Получив в обмен на подписанный чек сапфир-накопитель, Макс бросил еще один взгляд на экран, после чего вместо чековой книжки из ножен на внутренней стороне плаща был извлечен серебристый кинжал с длинным тонким лезвием.
Подойдя к постаменту, охотник закрыл глаза на мгновение, провел несколько раз рукой вокруг защитной сферы, после чего удовлетворенно хмыкнул и с размаху рубанул кинжалом по воздуху, разрубая энергетический канал, идущий от артефактов к чудовищу. Одновременно с этим в его левой руке ярким синим светом загорелся накопитель.
— Шиндэроен дхе рхибашкохен! — громко произнес Макс, отчетливо проговаривая каждое слово, после чего резким движением занес камень над постаментом.
От этого камень вспыхнул еще ярче, и вместе с этим в воздухе на какое-то мгновение проявилась полупрозрачная трубка красноватого цвета, уходящая куда-то в потолок зала, конец которой болтался в полуфуте над поверхностью защитной сферы.
Пару мгновений, еще несколько вспышек, и трубка присосалась к накопителю, который держал в руке Макс, а после — исчезла, одновременно с чем погасло и свечение камня.
Окинув взглядом камень, Макс удовлетворенно хмыкнул и засунул его в небольшую шкатулку из темного дерева с обитыми каким-то металлом углами, которую он выудил из своего чемоданчика, стоявшего неподалеку.
— Замечательно, — удовлетворенно произнес он, возвращая шкатулку на место и захлопывая за ней крышку чемоданчика. — Теперь наши шансы найти чудовище существенно возросли.
— Это все, господа? — спросил Дональд, который подошел к экрану и начал что-то в нем настраивать — по всей видимости, подготавливая к выключению после работы. — У вас нет ко мне больше никаких вопросов, претензий?
— Мы узнали здесь все, что хотели, и даже немного больше. Благодарю вас, коллега. Вы нам очень помогли, — Макс кивнул ученому. — Не будем вас больше задерживать.
— Проводить вас до выхода? — ученый оторвался от своего занятия и поднял взгляд на охотника.
— Нет, спасибо, — произнес в ответ полицейский. — Выход мы найдем сами, провожать нас не нужно.
Вновь пройдя по шаткой винтовой лестнице, охотник и полицейский выбрались, наконец, из подвального хранилища. Тепло попрощавшись с сидевшей на кассе женщиной и пообещав при случае снова заглянуть в музей, чтобы все же ознакомиться с его экспозицией, они вышли на улицу, где начал накрапывать мелкий противный дождик.
После того, как они быстрым шагом дошли до машины и погрузились в нее, а севший на сей раз за руль Макс запустил двигатель и направил на запотевшее стекло поток теплого воздуха, Марко наконец произнес то, что, судя по выражению его лица, вертелось у него на языке последние несколько минут.
— Ну и сволочь же этот Дональд! — возмущенно выпалил он.
— Первостатейная, — кивнул Макс. — Такую потрясающую комбинацию оголтелой наглости, твердолобости, некомпетентности и нежелания видеть дальше собственного носа мне не доводилось встречать уже давно.
— Эх, — громко вздохнул Марко. — Слишком легко он отделался, вам не кажется? Получил небольшую трепку, услышал пару-тройку грубых слов, да еще и денег на этом заработал. Чересчур мягко для того, кто стал причиной всех этих смертей...
— Дорогой Марко, — Макс растянул губы в плотоядной ухмылке. — Ну неужели вы думаете, что я оставлю это просто так? Генерал Миллс узнает обо всем в мельчайших подробностях в тот же день, когда мы покончим с чудовищем. А пока пусть господин Аутло считает, что он нам больше не интересен, — хмыкнул охотник. — Меньше будет знать — меньше будет вероятность того, что он влезет в нашу охоту.
— Я рад, что не собираетесь спускать ему это с рук, — удовлетворенно кивнул Марко. — То, что вытворил этот, с позволения сказать, ученый — иначе как внутренним терроризмом и не назовешь. А его отношение к произошедшему явно показывает, что в будущем от него снова можно будет ждать чего-нибудь подобного.
