Видеозапись выглядела так, словно та комната пустовала весь злополучный вечер. Если бы не странный разрыв во временных метках видеоряда, откуда так неумело вырвали целый кусок.
Маркус ничего не знал. Либо делал вид, что не знает. А Винсент и не пытался это уточнить. Ему не хотелось в очередной раз выслушивать, какой он несмышлёный, позорящий своего отца отпрыск, не способный прислушаться даже к очень простым рекомендациям.
В дверь постучали. Винсент напрягся. Томное дыхание, причмокивание, нервное подёргивание высокого каблука о паркет. За дверью стояла Кела.
– Войдите.
– Мистер Джонс, я принесла последние документы от мистера Уайта.
Белокурая девушка протянула флешку, наклоняясь чуть ниже, чем это требовалось. Её блузка была застёгнута не на все пуговицы и при таком ракурсе Винсенту открылись округлые формы её груди, норовящие выскочить из одежды.
Винсент демонстративно передвинул свой монитор, загораживаясь от девушки.
– Кела, эти файлы не обязательно приносить. Можно было отправить в сообщении.
Девушка обиженно выдохнула:
– Я думала, они слишком важные, чтобы отправлять их почтой…
– Нет, – отрезал Винсент и уткнулся в монитор, делая вид, что очень занят.
Келу это не остановило, она обошла стол и, встав у Винсента за спиной, коснулась его плеч.
– Ты напряжён, – сказала девушка, сдавливая его мышцы.
Винсент сорвался в одну секунду. Он схватил девушку за шею, прижав её к окну. Стекло затрещало. Кела испуганно взглянула вниз, едва доставая ногами до пола.
– Не приходи больше ко мне! – зарычал Винсент. – Не прикасайся ко мне. Держись от меня подальше.
После этого он ослабил хватку. Кела, задыхаясь, схватилась за горло и выбежала из кабинета. Когда дверь за ней закрылась, Винсент сполз по стене на пол и обхватил голову руками.
Проблема не в приближающемся голоде. Проблема в том, что Винсент, действительно, превращался в своего отца.
«Ты чудовище! Ты монстр!» – говорили глаза Виолы в воспоминании.
Самые прекрасные голубые глаза, но полные слёз в тот день.
Тогда он всё сделал не так. Ошибку на ошибке. Сначала он взял Виолу за руку, пообещал, что будет рядом. А потом бросил её в темноте клуба. Один на один с опасностями, подстерегающими за углом.
И он её потерял. Навсегда.
Такой и был план.
Но почему теперь так больно?
Может, потому что это был план Маркуса, а Винсент хотел совсем иного?
– Да, конечно, у меня есть такой специалист…
Маркус говорил по гарнитуре, но жестом показал заходить. Винсент сел на свободное кресло и скрестил руки на груди в ожидании.
– Я рассчитываю на полную конфиденциальность с твоей стороны, – говорил Маркус собеседнику. – Жду координаты, время назначу я. Всё, отбой.
Маркус завершил звонок и снял гарнитуру.
– Сын, у меня для тебя первое задание.
– Мне уже не нравится, – заметил Винсент.
– Ничего такого, но зато по пути сможешь перекусить. Я вижу, ты опять голоден.
– Я не голоден.
– Меня только не обманывай. И да, я слышал твою стычку с Келой. Зря ты так с ней, хорошая девочка, помогает снять напряжение.
Маркус ухмыльнулся, отбрасывая чёрную прядь с лица.
– И часто она снимает твоё напряжение? От Виолы ты мне советовал держаться подальше, а эту наоборот рекомендуешь?
Винсент закипал, но пытался сдержать себя.
– Виолы? – переспросил Маркус, нахмурившись, словно пытаясь вспомнить. – Ах, да. Та девчонка из школы? Забудь, всё в прошлом. От неё, действительно, веяло опасностью. А Кела под моим контролем, за неё я не переживаю.
Винсент напрягся.
– В смысле «веяло опасностью»? Ты с ней встречался?
Маркус рассмеялся, что случалось с ним нечасто.
– Ну… по твоим рассказам. По твоим рассказам всё так и было.
