“Развейся…” – невзирая на острое желание найти ответ, его попытка не увенчалась успехом. Он не смог.
Не смог воззвать и к своим силам – его магия не отозвалась. То, что с самого рождения было неотъемлемой частью его жизни – пропало...
“Этого не может быть!” – горестно воскликнул Вик. Но этот крик был наполнен лишь печалью, и растущим в груди бессилием.
…
Раньше Вик боялся только боли, которая, казалось, никогда его не покинет. Но он и не представлял, что темнота заставит его бороться с самим собой в попытке успокоить до смерти перепуганный разум.
Но и у него был предел…
Голова, руки, колени… спустя всего лишь пару часов он утратил в них чувствительность – настолько сильно бился ими о холодные стены своего сознания, в попытке вернуть ясность ума.
И когда его сознание уже начало трещать по швам, он обнаружил во тьме слабый проблеск света! Он казался ему настолько теплым и нежным, что Вик даже на секунду опешил.
“Что за черт?!” - еще миг, и тьма забурлила, выбросив его в просторную комнату, с приветливо потрескивающим камином.
С немым изумлением взирая вперед, Вик с трудом осознавал происходящее, ведь пустое помещение в один миг наполнилось жизнью: вот из черных теней вынырнула старинная мебель, появились подносы, с пышущей паром пищей. А за ними показались и бокалы, до краёв наполненные ароматным вином…
…а вот мягкое кресло прогнулось, приняв на себя тяжесть чьего-то тела…
“Не верю…” – тревожно подумал Вик, прикрывая голову руками.
После всего пережитого, он задумался – а не умер ли он, переродившись безвольным духом? Существом, обречённым на вечное одиночество?
Никого не видеть, и не слышать…
Знать, что кто-то рядом, но не иметь возможности поговорить и попросить о помощи…
Что может быть хуже?
“Ни за что!” – вновь прозвучал его отчаянный голос.
Ринувшись в сторону плотно заставленного стола, Вик попытался за что-нибудь ухватиться, но руки лишь безвольно прошли насквозь. И ещё раз. А затем ещё раз! Вик пробовал бесчисленно количество раз, но так и не смог к чему бы то ни было притронуться.
И когда руки готовы были опуститься, его окружение в очередной раз подёрнулось рябью.
…
В этот раз Вика окружала совсем иная атмосфера – сейчас он стоял посреди полутёмной комнаты, которая до боли напоминала ему о камере, в которой довелось прожить последние несколько недель.
Дернувшись, было назад, он замер – дверь, ведущая наружу, была не заперта. Приветливо взывая к нему, она даже немного приоткрылась, мол — не бойся, выходи.
“Чертовщина какая-то...” - подавив пробежавшую по телу дрожь, Вик неуверенно сделал шаг к ней навстречу.
Тихо. Ни шороха…
Осторожно сдвинув железную дверь в сторону, он выглянул наружу. Никого. Лишь слабо горящий факел, который то тут, то там, освещал коридор, ведущий куда-то в неизвестность.
“Ну, пошли что ли…” - не обнаружив ничего опасного, Вик сделал неуверенный шаг вперед. Было тихо. Или нет?
Что-то было позади, что-то щелкало, но обернуться было страшно!
Скрип!
Услышав позади скрип, он медленно обернулся. Пусто. Лишь слегка приоткрытая дверь, из глубин которой будто что-то на него смотрело…
Дрожь так его и пробрала! Но еще миг, и дверь с оглушительным грохотом закрылась, на миг, выбив его из равновесия!
– Ну и напугала… – утерев выступивший на лбу пот, он осмотрелся, решая, что ему делать. И куда идти…
Коридор не имел каких-то конкретных указателей, поэтому он положился на авось, сворачивая направо. Почему так, он и сам не знал – просто захотел. Но идти пришлось на удивление долго – ни развилок, ни подъёмов не было. Только уходящий в неизвестность коридор.
Усталости, к слову, тоже не было, как собственно, и определенного плана.
