— И в моей тоже, — шепнул он. В тот же миг в кармане раздался требовательный звонок.
— Как дела, сынок? — раздался в ухе голос отца. — Нам забрать вас? А то мы недалеко.
— Езжайте домой, пап, мы с Сили вернёмся на такси, — сказал Моррис и шутливым тоном добавил: — Отвлекаешь немного, мы гуляем!
— Хорошо, хорошо! — добродушно пробасил Козлов-старший и отсоединился. Сунув смартфон в карман, медведь повернулся к Сесилии.
— Я подумал — а не взять ли мне отпуск на пару недель? — спросил Моррис. — Съездим куда-нибудь вдвоём, отдохнём и расслабимся. Ты не против?
— Конечно, не против! — улыбнулась молодая медведица, проведя лапой по щеке возлюбленного. Моррис с тёплой улыбкой взял лапу Сесилии и, поднеся её к губам, поцеловал. Он всегда любил прикасаться к своей любимой Сесилии, чувствовать нежное тепло её тела и запах густого белого меха. Медведю самому становилось тепло при этих прикосновениях, и Сесилия, чувствуя мысли своего молодого мужчины, шла рядом с ним, не выпуская его лапы. Сейчас пара шла мимо парка. Им оставалось совсем немного до перехода, когда Сесилия остановилась и медленно провела лапой по животу.
— Сили? — повернулся к ней Моррис. — Что такое? Тебе нехорошо?
Сесилия услышала в словах медведя словах испуг, но для него не было никакого повода. Не было никакого «нехорошо». То, о чём Сесилия узнала совсем недавно, все эти дни держало её в приподнятом настроении. Медведица пока никому не сообщала чудесную новость — ни Моррису, ни подругам, ни самому отцу её возлюбленного. Но сегодня был такой дивный и приятный вечер! В центре такого огромного внимания находилась Сесилия! Весь вечер она провела вместе с любимым, но какой это был вечер и столько радости он принёс обоим! Такая всеобъемлющая благодарность с любовью пополам переполняла душу Сесилии, что она решила больше не скрывать новости.
— Что с тобой, детка? — вопрошал Моррис, видя, что Сесилия не убирает лапу с живота. Тут он увидел, что любимая улыбается — казалось, ещё светлее и милее, чем всегда.
— Мне просто замечательно! — медленно произнесла Сесилия. Она подошла к Моррису, привычно обняла его и прошептала новость в двух словах ему на ухо.
— Не может быть! — с потрясением и восторгом прошептал Моррис, глаза которого расширились после слов Сесилии. — Малыш, ты шутишь?!
Но лучащиеся восторгом глаза Сесилии говорили совершенно об обратном. После восклицания Морриса она, сияя улыбкой, помотала головой.
— Нет, Сили, ты шутишь! — коротко пробормотал Моррис, всё ещё не веря в своё счастье. В порыве пламенного восторга издав звук, похожий на всхлипывание, Моррис крепко прижал Сесилию к груди и поцеловал в лоб, потом в обе щеки. — Сили… милая… моё сокровище…
После каждого слова следовал поцелуй. Сердце молодого медведя бешено заколотилось, когда он узнал, что в скором времени станет ещё счастливее вместе со своей родной Сесилией. Новость вызвала такой бурный всплеск нежности, что Моррис не знал, куда её девать — он просто целовал и целовал Сесилию, держа в объятиях.
— Давай сегодня обрадуем твоего отца во второй раз, — предложила медведица. — Он ведь так давно этого ждал!
Моррис с не сходящей с морды улыбкой кивнул и бережно обнял Сесилию за плечи. Так они и подошли к пешеходному переходу и остановились, дожидаясь зелёного света. В эти мгновения на пустынном перекрёстке не было никого…
Всё это время за обоими тихо следовал с выключенными фарами джип, за рулём которого сидел Лонгтэйл. На переднем пассажирском сидении лежал вязаный мешок с прорезями для глаз. Чуть более полусотни ярдов разделяло огромный автомобиль и Сесилию с Моррисом. Сириус видел оживлённо переговаривающихся Козлова и его спутницу, полагая, что цель выбрана верная. Зверь смотрел попеременно то на пару, то на таймер светофора.