— Не беспокойтесь, Марко, — усмехнулся охотник. — Никуда он не денется. Уже скоро безопасность американского государства сможет спать спокойно.
— Что у нас дальше по плану? — спросил полицейский, откидываясь на сидении.
— Предлагаю вернуться обратно в Спринг-Харбор, — ответил Макс, пристегивая ремень. — К сестре мэра нам ехать ближе к вечеру, так что у нас есть достаточно времени. Для начала пообедаем в каком-нибудь приятном заведении, а дальше — посмотрим. Есть у меня несколько идей…
(1) Фамилия Дональда – Outlaw – в переводе означает «Вне закона».
Негромко скрипнув подвеской, «Понтиак Бонневиль» выехал с парковочного места и, смахнув «дворниками» с лобового стекла капли дождя, влился в поток машин, пропустив доверху загруженный щебенкой самосвал, из толстых хромированных труб которого валил черный дым, как из топки паровоза.
— Да уж, — хмыкнул Макс, провожая взглядом грузовик, поворачивающий налево на ближайшем перекрестке. — Экология у вас тут, как я посмотрю, не в почете. У нас в Великобритании его с таким выхлопом даже на дорогу бы не выпустили.
— Ошибаетесь, — слегка раздраженно бросил в ответ Марко. — В штате Нью-Йорк еще в восемьдесят четвертом году ввели обязательную инспекцию выхлопа для всего коммерческого транспорта. И будь мы сейчас в Спринг-Харборе — я бы направил этого умника на нее без промедлений. Но увы, — вздохнул он, скосив взгляд в боковое окно. — Другой город, чужая зона ответственности. Не имею права вмешиваться.
— Только местная полиция может?
— Да. Они и еще полиция штата. А так как я не отношусь ни к тем, ни к другим — то в этой ситуации я не более чем простой гражданин. Кстати, — продолжил Марко, когда они проехали городскую ратушу и остановились на светофоре, — по поводу обеда. Я тут вспомнил, что здесь неподалеку была одна итальянская траттория. Мы с Дэном пару лет назад заезжали в город по каким-то рабочим вопросам, и на обратном пути он предложил туда заглянуть. Довольно-таки приличное место, как по мне — карбонара, по крайней мере, у них была просто бесподобна.
— Ну, давайте заедем, — хмыкнул Макс. — Не имею ничего против итальянской кухни. Показывайте дорогу.
— На следующем светофоре налево, если мне не изменяет память, — задумавшись на пару мгновений, ответил Марко. — Дальше посмотрим. Там вроде нужно было повернуть направо через два квартала после ярко-голубого дома. Он один такой на всей улице, не должны пропустить.
Покружив минут десять по улицам города и пару раз свернув не туда, Макс, следуя указаниям несколько позабывшего дорогу Марко, все-таки выехал к искомому ресторану.
«Траттория Эцио», а именно так называлось рекомендованное Марко заведение, помещалась в небольшом одноэтажном здании, стоявшем на пятачке между автосалоном «Шевроле» и лютеранской церковью.
С невзрачными грязно-бежевыми стенами ярко контрастировали бело-красные маркизы с зеленой окантовкой, висевшие над всеми окнами и над входом. Вместе с мигающими теплыми желтыми огоньками, опутавшими растущую перед зданием ель, они придавали зданию уютный и даже немного нарядный вид.
Внутри, несмотря на самый разгар рабочего дня, было довольно многолюдно. Услышав звон висевшего над входной дверью колокольчика, от барной стойки отделилась немолодая дородная официантка и жестом пригласила вошедших мужчин следовать за собой.
Проведя их в соседний зал, в котором было несколько свободных столиков, она пообещала вернуться к ним через несколько минут и удалилась, направившись к большой и шумной компании каких-то работяг в первом зале, разместившихся за двумя придвинутыми друг к другу столами и призывно махавших ей руками.