– Бесит! – не в силах ничего придумать, он раздраженно сел на пол, и в этот момент услышал где-то вдали звон…
Спустя мгновение он повторился вновь, мерно приближаясь к нему из темноты, окутавший дальние дали этого мрачного коридора. И судя по тому, как быстро это происходило, вскоре Вик должен был встретиться с тем, кто его издаёт.
Однако узнавать “кто” это был, ему не хотелось...
“Нужно поспешить” – чувствуя, как сердце яростно заколотилось в груди, Вик сделал пару глубоких вдохов, и осторожно двинулся дальше. Подальше от раздражающего слух звона.
Но коридор казался бесконечным. Сколько бы Вик не шёл, его окружали только голые стены да тускло горящие факела. Тем временем звон, был к нему всё ближе…
Сорвавшись на бег, он вложил в ноги все свои силы, стараясь хоть немного отдалиться от преследователя. Но как бы долго и упорно он не рвался вперед, добился лишь одного — его одолела усталость.
“Выхода нет – нужно отдохнуть” – решил Вик. Но стоило ему остановиться, как звон резко усилился – все быстрее и быстрее, нечто неслось к нему издалека.
А вместе с ним, начали гаснуть факела!
Сначала один, а за ним второй…
Почувствовав пробежавший по спине холодок, Вик весь подобрался – сдаваться было не в его стиле. Но даже защитить себя было нечем – погружая коридор во мрак, неизвестная сила прошлась по телу ознобом, погасив и все оставшиеся позади факела.
Оставшись наедине с тьмой, он слышал только наводящий ужас звон.
Всё ближе…
Ещё ближе…
Вик слышал – некто уже совсем рядом, и когда ему показалось, что кто-то встал напротив, волосы у него зашевелились на голове. Чье-то тяжелое дыхание было куда хуже, чем обуявший его страх.
Вздох…
Вик почувствовал на своей коже поток воздуха… и чьё-то тепло! Некто был прямо напротив, хрипло обдав лицо своим смрадным дыханием. А затем он почувствовал, как ему на голову стало что-то капать…
Вязкое и липкое…
Будто слюна…
Весь, дрожа, Вик поднял голову, встретив над собою взгляд чьих-то больших, и жутко страшных глаз. И пока он пытался хоть что-то сделать, огромная пасть монстра уже сомкнулась на его шее…
Резко вскочив с места, Вик не без труда унял бешено стучащее сердце.
“Что это было?!..” – испугано подумал Вик, ощупывая шею – он ещё не до конца осознавал, что пережитое им было всего лишь сном. Уж больно реальным казалось все то, что он видел и чувствовал…
– Кажись, что-то приятное приснилось? – спросил Битрим, с интересом наблюдая за его состоянием. Лекарь его предупреждал, что последствия еще долго будут мучать парня, но он даже не предполагал, что они, настигнут его в виде кошмаров.
Но, так даже было лучше – со снами справиться было куда проще… куда проще…
– Вроде того… – вяло ответил Вик, облизывая пересохшие губы.
И, как и в прошлый раз, Битрим заботливо подал ему флягу с водой.
Странно, но в его присутствии он чувствовал себя значительно лучше. Даже обуявшая его тревога куда-то подевалась…
– Спасибо, – поблагодарил Вик, утолив свою жажду.
Едва видимый кивок, был ему ответом.
– Вчера мы с тобой так и не успели закончить наш разговор… – за последнее время с Виком много чего произошло, поэтому он не стал торопить его с ответом. Однако сейчас, Битрим желал услышать от него ответ.
Вик, естественно, уже с ним определился, вот только в чем был подвох? Такие люди, как он, просто так ничего не делают. Во всем должна быть выгода. Об этом он и спросил.
– Моя выгода? – переспросил Битрим.
Этот вопрос заставил задумать уже его самого. Зачем он все это затеял? Ради чего?
Он что-то в нем разглядел?
Да. Но вряд ли на паренька можно было возлагать большие надежды. Максимум – сможет перенять у него “знание”. На большее рассчитывать даже не стоило. Однако в этом ли причина?
