Ирина оглянулась на Жору. Тот держал на одной руке девочку, а второй обнимал худенькую перепуганную женщину.
Жора тоже посмотрел на Ирину. Они улыбнулись. Чуть-чуть. И только глазами. Просто порадовались за себя и друг за друга.
- Рита… - Артём прижал к своим губам руку девушки и целовал каждый пальчик. А Рита запуталась тонкими пальцами второй руки в его густых волосах, и не было желания из них выбираться.
- Как же всё случилось? – Артём поднял голову, заглянул ей в глаза, - просто не могу поверить. Что-то немыслимое и невероятное. Я тебя потерял в той жизни, как же так получилось, что здесь мы встретились?
И Рита стала рассказывать свою печальную историю. Как схватили её мужчины, ударили, а очнулась она в винном погребе, и над ней стоял его отец.
И по мере рассказа Артём вдруг стал понимать, что история эта ему знакома, что совсем недавно он её уже слышал, правда, немного с другого ракурса. А потом понял. Всё понял.
И впервые за последние несколько минут он отвёл взгляд от своей любимой, поискал глазами бабулю.
Ульяна была неподалёку, в окружении своей семьи. Она слушала симпатичную девчонку, очевидно, внучку, кивала и улыбалась ей.
Артём долго смотрел на бабулю.
«Своим невероятным счастьем я обязан ей. Будет ли у меня возможность хоть когда-нибудь… хоть немного отплатить?»
А Ульяна тоже взглянула на Риту. Сначала мельком, случайно. Потом вернула взгляд, нахмурилась, вспоминая. А потом сообразила. Покачала в изумлении головой, посмотрела на Артёма. И их взгляды сказали друг другу многое без слов.
- А вон тот красавчик? Кто он? Ух, какая улыбка.
- Его зовут Андрей.
Мара сунула руки в карман. Просто, чтобы Леся не заметила сжатые кулаки.
Опять? Опять…
Когда несколько минут назад Мара увидела свою сестричку - ахнула. Как же она соскучилась! Но чистая, незамутнённая радость царила в душе недолго.
- Ты одна? Без Романа? – с трудом вымолвила имя, словно оно вдруг стало камушком.
- Ай! Я его бросила. Скажу откровенно, он ни о чём. Удивляюсь, что ты в нём нашла?
«А ты что?», - вопрос не был задан, но он был настолько очевиден, что, казалось, материализовался и завис в воздухе между ними.
Но Леся его не уловила. Она с интересом посматривала по сторонам, останавливая свой взгляд, в основном, на парнях. Андрей ей, похоже, приглянулся.
И тот, словно почувствовав внимание, оглянулся на них. Улыбнулся своей красивой улыбкой и что-то сказал своим собеседникам.
- Похоже, идёт к нам! – заволновалась Леся. Она приготовилась к встрече - прогнула сексуально спинку, выпятила грудь вперёд и завертела на пальце длинный локон.
А Мара вдруг вспомнила Настю. Стойкую славянскую девушку, которая не шла на компромиссы и своё не считала нужным раздавать направо и налево просто потому, что кому-то оно тоже понадобилось. И руки в карманах Мары вдруг перестроились из кулаков в два кукиша.
«На этот раз, сестричка, обойдёшься!»
- Привет, - кивнул подошедший Андрей.
- Знакомься, это моя сестра Леся.
- Привет, Леся, - но взгляд парня скользнул по сексуальной позе безо всякого интереса. – А я хочу познакомить тебя со своим братом и племянницами. Пойдём? – Андрей легко потянул Мару за руку. - Леся, пойдёшь с нами? – спохватился он, вспомнив про этикет, и снова взглянул на сестричку. Мельком. Равнодушно.
- В следующий раз, - разочарованно закусила губу Леся.
А ошеломлённая Мара замерла. На мгновение мелькнуло воспоминание: костёр, летняя ночь, Ожана в досаде кусает губу. Когда не получилось так, как ей хотелось бы. Один в один.
- Пойдём, - повернулась к Андрею.
Совсем скоро в ряду, в котором первоначально сидели все переселенцы, остались лишь Лука, Никита, Таша и Борька.