Борнали не умеют лгать. Винсент знал это по себе. Но если хорошо потренироваться, то говорить неправду борнали всё-таки могут. Вернее, выворачивать другую правду так, что она прекрасно сойдёт за необходимую ложь.
Если отец встречался с Виолой вживую, то, значит, он тайно проникал в школу? Винсента теперь не отпускала эта мысль.
– Хорошо, не будем о женщинах. Вижу, ты у меня парень серьёзный. Давай о деле. Сегодня ночью тебе предстоит совершить сделку.
– Я думал, сделки совершаются днём…
– Это не совсем законная сделка. – Маркус улыбнулся, сверкнув глазами. Огненные ореолы появились на миг и тут же исчезли. – У меня есть деловой партнер, поставщик. Понимаешь, в нашей сфере нелегко получить разрешения на все необходимые объекты исследования. Из всего Конгломерата только Стивен Брукс и Джоанна Морис могут проводить опыты над живыми людьми и им за это ничего не будет. Остальным же пока приходится выкручиваться другими способами. Но это ненадолго. Скоро ветер перемен подует в нашу сторону. Извини, я отошёл от темы…
Винсент заметил странную закономерность. Когда он встречался с отцом в канализационных коллекторах или на нижних уровнях под покровом ночи, Маркус сохранял образ загадочности и молчаливости. А стоило Винсенту попасть в привычную среду Маркуса, на верхние этажи башен Скай-Сити, как отец ему раскрылся с новой стороны.
– Ты и четверо парней из моей охраны сегодня обменяете десять тысяч золотых коинов на пять небольших холодильников.
– Звучит не очень надежно.
– Не беспокойся, люди надёжные, алгоритм отработанный.
– С этих слов обычно начинаются все неприятности, – усмехнулся Винсент.
– Возьмёте на пятом уровне списанный транспортник, он уже подготовлен. Координаты и точное время встречи я сообщу.
– Как я узнаю, с кем будет обмен и как проверить груз?
Винсент нахмурился. Ему вся эта затея совсем не нравилась. Одно дело следовать хитрым экономическим стратегиям отца, а в промежутках строить скучные графики и отчёты. И совсем другое – участвовать в каких-то незаконных сделках.
– Очень просто, – ответил Маркус. – Отсканируешь пломбы. Если на экране высветится зелёный индикатор, значит, груз верный. Если красный, значит, обман. При загрузке содержимого подделать пломбу нереально. Так что это стопроцентная гарантия.
Маркус достал из ящика небольшой прибор, больше похожий на карманный фонарик, и выложил на стол.
– Сканер, – пояснил он.
Винсент, действительно, чувствовал голод. Но четверо бойцов спецназа неотрывно следовали за ним по пятам, поэтому охоту пришлось отложить.
Координаты места встречи привели их на окраины Мегаполиса на третьем уровне. Припарковав транспортник на площадке, перед старым складским зданием, группа зашла внутрь.
На улице стояла ночь, фонари в этом районе не работали, поэтому на складе царила тьма. Винсент шёл впереди между высоких бетонных колонн. Впервые он не стеснялся своих глаз, в темноте загоревшихся оранжевыми ореолами. Бойцы осторожно ступали рядом в полной экипировке: бронежилеты, каски с очками ночного видения, автоматические винтовки. Слишком хорошая подготовка для рядовой сделки.
Наконец, впереди показалась группа людей в бесформенных многослойных одеждах, рядом с ними стояли большие пластиковые контейнеры.
– Давайте быстро обменяемся и разойдёмся, – предложил Винсент.
Люди в балахонах сняли капюшоны, и в темноте вспыхнул десяток красных глаз.
– Какого?! – воскликнул Винсент, готовый к обороне.
Вирсуи зашипели, но нападать не стали.
– Маркус прислал ещё одного борнали. – Один красноглазый гадко сплюнул. – Развелось их…
– Коины принёс? – спросил другой.
Винсент перестал понимать, что происходит. Отец ведёт дела с вирсуи? Но как, почему? Он же всегда был против них.
– Покажите товар, – потребовал Винсент.
– Иди и смотри, – усмехнулся вирсуи.
