Он кинула взгляд на одну из лавок: заботливый Пронька разложил там халат, тапочки, легкую сорочку и комплект нижнего белья, причем дианиного размера. И это тоже напрягало.
Внезапно вода хлестнула ей в лицо, открыв глаза, девушка увидела склонившуюся над водой Василису Соловьёву. Ди хотела вскрикнуть, но слова и звуки как будто застряли в горле.
- Хорошие джинния датчики поставила на магию, - хмыкнула та, - не сломать, но обмануть можно.
Василиса провела ладонями по воде, и Диана поняла, что не может не только говорить, но и пошевелиться.
- Пойду, Захарушку, развлеку, ему, чай, одному в купальнях скучно, - усмехаясь, покинула ее Соловьёва, а под водой возникли полупрозрачные змеи.
Летняя резиденция на вид не внушала подозрений. Самый обычный плотный дом. В вариации их мира он выглядел устрашающе и неприветливо, здесь же — словно раскрывший объятия для всего мира красавец. И запахи вокруг были приятные — росы, зелени, цветов.
Игнат для верности еще раз повел носом, но его чувствительных нюх передал всё те же данные. Он и в прошлый раз ничего слишком подозрительного здесь не учуял.
Альма достала кварц, отданный Дианой. Минерал вел себя спокойно — не мерцал и не взрывался. Волки переглянулись и синхронно пожали плечами.
- Когда Байра пропала, волки исследовали эту резиденцию? - поинтересовался Игнат.
- Обнюхали вдоль и поперек, - проговорила Альма, мягко посмотрев на него, и от этого взгляда стало слишком не по себе, сердце непривычно защемило — однозначно, надо потом показаться ветеринару по возвращению.
- Шансы найти твою сестру… - осторожно начал Игнат.
- Знаю, - перебила Альма, присаживаясь на ступени, ведущие к террасе, - ничтожно минимальны. Если честно, я и почти и не надеюсь. Точнее, убеждаю себя, что не надо надеяться, но не могу с этим согласиться, как будто тихий-тихий, но настырный голосок в голове убеждает. - Она отмахнулась, словно отгоняя настойчивого комара.
Игнат присел рядом.
- Запахи Байры и Жака обрывались в доме, прямо в гостиной, - продолжила Альма, нагло положив голову на его плечо, - были еще запахи слуг, жучков-паучков и никаких посторонних. И всё же, когда поисковый отряд исследовал резиденцию, им показалось, что они слышали эхо, отзвук, приглушенный, словно далекий-далекий вскрик. Но голос точно не принадлежал Байре или лису. И у всех возникло странное, тягостное ощущение печали, сострадания. Никто так не понял, что это было. Но летнюю резиденцию Серебристые Волки стали обходить стороной. Да и сам Владислав Альбертович с тех пор не часто здесь появляется, говорит, дискомфорт какой-то странный чувствует, только Леонид с Элизой да слуги захаживают, одни — отдыхают, другие — за чистотой и порядком следят.
- Оказавшись здесь, я ничего такого, даже отдаленно похожего не почувствовал, - Игнат хотел пожать плечом, но вовремя остановил себя: уж больно тепло пригрелась там Альма. - Единственное, что меня смущало: этот дом почти один в один как тот, из которого мы попали. Но как оказалось, здесь много подобных близнецов.
- А мой близнец в твоем мире есть? - поинтересовалась Альма.
- Не встречал, - призадумался Игнат. Да и разве может быть близняшка у такой, как Альма — неповторимой.
- И я твоего — нет. - Альма встала и повернулась к дому, - пойдем уже внутрь, - быстро сменила она тему.
…
- А сейчас ты что-то чувствуешь? - задали они одинаковый вопрос и выдали синхронные отрицательные ответы.
Волки вдоль и поперек исходили всю резиденцию. Благо, барин дал Альме ключи от всех дверей. Датчик молчал. Фотографии показывали обычную усадьбу. И кварц везде вел себя нормально.
Вернувшись в гостиную, Альма озадаченно почесала за ухом и вопросительно глянула на Игната, тот ответил аналогичным взглядом. Он еще раз пролистал фото, особое внимание уделил потолку — но даже там не оказалось ни намека на страшную трещину.
