– Один…
Когда Аришка училась в 7 классе, в школу пришла новая, только что после института, учительница математики. Василий Георгиевич ушёл на пенсию.
И как многие начинающие учителя, она была полна решимости сделать прорыв по своему предмету у всех, кто подвернётся под руки. Подвернулся почему-то Аришкин класс. Но это была большая удача, потому что новые методы обучения пришлись по нраву всем.
Анна Сергеевна предложила 7 классу заниматься дополнительно по вечерам. И теперь Аришка и её одноклассники встречались каждый вечер на более законных основаниях, чем это было в случае с кроликами.
На занятия приходили все. Тем более, что, в отличие от уроков, обстановка была более раскрепощенной. Время начала занятий было нестрогое, и каждого вновь прибывшего встречали дружными приветствиями. Много смеялись. У некоторых ребят было потрясающее чувство юмора.
Но учительница была серьёзной, она так и не поняла, какую услугу попутно оказала, считала, что 7 класс внезапно воспылал интересом к обучению, в частности, к математике. Естественно, никто её и не думал переубеждать.
Встречи по вечерам так понравились, что девчонки решили укрепить тенденцию, тем более что Анна Сергеевна как-то стала терять интерес к обучению вне рабочего времени, приходилось ей иногда даже напоминать.
И вот осенило – все значимые события, конец четверти, дни рождения отмечать в школе. Естественно, по вечерам. Осталось заручиться поддержкой Валентина Ивановича. И Валентин Иванович ни разу не отказал. Как он там договаривался с директором – непонятно, но все запланированные вечера состоялись.
В классе включали принесённую настольную лампу, дабы придать нужное освещение, включали музыку и танцевали. Нет, в начале, конечно, было чаепитие, поздравления и пожелания. Но потом так.
Когда в восьмом классе заканчивали первую четверть, вновь собрались. Но на этот раз поводом стало не окончание четверти, и не чей-то день рождения. Аришка в этот вечер в последний раз видела своих друзей и одноклассников, а они её. На следующее утро Аришка, Андрей, их мама и отчим возвращались в Брянскую область.
Были подарки. В частности Аришке подарили книгу «Сумская область», и на обложке каждый на память расписался. А Валентин Иванович написал внизу «Будь счастлива, Арина!».
Интересно, как люди делают выбор своей будущей профессии? У каждого, думается, есть своя история.
С раннего детства Аришка хотела стать продавцом. Тут уж конфеты сказали своё неслышное, но веское слово.
В первом классе, когда семья жила около Днепропетровска, Аришка решила стать космонавтом. Как-то она тяжело заболела гриппом, даже до бреда дошло, но кое-что запомнилось. Открывает она глаза и смотрит в ночное окно. А в нём полоса света дрожит, как при большой скорости и диктор по радио что-то говорит дикторским голосом. Аришка тогда подумала, что свершилось, и спросила:
– Мам, мы в космосе?
– Нет, детонька, – над Аришкой склонилась незнакомая женщина в белом халате. – Но вырастишь – обязательно полетишь.
Не полетела. Вскоре поняла Аришка, что конкуренция среди космонавтов такая, что ей ни за что не пртолкнуться.
Помечтала немного о парикмахерском деле. Даже Андрея наполовину подстригла. На второй половине внезапно поняла, что не её это. Сердитая мамка достригала Андрея сама.
В первом классе, увидела учительницу с указкой и захотела также уверенно и красиво у доски этой указкой махать. А махать разрешают только учителям, поэтому, сделала соответствующий выбор.
Далее предпочтения стали быстро меняться. В зависимости от книги, которую в данный момент читала. Хотелось стать председателем колхоза, чтобы какой-нибудь отсталый колхоз сделать передовым. Она даже знала, как это сделать. Мечтала быть моряком. Но самым продолжительным было желание стать следователей. Раскрывать зловещие и запутанные преступления.
