Вместо отдыха и наполненности чувствовала разбитость, словно меня пропустили через адскую машину, несколько раз прокрутив. Голова болела, в ушах звенело. Еще и поймала на себе чей-то взгляд. Я ойкнула от неожиданности и быстро села на постели, набросив на плечи одеяло.
Передо мной, хлопая кожистыми крыльями, в воздухе парило странное существо. Оно было не крупнее маленького поросенка. Мордочка с торчащими ушками и вздернутым носом тоже слегка напоминала поросячью. Чуть влажная кожа существа казалась вылепленной из глины. У него было две тонкие руки (или лапы) с когтистыми пальцами, и парочка мускулистых ног.
Существо разглядывало меня, скрипучим голосом бормоча:
– Так, особых дефектов не вижу. Мордаха даже немного симпатичная. А вот рога не симметричны. Один сильнее загнут.
– Сам ты несимметричный! – буркнула в ответ я, тряхнув головой, будто желая таким образом «выпрямить» рога. – Ты что вообще такое?
– Я Чант, фамильяр. А ты – тот самый ключ для хозяина.
– Какой еще ключ? – прыснула я. – Ты чего несешь? Похоже, в твоей глиняной башке все смешалось и перепуталось.
Чант выразительно посмотрел на меня.
– Ну, поглядим потом – у кого что перепуталось.
Я встала с кровати, и, обмотав одеяло вокруг тела, заглянула в ванную комнату. На полу было чисто и сухо, моей сброшенной одежды нигде не наблюдалось.
– А куда делся мой костюм, не знаешь? – повернулась я к Чанту.
Тот издал звук, напоминающий фырканье.
– Полагаю, Арчи его сжег.
– Ну, зачем же так! – раздосадовано всплеснула я руками. – Можно же было постирать. Я не настолько богата, чтобы разбрасываться одеждой! А это был мой новый концертный костюм.
Чант лишь фыркнул еще раз.
– Арчи – это тот тип, что меня вчера сюда привел? Выходит, он лазил тут ночью у меня в комнате? – недовольно сощурилась я.
– Пф. У хозяина есть много способов телепортировать любую вещь в любое место. Я, собственно, чего здесь? Он приглашает тебя к завтраку. Так что, прилично оденься и спускайся. Ну, бывай!
Чант слегка дохнул воздухом и тут же исчез.
– И во что же мне одеться? – хмуро поинтересовалась я у пустоты.
Потом вспомнила, как Арчи вчера говорил что-то насчет «чистой одежды в шкафу». Я заглянула туда и увидела несколько платьев зеленого, розового и коричневого цветов. Из моей груди тут же вырвался вздох восхищения. Чистая, выглаженная одежда из приятной льняной ткани. Красивого покроя, со складочками и вышивкой. Я потянулась было к платью, но тут же остановилась, мрачно задумавшись. Такая щедрость явно неспроста. За все это придется заплатить. Но вот что Кейн потребует взамен? Предположения вспыхивали в голове одно за другим, и все были безрадостными. Я вышла на балкон, тут же попав под морской ветер. Глянула вниз, туда, где волны разбивались о скалы. Прыгать рискованно: очень высоко.
Я вернулась в комнату и, поняв, что выбора у меня пока нет, потянулась к зеленому платью. Не голой же идти, в конце концов! В шкафу также нашлось белье и пара мягких домашних тапочек. А в комоде – расческа, ленты для волос и немного косметики. Я неспешно оделась, собрала волосы в слегка растрепанный пучок, покрутилась перед зеркалом, корча рожицы и стараясь наслаждаться каждым мигом. Когда еще выпадет шанс принарядиться?!
Пора было спускаться к завтраку.
– Ну, наконец-то! – Чант, при виде меня, энергичнее замахал крыльями, выдавая нетерпение. – Долго копаешься.
Он ждал меня в самом низу башни.
– А я и не спешу! – решила состроить важную физиономию.
Он фыркнул и провел меня через боковую узкую дверь. Там оказался такой низкий проем, что я стукнулась рогами о дверной косяк.
– Тяжкая жизнь у дэйви! – вздохнула я, почесав лоб. – Не везде вписываешься.
