Буквально на секунду всё замерло на лице Вавиля, следом вместо него оказался Король Эдан, а затем мир завертелся ещё сильнее. Тошнота подступила к горлу – я изо всех сил попыталась вытолкнуть чужака из головы, и в какой-то момент Вилл зашипел и отстранился.
- Кто такая Эсендерелла?
- Это моё полное имя, - с трудом выдавила я. – И я ничего не знаю про культистов, пожалуйста, перестань!
Воздух вокруг накалился, превращаясь в тягучую вязкую субстанцию, и нечто странное медленно заползло в мои лёгкие. Я попыталась сглотнуть, но не получилось. В нос ударил запах серы, волосы на затылке встали дыбом.
Мужчина грубо толкнул меня и прижал к стене, перекрывая мне кислород предплечьем.
Я вновь полетела, но тяжесть камнем тянула меня на дно бездны. Сгорая, я оказывалась заточённой во льдах. Кричала, но голос принадлежал не мне, а собственные пальцы сжимались на горле, перекрывая кислород. И душили, душили, душили.
- Хватит сопротивляться, - откуда-то издалека раздался вибрирующий голос Вилла.
Меня что-то дёрнуло назад, и я неожиданно замерла, оказываясь возле постели дядюшки Ло. Его исхудалое тело лежало под тёплым старым одеялом, глаза подрагивали за закрытыми веками, дыхание превратилось в хрипы.
- Совсем плох, мур-р-р, - голос Бестиария казался таким близким и то же время таким далёким. – Ему нужны лекар-р-рства. Цветок Ар-р-р-рахнита помог бы, но р-р-растёт он только в дождливых лесах.
- Может, поискать что-нибудь у торговцев? Кто-нибудь да мог привезти его из чужих земель… - голос был мой, но говорила не я и в то же время я.
Кот с сожалением взглянул на меня.
- А где ты сейчас найдёшь эти леса?
Всё растворилось в дымке и пустилось в пляс. Боль в голове медленно нарастала, и казалось, что черепушка вот-вот разлетится на кусочки. Бесконечный водоворот информации закружился, и я протянула руку, чтобы остановить его, но вместо этого очутилась в очередном воспоминании.
Я оказалась под кроватью.
- Я прошу дать мне ещё немного времени. Приготовления почти закончены, осталось лишь разослать письма. Как только я получу ответы…
- Король уже в столице, - холодным скрипучим голосом, выплёвывая каждую букву, процедил второй. – Его шавки сжимают петлю вокруг квартала, и скоро ОН найдёт то, что ищет.
- Есть информация о невесте Короля?
- Нет. Он прячет её, никого не подпускает, кроме верной стражи. Слуги тоже молчат.
- Я думаю, свадьба состоится в следующее затмение, по слухам, ритуал нужно провести, когда Драконы встанут в ряд, а вокруг них сомкнутся Сирены. Время у нас есть, - зашуршала бумага. – Передайте это ЕМУ.
И вот я уже стояла в перед нишей, которую несколько секунд назад обчистила, и в руках у меня сверкал огненный камень, переливаясь тёплым тлеющем огоньком, а затем он затянул меня, и я куда-то провалилась.
Я лежала в корзинке, и меня кто-то поспешно нес, напевая под нос навязчивую мелодию. Я тянула маленькие ручки к длинным рыжим волосам, прячущимся под капюшоном плаща, и пыталась ухватиться за пряди. В момент, когда корзинку поставили на землю, мне всё-таки удалось крепко схватить женщину за волосы. Та нагнулась, открывая лицо, и ловко разжала мои пальчики.
- О, милое дитя, - елейный голос окутал меня подобно горячей ванне. – Каково это быть собой и в то же время никогда себе не принадлежать? Познай же мои страдания.
Всё вновь перевернулось с ног на голову: я переступила порог лавки мясника, а спустя секунду из соседней двери появился сам заказчик.
- Хотите заработать ещё больше?
- Что нужно украсть?
- Ничего. Вам всего лишь нужно отправиться со мной в Храм и исповедовать меня.
- Пожалуй, откажусь. Я воровка, а не шут.
- Простите, Миледи, если я оскорбил Вас. Не буду настаивать.