В восьмом классе попалась ей в руки книга о детях сиротах, и Аришка поняла, что ей надо работать в детском доме, поэтому она поступила в педучилище.
И вот там она и познакомилась с подругами, которые стали самыми близкими на долгие годы, возможно, на всю жизнь.
Жили девушки сначала в комнате вдвоём.
Рита, очень яркая и красивая. Звезда, если созерцать лишь внешнее, не заглядывая во внутренний мир.
А внутри боль и обиды.
Рита сирота. Мама погибла, когда девочке было девять месяцев. Рита, так же, как и Аришка, все каникулы проводила у бабушки. Только деревня была совсем глухая. Там не было школы, а был дядька Матвей, горькая пьяница и… красивый-красивый лес. Глядючи с утра до ночи на этот лес, она мечтала, мечтала, и всё о принце.
А когда наступала пора учиться, отправили её к старшей сестре Вале. Валя образцовая хозяйка, гордая и самолюбивая. Сначала она возилась с младшей сестрой, как с куклой. Тем более, она и выглядела как кукла. Но время шло, у Вали появился муж красавец, затем родились одна за другой три собственные куклы, а Рита превратилась в трудного подростка. Вот Валя и изменила своё отношение к сестрёнке. Поэтому, когда сестрёнка закончила 8 классов, отправили её на учёбу в другой город. И все вздохнули с облегчением.
Юля. Ещё в начале обучения так случилось, что Аришка и Юля ехали в Дубровск в автобусе на соседних местах. Сели они в автобус всего лишь одногруппницами, вышли – закадычными подругами. Потому что все мысли и чувства оказались удивительно схожими. Такой яркой близости с девочкой у Аришки ещё не было. Вскоре выяснилось, что они ещё и родились в один день.
Юля была из относительно благополучной обеспеченной семьи. И, хотя родители развелись, но поддерживали добрые отношения ради детей. Мама занимала хорошую должность. Но и в этой семье благополучие как-то обошло Юлю стороной. Мама любила старшего сына, а Юля, как ни старалась понравиться собственной матери, всё неудачно. Но, может, это ошибочная точка зрения со стороны подростка. Просто, когда на голову девочки обрушивается бесконечная критика, возникает недоумение, а как среди этого неодобрения обнаружить любовь?
На втором курсе Аришка переселилась к ним. В комнате было две кровати. Сначала хотели попросить у коменданта ещё одну, но острой необходимости не было. Аришка и Юля легко делили полуторку на двоих.
Маша. Имела нежный голос и часто что-то напевала из Высоцкого. По какой-то неведомой причине комендант поселил её в блок, где проживали девочки из другой группы. Поэтому, она часто стала заходить к ним в общую Ленинскую комнату, где стоял телевизор, диван и пара кресел, где девочки собирались по вечерам. А потом таинственная ниточка дружбы крепко связала четыре девичьих сердца в единое целое, как это бывает только в юности и девочки стали неразлучными.
И со второго курса Маша в своей комнате только ночевала, и то не всегда.
Так и прожили все студенческие годы: вчетвером на двух кроватях.
Студенческие годы самые яркие и весёлые, это любой и каждый знает. Но у этих девчонок была некая бесшабашность вырвавшихся на свободу из тесных конюшен лошадок. Или такой эффект дали их разные и похожие характеры при совмещении. А может быть предчувствие, что этими беззаботными и счастливыми годами нужно воспользоваться в полной мере.
Учёбу сразу задвинули на задний план. Все, в том числе и бывшая отличница Рита. Вспоминали иногда непосредственно перед экзаменами, но далеко не всегда.
Как и чему они собирались учить детей, неизвестно. Об этом они не думали. Казалось, что юные годы не закончатся. В будущее заглядывать никому не хотелось.
Хотя, пробные уроки в последние годы обучения иногда давали, и некоторые из них запомнились.