Следуя за Чантом по узкому коридору, я оказалась в просторной и светлой столовой, декорированной в бирюзовых тонах. За прямоугольным столом уже сидели Кейн и Арчи. Оба были в светлых рубашках и коричневых брюках, только у Арчи еще и сверху жилетка. Едва я сделала шаг и бросила взгляд на Кейна, как вдруг поймала странное чувство. Будто легкая волна поднялась от пупка до самой груди. Причем, это было некое стороннее чувство, я четко отследила. Да, во мне самой тоже всколыхнулась толика смущения, при воспоминании, что я устроила на вечеринке. Но было и еще что-то. Плечо стало отчаянно зудеть, как раз в том месте, куда недавно угодила магическая «стрела». Судя по тому, как вздрогнул Кейн и потянулся к своему плечу, он ощутил нечто похожее. Я перехватила его задумчивый взгляд, но тут же отвела глаза.
Арчи, как и вчера, поглядывал на меня с нескрываемым пренебрежением.
– Что ж, доброе утро, господа! – блеснув широкой улыбкой, я нарочито сделала реверанс.
Арчи закатил глаза.
– Можешь не кривляться, как шут.
– Ну что вы, Арчи, я же искренне выражаю свою признательность!
– Арчи?! – на его лице вмиг отразилось глубокое возмущение. Он переводил гневный взгляд с меня на Чанта. Гомункул непринужденно отвернулся и принялся насвистывать нескладную мелодию.
Я заметила, как на лице Кейна появилась легкая улыбка, которую он тут же спрятал за ладонью. Затем кашлянул и провозгласил:
– Шарлотта, знакомьтесь, это мой помощник, Арчибальд Треверс.
– Для тебя сэр Арчибальд! – ворчливо добавил тот. – И никак иначе, ясно?
– Воля ваша, - скромно поклонилась я, тоже едва сдерживая улыбку.
Какой обидчивый, ты погляди!
– Располагайтесь, Шарлотта, - Кейн указал на стул напротив себя.
Я только собралась опуститься на мягкое сиденье, как почувствовала легкое головокружение и поспешила схватиться за спинку стула, чтобы не упасть.
– Вот вроде бы у вас такой роскошный особняк, а на деле – ни выспаться нормально, ни позавтракать, - проворчала я, кое-как нормально усевшись. – Шатает как после хорошей пьянки, уж простите! И сны еще странные.
– Ах, это, - Кейн позволил себе намек на легкую улыбку. – Не удивляйтесь. Дом наполнен магией, ее излишки хаотичными волнами проносятся всюду. С непривычки первое время может слегка штормить, да.
Я удрученно вздохнула, уже успев заметить, что от магии много проблем. Арчи кашлянул, вытер губы салфеткой и встал из-за стола.
– Что ж, я, пожалуй, наелся. Буду в кабинете, если понадоблюсь.
Он откланялся Кейну и ушел. По его выражению лица нетрудно было догадаться, что вид моей «рогатой морды» портил ему аппетит. Что ж, и славно! Мне больше достанется. Я оглядела стол, с удовлетворением найдя перед собой овсянку, щедро приправленную маслом, тосты, клубничный джем, орехи и сыр. Посреди стола в изящной синей вазе стоял букетик нарциссов, испускающих сладкий аромат. А рядом исходил паром прозрачный заварочный чайник, в котором плавали чаинки и какие-то цветы. И все такое красивое, изящное, вплоть до расписных фарфоровых чашечек, что у меня невольно случился эстетический восторг! Я на миг представила, какой была бы моя жизнь, останься я в семье матери. Наверное, похожей на эту. Богатый особняк, красивая посуда, шкаф, полный платьев, деликатесы на обед…
Но, увы, увы.
Я прогнала невеселые думы и с аппетитом принялась уминать завтрак. Такое у меня правило: сначала поесть, а потом уже разговоры. А то, если начать с разговоров, то до еды можно не добраться. Бывало и такое. Каша оказалась невероятно вкусной. Совсем не похожей на тюремное склизкое и комковатое нечто. Я наслаждалась каждой ложкой, не забывая пробовать и остальное. При этом не вела себя, как дикарка, которая хватает все и запихивает в рот. Я знала, как вести себя за столом, какими приборами пользоваться. Еще когда была маленькой, отец передал мне часть хороших манер, которые, в свое время усвоил в семье жены. А потом Берта занималась образованием всей нашей труппы. Ведь если мы хотим быть артистами для высокородных гостей, то и манеры наши должны блистать безупречностью.