Он сомневался. Парень привлек его не только своим упорством – что-то близкое было в нем. Что-то...
Битриму было сложно все это описать, просто он чувствовал – это именно тот, кто нужен. Не упусти его – говорил инстинкт! И он решил действовать. Оставалось только понять – правильно он делает, или нет.
– Мне будет нужна от тебя небольшая услуга. Взамен – я готов поделиться с тобой своими знаниями, а также обучить навыкам, которые сделали меня тем, кто я есть, – спокойно ответил Битрим.
Признаться, Вик даже немного опешил – слишком большой куш, при столь незначительной плате с его стороны. Что-то здесь явно не чисто. Либо же… запрошенная услуга будет под стать награде, что, без сомнений, станет для него обузой на всю оставшуюся жизнь.
– Что думаешь?
Но Вик не знал, что ему ответить. Скорее всего, своим согласием, он взвалит на свои плечи непосильную ношу. Но если учитывать его текущее положение, особого выбора не было. Либо и дальше быть игрушкой мага, либо пойти на поводу Битрима, и стать для него разменной монетой.
И если выбирать – перспектива вернуться к Фрейзеру, ему крайне не нравилась. Поэтому…
– О какой услуге идет речь? – осторожно спросил Вик, не давая прямого ответа.
– О, все крайне просто. Всего-то и нужно будет, что… восстановить справедливость, – уклончиво ответил Битрим. Ему была понятна неуверенность парня, но и его можно было понять. Пока они не заключили “договор”, ни о каких деталях не могло быть и речи. Уж больно большой шанс, что он поведает обо всем Фрейзеру. А это в его планы никак не входило.
– Я не понимаю, – выдавил из себя Вик, игра которого была раскрыта в самом начале.
– Сначала согласись на мои условия, потом узнаешь обо всем остальном, – настоял на своем Битрим. – И не бойся, ничего непосильного возлагать на тебя я не стану. Все как раз наоборот – все очень просто. Даже больше – то, что ты получишь взамен, напрямую связано с этой услугой. Так что волноваться не о чем.
– …
Подобные речи только сильнее его запутали. Вик уже не понимал, что и думать. Услуга, выгода, обещанные взамен навыки… и ничего конкретного. Ясно было только одно – он будет пешкой, поэтому напрямую помогать ему никто не станет.
– То есть, вы не поможете мне сбежать? – уточнил он, дабы хоть что-то спросить.
– Не глупи, парень, – хмыкнул Битрим. – Идти против воли Фрейзера я не стану. Правая рука архимага – весомый аргумент, с которым приходится считаться.
О том, что Фрейзер хоть как-то связан с архимагом, Вик не знал. И это стало для него настоящим открытием, ведь судя по слухам, нынешний архимаг, был не только ключевой фигурой королевства, но и одним из самых хитрых и свирепых магов, кто когда-либо примерял на себе это звание.
И стать от него по правую руку?
Вик даже почувствовал к Фрейзеру толику уважения.
– Но не расстраивайся – это не помешает мне выполнить свою часть уговора, – тем временем сказал Битрим, по-своему истолковав его молчание. – Но, давай вернёмся к нашему разговору, – выдержав небольшую паузу, Битрим продолжил. – Стань моим приемником, и я дам тебе возможность выжить…
Битрим никогда не был добрым и сострадательным человеком. Такой милости никто не заслуживал. Его прошло было слишком мрачны и темным, дабы вообще предположить нечто настолько глупое, как теплые чувства к людям.
Каково это, иметь любящую семью и хороших родителей? Каково это, иметь друзей и товарищей? Каково это, с кем-то веселиться? И что вообще такое, это веселье?
Битрим не знал.
Его жизнь – это жизнь никчемного отпрыска, рождённого в далеком, военном концлагере. А он сам – результат старого, как сам мир насилия над слабым полом.
В то время над империей висел туман бесконечных войн, которые своей жестокостью поражали чужое воображение! Все с ужасом взирали на то, как великие королевства и древние династии гибнут одна за другой, навеки исчезая из летописей этого мира. Однако таков был мир.