Обстановка в траттории была простой и даже немного неказистой, но как-то по-домашнему уютной. На полу, вымощенном кирпичного цвета плиткой с незамысловатым узором, стояли деревянные столы грубоватой работы, покрытые красными и белыми льняными скатертями. С массивных, но явно декоративных потолочных балок свисали вычурные металлические светильники, напоминавшие викторианские уличные фонари: их теплый желтовато-оранжевый свет на какое-то мгновение даже мог показаться не слишком внимательному посетителю светом свечи.
Окинув взглядом стену, на которой висело несколько фотографий с красивыми видами, снятыми, судя по всему, в разных местах Италии, Макс подтянул к себе меню.
Меню траттории было написано от руки на простом листе бумаги крупным вычурным почерком, с украшенными завитушками буквами.
— Что будете брать, Марко? — спросил он, пробежав глазами листок.
— Карбонару, пожалуй, — ответил тот. — В наших краях мало кто умеет ее готовить как следует. Здешний повар — редкое исключение. А вы?
— А я возьму лазанью. Давно ее уже не ел, — произнес Макс и, приподнявшись немного, помахал рукой проходившей неподалеку официантке. — Подойдите сюда, мисс! Мы хотим сделать заказ.
— Слушаю вас, господа, — несколько грубоватым голосом сказала она, вынув из кармана передника записную книжку и карандаш.
— Одну карбонару, пожалуйста, — отозвался Марко. — А еще пару брускетт с сыром и ветчиной.
— Поняла вас, сэр, — кивнула официантка, черкнув пару строчек в своем блокноте. — Желаете заказать напиток? Кофе, молоко, пиво, коктейль?
— Кофе, — ответил Марко. — Четыре шота в одном стакане, пару капель молока. Без сахара.
Официантка смерила Марко нечитаемым взглядом, но никак не прокомментировала его выбор — снова записав что-то в блокноте, она повернулась к Максу.
— Как насчет вас, сэр? — она перевернула листок в блокноте и приготовилась записывать.
— Одну большую лазанью, пожалуйста. Классическую, «болоньезе», если можно. И стакан молока.
— У нас, к сожалению, почти не осталось листов для лазаньи, — немного наморщив лоб, ответила официантка. — Ваша порция получится не очень большой. Ничего страшного?
— Ну, что тут поделать, — вздохнул Макс. — Пусть будет такая.
— Чтобы вы не ушли от нас голодным, позвольте порекомендовать вам еще и тортеллони — с рикоттой, прошутто и шпинатом. Наш повар, Касимиро, приготовил их буквально пять минут назад.
— А что такое тортеллони? — вклинился в разговор Марко. — Никогда о таких не слышал.
— Это такая паста, — ответил Макс. — Только с начинкой и свернутая в форме, напоминающей цветок розы.
— Или пупок Венеры, — усмехнулась женщина. — На моей родине, в Пьяченце, есть легенда, которая гласит, что тортеллони впервые приготовил один молодой повар, который подглядел в замочную скважину за богиней, когда та переодевалась: вдохновившись формой ее пупка, он перенес ее в тесто.
— Интересная легенда, — хмыкнул Макс. — Давайте еще и порцию тортеллони.
Когда официантка, приняв заказ, удалилась, направляясь к зовущему ее из глубины зала пожилому мужчине с лихо закрученными седыми усами, Марко наклонился к столу и заговорил немного приглушенным голосом:
— Итак, что касается нашего дела…
— Один момент, — поднял руку в останавливающем жесте Макс. — Тут многовато ушей вокруг, вам не кажется? — с этими словами он положил правую руку на стол, скрутив пальцы в странном жесте, и негромко пробормотал: «Мбы?т бисэ?дэн тонэ?».
Как только Макс замолчал, в ушах у Марко появился негромкий, но очень раздражающий звон. А когда через несколько секунд звон постепенно затих, он заметил, что все звуки из зала стали доноситься как-то приглушенно, будто из-за закрытой двери.