Винсент осторожно пошёл вперёд. Бойцы ступали рядом, держа винтовки наготове. Контейнеры представляли собой полуметровые холодильники, такие обычно используют для перевозки органов. Сканер пикнул по первой пломбе и загорелся зелёным, второй так же. Вирсуи терпеливо ждали. Винсент косился на них, но продолжал сканировать.
Снаружи донеслись звуки прилетевшего транспортника и пары реактивных аэрокаров.
Винсент переглянулся с вирсуи. По их растерянным лицам он понял, что на сделку прибыл кто-то третий.
– Давай деньги, мы уходим. Дальше не наши проблемы.
Винсент достал тензор с необходимой суммой и начал вводить ключ доступа, когда одна стена склада просто исчезла, и на её месте вспыхнул ослепляющий свет. Обжигающий ядовитый свет. Ультрафиолет длинного спектра. И вдобавок к нему включился ультразвук.
Винсент потерял одновременно и зрение, и слух. В ушах стоял звон, глаза щипали от боли, дезориентация подкосила ноги. А потом на Винсента упало что-то тонкое, но невообразимо тяжёлое, как целый дом.
Борнали больше не смог подняться.
Холод пронизывал изнутри, кровь загустела. В ушах ещё звенело, но зрение потихоньку возвращалось в виде цветных пятен и размытых силуэтов. Винсент попытался пошевелиться, но по-прежнему не мог этого сделать. Его словно накрыло свинцовым одеялом. Или золотым. Неужели его поймали? Как какого-то зверя. Заманили в ловушку и накинули сеть.
Перед взглядом замелькали тени. Они обступили Винсента. Сквозь звон звучал один голос:
– Я просто не мог это пропустить. Без шуток. Хотел увидеть лично. О, ты прекрасен! Глазки просто чудо. Потом поставлю их в формалине себе на стол. Или они потухнут, если их вырвать? Ладно, всё, пакуйте его и увозите. У Адама всё готово.
И наступила полная тьма.
– Пэт, и какое отношение я имею к третьему уровню?
Патрик Соренс выглядел маленьким и щуплым, когда эта стальная блондинка во всём сером нависла над ним в его же кабинете.
– Ханна, дорогая, – ласково пропел он. – Ты никакого отношения к третьему уровню не имеешь, но то, что там произошло – явно твой профиль.
Вольф фыркнула и развернулась.
– И что же там такое? Маргиналы устроили поножовщину с ритуальным самосожжением? Или опять раскрыли банду по торговле органами?
– Почти угадала.
Патрик улыбнулся, потирая руки. Ханна медленно повернулась.
– Рассказывай, – процедила она.
– Девять трупов с ожогами разной степени. Четыре из них с пулевыми ранениями, хотя были в бронежилетах и с автоматами, стреляли в упор, в головы. На месте обнаружены холодильники с человеческими органами и тензор для хранения крупных сумм коинов. Наши спецы уже подбирают к нему ключи доступа.
– То есть все мертвы и на месте остались и товар, и деньги? – уточнила Ханна, прищурившись.
– В точку! А ещё у пяти трупов обнаружены зубы странной формы. Похожие на клыки.
– Я в деле, высылай подробности мне на планшет.
Ханна Вольф неспешно брела по заброшенному складу. Одной стены тут не хватало, поэтому солнечный свет проникал в большом объеме. На бетонном полу в грязи и пыли валялись куски бетона и другого мусора. Вдруг что-то блеснуло внизу. Ханна наклонилась и аккуратно потянула за край. Из-под обломка вылезла разорванная длинная цепочка. На другом её конце болталась цветная пластиковая карточка. Пропуск. Ханна рукавом протёрла карточку от грязи, с фотографии смотрело знакомое лицо, а надпись гласила: «Винсент Джонс, башня Инновация, 57 этаж. Доступ: полный»
Ханна Вольф ухмыльнулась.
– А я уж испугалась, что в этот раз без тебя обойдется, – сказала она.
Башня Инновация – не самая высокая в Скай-Сити. Главная её особенность заключалась в том, что первый этаж располагался на первом уровне и по мере роста башни, росли и уровни. Пятьдесят седьмой этаж – это примерно уровень десятый. Высоко забрался мальчик после выпуска из интерната.