Никита никого из пещеры не ждал. Вся его жизнь до взрыва – работа, опыты, лаборатории. Его как интеллектуально одарённого ребёнка направили для обучения в специальную школу слишком рано, а затем в научно-экспериментальный центр, где единственным значимым человеком для него стал Иван Павлович.
После пробуждения количество значимых людей существенно возросло. А опыты и научные открытия почти утратили своё значение, стали казаться немного чужими и искусственными.
Теперь Никита с улыбкой наблюдал за Ксюшей. Наконец она встретилась с папой. И с мамой заодно.
Глядя, с какой нежностью они окружили свою дочь, становилось понятно, почему ей так сложно было взять любое дело в свои руки. Скорее всего, все дела просто не доходили до Ксюшиных рук. Родители перехватывали их по дороге.
Лука и ждал, и нет.
Единственный человек из прошлой жизни – Алёнка. Но с ней его связывал один осенний день. Почему только он остался в памяти и так ярко проник в душу – непонятно. Луке оставалось надеяться, что он не тот самый андроид, который, как дамоклов меч, всё это время висел над головами переселенцев. Но в это не верилось. Потому что роботы не могут так любить, как полюбил он.
Для любви должно быть место. И это место – душа. А у роботов её нет и быть не может.
Лука покосился на сидящую рядом Ташу – и ещё раз удостоверился, что он не робот.
А Таша ждала… Кого? Сама не понимала. Но, может быть, будет и у неё сегодня неожиданная встреча?
Что с ней не так? Почему не помнит ничего про себя, даже имени?
И где-то внутри, глубоко-глубоко внутри, пряталось желание ничего не выяснять. Она только теперь ясно осознала это желание. До этого были смутные колебания, которые мешали подойти к Артёму и попробовать узнать что-нибудь. Хотя бы имя.
Может, она и есть тот самый андроид?
А Борька осторожно разглядывал из-за спины Луки всеобщую суматоху, глядел на Мару и понимал, что её что-то напрягает, но не удивлялся. Его самого всё происходящее очень сильно напрягало. Он терпел из последних сил, чтобы не отправиться дальше в свой путь. Но сначала надо было попрощаться. С Марой…
Из пещеры уже давно никто не выходил.
- Все? – поинтересовался Никита непонятно у кого.
- Наверное.
- Я тут пытаюсь пересчитать, сколько нас стало, но все двигаются, и я сбиваюсь.
- Нас должно быть пятьдесят три. Плюс Борька и Иван Павлович.
- А вот и он.
- Кто? Иван Павлович? Не узнал… Оказывается, он уже здесь…
На выходе из пещеры показался старик. Он поднял руку, призывая ко вниманию.
- Здравствуйте друзья. Давайте спустимся вниз и эту ночь проведём у подножия горы. Там мы соберём первый совет и решим, что дальше. Прошу всех только что проснувшихся вернуться к своим ячейкам, чтобы забрать личные вещи… Пойдёмте.
На совете решался пока один вопрос – куда дальше? И первое слово взял профессор.
- Я предлагаю к нам в деревню. Наши первопроходцы там уже побывали... В этой деревне всё построено для комфортной жизни… какая только возможна в нынешних условиях. Роботов я пока убрал подальше с глаз. Как вы считаете? – Иван Павлович повернулся к первым переселенцам, которые, в силу привычки, уселись рядом друг с другом.
Переселенцы все, как один, опустили глаза. Даже Анютка. Идея показалась им не очень.
- Но это неплохой вариант, - неуверенно попыталась поддержать профессора Ирина.
- И дети… - продолжила ещё неуверенней бабуля. – Это… пока мы построим что-то своё… а детям лучше попервости там, в нормальных кроватях, да под крышей… А то нашей Анютке сколько раз пришлось в мешке ночевать.
- Ничего, - возразила Анютка, - я и на змеях спала. Я привыкшая.
И Анюткина мама в ужасе широко распахнула глаза…
Первый совет принял решение – идти в деревню.
После совета Жора подошёл к Ивану Павловичу:
- Можно с Вами переговорить?
Тот поморщился:
- С тобой, - поправил он. - Жора, ни к чему эта вежливая шелуха. Конечно… Давай отойдём.