Альма погрустнела, и Игнат приобнял ее.
- Мы подключим лучших Наблюдателей, разошлем ориентировки, - начал было он, но Альма ткнулась своим носом в его.
- Спасибо, - тихо и искренне поблагодарила она, а Игнат замер, не зная, что делать. Конечно, он точно знал, что означает подобный жест у волков. Но почему? Здесь? Сейчас? - Пойдем, - отстранилась она, а Игнат чуть не взвыл — упустил такой момент, ну как же так.
Оборотень вздохнул, окинул прощальным взглядом гостиную и внезапно нахмурился.
- Альма, - указал он на стену, где в педантичной упорядоченности висели несколько картин: Леонид с Элизой вдвоем увлекались живописью. - А там их всегда было столько?
- Наверно, - волчица тоже озадаченно посмотрела. - Насколько знаю, Лёня с Элизой рисуют по три картины за лето. Именно столько они нарисовали в первое их лето после смотрин, и это стало своеобразной традицией.
Альма пересчитала, и теперь она озадаченно нахмурилась: четырнадцать.
- А должно быть пятнадцать, - подхватил ее мысль Игнат и указал на промежуток между первой и второй картиной — он явно был больше — туда могла запросто влезть еще одна. Но ни намека, что там когда-то что-то было. Учитывая, что расстояния между другими явно вымерялись чуть ли не до миллиметра, это казалось странным.
- Улика косвенная, - признал оборотень, - но хоть что-то. Нужно допроси...расспросить Леонида с Элизой.
Альма кивнула, лизнула его в нос и вприпрыжку поспешила из домика, а Игнату в очередной раз захотелось взвыть.
…
Черный воробей проводил взглядом карету с волками и пролетел в усадьбу через закрытое окно, но не разбив его.
- И впрямь, ничего чрезмерно-магического, - пробормотал он, - все погрешности в рамках этого мира. Да и картина там точно была. Но никто не брал. Непорядок.
Взмахнув крылом, он исчез. А по возвращению в усадьбу всех ждал не самый приятный сюрприз.
- Захар! Куда же ты? - выскочив вслед за ним, как назло, вцепилась в руках Василиса.
Не поддаваясь на провокации, Захар высвободился, застучал сильнее и несколько раз громко окликнул Ди.
- Ты зачем к дворовой девке ломишься? Неужто стыда совсем нет? Что Владислав Альбертович скажет? - Соловьёва слишком явно пыталась увести его от купальни.
Захар прильнул ухом к двери — всплеск, он отчетливо услышал единичный всплеск за стеной. Диана не плескалась часто и не могла не услышать окриков парня. Она подавала ему знак. Пасьянс в голове сложился окончательно, и Захар, отстранив Василису, буквально влетел туда и сразу же прыгнул в воду, где вжавшуюся в стенку Диану уже обвила за шею полупрозрачная змея.
«Оглушить!» - приказал он кольцу от Джины, которое к счастью не снимал. То выпустило магический разряд по змее, но стоило одной упасть, как из воды показались еще двое — больше и злее. Диана все еще прижавшись к стенке купели дрожала и откашливалась.
«Защита!» - скомандовал Захар. Змеи врезались в возникшее силовое поле, зашипели и ударили с новой силой, пуская трещину по щиту. «Защита! Сильнее!»
Как нельзя вовремя зазвенела магическая сигнализация. А через несколько минут, пока Захар держал оборону, в купальню вбежала Джина. Обратившись в огромную альфа-полупрозрачную-змею она устрашающе зашипела на остальных так, что те попятились, а Захар скорее вытащил Диану и обернул дрожавшую девушку полотенцем.
Джина шипела на змей, но и змеи шипели на Джину, не желая так сразу признавать в ней альфу.
- Бегите подальше от воды! - бросила друзьям джинния, не поворачиваясь, не разрывая зрительного контакта со змеями.
Не споря, Захар подхватил под руки Диану и потащил к выходу.
Ноги скользили по кафелю и не слушались и не тащи ее Захар, Ди точно упала бы. Парень крепко прижимал ее к себе.