Пять секунд…
Тигр протянул лапу за маской.
Четыре секунды…
Морда скрылась за вязаной тканью, лапа переместилась на рычаг переключения скоростей.
Три секунды…
Глубокий вдох. Сириус прищурился и вцепился лапами в баранку.
Две секунды… Одна…
Моррис и Сесилия ступили на переход, и в этот момент Лонгтэйл вдавил в пол педаль газа. Взревев, словно дикий зверь, огромный джип понёсся с большой скоростью прямо на молодую пару. Медведи были на середине проспекта, когда Сириус стремительно мчался прямо на них. Младший Козлов быстро попятился назад, увлекая за собой Сили, автомобиль немедленно повернул в ту же сторону. В самый последний миг молодой медведь оттолкнул спутницу назад, к тротуару. Джип на всей скорости с ужасающим рёвом сбил Морриса, промчавшись в паре дюймов от упавшей на асфальт Сесилии. Раздался звучный удар большого тела о корпус внедорожника, хруст ломающихся костей был не слышен за рёвом движка. Койот Руик оказался прав, сравнив двигатель с беснующимся Буйволсоном. Отлетев в сторону, мощное тело Морриса мешком рухнуло на дорогу, покатилось по асфальту, оставляя на нём кровавые пятна, и остановилось. Медведь остался лежать на боку, со странно вывернутыми конечностями.
— Моррис! — раздался сзади дикий крик Сесилии. Медведица в испачканном платье вскочила с дорожного покрытия и понеслась к сбитому возлюбленному. Сириус поспешно выскочил из салона, сжимая в лапе пистолет с глушителем. Шокированная девушка не успела добежать до Морриса — тигр дважды выстрелил в неё. Розовое платье мгновенно окрасилось кровью, коротко всхлипнув, молодая хищница рухнула на асфальт. Сев обратно в джип, Лонгтэйл медленно вдавил в пол правую педаль. Хищник, хладнокровно управляя мощной машиной, проехал по безжизненному телу молодого медведя, слыша звук дробящихся костей. Спустя пару мгновений проспект огласил визг шин и рёв двигателя — оставив позади себя окровавленные тела, убийца скрылся. Рядом с безвольной Сесилией лежала открытая бархатная коробочка, выпавшее из неё кольцо откатилось к бордюрному камню тротуара, по асфальту были разбросаны красивые розы — роскошные подарки уже были не нужны.
Масштабы своей оплошности Сириусу пришлось осознать уже спустя несколько часов.
Глава пятая. Об отцовских чувствах
— Он так и не извинился перед тобой? — участливо и с долей возмущения спросил Гилберт, держа за копыто Веронику. Молодая пара сидела в парке на длинной деревянной скамье, над их головами нависала пышная крона раскидистого дуба. Обоих окружала умиротворяющая тишина, нарушаемая лёгким шелестом листвы и отдалёнными раскатами музыки, и приятный пряный запах деревьев. Мимо ограды парка сновали редкие звери.
— Гил, успокойся, — улыбнулась юная буйволица. — Эрик дурачком с первого класса был, ты сам рассказывал!
— Выпадет случай — обязательно ему мозги вправлю, — буркнул парень. Девушка хотела что-то возразить, но вместо ответа ограничилась тем, что возвела глаза к ночному небу и снова улыбнулась. Нет, всё-таки сын шефа полиции неисправим, такой же неуёмный и импульсивный, весь в отца!
— Что будешь на каникулах делать? — поинтересовалась Вероника спустя короткую паузу, желая отвести Гилберта от темы.
— Не знаю, — пожал плечами буйвол. — Хочется к деду на пару недель съездить, а то от городского колорита уже голова кругом идёт. Да и от учёбы тоже! А ты что, со мной хочешь?
— Я не против, — повернулась к нему девушка. — Ты меня со своими родителями уже познакомил, да и я хочу побыть вдали от Зверополиса.