Профессор шёл медленно. Старость и усталость сделали ноги непослушными. И пока они добирались до пригорка, подальше от костра, их догнали ещё Артём и Таша. А следом торопились остальные переселенцы. Первые. У них к профессору скопилось множество вопросов. Позади всех уныло плёлся Борька, стараясь держаться около кустов, и его вприпрыжку обогнала Анютка.
Когда Иван Павлович обернулся, то даже немного вздрогнул, обнаружив за собой большую компанию.
- Ну тогда помогите мне сесть. Чувствую, разговор серьёзный.
- Сначала я, - поднял руку Жора и обвёл взглядом своих товарищей. Никто не возразил. – О чём бы вы сейчас не спрашивали, требую одного! Чтобы я никогда не узнал, кто из нас робот. Вы - как хотите. Но если узнаете, держите в секрете от меня.
- И от меня…
- И от меня…
- И от меня…
- Да никому это не надо.
- Я не понял, - профессор завертел головой, оглядывая переселенцев. – Вы не прослушали мою запись?
- Прослушали. Ровно до момента с нечеловеком.
- Ясно. Что же в таком случае вы хотите узнать?
И в ответ образовалась тишина.
- А бабушка Яга настоящая? – видя, что все молчат, осмелилась начать Анютка.
- Бабушка Яга? Ты имеешь в виду леший лес? Ой, боюсь тут я тебе не в силах ничего разъяснить. Дорога туда для нас была закрыта. Если кто-то из андроидов пытался что-то разведать, пропадал. Уже на подходе к лесу все приборы начинали барахлить. Так что… и про леший лес, и про остальные племена я знаю меньше вас. Знаю, что дальше к востоку живут люди с крыльями. Их засекли в воздухе наши дроны. Вот, пожалуй, единственное, в чём я больше информирован. Всё.
- Наши семьи здесь… Это было неожиданно. Чем мы такое заслужили?
- Понимаете… Программа выбрала вас. И больше никого. Если у вас получится выжить, то будет победа, если не получится, количество переселенцев не имеет значение. Значит, человечество закончится. У вас получилось. Ваша семья – это ваша награда за… Даже не знаю, чем вы отличаетесь от остальных. Но что-то в вас есть.
- Почему моего имени не было в списке?
- Артём… Понимаешь… Если у вас нет секретов друг от друга…
Артём немного помолчал.
- У меня нет секретов.
- С тобой получилась невероятная история. Твой отец, правдами и неправдами, захотел тебя отправить в будущее. У него связи…
- И я в этой компании, получается, по блату?
- Так думал твой отец. Но и компьютер тебя выбрал. Так совпало. Я пытался объяснить это твоему отцу, говорил, что никаких усилий с его стороны не требуется, но он не мог в это поверить.
- Понятно.
- Но имя в списке изменили по другой причине. Твоя мама…
- Что?
- Вскоре твой отец умер от сердечного приступа.
- Я знаю.
- Знаешь? Откуда? Ты ведь уже спал.
- Мне наша бабушка Ульяна рассказала.
- Да… довелось встретиться, - кивнула бабуля. - Можно сказать, проводить в последнюю дорогу.
Профессор впервые застыл в недоумении. Все ждали. Долго. Наконец он неуверенно продолжил.
- И твоей маме нужен был код… от чего-то там.
- От сейфа, - помогла старушка.
- Точно. И она требовала, чтобы тебя разбудили. Надеялась, что ты сможешь ей подсказать. Я отказал. Она обещала жаловаться и обратиться куда-то высоко. И тогда я внёс в список фальшивое имя, а твоей маме сказал, что тебя отправили куда-то за Урал, в другую группу. Я боялся, что тебя не оставят в покое.
И вновь наступило долгое молчание.
Со стороны костра доносился разговор и смех. Люди знакомились.
- Почему у Анютки не открывалась коробка? – спросил Андрей.
- А… Это просто. Её мама нашла дома какую-то позабытую игрушку, уже после того, как Аня была в капсуле, умоляла вложить её в личные вещи. Говорила, что Анюте будет трудно без неё.
- Ага! Это Мыша.
- Что мы и сделали. Это создавало в будущем трудности, но мы надеялись, что разрешимые.
Больше тишину никто не нарушал.
Таша так и не решилась задать свой главный вопрос.
Тридцатилетняя Наташа с улыбкой наблюдала за дочерью, потом, удивлённая, повернулась к мужу:
- Нашу Анютку не узнать.