Приведя Ди в комнату, Захар почти силком усадил ее на кровать, на всякий случай подпер комодом дверь, не факт, конечно, что это от змей поможет, но так спокойнее. А Джина и сквозь стену пройти может.
И присел рядом с девушкой. Ди уже перестала дрожать и просто куталась в плед.
- Спасибо, - повернулась она к Захару и, резко подавшись вперед, порывисто коснулась его губ.
Дыхание Дианы пахло яблоками, она ела их совсем недавно — сочные спелые чистые плоды лежали на блюдцах, расписных кальморо-осьминогами по всей усадьбе: на тумбочках, подоконниках, журнальных столиках. И губы девушки сохранили этот кисло-сладкий привкус, пухлые, теплые, такие манящие. Захар чуть углубил поцелуй, но тут же одернул себя и отстранился.
- Тебе не понравилось? - подбородок девушки предательски задрожал.
- Нет. В смысле – понравилось, в смысле — это тут ни при чем, - сам запутался Захар, что случалось с ним довольно редко.
- Я всё-таки не нравлюсь тебе, - обида начала жечь грудь, и Ди чуть отвернулась от парня, вот глупая, поддалась чувствам, ругала она себя.
- Я не думаю, что стоит…
От этих слов обида захлестнула лавой: огнем выжигая всё на своем пути и оставляя лишь неживой темный пепел. Теперь отступать поздно, без толку молчать, ну уж нет, теперь она всё ему выскажет — плевать на неловкость, все равно ситуация уже хуже некуда.
- Дурак! - обозначила она то отношение к парню, что было в данным момент. - Я чуть с жизнью не попрощалась, который раз за неделю, думала, всё — конец, сейчас это меня придушит! - периодически голос Ди срывался на истерику или крик. - И поняла, чего мне от жизни надо! Дурак! Понимаешь? В желаниях, в чувствах своих разобралась! А ты еще и спас! - обвиняюще ударила она его в плечо, а по щекам девушки потекли слезы. Выглядело это вовсе не романтично: нос покраснел, глаза тоже.
Захар сидел и с сочувствием смотрел на нее — но абсолютно не знал, как ему поступить. Он осторожно протянул руку, но Ди нервно отринула ее.
- Засунь свою жалость себе в … - но договаривать фразу она не стала.
- Ты знаешь, истерички обычно парням не нравятся, - буркнул Захар и тут же поругал мысленно свою защитную реакцию, в чем-то даже совпадающую с Дианиной.
- Ты-то конечно знаешь, что парням нравится! - яд сарказма быстро высушил слезы Ди и сменил боль на лице на злость. И она нарочно сделала так, чтобы невинная фраза звучала как можно двусмысленнее и язвительнее.
Издав то ли рычание, то ли шипение, Захар не выдержал и встал.
- Ведешь себя как подросток, - специально небрежно бросил он.
- Да пошел ты, и я уже совершеннолетняя, - отмахнулась Диана, но уже не зло, а устало. Чувства в душе слишком быстро сменяли друг друга и это морально изматывало.
- Я просто не думаю, что, - повторился Захар, решив постараться быть взрослым, и как взрослый ответственный человек донести до этой девушки свою позицию, - подхожу тебе, - сформулировал он. - Сама подумай, мы из разных миров; или, возможно, разных времен; у нас разница в возрасте. У тебя еще вся жизнь впереди, ты еще и настрадаться, и налюбиться успеешь, - пытался говорить он как можно мягче, в глубине души ругая себя на чем свет стоит. Ди нравилась ему, он до ужаса перепугался, когда увидел ее обвитую змеёй. Но как назло, по самым подлым законам подлости, стоило девушке поцеловать его, и он засомневался. Дурацкие сомнения, вечно портящие и усложняющие жизнь, над которыми он раньше посмеивался.
- Да...по-ше-л...ты, - выделила каждое слово Диана. И очень вовремя раздался стук в дверь, а голос Джины поинтересовался, как они там.