Жестокий и безжалостный мир, просторы которого раз за разом превращались в бесконечные островки боли и страданий. Где-то на краткий срок, а где-то… на долгие годы лишая простой люд надежд на мирное и безмятежное сосуществование.
Одной из таких – лишенных прав и свобод, была и его мать – молодая и невинная девушка, волей судьбы ставшая пленником концлагеря. Красивая от природы, она сразу же попалась на глаза высшего чина – напыщенного и тщеславного человека, который и сломил ее волю, обратив в простую игрушку для мужчин.
В то время, она всем сердцем проклинала свою красоту. Но ни ее мольбы, ни проклятия никого не волновали. Не удивительно, что вскоре она, сквозь горе и ненависть, родила. Смерть и побои были привычным, и даже обыденным делом, однако детей там не жаловали. В лучшем случае таких “дам” просто избивали. В худшем – просто убивали...
Однако мать смогла отстоять свое дитя. Он даже не представлял, чего ей это стоило. Да, жизнь у него была не подарок, но иной он не знал. Мать тоже заботой не баловала – сломленная, она мало что могла дать своему ребенку. Поэтому ее смерть не стала для него ударом. Ударом для него была участь его младшей сестры. Единственного человека во всем мире, которого он был готов оберегать даже ценой своей жизни.
Оставшись один на один с холодом и жестокостью этого мира, они едва не погибли. Однако им повезло – отец вспомнил-таки о своем отпрыске. Второе дитя его не волновало – мало ли от кого понесла сумасшедшая. Однако рубить с плеча он не стал, решив разыграть интересную карту.
И она сыграла. Сыграла даже лучше, чем он мог себе вообразить!
Взяв маленького Кхайзена в оборот, он породил на свет жестокого и безжалостного палача. Убийцу, чей клинок разил всех неугодных его отцу людей. Но паренек с радостью принял эту участь, и все ради того, чтобы его сестра жила в мире и спокойствии!
Но… один лишь бог знает, сколько боли с унижений ему пришлось пережить. Сколько невинных детских слез утекло с его глаз, прежде чем в глазах его отца появилась хоть тень снисхождения…
Однако это не значило, что тот прекратил свое ''воспитание''. Совсем наоборот. Он до последнего вздоха видел в нем только злобного зверя, которого можно было на кого-то натравить.
Нравилось ли ему подобное?
Без сомнения! Власть, полученная им впоследствии, в полной мере окупила затраченное на Кхайзена время.
Что же до его чувств, то мужчине было абсолютно на них наплевать.
Однако Битриму не нравилось быть чьим-либо инструментом. Он хотел свободы. Хотел забрать сестру и убежать. Обрести покой и гармонию. Кхайзен нуждался в них так же сильно, как и в мести! Ему была необходима власть над собой и своей жизнью.
Но его мечты так и остались мечтами.
Примерно через пять лет, он узнал о том, что его сестра мертва. Его отец – мерзкая тварь, отдала ее на потеху своим товарищам. Жадные до развлечений, они над ней надругались. Искалечили тело и разум…
Не выдержав над собой такого издевательства, юная, совсем еще юная девочка покончила с собой. И вместе с ней, пропала и последняя ниточка, связывающая Битрима с этим местом.
В тот вечер было шумно. Жалости он не питал – от его руки пали все, кто хоть как-то был причастен к смерти Ребекки. Он их убил. Жестоко! А затем пришел за отцом. И его смерть была очень сладкой – мучить его было приятно…
Не меньше двух часов он его истязал, воздав за все, что тот сотворил за свою жизнь.
За мать, за сестру и… за самого себя.
Свобода ему больше была не нужна, но он ушел. Жил, как знал. Убивал, воровал и запугивал. Управы на него не было. Пока он не повстречал своего мастера. Человека, который подарил ему не только цель, но и дал силу, которой страшились не только короли, но и великие императоры.
Не грех заявить, что эта встреча была судьбоносной.
