легче присматривать за мной, если я не буду дергаться, – сладко улыбнулся он. – Если буду спокоен, что моя семья в безопасности, то не ускользну из-под твоего надзора из-за того, что с кем-то снова что-то произошло. Ведь так?
– Ты… – Ксавьер раздосадованно махнул рукой. – Делай как знаешь. Но однажды добьешься того, что я прикую тебя наручниками к себе и не дам сделать ни шагу без моего позволения.
– Спорю, тебе это понравится. Но пока ты этого не сделал, мне нужно работать. – Амадео застучал по клавиатуре. – И тебе тоже. Не пропусти сегодняшнюю поставку и встречу с новым перевозчиком.
Ксавьер глянул на часы, буркнул под нос ругательство и, развернувшись на каблуках, злобно утопал. Амадео улыбнулся ему вслед и снова защелкал клавишами.
Вечером он усадил Тео в машину рядом с Паоло и поставил в ноги туго набитый рюкзак.
– С тобой все будет хорошо, папа? – спросил Тео, едва не плача. – Ты ведь приедешь к нам?
– Конечно, малыш. – Амадео чмокнул сына в нос, стараясь не пустить слезу. – Как только разберусь со всем, что здесь творится.
– Обещай, что будешь осторожным! Не то я пожалуюсь дяде Ксавьеру!
– Буду, – ответил Амадео. – Это серьезная угроза!
Грегорио крепко обнял его на прощание.
– Сынок, не лезь на рожон, правильно тебе Матео говорит. Ты ему живой и здоровый нужен, помни об этом.
– Ни на минуту об этом не забуду. Не волнуйтесь, дон Грегорио, со мной все будет хорошо.
– С голоду не умрешь. – Роза потрепала его по щеке. – Я оставила полный холодильник, не забывай поесть. А уж с этими сорванцами, большими и малыми, я справлюсь. Особенно с большими. – Она покосилась на Дэвида, сидящего за рулем, и погрозила пальцем надувшему губы Томасу. Тот никак не мог смириться с тем, что его не отпускают на волю, но Цзинь недвусмысленно показал ему самую большую иглу.
Чилли крепко притиснула начальника.
– Вы меня страшно разозлили этим незапланированным отпуском. Знайте – если с вами что-нибудь случится, в тот же день уволюсь, и пусть вашу компанию собирают по кирпичикам!
Амадео рассмеялся.
– Прости, Чилли, но придется и тебе немного отдохнуть.
Девушка кивнула. Она держалась огурцом, но нападение на парковке напугало ее. Еще больше пугало то, что вокруг Амадео кто-то плел крепкую сеть, и он оставался в ее центре совершенно один.
– Будьте осторожны, – напоследок сказала она. – Иначе мы вместе с Тео нажалуемся Санторо, и тогда держитесь!
Амадео провожал глазами два автомобиля, пока красные габаритные огни не скрылись за поворотом.
Охрана осталась на своих местах, особняк не пустовал. Но теперь вокруг стояла непривычная тишина, будто дом лишился самой жизни.
Нет, поправил он себя. Киан следовал за ним шаг в шаг, и внутри, в своей берлоге, оставался Кейси, который наотрез отказался покидать свое опутанное проводами жилище. Он не один.
Немного взбодрившись, Амадео поднялся на крыльцо и услышал за спиной автомобильный гудок.
К воротам подкатил серый «мазерати», водитель посигналил фарами и вышел из машины. Охранник по имени Картер тут же сбежал по ступенькам, держа руку у спрятанной под пиджаком кобуры. Перекинувшись с водителем парой слов, он вернулся к Амадео.
– К вам Себастьян Арройо, господин Солитарио.
Задняя дверца «мазерати» открылась, и Арройо вышел из машины. Он поднял руку и помахал Амадео, на губах играла улыбка.
– У меня есть новости!
– Красивый у вас дом, – похвалил Себастьян, оглядываясь с неподдельным интересом.
– Благодарю. Он принадлежал моему отцу. – Амадео жестом пригласил Себастьяна сесть и поставил перед ним стакан с виски. Тот кивком поблагодарил и пригубил напиток.
– Великолепно. У вас отменный вкус. Но вижу, вы сгораете от нетерпения, поэтому не буду тянуть. Я нашел Генри Хендриксона.
Амадео едва успел схватиться за спинку кресла и понадеялся, что Себастьян не заметил, как у него подкосились ноги. В глазах Киана, застывшего у двери, читалось беспокойство – от него не ускользнуло состояние Амадео.