— Что вы сделали? — вполголоса спросил Марко. — У меня что-то в ушах зазвенело…
— Легкое отвлечение внимания и приглушение, — ответил, не снижая голоса, Макс. — Пока я не встану в полный рост и не начну кричать во все горло, взгляды окружающих будут скользить по нам, не останавливаясь ни на мгновение. А единственное, что они услышат — это негромкий бубнеж, из которого нельзя будет вычленить ни единого слова даже на диктофонной записи. Так что мы здесь можем говорить свободно.
— Удобно, — кивнул Марко. — Такие вещи лучше обсуждать без лишних ушей. Но не останемся ли мы с этой защитой без обеда?
— О, не беспокойтесь, — хмыкнул Макс. — Я добавил туда еще и сигналку. Когда официантка будет подходить — я об этом узнаю и отключу защиту.
— Хорошо, — слегка улыбнулся Марко уголками губ. — А то «топливо» того буррито, съеденного утром, лично у меня уже начинает заканчиваться, — хмыкнул он.
Поерзав немного на стуле, полицейский вдруг подобрался, а из его взгляда моментально исчезло все веселье.
— Итак. Генерал Миллс, значит? Интересные вы водите знакомства, Макс. Интересные и очень необычные. Никогда бы не подумал, что вы можете быть знакомы с Ястребом из Форт-Мид.
— Я знаю Герберта уже давно, — заговорил Макс после небольшой паузы, будто раздумывая, следует ли развивать тему. — Можно сказать, почти с самого начала своей карьеры охотника. Мы впервые встретились летом семьдесят первого года, на пляже под Брайтоном, что в графстве Суссекс.
— А как именно вы познакомились? — Марко подался немного вперед, опершись о стол. — Предположу, что это вряд ли произошло за бокалом пива в пляжном баре.
— И не ошибетесь в своем предположении, — кивнул Макс. — Какую версию истории предпочтете услышать — поподробнее или покороче?
— Да мы вроде бы никуда и не спешим…
— Ну, тогда слушайте, — Макс поерзал немного на стуле, устраиваясь поудобнее, после чего откинулся на спинку и заговорил: — День этот начинался довольно-таки буднично. Мы с моим наставником с самого утра были в Саутгемптоне на охоте.
— И на кого вы там охотились?
— Контейнеровоз, шедший из Варны в Нью-Йорк, зашел в местный порт — заправиться топливом, пополнить припасы, подобрать какой-то груз… А в одном из контейнеров на этом корабле сидел морой — как нам сказали, его приобрела у болгарских охотников для исследований какая-то лаборатория.
— Как я понимаю, этот самый морой у них удрал?
— Верно понимаете, — хмыкнул Макс. — Оператор портового крана перепутал контейнеры и начал выгружать тот, в котором сидело чудовище. Контейнер этот был специально предназначен для перевозки таких существ — полуоткрытый, с орихалковыми решетками и внутренним каркасом… Только вот на то, что оператор увидит чудовище сквозь решетку, испугается и сбросит контейнер на землю с высоты, он явно рассчитан не был: разбился вдребезги, что позволило морою удрать.
— А что это за зверь вообще такой — морой? И как вы его ловили?
— Одна из разновидностей низшего вампира. Не очень умная и не очень опасная. А этот к тому же оказался совсем молодым и неопытным. Подрал нескольких портовых рабочих, столпившихся вокруг обломков контейнера, и сбежал, забившись в какой-то темный угол, чтобы укрыться от солнца. Так что искать его долго не пришлось — просто прошли по следам его когтей, оставшимся на бетоне, сунули в тот угол стволы, выпустили по заряду серебряной дроби — и дело с концом.
— А на пляже вы как оказались? Брайтон, если я еще не совсем забыл карту Британии, довольно далеко от Саутгемптона.
— Ну, у нас на вечер того же дня была запланирована еще одна работенка, в Дувре. Там пещерный тролль повадился выходить из лесу к человеческому жилью — заборы ломал, местных жителей пугал, вроде бы даже какой-то грузовик перевернул. Наверное, тот припаркован был не по правилам, — усмехнулся Макс.