Вот, например, Аришкин урок математики в первом классе. Вроде и готовилась под руководством преподавателя, и Крошку Енота нарисовала, чтобы повесить на доске, якобы, в гости пришёл, будет за детьми наблюдать. Но всё пошло не по плану-конспекту, который тоже был готов и в письменном виде лежал на учительском, то есть, в тот момент, Аришкином столе.
И первый блин, то бишь, урок, стал комковаться с первых же минут. Аришка начала с того, что забыла детей посадить. Урок идёт, она разглагольствует, дети в недоумении стоят, в конце классной комнаты группа поддержки волнуется.
Группа поддержки – это часть Аришкиной студенческой группы, которая должна присутствовать на уроке для последующего разбора и анализа. В неё входят Аришкины подруги, в том числе Юля и не озвученная ещё Света Максимова. Вот она-то действительно переживала за незадачливую Аришку всегда, и на этом уроке в частности. И, пока Юля, сидела в углу класса и откровенно забавлялась Аришкиными промахами, Света отчаянно махала руками, стараясь привлечь Аришкино внимание, и подсказать ей, что надо посадить уже, наконец, детей...
Аришка помнила, как преподавательница упрекала студенток ранее, что приносят на урок сказочных героев и забывают о них, и те висят несчастные ни к селу, ни к городу, поэтому про своего Крошку не забывала и часто бегала к доске с вытянутым указательным пальцем, тыкала им в нарисованного зверюшку и сердито выговаривала нерадивому ученику:
– Крошка Енот тобой недоволен, – не замечая, как Юлька веселиться, наблюдая за Аришкой, как за артисткой на сцене, а более ответственная Света перепугано шепчет: «Кино и немцы!»
Ну, а самым неудачным моментом, по мнению самой Аришки, была задача. Простая задачка, которая должна решаться так: 2-1=1
При подготовке к уроку преподавательница хотела этот момент подробнее осветить, но Аришка отказалась, мол, зачем, и так всё ясно, возьму из кармашков с демонстрационным материалом две картинки, например, две машинки, вот и задачка: «В гараже было две машинки, одна уехала…» и так далее. Что тут сложного? Тем более, заранее наверняка неизвестно, какие наглядные картинки находятся в кармашках. На месте сориентируюсь.
И сориентировалась. Взяла из кармашка яблоко и клубничку и давай ориентироваться:
– У меня… было… два…две…(Не объединяются эти две картинки ни во фрукты, ни в ягоды. Аришке бы положить их обратно и взять что-нибудь более удобное, но какая-то упёртость не дала это сделать). У меня было две…эээ…вещи. Одну вещь я…(Аришка отложила яблоко в сторонку, чтобы задачку можно было решить вычитанием) …я…съела. Сколько вещей у меня осталось?
К этому моменту Юлька почти брыкнулась со стула, а Света не поднимала голову от ужаса и только шептала в отчаянии: «Кино и немцы!»
Короче, за урок ей поставили два. Но преподавательница добавила задумчиво:
– Но что-то в этом уроке было…
Аришка тогда очень надеялась, что была всё же в том уроке изюминка, которую разглядела учительница, но не смогла чётко определить, и со временем из этой изюминки вырастит что-нибудь путное.
Материальная помощь четырьмя тонкими струйками поступала из семей. Очень тонкими. Но обходились тем, что есть. А есть ещё целая группа – двадцать девчонок и два парня. Но парни в данный момент не в счёт. И у каждой из двадцати девчонок свои струйки, у некоторых даже не тонкие. Поэтому более зажиточные девочки делились своими свитерами, юбками, туфлями, даже купальниками, с менее обеспеченными подругами.
Правда, иногда из дома были внеочередные поступления. Вот, например, купили Аришке ярко-салатовые спортивные штаны, белую футболку с ярким розово-салатовым рисунком, белые кроссовки, разные шнурки: розовый и салатовый она сама себе подобрала. Огонь! У Юли, кстати, тоже появилась похожая одежда, только в бело-голубых тонах. Ну, Юлю мама всегда хорошо одевала. Вот и вырядились девчонки и как пошли гулять по Дубровску! Красотища! Все прохожие оглядываются! Ну и что, что осень, холодно, и люди одеты в свитера и куртки!
