— Добрый день, господин Родд, — поприветствовала Мэрлина.
— Добрый, Мэрлина. Чем могу быть полезен? — улыбнувшись, спросил Родд.
— Понимаете, мы с сестрой хотим основать свою гильдию. А для состава нужен отличный воин. Насколько помню, у вас было много учеников. Не подскажете, какой подойдёт нам?
— Да, есть один такой. Из всех моих учеников он самый лучший. Правда, юноша немного грубоват и замкнут, но, в общем-то, человек хороший. Если берётся за дело, то всегда выполняет до конца. И владеет оружием только для защиты других. Жестокости за ним не наблюдалось. Идёмте, я вас познакомлю.
Они прошли на задний двор дома, где располагалась тренировочная площадка. Именно здесь Родд проводил занятия. Сейчас оттуда доносился звон стали. Шёл поединок на мечах между девушкой и юношей. У девушки были короткие чёрные волосы, тёмные лучистые глаза, красивое светлое лицо и женственная, стройная фигура. Юноша же был высок, красив, крепок телом. Бой шёл на равных. Юноша и девушка наносили выпады и совершали манёвры, не уступая друг другу. Их действия напоминали красивый танец с клинками.
Идиллия замерла. Её внимание сразу привлёк юноша. Она наблюдала за каждым его движением и не могла не подметить, что он превосходно сражается. Она не сомневалась, что именно этот юноша подойдёт их гильдии. Мэрлина тоже внимательно следила за поединком, оценивая способности будущего подопечного.
И вот молодой человек совершил обманный манёвр и остановил у шеи противницы лезвие клинка. Оба на миг замерли, потом опустили оружия и отошли друг от друга. Поединок закончился.
— Ты победил меня, малыш, — улыбнулась девушка.
— Не называй меня так. Ты всего на два года старше, — ответил юноша, спрятав меч в ножны.
— Хоть ты и младше меня, зато выше! — заметила подруга, на что молодой человек слегка улыбнулся.
Тогда они заметили зрителей. Родд подозвал их, и парочка тут же двинулась к нему, с интересом рассматривая гостей.
— Знакомьтесь, это Мэрлина и Идиллия. Девушки, это моя дочь Кунна и приёмный сын Утер Лайтс. Тот самый лучший ученик, — представил их Родд.
Кунна радостно улыбнулась и приветствовала волшебниц, сказав, что ей очень приятно с ними познакомиться, на что сёстры ответили взаимностью. А вот Утер не спешил здороваться. Сначала он окинул оценивающим взглядом Мэрлину, затем перешёл на Идиллию.
Идиллия оцепенела под пристальным взглядом зелёных глаз. Она невольно затаила дыхание. Вблизи Утер оказался слишком привлекательным. Высокий, широкоплечий и стройный. Капельки пота блестели на загорелой коже. Тёмные прядки волос липли ко лбу. У него было волевое и красивое лицо. Идиллия не могла ни взгляда отвести, ни слова сказать. Её щёки налились румянцем. Вдруг стало так жарко.
Утер усмехнулся и сложил руки на груди.
— Нечего так на меня смотреть, красавица. Меня не привлекают влюблённые, наивные девицы.
Мэрлина не успела и слова вставить в защиту сестры, как Идиллия сама ответила:
— Я не влюбчивая девица. Просто мне интересно: много ли ума у того, кто умеет махать мечом?
На лице Утера появилось крайнее удивление. Кунна прыснула в кулак от смеха. Так Утера ещё никто не отшивал. Обычно многие юные девушки, едва завидев его, чуть ли не сразу влюблялись. Он привык к этому, поэтому перестал обращать внимание. Но эта девушка, несмотря на смазливое и открытое личико, оказалась не промах. Справившись с удивлением, Утер вернул лицу серьёзное выражение. Что ж, он признал, что Идиллия лучше других девушек в плане характера и ума. Да и красавицей он назвал её неспроста. Она ему тоже приглянулась.
Мэрлина и Родд долго уговаривали Утера присоединиться к будущей гильдии. Молодой воин впрямь оказался очень упрямым. Он считал, что мог бы найти службу и лучше. Приводил другие аргументы. Но, в конце концов, он согласился.