Не смотря на то, что башня Инновация стоит буквально на земле, попасть в неё с первых уровней нельзя. Стены из армированного бетона двухметровой ширины простирались до шестого уровня. И только с седьмого открывался проход в главный вестибюль.
– Полиция Мегаполиса, Ханна Вольф. Могу я поговорить с отделом кадров?
Девушка на ресепшн выпучила глаза, как будто впервые увидела полицейский значок.
– П-по к-какому вопросу? – заикаясь, спросила она.
– По вопросу кадров, – невозмутимо ответила Ханна.
Девушка начала быстро стучать по клавиатуре. Потом, видимо, ждала ответ, получила его, изучала какое-то время и, наконец, протянула пластиковую карточку:
– Ваш временный пропуск. Пятьдесят четвертый этаж, сектор «Б», офис двенадцать.
Ханна Вольф взяла пластик и, молча пройдя через турникеты, задержалась перед раздвижными металлическими дверьми. Не каждый день выдаётся возможность прокатиться на скоростных лифтах. Да и в Скай-Сити Ханну впервые завело расследование.
Винсент не выходил на связь уже второй день. Маркус мерил шагами свой просторный кабинет. Во время ночной сделки что-то пошло не так. Какая-то крыса слила информацию. Пропал и груз, и деньги, и Винсент. Другая сторона тоже в замешательстве. У Маркуса проблемы. Но с вирсуи он легко их решит. А вот куда мог исчезнуть сын?
Нет, предать он не мог. Никак. Исключено.
Виоле нравилась её работа. Первое время возникали различные трудности. Иной коллектив, иной ритм жизни, иная специфика. Но человек ко всему привыкает.
Предоставленная корпорацией квартира располагалась в жилом районе на востоке девятого уровня, а здание «Брукс Фарме» – на юго-западе. На работу и обратно приходилось добираться через весь уровень, поэтому Виола часто брала дополнительные ночные смены или просто оставалась на ночь на работе. Её медицинские показатели из-за этого резко упали, тогда начальник сделал замечание и вынудил взять её неделю отгулов.
– Мы тут не людей спасаем, мисс Флауэрс, без вас никто не умрёт. Обещаю, – сказал он.
Виола согласилась и отправилась на длительные выходные. Впервые за два последних месяца она начала высыпаться ночами. Ей даже ничего не снилось.
Корпоративная квартира смотрелась серой и пустоватой. Мебель стояла только самая необходимая, без изысков: шкаф, кровать, обеденный стол и пара стульев. Кухня как таковая отсутствовала. Но она и не нужна. Из сырых продуктов Виола ничего не готовила, а предпочитала покупать пакетики бочи-бан – дегидрированные наборы готовой еды. Выдавливаешь содержимое пакета на тарелку, ставишь в мультифункциональную печь, пять минут, и обед готов.
Чтение Виоле наскучило на второй день, к рисованию она не притрагивалась уже три месяца и теперь боялась возвращаться. Друзей у Виолы не было. Какое-то время после выпускного бывшие одноклассники поддерживали контакты друг с другом, но очень быстро их общение сошло на «нет». У всех новая жизнь, новые интересы, новые знакомые.
На третий выходной день Виола откровенно заскучала. Она попробовала начать вести новый личный дневник, но целый час просидела с пустой страницей. Так и не написала ни фразы.
Несколько раз Виолу посещали мысли отстричь волосы, сделать их совсем короткими, или перекрасить в другой цвет. Но потом она понимала, что длинные красные волосы – это единственное, что осталось от той прежней Виолы Флауэрс, девочки-отличницы, которая жила мечтами и была почти счастлива.
На четвёртый день Виола не выдержала и с самого утра отправилась на работу. Лето уже закончилось, но погода стояла хорошая: сухая и тёплая.
Виола до сих пор боялась пользоваться аэробасами, поэтому доходила пешком до ближайшей станции монорельса и дальше ехала семь остановок почти до Скай-Сити. Оттуда снова пешком. Да, получался большой крюк и по времени дольше. Зато безопаснее.