Подойдя к постаменту, охотник закрыл глаза на мгновение, провел несколько раз рукой вокруг защитной сферы, после чего удовлетворенно хмыкнул и с размаху рубанул кинжалом по воздуху, разрубая энергетический канал, идущий от артефактов к чудовищу. Одновременно с этим в его левой руке ярким синим светом загорелся накопитель.
— Шиндэроен дхе рхибашкохен! — громко произнес Макс, отчетливо проговаривая каждое слово, после чего резким движением занес камень над постаментом.
От этого камень вспыхнул еще ярче, и вместе с этим в воздухе на какое-то мгновение проявилась полупрозрачная трубка красноватого цвета, уходящая куда-то в потолок зала, конец которой болтался в полуфуте над поверхностью защитной сферы.
Пару мгновений, еще несколько вспышек, и трубка присосалась к накопителю, который держал в руке Макс, а после — исчезла, одновременно с чем погасло и свечение камня.
Окинув взглядом камень, Макс удовлетворенно хмыкнул и засунул его в небольшую шкатулку из темного дерева с обитыми каким-то металлом углами, которую он выудил из своего чемоданчика, стоявшего неподалеку.
— Замечательно, — удовлетворенно произнес он, возвращая шкатулку на место и захлопывая за ней крышку чемоданчика. — Теперь наши шансы найти чудовище существенно возросли.
— Это все, господа? — спросил Дональд, который подошел к экрану и начал что-то в нем настраивать — по всей видимости, подготавливая к выключению после работы. — У вас нет ко мне больше никаких вопросов, претензий?
— Мы узнали здесь все, что хотели, и даже немного больше. Благодарю вас, коллега. Вы нам очень помогли, — Макс кивнул ученому. — Не будем вас больше задерживать.
— Проводить вас до выхода? — ученый оторвался от своего занятия и поднял взгляд на охотника.
— Нет, спасибо, — произнес в ответ полицейский. — Выход мы найдем сами, провожать нас не нужно.
Вновь пройдя по шаткой винтовой лестнице, охотник и полицейский выбрались, наконец, из подвального хранилища. Тепло попрощавшись с сидевшей на кассе женщиной и пообещав при случае снова заглянуть в музей, чтобы все же ознакомиться с его экспозицией, они вышли на улицу, где начал накрапывать мелкий противный дождик.
После того, как они быстрым шагом дошли до машины и погрузились в нее, а севший на сей раз за руль Макс запустил двигатель и направил на запотевшее стекло поток теплого воздуха, Марко наконец произнес то, что, судя по выражению его лица, вертелось у него на языке последние несколько минут.
— Ну и сволочь же этот Дональд! — возмущенно выпалил он.
— Первостатейная, — кивнул Макс. — Такую потрясающую комбинацию оголтелой наглости, твердолобости, некомпетентности и нежелания видеть дальше собственного носа мне не доводилось встречать уже давно.
— Эх, — громко вздохнул Марко. — Слишком легко он отделался, вам не кажется? Получил небольшую трепку, услышал пару-тройку грубых слов, да еще и денег на этом заработал. Чересчур мягко для того, кто стал причиной всех этих смертей...
— Дорогой Марко, — Макс растянул губы в плотоядной ухмылке. — Ну неужели вы думаете, что я оставлю это просто так? Генерал Миллс узнает обо всем в мельчайших подробностях в тот же день, когда мы покончим с чудовищем. А пока пусть господин Аутло считает, что он нам больше не интересен, — хмыкнул охотник. — Меньше будет знать — меньше будет вероятность того, что он влезет в нашу охоту.
— Я рад, что не собираетесь спускать ему это с рук, — удовлетворенно кивнул Марко. — То, что вытворил этот, с позволения сказать, ученый — иначе как внутренним терроризмом и не назовешь. А его отношение к произошедшему явно показывает, что в будущем от него снова можно будет ждать чего-нибудь подобного.