Вилл резко оставил меня в покое, и, вернувшись в реальность, меня встретила его безумная улыбка.
Командор толкнул меня в сторону, но я не упала.
- Ты отдала ему камень, и он сбежал, - с упрёком хмыкнул мужчина, словно это я была во всём виновата. – Такой ценный камень, который никак не должен был попасть к еретикам. А ты отдала его… Что ещё ты знаешь? Отвечай!
- Ничего! – Вилл замахнулся, и я взвизгнула, отшатываясь в сторону. – Ничего, клянусь!
Я отступила к деревянным ящикам и замерла, наткнувшись на них спиной, как загнанный в угол зверь. Взгляд мужчины пожирал меня безумием и жаждой крови, ведь он не добрался до еретиков, а я такая сладкая добыча, была хоть косвенно, но связана с культистами.
Кулак Командора скользнул в опасной близости от моего лица и попал по одному из ящиков, и тот рухнул на пол, тут же ломаясь как хрупкая ваза. Трупный запах наполнил пространство, содержимое с громким чмоканием вывалилось наружу. Сначала оно походило на багровые помои, но затем среди них я различила отдельные части человеческих тел: руки, ноги, часть головы и даже нечто, напоминающее половые органы – всё это разливалось по полу подобно овощному рагу.
- Ох, дерьмо, - выдавила, пытаясь поскорее отойти от наполненных трупами ящиков.
Вилл схватил меня за рубаху, будто думая, что я собиралась сбежать, но взгляд его всё ещё был направлен на кашу, расползающуюся под его ногами. Впервые за всю нашу встречу на лице Командора не было издевательской ухмылки, наоборот, оно выражало лишь холодную ярость.
- Так вот, куда пропадают мои люди…
Жижа почти добралась до нас, и я с отвращением дёрнулась в сторону. Раздался треск порванной одежды, которую крепкая рука Вилла не желала отпускать, и ткань проворно сползла с моего плеча, оголяя кожу, а вместе с ней и родимое пятно. Прикрыться я не успела – Командор обернулся, цепким взглядом поймав ведьмовское проклятие, и лицо его озарил ещё больший гнев, чем осознание, во что превратились его товарищи.
- Именем Короля, - зарычал Вилл, поднимая руку, - я приговариваю тебя…
Он осёкся – я в ужасе замерла, понимая, что вот он – мой конец. Уж кто-кто, а Командор не оставит в живых женщину с отметкой ведьмы. Сил молить о пощаде не было, меня тошнило, и мысли о жиже, уже достигшей сапог мужчины, сводили с ума похлеще осознания скорой смерти.
- Именем Короля я беру тебя под стражу, - тихим голосом сказал Вилл, отводя от меня взгляд.
Мужчина толкнул меня в сторону двери, но накатившее облегчение от мыслей об отсрочке кончины забрало у меня все силы – колени подкосились, и я рухнула на пол. Грубая рука подняла меня за шкирку и буквально потащила в сторону выхода, прочь из мясной лавки навстречу неизвестному.
Daniel Pemberton - King Arthur: Legend of the Sword
О королевской темнице ходили разные слухи.
Кто-то рассказывал о страшных пытках и безжалостных палачах, готовых испепелить тебя, лишь бы добраться до нужной информации. Другие говорили о еде и халявной выпивке, что запросто можно было выпросить у охраны. Третьи с ужасом трепались о жутких тенях, принадлежавших призракам замка, что каждую ночь сводили заключенных с ума.
Но никто из слушателей не знал, чему верить, пока сам не оказывался скованный цепями.
Грубые руки королевской стражи бесцеремонно хватали меня за локти, буквально волоча по холодным каменным коридорам подземелий замка. Эхо уходило вглубь лабиринта, постепенно испаряясь где-то в темноте, сырость и запах плесени смешивался с вонью крови и дерьма, и чем глубже мы спускались, тем сильнее всё это ударяло в нос.
Никогда в жизни я ещё так не боялась. Страх сковывал разум и тело, запрещал лёгким дышать, язык пригвоздил к нёбу. Я задыхалась от одной лишь мысли, что меня ожидают безжалостные пытки, потому что быть пойманной в окружении «культа ведьмы» не сулило ничего хорошего. А если они увидят моё родимое пятно…
Мне конец.