Пусть та катастрофа, в которой погибла Трейси, так и осталась единственной, Виола предпочитала перестраховаться.
Маркус ничего не знал. Либо делал вид, что не знает. А Винсент и не пытался это уточнить. Ему не хотелось в очередной раз выслушивать, какой он несмышлёный, позорящий своего отца отпрыск, не способный прислушаться даже к очень простым рекомендациям.
В дверь постучали. Винсент напрягся. Томное дыхание, причмокивание, нервное подёргивание высокого каблука о паркет. За дверью стояла Кела.
– Войдите.
– Мистер Джонс, я принесла последние документы от мистера Уайта.
Белокурая девушка протянула флешку, наклоняясь чуть ниже, чем это требовалось. Её блузка была застёгнута не на все пуговицы и при таком ракурсе Винсенту открылись округлые формы её груди, норовящие выскочить из одежды.
Винсент демонстративно передвинул свой монитор, загораживаясь от девушки.
– Кела, эти файлы не обязательно приносить. Можно было отправить в сообщении.
Девушка обиженно выдохнула:
– Я думала, они слишком важные, чтобы отправлять их почтой…
– Нет, – отрезал Винсент и уткнулся в монитор, делая вид, что очень занят.
Келу это не остановило, она обошла стол и, встав у Винсента за спиной, коснулась его плеч.
– Ты напряжён, – сказала девушка, сдавливая его мышцы.
Винсент сорвался в одну секунду. Он схватил девушку за шею, прижав её к окну. Стекло затрещало. Кела испуганно взглянула вниз, едва доставая ногами до пола.
– Не приходи больше ко мне! – зарычал Винсент. – Не прикасайся ко мне. Держись от меня подальше.
После этого он ослабил хватку. Кела, задыхаясь, схватилась за горло и выбежала из кабинета. Когда дверь за ней закрылась, Винсент сполз по стене на пол и обхватил голову руками.
Проблема не в приближающемся голоде. Проблема в том, что Винсент, действительно, превращался в своего отца.
«Ты чудовище! Ты монстр!» – говорили глаза Виолы в воспоминании.
Самые прекрасные голубые глаза, но полные слёз в тот день.
Тогда он всё сделал не так. Ошибку на ошибке. Сначала он взял Виолу за руку, пообещал, что будет рядом. А потом бросил её в темноте клуба. Один на один с опасностями, подстерегающими за углом.
И он её потерял. Навсегда.
Такой и был план.
Но почему теперь так больно?
Может, потому что это был план Маркуса, а Винсент хотел совсем иного?
– Да, конечно, у меня есть такой специалист…
Маркус говорил по гарнитуре, но жестом показал заходить. Винсент сел на свободное кресло и скрестил руки на груди в ожидании.
– Я рассчитываю на полную конфиденциальность с твоей стороны, – говорил Маркус собеседнику. – Жду координаты, время назначу я. Всё, отбой.
Маркус завершил звонок и снял гарнитуру.
– Сын, у меня для тебя первое задание.
– Мне уже не нравится, – заметил Винсент.
– Ничего такого, но зато по пути сможешь перекусить. Я вижу, ты опять голоден.
– Я не голоден.
– Меня только не обманывай. И да, я слышал твою стычку с Келой. Зря ты так с ней, хорошая девочка, помогает снять напряжение.
Маркус ухмыльнулся, отбрасывая чёрную прядь с лица.
– И часто она снимает твоё напряжение? От Виолы ты мне советовал держаться подальше, а эту наоборот рекомендуешь?
Винсент закипал, но пытался сдержать себя.
– Виолы? – переспросил Маркус, нахмурившись, словно пытаясь вспомнить. – Ах, да. Та девчонка из школы? Забудь, всё в прошлом. От неё, действительно, веяло опасностью. А Кела под моим контролем, за неё я не переживаю.
Винсент напрягся.
– В смысле «веяло опасностью»? Ты с ней встречался?
Маркус рассмеялся, что случалось с ним нечасто.
– Ну… по твоим рассказам. По твоим рассказам всё так и было.
Борнали не умеют лгать. Винсент знал это по себе. Но если хорошо потренироваться, то говорить неправду борнали всё-таки могут. Вернее, выворачивать другую правду так, что она прекрасно сойдёт за необходимую ложь.