— Не беспокойтесь, Марко, — усмехнулся охотник. — Никуда он не денется. Уже скоро безопасность американского государства сможет спать спокойно.
— Что у нас дальше по плану? — спросил полицейский, откидываясь на сидении.
— Предлагаю вернуться обратно в Спринг-Харбор, — ответил Макс, пристегивая ремень. — К сестре мэра нам ехать ближе к вечеру, так что у нас есть достаточно времени. Для начала пообедаем в каком-нибудь приятном заведении, а дальше — посмотрим. Есть у меня несколько идей…
(1) Фамилия Дональда – Outlaw – в переводе означает «Вне закона».
Глава 15. Воспоминания о былом
Негромко скрипнув подвеской, «Понтиак Бонневиль» выехал с парковочного места и, смахнув «дворниками» с лобового стекла капли дождя, влился в поток машин, пропустив доверху загруженный щебенкой самосвал, из толстых хромированных труб которого валил черный дым, как из топки паровоза.
— Да уж, — хмыкнул Макс, провожая взглядом грузовик, поворачивающий налево на ближайшем перекрестке. — Экология у вас тут, как я посмотрю, не в почете. У нас в Великобритании его с таким выхлопом даже на дорогу бы не выпустили.
— Ошибаетесь, — слегка раздраженно бросил в ответ Марко. — В штате Нью-Йорк еще в восемьдесят четвертом году ввели обязательную инспекцию выхлопа для всего коммерческого транспорта. И будь мы сейчас в Спринг-Харборе — я бы направил этого умника на нее без промедлений. Но увы, — вздохнул он, скосив взгляд в боковое окно. — Другой город, чужая зона ответственности. Не имею права вмешиваться.
— Только местная полиция может?
— Да. Они и еще полиция штата. А так как я не отношусь ни к тем, ни к другим — то в этой ситуации я не более чем простой гражданин. Кстати, — продолжил Марко, когда они проехали городскую ратушу и остановились на светофоре, — по поводу обеда. Я тут вспомнил, что здесь неподалеку была одна итальянская траттория. Мы с Дэном пару лет назад заезжали в город по каким-то рабочим вопросам, и на обратном пути он предложил туда заглянуть. Довольно-таки приличное место, как по мне — карбонара, по крайней мере, у них была просто бесподобна.
— Ну, давайте заедем, — хмыкнул Макс. — Не имею ничего против итальянской кухни. Показывайте дорогу.
— На следующем светофоре налево, если мне не изменяет память, — задумавшись на пару мгновений, ответил Марко. — Дальше посмотрим. Там вроде нужно было повернуть направо через два квартала после ярко-голубого дома. Он один такой на всей улице, не должны пропустить.
Покружив минут десять по улицам города и пару раз свернув не туда, Макс, следуя указаниям несколько позабывшего дорогу Марко, все-таки выехал к искомому ресторану.
«Траттория Эцио», а именно так называлось рекомендованное Марко заведение, помещалась в небольшом одноэтажном здании, стоявшем на пятачке между автосалоном «Шевроле» и лютеранской церковью.
С невзрачными грязно-бежевыми стенами ярко контрастировали бело-красные маркизы с зеленой окантовкой, висевшие над всеми окнами и над входом. Вместе с мигающими теплыми желтыми огоньками, опутавшими растущую перед зданием ель, они придавали зданию уютный и даже немного нарядный вид.
Внутри, несмотря на самый разгар рабочего дня, было довольно многолюдно. Услышав звон висевшего над входной дверью колокольчика, от барной стойки отделилась немолодая дородная официантка и жестом пригласила вошедших мужчин следовать за собой.
Проведя их в соседний зал, в котором было несколько свободных столиков, она пообещала вернуться к ним через несколько минут и удалилась, направившись к большой и шумной компании каких-то работяг в первом зале, разместившихся за двумя придвинутыми друг к другу столами и призывно махавших ей руками.