Джинния могла смотреть сквозь стены и без сомнения, спеша к ним, «включила» эту способность, а потому видела значительную часть происходящего и решила проявить тактичность и постучать, чтобы не смущать их лишний раз. Точнее, не смущать Диану, конечно. Захара-то сейчас мало что могло смутить еще больше.
- Заходи, - отодвинул парень тумбочку.
За спиной Джины с ушками на востро маячили вернувшиеся волки, причем судя по всему вернулись они с чем-то интересным, но Захару в коем-то веке было не до новостей.
- Присмотрите, - попросил он и как можно быстрее покинул Диану.
….
Добродушный Пронька, пойманный по дороге, рассказал, что барин в кабинете, и к Владиславу Альбертовичу Захар практически влетел и без лишних предисловий высказал о произошедшем (за исключением, части с поцелуем).
- Оно, конечно, негоже, - хмурился барин, - но улик нет, вдруг змей твой Злодейский Злодей подослал, - рационально заметил он. - Пусть Джинния свои датчики усовершенствует. За Василисой приглянем, но ты ее не вздумай обвинять прямо. - И отослал Захарку.
На выходе из усадьбы парня поймал Джоуб.
- Это не я, - сразу сознался невинное Зло. - Но должен сказать, предприимчивая креативная девица. Если тебе не понравится, себе на работу возьму.
Захар вздохнул.
- Откуда ты переместил Диану? - мрачно спросил он.
- Ведать не ведаю, знать не знаю, - развел руками Зло и исчез, впрочем ничего другого от него и не ожидалось.
….
Захар задумчиво сидел на завалинке и жевал сухую травинку. На смену ливню пришла жара и казалось, что теперь солнце хочет высушить все напоминания о том дожде.
Мысли бродили как пьяные матросы по палубе в шторм, а капитан Рациональность судя по всему спал. Захар уверял себя, что прав, и так будет лучше. Спорил с совестью. Последняя в основном укоряла, что ранил чувства невинной молодой девушки. А он отвечал, что так правильнее, и она же его сгрызет, если… «Если что?», - нагло постучало в сердце еще что-то.
«Если бы … ответил», - вся уверенность Захарки в собственной правоте слишком быстро испарялась.
«Взрослый парень, а ведешь себя как мальчишка» – «И вовсе нет», - вновь заспорил он сам с собой.
Но, если подумать, реально как-то не очень красиво получилось.
«Она к тебе, а ты» – «Пользоваться минутной слабостью девушки было некрасиво» – «И почему ты считаешь, что можешь решать, как ей будет лучше? Фу таким быть».
Вздохнув, Захар понуро побрел обратно. Во-первых, надо как-то нормализовать отношения с Дианой, конечно, теперь в них будет напряженность, и он теперь понятия не имеет, как реагировать на девушку, как общаться с ней. А еще Зло это и Василиса… И как бы то ни было, и что не замыслил бы Джоуб, Захар и никто другой в ответе за Диану.
«И признай еще, что она тебе сильно нравится, но ты дурень», - от этого захотелось взвыть громче, чем Игнату в кровавую луну.
….
- Дурак! - рыдала Ди, обхватив шею волчицы, зарываясь пальцами в густую серебристую шерсть. Альма успокаивающе скулила, а Джина нежно гладила девушку по спине. - И я ду-у-у-ра-а-а, - заливалась та слезами.
Захар осторожно с самым виноватым видом заглянул в комнату, встретился взглядом с осуждающими Джиной, Игнатом, оскалившейся Альмой. Диана тут же попыталась сделать вид, что не плакала, и от этого на душе парня стало совсем погано.
- Ди, - исподлобья заглянул он, но тут с улицы послышались громкие крики, а под окнами собралась толпа с вилами и факелам, не сулящими ничего хорошего.
Оставив разногласия и разборки на потом, все быстро спустились вниз и подбежали к Владиславу Альбертовичу и Проньке, меланхолично смотревшим в окно.
Приглядевшись, Захар понял, что все участники «митинга» довольно молоды: не старше 20.
«Прямо как Диана», - засвербило ехидство.
Молодые люди с раскрашенными яркими красками лицами расположились неподалеку, специально так, чтобы барину их лучше было видно, и начали водружать какое-то чучело из сена.