Мэрлина оказалась права. С воином выполнять задания стало лучше. Как говорил Родд, Утер никогда не отступал и доделывал дело до конца. Пускай он был закрытым и говорил немного жёстко, но товарищем оказался хорошим. Но Утер не любил рассказывать о своём прошлом, о кровной семье и что с ним случилось в юности. Зато однажды Идиллия случайно увидела Утера читающим. Они начали общаться на тему книг, затем разговоры перешли на другие темы. Вскоре юноша и девушка начали открываться друг друг и испытывать глубокую симпатию. Мэрлина хорошо общалась с Утером и была рада, что сестра тоже нашла с ним общий язык. Вот только она предположить не могла, насколько прочные узы образовались между ними.
Однажды вечером, пока не было Утера, сёстры сидели в гостиной, обсуждая то одно, то другое, попивая чай. Тогда Идиллия решила задать сестре важный вопрос:
— Мэрлина, скажи, как поступить, когда влюбляешься в кого-то?
Мэрлина чуть не подавилась чаем. На всякий случай она отставила чашку.
— В кого ты влюблена?
Идиллия залилась пунцовой краской.
— В Утера. Мне очень хорошо с ним. Мы приятно общаемся. Ещё он не раз говорил, какая я красивая, умная и добрая. Я хочу признаться ему, но не знаю, испытывает ли он ко мне те же чувства. Подскажи, как мне быть?
Мэрлина задумалась. Такого поворота событий она не ожидала. Учитывая, что сама Мэрлина никогда не влюблялась и не задумывалась о любовных отношениях. Она была поглощена учёбой и работой, поэтому не задумывалась о личной жизни. Идиллии следовало обратиться с таким вопросом к матери или Ролланде, но это невозможно. Мать и отец мертвы, а старшая сестра находилась далеко. А Идиллии очень хотелось поделиться с кем-то своими чувствами и переживаниями. Лично Мэрлина считала Утера хорошим человеком и была уверена, что, если любовь окажется взаимной, они с Идиллией будут счастливы.
— Просто признайся ему. Если Утер испытывает к тебе нежные чувства, то обязательно ответит взаимностью. Держать свои чувства тяжело, — посоветовала Мэрлина. Это единственное, что она могла предложить. Идиллия была благодарна и такому совету.
— Хорошо. Я откроюсь ему.
Вдруг дверь распахнулась и в гостиную вбежал Утер.
— Идём! Быстрее! — позвал он. Ничего не объясняя, воин выбежал из помещения. Сёстры удивились, но осознали важность происходящего и последовали за молодым человеком.
Утер привёл девушек к берегу реки, что протекала рядом с Маг-Питером. Там кто-то лежал. Идиллия первая подбежала к незнакомцу и внимательно рассмотрела. Это был молодой мужчина невероятной красоты. Чёрные короткие пряди, темнее вороньего пера, спадали на бледное лицо с идеально ровными, заострёнными чертами. Удивительно сложенный, мускулистый торс. Только вот у незнакомца имелись чёрные лисьи уши и пушистый хвост. Идиллия бы залюбовалась прекрасным мужчиной, если бы не большое кровавое пятно на его груди.
— Кто это? Он же не человек, — предположила Мэрлина.
— Не знаю. Я нашёл его здесь таким. Наверное, он уже мёртв, — ответил Утер.
Вдруг незнакомец едва дёрнулся. Веки тяжело поднялись, и Идиллия увидела глаза цвета ярких рубинов. Незнакомец смотрел на нависшую над ним девушку. Его взор был пустым, безжизненным. Такие глаза бывают только у тех, кто лишился смысла жизни.
— Он жив! — воскликнула Идиллия.
Раненого еле подняли и отнесли домой. Затем волшебницы потратили много времени за его лечением. Рана оказалась глубокой и тяжёлой. Клинком пробили не только лёгкое, но и сердце. От такой раны люди умирают. Мэрлина определила, что рану нанесли магическим оружием, иначе бы нелюдь не пострадал. Однако незнакомец был на грани смерти, лишь чудо спасло несчастного. Кое-как волшебницы подштопали рану и перевязали её.
