- Как у Данских, туда же добираться морем пять дней! А если по суше, то… но сейчас же уже ночь, как можно плыть в темноте? – не смог сдержать удивления Шварцтель. Фрей, зевнув, указала на открытую дверь, через которую было видно боевую рубку с сидящими там девушками, закутанными в меховые шубы, после чего сказала:
- Для Вейрин и её Змея темнота не помеха, а вы, когда соберётесь ложиться спать, скажите Вейрин или Хельге, они потушат здесь свет.
Фрей ушла, оставив открытой дверь, сидевшие в каюте видели, как она открыла небольшую овальную дверь в полу и, скользнув туда, скрылась.
- Куда она делась? – спросила Гертруда, Валборг ответила:
- Там есть небольшая каюта, вот они туда и прячутся отдыхать.
- Внутрь змея?! – изумилась принцесса, Валборг пожала плечами:
- Мы же на нём едем, вернее, на том, что он несёт. Получается, что это гораздо больше, чем мы видим, там, внизу, есть ещё какие-то помещения, где можно спать. Вот они туда отдыхать и прячутся, понятно?
Посидев ещё некоторое время, решили ложиться спать, а что ещё ночью делать? Яркий белый свет сменил приятный для глаз синий, такой, какой бывает когда ещё не совсем ночь, а густые сумерки, этот свет совсем не мешал спать, и принцесса, насколько раз зевнув, уснула на этой роскошной кровати, которую Вейрин почему-то называет – койка.
Шварцтель, советник курфюрста Ранденбурга
Все уже давно спали, не мешала крепкому сну и усилившаяся дрожь. Но Шварцтель уснуть никак не мог. Всё, о чём сегодня услышал советник, требовалось хорошенько обдумать, тем более что его терзали сомнения – не ловушка ли всё произошедшее? Всё-таки принцесса, да и он сам оказались в полной власти непонятно кого, вряд ли эта милая девочка, так прекрасно поющая, на самом деле повелительница морского змея, скорее всего, подставное лицо, чтоб усыпить бдительность. К тому же то, что с собой взяли всего четырёх рыцарей из свиты, тоже внушало определённые опасения, вряд ли они смогут оказать достойное сопротивление Валборг, её четырём воительницам и двум дружинникам, а ещё неизвестно, сколько человек могут прятаться там, внизу, куда ушла воительница из команды этого корабля. Вот так промучившись почти до утра, Шварцтель заснул, когда забрезжил рассвет. Но долго спать ему не дала Валборг со своими воительницами.
Эти неугомонные решили утром умыться! Вообще-то умываться надо, но не каждый же день! Тем более в дороге, когда нет для этого подходящих условий, а какие могут быть условия среди моря на быстро плывущем корабле, да ещё таком, с борта которого не достать до воды, можно, конечно, набрать воды ведром, привязанном к верёвке, но… не дело рыцаря размахивать верёвкой с ведром на конце. Да и вода будет солёной, совсем не пригодной для умывания благородного воина! Так высказался один из рыцарей из свиты принцессы, и Шварцтель был с ним согласен. Но ему стало интересно, что же будут делать воительницы и дружинники Валборг. Оказалось, что на открытой площадке, за помещением для груза (да и там тоже), стояло несколько больших бочек с пресной водой. Вот водой из одной из этих бочек и умывались норманны, умывались, раздевшись до пояса, как мужчины, так и женщины, совершенно не стесняясь друг друга! Вода, лившаяся на палубу (здесь не было дощатого пола), уходила за борт сквозь небольшие отверстия в бортах. Вейрин не стала здесь заделывать шпигаты, рассудив, что если в эту открытую часть кузова попадёт вода, то пусть отсюда самотёком и уходит. Несколько бочек с пресной водой она тоже скомандовала установить, чтоб не тратить на пассажиров запас из цистерны истребителя. Здесь стояло четыре больших бочки, ещё столько же в грузовом отсеке, это не считая небольших бочонков с краниками в каютах на тумбах под окнами. Как сказала Вейрин:
– Если кому воды захочется, то не бегать же каждый раз в грузовой отсек.