- По-моему, она всегда была общительная, - не заметил особых изменений Сергей.
- Нет… Она стала какой-то… деловой, что ли? У неё чуть ли не совета уже спрашивают. Вон, посмотри на тех двух парней. Как их зовут? Не помню.
Сергей отвлёкся от младшего сына, поглядел в сторону дочери.
- Один из них Петька, второй... Тоже забыл.
- Смотри, как они ей что-то серьёзно втолковывают… А теперь она им. Кстати, что она имела в виду, когда рассказывала про змей?
- Не знаю. По-моему, она стала большой фантазёркой. Она и про Бабу-ягу рассказывала.
- Знаешь, я слышала и от других «первых» жуткие вещи. Какие-то оборотни, кажется. Привидения…
- Может, детей пугают, чтобы от лагеря не отходили?
- Не знаю. Ладно… Будем надеяться, что всё это сказки.
- Конечно, сказки. Какие привидения? Анютке простительно в это верить, а ты же взрослая женщина, - Сергей со снисходительной улыбкой покачал головой.
И Наталья отвернулась, скрывая досаду. Ей не нравилось, когда муж с ней так. Как с полудурочкой.
Сама она не то, чтобы поверила, но… Она и раньше сталкивалась с необъяснимым. Так что, верь – не верь, но человек далеко не всё знает об этом мире.
- Пора укладываться. Мишутка совсем уже сонный.
Ночью Борьку вытянули из маленького самодельного спальника – новое бабулино швейное изделие, и когда он открыл глаза, пытаясь разобраться в происходящем, неведомые силы уже крепко держали его за талию и утягивали в темноту…
Утром первая спохватилась бабуля:
- А где ребята? Рыбу, что ли, пошли ловить?
- И Борьки нет, - расстроенная Мара обходила близлежащие кусты.
- Пацаны-ы! – крикнул Жора, не обращая внимание на поморщившихся женщин. Им не понравилось, что с утра пораньше кричат над самым ухом.
И тут уже все первые переселенцы подскочили.
- Они ушли, - закричала Анютка, пытаясь их успокоить. – Они с Борькой пошли.
- Куда?
Вскоре все двумя плотными кольцами окружили девочку. В первом кольце присели на корточки встревоженные Лука, Андрей, Жора, Таша, Ксюша, Никита, Мара, дед, бабуля, Дима, Ирина и Артём. Во втором стояли все остальные.
- К русалкам. Нет, к одной русалке…
- Анютка, дочь, - поморщился Сергей, - сейчас не время фантазировать.
- Она не фантазирует! - и на Сергея зыркнули такие острые взгляды первых переселенцев, что он растерялся и больше не рискнул делать замечание собственной дочери.
- Папочка, я не фантазирую. Это они мне так сказали. Вчера вечером. Чтобы я с утра всем передала. Они хотят помочь той русалке, у которой кольцо потерялось. Они боятся, что Борька уйдёт, и тогда они не попадут к той противущей барыне, которая эту девушку обожгла. И волосы спереди вырвала. Они пошли к «глазу».
- Понятно, - протянул Жора и поднялся. Поглядел вдаль.
В заднем ряду ничего не поняли, но «первые» задумчиво качали головами.
- Что теперь? – спросила Анютка.
- Теперь? Теперь… - Жора оглядел своих товарищей. – Что теперь? К «глазу»?
- Да.
- Вы – идите дальше, - обернулся Жора к тем, кто прибыл вчера. – Иван Павлович, вы отправляйтесь в деревню, а нам нельзя. Нам надо с пацанами.
- Да, - кивнула Анютка. - Ты, папочка, иди с мамочкой, а мне надо с пацанами.
Наталья немного побледнела. Как так? Их дочь останется с чужими людьми? Ну, конечно, не совсем с чужими, но всё же…
- Нет, Анюта. Ты пойдёшь с нами, - Наталья постаралась, чтобы в её голосе прозвучала несокрушимая сталь.
И у девочки на глазах навернулись слёзы, она тяжело засопела носом, пытаясь сдержать рыдания.
Ирина наклонилась к Анютке и что-то долго ей шептала на ухо, не обращая внимание на недовольный родителей.