…
С того момента прошел не один десяток лет.
Не смог воззвать и к своим силам – его магия не отозвалась. То, что с самого рождения было неотъемлемой частью его жизни – пропало...
“Этого не может быть!” – горестно воскликнул Вик. Но этот крик был наполнен лишь печалью, и растущим в груди бессилием.
…
Раньше Вик боялся только боли, которая, казалось, никогда его не покинет. Но он и не представлял, что темнота заставит его бороться с самим собой в попытке успокоить до смерти перепуганный разум.
Но и у него был предел…
Голова, руки, колени… спустя всего лишь пару часов он утратил в них чувствительность – настолько сильно бился ими о холодные стены своего сознания, в попытке вернуть ясность ума.
И когда его сознание уже начало трещать по швам, он обнаружил во тьме слабый проблеск света! Он казался ему настолько теплым и нежным, что Вик даже на секунду опешил.
“Что за черт?!” - еще миг, и тьма забурлила, выбросив его в просторную комнату, с приветливо потрескивающим камином.
С немым изумлением взирая вперед, Вик с трудом осознавал происходящее, ведь пустое помещение в один миг наполнилось жизнью: вот из черных теней вынырнула старинная мебель, появились подносы, с пышущей паром пищей. А за ними показались и бокалы, до краёв наполненные ароматным вином…
…а вот мягкое кресло прогнулось, приняв на себя тяжесть чьего-то тела…
“Не верю…” – тревожно подумал Вик, прикрывая голову руками.
После всего пережитого, он задумался – а не умер ли он, переродившись безвольным духом? Существом, обречённым на вечное одиночество?
Никого не видеть, и не слышать…
Знать, что кто-то рядом, но не иметь возможности поговорить и попросить о помощи…
Что может быть хуже?
“Ни за что!” – вновь прозвучал его отчаянный голос.
Ринувшись в сторону плотно заставленного стола, Вик попытался за что-нибудь ухватиться, но руки лишь безвольно прошли насквозь. И ещё раз. А затем ещё раз! Вик пробовал бесчисленно количество раз, но так и не смог к чему бы то ни было притронуться.
И когда руки готовы были опуститься, его окружение в очередной раз подёрнулось рябью.
…
В этот раз Вика окружала совсем иная атмосфера – сейчас он стоял посреди полутёмной комнаты, которая до боли напоминала ему о камере, в которой довелось прожить последние несколько недель.
Дернувшись, было назад, он замер – дверь, ведущая наружу, была не заперта. Приветливо взывая к нему, она даже немного приоткрылась, мол — не бойся, выходи.
“Чертовщина какая-то...” - подавив пробежавшую по телу дрожь, Вик неуверенно сделал шаг к ней навстречу.
Тихо. Ни шороха…
Осторожно сдвинув железную дверь в сторону, он выглянул наружу. Никого. Лишь слабо горящий факел, который то тут, то там, освещал коридор, ведущий куда-то в неизвестность.
“Ну, пошли что ли…” - не обнаружив ничего опасного, Вик сделал неуверенный шаг вперед. Было тихо. Или нет?
Что-то было позади, что-то щелкало, но обернуться было страшно!
Скрип!
Услышав позади скрип, он медленно обернулся. Пусто. Лишь слегка приоткрытая дверь, из глубин которой будто что-то на него смотрело…
Дрожь так его и пробрала! Но еще миг, и дверь с оглушительным грохотом закрылась, на миг, выбив его из равновесия!
– Ну и напугала… – утерев выступивший на лбу пот, он осмотрелся, решая, что ему делать. И куда идти…
Коридор не имел каких-то конкретных указателей, поэтому он положился на авось, сворачивая направо. Почему так, он и сам не знал – просто захотел. Но идти пришлось на удивление долго – ни развилок, ни подъёмов не было. Только уходящий в неизвестность коридор.
Усталости, к слову, тоже не было, как собственно, и определенного плана.