- А, - отмахнулся барин, - на этих не обращайте внимания.
Внезапно вода хлестнула ей в лицо, открыв глаза, девушка увидела склонившуюся над водой Василису Соловьёву. Ди хотела вскрикнуть, но слова и звуки как будто застряли в горле.
- Хорошие джинния датчики поставила на магию, - хмыкнула та, - не сломать, но обмануть можно.
Василиса провела ладонями по воде, и Диана поняла, что не может не только говорить, но и пошевелиться.
- Пойду, Захарушку, развлеку, ему, чай, одному в купальнях скучно, - усмехаясь, покинула ее Соловьёва, а под водой возникли полупрозрачные змеи.
***
Летняя резиденция на вид не внушала подозрений. Самый обычный плотный дом. В вариации их мира он выглядел устрашающе и неприветливо, здесь же — словно раскрывший объятия для всего мира красавец. И запахи вокруг были приятные — росы, зелени, цветов.
Игнат для верности еще раз повел носом, но его чувствительных нюх передал всё те же данные. Он и в прошлый раз ничего слишком подозрительного здесь не учуял.
Альма достала кварц, отданный Дианой. Минерал вел себя спокойно — не мерцал и не взрывался. Волки переглянулись и синхронно пожали плечами.
- Когда Байра пропала, волки исследовали эту резиденцию? - поинтересовался Игнат.
- Обнюхали вдоль и поперек, - проговорила Альма, мягко посмотрев на него, и от этого взгляда стало слишком не по себе, сердце непривычно защемило — однозначно, надо потом показаться ветеринару по возвращению.
- Шансы найти твою сестру… - осторожно начал Игнат.
- Знаю, - перебила Альма, присаживаясь на ступени, ведущие к террасе, - ничтожно минимальны. Если честно, я и почти и не надеюсь. Точнее, убеждаю себя, что не надо надеяться, но не могу с этим согласиться, как будто тихий-тихий, но настырный голосок в голове убеждает. - Она отмахнулась, словно отгоняя настойчивого комара.
Игнат присел рядом.
- Запахи Байры и Жака обрывались в доме, прямо в гостиной, - продолжила Альма, нагло положив голову на его плечо, - были еще запахи слуг, жучков-паучков и никаких посторонних. И всё же, когда поисковый отряд исследовал резиденцию, им показалось, что они слышали эхо, отзвук, приглушенный, словно далекий-далекий вскрик. Но голос точно не принадлежал Байре или лису. И у всех возникло странное, тягостное ощущение печали, сострадания. Никто так не понял, что это было. Но летнюю резиденцию Серебристые Волки стали обходить стороной. Да и сам Владислав Альбертович с тех пор не часто здесь появляется, говорит, дискомфорт какой-то странный чувствует, только Леонид с Элизой да слуги захаживают, одни — отдыхают, другие — за чистотой и порядком следят.
- Оказавшись здесь, я ничего такого, даже отдаленно похожего не почувствовал, - Игнат хотел пожать плечом, но вовремя остановил себя: уж больно тепло пригрелась там Альма. - Единственное, что меня смущало: этот дом почти один в один как тот, из которого мы попали. Но как оказалось, здесь много подобных близнецов.
- А мой близнец в твоем мире есть? - поинтересовалась Альма.
- Не встречал, - призадумался Игнат. Да и разве может быть близняшка у такой, как Альма — неповторимой.
- И я твоего — нет. - Альма встала и повернулась к дому, - пойдем уже внутрь, - быстро сменила она тему.
…
- А сейчас ты что-то чувствуешь? - задали они одинаковый вопрос и выдали синхронные отрицательные ответы.
Волки вдоль и поперек исходили всю резиденцию. Благо, барин дал Альме ключи от всех дверей. Датчик молчал. Фотографии показывали обычную усадьбу. И кварц везде вел себя нормально.
Вернувшись в гостиную, Альма озадаченно почесала за ухом и вопросительно глянула на Игната, тот ответил аналогичным взглядом. Он еще раз пролистал фото, особое внимание уделил потолку — но даже там не оказалось ни намека на страшную трещину.
Альма погрустнела, и Игнат приобнял ее.