Отличной поддержкой были талончики на двухразовое питание: обед и, по выбору, завтрак или ужин. Ну, завтрак был без надобности, а обед и ужин очень кстати.
Столовая находилась на первом этаже общаги, стоило лишь спуститься по лестнице с четвёртого этажа на первый. Спускались, ловко перепрыгивая через три ступеньки на четвёртую, в той же одежде, в которой находились в комнате. Чувствовали себя в столовой, как дома.
Сидели вчетвером за квадратным столом. Худющая Рита, бывало, ела без аппетита, Аришка же напротив, съедала свою порцию быстро, и смотрела в Ритину тарелку: так будет она, в конце концов, есть или нет. Поймав голодный Аришкин взгляд, Рита нередко перекладывала ей в тарелку свою котлету или блинчик. Ей все равно не хочется, а Аришку жалко.
Как-то так получилось, что, несмотря на общее легкомыслие и беззаботность, больше всего расслабились Юля и Аришка, они вели себя иногда как дети. И само собой получилось, что за Юлей стала присматривать Маша, а за Аришкой Рита.
Редкие дела по хозяйству возложили добровольно на свои плечи опять же Маша и Рита. Маша убиралась в комнате, Рита готовила еду (в воскресенье столовая не работала). Так и жили.
В те дни Аришка впервые услышала, что студенческие годы самые лучшие. И она, как всегда, поверила. Мысль, что самое хорошее вот уже началось, была сама по себе немного печальной. А что, дальше только хуже?
На самом деле это неправда. Во всяком случае у Аришки тогда не было мужа и сыночка, и она понятия не имела, насколько без них мир не полон. У неё многого тогда не было, поэтому лучшей назвать ту жизнь нельзя. Но точно можно сказать, что самыми весёлыми эти годы были.
И шальная весёлость заразила всю группу. Вот только непонятно, кто внёс «заразу», если про веселье можно так сказать. Но пошла она откуда-то со стороны Аришки или Юли, потом перекинулась на Риту и Машу, а дальше очаг нельзя было остановить.
Будущие учительницы часто вели себя как те хулиганы, которых в скором времени сами же будут с разной успешностью перевоспитывать.
Но, перевоспитывай - не перевоспитывай, ругай бедного хулигана - не ругай, а сама-то помни, как это было. Вот например...
Решётки и чемодан.
Решётки, большие, прямоугольные, металлические, рабочие оставили в блоке временно. Они нужны были для ограждения студенток от нежелательных визитов местных ребят. По торцам общежития находились балконы, связанные общей лестницей со второго этажа по пятый. Вот на этих балконах их решили установить. Что через несколько дней и сделали, но почему-то оставили маленькую лазейку под самой крышей. А пока эти решётки стояли, сиротливо притулившись к стенам коридора.
А чемодан кто-то из девчонок обнаружил у кого-то в комнате. Советский, вместительный, с металлическими заклёпками. Кто-то его примерил, прошёлся по комнате и началось… А закончилось многоголосым концертом в общем коридоре. Отделили свой блок от посторонних решётками, и пели, точнее, орали во все лужёные глотки. Репертуар широкий, но всё же, основная тема, тема чемоданчика, красной нитью тянулась через другие песни. Время от времени на голоса приходили из других групп и соседних блоков, останавливались у решёток, слушали, смеялись, уходили по своим делам, а концерт продолжали двадцать голосистых девчонок и чемодан посредине.
Взрослая Аришка иногда задумывалась, что коллективный разум есть не только у муравьёв и пчёл. Она стала подозревать его наличие и у более высоких носителей.
Например, дети. Высыпьте мешок конструктора в комнату с малышами и смотрите, что будет. Аришка сама не раз наблюдала и удивлялась.