Если отец встречался с Виолой вживую, то, значит, он тайно проникал в школу? Винсента теперь не отпускала эта мысль.
– Хорошо, не будем о женщинах. Вижу, ты у меня парень серьёзный. Давай о деле. Сегодня ночью тебе предстоит совершить сделку.
– Я думал, сделки совершаются днём…
– Это не совсем законная сделка. – Маркус улыбнулся, сверкнув глазами. Огненные ореолы появились на миг и тут же исчезли. – У меня есть деловой партнер, поставщик. Понимаешь, в нашей сфере нелегко получить разрешения на все необходимые объекты исследования. Из всего Конгломерата только Стивен Брукс и Джоанна Морис могут проводить опыты над живыми людьми и им за это ничего не будет. Остальным же пока приходится выкручиваться другими способами. Но это ненадолго. Скоро ветер перемен подует в нашу сторону. Извини, я отошёл от темы…
Винсент заметил странную закономерность. Когда он встречался с отцом в канализационных коллекторах или на нижних уровнях под покровом ночи, Маркус сохранял образ загадочности и молчаливости. А стоило Винсенту попасть в привычную среду Маркуса, на верхние этажи башен Скай-Сити, как отец ему раскрылся с новой стороны.
– Ты и четверо парней из моей охраны сегодня обменяете десять тысяч золотых коинов на пять небольших холодильников.
– Звучит не очень надежно.
– Не беспокойся, люди надёжные, алгоритм отработанный.
– С этих слов обычно начинаются все неприятности, – усмехнулся Винсент.
– Возьмёте на пятом уровне списанный транспортник, он уже подготовлен. Координаты и точное время встречи я сообщу.
– Как я узнаю, с кем будет обмен и как проверить груз?
Винсент нахмурился. Ему вся эта затея совсем не нравилась. Одно дело следовать хитрым экономическим стратегиям отца, а в промежутках строить скучные графики и отчёты. И совсем другое – участвовать в каких-то незаконных сделках.
– Очень просто, – ответил Маркус. – Отсканируешь пломбы. Если на экране высветится зелёный индикатор, значит, груз верный. Если красный, значит, обман. При загрузке содержимого подделать пломбу нереально. Так что это стопроцентная гарантия.
Маркус достал из ящика небольшой прибор, больше похожий на карманный фонарик, и выложил на стол.
– Сканер, – пояснил он.
Винсент, действительно, чувствовал голод. Но четверо бойцов спецназа неотрывно следовали за ним по пятам, поэтому охоту пришлось отложить.
Координаты места встречи привели их на окраины Мегаполиса на третьем уровне. Припарковав транспортник на площадке, перед старым складским зданием, группа зашла внутрь.
На улице стояла ночь, фонари в этом районе не работали, поэтому на складе царила тьма. Винсент шёл впереди между высоких бетонных колонн. Впервые он не стеснялся своих глаз, в темноте загоревшихся оранжевыми ореолами. Бойцы осторожно ступали рядом в полной экипировке: бронежилеты, каски с очками ночного видения, автоматические винтовки. Слишком хорошая подготовка для рядовой сделки.
Наконец, впереди показалась группа людей в бесформенных многослойных одеждах, рядом с ними стояли большие пластиковые контейнеры.
– Давайте быстро обменяемся и разойдёмся, – предложил Винсент.
Люди в балахонах сняли капюшоны, и в темноте вспыхнул десяток красных глаз.
– Какого?! – воскликнул Винсент, готовый к обороне.
Вирсуи зашипели, но нападать не стали.
– Маркус прислал ещё одного борнали. – Один красноглазый гадко сплюнул. – Развелось их…
– Коины принёс? – спросил другой.
Винсент перестал понимать, что происходит. Отец ведёт дела с вирсуи? Но как, почему? Он же всегда был против них.
– Покажите товар, – потребовал Винсент.
– Иди и смотри, – усмехнулся вирсуи.
