Глава 1
Когда я проснулась, мне захотелось вновь уснуть. Чтобы никогда не просыпаться. Мне было тяжело. Я вспоминала Кая… вспоминала Дэма, «Шисуну»… вспоминала то, что сделал Ферокс, условия Люцифера… Когда я ощутила, что глаза начинает щипать от желания заплакать, я заставила себя сдержаться: «Демоны не плачут, Милена. Запомни это. Хотя… они даже, физически, не могут этого сделать» – вспомнила я то, что читала о демонах в книгах, что давал мне Драйк. На самом деле, демоны обладали способностью плакать, но лишь до трёх-пяти лет. Считалось, что так маленькие демоны справляются со стихийными всплесками силы, когда не умеют ещё контролировать свою магию. Сила частично выходит из них с криком и слезами, чтобы не разрушать их тела. Потом, с воз-растом, способность проливать слёзы у демона утрачивалась.
Удивительно, что у меня, вообще, получилось уснуть после произошедшего. Но я этого так хотела – хоть ненадолго покинуть страшную реальность. Возможно, увидеть во сне Кая… Но последнее чаяние не сбылось. Всё, что я видела – незнакомую счастливую бело-волосую девушку. Которая любила… которая была рядом с любимым…
«Не хочу больше видеть этот сон, – подумала я. – Не хочу видеть кого-то… в любви и счастье. Хочу… видеть сны о себе. Где я счастлива… я, а не она!».
– Долго ещё будешь лежать и ничего не делать? Это же ску-у-учно, – голос Рейфа от-влёк меня от мыслей о снах.
Рейф сидел рядом со мной, на кровати, скрестив ноги и упираясь локтями в колени. Чувствовалось, что он сидит так уже продолжительное время. Кроме него, в спальне ни-кого не было. Наверное, это должно было меня как-то напрячь… как обычно. Но ничего такого я не чувствовала. Присутствие ерата, наоборот… как-то успокаивало, что ли.
«Может, я начинаю сходить с ума?» – мелькнула тревожная мысль, но, тут же, исчез-ла.
Я села на кровати:
– А что здесь ещё делать? До прихода Золотого дракона? Здесь не Зиграден, в котором у меня есть хоть формальная власть, – «Хотя, если так подумать, то тут даже безопас-нее, чем в Преисподней. Здесь меня никто не тронет… кроме самого Ферокса».
Но, тем не менее, Рейф был в чём-то прав: «Нельзя ничего не делать. Этим я себе ни-чем не помогу. Может… походить по дворцу? Но, могу ли я себе это позволить? Как я поняла, до церемонии, я в Нирг-Драгааре никто. А сама по себе я, всё же, демон, а не дра-кон, – я вздохнула. – Ладно, не попробую – не узнаю. В крайнем случае, меня завернут уже на пороге покоев слуги».
А ещё, я чувствовала, что, если не займусь хоть чем-то, меня, снова, накроет отчаяние. Отчаяние и мысли… бесконечные мысли о том, чего уже не вернуть.
Я огляделась – кроме двери, ведущей в кабинет Ферокса, куда я попала изначально, была ещё одна.
«Надеюсь, она ведёт в ванную комнату» – я встала с постели.
Я оказалась права – это, действительно, была ванная комната, отделанная зелёным ма-лахитом. Посреди помещения размещалась большая ванна – она была, словно, утоплена в зелёный с тёмными разводами пол, и возвышалась над его поверхностью совсем невысо-ким широким бортиком. И, похоже, была вырезана из цельного куска камня. Судя по пе-реливчатым оттенкам сиреневого – из аметиста. А размеры чаши позволяли свободно вместить, наверное, пятерых.
Смотря на эту роскошь, совсем недавно я пришла бы в восторг. Сейчас… это не вызва-ло никаких эмоций. Освещение здесь было не ярким – золотистым, его давали несколько круглых светильников на стенах комнаты. Так как драконы электричеством не пользова-лись, светильники были, явно, магического происхождения. У стен стояло несколько шкафов из светлого дерева – судя по всему, со всякими принадлежностями для мытья.
Я подошла к ванной – она уже была заполнена водой, хотя я не увидела кранов для во-ды или ещё чего-то подобного. Я опустила в воду руку – тёплая, именно той температу-ры, какая мне нравится.