Глава 111
Когда Аришка училась в 7 классе, в школу пришла новая, только что после института, учительница математики. Василий Георгиевич ушёл на пенсию.
И как многие начинающие учителя, она была полна решимости сделать прорыв по своему предмету у всех, кто подвернётся под руки. Подвернулся почему-то Аришкин класс. Но это была большая удача, потому что новые методы обучения пришлись по нраву всем.
Анна Сергеевна предложила 7 классу заниматься дополнительно по вечерам. И теперь Аришка и её одноклассники встречались каждый вечер на более законных основаниях, чем это было в случае с кроликами.
На занятия приходили все. Тем более, что, в отличие от уроков, обстановка была более раскрепощенной. Время начала занятий было нестрогое, и каждого вновь прибывшего встречали дружными приветствиями. Много смеялись. У некоторых ребят было потрясающее чувство юмора.
Но учительница была серьёзной, она так и не поняла, какую услугу попутно оказала, считала, что 7 класс внезапно воспылал интересом к обучению, в частности, к математике. Естественно, никто её и не думал переубеждать.
Встречи по вечерам так понравились, что девчонки решили укрепить тенденцию, тем более что Анна Сергеевна как-то стала терять интерес к обучению вне рабочего времени, приходилось ей иногда даже напоминать.
И вот осенило – все значимые события, конец четверти, дни рождения отмечать в школе. Естественно, по вечерам. Осталось заручиться поддержкой Валентина Ивановича. И Валентин Иванович ни разу не отказал. Как он там договаривался с директором – непонятно, но все запланированные вечера состоялись.
В классе включали принесённую настольную лампу, дабы придать нужное освещение, включали музыку и танцевали. Нет, в начале, конечно, было чаепитие, поздравления и пожелания. Но потом так.
Когда в восьмом классе заканчивали первую четверть, вновь собрались. Но на этот раз поводом стало не окончание четверти, и не чей-то день рождения. Аришка в этот вечер в последний раз видела своих друзей и одноклассников, а они её. На следующее утро Аришка, Андрей, их мама и отчим возвращались в Брянскую область.
Были подарки. В частности Аришке подарили книгу «Сумская область», и на обложке каждый на память расписался. А Валентин Иванович написал внизу «Будь счастлива, Арина!».
Глава 112
Интересно, как люди делают выбор своей будущей профессии? У каждого, думается, есть своя история.
С раннего детства Аришка хотела стать продавцом. Тут уж конфеты сказали своё неслышное, но веское слово.
В первом классе, когда семья жила около Днепропетровска, Аришка решила стать космонавтом. Как-то она тяжело заболела гриппом, даже до бреда дошло, но кое-что запомнилось. Открывает она глаза и смотрит в ночное окно. А в нём полоса света дрожит, как при большой скорости и диктор по радио что-то говорит дикторским голосом. Аришка тогда подумала, что свершилось, и спросила:
– Мам, мы в космосе?
– Нет, детонька, – над Аришкой склонилась незнакомая женщина в белом халате. – Но вырастишь – обязательно полетишь.
Не полетела. Вскоре поняла Аришка, что конкуренция среди космонавтов такая, что ей ни за что не пртолкнуться.
Помечтала немного о парикмахерском деле. Даже Андрея наполовину подстригла. На второй половине внезапно поняла, что не её это. Сердитая мамка достригала Андрея сама.
В первом классе, увидела учительницу с указкой и захотела также уверенно и красиво у доски этой указкой махать. А махать разрешают только учителям, поэтому, сделала соответствующий выбор.
Далее предпочтения стали быстро меняться. В зависимости от книги, которую в данный момент читала. Хотелось стать председателем колхоза, чтобы какой-нибудь отсталый колхоз сделать передовым. Она даже знала, как это сделать. Мечтала быть моряком. Но самым продолжительным было желание стать следователей. Раскрывать зловещие и запутанные преступления.
В восьмом классе попалась ей в руки книга о детях сиротах, и Аришка поняла, что ей надо работать в детском доме, поэтому она поступила в педучилище.