Если бы я знала, в чьи руки попадёт камень, ни за что не согласилась бы выполнять заказ даже за гору золотых. Вавиль всегда говорил, что я готова душу продать за монеты, и, видимо, настало время расплачиваться.
Круговорот каменных стен сжимал тисками разум. Я не знала, сколько времени провела в камере, пока дверь со скрипом не открылась, а на пороге появился Командор Лег иона Полумесяца, я нашла в себе силы и встретила его озлобленным взглядом дикого животного.
Вилл еле заметно скривился. Лишь махнул рукой, приказывая стражнику схватить меня за шкирку и вывести в коридор, а после мы направились вглубь королевских темниц.
Остановились рядом с деревянной дверью. Вилл первым решительно зашёл внутрь – в нос ударил резкий запах крови и чего-то неприятного, неестественного, едкого. Перестав дышать, я краем глаза заметила внутри несколько тел, неподвижно лежащих на полу. К горлу вновь подступила тошнота, и ноги отказывались слушаться, но грубая рука стражника сжала моё плечо и толкнула вперёд, настойчиво заставляя переступить порог.
- Мы обшарили окрестности Храма Игнис и случайно напоролись на кучку еретиков, проводивших какой-то ритуал. Правда, большая часть успела перерезать себе глотки, но мы успели взять парочку живыми, - небрежно сказал Вилл, обращаясь, скорее всего, ко мне.
Здесь на полу в ряд лежали мёртвые тела еретиков с перерезанными горлами. В стороне двое практически обнажённых мужчин с нескончаемыми ведьминскими рисунками на теле были скованны цепями. Травмированные, изуродованные, со сломанными костями и неестественно выгнутыми конечностями они мало походили на людей.
- Говори, - Вилл бесцеремонно подтолкнул меня к предателям. – Знаешь кого-то из них? Может, видела вместе с заказчиком.
Я рассеянно осмотрела присутствующих, и с трудом выдавила:
- Нет.
Я сделала глубокий вдох, сдерживая рвотные позывы, и попыталась успокоиться.
Мужчина презрительно зыркнул на мёртвые тела, затем подошёл к живым еретикам. Я заметила на себе пожирающий взгляд пустых глаз одного из них. Пленник напоминал дикое животное, смирившееся с неминуемой смертью и жаждущее унести с собой к Сиренам кого-нибудь еще.
- Где ваш предводитель? – грубо спросил Вилл. – Отвечай, живо!
Один из пленников расхохотался.
- Возродись, Эрэлла! Вернись к нам…
Вилл не дал ему договорить. Выхватив свой меч, он пронзил последователя «культа ведьмы» острым лезвием. Закипающая кровь хлынула на пол из разодранной груди, пачкая доспехи мучителя и медленно, но верно растекаясь по полу, подобно пролитому вину. Тело безжизненно повисло в крепких оковах и перестало подавать признаки жизни.
Командор вынул из ножен на поясе кинжал и повернулся ко мне, отвратительная издевательская улыбка скривила его губы.
- Убей его, и докажешь свою непричастность к культу, - он протянул мне лезвие.
Я шумно вдохнула в себя воздух. Камера вокруг кружилась из-за мерзкого запаха и сковывающего страха. Качнув головой, я вымолвила:
- Я не убийца.
Вилл закатил глаза и кивнул страже. Меня толкнули в спину, насильно волоча вперёд, а ядовитый, высокомерный, пожирающий взгляд Командора даже не давал намёка на сострадание.
- Хочешь жить, убей его.
Я пересилила себя и взяла из его руки нож, взглянула на оскалившегося еретика.
Он культист. Он заслуживал смерти. Да и, если бы стража его не остановила, всё равно перерезал бы себе горло.
Но я не убийца. Я воровка, но точно не убийца.
«Не убийца, не убийца, не убийца…», - повторяла про себя я, держа в трясущихся руках нож.
Стоя напротив скованного мужчины, я не могла пошевелиться. Он или я. Король или Ведьма. Жизнь или смерть.