Обстановка в траттории была простой и даже немного неказистой, но как-то по-домашнему уютной. На полу, вымощенном кирпичного цвета плиткой с незамысловатым узором, стояли деревянные столы грубоватой работы, покрытые красными и белыми льняными скатертями. С массивных, но явно декоративных потолочных балок свисали вычурные металлические светильники, напоминавшие викторианские уличные фонари: их теплый желтовато-оранжевый свет на какое-то мгновение даже мог показаться не слишком внимательному посетителю светом свечи.
Окинув взглядом стену, на которой висело несколько фотографий с красивыми видами, снятыми, судя по всему, в разных местах Италии, Макс подтянул к себе меню.
Меню траттории было написано от руки на простом листе бумаги крупным вычурным почерком, с украшенными завитушками буквами.
— Что будете брать, Марко? — спросил он, пробежав глазами листок.
— Карбонару, пожалуй, — ответил тот. — В наших краях мало кто умеет ее готовить как следует. Здешний повар — редкое исключение. А вы?
— А я возьму лазанью. Давно ее уже не ел, — произнес Макс и, приподнявшись немного, помахал рукой проходившей неподалеку официантке. — Подойдите сюда, мисс! Мы хотим сделать заказ.
— Слушаю вас, господа, — несколько грубоватым голосом сказала она, вынув из кармана передника записную книжку и карандаш.
— Одну карбонару, пожалуйста, — отозвался Марко. — А еще пару брускетт с сыром и ветчиной.
— Поняла вас, сэр, — кивнула официантка, черкнув пару строчек в своем блокноте. — Желаете заказать напиток? Кофе, молоко, пиво, коктейль?
— Кофе, — ответил Марко. — Четыре шота в одном стакане, пару капель молока. Без сахара.
Официантка смерила Марко нечитаемым взглядом, но никак не прокомментировала его выбор — снова записав что-то в блокноте, она повернулась к Максу.
— Как насчет вас, сэр? — она перевернула листок в блокноте и приготовилась записывать.
— Одну большую лазанью, пожалуйста. Классическую, «болоньезе», если можно. И стакан молока.
— У нас, к сожалению, почти не осталось листов для лазаньи, — немного наморщив лоб, ответила официантка. — Ваша порция получится не очень большой. Ничего страшного?
— Ну, что тут поделать, — вздохнул Макс. — Пусть будет такая.
— Чтобы вы не ушли от нас голодным, позвольте порекомендовать вам еще и тортеллони — с рикоттой, прошутто и шпинатом. Наш повар, Касимиро, приготовил их буквально пять минут назад.
— А что такое тортеллони? — вклинился в разговор Марко. — Никогда о таких не слышал.
— Это такая паста, — ответил Макс. — Только с начинкой и свернутая в форме, напоминающей цветок розы.
— Или пупок Венеры, — усмехнулась женщина. — На моей родине, в Пьяченце, есть легенда, которая гласит, что тортеллони впервые приготовил один молодой повар, который подглядел в замочную скважину за богиней, когда та переодевалась: вдохновившись формой ее пупка, он перенес ее в тесто.
— Интересная легенда, — хмыкнул Макс. — Давайте еще и порцию тортеллони.
Когда официантка, приняв заказ, удалилась, направляясь к зовущему ее из глубины зала пожилому мужчине с лихо закрученными седыми усами, Марко наклонился к столу и заговорил немного приглушенным голосом:
— Итак, что касается нашего дела…
— Один момент, — поднял руку в останавливающем жесте Макс. — Тут многовато ушей вокруг, вам не кажется? — с этими словами он положил правую руку на стол, скрутив пальцы в странном жесте, и негромко пробормотал: «Мбы?т бисэ?дэн тонэ?».
Как только Макс замолчал, в ушах у Марко появился негромкий, но очень раздражающий звон. А когда через несколько секунд звон постепенно затих, он заметил, что все звуки из зала стали доноситься как-то приглушенно, будто из-за закрытой двери.