Я заметила, что Чант тоже исчез. Мы с Кейном остались одни за столом. Он задумчиво поглядывал на меня поверх чашки с чаем, которую держал в руке.
– Это ведь вы прятались в библиотеке Данте в тот вечер? – внезапно подал он голос, отчего я чуть не подавилась орехом. – Подглядывали за мной и Мюриель. Я уловил присутствие чего-то инфернального.
Я прокашлялась и сделала глоток чая, чтобы успокоить раздраженное горло. Вздохнула с легкими нотками досады.
– Эх, вот и все, что от меня можно уловить! Не шлейф изысканных духов, а «что-то инфернальное». Грустно. Очень грустно. И ничего я не подглядывала! Так, мимо проходила, книжку почитать решила.
– И поэтому прокрались в библиотеку и спрятались за стеллажами? – усмехнулся Кейн, сделав глоток чая.
– Ну да, чтобы никому не мешать. Я хожу по канату, потому и легкие у меня шаги. А скромной артистке явно не разрешено посещать библиотеки знатных господ. Но тяга к знаниям оказалась столь велика, что я не удержалась!
Судя по выражению лица Кейна, его забавляли мои пылкие оправдания.
– Это все очень мило, но у Данте в тот вечер украли из сокровищницы одну важную вещь, - он говорил, не сводя с меня глаз. От этих слов мое сердце подскочило и ускорило ритм. – Стражники ничего не помнят, но они проспали несколько часов в караулке и на них есть следы магического воздействия. В то же время именно вы устроили переполох в тот вечер.
Я старалась сохранять внешнее спокойствие, хоть внутри у меня все дрожало. Если еще выяснят, что я к воровству причастна, то за мою шкуру вряд ли дадут хоть жалкого медяка.
– Я ведь уже говорила, что просто хотела впечатлить публику, и больше ничего. Нужно еще раз извиниться? Пожалуйста, я могу!
– Слишком много совпадений, не находите?
Я выдержала его прямой взгляд, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул. Кейн первым отвел взгляд, налил себе еще чаю и будничным тоном сообщил:
– Поскольку Данте – мой хороший друг, чтобы помочь ему, я провел небольшое расследование. На стражников дунули порошком чернильного сабельника. Когда вчера вечером вас доставили сюда, Чант осмотрел и обнюхал ваши вещи и уловил слабый запах чернильного сабельника, исходящий от кармана. Что скажете?
– А может, я ношу его при себе, чтобы готовить снадобье для сна! – храбро парировала я, хотя стук сердца в груди сделался похожим на рокот барабанов. – В небольшой дозе, смешанный с другими травами, сабельник отлично помогает против бессонницы. А нам, артистам, знаете, как трудно заснуть после долгих репетиций и выступлений?
– Не думаю, что вы собирались спать прямо на вечеринке.
Внезапно с его лица сошло ироничное выражение.
– Я советую вам рассказать все, как есть, Шарлотта.
По его взгляду я совершенно точно поняла: никакая уловка не подействует. Некоторое время сидела, словно прилипнув к стулу, почти не шевелясь. И только хвост нервно раскачивался из стороны в сторону.
– Так вы поэтому меня сюда и привели? – обреченно проговорила я. – Чтобы допросить, а потом снова – в тюряжку? А то и на виселицу. Что ж, хитро. Ладно-ладно, расскажу я, незачем так косо смотреть!
Я сунула в рот кусок сыра, быстро прожевала и проглотила. В конце концов, может, это мой последний кусок сыра! А потом выложила все, как было, начиная с того момента, как Гвэйт вызвал меня на разговор. В самом деле, дальше выкручиваться бессмысленно. Кейн и так уже все понял. Я даже некоторое облегчение испытала. Хоть не такой дурочкой буду казаться со своим этим поцелуем. А может, наоборот. Только дурочка согласилась бы на преступление.
Кейн слушал молча, лишь в некоторых местах поднимая бровь.