И Анютка кивнула головой. Сказала послушно:
Жора тоже посмотрел на Ирину. Они улыбнулись. Чуть-чуть. И только глазами. Просто порадовались за себя и друг за друга.
- Рита… - Артём прижал к своим губам руку девушки и целовал каждый пальчик. А Рита запуталась тонкими пальцами второй руки в его густых волосах, и не было желания из них выбираться.
- Как же всё случилось? – Артём поднял голову, заглянул ей в глаза, - просто не могу поверить. Что-то немыслимое и невероятное. Я тебя потерял в той жизни, как же так получилось, что здесь мы встретились?
И Рита стала рассказывать свою печальную историю. Как схватили её мужчины, ударили, а очнулась она в винном погребе, и над ней стоял его отец.
И по мере рассказа Артём вдруг стал понимать, что история эта ему знакома, что совсем недавно он её уже слышал, правда, немного с другого ракурса. А потом понял. Всё понял.
И впервые за последние несколько минут он отвёл взгляд от своей любимой, поискал глазами бабулю.
Ульяна была неподалёку, в окружении своей семьи. Она слушала симпатичную девчонку, очевидно, внучку, кивала и улыбалась ей.
Артём долго смотрел на бабулю.
«Своим невероятным счастьем я обязан ей. Будет ли у меня возможность хоть когда-нибудь… хоть немного отплатить?»
А Ульяна тоже взглянула на Риту. Сначала мельком, случайно. Потом вернула взгляд, нахмурилась, вспоминая. А потом сообразила. Покачала в изумлении головой, посмотрела на Артёма. И их взгляды сказали друг другу многое без слов.
- А вон тот красавчик? Кто он? Ух, какая улыбка.
- Его зовут Андрей.
Мара сунула руки в карман. Просто, чтобы Леся не заметила сжатые кулаки.
Опять? Опять…
Когда несколько минут назад Мара увидела свою сестричку - ахнула. Как же она соскучилась! Но чистая, незамутнённая радость царила в душе недолго.
- Ты одна? Без Романа? – с трудом вымолвила имя, словно оно вдруг стало камушком.
- Ай! Я его бросила. Скажу откровенно, он ни о чём. Удивляюсь, что ты в нём нашла?
«А ты что?», - вопрос не был задан, но он был настолько очевиден, что, казалось, материализовался и завис в воздухе между ними.
Но Леся его не уловила. Она с интересом посматривала по сторонам, останавливая свой взгляд, в основном, на парнях. Андрей ей, похоже, приглянулся.
И тот, словно почувствовав внимание, оглянулся на них. Улыбнулся своей красивой улыбкой и что-то сказал своим собеседникам.
- Похоже, идёт к нам! – заволновалась Леся. Она приготовилась к встрече - прогнула сексуально спинку, выпятила грудь вперёд и завертела на пальце длинный локон.
А Мара вдруг вспомнила Настю. Стойкую славянскую девушку, которая не шла на компромиссы и своё не считала нужным раздавать направо и налево просто потому, что кому-то оно тоже понадобилось. И руки в карманах Мары вдруг перестроились из кулаков в два кукиша.
«На этот раз, сестричка, обойдёшься!»
- Привет, - кивнул подошедший Андрей.
- Знакомься, это моя сестра Леся.
- Привет, Леся, - но взгляд парня скользнул по сексуальной позе безо всякого интереса. – А я хочу познакомить тебя со своим братом и племянницами. Пойдём? – Андрей легко потянул Мару за руку. - Леся, пойдёшь с нами? – спохватился он, вспомнив про этикет, и снова взглянул на сестричку. Мельком. Равнодушно.
- В следующий раз, - разочарованно закусила губу Леся.
А ошеломлённая Мара замерла. На мгновение мелькнуло воспоминание: костёр, летняя ночь, Ожана в досаде кусает губу. Когда не получилось так, как ей хотелось бы. Один в один.
- Пойдём, - повернулась к Андрею.
Глава 215
Совсем скоро в ряду, в котором первоначально сидели все переселенцы, остались лишь Лука, Никита, Таша и Борька.
Никита никого из пещеры не ждал. Вся его жизнь до взрыва – работа, опыты, лаборатории. Его как интеллектуально одарённого ребёнка направили для обучения в специальную школу слишком рано, а затем в научно-экспериментальный центр, где единственным значимым человеком для него стал Иван Павлович.