Винсент осторожно пошёл вперёд. Бойцы ступали рядом, держа винтовки наготове. Контейнеры представляли собой полуметровые холодильники, такие обычно используют для перевозки органов. Сканер пикнул по первой пломбе и загорелся зелёным, второй так же. Вирсуи терпеливо ждали. Винсент косился на них, но продолжал сканировать.
Снаружи донеслись звуки прилетевшего транспортника и пары реактивных аэрокаров.
Винсент переглянулся с вирсуи. По их растерянным лицам он понял, что на сделку прибыл кто-то третий.
– Давай деньги, мы уходим. Дальше не наши проблемы.
Винсент достал тензор с необходимой суммой и начал вводить ключ доступа, когда одна стена склада просто исчезла, и на её месте вспыхнул ослепляющий свет. Обжигающий ядовитый свет. Ультрафиолет длинного спектра. И вдобавок к нему включился ультразвук.
Винсент потерял одновременно и зрение, и слух. В ушах стоял звон, глаза щипали от боли, дезориентация подкосила ноги. А потом на Винсента упало что-то тонкое, но невообразимо тяжёлое, как целый дом.
Борнали больше не смог подняться.
Холод пронизывал изнутри, кровь загустела. В ушах ещё звенело, но зрение потихоньку возвращалось в виде цветных пятен и размытых силуэтов. Винсент попытался пошевелиться, но по-прежнему не мог этого сделать. Его словно накрыло свинцовым одеялом. Или золотым. Неужели его поймали? Как какого-то зверя. Заманили в ловушку и накинули сеть.
Перед взглядом замелькали тени. Они обступили Винсента. Сквозь звон звучал один голос:
– Я просто не мог это пропустить. Без шуток. Хотел увидеть лично. О, ты прекрасен! Глазки просто чудо. Потом поставлю их в формалине себе на стол. Или они потухнут, если их вырвать? Ладно, всё, пакуйте его и увозите. У Адама всё готово.
И наступила полная тьма.
***
– Пэт, и какое отношение я имею к третьему уровню?
Патрик Соренс выглядел маленьким и щуплым, когда эта стальная блондинка во всём сером нависла над ним в его же кабинете.
– Ханна, дорогая, – ласково пропел он. – Ты никакого отношения к третьему уровню не имеешь, но то, что там произошло – явно твой профиль.
Вольф фыркнула и развернулась.
– И что же там такое? Маргиналы устроили поножовщину с ритуальным самосожжением? Или опять раскрыли банду по торговле органами?
– Почти угадала.
Патрик улыбнулся, потирая руки. Ханна медленно повернулась.
– Рассказывай, – процедила она.
– Девять трупов с ожогами разной степени. Четыре из них с пулевыми ранениями, хотя были в бронежилетах и с автоматами, стреляли в упор, в головы. На месте обнаружены холодильники с человеческими органами и тензор для хранения крупных сумм коинов. Наши спецы уже подбирают к нему ключи доступа.
– То есть все мертвы и на месте остались и товар, и деньги? – уточнила Ханна, прищурившись.
– В точку! А ещё у пяти трупов обнаружены зубы странной формы. Похожие на клыки.
– Я в деле, высылай подробности мне на планшет.
Ханна Вольф неспешно брела по заброшенному складу. Одной стены тут не хватало, поэтому солнечный свет проникал в большом объеме. На бетонном полу в грязи и пыли валялись куски бетона и другого мусора. Вдруг что-то блеснуло внизу. Ханна наклонилась и аккуратно потянула за край. Из-под обломка вылезла разорванная длинная цепочка. На другом её конце болталась цветная пластиковая карточка. Пропуск. Ханна рукавом протёрла карточку от грязи, с фотографии смотрело знакомое лицо, а надпись гласила: «Винсент Джонс, башня Инновация, 57 этаж. Доступ: полный»
Ханна Вольф ухмыльнулась.
– А я уж испугалась, что в этот раз без тебя обойдется, – сказала она.
Башня Инновация – не самая высокая в Скай-Сити. Главная её особенность заключалась в том, что первый этаж располагался на первом уровне и по мере роста башни, росли и уровни. Пятьдесят седьмой этаж – это примерно уровень десятый. Высоко забрался мальчик после выпуска из интерната.