Я должна была выбрать, но не могла.
Спиной почувствовала грудь Командора, его голос навязчиво окутал меня:
- Убей эту тварь во имя Короля Эдана.
Вилл прижался ко мне вплотную, стеной медленно наступая, и я невольно подалась вперёд, не в силах сопротивляться. Бежать было некуда: позади Командор, впереди еретик, по бокам пропасти.
Тиски смыкались, и вот кончик острого лезвия впился в оголённую грудь пленника. Кровь скользнула по коже, я же попыталась отстраниться назад, но Вилл оказался неприступным.
- Услышь меня, Прародительница! И прими мою жертву! – вскричал еретик, когда нож вошёл в его тело по самую рукоятку. – Эрелла, освободи нас и вознеси, - с последними словами мужчина подался вперёд, словно обращаясь именно ко мне, но, скорее всего, всё это было лишь моим воображением.
А после он захрипел и издох. Я испуганно пялилась на свои испачканные густой кровью руки, и не могла заставить себя поднять взгляд. Вилл отстранился, и я в ужасе отступила, еле удержавшись на ногах.
Я убила его. Я лишила человека жизни.
Жижа хлюпнула под ногами. Мужчина тремя широкими шагами пересёк комнату. Его меч сверкнул и плавно скользнул в ножны.
- Отведи её в камеру. А ты, приберись здесь.
Меня дёрнули за плечи и потянули в коридор. Еле устояв на ногах, я, трясущаяся и сжавшая от страха, позволяла чужим рукам вести меня прочь от переполненной трупами комнаты. Запах крови и смерти преследовал настойчиво, упорно и навязчиво, даже в момент, когда меня толкнули в обычную камеру и с грохотом заперли дверь, мне показалось, что рухнула я не на каменный пол, а в лужу липкой багровой крови.
Здесь не так сильно пахло плесенью, в углу дырка к дырке шныряли жирные крысы, твёрдая деревянная постель, накрытая грязной тряпкой, приняла меня в объятия подобно мягкой перине, но заснуть я не могла ещё долго. Прислушиваясь в темноте к шорохам и шагам, приглушённым разговорам, стенаниям.
Один раз нижнее окошко в двери приоткрылось, впуская луч тусклого света, и на полу заскользил поднос с харчей. Я помедлила, выждала, а потом ринулась к нему, с жадностью откусывая жёсткий кусок хлеба и запивая её похлёбкой из редких овощей. В ней даже плавал кусок жилистого мяса.
После скудного, но такого желанного перекуса я расслабилась и наконец-то провалилась в беспокойный сон. В нём меня сжигали на костре, люди кричали «ведьма», Король Эдан с наслаждением приказывал убить меня, а где-то в толпе мелькали глаза Вавиля. Несколько раз я просыпалась в поту.
Время шло. Секунды превращались в минуты, а те вместо часов наколдовывали дни. Окошко открывалось и закрывалось, рука стражника мелькала в тусклом тюремном свете, крысы шуршали и пищали с такой наглостью, что под конец мне и вовсе приходилось бороться с ними за еду. Быстрые и проворные, они то и дело норовили утащить кусок хлеба.
Когда первоначальный страх после встречи с Виллом поутих, а разум прояснился, я думала, и думала, и думала, ведь кроме этого делать было совершенно нечего.
Я вляпалась по самые яйца козледума. Вероятность моего освобождения ничтожно мала. В конечном итоге меня признают еретиком и вздёрнут на главной площади как предательницу с меткой ведьмы. Это лишь дело времени.
Какая же забавная штука: судьба. Заставила влюбиться в Короля Эдана и бросила на растерзание его верному псу. Ненависть Вилла к врагам господина, а особенно к «ордену ведьмы» шла впереди него, и даровать прощение женщине с грязной меткой, даже если она невиновна, вряд ли входило в его планы.
Всё началось в тот момент, когда дверь со скрипом открылась, и властный голос стражника разрушил плотную тишину:
- Выходи.
Я не шелохнулась. Тогда мужчина махнул рукой, и второй стражник решительно направился ко мне подобно стремительно надвигающейся песчаной бури. Я вжалась в стену, словно пытаясь просочиться сквозь неё или превратиться в крысу и шмыгнуть в одну из маленьких щелей, но всё было впустую.