Глава 113
И вот там она и познакомилась с подругами, которые стали самыми близкими на долгие годы, возможно, на всю жизнь.
Жили девушки сначала в комнате вдвоём.
Рита, очень яркая и красивая. Звезда, если созерцать лишь внешнее, не заглядывая во внутренний мир.
А внутри боль и обиды.
Рита сирота. Мама погибла, когда девочке было девять месяцев. Рита, так же, как и Аришка, все каникулы проводила у бабушки. Только деревня была совсем глухая. Там не было школы, а был дядька Матвей, горькая пьяница и… красивый-красивый лес. Глядючи с утра до ночи на этот лес, она мечтала, мечтала, и всё о принце.
А когда наступала пора учиться, отправили её к старшей сестре Вале. Валя образцовая хозяйка, гордая и самолюбивая. Сначала она возилась с младшей сестрой, как с куклой. Тем более, она и выглядела как кукла. Но время шло, у Вали появился муж красавец, затем родились одна за другой три собственные куклы, а Рита превратилась в трудного подростка. Вот Валя и изменила своё отношение к сестрёнке. Поэтому, когда сестрёнка закончила 8 классов, отправили её на учёбу в другой город. И все вздохнули с облегчением.
Юля. Ещё в начале обучения так случилось, что Аришка и Юля ехали в Дубровск в автобусе на соседних местах. Сели они в автобус всего лишь одногруппницами, вышли – закадычными подругами. Потому что все мысли и чувства оказались удивительно схожими. Такой яркой близости с девочкой у Аришки ещё не было. Вскоре выяснилось, что они ещё и родились в один день.
Юля была из относительно благополучной обеспеченной семьи. И, хотя родители развелись, но поддерживали добрые отношения ради детей. Мама занимала хорошую должность. Но и в этой семье благополучие как-то обошло Юлю стороной. Мама любила старшего сына, а Юля, как ни старалась понравиться собственной матери, всё неудачно. Но, может, это ошибочная точка зрения со стороны подростка. Просто, когда на голову девочки обрушивается бесконечная критика, возникает недоумение, а как среди этого неодобрения обнаружить любовь?
На втором курсе Аришка переселилась к ним. В комнате было две кровати. Сначала хотели попросить у коменданта ещё одну, но острой необходимости не было. Аришка и Юля легко делили полуторку на двоих.
Маша. Имела нежный голос и часто что-то напевала из Высоцкого. По какой-то неведомой причине комендант поселил её в блок, где проживали девочки из другой группы. Поэтому, она часто стала заходить к ним в общую Ленинскую комнату, где стоял телевизор, диван и пара кресел, где девочки собирались по вечерам. А потом таинственная ниточка дружбы крепко связала четыре девичьих сердца в единое целое, как это бывает только в юности и девочки стали неразлучными.
И со второго курса Маша в своей комнате только ночевала, и то не всегда.
Так и прожили все студенческие годы: вчетвером на двух кроватях.
Глава 114
Студенческие годы самые яркие и весёлые, это любой и каждый знает. Но у этих девчонок была некая бесшабашность вырвавшихся на свободу из тесных конюшен лошадок. Или такой эффект дали их разные и похожие характеры при совмещении. А может быть предчувствие, что этими беззаботными и счастливыми годами нужно воспользоваться в полной мере.
Учёбу сразу задвинули на задний план. Все, в том числе и бывшая отличница Рита. Вспоминали иногда непосредственно перед экзаменами, но далеко не всегда.
Как и чему они собирались учить детей, неизвестно. Об этом они не думали. Казалось, что юные годы не закончатся. В будущее заглядывать никому не хотелось.
Хотя, пробные уроки в последние годы обучения иногда давали, и некоторые из них запомнились.