- Мы подключим лучших Наблюдателей, разошлем ориентировки, - начал было он, но Альма ткнулась своим носом в его.
- Спасибо, - тихо и искренне поблагодарила она, а Игнат замер, не зная, что делать. Конечно, он точно знал, что означает подобный жест у волков. Но почему? Здесь? Сейчас? - Пойдем, - отстранилась она, а Игнат чуть не взвыл — упустил такой момент, ну как же так.
Оборотень вздохнул, окинул прощальным взглядом гостиную и внезапно нахмурился.
- Альма, - указал он на стену, где в педантичной упорядоченности висели несколько картин: Леонид с Элизой вдвоем увлекались живописью. - А там их всегда было столько?
- Наверно, - волчица тоже озадаченно посмотрела. - Насколько знаю, Лёня с Элизой рисуют по три картины за лето. Именно столько они нарисовали в первое их лето после смотрин, и это стало своеобразной традицией.
Альма пересчитала, и теперь она озадаченно нахмурилась: четырнадцать.
- А должно быть пятнадцать, - подхватил ее мысль Игнат и указал на промежуток между первой и второй картиной — он явно был больше — туда могла запросто влезть еще одна. Но ни намека, что там когда-то что-то было. Учитывая, что расстояния между другими явно вымерялись чуть ли не до миллиметра, это казалось странным.
- Улика косвенная, - признал оборотень, - но хоть что-то. Нужно допроси...расспросить Леонида с Элизой.
Альма кивнула, лизнула его в нос и вприпрыжку поспешила из домика, а Игнату в очередной раз захотелось взвыть.
…
Черный воробей проводил взглядом карету с волками и пролетел в усадьбу через закрытое окно, но не разбив его.
- И впрямь, ничего чрезмерно-магического, - пробормотал он, - все погрешности в рамках этого мира. Да и картина там точно была. Но никто не брал. Непорядок.
Взмахнув крылом, он исчез. А по возвращению в усадьбу всех ждал не самый приятный сюрприз.
***
- Захар! Куда же ты? - выскочив вслед за ним, как назло, вцепилась в руках Василиса.
Не поддаваясь на провокации, Захар высвободился, застучал сильнее и несколько раз громко окликнул Ди.
- Ты зачем к дворовой девке ломишься? Неужто стыда совсем нет? Что Владислав Альбертович скажет? - Соловьёва слишком явно пыталась увести его от купальни.
Захар прильнул ухом к двери — всплеск, он отчетливо услышал единичный всплеск за стеной. Диана не плескалась часто и не могла не услышать окриков парня. Она подавала ему знак. Пасьянс в голове сложился окончательно, и Захар, отстранив Василису, буквально влетел туда и сразу же прыгнул в воду, где вжавшуюся в стенку Диану уже обвила за шею полупрозрачная змея.
«Оглушить!» - приказал он кольцу от Джины, которое к счастью не снимал. То выпустило магический разряд по змее, но стоило одной упасть, как из воды показались еще двое — больше и злее. Диана все еще прижавшись к стенке купели дрожала и откашливалась.
«Защита!» - скомандовал Захар. Змеи врезались в возникшее силовое поле, зашипели и ударили с новой силой, пуская трещину по щиту. «Защита! Сильнее!»
Как нельзя вовремя зазвенела магическая сигнализация. А через несколько минут, пока Захар держал оборону, в купальню вбежала Джина. Обратившись в огромную альфа-полупрозрачную-змею она устрашающе зашипела на остальных так, что те попятились, а Захар скорее вытащил Диану и обернул дрожавшую девушку полотенцем.
Джина шипела на змей, но и змеи шипели на Джину, не желая так сразу признавать в ней альфу.
- Бегите подальше от воды! - бросила друзьям джинния, не поворачиваясь, не разрывая зрительного контакта со змеями.
Не споря, Захар подхватил под руки Диану и потащил к выходу.
Ноги скользили по кафелю и не слушались и не тащи ее Захар, Ди точно упала бы. Парень крепко прижимал ее к себе.