– Мда, - кашлянул, наконец, он. Мне почудилось, что за этим кашлем скрывается усмешка. – Какой шустрый малый, однако! Стащить подвеску с люстры – это, конечно, сильно. Данте будет рассержен, что его выставили таким посмешищем.
Затем Кейн посерьезнел.
– Ну а насчет камня из сокровищницы – его надо вернуть.
Я молча смотрела в тарелку, изучая витиеватый узор на ней. Так прошло несколько секунд.
– И чего вы хотите от меня? – не выдержала, я, наконец.
– Содействия, разумеется. Это же ваш дружок, наверняка вы знаете, где он прячется.
Я недовольно подняла голову.
– Во-первых, он мне не дружок. Во-вторых, насколько я знаю Гвэйта, он залег на дно. На столь глубокое, что никому не найти. Гвэйт умеет прятаться и путать следы, уж поверьте мне. А камень он уже мог продать.
Я понимала, что говорю слишком дерзко и нахально, как для своего положения, но терять уже особо нечего. Кейн ответил с нажимом:
– Придется постараться, Шарлотта.
Я прищурилась, откинув волосы назад.
– А почему, собственно, вы этим занимаетесь, а не герцог? Обчистили ведь его сокровищницу, не вашу.
Прежде чем ответить, он сделал еще глоток чая и о чем-то задумался. Уголки его рта сжались.
– Тот камень – не просто красивое украшение. И он был мне нужен. Данте собирался одолжить мне его на некоторое время. Так как? Знаете, где найти вора?
Я с вызовом подняла голову.
– Скажу, если дадите слово, что не лишите меня жизни и не отправите обратно в тюрьму!
Гулять так гулять.
Кейн усмехнулся.
– Дерзости вам не занимать. Однако в этом нет нужды. Я не стал бы вызволять вас из тюрьмы, чтобы через день вернуть обратно. Тем не менее, вы остаетесь под моим надзором. Покидать замок без разрешения вам запрещено.
Понятно. Я лишь поменяла тюрьму на более роскошную. Кейн ясно дал понять, что его слово – единственное, что удерживает меня от тюрьмы или казни. Ведь теперь на мне куда более серьезное преступление, чем переполох на вечеринке.
Что ж, Гвэйту и впрямь пора ответить за свой поступок. Теперь уже можно не бояться его козней – моя репутация и так провалилась в ад.
– Гвэйт своей авантюрой пытался впечатлить местные воровские гильдии и добиться влияния. Возможно, они что-то о нем знают. Но он действительно парень… достаточно пронырливый.
Я вспомнила, сколько раз Гвэйт избегал наказания за свои авантюры и лишь мрачно усмехнулась. Кейн некоторое время вертел в руках чашку, затем вдруг сказал.
– Говорите, этот Гвэйт – дэйви, как и вы?
– Да. А что?
– Есть один ритуал. На крови. При успешном выполнении один дэйви способен призвать другого. То есть Гвэйт появится прямо здесь.
– На крови? – мой хвост нервно встрепенулся.
– Не переживайте, там нужна всего одна капля. И вещь, принадлежащая этому Гвэйту. Ритуал безопасен, к тому же, вы здесь под моей защитой.
«Вот неизвестно, под защитой ли!»
Я глядела на Кейна исподлобья. В принципе, идея как следует покарать Гвэйта, очень соблазнительна. Вот только всякие кровавые ритуалы меня пугали. Впрочем, лучшего варианта, пожалуй, и нет.
– Вещь, принадлежащая Гвэйту…
Я задумалась. Когда-то давно я на одном из заданий потеряла пуговицу. Гвэйт покровительственным жестом срезал с жилетки свою и протянул мне, еще раз подчеркнув, что своим он всегда помогает. Теперь-то я увидела, какова его помощь! Все это – не более чем хитрая манипуляция, чтобы в нужный момент стрясти свое. А пуговица та мне понравилась. Латунная, с позолотой. Я нашила ее на свой любимый костюм.
– Мне нужно вернуться в свой шатер и забрать оттуда некоторые вещи. В том числе и ту, что пригодится для ритуала.
При мысли о встрече с Бертой и ребятами у меня кольнуло в сердце. Что они теперь обо мне подумают?
Кейн согласился.