Вот, например, Аришкин урок математики в первом классе. Вроде и готовилась под руководством преподавателя, и Крошку Енота нарисовала, чтобы повесить на доске, якобы, в гости пришёл, будет за детьми наблюдать. Но всё пошло не по плану-конспекту, который тоже был готов и в письменном виде лежал на учительском, то есть, в тот момент, Аришкином столе.
И первый блин, то бишь, урок, стал комковаться с первых же минут. Аришка начала с того, что забыла детей посадить. Урок идёт, она разглагольствует, дети в недоумении стоят, в конце классной комнаты группа поддержки волнуется.
Группа поддержки – это часть Аришкиной студенческой группы, которая должна присутствовать на уроке для последующего разбора и анализа. В неё входят Аришкины подруги, в том числе Юля и не озвученная ещё Света Максимова. Вот она-то действительно переживала за незадачливую Аришку всегда, и на этом уроке в частности. И, пока Юля, сидела в углу класса и откровенно забавлялась Аришкиными промахами, Света отчаянно махала руками, стараясь привлечь Аришкино внимание, и подсказать ей, что надо посадить уже, наконец, детей...
Аришка помнила, как преподавательница упрекала студенток ранее, что приносят на урок сказочных героев и забывают о них, и те висят несчастные ни к селу, ни к городу, поэтому про своего Крошку не забывала и часто бегала к доске с вытянутым указательным пальцем, тыкала им в нарисованного зверюшку и сердито выговаривала нерадивому ученику:
– Крошка Енот тобой недоволен, – не замечая, как Юлька веселиться, наблюдая за Аришкой, как за артисткой на сцене, а более ответственная Света перепугано шепчет: «Кино и немцы!»
Ну, а самым неудачным моментом, по мнению самой Аришки, была задача. Простая задачка, которая должна решаться так: 2-1=1
При подготовке к уроку преподавательница хотела этот момент подробнее осветить, но Аришка отказалась, мол, зачем, и так всё ясно, возьму из кармашков с демонстрационным материалом две картинки, например, две машинки, вот и задачка: «В гараже было две машинки, одна уехала…» и так далее. Что тут сложного? Тем более, заранее наверняка неизвестно, какие наглядные картинки находятся в кармашках. На месте сориентируюсь.
И сориентировалась. Взяла из кармашка яблоко и клубничку и давай ориентироваться:
– У меня… было… два…две…(Не объединяются эти две картинки ни во фрукты, ни в ягоды. Аришке бы положить их обратно и взять что-нибудь более удобное, но какая-то упёртость не дала это сделать). У меня было две…эээ…вещи. Одну вещь я…(Аришка отложила яблоко в сторонку, чтобы задачку можно было решить вычитанием) …я…съела. Сколько вещей у меня осталось?
К этому моменту Юлька почти брыкнулась со стула, а Света не поднимала голову от ужаса и только шептала в отчаянии: «Кино и немцы!»
Короче, за урок ей поставили два. Но преподавательница добавила задумчиво:
– Но что-то в этом уроке было…
Аришка тогда очень надеялась, что была всё же в том уроке изюминка, которую разглядела учительница, но не смогла чётко определить, и со временем из этой изюминки вырастит что-нибудь путное.
Глава 115
Материальная помощь четырьмя тонкими струйками поступала из семей. Очень тонкими. Но обходились тем, что есть. А есть ещё целая группа – двадцать девчонок и два парня. Но парни в данный момент не в счёт. И у каждой из двадцати девчонок свои струйки, у некоторых даже не тонкие. Поэтому более зажиточные девочки делились своими свитерами, юбками, туфлями, даже купальниками, с менее обеспеченными подругами.
Правда, иногда из дома были внеочередные поступления. Вот, например, купили Аришке ярко-салатовые спортивные штаны, белую футболку с ярким розово-салатовым рисунком, белые кроссовки, разные шнурки: розовый и салатовый она сама себе подобрала. Огонь! У Юли, кстати, тоже появилась похожая одежда, только в бело-голубых тонах. Ну, Юлю мама всегда хорошо одевала. Вот и вырядились девчонки и как пошли гулять по Дубровску! Красотища! Все прохожие оглядываются! Ну и что, что осень, холодно, и люди одеты в свитера и куртки!