— Хочешь со всей моей семьёй познакомиться? — ухмыльнулся Гилберт. — Я тебя ещё с дядюшкой не знакомил, это море позитива и веселья. С ним точно не соскучишься, настоящая душа компании!
— Мне с тобой лучше и веселее, — тихо произнесла Вероника и склонила голову на мощное плечо младшего Буйволсона. Гилберт повернулся к девушке и обнял её.
— Помнишь, мы первый раз с тобой целовались именно здесь, как раз на этой скамье, — прошептал юноша, ласково проведя копытом по носу Вероники. Не говоря ни слова в ответ, буйволица обняла Гилберта за плечи и поцеловала в щёку.
— Не-ет, так не пойдёт, — шепнул буйвол, задорно улыбаясь. Медленно приблизив морду к девушке, он поцеловал её в губы, их носы соприкоснулись. Вероника только крепче обхватила шею Гилберта. Несколько сладостных мгновений пролетели быстро.
— Смотри, какое платье у медведицы красивое, — после поцелуя буйволица указала копытом на шедшего по тротуару большого белого медведя в красивом вечернем костюме. Рядом со зверем шла, держа кавалера за локоть, молодая медведица в длинном розовом платье. В другой лапе она держала большой букет роз.
— На выпускной такое же хочу у мамы попросить, — мечтательно протянула Вероника, не сводя взгляда с красивой пары.
— Расслабься, — растягивая гласные, сказал Гилберт и бережно повернул голову возлюбленной к себе. — Ты для меня красива и в обычном виде.
Очередной поцелуй влюблённых разорвал требовательный звонок в кармане Гилберта.
— Ты на часы смотришь, Гил? — раздался в трубке сердитый голос Буйволсона. — Домой уже пора!
— Я скоро буду, папа, — со вздохом сказал молодой буйвол.
— Он у тебя и дома начальник? — весело спросила Вероника, когда Гилберт убрал телефон обратно. Парень лишь разочарованно вздохнул, досадуя на отца. Мог бы позже позвонить!
— Подождёт немного! — сказал зверь. — Сначала тебя домой провожу, пойдём.
Пара только поднялась со скамьи, как до ушей Гилберта донёсся мощный шум автомобиля и странный приглушённый удар. Буйвол повернул рогатую голову на звук и окаменел от увиденного, Вероника ахнула и, крепко стиснув копыто друга, попятилась назад. Через просвет между двумя большими дубами открывался хороший вид на перекрёсток и разыгравшуюся на нём драму. Прямо на глазах буйволов огромный джип на полной скорости сбил молодого медведя в костюме и резко остановился.
— Моррис! — послышался отчаянный вопль, изданный полярной медведицей. Из салона мгновенно выскочил водитель, сжимая в лапе пистолет. На голову убийцы был надет чёрный мешок, скрывающий его морду. Увидев последовавшую за наездом сцену, Гилберт и шокированная Вероника просто приросли к земле — зверь без колебаний застрелил подбегающую к телу сбитого зверя медведицу в розовом платье. Белая хищница замертво рухнула на асфальт. Свидетелям повезло — большие деревья и густые их кроны, ночной мрак надёжно скрывали их от взора киллера. В мозгу Вероники запечатлелось, как убийца садится обратно в джип и проезжает по трупу несчастного медведя. Гилберт со всех копыт метнулся к месту происшествия.
— Гилберт, стой! — охрипшим от страха голосом выкрикнула Вероника. Буйволсон-младший выбежал на дорогу и едва успел увидеть, что на автомобиле не было номеров, а само транспортное средство было такое же, как и у его отца. Взгляд Гилберта переместился в сторону незнакомого ему Морриса, и желудок зверя свело от ужаса. Медведь был весь в крови, обломки костей торчали прямо сквозь одежду, а под могучим телом медленно растекалась бордовая лужа, поблёскивающая в свете уличных фонарей. Лапы и крупная окровавленная голова были вывернуты под такими углами, что стало ясно — на асфальте лежит труп. Сзади послышался лёгкий вскрик и протяжный стон ужаса — поражённая страшной картиной, Вероника прижала копыта к морде и упала на колени, выпучив глаза от шока. В этот момент раздался тихий стон.