- Кто такая Эсендерелла?
- Это моё полное имя, - с трудом выдавила я. – И я ничего не знаю про культистов, пожалуйста, перестань!
Воздух вокруг накалился, превращаясь в тягучую вязкую субстанцию, и нечто странное медленно заползло в мои лёгкие. Я попыталась сглотнуть, но не получилось. В нос ударил запах серы, волосы на затылке встали дыбом.
Мужчина грубо толкнул меня и прижал к стене, перекрывая мне кислород предплечьем.
Я вновь полетела, но тяжесть камнем тянула меня на дно бездны. Сгорая, я оказывалась заточённой во льдах. Кричала, но голос принадлежал не мне, а собственные пальцы сжимались на горле, перекрывая кислород. И душили, душили, душили.
- Хватит сопротивляться, - откуда-то издалека раздался вибрирующий голос Вилла.
Меня что-то дёрнуло назад, и я неожиданно замерла, оказываясь возле постели дядюшки Ло. Его исхудалое тело лежало под тёплым старым одеялом, глаза подрагивали за закрытыми веками, дыхание превратилось в хрипы.
- Совсем плох, мур-р-р, - голос Бестиария казался таким близким и то же время таким далёким. – Ему нужны лекар-р-рства. Цветок Ар-р-р-рахнита помог бы, но р-р-растёт он только в дождливых лесах.
- Может, поискать что-нибудь у торговцев? Кто-нибудь да мог привезти его из чужих земель… - голос был мой, но говорила не я и в то же время я.
Кот с сожалением взглянул на меня.
- А где ты сейчас найдёшь эти леса?
Всё растворилось в дымке и пустилось в пляс. Боль в голове медленно нарастала, и казалось, что черепушка вот-вот разлетится на кусочки. Бесконечный водоворот информации закружился, и я протянула руку, чтобы остановить его, но вместо этого очутилась в очередном воспоминании.
Я оказалась под кроватью.
- Я прошу дать мне ещё немного времени. Приготовления почти закончены, осталось лишь разослать письма. Как только я получу ответы…
- Король уже в столице, - холодным скрипучим голосом, выплёвывая каждую букву, процедил второй. – Его шавки сжимают петлю вокруг квартала, и скоро ОН найдёт то, что ищет.
- Есть информация о невесте Короля?
- Нет. Он прячет её, никого не подпускает, кроме верной стражи. Слуги тоже молчат.
- Я думаю, свадьба состоится в следующее затмение, по слухам, ритуал нужно провести, когда Драконы встанут в ряд, а вокруг них сомкнутся Сирены. Время у нас есть, - зашуршала бумага. – Передайте это ЕМУ.
И вот я уже стояла в перед нишей, которую несколько секунд назад обчистила, и в руках у меня сверкал огненный камень, переливаясь тёплым тлеющем огоньком, а затем он затянул меня, и я куда-то провалилась.
Я лежала в корзинке, и меня кто-то поспешно нес, напевая под нос навязчивую мелодию. Я тянула маленькие ручки к длинным рыжим волосам, прячущимся под капюшоном плаща, и пыталась ухватиться за пряди. В момент, когда корзинку поставили на землю, мне всё-таки удалось крепко схватить женщину за волосы. Та нагнулась, открывая лицо, и ловко разжала мои пальчики.
- О, милое дитя, - елейный голос окутал меня подобно горячей ванне. – Каково это быть собой и в то же время никогда себе не принадлежать? Познай же мои страдания.
Всё вновь перевернулось с ног на голову: я переступила порог лавки мясника, а спустя секунду из соседней двери появился сам заказчик.
- Хотите заработать ещё больше?
- Что нужно украсть?
- Ничего. Вам всего лишь нужно отправиться со мной в Храм и исповедовать меня.
- Пожалуй, откажусь. Я воровка, а не шут.
- Простите, Миледи, если я оскорбил Вас. Не буду настаивать.
Вилл резко оставил меня в покое, и, вернувшись в реальность, меня встретила его безумная улыбка.