– Что ж, это можно устроить. Арчибальд отвезет вас. Ритуал нужно проводить на убывающей луне. У нас есть еще несколько дней.
Передо мной, хлопая кожистыми крыльями, в воздухе парило странное существо. Оно было не крупнее маленького поросенка. Мордочка с торчащими ушками и вздернутым носом тоже слегка напоминала поросячью. Чуть влажная кожа существа казалась вылепленной из глины. У него было две тонкие руки (или лапы) с когтистыми пальцами, и парочка мускулистых ног.
Существо разглядывало меня, скрипучим голосом бормоча:
– Так, особых дефектов не вижу. Мордаха даже немного симпатичная. А вот рога не симметричны. Один сильнее загнут.
– Сам ты несимметричный! – буркнула в ответ я, тряхнув головой, будто желая таким образом «выпрямить» рога. – Ты что вообще такое?
– Я Чант, фамильяр. А ты – тот самый ключ для хозяина.
– Какой еще ключ? – прыснула я. – Ты чего несешь? Похоже, в твоей глиняной башке все смешалось и перепуталось.
Чант выразительно посмотрел на меня.
– Ну, поглядим потом – у кого что перепуталось.
Я встала с кровати, и, обмотав одеяло вокруг тела, заглянула в ванную комнату. На полу было чисто и сухо, моей сброшенной одежды нигде не наблюдалось.
– А куда делся мой костюм, не знаешь? – повернулась я к Чанту.
Тот издал звук, напоминающий фырканье.
– Полагаю, Арчи его сжег.
– Ну, зачем же так! – раздосадовано всплеснула я руками. – Можно же было постирать. Я не настолько богата, чтобы разбрасываться одеждой! А это был мой новый концертный костюм.
Чант лишь фыркнул еще раз.
– Арчи – это тот тип, что меня вчера сюда привел? Выходит, он лазил тут ночью у меня в комнате? – недовольно сощурилась я.
– Пф. У хозяина есть много способов телепортировать любую вещь в любое место. Я, собственно, чего здесь? Он приглашает тебя к завтраку. Так что, прилично оденься и спускайся. Ну, бывай!
Чант слегка дохнул воздухом и тут же исчез.
– И во что же мне одеться? – хмуро поинтересовалась я у пустоты.
Потом вспомнила, как Арчи вчера говорил что-то насчет «чистой одежды в шкафу». Я заглянула туда и увидела несколько платьев зеленого, розового и коричневого цветов. Из моей груди тут же вырвался вздох восхищения. Чистая, выглаженная одежда из приятной льняной ткани. Красивого покроя, со складочками и вышивкой. Я потянулась было к платью, но тут же остановилась, мрачно задумавшись. Такая щедрость явно неспроста. За все это придется заплатить. Но вот что Кейн потребует взамен? Предположения вспыхивали в голове одно за другим, и все были безрадостными. Я вышла на балкон, тут же попав под морской ветер. Глянула вниз, туда, где волны разбивались о скалы. Прыгать рискованно: очень высоко.
Я вернулась в комнату и, поняв, что выбора у меня пока нет, потянулась к зеленому платью. Не голой же идти, в конце концов! В шкафу также нашлось белье и пара мягких домашних тапочек. А в комоде – расческа, ленты для волос и немного косметики. Я неспешно оделась, собрала волосы в слегка растрепанный пучок, покрутилась перед зеркалом, корча рожицы и стараясь наслаждаться каждым мигом. Когда еще выпадет шанс принарядиться?!
Пора было спускаться к завтраку.
***
– Ну, наконец-то! – Чант, при виде меня, энергичнее замахал крыльями, выдавая нетерпение. – Долго копаешься.
Он ждал меня в самом низу башни.
– А я и не спешу! – решила состроить важную физиономию.
Он фыркнул и провел меня через боковую узкую дверь. Там оказался такой низкий проем, что я стукнулась рогами о дверной косяк.
– Тяжкая жизнь у дэйви! – вздохнула я, почесав лоб. – Не везде вписываешься.