Наконец незнакомец полностью очнулся. Он представился Азианом и оказался демоническим оборотнем-лисом. Кто и зачем пытался его убить, он не желал рассказывать. Азиан отличался очень грубым и холодным поведением. Он немедленно со всеми разругался, даже чуть не вцепился в драке с Утером, когда тот попытался его урезонить. Азиан был точно дикий и злой зверь, которого заперли в клетке.
Прошло несколько дней. Азиан безвылазно сидел в комнате, не принимал помощи и ни с кем не разговаривал.
Но однажды Идиллия решила зайти к нему. Открыв дверь и тихонько проникнув в комнату, она увидела Азиана. Он сидел на подоконнике и безразлично смотрел в окно. Треугольные пушистые ушки дёрнулись, давая знать, что лис слышал чужие шаги.
— Зачем пришла? — грубо спросил демон, даже не повернув голову в сторону пришедшей.
— Я… — Идиллия не могла нормально говорить, поскольку боялась демона. Она держалась на расстоянии. Азиан чувствовал её страх, и это лишь сильнее заводило его агрессию. Идиллия глубоко вздохнула, призывая спокойствие, и как можно ровнее спросила: — Почему ты не хочешь говорить с нами? Никто из нас не причинит тебе вреда.
— Потому что люди раздражают меня! — Азиан, наконец, повернулся к ней лицом, искажённым злобой. Идиллия увидела его алые, красивые, но такие холодные глаза. В них — одна лишь ненависть. Что же перенёс демон, чтобы в нём осталась лишь дикая ярость? Демоны — ужасные создания, это знали все. Но Идиллия верила, что даже в демонах есть что-то хорошее. Не все из них злые. И ей почему-то хотелось верить, что Азиан вовсе не такой злой, каким кажется. Она поняла, что творилось в его душе.
— Ты очень одинок. Ты ненавидишь всех потому, что боишься. Возможно, окружающие отвергали тебя из-за демонической природы. Ты боишься открыться кому-то из-за страха предательства. А на самом деле ты не…
— Заткнись!
Вдруг Азиан сорвался и мгновенно приблизился к ней. Идиллия испуганно вжалась в стену. Сердце в страхе заколотилось. Она почувствовала себя ланью, загнанную хищником. Теперь Идиллия видела демоническую натуру Азиана. Его глаза пылали неконтролируемым гневом. Он оскалился, обнажив звериные клыки, и выпустил когти. Хвост распушился и заметался.
— Ты ничего не знаешь обо мне! Не смей утверждать так, словно хорошо меня знаешь, девчонка!
— Прошу, успокойся! Я хотела с тобой поговорить! — пролепетала Идиллия.
— Поговорить? — демон оскалился. — Вы, людишки, одинаковы! За сладкими улыбочками скрываете своё гнилое нутро! Сколько я уже встречал таких, которые хотели со мной поговорить? Знаешь, чем всё кончалось? Предательством. Одни либо предают, либо боятся. Иной реакции на демонов нет. Зачем вы с сестрой спасли меня?
Идиллия не стала спрашивать, как лис понял, что они с Мэрлиной сёстры, но ответила:
— Мы не могли бросить умирающего.
Однако её слова не смягчили Азиана. Наоборот, он неприятно улыбнулся и приблизился почти вплотную, нависнув над напуганной девушкой. Идиллия почувствовала тёплое дыхание у шеи.
— Не верю. Если демон ранен, то люди его добивают или так оставляют умирать. Вы спасли меня лишь затем, чтобы сделать меня вашим должником? Всё-таки все смертные одинаковы. Вас ведёт лишь страх и алчность. А ещё… похоть. Ты ведь поэтому пришла ко мне? Увидела, какой я привлекательный, и захотела совокупиться со мной, м?
От его слов стало неимоверно противно. Лицо Идиллии запылало от стыда. Разумеется, у неё и мысли не возникало ни о чём непотребном, хоть она признавала невероятную красоту демона. Но её сердце уже принадлежало другому мужчине, и девушка помыслить не могла о соитии с кем-то другим. Это было бы предательством по отношению к Утеру.
Идиллия посмотрела прямо Азиану в лицо и, не обращая внимания на наворачивающиеся слёзы, сказала:
— Именно так ты отталкиваешь от себя окружающих. С таким поведением ты всегда будешь один.