Арройо нашел Генри? Как ему удалось, если даже Кейси с доступом к видеокамерам города и Киан с «Апани» не смогли этого сделать?
Но Амадео этого не спросил.
– Где он сейчас?
– Так и знал, что захотите лично с ним пообщаться, – рассмеялся Арройо. Смех оказался мягким и приятным, но совершенно бездушным, будто он вежливо смеялся фривольной шутке на светском приеме. – Разумеется, мои люди его схватили, я не стал ждать, пока он сбежит.
Амадео оперся на спинку кресла и сделал несколько глубоких вдохов. Придется держать себя в руках, иначе повторятся события годичной давности. Еще одного трупа на совести ему не хватало.
– Отвезите меня к нему, – потребовал он, игнорируя ужас в глазах телохранителя. – Немедленно.
Мобильник завибрировал, но Амадео не взял трубку. Ксавьеру незачем знать, куда он едет.
Глава 5. Неравные ставки
Себастьян Арройо стоял у «мазерати» и, облокотившись на капот, курил. Пальцы нервно сжимали тонкую сигарету, уже третью по счету.
Солитарио задерживался.
Почти час назад они выехали из особняка. Солитарио настоял на том, что поедет на своем автомобиле – Арройо пожал плечами и назвал адрес. Он поехал первым, изредка ловя в зеркале заднего вида джип Амадео.
Потом он пропал.
Себастьян не обратил внимания – в это время дня движение было плотным, потеряться в потоке немудрено. Но когда спустя двадцать минут он въехал в жилой квартал, где снял квартиру, от Амадео там не было. Не появился он и через четверть часа.
На циферблат наручных часов упала капля – начинался дождь. Последние полчаса он слегка моросил, но сейчас грозил перейти в настоящий ливень. И где носит эту особу королевских кровей?
– А говорят, известен своей пунктуальностью. – Себастьян выплюнул окурок в урну и постучал в окно «мазерати».
Водитель протянул ему зонт.
– Может, вернетесь в машину? – предложил он. – Сейчас польет, как из ведра.
– Если бы меня пугал дождь, Эверетт, я бы жил в пустыне Атакама. – Себастьян раскрыл зонт и мрачно уставился на дорогу.
Он гадал, какую казнь задумал для Хендриксона этот красавчик. Он совсем не выглядел способным на хладнокровное убийство, но внешность обманчива – Себастьян многое слышал о пленнике Марсело Флавио, который оказался вовсе не цветочком и сумел расправиться с работорговцем, используя его же людей. И еще раньше… Как изнеженному мальчику удалось выжить в тюрьме? Это далеко не курорт для папенькиных сынков. То, что он выстроил вокруг себя непробиваемую защитную стену, о многом говорило.
Семья, уютный дом, преданные до гроба люди, обожающие его до дрожи подчиненные – вторая сторона медали. Как можно любить безжалостного убийцу? Вся его натура состояла из противоречий, и это интриговало. Загадка, которую Себастьян хотел разгадать.
Серебристый джип завернул во двор и аккуратно припарковался рядом с «мазерати». Телохранитель выскочил из-за руля и раскрыл для хозяина черный зонт. Себастьян искривил губы в недоверчивой улыбке – надо же, совсем мальчишка! Он даже города толком не знает, раз умудрился заблудиться! Где они пропадали столько времени?
Себастьян молчал, ожидая, что Солитарио начнет оправдываться, однако этого не случилось. Амадео кивнул ему и перевел взгляд на многоквартирный дом.
– Вы здесь держите Генри? Не слишком ли опасно?
– Ничуть. – Себастьян глянул через плечо на склонившегося над передним колесом Киана. – У вас что-то случилось с машиной?
– Спустило колесо, – бросил Амадео, шаря глазами по окнам. Пальцы, сжимающие рукоять зонта, побелели. – Вы не сказали номер квартиры. Боялись, что я приеду раньше и начну веселье без вас?
– Что вы, – рассмеялся Себастьян. – Боялся, как бы охрана вас не пристрелила. Идемте.
Амадео, не произнеся больше ни слова, двинулся за ним. Телохранитель следовал позади, подмечая подозрительных людей и возможные пути отхода в случае засады. Но Себастьян и не подумал устроить что-либо подобное. Солитарио был куда занятней живым.
На лифте они поднялись на восьмой этаж, после чего, пройдя по обшарпанному коридору, остановились перед дверью с номером 164.