Следуя за Чантом по узкому коридору, я оказалась в просторной и светлой столовой, декорированной в бирюзовых тонах. За прямоугольным столом уже сидели Кейн и Арчи. Оба были в светлых рубашках и коричневых брюках, только у Арчи еще и сверху жилетка. Едва я сделала шаг и бросила взгляд на Кейна, как вдруг поймала странное чувство. Будто легкая волна поднялась от пупка до самой груди. Причем, это было некое стороннее чувство, я четко отследила. Да, во мне самой тоже всколыхнулась толика смущения, при воспоминании, что я устроила на вечеринке. Но было и еще что-то. Плечо стало отчаянно зудеть, как раз в том месте, куда недавно угодила магическая «стрела». Судя по тому, как вздрогнул Кейн и потянулся к своему плечу, он ощутил нечто похожее. Я перехватила его задумчивый взгляд, но тут же отвела глаза.
Арчи, как и вчера, поглядывал на меня с нескрываемым пренебрежением.
– Что ж, доброе утро, господа! – блеснув широкой улыбкой, я нарочито сделала реверанс.
Арчи закатил глаза.
– Можешь не кривляться, как шут.
– Ну что вы, Арчи, я же искренне выражаю свою признательность!
– Арчи?! – на его лице вмиг отразилось глубокое возмущение. Он переводил гневный взгляд с меня на Чанта. Гомункул непринужденно отвернулся и принялся насвистывать нескладную мелодию.
Я заметила, как на лице Кейна появилась легкая улыбка, которую он тут же спрятал за ладонью. Затем кашлянул и провозгласил:
– Шарлотта, знакомьтесь, это мой помощник, Арчибальд Треверс.
– Для тебя сэр Арчибальд! – ворчливо добавил тот. – И никак иначе, ясно?
– Воля ваша, - скромно поклонилась я, тоже едва сдерживая улыбку.
Какой обидчивый, ты погляди!
– Располагайтесь, Шарлотта, - Кейн указал на стул напротив себя.
Я только собралась опуститься на мягкое сиденье, как почувствовала легкое головокружение и поспешила схватиться за спинку стула, чтобы не упасть.
– Вот вроде бы у вас такой роскошный особняк, а на деле – ни выспаться нормально, ни позавтракать, - проворчала я, кое-как нормально усевшись. – Шатает как после хорошей пьянки, уж простите! И сны еще странные.
– Ах, это, - Кейн позволил себе намек на легкую улыбку. – Не удивляйтесь. Дом наполнен магией, ее излишки хаотичными волнами проносятся всюду. С непривычки первое время может слегка штормить, да.
Я удрученно вздохнула, уже успев заметить, что от магии много проблем. Арчи кашлянул, вытер губы салфеткой и встал из-за стола.
– Что ж, я, пожалуй, наелся. Буду в кабинете, если понадоблюсь.
Он откланялся Кейну и ушел. По его выражению лица нетрудно было догадаться, что вид моей «рогатой морды» портил ему аппетит. Что ж, и славно! Мне больше достанется. Я оглядела стол, с удовлетворением найдя перед собой овсянку, щедро приправленную маслом, тосты, клубничный джем, орехи и сыр. Посреди стола в изящной синей вазе стоял букетик нарциссов, испускающих сладкий аромат. А рядом исходил паром прозрачный заварочный чайник, в котором плавали чаинки и какие-то цветы. И все такое красивое, изящное, вплоть до расписных фарфоровых чашечек, что у меня невольно случился эстетический восторг! Я на миг представила, какой была бы моя жизнь, останься я в семье матери. Наверное, похожей на эту. Богатый особняк, красивая посуда, шкаф, полный платьев, деликатесы на обед…
Но, увы, увы.
Я прогнала невеселые думы и с аппетитом принялась уминать завтрак. Такое у меня правило: сначала поесть, а потом уже разговоры. А то, если начать с разговоров, то до еды можно не добраться. Бывало и такое. Каша оказалась невероятно вкусной. Совсем не похожей на тюремное склизкое и комковатое нечто. Я наслаждалась каждой ложкой, не забывая пробовать и остальное. При этом не вела себя, как дикарка, которая хватает все и запихивает в рот. Я знала, как вести себя за столом, какими приборами пользоваться. Еще когда была маленькой, отец передал мне часть хороших манер, которые, в свое время усвоил в семье жены. А потом Берта занималась образованием всей нашей труппы. Ведь если мы хотим быть артистами для высокородных гостей, то и манеры наши должны блистать безупречностью.