Я ощутила непреодолимое желание помыться. Словно, тем самым, я могла смыть с се-бя прошедший день. Смыть прикосновения Ферокса… смыть память о его руках на моём теле…
«Только это не поможет, – пальцы пробежали по платью, что сотворила Адалисса – надо было понять, как его снять. – И, наверняка, совсем скоро, Ферокс сделает это опять. А если Адалисса сказала правду… из-за зова крови, я сама буду этого желать, – меня пе-редёрнуло от этой отвратительной мысли. – Да как это возможно?! Во мне этой драко-ньей крови ничтожная капля! – а потом осознала и усмехнулась. – Да… такая «ничтож-ная», что её достаточно, чтобы стать правительницей Зиградена. Достаточно… что-бы родить Чёрного дракона. И достаточно… для этого ужасного зова!».
Наконец, я нащупала застёжки платья на спине. Но, как ни старалась, расстегнуть их не могла – слишком тугие. Да и их расположение было неудобным – крючки начинались под крыльями.
– Помочь? – вкрадчивый голос Рейфа раздался над ухом. Он стоял прямо за моим пле-чом – я даже не заметила, как ерат пришёл сюда за мной.
Закричать «нет!», отшатнуться… сделать всё, чтобы быть от Рейфа, как можно, даль-ше… Это всё то, что я бы сделала ещё вчера. Но сейчас… Если не Рейф, то придётся звать слуг… драконов. А я не хотела, чтобы ко мне прикасался хоть кто-то из этой расы. Не хотела до такой степени, что безумный ерат был предпочтительнее.
– Только не смей распускать руки, – сама не веря, что говорю это, произнесла я.
– Постараюсь держать себя в руках! А руки – при себе, – я ощутила, как пальцы муж-чины коснулись спины, начали расстёгивать, не поддавшиеся мне, крючки.
«Ты что творишь, Милена?! – кажется, внутренний голос… или это была прежняя я?.. был просто в ужасе от происходящего. – Ты не можешь, вот так запросто, позволять этому психопату прикасаться к тебе… раздевать тебя!.. Он перейдёт черту… не сдер-жится! А ты… Ты же ненавидишь его! Это – не ты!».
«А если не я, то кто? – ответила я. – И в моей жизни теперь есть те, кого я ненавижу гораздо сильнее. А в этом мире… все чужие. Драконы, в которых нет ничего человече-ского. Да, Рейф – ерат, безумец… и, вместе с этим, человек. Тот, кого я знаю. А я… ка-жется, я дожила до того момента, когда он стал одним из немногих, кому я могу дове-рять…».
Пока я вела этот диалог, отдающий раздвоением личности, Рейф расстегнул все крюч-ки, опустил лямки платья. А потом я ощутила, как мужчина медленно языком провёл по моему позвоночнику между крыльев.
– Рейф… – начала я.
– Сама же сказала – не распускать руки, – ответил ерат, прервавшись, и потеревшись щекой о перья правого крыла. – Как видишь, я держусь. Руки не распускаю. Про осталь-ные части тела разговора не было.
Снова – надо закричать, попытаться стукнуть… самое меньшее – отойти самой. И, снова – я не делаю ничего. Вместо этого, я обратила внимание на то, что… языку Рейфа ничего не мешает – ни застёжка лифчика, ничего… потому что, лифчика и не было. По-хоже, сотворив платье, Адалисса не потрудилась сотворить что-либо под ним.
– Выйдешь за дверь? – спросила я, вместо того, чтобы закричать: «Выметайся отсю-да!».
– Не-а, – я не видела, но поняла, что Рейф усмехнулся. – У тебя сейчас… очень стран-ное настроение. Раз ты даже не пытаешься выставить меня. Не кричишь, не возмущаешь-ся. И я чувствую, что… ты не особо-то и хочешь, чтобы я уходил. Интересно, почему?
Почему? Я и сама не знала. Конечно, всё можно было списать на моё стрессовое состо-яние. После того, что я пережила… вряд ли кто-нибудь ожидал бы от меня адекватного поведения. Во всяком случае, если говорить о людях. Но… я понимала, что дело не в этом. Или не только в этом. Просто я, вдруг, ощутила потребность того, чтобы… ерат был здесь. Рядом. Я даже подумала о том, что… мне совершенно безразлично, что Рейф уви-дит меня обнажённой, будет касаться… Ведь, такое уже было. К чему тут какое-то сму-щение или стыд? Да и демоны этих чувств не испытывают. Не должны испытывать.
«А тебе не кажется, что это похоже на предательство?» – спросил тот же голос, что был в ужасе, когда я позволила Рейфу к себе прикоснуться.
«И кого же я предаю?» – я не шевельнулась, когда мужчина начал стягивать платье вниз, избавляя меня от него.
«Ты предаёшь Кая! Ты предаёшь всё, чем дорожила! Предаёшь саму себя!» – кажется, этот голос был в отчаянии.
«Кая… Кая больше нет, – даже мысленно произнести это было так сложно. – А я должна приспособиться к новому миру, к новым правилам… Что такое общество Рейфа, когда мне придётся желать Люцифера?! А если… если не только его? Мне… мне надо научиться… научиться заставлять себя».
«Но сейчас ты себя не заставляешь, – заметило внутреннее «я». – Тебе, как будто, всё равно. Это… не учёба. Ты позволяешь просто потому что… позволяешь. Ты не чувству-ешь злости, отторжения. У тебя нет никаких желаний. Кроме одного. Отчего-то… те-бе хочется общества Рейфа. Но, разве, это желание нельзя перебороть? Вспомни, кто этот ерат. Вспомни, что он творил. Вспомни, хотя бы, историю вашего знакомства и, как именно, он стал твоим ератом!».
Наверное, этот голос был прав. Если бы я попыталась, то, возможно, смогла бы пере-ломить в себе это странно-дикое желание. Проблема была в том, что мне не хотелось. Прав был голос и в том, что я себя сейчас не заставляла.
Оставшись без одежды, я вошла в воду, ступив на гладкую сиреневую поверхность. Ванна была глубокой – с одного края была сделана пара ступенек – но наполненной не до краёв, и когда я легла, откинувшись спиной на покатый борт, вода плескалась мне чуть ниже плеч. На несколько секунд прикрыла глаза – тёплая вода, ласкающая кожу, тихий плеск успокаивали.
Открыв глаза, я взглянула на Рейфа – тот смотрел на меня голодным взглядом, стоя у самого края ванной. «И что теперь?» – паники или чего-то подобного я, всё равно, не ощущала. Не было и равнодушия. Интерес? Да. Шок от самой себя? И это тоже было. Я себя не понимала. Не могла разобраться в своём собственном поведении. Я только что потеряла любимого человека. Вместе с этим лишилась и родного мира. А потом моим те-лом воспользовался дракон. После такого… ведут себя иначе. Никого к себе не подпус-кают, закрываются. Вспомнить, хотя бы, Лави, когда я забрала её от Филиппа. А что тво-рила я?
– Я дам тебе свою кровь, Рейф. И ты можешь меня касаться. Но… не более того.
– Ммм… и насколько откровенно я могу тебя касаться? – мужчина, не раздеваясь, шагнул в воду.
– Не знаю, – честно ответила я, глядя, как он, по ступенькам, спустился на дно ванной и, не торопясь, подходил ко мне.
– Значит, будем узнавать на практике? – Рейф ухмыльнулся, приблизившись, опустил-ся на колени над моими вытянутыми ногами, положил руки по обе стороны от меня – на бортик ванны. Вода плескалась ему чуть ниже груди.
Странно… Я в тот момент, почему-то, не сомневалась, что Рейф, действительно, не попытается овладеть мной. Во всяком случае, не сегодня. Я знала, что мне не придётся отбиваться от ерата.
Рейф наклонился ко мне, лизнул шею… Я знала, что будет дальше. Я приготовилась к резкой боли, к неприятным ощущениям. Как обычно. Но когда ерат укусил меня, произо-шло совершенно неожиданное. Нет, боль была – первые секунды. Но потом… Я, словно, с размаху, провалилась в пропасть. В пропасть, где нет воспоминаний, мыслей… Но есть дикое яркое безумное удовольствие. Да, именно – безумное. Такое, от которого хотелось выть, рычать!.. И погружать зубы всё глубже и глубже… Пить эту силу, эту магию… и плевать на всё остальное! Важно только это…
Я никак не могла себя осознать. Разум молчал и даже тот, пресловутый, внутренний голос не вмешивался. А я не помнила своего имени, не помнила – кто я… Только ощуще-ния… Только они были важны. Безумие… Это чувство всегда казалось мне чем-то страшным, плохим. Но сейчас именно оно стало для меня спасением. Спасением от всего. Конечно, тогда я не интерпретировала происходящее, как «спасение». Я, вообще, не мог-ла думать. Только ощущать, ощущать, ощущать!.. Тонуть в безумии, удовольствии… Же-лать ещё и ещё!.. Желать неудержимо…
– Шикарные ощущения?
Голос Рейфа выдернул меня из этого водоворота чувств. И я бы не сказала, что была довольна этим. Мне хотелось снова… снова ощутить это… забыть, абсолютно, обо всём…
Я тряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок.
– Что… что это было?
– Всего лишь, мои чувства, – ответил ерат. – То, что сейчас ощутил я, наслаждаясь тво-ей кровью.
– Но… но это невозможно! Я не могу тебя чувствовать! – я хотела отшатнуться, но по-няла, что некуда.
– Уже можешь! Похоже, смерть Макфея сняла некий… барьер между нами! – Рейф был в восторге.
А вот я… Я пока не понимала, как к этому относиться. Меня всегда приводила в ужас одна только мысль, что я могу чувствовать рыжего психопата. Его эмоции, его безумие… Я всегда отрицала любую возможность этого. Но сейчас… мне понравилось то, что я ощутила. И я ничего не могла с этим поделать. Это удовольствие, жажда… от которых забываешь, вообще, обо всём… Я хотела снова испытать это.
«Нет… нет, нельзя! Это не то, что мне нужно! – принялась я уговаривать себя. – Наоборот… надо сделать так, чтобы подобное больше не повторялось! Я не могу… не могу так себя вести! Не сейчас! Не после… после всего! Это же… это безумие!».
– Хочешь ещё раз это почувствовать? – одной рукой, всё так же упираясь в бортик, второй Рейф обхватил меня под самыми крыльями, чуть прижав к себе.
Это было так… соблазнительно.
«А может я… всё-таки, могу себе это позволить? Хоть, на краткий миг, забыть обо всём? Чтобы не мучиться воспоминаниями, хотя бы, минуту? Это же… ни на что не повлияет. Только позволит мне, ненадолго, не вспоминать… Как будто, и не было этой боли… Ненадолго… Совсем чуть-чуть!».
– Хочу, – мне показалось, что я даже вслух это не произнесла – сказал одними губами.
Рейф не заставил себя ждать – прижал к себе и, вновь, погрузил зубы в мою шею. В этот раз я даже не успела почувствовать боль. Настолько быстро мной завладели чужие эмоции. Это было не так, как с Каем, когда он был моим кукловодом. С ним я всегда мог-ла различить, где мои эмоции, а где – Кая. Даже когда я использовала его чувства, чтобы добавить себе уверенности я, всё равно, понимала, что эта уверенность – не моя. А в слу-чае с Рейфом… разницы не было. Я не могла отличить… не могла разделить этот круго-ворот безумия, который ощущал Рейф, и который ощущала я. Мы с ератом были, словно, одним целым. Одним цельным существом с единым чувством – тёмного дикого удоволь-ствия. Мы упивались кровью, силой. Не он – мы. Мы забывали обо всём. Не я… а мы вме-сте.
В себя я начала приходить тогда, когда Рейф, по всей видимости, насытившийся кро-вью, начал ласкать меня – целовать шею, потом ключицы, потом ниже, ниже… Он сел на колени, придавив бёдрами мои ноги, чтобы принять более устойчивое положение, и гла-дил мою талию, бёдра. Странно… но, если он испытывал от этого удовольствие, мне оно не передалось. Наоборот, мысли прояснились, и пришло осознание происходящего.
– Ты, ведь, помнишь... – начала я, но Рейф меня перебил:
– Что я не должен пытаться трахнуть тебя? Помню. Но ты, также, сказала, что не зна-ешь границ, за которые мне нельзя заходить.
– Да, но... – я замолчала.
Я хотела сказать, что границы он уже перешёл – руки ерата шарили по всему телу, гла-дили грудь… А потом я поняла, что… не испытываю никакого негатива от прикоснове-ний Рейфа.