После пробуждения количество значимых людей существенно возросло. А опыты и научные открытия почти утратили своё значение, стали казаться немного чужими и искусственными.
Теперь Никита с улыбкой наблюдал за Ксюшей. Наконец она встретилась с папой. И с мамой заодно.
Глядя, с какой нежностью они окружили свою дочь, становилось понятно, почему ей так сложно было взять любое дело в свои руки. Скорее всего, все дела просто не доходили до Ксюшиных рук. Родители перехватывали их по дороге.
Лука и ждал, и нет.
Единственный человек из прошлой жизни – Алёнка. Но с ней его связывал один осенний день. Почему только он остался в памяти и так ярко проник в душу – непонятно. Луке оставалось надеяться, что он не тот самый андроид, который, как дамоклов меч, всё это время висел над головами переселенцев. Но в это не верилось. Потому что роботы не могут так любить, как полюбил он.
Для любви должно быть место. И это место – душа. А у роботов её нет и быть не может.
Лука покосился на сидящую рядом Ташу – и ещё раз удостоверился, что он не робот.
А Таша ждала… Кого? Сама не понимала. Но, может быть, будет и у неё сегодня неожиданная встреча?
Что с ней не так? Почему не помнит ничего про себя, даже имени?
И где-то внутри, глубоко-глубоко внутри, пряталось желание ничего не выяснять. Она только теперь ясно осознала это желание. До этого были смутные колебания, которые мешали подойти к Артёму и попробовать узнать что-нибудь. Хотя бы имя.
Может, она и есть тот самый андроид?
А Борька осторожно разглядывал из-за спины Луки всеобщую суматоху, глядел на Мару и понимал, что её что-то напрягает, но не удивлялся. Его самого всё происходящее очень сильно напрягало. Он терпел из последних сил, чтобы не отправиться дальше в свой путь. Но сначала надо было попрощаться. С Марой…
Из пещеры уже давно никто не выходил.
- Все? – поинтересовался Никита непонятно у кого.
- Наверное.
- Я тут пытаюсь пересчитать, сколько нас стало, но все двигаются, и я сбиваюсь.
- Нас должно быть пятьдесят три. Плюс Борька и Иван Павлович.
- А вот и он.
- Кто? Иван Павлович? Не узнал… Оказывается, он уже здесь…
На выходе из пещеры показался старик. Он поднял руку, призывая ко вниманию.
- Здравствуйте друзья. Давайте спустимся вниз и эту ночь проведём у подножия горы. Там мы соберём первый совет и решим, что дальше. Прошу всех только что проснувшихся вернуться к своим ячейкам, чтобы забрать личные вещи… Пойдёмте.
На совете решался пока один вопрос – куда дальше? И первое слово взял профессор.
- Я предлагаю к нам в деревню. Наши первопроходцы там уже побывали... В этой деревне всё построено для комфортной жизни… какая только возможна в нынешних условиях. Роботов я пока убрал подальше с глаз. Как вы считаете? – Иван Павлович повернулся к первым переселенцам, которые, в силу привычки, уселись рядом друг с другом.
Переселенцы все, как один, опустили глаза. Даже Анютка. Идея показалась им не очень.
- Но это неплохой вариант, - неуверенно попыталась поддержать профессора Ирина.
- И дети… - продолжила ещё неуверенней бабуля. – Это… пока мы построим что-то своё… а детям лучше попервости там, в нормальных кроватях, да под крышей… А то нашей Анютке сколько раз пришлось в мешке ночевать.
- Ничего, - возразила Анютка, - я и на змеях спала. Я привыкшая.
И Анюткина мама в ужасе широко распахнула глаза…
Первый совет принял решение – идти в деревню.
После совета Жора подошёл к Ивану Павловичу:
- Можно с Вами переговорить?
Тот поморщился:
- С тобой, - поправил он. - Жора, ни к чему эта вежливая шелуха. Конечно… Давай отойдём.
Профессор шёл медленно. Старость и усталость сделали ноги непослушными. И пока они добирались до пригорка, подальше от костра, их догнали ещё Артём и Таша. А следом торопились остальные переселенцы. Первые. У них к профессору скопилось множество вопросов. Позади всех уныло плёлся Борька, стараясь держаться около кустов, и его вприпрыжку обогнала Анютка.