Я заметила, что Чант тоже исчез. Мы с Кейном остались одни за столом. Он задумчиво поглядывал на меня поверх чашки с чаем, которую держал в руке.
– Это ведь вы прятались в библиотеке Данте в тот вечер? – внезапно подал он голос, отчего я чуть не подавилась орехом. – Подглядывали за мной и Мюриель. Я уловил присутствие чего-то инфернального.
Я прокашлялась и сделала глоток чая, чтобы успокоить раздраженное горло. Вздохнула с легкими нотками досады.
– Эх, вот и все, что от меня можно уловить! Не шлейф изысканных духов, а «что-то инфернальное». Грустно. Очень грустно. И ничего я не подглядывала! Так, мимо проходила, книжку почитать решила.
– И поэтому прокрались в библиотеку и спрятались за стеллажами? – усмехнулся Кейн, сделав глоток чая.
– Ну да, чтобы никому не мешать. Я хожу по канату, потому и легкие у меня шаги. А скромной артистке явно не разрешено посещать библиотеки знатных господ. Но тяга к знаниям оказалась столь велика, что я не удержалась!
Судя по выражению лица Кейна, его забавляли мои пылкие оправдания.
– Это все очень мило, но у Данте в тот вечер украли из сокровищницы одну важную вещь, - он говорил, не сводя с меня глаз. От этих слов мое сердце подскочило и ускорило ритм. – Стражники ничего не помнят, но они проспали несколько часов в караулке и на них есть следы магического воздействия. В то же время именно вы устроили переполох в тот вечер.
Я старалась сохранять внешнее спокойствие, хоть внутри у меня все дрожало. Если еще выяснят, что я к воровству причастна, то за мою шкуру вряд ли дадут хоть жалкого медяка.
– Я ведь уже говорила, что просто хотела впечатлить публику, и больше ничего. Нужно еще раз извиниться? Пожалуйста, я могу!
– Слишком много совпадений, не находите?
Я выдержала его прямой взгляд, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул. Кейн первым отвел взгляд, налил себе еще чаю и будничным тоном сообщил:
– Поскольку Данте – мой хороший друг, чтобы помочь ему, я провел небольшое расследование. На стражников дунули порошком чернильного сабельника. Когда вчера вечером вас доставили сюда, Чант осмотрел и обнюхал ваши вещи и уловил слабый запах чернильного сабельника, исходящий от кармана. Что скажете?
– А может, я ношу его при себе, чтобы готовить снадобье для сна! – храбро парировала я, хотя стук сердца в груди сделался похожим на рокот барабанов. – В небольшой дозе, смешанный с другими травами, сабельник отлично помогает против бессонницы. А нам, артистам, знаете, как трудно заснуть после долгих репетиций и выступлений?
– Не думаю, что вы собирались спать прямо на вечеринке.
Внезапно с его лица сошло ироничное выражение.
– Я советую вам рассказать все, как есть, Шарлотта.
По его взгляду я совершенно точно поняла: никакая уловка не подействует. Некоторое время сидела, словно прилипнув к стулу, почти не шевелясь. И только хвост нервно раскачивался из стороны в сторону.
– Так вы поэтому меня сюда и привели? – обреченно проговорила я. – Чтобы допросить, а потом снова – в тюряжку? А то и на виселицу. Что ж, хитро. Ладно-ладно, расскажу я, незачем так косо смотреть!
Я сунула в рот кусок сыра, быстро прожевала и проглотила. В конце концов, может, это мой последний кусок сыра! А потом выложила все, как было, начиная с того момента, как Гвэйт вызвал меня на разговор. В самом деле, дальше выкручиваться бессмысленно. Кейн и так уже все понял. Я даже некоторое облегчение испытала. Хоть не такой дурочкой буду казаться со своим этим поцелуем. А может, наоборот. Только дурочка согласилась бы на преступление.
Кейн слушал молча, лишь в некоторых местах поднимая бровь.
– Мда, - кашлянул, наконец, он. Мне почудилось, что за этим кашлем скрывается усмешка. – Какой шустрый малый, однако! Стащить подвеску с люстры – это, конечно, сильно. Данте будет рассержен, что его выставили таким посмешищем.