Командор толкнул меня в сторону, но я не упала.
- Ты отдала ему камень, и он сбежал, - с упрёком хмыкнул мужчина, словно это я была во всём виновата. – Такой ценный камень, который никак не должен был попасть к еретикам. А ты отдала его… Что ещё ты знаешь? Отвечай!
- Ничего! – Вилл замахнулся, и я взвизгнула, отшатываясь в сторону. – Ничего, клянусь!
Я отступила к деревянным ящикам и замерла, наткнувшись на них спиной, как загнанный в угол зверь. Взгляд мужчины пожирал меня безумием и жаждой крови, ведь он не добрался до еретиков, а я такая сладкая добыча, была хоть косвенно, но связана с культистами.
Кулак Командора скользнул в опасной близости от моего лица и попал по одному из ящиков, и тот рухнул на пол, тут же ломаясь как хрупкая ваза. Трупный запах наполнил пространство, содержимое с громким чмоканием вывалилось наружу. Сначала оно походило на багровые помои, но затем среди них я различила отдельные части человеческих тел: руки, ноги, часть головы и даже нечто, напоминающее половые органы – всё это разливалось по полу подобно овощному рагу.
- Ох, дерьмо, - выдавила, пытаясь поскорее отойти от наполненных трупами ящиков.
Вилл схватил меня за рубаху, будто думая, что я собиралась сбежать, но взгляд его всё ещё был направлен на кашу, расползающуюся под его ногами. Впервые за всю нашу встречу на лице Командора не было издевательской ухмылки, наоборот, оно выражало лишь холодную ярость.
- Так вот, куда пропадают мои люди…
Жижа почти добралась до нас, и я с отвращением дёрнулась в сторону. Раздался треск порванной одежды, которую крепкая рука Вилла не желала отпускать, и ткань проворно сползла с моего плеча, оголяя кожу, а вместе с ней и родимое пятно. Прикрыться я не успела – Командор обернулся, цепким взглядом поймав ведьмовское проклятие, и лицо его озарил ещё больший гнев, чем осознание, во что превратились его товарищи.
- Именем Короля, - зарычал Вилл, поднимая руку, - я приговариваю тебя…
Он осёкся – я в ужасе замерла, понимая, что вот он – мой конец. Уж кто-кто, а Командор не оставит в живых женщину с отметкой ведьмы. Сил молить о пощаде не было, меня тошнило, и мысли о жиже, уже достигшей сапог мужчины, сводили с ума похлеще осознания скорой смерти.
- Именем Короля я беру тебя под стражу, - тихим голосом сказал Вилл, отводя от меня взгляд.
Мужчина толкнул меня в сторону двери, но накатившее облегчение от мыслей об отсрочке кончины забрало у меня все силы – колени подкосились, и я рухнула на пол. Грубая рука подняла меня за шкирку и буквально потащила в сторону выхода, прочь из мясной лавки навстречу неизвестному.
Daniel Pemberton - King Arthur: Legend of the Sword
Глава 15. Единое, но не целое
О королевской темнице ходили разные слухи.
Кто-то рассказывал о страшных пытках и безжалостных палачах, готовых испепелить тебя, лишь бы добраться до нужной информации. Другие говорили о еде и халявной выпивке, что запросто можно было выпросить у охраны. Третьи с ужасом трепались о жутких тенях, принадлежавших призракам замка, что каждую ночь сводили заключенных с ума.
Но никто из слушателей не знал, чему верить, пока сам не оказывался скованный цепями.
Грубые руки королевской стражи бесцеремонно хватали меня за локти, буквально волоча по холодным каменным коридорам подземелий замка. Эхо уходило вглубь лабиринта, постепенно испаряясь где-то в темноте, сырость и запах плесени смешивался с вонью крови и дерьма, и чем глубже мы спускались, тем сильнее всё это ударяло в нос.
Никогда в жизни я ещё так не боялась. Страх сковывал разум и тело, запрещал лёгким дышать, язык пригвоздил к нёбу. Я задыхалась от одной лишь мысли, что меня ожидают безжалостные пытки, потому что быть пойманной в окружении «культа ведьмы» не сулило ничего хорошего. А если они увидят моё родимое пятно…
Мне конец.
Если бы я знала, в чьи руки попадёт камень, ни за что не согласилась бы выполнять заказ даже за гору золотых. Вавиль всегда говорил, что я готова душу продать за монеты, и, видимо, настало время расплачиваться.
Круговорот каменных стен сжимал тисками разум. Я не знала, сколько времени провела в камере, пока дверь со скрипом не открылась, а на пороге появился Командор Лег иона Полумесяца, я нашла в себе силы и встретила его озлобленным взглядом дикого животного.
Вилл еле заметно скривился. Лишь махнул рукой, приказывая стражнику схватить меня за шкирку и вывести в коридор, а после мы направились вглубь королевских темниц.
Остановились рядом с деревянной дверью. Вилл первым решительно зашёл внутрь – в нос ударил резкий запах крови и чего-то неприятного, неестественного, едкого. Перестав дышать, я краем глаза заметила внутри несколько тел, неподвижно лежащих на полу. К горлу вновь подступила тошнота, и ноги отказывались слушаться, но грубая рука стражника сжала моё плечо и толкнула вперёд, настойчиво заставляя переступить порог.
- Мы обшарили окрестности Храма Игнис и случайно напоролись на кучку еретиков, проводивших какой-то ритуал. Правда, большая часть успела перерезать себе глотки, но мы успели взять парочку живыми, - небрежно сказал Вилл, обращаясь, скорее всего, ко мне.
Здесь на полу в ряд лежали мёртвые тела еретиков с перерезанными горлами. В стороне двое практически обнажённых мужчин с нескончаемыми ведьминскими рисунками на теле были скованны цепями. Травмированные, изуродованные, со сломанными костями и неестественно выгнутыми конечностями они мало походили на людей.
- Говори, - Вилл бесцеремонно подтолкнул меня к предателям. – Знаешь кого-то из них? Может, видела вместе с заказчиком.
Я рассеянно осмотрела присутствующих, и с трудом выдавила:
- Нет.
Я сделала глубокий вдох, сдерживая рвотные позывы, и попыталась успокоиться.
Мужчина презрительно зыркнул на мёртвые тела, затем подошёл к живым еретикам. Я заметила на себе пожирающий взгляд пустых глаз одного из них. Пленник напоминал дикое животное, смирившееся с неминуемой смертью и жаждущее унести с собой к Сиренам кого-нибудь еще.
- Где ваш предводитель? – грубо спросил Вилл. – Отвечай, живо!
Один из пленников расхохотался.
- Возродись, Эрэлла! Вернись к нам…
Вилл не дал ему договорить. Выхватив свой меч, он пронзил последователя «культа ведьмы» острым лезвием. Закипающая кровь хлынула на пол из разодранной груди, пачкая доспехи мучителя и медленно, но верно растекаясь по полу, подобно пролитому вину. Тело безжизненно повисло в крепких оковах и перестало подавать признаки жизни.
Командор вынул из ножен на поясе кинжал и повернулся ко мне, отвратительная издевательская улыбка скривила его губы.
- Убей его, и докажешь свою непричастность к культу, - он протянул мне лезвие.
Я шумно вдохнула в себя воздух. Камера вокруг кружилась из-за мерзкого запаха и сковывающего страха. Качнув головой, я вымолвила:
- Я не убийца.
Вилл закатил глаза и кивнул страже. Меня толкнули в спину, насильно волоча вперёд, а ядовитый, высокомерный, пожирающий взгляд Командора даже не давал намёка на сострадание.
- Хочешь жить, убей его.
Я пересилила себя и взяла из его руки нож, взглянула на оскалившегося еретика.
Он культист. Он заслуживал смерти. Да и, если бы стража его не остановила, всё равно перерезал бы себе горло.
Но я не убийца. Я воровка, но точно не убийца.
«Не убийца, не убийца, не убийца…», - повторяла про себя я, держа в трясущихся руках нож.
Стоя напротив скованного мужчины, я не могла пошевелиться. Он или я. Король или Ведьма. Жизнь или смерть.
Я должна была выбрать, но не могла.
Спиной почувствовала грудь Командора, его голос навязчиво окутал меня:
- Убей эту тварь во имя Короля Эдана.
Вилл прижался ко мне вплотную, стеной медленно наступая, и я невольно подалась вперёд, не в силах сопротивляться. Бежать было некуда: позади Командор, впереди еретик, по бокам пропасти.
Тиски смыкались, и вот кончик острого лезвия впился в оголённую грудь пленника. Кровь скользнула по коже, я же попыталась отстраниться назад, но Вилл оказался неприступным.
- Услышь меня, Прародительница! И прими мою жертву! – вскричал еретик, когда нож вошёл в его тело по самую рукоятку. – Эрелла, освободи нас и вознеси, - с последними словами мужчина подался вперёд, словно обращаясь именно ко мне, но, скорее всего, всё это было лишь моим воображением.
А после он захрипел и издох. Я испуганно пялилась на свои испачканные густой кровью руки, и не могла заставить себя поднять взгляд. Вилл отстранился, и я в ужасе отступила, еле удержавшись на ногах.
Я убила его. Я лишила человека жизни.
Жижа хлюпнула под ногами. Мужчина тремя широкими шагами пересёк комнату. Его меч сверкнул и плавно скользнул в ножны.
- Отведи её в камеру. А ты, приберись здесь.
Меня дёрнули за плечи и потянули в коридор. Еле устояв на ногах, я, трясущаяся и сжавшая от страха, позволяла чужим рукам вести меня прочь от переполненной трупами комнаты. Запах крови и смерти преследовал настойчиво, упорно и навязчиво, даже в момент, когда меня толкнули в обычную камеру и с грохотом заперли дверь, мне показалось, что рухнула я не на каменный пол, а в лужу липкой багровой крови.
Здесь не так сильно пахло плесенью, в углу дырка к дырке шныряли жирные крысы, твёрдая деревянная постель, накрытая грязной тряпкой, приняла меня в объятия подобно мягкой перине, но заснуть я не могла ещё долго. Прислушиваясь в темноте к шорохам и шагам, приглушённым разговорам, стенаниям.
Один раз нижнее окошко в двери приоткрылось, впуская луч тусклого света, и на полу заскользил поднос с харчей. Я помедлила, выждала, а потом ринулась к нему, с жадностью откусывая жёсткий кусок хлеба и запивая её похлёбкой из редких овощей. В ней даже плавал кусок жилистого мяса.
После скудного, но такого желанного перекуса я расслабилась и наконец-то провалилась в беспокойный сон. В нём меня сжигали на костре, люди кричали «ведьма», Король Эдан с наслаждением приказывал убить меня, а где-то в толпе мелькали глаза Вавиля. Несколько раз я просыпалась в поту.
Время шло. Секунды превращались в минуты, а те вместо часов наколдовывали дни. Окошко открывалось и закрывалось, рука стражника мелькала в тусклом тюремном свете, крысы шуршали и пищали с такой наглостью, что под конец мне и вовсе приходилось бороться с ними за еду. Быстрые и проворные, они то и дело норовили утащить кусок хлеба.
Когда первоначальный страх после встречи с Виллом поутих, а разум прояснился, я думала, и думала, и думала, ведь кроме этого делать было совершенно нечего.
Я вляпалась по самые яйца козледума. Вероятность моего освобождения ничтожно мала. В конечном итоге меня признают еретиком и вздёрнут на главной площади как предательницу с меткой ведьмы. Это лишь дело времени.
Какая же забавная штука: судьба. Заставила влюбиться в Короля Эдана и бросила на растерзание его верному псу. Ненависть Вилла к врагам господина, а особенно к «ордену ведьмы» шла впереди него, и даровать прощение женщине с грязной меткой, даже если она невиновна, вряд ли входило в его планы.
Всё началось в тот момент, когда дверь со скрипом открылась, и властный голос стражника разрушил плотную тишину:
- Выходи.
Я не шелохнулась. Тогда мужчина махнул рукой, и второй стражник решительно направился ко мне подобно стремительно надвигающейся песчаной бури. Я вжалась в стену, словно пытаясь просочиться сквозь неё или превратиться в крысу и шмыгнуть в одну из маленьких щелей, но всё было впустую.