Осознав, что бедному медведю уже не помочь, Гилберт бросился на звук, забыв о деморализованной девушке.
— Ники, быстро вызывай Скорую и полицию! — выкрикнул юноша, подбегая к жертве.
Лежащая на боку медведица была жива. Упав рядом с ней на колени, молодой буйвол осторожно повернул её на спину. Туловище раненой заливала кровь — одна пуля попала ей в живот, вторая пробила левое лёгкое. Недолго думая, Гилберт сорвал с себя рубашку и разорвал её на две части, затем прижал обрывки одежды к ранам. Невольно повернув голову вправо, он увидел Веронику в той же позе — на коленях, с полностью невменяемым видом, её дезориентированный взгляд метался из стороны в сторону.
— Вероника, ты слышишь? — рявкнул он. — Звони, быстро!
Пошатнувшись, словно от удара, но не поднимаясь с прохладного асфальта, буйволица достала телефон и плохо слушающимся копытом набрала номер «Скорой помощи». Раненая медведица открыла глаза и застонала громче.
— Тише, тише, — пробормотал Гилберт, с ужасом глядя, как половинки светло-синей рубашки быстро намокают от крови. — Держись, всё будет в порядке!..
Медведица пыталась что-то произнести, но из её горла вырывался жуткий булькающий хрип — легкие несчастной заполнялись кровью. Судорожно вздохнув, буйвол крепче прижал лоскуты одежды, пытаясь остановить неудержимо покидающую тело кровь. Раненая хищница слабо помотала головой, взгляд её глаз, затуманенный болью, метался по сторонам. Вероника, вызвав полицию со «Скорой помощью», на подгибающихся от ужаса ногах подошла к юноше.
— Приподними ей голову, только осторожно, — велел Гилберт. Буйволица послушно опустилась на колени рядом с пострадавшей и выполнила просьбу.
— Моррис… — прохрипела медведица и попыталась поднять голову. Оглушающая волна острой боли охватила её, девушка закрыла глаза. Гилберт склонился над ней чуть ниже.
— Как тебя зовут? Слышишь меня? — раздельно и по слогам спросил он.
— Се… с… Сесилия… — пробормотала медведица, с хрипом и прерывисто втягивая в себя воздух. Буйвол вновь вернулся к ранам и прижал половинку рубашки к животу Сесилии — оттуда кровь текла сильнее. — Моррис… я ви… видела… его сбили… Та машина…
— Тихо, не говори, — оборвал её Гилберт. — Береги силы, Сесилия. Проклятье, где эта «Скорая» с полицией?!
— Что случилось? — раздался голос от тротуара. К буйволам и медведице быстро ковылял, опираясь на свежевыструганную палку, старый гепард. Гилберт подавил ругательство — он должен был сразу набрать отца. Велев своей девушке зажимать раны Сесилии, он достал окровавленными копытами телефон.
— Отец, немедленно приезжай к парку на углу Тайгер-авеню и Грин-стрит, — не дожидаясь сердитого голоса отца, возмущённого опозданием сына, резко выкрикнул парень. — Здесь нападение с убийством! Зови всех, здесь медведица раненая!
Надо отдать должное Буйволсону — шеф полиции, рубанув: «Понял!» — отключился. Зная, что отец обязательно скоро прибудет со своими сотрудниками, Гилберт убрал смартфон и вновь опустился на колени рядом с Сесилией. Старый гепард топтался на месте, с ужасом глядя на тела.
— Что случилось-то? — пробубнил зверь.
— Наезд и убийство, — поднял голову Гилберт. — Если что-то видели, скажите полиции, сейчас она приедет.
Ошеломлённый зверь только кивнул, буйвол вновь склонился над раненой Сесилией. Вероника, зажмурившаяся до огненных брызг в глазах, продолжала прижимать обрывки ткани к кровоточащим отверстиям, отвернув голову в сторону тротуара — буйволица плохо переносила вид крови. Оттеснив девушку в сторону, Гилберт вновь стал пытаться унять кровотечение.