Затем Кейн посерьезнел.
– Ну а насчет камня из сокровищницы – его надо вернуть.
Я молча смотрела в тарелку, изучая витиеватый узор на ней. Так прошло несколько секунд.
– И чего вы хотите от меня? – не выдержала, я, наконец.
– Содействия, разумеется. Это же ваш дружок, наверняка вы знаете, где он прячется.
Я недовольно подняла голову.
– Во-первых, он мне не дружок. Во-вторых, насколько я знаю Гвэйта, он залег на дно. На столь глубокое, что никому не найти. Гвэйт умеет прятаться и путать следы, уж поверьте мне. А камень он уже мог продать.
Я понимала, что говорю слишком дерзко и нахально, как для своего положения, но терять уже особо нечего. Кейн ответил с нажимом:
– Придется постараться, Шарлотта.
Я прищурилась, откинув волосы назад.
– А почему, собственно, вы этим занимаетесь, а не герцог? Обчистили ведь его сокровищницу, не вашу.
Прежде чем ответить, он сделал еще глоток чая и о чем-то задумался. Уголки его рта сжались.
– Тот камень – не просто красивое украшение. И он был мне нужен. Данте собирался одолжить мне его на некоторое время. Так как? Знаете, где найти вора?
Я с вызовом подняла голову.
– Скажу, если дадите слово, что не лишите меня жизни и не отправите обратно в тюрьму!
Гулять так гулять.
Кейн усмехнулся.
– Дерзости вам не занимать. Однако в этом нет нужды. Я не стал бы вызволять вас из тюрьмы, чтобы через день вернуть обратно. Тем не менее, вы остаетесь под моим надзором. Покидать замок без разрешения вам запрещено.
Понятно. Я лишь поменяла тюрьму на более роскошную. Кейн ясно дал понять, что его слово – единственное, что удерживает меня от тюрьмы или казни. Ведь теперь на мне куда более серьезное преступление, чем переполох на вечеринке.
Что ж, Гвэйту и впрямь пора ответить за свой поступок. Теперь уже можно не бояться его козней – моя репутация и так провалилась в ад.
– Гвэйт своей авантюрой пытался впечатлить местные воровские гильдии и добиться влияния. Возможно, они что-то о нем знают. Но он действительно парень… достаточно пронырливый.
Я вспомнила, сколько раз Гвэйт избегал наказания за свои авантюры и лишь мрачно усмехнулась. Кейн некоторое время вертел в руках чашку, затем вдруг сказал.
– Говорите, этот Гвэйт – дэйви, как и вы?
– Да. А что?
– Есть один ритуал. На крови. При успешном выполнении один дэйви способен призвать другого. То есть Гвэйт появится прямо здесь.
– На крови? – мой хвост нервно встрепенулся.
– Не переживайте, там нужна всего одна капля. И вещь, принадлежащая этому Гвэйту. Ритуал безопасен, к тому же, вы здесь под моей защитой.
«Вот неизвестно, под защитой ли!»
Я глядела на Кейна исподлобья. В принципе, идея как следует покарать Гвэйта, очень соблазнительна. Вот только всякие кровавые ритуалы меня пугали. Впрочем, лучшего варианта, пожалуй, и нет.
– Вещь, принадлежащая Гвэйту…
Я задумалась. Когда-то давно я на одном из заданий потеряла пуговицу. Гвэйт покровительственным жестом срезал с жилетки свою и протянул мне, еще раз подчеркнув, что своим он всегда помогает. Теперь-то я увидела, какова его помощь! Все это – не более чем хитрая манипуляция, чтобы в нужный момент стрясти свое. А пуговица та мне понравилась. Латунная, с позолотой. Я нашила ее на свой любимый костюм.
– Мне нужно вернуться в свой шатер и забрать оттуда некоторые вещи. В том числе и ту, что пригодится для ритуала.
При мысли о встрече с Бертой и ребятами у меня кольнуло в сердце. Что они теперь обо мне подумают?
Кейн согласился.
– Что ж, это можно устроить. Арчибальд отвезет вас. Ритуал нужно проводить на убывающей луне. У нас есть еще несколько дней.