Не смотря на то, что башня Инновация стоит буквально на земле, попасть в неё с первых уровней нельзя. Стены из армированного бетона двухметровой ширины простирались до шестого уровня. И только с седьмого открывался проход в главный вестибюль.
– Полиция Мегаполиса, Ханна Вольф. Могу я поговорить с отделом кадров?
Девушка на ресепшн выпучила глаза, как будто впервые увидела полицейский значок.
– П-по к-какому вопросу? – заикаясь, спросила она.
– По вопросу кадров, – невозмутимо ответила Ханна.
Девушка начала быстро стучать по клавиатуре. Потом, видимо, ждала ответ, получила его, изучала какое-то время и, наконец, протянула пластиковую карточку:
– Ваш временный пропуск. Пятьдесят четвертый этаж, сектор «Б», офис двенадцать.
Ханна Вольф взяла пластик и, молча пройдя через турникеты, задержалась перед раздвижными металлическими дверьми. Не каждый день выдаётся возможность прокатиться на скоростных лифтах. Да и в Скай-Сити Ханну впервые завело расследование.
***
Винсент не выходил на связь уже второй день. Маркус мерил шагами свой просторный кабинет. Во время ночной сделки что-то пошло не так. Какая-то крыса слила информацию. Пропал и груз, и деньги, и Винсент. Другая сторона тоже в замешательстве. У Маркуса проблемы. Но с вирсуи он легко их решит. А вот куда мог исчезнуть сын?
Нет, предать он не мог. Никак. Исключено.
Глава 16. Работа в лаборатории
Виоле нравилась её работа. Первое время возникали различные трудности. Иной коллектив, иной ритм жизни, иная специфика. Но человек ко всему привыкает.
Предоставленная корпорацией квартира располагалась в жилом районе на востоке девятого уровня, а здание «Брукс Фарме» – на юго-западе. На работу и обратно приходилось добираться через весь уровень, поэтому Виола часто брала дополнительные ночные смены или просто оставалась на ночь на работе. Её медицинские показатели из-за этого резко упали, тогда начальник сделал замечание и вынудил взять её неделю отгулов.
– Мы тут не людей спасаем, мисс Флауэрс, без вас никто не умрёт. Обещаю, – сказал он.
Виола согласилась и отправилась на длительные выходные. Впервые за два последних месяца она начала высыпаться ночами. Ей даже ничего не снилось.
Корпоративная квартира смотрелась серой и пустоватой. Мебель стояла только самая необходимая, без изысков: шкаф, кровать, обеденный стол и пара стульев. Кухня как таковая отсутствовала. Но она и не нужна. Из сырых продуктов Виола ничего не готовила, а предпочитала покупать пакетики бочи-бан – дегидрированные наборы готовой еды. Выдавливаешь содержимое пакета на тарелку, ставишь в мультифункциональную печь, пять минут, и обед готов.
Чтение Виоле наскучило на второй день, к рисованию она не притрагивалась уже три месяца и теперь боялась возвращаться. Друзей у Виолы не было. Какое-то время после выпускного бывшие одноклассники поддерживали контакты друг с другом, но очень быстро их общение сошло на «нет». У всех новая жизнь, новые интересы, новые знакомые.
На третий выходной день Виола откровенно заскучала. Она попробовала начать вести новый личный дневник, но целый час просидела с пустой страницей. Так и не написала ни фразы.
Несколько раз Виолу посещали мысли отстричь волосы, сделать их совсем короткими, или перекрасить в другой цвет. Но потом она понимала, что длинные красные волосы – это единственное, что осталось от той прежней Виолы Флауэрс, девочки-отличницы, которая жила мечтами и была почти счастлива.
На четвёртый день Виола не выдержала и с самого утра отправилась на работу. Лето уже закончилось, но погода стояла хорошая: сухая и тёплая.
Виола до сих пор боялась пользоваться аэробасами, поэтому доходила пешком до ближайшей станции монорельса и дальше ехала семь остановок почти до Скай-Сити. Оттуда снова пешком. Да, получался большой крюк и по времени дольше. Зато безопаснее.
Пусть та катастрофа, в которой погибла Трейси, так и осталась единственной, Виола предпочитала перестраховаться.