Азиан, в глазах которого появилось изумление, отступил от плачущей девушки. Идиллия застыла; слёзы потекли по её красивому лицу. Видя это, Азиан внезапно почувствовал себя отвратительно. Ему стало неприятно смотреть на девушку, которую он сильно обидел. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату вбежали Мэрлина с Утером. Мэрлина, увидев плачущую сестру, нахмурилась, грозно глянула на застывшего Азиана, потом осмотрела Идиллию. К счастью, та не пострадала. Мэрлина сказала Утеру увести и успокоить Идиллию, а сама осталась наедине с Азианом, чтобы поговорить о его непристойном поведении.
Утер увёл Идиллию в гостиную и усадил на диван, садясь рядом.
— Зачем ты пошла к нему? Этот лис мог навредить тебе.
— Я просто хотела поговорить с ним, — Идиллия всхлипнула и вытерла слёзы. — А он разозлился.
Утер выдохнул, сохраняя спокойствие. Почему-то он ожидал подобного. Идиллия была слишком открытой и добросердечной. Она не могла пройти мимо чужой беды. Это ему нравилось в ней. Вот только многие недоброжелатели могли воспользоваться добротой Идиллии и навредить ей. Поэтому Утер очень переживал за неё. Пускай Утер являлся простым смертным и магией не владел, но никогда не отступал от чего-либо. Он был готов бороться с кем угодно, лишь бы защитить тех, кого любил. А Идиллия, к которой он испытывал нежные чувства, и Мэрлина, которую он принимал, как сестру, стали таковыми.
Утер осторожно обнял Идиллию.
— Никогда не иди на риск одна. Я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя.
Неизвестно, о чём так долго Мэрлина говорила с Азианом. Но после этого разговора Азиан изменился. Он вышел из комнаты и стал общаться со спасителями. Он стал более спокойным, эмоциональным, менее агрессивным. Первым делом он искренне попросил прощения у Идиллии за оскорбительные слова. Идиллия злопамятной не была и быстро простила его. С Мэрлиной Азиан тоже общался хорошо, к тому же она всегда могла его урезонить. Только Утер ещё с подозрением относился к демону, поэтому между ними часто случались словесные перепалки. До драки дело не доходило, так как девушки успевали их предотвратить.
Со временем Азиан стал всё больше времени проводить с Идиллией. Ему нравилось слушать её мелодичный голос, видеть её искреннюю улыбку, чувствовать её тепло. Впервые за долгую жизнь Азиан испытал необычное чувство. Демон влюбился. Вот только эта любовь ему радости не принесла. Он с самого начала понял, что Идиллия испытывает чувства к Утеру. Девушка общалась с лисом как с другом. На большее он рассчитывать не мог. Азиан видел, как Идиллия счастлива с Утером, и самого юношу считал хорошим, хоть и спорил с ним часто, поэтому не вмешивался в их отношения и любил тайно. Азиан знал, что его никто не примет и не полюбит таким, каким он был. Мэрлина и Идиллия говорили, что измениться можно, но сам лис считал, что его уже не изменить. Даже внезапная любовь не совершила чуда. Так он продолжал жить и общаться с тремя людьми, скрывая боль в сердце.
Когда Мэрлина предложила Азиану присоединиться к гильдии, он, недолго думая, согласился. Так вчетвером они основали гильдию «Лайт-Дарк», а Мэрлина стала её главой.
Жизнь протекала спокойно, пока снова не пришла беда.
Однажды в Маг-Питер по делам приехал Хартесс Эсмардл. Город выводил аристократа из себя. Он сразу посчитал, что в этом грязном городе живут только нищие и дикари. Брезгливо морщась, он проходил через светлые и чистые улицы Маг-Питера. Местные жители вызывали у него раздражение. Молодой глава Эсмардлов мечтал поскорее убраться из этого провинциального городка. И вдруг Хартесс увидел Идиллию. Девушка разговаривала с торговкой овощами и весело смеялась. Хартесс не мог отвести от неё взгляд. Она напоминала ангела, спустившегося с небес на грешную землю, невинная и прекрасная.