— Что вы сделали? — вполголоса спросил Марко. — У меня что-то в ушах зазвенело…
— Легкое отвлечение внимания и приглушение, — ответил, не снижая голоса, Макс. — Пока я не встану в полный рост и не начну кричать во все горло, взгляды окружающих будут скользить по нам, не останавливаясь ни на мгновение. А единственное, что они услышат — это негромкий бубнеж, из которого нельзя будет вычленить ни единого слова даже на диктофонной записи. Так что мы здесь можем говорить свободно.
— Удобно, — кивнул Марко. — Такие вещи лучше обсуждать без лишних ушей. Но не останемся ли мы с этой защитой без обеда?
— О, не беспокойтесь, — хмыкнул Макс. — Я добавил туда еще и сигналку. Когда официантка будет подходить — я об этом узнаю и отключу защиту.
— Хорошо, — слегка улыбнулся Марко уголками губ. — А то «топливо» того буррито, съеденного утром, лично у меня уже начинает заканчиваться, — хмыкнул он.
Поерзав немного на стуле, полицейский вдруг подобрался, а из его взгляда моментально исчезло все веселье.
— Итак. Генерал Миллс, значит? Интересные вы водите знакомства, Макс. Интересные и очень необычные. Никогда бы не подумал, что вы можете быть знакомы с Ястребом из Форт-Мид.
— Я знаю Герберта уже давно, — заговорил Макс после небольшой паузы, будто раздумывая, следует ли развивать тему. — Можно сказать, почти с самого начала своей карьеры охотника. Мы впервые встретились летом семьдесят первого года, на пляже под Брайтоном, что в графстве Суссекс.
— А как именно вы познакомились? — Марко подался немного вперед, опершись о стол. — Предположу, что это вряд ли произошло за бокалом пива в пляжном баре.
— И не ошибетесь в своем предположении, — кивнул Макс. — Какую версию истории предпочтете услышать — поподробнее или покороче?
— Да мы вроде бы никуда и не спешим…
— Ну, тогда слушайте, — Макс поерзал немного на стуле, устраиваясь поудобнее, после чего откинулся на спинку и заговорил: — День этот начинался довольно-таки буднично. Мы с моим наставником с самого утра были в Саутгемптоне на охоте.
— И на кого вы там охотились?
— Контейнеровоз, шедший из Варны в Нью-Йорк, зашел в местный порт — заправиться топливом, пополнить припасы, подобрать какой-то груз… А в одном из контейнеров на этом корабле сидел морой — как нам сказали, его приобрела у болгарских охотников для исследований какая-то лаборатория.
— Как я понимаю, этот самый морой у них удрал?
— Верно понимаете, — хмыкнул Макс. — Оператор портового крана перепутал контейнеры и начал выгружать тот, в котором сидело чудовище. Контейнер этот был специально предназначен для перевозки таких существ — полуоткрытый, с орихалковыми решетками и внутренним каркасом… Только вот на то, что оператор увидит чудовище сквозь решетку, испугается и сбросит контейнер на землю с высоты, он явно рассчитан не был: разбился вдребезги, что позволило морою удрать.
— А что это за зверь вообще такой — морой? И как вы его ловили?
— Одна из разновидностей низшего вампира. Не очень умная и не очень опасная. А этот к тому же оказался совсем молодым и неопытным. Подрал нескольких портовых рабочих, столпившихся вокруг обломков контейнера, и сбежал, забившись в какой-то темный угол, чтобы укрыться от солнца. Так что искать его долго не пришлось — просто прошли по следам его когтей, оставшимся на бетоне, сунули в тот угол стволы, выпустили по заряду серебряной дроби — и дело с концом.
— А на пляже вы как оказались? Брайтон, если я еще не совсем забыл карту Британии, довольно далеко от Саутгемптона.
— Ну, у нас на вечер того же дня была запланирована еще одна работенка, в Дувре. Там пещерный тролль повадился выходить из лесу к человеческому жилью — заборы ломал, местных жителей пугал, вроде бы даже какой-то грузовик перевернул. Наверное, тот припаркован был не по правилам, — усмехнулся Макс.