Швартцель демонстративно отвернулся от обнажённых по пояс воительниц, хоть и продолжал их украдкой рассматривать. Это занятие не помешало ему оглядеть окрестные скалы. Откуда в море могут быть скалы?! Но это было уже не море, это был первый Данский пролив! Данские проливы – это было несколько проходов между островами, одни уже, другие шире, одни удобные для прохода, другие из-за обилия как подводных, так и торчащих из воды скал не очень. Самый широкий, называемый «первым», запирался стоящим на высокой скале замком Гельсинор, не самим замком, а теми, кто там сидел. Они издали видели корабли, подходившие к проливу, и выходили им навстречу на узких дракарах. Эти дракары не были мореходными, это им и не требовалось, так как из проливов они не выходили. Но от этих быстроходных дракаров никто не мог уйти, поэтому все здесь проплывающие останавливались и платили пошлину, пытавшиеся здесь проскочить платили гораздо дороже. Шварцтель, похолодев, смотрел на замок и выходящие из бухты под ним восемь дракаров. А Змей продолжал двигаться не сбавляя хода, видно, его юная командир, или кто там ещё, решила пройти пролив, не заплатив пошлины! Не раздумывая, Шварцтель бросился туда, откуда управляли этим кораблём.
Во второй каюте проснувшиеся рыцари не проявляли никакого беспокойства, не подозревая о нависшей опасности. В первой, служанки накрывали стол к завтраку, а принцессы и её наставницы не было, их голоса, сквозь открытую дверь, доносились с палубы.
- Я слышала, что все, кто проходит данские проливы, должны заплатить пошлину, так почему же мы не останавливаемся, чтоб это сделать? – спрашивала Брунгильда, ей отвечала Вейрин:
- Скорее всего, это не пошлина, а дань. А дань я платить не намерена, вот! Может, я жадная, а может, решила просто сэкономить, - со смешком отвечала Вейрин.
- Они сейчас нас догонят и… - закричал выскочивший на палубу Шварцтель, Вейрин не дала ему досказать, что же будет, продолжая улыбаться, предположила:
- Догонят, и что? Пожелают нам доброго утра или предложат что-нибудь у них купить? Но мне совсем не нужны их пожелания, тем более покупать у них я ничего не собираюсь. А потом… нас ещё догнать надо. Пусть попробуют это сделать, замаются вёслами махать.
Сейчас, с высоты «палубы», советник увидел, что дракары не успевают перехватить быстро идущего Змея, слишком поздно вышли из бухты. Но своей затеи перехватить наглеца, не собирающегося платить пошлину, не оставили. Вспенившаяся под ударами вёсел вода показывала, что дракары бросились в погоню. Вейрин, видя такое рвение преследователей, скомандовала Хельге немного сбросить скорость.
- Что вы делаете?! – снова закричал Шварцтель, Вейрин спокойно ответила:
- Не волнуйтесь, платить я не собираюсь, а вот посмотреть – кто же это так стремится нас догнать – очень хочется. Потому что уж слишком многие пытаются это сделать, вот Фрей говорит, что обычно не больше четырёх дракаров на перехват выходит, а тут аж двенадцать! Вон видите? Ещё четыре из бухты вышли, смотрите, как они вёслами шуруют, а вон тот мужик, разодетый явно не для морского путешествия, на носу первого дракара руками машет, будто взлететь хочет. Вот гляньте, может, кого-то и узнаете? Вот сюда смотрите, а если будет не резко, ну расплываться, вот здесь покрутите.
Вейрин передала Шварцтелю бинокль, что достала из шкафчика у своего сиденья (все монеты оттуда были давно перенесены вниз), это был совсем не такой, какой она подарила Олафу. Этот бинокль был не чета тем, что выдавались пилотам истребителей интендантством базы. Это был мощный оптический прибор с тридцатикратным увеличением, с возможностью видения ночью и в тумане. Вейрин купила это чудо за свои деньги, и стоило оно два её месячных жалования. Но девушка не жалела, что потратила такие деньги, оно того стоило, да и где их тратить? Из гарнизона (отдельные закрытые зоны на базе так и назывались – гарнизоны) выпускали редко, а пропивать жалование в местном баре Вейрин не хотела.
Приложив бинокль к глазам и покрутив колёсико, показанное Вейрин, Шварцтель восхищённо охнул, а потом долго рассматривал дракары погони. Расстояние между ними и Змеем не уменьшалось, но и не увеличивалось, Хельга держала указанную Вейрин скорость. Наконец Шварцтель перестал смотреть на дракары преследователей, отдал бинокль Вейрин, после чего сказал:
- На переднем дракаре барон фон Дранкнакль, он правая рука маркграфа Шабии! Я узнал ещё нескольких, получается, что о выходе в море вашего корабля, боярыня Вейрин, и о том, что здесь принцесса Гертруда, узнали и организовали погоню.
- Даже если узнали и организовали погоню, то она где-то ещё около Любена скачет или плывёт, - сказала Валборг, поднявшаяся на «палубу» и слышавшая сказанное советником. Потом пояснила, почему она так считает: - Мы за ночь прошли пять дневных переходов морем, а если сушей добираться до Гельсинора, даже если пользоваться сменными лошадьми и так спешить, что загонять их, будет ещё дольше. Скорее всего, маркгаф Шабии решил подстраховаться, на тот случай, если принцессу не удастся захватить в море у Любена. Уверена, что и там дежурит с десяток нанятых маркграфом дракаров. Но никто не ожидал, что мы отправимся ночью, а не утром.
- А я тебе что говорила? Что ты со своей дружиной, даже усиленной рыцарями курфюрста, не прорвёшься, тебя перехватят и утопят. И похоже, это засада не на нас, за нами погнались так, чтоб проверить, а увидев, что мы хотим убежать, вот такую погоню устроили, - сказала Фрей. Шварцтель, неотрывно глядя на преследователей, спросил:
- Так что же нам теперь делать?
- Можете показать им голый зад, не бойтесь, сюда стрела не долетит, - усмехнувшись, ответила Фрей. Увидев смущение советника, под хихиканье остальных девушек, добавила: - Не стесняйтесь, показывайте, мы отвернёмся. Не хотите? Ну не надо. Вейрин, перестань мучить гребцов на дракарах, они же надорваться могут.
Вейрин кивнула и скомандовала Ингрид, сменившей Хельгу, увеличить скорость. Вот теперь пассажиры Змея смогли оценить, насколько быстро тот может идти. Это была не полная скорость, то есть Змей не выскакивал из воды, но через час высокие скалы Данских островов скрылись за горизонтом. Только после этого Гертруда и её сопровождающие спустились в каюту, там уже был накрыт стол, хоть горячего не было, холодные закуски были выше всяких похвал. Отдав должное гусиному паштету, принцесса обратилась к Шварцтелю:
- А всё-таки жаль, что вы не показали голый зад этим преследователям.
- Фи, ваше высочество! Разве приличной девушке можно так говорить! – тут же сделала замечание Гертруде её воспитательница. Валборг, под хихиканье Вейрин, как-то странно поддержала Брунгильду:
- Да, вы совершенно правы, говорить не надо. Зачем какие-то слова, когда можно это сделать.
Вейрин, ушастая ведьма
«Змей» шёл по Норманнскому морю уже третий день, если после Данских проливов Вейрин увела истребитель далеко от берега, то сейчас, подобно норманнам, старалась держать на виду прибрежные скалы. Не так близко, как это обычно делают норманны, но и не очень далеко, так, чтобы берег можно было хорошо разглядеть, тем более в бинокль. Этим и занимались Фрей и Хельга. Фрей раньше бывала в Бергене, а для Хельги это были родные места, вот Вейрин и поручила им следить за тем, чтобы не проскочить вход в фиорд. А сама Вейрин наблюдала за морем, вернее, за его обитателями. В Норманнском море, в отличие от Свейского, жизнь просто кипела. Дельфины сопровождали «Змея» от самых проливов, видно, этим умным зверям было интересно – что это такое невиданное так быстро плывёт. Но сейчас они переместились ближе к берегу, как бы заслоняясь «Змеем» от моря. А мористее, метрах в пятидесяти от истребителя, резвились киты! Огромные туши выскакивали из воды и с шумом падали обратно, обдавая брызгами всех, кто был на палубе. Эти действия морских исполинов изрядно напугали пассажиров «Змея», но это не заставило их спрятаться в каютах (ставни на окнах там были закрыты), и они наблюдали за играми китов и дельфинов на палубе-крыше, сгрудившись у лестницы, ведущей в каюту. Вейрин отметила, что морские животные здесь крупнее, чем на её родной планете, если дельфины были больше раза в полтора-два, то киты выглядели настоящими гигантами! В Свейском море она не видела столько морской живности, скорое всего, туда мало кто заплывал через довольно узкие Данские проливы, но здесь… живности было очень много и она совсем никого не боялась, а может, и боялась. Громкий писк отвлёк внимание Вейрин от китов, она посмотрела на экран подводного локатора. Этот маломощный прибор позволял разглядеть только большие объекты, да и то – не очень далеко. Этот локатор в основном использовался для того, чтоб вовремя обнаружить подводную скалу или камни, им пользовались только в шхерах и на мелководье, где была опасность напороться на камни. Почему сейчас, когда под килем большая глубина, Вейрин включила его, она и сама не смогла бы сказать, но что-то ей подсказывало, что так будет правильно.
Вот и сейчас локатор показывал какой-то риф или очень большой камень, но ещё несколько минут назад его там не было! И этот немаленький камень внезапно появился не прямо по курсу, а со стороны моря, а теперь он ещё и двигался! Довольно быстро двигался по направлению к «Змею»! Киты и дельфины уже не выпрыгивали из воды, они ушли ближе к берегу, на мелководье, а там особо не попрыгаешь, ведь чтоб выпрыгнуть из воды надо уйти в глубину и хорошо разогнаться. Вейрин решила последовать примеру этих умных морских обитателей и тоже повела «Змей» ближе к берегу. Движущаяся подводная скала последовала вслед за «Змеем», но не прямо к нему, а как бы опередив его. Там в море вдавался скалистый мыс, ограничивающий мелководье, и это непонятно что так расположилось, что «Змей», огибая скалистый мыс, неминуемо должен был уйти с мелководья на глубину. Вот там и затаилось нечто, что притворялось скалой. Вейрин сбавила скорость, а киты и дельфины вообще остановились (они не остановились, просто кружили на одном месте). Остановила «Змея» и Вейрин, решив подождать и посмотреть – что будет дальше. Фрей, повернувшись к Вейрин, задала вопрос:
- Что случилось? Почему ты остановила «Змея»?
Такой же вопрос задала и подошедшая Валборг. Вейрин указала на экран радара, но ответить не успела, подводная скала быстро двинулась в сторону мелководья, довольно быстро двинулась и вскоре показалась над водой, не она сама, а длинные извивающиеся щупальца.
- Кракен! – выдохнула Валборг, за её спиной испуганно закричали остальные пассажиры. Валборг осипшим голосом проговорила:
- Кракен, нам от него не уйти! Спасения нет! Нам конец!
- А мы и не будем уходить, - спокойно ответила Вейрин, поднимая башенку с излучателями и переводя их на максимальную мощность. Толстые, но при этом длинные и гибкие щупальца устремились к «Змею», подводное чудовище решило схватить ту добычу, что была к нему ближе всего, а китов и дельфинов, видно, решило оставить на закуску. Бросок длинных щупалец был стремителен, но до «Змея» они не достали, упав в воду, беспорядочно задёргались и стали тонуть. Короткими импульсами излучателей, под азартные выкрики Ингрид «Так его, так его», Вейрин обрубила щупальца у самой воды, так повторилось три раза. Вейрин, ни к кому не обращаясь, спросила:
- Что это за зверь? Явно не осьминог, у этого уже где-то десятка два щупалец, было столько. Посмотрим, сколько их ещё осталось.
- Для Вейрин и её Змея темнота не помеха, а вы, когда соберётесь ложиться спать, скажите Вейрин или Хельге, они потушат здесь свет.
Фрей ушла, оставив открытой дверь, сидевшие в каюте видели, как она открыла небольшую овальную дверь в полу и, скользнув туда, скрылась.
- Куда она делась? – спросила Гертруда, Валборг ответила:
- Там есть небольшая каюта, вот они туда и прячутся отдыхать.
- Внутрь змея?! – изумилась принцесса, Валборг пожала плечами:
- Мы же на нём едем, вернее, на том, что он несёт. Получается, что это гораздо больше, чем мы видим, там, внизу, есть ещё какие-то помещения, где можно спать. Вот они туда отдыхать и прячутся, понятно?
Посидев ещё некоторое время, решили ложиться спать, а что ещё ночью делать? Яркий белый свет сменил приятный для глаз синий, такой, какой бывает когда ещё не совсем ночь, а густые сумерки, этот свет совсем не мешал спать, и принцесса, насколько раз зевнув, уснула на этой роскошной кровати, которую Вейрин почему-то называет – койка.
Шварцтель, советник курфюрста Ранденбурга
Все уже давно спали, не мешала крепкому сну и усилившаяся дрожь. Но Шварцтель уснуть никак не мог. Всё, о чём сегодня услышал советник, требовалось хорошенько обдумать, тем более что его терзали сомнения – не ловушка ли всё произошедшее? Всё-таки принцесса, да и он сам оказались в полной власти непонятно кого, вряд ли эта милая девочка, так прекрасно поющая, на самом деле повелительница морского змея, скорее всего, подставное лицо, чтоб усыпить бдительность. К тому же то, что с собой взяли всего четырёх рыцарей из свиты, тоже внушало определённые опасения, вряд ли они смогут оказать достойное сопротивление Валборг, её четырём воительницам и двум дружинникам, а ещё неизвестно, сколько человек могут прятаться там, внизу, куда ушла воительница из команды этого корабля. Вот так промучившись почти до утра, Шварцтель заснул, когда забрезжил рассвет. Но долго спать ему не дала Валборг со своими воительницами.
Эти неугомонные решили утром умыться! Вообще-то умываться надо, но не каждый же день! Тем более в дороге, когда нет для этого подходящих условий, а какие могут быть условия среди моря на быстро плывущем корабле, да ещё таком, с борта которого не достать до воды, можно, конечно, набрать воды ведром, привязанном к верёвке, но… не дело рыцаря размахивать верёвкой с ведром на конце. Да и вода будет солёной, совсем не пригодной для умывания благородного воина! Так высказался один из рыцарей из свиты принцессы, и Шварцтель был с ним согласен. Но ему стало интересно, что же будут делать воительницы и дружинники Валборг. Оказалось, что на открытой площадке, за помещением для груза (да и там тоже), стояло несколько больших бочек с пресной водой. Вот водой из одной из этих бочек и умывались норманны, умывались, раздевшись до пояса, как мужчины, так и женщины, совершенно не стесняясь друг друга! Вода, лившаяся на палубу (здесь не было дощатого пола), уходила за борт сквозь небольшие отверстия в бортах. Вейрин не стала здесь заделывать шпигаты, рассудив, что если в эту открытую часть кузова попадёт вода, то пусть отсюда самотёком и уходит. Несколько бочек с пресной водой она тоже скомандовала установить, чтоб не тратить на пассажиров запас из цистерны истребителя. Здесь стояло четыре больших бочки, ещё столько же в грузовом отсеке, это не считая небольших бочонков с краниками в каютах на тумбах под окнами. Как сказала Вейрин:
– Если кому воды захочется, то не бегать же каждый раз в грузовой отсек.
Швартцель демонстративно отвернулся от обнажённых по пояс воительниц, хоть и продолжал их украдкой рассматривать. Это занятие не помешало ему оглядеть окрестные скалы. Откуда в море могут быть скалы?! Но это было уже не море, это был первый Данский пролив! Данские проливы – это было несколько проходов между островами, одни уже, другие шире, одни удобные для прохода, другие из-за обилия как подводных, так и торчащих из воды скал не очень. Самый широкий, называемый «первым», запирался стоящим на высокой скале замком Гельсинор, не самим замком, а теми, кто там сидел. Они издали видели корабли, подходившие к проливу, и выходили им навстречу на узких дракарах. Эти дракары не были мореходными, это им и не требовалось, так как из проливов они не выходили. Но от этих быстроходных дракаров никто не мог уйти, поэтому все здесь проплывающие останавливались и платили пошлину, пытавшиеся здесь проскочить платили гораздо дороже. Шварцтель, похолодев, смотрел на замок и выходящие из бухты под ним восемь дракаров. А Змей продолжал двигаться не сбавляя хода, видно, его юная командир, или кто там ещё, решила пройти пролив, не заплатив пошлины! Не раздумывая, Шварцтель бросился туда, откуда управляли этим кораблём.
Во второй каюте проснувшиеся рыцари не проявляли никакого беспокойства, не подозревая о нависшей опасности. В первой, служанки накрывали стол к завтраку, а принцессы и её наставницы не было, их голоса, сквозь открытую дверь, доносились с палубы.
- Я слышала, что все, кто проходит данские проливы, должны заплатить пошлину, так почему же мы не останавливаемся, чтоб это сделать? – спрашивала Брунгильда, ей отвечала Вейрин:
- Скорее всего, это не пошлина, а дань. А дань я платить не намерена, вот! Может, я жадная, а может, решила просто сэкономить, - со смешком отвечала Вейрин.
- Они сейчас нас догонят и… - закричал выскочивший на палубу Шварцтель, Вейрин не дала ему досказать, что же будет, продолжая улыбаться, предположила:
- Догонят, и что? Пожелают нам доброго утра или предложат что-нибудь у них купить? Но мне совсем не нужны их пожелания, тем более покупать у них я ничего не собираюсь. А потом… нас ещё догнать надо. Пусть попробуют это сделать, замаются вёслами махать.
Сейчас, с высоты «палубы», советник увидел, что дракары не успевают перехватить быстро идущего Змея, слишком поздно вышли из бухты. Но своей затеи перехватить наглеца, не собирающегося платить пошлину, не оставили. Вспенившаяся под ударами вёсел вода показывала, что дракары бросились в погоню. Вейрин, видя такое рвение преследователей, скомандовала Хельге немного сбросить скорость.
- Что вы делаете?! – снова закричал Шварцтель, Вейрин спокойно ответила:
- Не волнуйтесь, платить я не собираюсь, а вот посмотреть – кто же это так стремится нас догнать – очень хочется. Потому что уж слишком многие пытаются это сделать, вот Фрей говорит, что обычно не больше четырёх дракаров на перехват выходит, а тут аж двенадцать! Вон видите? Ещё четыре из бухты вышли, смотрите, как они вёслами шуруют, а вон тот мужик, разодетый явно не для морского путешествия, на носу первого дракара руками машет, будто взлететь хочет. Вот гляньте, может, кого-то и узнаете? Вот сюда смотрите, а если будет не резко, ну расплываться, вот здесь покрутите.
Вейрин передала Шварцтелю бинокль, что достала из шкафчика у своего сиденья (все монеты оттуда были давно перенесены вниз), это был совсем не такой, какой она подарила Олафу. Этот бинокль был не чета тем, что выдавались пилотам истребителей интендантством базы. Это был мощный оптический прибор с тридцатикратным увеличением, с возможностью видения ночью и в тумане. Вейрин купила это чудо за свои деньги, и стоило оно два её месячных жалования. Но девушка не жалела, что потратила такие деньги, оно того стоило, да и где их тратить? Из гарнизона (отдельные закрытые зоны на базе так и назывались – гарнизоны) выпускали редко, а пропивать жалование в местном баре Вейрин не хотела.
Приложив бинокль к глазам и покрутив колёсико, показанное Вейрин, Шварцтель восхищённо охнул, а потом долго рассматривал дракары погони. Расстояние между ними и Змеем не уменьшалось, но и не увеличивалось, Хельга держала указанную Вейрин скорость. Наконец Шварцтель перестал смотреть на дракары преследователей, отдал бинокль Вейрин, после чего сказал:
- На переднем дракаре барон фон Дранкнакль, он правая рука маркграфа Шабии! Я узнал ещё нескольких, получается, что о выходе в море вашего корабля, боярыня Вейрин, и о том, что здесь принцесса Гертруда, узнали и организовали погоню.
- Даже если узнали и организовали погоню, то она где-то ещё около Любена скачет или плывёт, - сказала Валборг, поднявшаяся на «палубу» и слышавшая сказанное советником. Потом пояснила, почему она так считает: - Мы за ночь прошли пять дневных переходов морем, а если сушей добираться до Гельсинора, даже если пользоваться сменными лошадьми и так спешить, что загонять их, будет ещё дольше. Скорее всего, маркгаф Шабии решил подстраховаться, на тот случай, если принцессу не удастся захватить в море у Любена. Уверена, что и там дежурит с десяток нанятых маркграфом дракаров. Но никто не ожидал, что мы отправимся ночью, а не утром.
- А я тебе что говорила? Что ты со своей дружиной, даже усиленной рыцарями курфюрста, не прорвёшься, тебя перехватят и утопят. И похоже, это засада не на нас, за нами погнались так, чтоб проверить, а увидев, что мы хотим убежать, вот такую погоню устроили, - сказала Фрей. Шварцтель, неотрывно глядя на преследователей, спросил:
- Так что же нам теперь делать?
- Можете показать им голый зад, не бойтесь, сюда стрела не долетит, - усмехнувшись, ответила Фрей. Увидев смущение советника, под хихиканье остальных девушек, добавила: - Не стесняйтесь, показывайте, мы отвернёмся. Не хотите? Ну не надо. Вейрин, перестань мучить гребцов на дракарах, они же надорваться могут.
Вейрин кивнула и скомандовала Ингрид, сменившей Хельгу, увеличить скорость. Вот теперь пассажиры Змея смогли оценить, насколько быстро тот может идти. Это была не полная скорость, то есть Змей не выскакивал из воды, но через час высокие скалы Данских островов скрылись за горизонтом. Только после этого Гертруда и её сопровождающие спустились в каюту, там уже был накрыт стол, хоть горячего не было, холодные закуски были выше всяких похвал. Отдав должное гусиному паштету, принцесса обратилась к Шварцтелю:
- А всё-таки жаль, что вы не показали голый зад этим преследователям.
- Фи, ваше высочество! Разве приличной девушке можно так говорить! – тут же сделала замечание Гертруде её воспитательница. Валборг, под хихиканье Вейрин, как-то странно поддержала Брунгильду:
- Да, вы совершенно правы, говорить не надо. Зачем какие-то слова, когда можно это сделать.
Глава 10. Встречи у фиорда Берген
Вейрин, ушастая ведьма
«Змей» шёл по Норманнскому морю уже третий день, если после Данских проливов Вейрин увела истребитель далеко от берега, то сейчас, подобно норманнам, старалась держать на виду прибрежные скалы. Не так близко, как это обычно делают норманны, но и не очень далеко, так, чтобы берег можно было хорошо разглядеть, тем более в бинокль. Этим и занимались Фрей и Хельга. Фрей раньше бывала в Бергене, а для Хельги это были родные места, вот Вейрин и поручила им следить за тем, чтобы не проскочить вход в фиорд. А сама Вейрин наблюдала за морем, вернее, за его обитателями. В Норманнском море, в отличие от Свейского, жизнь просто кипела. Дельфины сопровождали «Змея» от самых проливов, видно, этим умным зверям было интересно – что это такое невиданное так быстро плывёт. Но сейчас они переместились ближе к берегу, как бы заслоняясь «Змеем» от моря. А мористее, метрах в пятидесяти от истребителя, резвились киты! Огромные туши выскакивали из воды и с шумом падали обратно, обдавая брызгами всех, кто был на палубе. Эти действия морских исполинов изрядно напугали пассажиров «Змея», но это не заставило их спрятаться в каютах (ставни на окнах там были закрыты), и они наблюдали за играми китов и дельфинов на палубе-крыше, сгрудившись у лестницы, ведущей в каюту. Вейрин отметила, что морские животные здесь крупнее, чем на её родной планете, если дельфины были больше раза в полтора-два, то киты выглядели настоящими гигантами! В Свейском море она не видела столько морской живности, скорое всего, туда мало кто заплывал через довольно узкие Данские проливы, но здесь… живности было очень много и она совсем никого не боялась, а может, и боялась. Громкий писк отвлёк внимание Вейрин от китов, она посмотрела на экран подводного локатора. Этот маломощный прибор позволял разглядеть только большие объекты, да и то – не очень далеко. Этот локатор в основном использовался для того, чтоб вовремя обнаружить подводную скалу или камни, им пользовались только в шхерах и на мелководье, где была опасность напороться на камни. Почему сейчас, когда под килем большая глубина, Вейрин включила его, она и сама не смогла бы сказать, но что-то ей подсказывало, что так будет правильно.
Вот и сейчас локатор показывал какой-то риф или очень большой камень, но ещё несколько минут назад его там не было! И этот немаленький камень внезапно появился не прямо по курсу, а со стороны моря, а теперь он ещё и двигался! Довольно быстро двигался по направлению к «Змею»! Киты и дельфины уже не выпрыгивали из воды, они ушли ближе к берегу, на мелководье, а там особо не попрыгаешь, ведь чтоб выпрыгнуть из воды надо уйти в глубину и хорошо разогнаться. Вейрин решила последовать примеру этих умных морских обитателей и тоже повела «Змей» ближе к берегу. Движущаяся подводная скала последовала вслед за «Змеем», но не прямо к нему, а как бы опередив его. Там в море вдавался скалистый мыс, ограничивающий мелководье, и это непонятно что так расположилось, что «Змей», огибая скалистый мыс, неминуемо должен был уйти с мелководья на глубину. Вот там и затаилось нечто, что притворялось скалой. Вейрин сбавила скорость, а киты и дельфины вообще остановились (они не остановились, просто кружили на одном месте). Остановила «Змея» и Вейрин, решив подождать и посмотреть – что будет дальше. Фрей, повернувшись к Вейрин, задала вопрос:
- Что случилось? Почему ты остановила «Змея»?
Такой же вопрос задала и подошедшая Валборг. Вейрин указала на экран радара, но ответить не успела, подводная скала быстро двинулась в сторону мелководья, довольно быстро двинулась и вскоре показалась над водой, не она сама, а длинные извивающиеся щупальца.
- Кракен! – выдохнула Валборг, за её спиной испуганно закричали остальные пассажиры. Валборг осипшим голосом проговорила:
- Кракен, нам от него не уйти! Спасения нет! Нам конец!
- А мы и не будем уходить, - спокойно ответила Вейрин, поднимая башенку с излучателями и переводя их на максимальную мощность. Толстые, но при этом длинные и гибкие щупальца устремились к «Змею», подводное чудовище решило схватить ту добычу, что была к нему ближе всего, а китов и дельфинов, видно, решило оставить на закуску. Бросок длинных щупалец был стремителен, но до «Змея» они не достали, упав в воду, беспорядочно задёргались и стали тонуть. Короткими импульсами излучателей, под азартные выкрики Ингрид «Так его, так его», Вейрин обрубила щупальца у самой воды, так повторилось три раза. Вейрин, ни к кому не обращаясь, спросила:
- Что это за зверь? Явно не осьминог, у этого уже где-то десятка два щупалец, было столько. Посмотрим, сколько их ещё осталось.