Квартира оказалась небольшой, но ухоженной. Коридор в желтых обоях, коричневый линолеум «под дерево», небольшое круглое зеркало в прихожей. По правую руку маленькая кухня, где у окна, отодвинув тюлевые занавески в сторону, курили двое мужчин. Завидев босса, быстро затушили бычки в пепельнице. Из туалета вышел еще один охранник и вытянулся в струнку, забыв застегнуть ширинку. Себастьян шутливо напомнил ему об этом, и тот поспешно вжикнул молнией.
В просторной комнате находились трое.
Двое развалились на кожаном диване. Один щелкал пультом висящего на стене телевизора, вполголоса ругая вездесущую рекламу, второй почесывал бритую голову и зевал. При виде Себастьяна оба вскочили.
Третий сидел, привязанный к стулу, на голове красовался черный мешок. Даже не видя лица, Амадео понял, что это Генри – комплекцию трудно было спутать с чьей-то еще, даже стул под ним казался детским. Пленник не шевелился – то ли спал, то ли был без сознания, на грязной футболке засохли потеки крови. Под стулом был расстелен полиэтилен, и Амадео стало не по себе.
Себастьян щелкнул пальцами, и один из его людей стащил мешок.
Лицо Генри представляло собой сплошное кровавое месиво. Нос свернут набок, лоб разбит в кровь, нижняя губа лопнула. Под левым глазом красовался фингал, правый совсем заплыл. Связанный и избитый, Генри напоминал огромную тушу кабана, которую скоро разделает мясник.
Охранник шлепнул его пультом по макушке.
– Эй, просыпайся, бедовый!
Генри вздернул голову так резко, будто над ухом выстрелили, и скривился от боли. Из сломанного носа хлынула свежая кровь.
– Да епт, – простонал он. – Отпустите меня, че вам вообще надо…
Все молчали. Генри откашлялся, сплюнул на полиэтилен кровавый комок и попытался еще раз:
– Вы хоть знаете, на кого ласты подняли? У меня большие связи, я даже с Марсело Флавио работал! Слыхали про такого?
Амадео стиснул зубы, прекрасно зная, что он врет, но имя работорговца всколыхнуло в груди страх вперемешку с яростью.
Генри попытался сфокусировать взгляд на ком-то из похитителей и наткнулся на Себастьяна, который встал прямо перед ним, загораживая Амадео. Увидев знакомое лицо, Генри просительно заныл:
– Ну чего вам еще надо-то, начальник? Я уже все рассказал, и много раз… Сколько еще повторять одно и то же?
Себастьян наклонился и положил ладони ему на щеки.
– Мне ты рассказал, Генри. Но не этому джентльмену. – Он мотнул головой в сторону Амадео, который с каменным лицом наблюдал за измочаленным Генри, едва скрывая охватившую его садистскую радость. – Он изъявил желание побеседовать с тобой лично.
Себастьян отошел в сторону, взял из коробки на столе салфетку и брезгливо вытер ладони. Генри сморгнул залившую здоровый глаз кровь и уставился на Амадео так, будто узрел приход самого Люцифера из Преисподней.
– Этот? – прохрипел он. – Аристократ?
Услышав тюремное прозвище, Амадео едва не свернул нос Генри на другую сторону.
– Аристократ, – подтвердил он мягким голосом и улыбнулся.
Генри завыл.
Ксавьер стоял на причале у склада номер пять и яростно боролся с собой, чтобы не стрельнуть сигарету. Табачный дым, плывущий от курящих невдалеке подчиненных, только усиливал желание и раздражение, но рявкнуть на них из-за такой ерунды он не мог. Не поняли бы претензии. Говорят, что ковбой из рекламы «Мальборо» умер от рака легких. Ксавьер же считал, что если бы тот бросил курить, стал бы срывающимся на каждую мелочь старикашкой.
Но причина, по которой он бесился сейчас, вовсе не была мелочью.
Этот проклятый принц.
Час назад звонок из полицейского управления отвлек Ксавьера от приемки товара. Нелегалом здесь не пахло, но после обнаружения «кротов» Ксавьер перестал доверять своим людям. Он несколько раз сливал ложную информацию разным работникам, но пока еще никто не прокололся. Сегодня только один – Ксавьер бросил быстрый взгляд на группу мужчин за спиной – думает, что в ящиках с сигаретами прибыло золото, и если заявится Таможня, еще одним доверенным сотрудником станет меньше.
Но сейчас возможный обыск не волновал его вообще.