Приведя Ди в комнату, Захар почти силком усадил ее на кровать, на всякий случай подпер комодом дверь, не факт, конечно, что это от змей поможет, но так спокойнее. А Джина и сквозь стену пройти может.
И присел рядом с девушкой. Ди уже перестала дрожать и просто куталась в плед.
- Спасибо, - повернулась она к Захару и, резко подавшись вперед, порывисто коснулась его губ.
Дыхание Дианы пахло яблоками, она ела их совсем недавно — сочные спелые чистые плоды лежали на блюдцах, расписных кальморо-осьминогами по всей усадьбе: на тумбочках, подоконниках, журнальных столиках. И губы девушки сохранили этот кисло-сладкий привкус, пухлые, теплые, такие манящие. Захар чуть углубил поцелуй, но тут же одернул себя и отстранился.
ГЛАВА 26. Кризис разных возрастов
- Тебе не понравилось? - подбородок девушки предательски задрожал.
- Нет. В смысле – понравилось, в смысле — это тут ни при чем, - сам запутался Захар, что случалось с ним довольно редко.
- Я всё-таки не нравлюсь тебе, - обида начала жечь грудь, и Ди чуть отвернулась от парня, вот глупая, поддалась чувствам, ругала она себя.
- Я не думаю, что стоит…
От этих слов обида захлестнула лавой: огнем выжигая всё на своем пути и оставляя лишь неживой темный пепел. Теперь отступать поздно, без толку молчать, ну уж нет, теперь она всё ему выскажет — плевать на неловкость, все равно ситуация уже хуже некуда.
- Дурак! - обозначила она то отношение к парню, что было в данным момент. - Я чуть с жизнью не попрощалась, который раз за неделю, думала, всё — конец, сейчас это меня придушит! - периодически голос Ди срывался на истерику или крик. - И поняла, чего мне от жизни надо! Дурак! Понимаешь? В желаниях, в чувствах своих разобралась! А ты еще и спас! - обвиняюще ударила она его в плечо, а по щекам девушки потекли слезы. Выглядело это вовсе не романтично: нос покраснел, глаза тоже.
Захар сидел и с сочувствием смотрел на нее — но абсолютно не знал, как ему поступить. Он осторожно протянул руку, но Ди нервно отринула ее.
- Засунь свою жалость себе в … - но договаривать фразу она не стала.
- Ты знаешь, истерички обычно парням не нравятся, - буркнул Захар и тут же поругал мысленно свою защитную реакцию, в чем-то даже совпадающую с Дианиной.
- Ты-то конечно знаешь, что парням нравится! - яд сарказма быстро высушил слезы Ди и сменил боль на лице на злость. И она нарочно сделала так, чтобы невинная фраза звучала как можно двусмысленнее и язвительнее.
Издав то ли рычание, то ли шипение, Захар не выдержал и встал.
- Ведешь себя как подросток, - специально небрежно бросил он.
- Да пошел ты, и я уже совершеннолетняя, - отмахнулась Диана, но уже не зло, а устало. Чувства в душе слишком быстро сменяли друг друга и это морально изматывало.
- Я просто не думаю, что, - повторился Захар, решив постараться быть взрослым, и как взрослый ответственный человек донести до этой девушки свою позицию, - подхожу тебе, - сформулировал он. - Сама подумай, мы из разных миров; или, возможно, разных времен; у нас разница в возрасте. У тебя еще вся жизнь впереди, ты еще и настрадаться, и налюбиться успеешь, - пытался говорить он как можно мягче, в глубине души ругая себя на чем свет стоит. Ди нравилась ему, он до ужаса перепугался, когда увидел ее обвитую змеёй. Но как назло, по самым подлым законам подлости, стоило девушке поцеловать его, и он засомневался. Дурацкие сомнения, вечно портящие и усложняющие жизнь, над которыми он раньше посмеивался.
- Да...по-ше-л...ты, - выделила каждое слово Диана. И очень вовремя раздался стук в дверь, а голос Джины поинтересовался, как они там.
Джинния могла смотреть сквозь стены и без сомнения, спеша к ним, «включила» эту способность, а потому видела значительную часть происходящего и решила проявить тактичность и постучать, чтобы не смущать их лишний раз. Точнее, не смущать Диану, конечно. Захара-то сейчас мало что могло смутить еще больше.