Когда Иван Павлович обернулся, то даже немного вздрогнул, обнаружив за собой большую компанию.
- Ну тогда помогите мне сесть. Чувствую, разговор серьёзный.
- Сначала я, - поднял руку Жора и обвёл взглядом своих товарищей. Никто не возразил. – О чём бы вы сейчас не спрашивали, требую одного! Чтобы я никогда не узнал, кто из нас робот. Вы - как хотите. Но если узнаете, держите в секрете от меня.
- И от меня…
- И от меня…
- И от меня…
- Да никому это не надо.
- Я не понял, - профессор завертел головой, оглядывая переселенцев. – Вы не прослушали мою запись?
- Прослушали. Ровно до момента с нечеловеком.
- Ясно. Что же в таком случае вы хотите узнать?
И в ответ образовалась тишина.
- А бабушка Яга настоящая? – видя, что все молчат, осмелилась начать Анютка.
- Бабушка Яга? Ты имеешь в виду леший лес? Ой, боюсь тут я тебе не в силах ничего разъяснить. Дорога туда для нас была закрыта. Если кто-то из андроидов пытался что-то разведать, пропадал. Уже на подходе к лесу все приборы начинали барахлить. Так что… и про леший лес, и про остальные племена я знаю меньше вас. Знаю, что дальше к востоку живут люди с крыльями. Их засекли в воздухе наши дроны. Вот, пожалуй, единственное, в чём я больше информирован. Всё.
- Наши семьи здесь… Это было неожиданно. Чем мы такое заслужили?
- Понимаете… Программа выбрала вас. И больше никого. Если у вас получится выжить, то будет победа, если не получится, количество переселенцев не имеет значение. Значит, человечество закончится. У вас получилось. Ваша семья – это ваша награда за… Даже не знаю, чем вы отличаетесь от остальных. Но что-то в вас есть.
- Почему моего имени не было в списке?
- Артём… Понимаешь… Если у вас нет секретов друг от друга…
Артём немного помолчал.
- У меня нет секретов.
- С тобой получилась невероятная история. Твой отец, правдами и неправдами, захотел тебя отправить в будущее. У него связи…
- И я в этой компании, получается, по блату?
- Так думал твой отец. Но и компьютер тебя выбрал. Так совпало. Я пытался объяснить это твоему отцу, говорил, что никаких усилий с его стороны не требуется, но он не мог в это поверить.
- Понятно.
- Но имя в списке изменили по другой причине. Твоя мама…
- Что?
- Вскоре твой отец умер от сердечного приступа.
- Я знаю.
- Знаешь? Откуда? Ты ведь уже спал.
- Мне наша бабушка Ульяна рассказала.
- Да… довелось встретиться, - кивнула бабуля. - Можно сказать, проводить в последнюю дорогу.
Профессор впервые застыл в недоумении. Все ждали. Долго. Наконец он неуверенно продолжил.
- И твоей маме нужен был код… от чего-то там.
- От сейфа, - помогла старушка.
- Точно. И она требовала, чтобы тебя разбудили. Надеялась, что ты сможешь ей подсказать. Я отказал. Она обещала жаловаться и обратиться куда-то высоко. И тогда я внёс в список фальшивое имя, а твоей маме сказал, что тебя отправили куда-то за Урал, в другую группу. Я боялся, что тебя не оставят в покое.
И вновь наступило долгое молчание.
Со стороны костра доносился разговор и смех. Люди знакомились.
- Почему у Анютки не открывалась коробка? – спросил Андрей.
- А… Это просто. Её мама нашла дома какую-то позабытую игрушку, уже после того, как Аня была в капсуле, умоляла вложить её в личные вещи. Говорила, что Анюте будет трудно без неё.
- Ага! Это Мыша.
- Что мы и сделали. Это создавало в будущем трудности, но мы надеялись, что разрешимые.
Больше тишину никто не нарушал.
Таша так и не решилась задать свой главный вопрос.
Глава 216
Тридцатилетняя Наташа с улыбкой наблюдала за дочерью, потом, удивлённая, повернулась к мужу:
- Нашу Анютку не узнать.