Отличной поддержкой были талончики на двухразовое питание: обед и, по выбору, завтрак или ужин. Ну, завтрак был без надобности, а обед и ужин очень кстати.
Столовая находилась на первом этаже общаги, стоило лишь спуститься по лестнице с четвёртого этажа на первый. Спускались, ловко перепрыгивая через три ступеньки на четвёртую, в той же одежде, в которой находились в комнате. Чувствовали себя в столовой, как дома.
Сидели вчетвером за квадратным столом. Худющая Рита, бывало, ела без аппетита, Аришка же напротив, съедала свою порцию быстро, и смотрела в Ритину тарелку: так будет она, в конце концов, есть или нет. Поймав голодный Аришкин взгляд, Рита нередко перекладывала ей в тарелку свою котлету или блинчик. Ей все равно не хочется, а Аришку жалко.
Как-то так получилось, что, несмотря на общее легкомыслие и беззаботность, больше всего расслабились Юля и Аришка, они вели себя иногда как дети. И само собой получилось, что за Юлей стала присматривать Маша, а за Аришкой Рита.
Редкие дела по хозяйству возложили добровольно на свои плечи опять же Маша и Рита. Маша убиралась в комнате, Рита готовила еду (в воскресенье столовая не работала). Так и жили.
Глава 116
В те дни Аришка впервые услышала, что студенческие годы самые лучшие. И она, как всегда, поверила. Мысль, что самое хорошее вот уже началось, была сама по себе немного печальной. А что, дальше только хуже?
На самом деле это неправда. Во всяком случае у Аришки тогда не было мужа и сыночка, и она понятия не имела, насколько без них мир не полон. У неё многого тогда не было, поэтому лучшей назвать ту жизнь нельзя. Но точно можно сказать, что самыми весёлыми эти годы были.
И шальная весёлость заразила всю группу. Вот только непонятно, кто внёс «заразу», если про веселье можно так сказать. Но пошла она откуда-то со стороны Аришки или Юли, потом перекинулась на Риту и Машу, а дальше очаг нельзя было остановить.
Будущие учительницы часто вели себя как те хулиганы, которых в скором времени сами же будут с разной успешностью перевоспитывать.
Но, перевоспитывай - не перевоспитывай, ругай бедного хулигана - не ругай, а сама-то помни, как это было. Вот например...
Решётки и чемодан.
Решётки, большие, прямоугольные, металлические, рабочие оставили в блоке временно. Они нужны были для ограждения студенток от нежелательных визитов местных ребят. По торцам общежития находились балконы, связанные общей лестницей со второго этажа по пятый. Вот на этих балконах их решили установить. Что через несколько дней и сделали, но почему-то оставили маленькую лазейку под самой крышей. А пока эти решётки стояли, сиротливо притулившись к стенам коридора.
А чемодан кто-то из девчонок обнаружил у кого-то в комнате. Советский, вместительный, с металлическими заклёпками. Кто-то его примерил, прошёлся по комнате и началось… А закончилось многоголосым концертом в общем коридоре. Отделили свой блок от посторонних решётками, и пели, точнее, орали во все лужёные глотки. Репертуар широкий, но всё же, основная тема, тема чемоданчика, красной нитью тянулась через другие песни. Время от времени на голоса приходили из других групп и соседних блоков, останавливались у решёток, слушали, смеялись, уходили по своим делам, а концерт продолжали двадцать голосистых девчонок и чемодан посредине.
Взрослая Аришка иногда задумывалась, что коллективный разум есть не только у муравьёв и пчёл. Она стала подозревать его наличие и у более высоких носителей.
Например, дети. Высыпьте мешок конструктора в комнату с малышами и смотрите, что будет. Аришка сама не раз наблюдала и удивлялась.