- Заходи, - отодвинул парень тумбочку.
За спиной Джины с ушками на востро маячили вернувшиеся волки, причем судя по всему вернулись они с чем-то интересным, но Захару в коем-то веке было не до новостей.
- Присмотрите, - попросил он и как можно быстрее покинул Диану.
….
Добродушный Пронька, пойманный по дороге, рассказал, что барин в кабинете, и к Владиславу Альбертовичу Захар практически влетел и без лишних предисловий высказал о произошедшем (за исключением, части с поцелуем).
- Оно, конечно, негоже, - хмурился барин, - но улик нет, вдруг змей твой Злодейский Злодей подослал, - рационально заметил он. - Пусть Джинния свои датчики усовершенствует. За Василисой приглянем, но ты ее не вздумай обвинять прямо. - И отослал Захарку.
На выходе из усадьбы парня поймал Джоуб.
- Это не я, - сразу сознался невинное Зло. - Но должен сказать, предприимчивая креативная девица. Если тебе не понравится, себе на работу возьму.
Захар вздохнул.
- Откуда ты переместил Диану? - мрачно спросил он.
- Ведать не ведаю, знать не знаю, - развел руками Зло и исчез, впрочем ничего другого от него и не ожидалось.
….
Захар задумчиво сидел на завалинке и жевал сухую травинку. На смену ливню пришла жара и казалось, что теперь солнце хочет высушить все напоминания о том дожде.
Мысли бродили как пьяные матросы по палубе в шторм, а капитан Рациональность судя по всему спал. Захар уверял себя, что прав, и так будет лучше. Спорил с совестью. Последняя в основном укоряла, что ранил чувства невинной молодой девушки. А он отвечал, что так правильнее, и она же его сгрызет, если… «Если что?», - нагло постучало в сердце еще что-то.
«Если бы … ответил», - вся уверенность Захарки в собственной правоте слишком быстро испарялась.
«Взрослый парень, а ведешь себя как мальчишка» – «И вовсе нет», - вновь заспорил он сам с собой.
Но, если подумать, реально как-то не очень красиво получилось.
«Она к тебе, а ты» – «Пользоваться минутной слабостью девушки было некрасиво» – «И почему ты считаешь, что можешь решать, как ей будет лучше? Фу таким быть».
Вздохнув, Захар понуро побрел обратно. Во-первых, надо как-то нормализовать отношения с Дианой, конечно, теперь в них будет напряженность, и он теперь понятия не имеет, как реагировать на девушку, как общаться с ней. А еще Зло это и Василиса… И как бы то ни было, и что не замыслил бы Джоуб, Захар и никто другой в ответе за Диану.
«И признай еще, что она тебе сильно нравится, но ты дурень», - от этого захотелось взвыть громче, чем Игнату в кровавую луну.
….
- Дурак! - рыдала Ди, обхватив шею волчицы, зарываясь пальцами в густую серебристую шерсть. Альма успокаивающе скулила, а Джина нежно гладила девушку по спине. - И я ду-у-у-ра-а-а, - заливалась та слезами.
Захар осторожно с самым виноватым видом заглянул в комнату, встретился взглядом с осуждающими Джиной, Игнатом, оскалившейся Альмой. Диана тут же попыталась сделать вид, что не плакала, и от этого на душе парня стало совсем погано.
- Ди, - исподлобья заглянул он, но тут с улицы послышались громкие крики, а под окнами собралась толпа с вилами и факелам, не сулящими ничего хорошего.
***
Оставив разногласия и разборки на потом, все быстро спустились вниз и подбежали к Владиславу Альбертовичу и Проньке, меланхолично смотревшим в окно.
Приглядевшись, Захар понял, что все участники «митинга» довольно молоды: не старше 20.
«Прямо как Диана», - засвербило ехидство.
Молодые люди с раскрашенными яркими красками лицами расположились неподалеку, специально так, чтобы барину их лучше было видно, и начали водружать какое-то чучело из сена.
- А, - отмахнулся барин, - на этих не обращайте внимания.