– Бесит! – не в силах ничего придумать, он раздраженно сел на пол, и в этот момент услышал где-то вдали звон…
Спустя мгновение он повторился вновь, мерно приближаясь к нему из темноты, окутавший дальние дали этого мрачного коридора. И судя по тому, как быстро это происходило, вскоре Вик должен был встретиться с тем, кто его издаёт.
Однако узнавать “кто” это был, ему не хотелось...
“Нужно поспешить” – чувствуя, как сердце яростно заколотилось в груди, Вик сделал пару глубоких вдохов, и осторожно двинулся дальше. Подальше от раздражающего слух звона.
Но коридор казался бесконечным. Сколько бы Вик не шёл, его окружали только голые стены да тускло горящие факела. Тем временем звон, был к нему всё ближе…
Сорвавшись на бег, он вложил в ноги все свои силы, стараясь хоть немного отдалиться от преследователя. Но как бы долго и упорно он не рвался вперед, добился лишь одного — его одолела усталость.
“Выхода нет – нужно отдохнуть” – решил Вик. Но стоило ему остановиться, как звон резко усилился – все быстрее и быстрее, нечто неслось к нему издалека.
А вместе с ним, начали гаснуть факела!
Сначала один, а за ним второй…
Почувствовав пробежавший по спине холодок, Вик весь подобрался – сдаваться было не в его стиле. Но даже защитить себя было нечем – погружая коридор во мрак, неизвестная сила прошлась по телу ознобом, погасив и все оставшиеся позади факела.
Оставшись наедине с тьмой, он слышал только наводящий ужас звон.
Всё ближе…
Ещё ближе…
Вик слышал – некто уже совсем рядом, и когда ему показалось, что кто-то встал напротив, волосы у него зашевелились на голове. Чье-то тяжелое дыхание было куда хуже, чем обуявший его страх.
Вздох…
Вик почувствовал на своей коже поток воздуха… и чьё-то тепло! Некто был прямо напротив, хрипло обдав лицо своим смрадным дыханием. А затем он почувствовал, как ему на голову стало что-то капать…
Вязкое и липкое…
Будто слюна…
Весь, дрожа, Вик поднял голову, встретив над собою взгляд чьих-то больших, и жутко страшных глаз. И пока он пытался хоть что-то сделать, огромная пасть монстра уже сомкнулась на его шее…
***
Резко вскочив с места, Вик не без труда унял бешено стучащее сердце.
“Что это было?!..” – испугано подумал Вик, ощупывая шею – он ещё не до конца осознавал, что пережитое им было всего лишь сном. Уж больно реальным казалось все то, что он видел и чувствовал…
– Кажись, что-то приятное приснилось? – спросил Битрим, с интересом наблюдая за его состоянием. Лекарь его предупреждал, что последствия еще долго будут мучать парня, но он даже не предполагал, что они, настигнут его в виде кошмаров.
Но, так даже было лучше – со снами справиться было куда проще… куда проще…
– Вроде того… – вяло ответил Вик, облизывая пересохшие губы.
И, как и в прошлый раз, Битрим заботливо подал ему флягу с водой.
Странно, но в его присутствии он чувствовал себя значительно лучше. Даже обуявшая его тревога куда-то подевалась…
– Спасибо, – поблагодарил Вик, утолив свою жажду.
Едва видимый кивок, был ему ответом.
– Вчера мы с тобой так и не успели закончить наш разговор… – за последнее время с Виком много чего произошло, поэтому он не стал торопить его с ответом. Однако сейчас, Битрим желал услышать от него ответ.
Вик, естественно, уже с ним определился, вот только в чем был подвох? Такие люди, как он, просто так ничего не делают. Во всем должна быть выгода. Об этом он и спросил.
– Моя выгода? – переспросил Битрим.
Этот вопрос заставил задумать уже его самого. Зачем он все это затеял? Ради чего?
Он что-то в нем разглядел?
Да. Но вряд ли на паренька можно было возлагать большие надежды. Максимум – сможет перенять у него “знание”. На большее рассчитывать даже не стоило. Однако в этом ли причина?
Он сомневался. Парень привлек его не только своим упорством – что-то близкое было в нем. Что-то...
Битриму было сложно все это описать, просто он чувствовал – это именно тот, кто нужен. Не упусти его – говорил инстинкт! И он решил действовать. Оставалось только понять – правильно он делает, или нет.
– Мне будет нужна от тебя небольшая услуга. Взамен – я готов поделиться с тобой своими знаниями, а также обучить навыкам, которые сделали меня тем, кто я есть, – спокойно ответил Битрим.
Признаться, Вик даже немного опешил – слишком большой куш, при столь незначительной плате с его стороны. Что-то здесь явно не чисто. Либо же… запрошенная услуга будет под стать награде, что, без сомнений, станет для него обузой на всю оставшуюся жизнь.
– Что думаешь?
Но Вик не знал, что ему ответить. Скорее всего, своим согласием, он взвалит на свои плечи непосильную ношу. Но если учитывать его текущее положение, особого выбора не было. Либо и дальше быть игрушкой мага, либо пойти на поводу Битрима, и стать для него разменной монетой.
И если выбирать – перспектива вернуться к Фрейзеру, ему крайне не нравилась. Поэтому…
– О какой услуге идет речь? – осторожно спросил Вик, не давая прямого ответа.
– О, все крайне просто. Всего-то и нужно будет, что… восстановить справедливость, – уклончиво ответил Битрим. Ему была понятна неуверенность парня, но и его можно было понять. Пока они не заключили “договор”, ни о каких деталях не могло быть и речи. Уж больно большой шанс, что он поведает обо всем Фрейзеру. А это в его планы никак не входило.
– Я не понимаю, – выдавил из себя Вик, игра которого была раскрыта в самом начале.
– Сначала согласись на мои условия, потом узнаешь обо всем остальном, – настоял на своем Битрим. – И не бойся, ничего непосильного возлагать на тебя я не стану. Все как раз наоборот – все очень просто. Даже больше – то, что ты получишь взамен, напрямую связано с этой услугой. Так что волноваться не о чем.
– …
Подобные речи только сильнее его запутали. Вик уже не понимал, что и думать. Услуга, выгода, обещанные взамен навыки… и ничего конкретного. Ясно было только одно – он будет пешкой, поэтому напрямую помогать ему никто не станет.
– То есть, вы не поможете мне сбежать? – уточнил он, дабы хоть что-то спросить.
– Не глупи, парень, – хмыкнул Битрим. – Идти против воли Фрейзера я не стану. Правая рука архимага – весомый аргумент, с которым приходится считаться.
О том, что Фрейзер хоть как-то связан с архимагом, Вик не знал. И это стало для него настоящим открытием, ведь судя по слухам, нынешний архимаг, был не только ключевой фигурой королевства, но и одним из самых хитрых и свирепых магов, кто когда-либо примерял на себе это звание.
И стать от него по правую руку?
Вик даже почувствовал к Фрейзеру толику уважения.
– Но не расстраивайся – это не помешает мне выполнить свою часть уговора, – тем временем сказал Битрим, по-своему истолковав его молчание. – Но, давай вернёмся к нашему разговору, – выдержав небольшую паузу, Битрим продолжил. – Стань моим приемником, и я дам тебе возможность выжить…
***
Битрим никогда не был добрым и сострадательным человеком. Такой милости никто не заслуживал. Его прошло было слишком мрачны и темным, дабы вообще предположить нечто настолько глупое, как теплые чувства к людям.
Каково это, иметь любящую семью и хороших родителей? Каково это, иметь друзей и товарищей? Каково это, с кем-то веселиться? И что вообще такое, это веселье?
Битрим не знал.
Его жизнь – это жизнь никчемного отпрыска, рождённого в далеком, военном концлагере. А он сам – результат старого, как сам мир насилия над слабым полом.
В то время над империей висел туман бесконечных войн, которые своей жестокостью поражали чужое воображение! Все с ужасом взирали на то, как великие королевства и древние династии гибнут одна за другой, навеки исчезая из летописей этого мира. Однако таков был мир.
Жестокий и безжалостный мир, просторы которого раз за разом превращались в бесконечные островки боли и страданий. Где-то на краткий срок, а где-то… на долгие годы лишая простой люд надежд на мирное и безмятежное сосуществование.
Одной из таких – лишенных прав и свобод, была и его мать – молодая и невинная девушка, волей судьбы ставшая пленником концлагеря. Красивая от природы, она сразу же попалась на глаза высшего чина – напыщенного и тщеславного человека, который и сломил ее волю, обратив в простую игрушку для мужчин.
В то время, она всем сердцем проклинала свою красоту. Но ни ее мольбы, ни проклятия никого не волновали. Не удивительно, что вскоре она, сквозь горе и ненависть, родила. Смерть и побои были привычным, и даже обыденным делом, однако детей там не жаловали. В лучшем случае таких “дам” просто избивали. В худшем – просто убивали...
Однако мать смогла отстоять свое дитя. Он даже не представлял, чего ей это стоило. Да, жизнь у него была не подарок, но иной он не знал. Мать тоже заботой не баловала – сломленная, она мало что могла дать своему ребенку. Поэтому ее смерть не стала для него ударом. Ударом для него была участь его младшей сестры. Единственного человека во всем мире, которого он был готов оберегать даже ценой своей жизни.
Оставшись один на один с холодом и жестокостью этого мира, они едва не погибли. Однако им повезло – отец вспомнил-таки о своем отпрыске. Второе дитя его не волновало – мало ли от кого понесла сумасшедшая. Однако рубить с плеча он не стал, решив разыграть интересную карту.
И она сыграла. Сыграла даже лучше, чем он мог себе вообразить!
Взяв маленького Кхайзена в оборот, он породил на свет жестокого и безжалостного палача. Убийцу, чей клинок разил всех неугодных его отцу людей. Но паренек с радостью принял эту участь, и все ради того, чтобы его сестра жила в мире и спокойствии!
Но… один лишь бог знает, сколько боли с унижений ему пришлось пережить. Сколько невинных детских слез утекло с его глаз, прежде чем в глазах его отца появилась хоть тень снисхождения…
Однако это не значило, что тот прекратил свое ''воспитание''. Совсем наоборот. Он до последнего вздоха видел в нем только злобного зверя, которого можно было на кого-то натравить.
Нравилось ли ему подобное?
Без сомнения! Власть, полученная им впоследствии, в полной мере окупила затраченное на Кхайзена время.
Что же до его чувств, то мужчине было абсолютно на них наплевать.
Однако Битриму не нравилось быть чьим-либо инструментом. Он хотел свободы. Хотел забрать сестру и убежать. Обрести покой и гармонию. Кхайзен нуждался в них так же сильно, как и в мести! Ему была необходима власть над собой и своей жизнью.
Но его мечты так и остались мечтами.
Примерно через пять лет, он узнал о том, что его сестра мертва. Его отец – мерзкая тварь, отдала ее на потеху своим товарищам. Жадные до развлечений, они над ней надругались. Искалечили тело и разум…
Не выдержав над собой такого издевательства, юная, совсем еще юная девочка покончила с собой. И вместе с ней, пропала и последняя ниточка, связывающая Битрима с этим местом.
В тот вечер было шумно. Жалости он не питал – от его руки пали все, кто хоть как-то был причастен к смерти Ребекки. Он их убил. Жестоко! А затем пришел за отцом. И его смерть была очень сладкой – мучить его было приятно…
Не меньше двух часов он его истязал, воздав за все, что тот сотворил за свою жизнь.
За мать, за сестру и… за самого себя.
Свобода ему больше была не нужна, но он ушел. Жил, как знал. Убивал, воровал и запугивал. Управы на него не было. Пока он не повстречал своего мастера. Человека, который подарил ему не только цель, но и дал силу, которой страшились не только короли, но и великие императоры.
Не грех заявить, что эта встреча была судьбоносной.
…
С того момента прошел не один десяток лет.