- По-моему, она всегда была общительная, - не заметил особых изменений Сергей.
- Нет… Она стала какой-то… деловой, что ли? У неё чуть ли не совета уже спрашивают. Вон, посмотри на тех двух парней. Как их зовут? Не помню.
Сергей отвлёкся от младшего сына, поглядел в сторону дочери.
- Один из них Петька, второй... Тоже забыл.
- Смотри, как они ей что-то серьёзно втолковывают… А теперь она им. Кстати, что она имела в виду, когда рассказывала про змей?
- Не знаю. По-моему, она стала большой фантазёркой. Она и про Бабу-ягу рассказывала.
- Знаешь, я слышала и от других «первых» жуткие вещи. Какие-то оборотни, кажется. Привидения…
- Может, детей пугают, чтобы от лагеря не отходили?
- Не знаю. Ладно… Будем надеяться, что всё это сказки.
- Конечно, сказки. Какие привидения? Анютке простительно в это верить, а ты же взрослая женщина, - Сергей со снисходительной улыбкой покачал головой.
И Наталья отвернулась, скрывая досаду. Ей не нравилось, когда муж с ней так. Как с полудурочкой.
Сама она не то, чтобы поверила, но… Она и раньше сталкивалась с необъяснимым. Так что, верь – не верь, но человек далеко не всё знает об этом мире.
- Пора укладываться. Мишутка совсем уже сонный.
Ночью Борьку вытянули из маленького самодельного спальника – новое бабулино швейное изделие, и когда он открыл глаза, пытаясь разобраться в происходящем, неведомые силы уже крепко держали его за талию и утягивали в темноту…
Утром первая спохватилась бабуля:
- А где ребята? Рыбу, что ли, пошли ловить?
- И Борьки нет, - расстроенная Мара обходила близлежащие кусты.
- Пацаны-ы! – крикнул Жора, не обращая внимание на поморщившихся женщин. Им не понравилось, что с утра пораньше кричат над самым ухом.
И тут уже все первые переселенцы подскочили.
- Они ушли, - закричала Анютка, пытаясь их успокоить. – Они с Борькой пошли.
- Куда?
Вскоре все двумя плотными кольцами окружили девочку. В первом кольце присели на корточки встревоженные Лука, Андрей, Жора, Таша, Ксюша, Никита, Мара, дед, бабуля, Дима, Ирина и Артём. Во втором стояли все остальные.
- К русалкам. Нет, к одной русалке…
- Анютка, дочь, - поморщился Сергей, - сейчас не время фантазировать.
- Она не фантазирует! - и на Сергея зыркнули такие острые взгляды первых переселенцев, что он растерялся и больше не рискнул делать замечание собственной дочери.
- Папочка, я не фантазирую. Это они мне так сказали. Вчера вечером. Чтобы я с утра всем передала. Они хотят помочь той русалке, у которой кольцо потерялось. Они боятся, что Борька уйдёт, и тогда они не попадут к той противущей барыне, которая эту девушку обожгла. И волосы спереди вырвала. Они пошли к «глазу».
- Понятно, - протянул Жора и поднялся. Поглядел вдаль.
В заднем ряду ничего не поняли, но «первые» задумчиво качали головами.
- Что теперь? – спросила Анютка.
- Теперь? Теперь… - Жора оглядел своих товарищей. – Что теперь? К «глазу»?
- Да.
- Вы – идите дальше, - обернулся Жора к тем, кто прибыл вчера. – Иван Павлович, вы отправляйтесь в деревню, а нам нельзя. Нам надо с пацанами.
- Да, - кивнула Анютка. - Ты, папочка, иди с мамочкой, а мне надо с пацанами.
Наталья немного побледнела. Как так? Их дочь останется с чужими людьми? Ну, конечно, не совсем с чужими, но всё же…
- Нет, Анюта. Ты пойдёшь с нами, - Наталья постаралась, чтобы в её голосе прозвучала несокрушимая сталь.
И у девочки на глазах навернулись слёзы, она тяжело засопела носом, пытаясь сдержать рыдания.
Ирина наклонилась к Анютке и что-то долго ей шептала на ухо, не обращая внимание на недовольный родителей.
И Анютка кивнула головой. Сказала послушно:
