– У меня есть алиби, – враз расслабился Хиггенс. – Этой ночью я был с женой. Хоть у нас и раздельные спальни, но, как упоминалась, она лишь вчера вернулась из длительной поездки. Она соскучилась и требовала внимания. Все слуги также подтвердят, что ночью никто наш дом не покидал.
– Это не мешает вам быть организатором, – чуть качнул головой Кевин.
И я полностью была с ним согласна. Если такой человек, как Джереми Томсан, еще мог убрать Коллин своими руками, то птица полета Эрика Хиггенса сам за нож не возьмется. Да и глядя на ухоженные пухлые руки хозяина кабинета, невозможно представить, что он способен вогнать лезвие в тело по самую рукоятку. А вот пальчики с аккуратными ногтями вполне умеют отсчитывать немалую сумму из кошелька.
– Конечно, – на удивление легко согласился Хиггенс. Хотя, с другой стороны, начни он уверять обратное, сразу попал бы под подозрение. – И зачем это мне? Максимум, на что Коллин была способна – угрожать поведать о нашей связи жене. Это могло доставить мне головной боли, да и только. Не стоит недооценивать интеллект моей супруги. Но смерть любовницы в свете подмены камней на шкатулке – крайне подозрительна.
– Мы тоже так думаем, – детектив снисходительно улыбнулся, а я гордо расправила плечи. Мы. Вот в подобных мелочах и скрывается отношение жениха ко мне. – Однако теперь расследование зашло в тупик.
– Да и камушки, похоже, уплыли, – вздохнул Эрик Хиггенс. – Если все же шкатулку подменила Коллин.
Мне совершенно не нравилась эта тенденция: бесследно пропадают старинные редкости. Ведь два несвязанных между собой случая – уже закономерность. И лишь два случая, о которых мы пока знаем.
Кевин предпочел мысли об этом держать при себе. Правда, раздраженно дернувшийся уголок рта я все же заметила.
– Я понимаю, что с любовницей вы не за светскими разговорами время проводили, – сдержанно намекнул Кевин. – Но, может, было что-то типа подсказок? Упоминала ли Коллин кого-то?
– Еще б я женский треп слушал, – закатил глаза Хиггенс. – Хотя… помню, где-то неделю назад она веселилась от того, что ее попросили помочь проучить одного парня. Он девушку бросил, хотя обещал жениться, и уже завел новую пассию. Коллин надо было с помощью дубликата ключа пробраться к нему в дом и ждать влюбленных в постельке, имитируя заснувшую любовницу. Шалость, по своей сути. Я почему это запомнил… там вознаграждение ей хорошее обещали. Я еще удивился, за что такие деньжищи платят. На эту сумму можно элитным паркетом пол выложить в одной комнате.
Детектив подался вперед, упираясь локтями в колени. Уж вряд ли его заинтересовала стоимость паркета. Он как-то раздраженно бросил, что предпочитает ходить в доме по полу, а не лазить по стенам, боясь испортить покрытие. Недавно застала Кевина за метанием ножей с задумчивым видом. Кто как украшением интерьера занимается, зато теперь у нас на стене имеется кривое сердце. Романтика в исполнение сурового бывшего бойца иногда откровенно пугает. И все же я исправно заставила себя поумиляться.
– А имя парнишки вы не запомнили? – Кевин, как всегда, уже выстроил в голове ход дела и просто проверял свои выводы. – Случайно не Роджер Флойд?
Эрик Хиггенс потер лоб, но стимулированию памяти это не помогло.
– Нет, не помню, – сдался он. – Могу сказать, что ее подруга из мужского клуба в курсе. Именно она подкинула Коллин эту подработку.
В общем, в доме Хиггенса мы узнали много и одновременно ничего. А потом еще еле отбились от супруги, которая верила в чудесное извлечение ее прелести детективом из кармана.
Карета медленно катилась в направлении к Илинс-стрит. Кевин подгреб меня к себе под бок и любовался спешащими домой прохожими в небольшой зазор сдвинутой шторки. Можно сказать, будто мы ехали в тишине, только я активно сопела за нас двоих заглушая даже стук колес, цокот копыт и шум снаружи. А во всем виноват детектив, отказывающийся отвечать на какие-либо вопросы.
– Потерпи, – мне легко нажали на кончик носа, – скоро все само раскроется. Меня больше история со шкатулкой беспокоит. Представляешь, какие связи нужно иметь, чтобы сделать такую достоверную копию? Мне слабо верится, что Отиз могла бы провернуть нечто подобное. Значит, она просто разменная пешка, и у нас в итоге не одно преступление, а два.
Я согласно угукнула. Мне сейчас было тепло. А еще мерный ход кареты укачивал лучше любой колыбельной. Широко зевнула и прикрыла глаза. Бурная ночь давала о себе знать, и в итоге я провалилась в сон.
– Что с Эми? – впился в мозг назойливый голос соседа. Роджер уже ко мне во снах является. Главное, не сказать об этом жениху.
– Устала решать твои проблемы, – язвительно ответил Кевин.
Я почувствовала, как меня куда-то несут.
– Убрысм, – слабо попыталась возразить против моего перемещения без согласия.
– А она точно не пьяная? – подозрительно уточнил Роджер.
Пришлось с усилием открыть глаза и показать следователю язык. Логики в действии не было, просто хотелось высказать свое отношение. Заодно полюбовалась на дверь детективного агентства. Кевин пытался открыть замок и не выпустить меня из рук одновременно. Я была благодарна ему за благородные порывы, ведь риск шлепнуться на землю с каждой секундой был выше. А следователь стоял рядом, небрежно облокотившись плечом на стену дома.
Чудом меня все же внесли в дом и не уронили. Ну почти. Будем считать, что я сама неудачно приземлилась на диванчик в приемной.
– Ты же в отделе должен быть, – широко зевнула я, чуть не вывихнув челюсть.
– Меня выгнали, – обиженным тоном пожаловался Роджер. – Половина следователей надо мной ржала, вторая половина недоверчиво косилась, а Флеминг нарезал круги, поигрывая кандалами. Начальник решил, будто я расслабляю коллектив, и отправил меня прочь. А тебя, Уотерс, человек из мужского клуба дожидается.
– Где? – детектив покрутил головой, но в приемной кроме нас никого не было.
– В кустах, – развеселился следователь. – Я предложил ему вместе со мной на крыльце посидеть, так он шарахнулся в сторону и засел в сирени.
– А ты чего у нас на крыльце забыл? – Кевин нехотя встал с кресла. Кажется, прибыла обещанная информация по подругам Коллин Отиз. – У тебя целый дом в двадцати шагах располагается.
– А вдруг там еще один труп? – мрачно покосился на свое жилище следователь. – Нет уж. Я без свидетелей туда входить отказываюсь.
– Бедняга, – наигранно-сочувствующе покачал головой Кевин, – ну пошли пообщаемся с посланником. Ты, кстати, не вспомнил блондиночку?
Роджер неприязненно скривился:
– Я блондинок вообще не жалую. Особенно после невестушки.
– Кого? – я так резко села на диванчике, что перед глазами заплясали цветные точки. – У тебя была невеста?
– Была, – нехотя признался следователь. – Миленькая особа. Губки бантиком. Глазки невинно-голубые. И вся из себя такая нежная. Тварь еще та.
– Ох, как интересно, – детектив сел обратно в кресло. – Рассказывай. Наш гость в кустах еще посидит. Может, он там делом занят, удобряет нам растения. А про твой эпический провал с помолвкой я послушаю с удовольствием.
– Да нечего рассказывать, – Роджер раздраженно вздохнул. – Наши родители дружили и говорили о свадьбе чуть ли не с рождения. Мне Энн была неинтересна. В шестнадцать лет я влюбился в девушку. Голову потерял совершенно. Родители поворчали и все же одобрили ее. Денег наш брак бы им не принес, зато я был бы счастлив. Так они рассудили. Только за месяц до свадьбы мою невесту нашли мертвой. Она повесилась. Якобы из-за того, что ей стало стыдно. Тут же появились свидетели, заявляющие о ее беспорядочных связях. Я тогда был убит горем. Даже слег. Что поделаешь, слишком впечатлительным юношей оказался. Родители за меня переживали. В больницу на обследования клали. У мамы начались нервные припадки, а у отца обострилась язва. Тогда Энн и предложила себя на роль моей жены. Мол, договорной брак успокоит моих родителей. А на чувства она не претендует. И вообще готова через пару лет развестись. Я поверил. И даже проникся симпатией к этой доброй и самоотверженной девушке. Наивный, – Роджер с горькой улыбкой помолчал, прежде чем продолжить: – Мне повезло. Следователь, который вел дело моей девушки, не верил в простое самоубийство. Он начал копаться и нарыл много чего интересного. Рассказывать долго не буду, но именно Энн стояла за всем. Она шантажировала девушку, грозилась обличить тайные связи, которых не было в действительности. Когда поняла, что эффекта это не возымело, подговорила своих любовников изнасиловать уже на тот момент мою невесту. Да-да, любовников. Их было трое. Обидно, что доказать ничего не получилось. Парней-то посадили, а вот гадину-невестушку – нет. Я, естественно, бросил Энн и услышал много интересного шизофренического бреда. Оказывается, я, нехорошая личность, сердце ей разбил, ведь Энн с детства была в меня влюблена и теперь прямо-таки обязан принадлежать одной ей. А первая девушка меня вообще использовала. У ее семьи долги были, вот она и надеялась поправить финансовое положение посредством выгодного брака. Что, как потом выяснилось, было правдой. – Роджер провел ладонью по лицу, стирая неприятные воспоминания. – Как тогда тварь не придушил, до сих пор не понимаю. Меня с трудом оттащили. А она только громко смеялась, заявляя, что беременна от меня. Однако фокус не прокатил. Мои родители не поверили, и наши семьи перестали общаться. Я знаю лишь то, что Энн быстро выскочила за кого-то замуж, дабы прикрыть растущий живот официальным положением жены. Вот с тех пор я блондинок-то и не люблю. Да и подпускать близко к сердцу никого не хочу.
– И ты молчал? – неодобрительно цыкнул Кевин. Я на секундочку подумала, будто он решил посочувствовать соседу, но нет. Детектив остался верен себе: – Тут такой мотив для мести, что ничего другого и искать не надо. Как, говоришь, у этой Энн фамилия?
– Была Корин, – передернул плечами от отвращения следователь. – А род мужа я не знаю. И знать не хочу.
– Труп в твоей постели, – с завыванием напомнил Кевин могильным голосом.
Роджер буркнул неразборчиво ругательство и поднял руки вверх, сдаваясь:
– Свяжусь с родителями. Мама уж точно в курсе.
Пока следователь топтался возле телефонного аппарата с мученическим выражением лица, явно переигрывая, детектив успел пообщаться с посланником в кустах. А я, как и полагается хорошей помощнице, отправилась заваривать всем кофе. Вообще-то нам сейчас подойдут вазы в качестве тары, ну или пить прямо из кофейника, чтобы хоть как-то взбодриться, ведь день не окончен, расследование еще не закрыто.
– Спасибо, – Роджер с мрачной решимостью вырвал чашку из моих рук, словно решение всех проблем находилось в ней. – Энн Хэмптон. Моя мама хоть и не интересовалась делами их семьи, тем не менее ей все равно приносили сплетни. Чем старше становился ребенок, тем меньше он походил на мужа Энн, и он задался вопросами. Кажется, она и его обдурила. Уж не знаю, чем он мотивировался, но обращение к детективу вытащило на свет мою историю. А учитывая, что у него перед свадьбой с Энн пропала его пассия, с которой он до этого планировал создать семью, мужик быстренько развелся. Энн дралась за содержание как дикая кошка, выцарапывая себе сумму побольше, а осталась в итоге ни с чем. Из рода мужа выходить не стала. И конечно, во всех ее бедах виноват я.
Кевин, который свою чашку принял с благодарной улыбкой, выглядел чуть уставшим респектабельным мужчиной, присевшим на лавочку после неспешной прогулки по парку в окружении выводка детей и маленьких собачек. Только татуировки слегка выбивались из картины.
– У нас есть имя подруги Коллин Отиз. Она сегодня как раз работает в мужском клубе. Я могу съездить один… – детектив с беспечным видом отхлебнул заботливо приготовленный мной кофе.
– Да кто ж спорит, что можешь, – я послала жениху выразительный взгляд поверх чашки.
– Чую какой-то намек, – усмехнулся Кевин. – А после не смогу куда-либо ездить, да?
– Люблю понимающих мужчин, – тонко улыбнулась я в ответ. – Вместе поедем. Я все-таки твоя помощница.
Роджер невинно похлопал глазами и заискивающе спросил:
– А можно я спать лягу?
– Не наглей, Флойд, – прищурился детектив. – А то в следующий раз сам со своими трупами будешь разбираться.
– Следующего раза не будет, – в ужасе отшатнулся сосед.
– Не зарекайся, Флойд, – криво усмехнулся Кевин. – Не зарекайся.
Посещение мужского клуба второй раз за день прошло более успешно. Охранник немного поколебался, тем не менее в итоге распахнул дверь с вежливым полупоклоном. Распорядитель обрадовался нам, как родным. Кевин покосился на меня и со вздохом попросил отдельный кабинет. То ли боялся, что я ослепну от красоты девушек, то ли что его кто-то узнает и придется объясняться.
Я представляла «отдельный кабинет» как нечто предрасполагающее к пороку. И не угадала. По сути, мы сидели в привычном рабочем кабинете: письменный стол, кресла, столик между ними, даже стеллажи, забитые книгами, имелись.
Подруга Отиз представилась как Натали. Кевин на это лишь хмыкнул и спорить не стал.
Ничего принципиально нового она нам не рассказала. Разве что старательно намекала, будто Коллин на все готова ради денег. Также прошлась по личной жизни подруги. Охотно выложила про беспорядочные связи. В общем, показала отличный пример женской дружбы. И проигнорировать зависть, которой сочились ее слова, было сложно. Объективно Натали проигрывала убитой девушке в плане внешности.
А у меня, пока лжеподружка изливала яд, родилась мысль: а куда тратились деньги, заработанные Коллин Отиз? Судя по рассказам Натали, у нее должна была скопиться приличная сумма. И если она замешена в подмене шкатулки, то вознаграждение за это должна была поиметь немалое.
Кевин заинтересованно слушал Натали, чуть наклонив голову, с небрежной улыбкой на губах. Сначала она пыталась с ним флиртовать, но быстро поняла бесполезность затеи. Мрачный Роджер тоже энтузиазма не выказал. На меня Натали тратить свое обаяние не стала. И на том спасибо.
– Так откуда вы знаете Энн Хэмптон? – неожиданно задал вопрос Кевин.
– Кого? – нахмурилась девица.
– Белобрысая такая, – раздраженно бросил Роджер. – Наглая. Та самая, которая заказала мне подставу с мертвой бабой сделать.
– Что? – хлопнула ресницами Натали.
– Мы все знаем, – с той же улыбочкой спокойно сказал Кевин. – Вы предложили подруге подзаработать, разыграв небольшую сценку в чужой постели. Вы были в курсе, что вас просят содействовать в убийстве в доме следователя?
– Что? – снова повторила Натали.
– Да чего мы тут языки стираем? – Роджер окончательно вышел из себя и теперь намеревался выйти из мужского клуба. – Забираем ее в отделение. Пойдет как подельница.
– Нет! – взвизгнула девица. – Я здесь не при чем! Энн моя дальняя кузина. После развода она вернулась к родителям и узнала, что бывший жених живет себе припеваючи. Вот тогда Энн и обратилась ко мне с просьбой найти какую-нибудь дурочку, чтобы испортить Флойду сладкую жизнь. Я, правда, не думала, будто Коллин убьют. И почему вы обвиняете Энн? Это же он, – она ткнула пальцем в Роджера, – ее убил!
– Все-таки в камеру, – следователь недобро оскалился.
Девица уже собралась поднять волну визга, а детектив легко заткнул начинающуюся истерику одним взглядом:
– Резюмируем. Энн вас попросила найти девушку. Вы ее нашли. На этом все?
– Это не мешает вам быть организатором, – чуть качнул головой Кевин.
И я полностью была с ним согласна. Если такой человек, как Джереми Томсан, еще мог убрать Коллин своими руками, то птица полета Эрика Хиггенса сам за нож не возьмется. Да и глядя на ухоженные пухлые руки хозяина кабинета, невозможно представить, что он способен вогнать лезвие в тело по самую рукоятку. А вот пальчики с аккуратными ногтями вполне умеют отсчитывать немалую сумму из кошелька.
– Конечно, – на удивление легко согласился Хиггенс. Хотя, с другой стороны, начни он уверять обратное, сразу попал бы под подозрение. – И зачем это мне? Максимум, на что Коллин была способна – угрожать поведать о нашей связи жене. Это могло доставить мне головной боли, да и только. Не стоит недооценивать интеллект моей супруги. Но смерть любовницы в свете подмены камней на шкатулке – крайне подозрительна.
– Мы тоже так думаем, – детектив снисходительно улыбнулся, а я гордо расправила плечи. Мы. Вот в подобных мелочах и скрывается отношение жениха ко мне. – Однако теперь расследование зашло в тупик.
– Да и камушки, похоже, уплыли, – вздохнул Эрик Хиггенс. – Если все же шкатулку подменила Коллин.
Мне совершенно не нравилась эта тенденция: бесследно пропадают старинные редкости. Ведь два несвязанных между собой случая – уже закономерность. И лишь два случая, о которых мы пока знаем.
Кевин предпочел мысли об этом держать при себе. Правда, раздраженно дернувшийся уголок рта я все же заметила.
– Я понимаю, что с любовницей вы не за светскими разговорами время проводили, – сдержанно намекнул Кевин. – Но, может, было что-то типа подсказок? Упоминала ли Коллин кого-то?
– Еще б я женский треп слушал, – закатил глаза Хиггенс. – Хотя… помню, где-то неделю назад она веселилась от того, что ее попросили помочь проучить одного парня. Он девушку бросил, хотя обещал жениться, и уже завел новую пассию. Коллин надо было с помощью дубликата ключа пробраться к нему в дом и ждать влюбленных в постельке, имитируя заснувшую любовницу. Шалость, по своей сути. Я почему это запомнил… там вознаграждение ей хорошее обещали. Я еще удивился, за что такие деньжищи платят. На эту сумму можно элитным паркетом пол выложить в одной комнате.
Детектив подался вперед, упираясь локтями в колени. Уж вряд ли его заинтересовала стоимость паркета. Он как-то раздраженно бросил, что предпочитает ходить в доме по полу, а не лазить по стенам, боясь испортить покрытие. Недавно застала Кевина за метанием ножей с задумчивым видом. Кто как украшением интерьера занимается, зато теперь у нас на стене имеется кривое сердце. Романтика в исполнение сурового бывшего бойца иногда откровенно пугает. И все же я исправно заставила себя поумиляться.
– А имя парнишки вы не запомнили? – Кевин, как всегда, уже выстроил в голове ход дела и просто проверял свои выводы. – Случайно не Роджер Флойд?
Эрик Хиггенс потер лоб, но стимулированию памяти это не помогло.
– Нет, не помню, – сдался он. – Могу сказать, что ее подруга из мужского клуба в курсе. Именно она подкинула Коллин эту подработку.
В общем, в доме Хиггенса мы узнали много и одновременно ничего. А потом еще еле отбились от супруги, которая верила в чудесное извлечение ее прелести детективом из кармана.
Карета медленно катилась в направлении к Илинс-стрит. Кевин подгреб меня к себе под бок и любовался спешащими домой прохожими в небольшой зазор сдвинутой шторки. Можно сказать, будто мы ехали в тишине, только я активно сопела за нас двоих заглушая даже стук колес, цокот копыт и шум снаружи. А во всем виноват детектив, отказывающийся отвечать на какие-либо вопросы.
– Потерпи, – мне легко нажали на кончик носа, – скоро все само раскроется. Меня больше история со шкатулкой беспокоит. Представляешь, какие связи нужно иметь, чтобы сделать такую достоверную копию? Мне слабо верится, что Отиз могла бы провернуть нечто подобное. Значит, она просто разменная пешка, и у нас в итоге не одно преступление, а два.
Я согласно угукнула. Мне сейчас было тепло. А еще мерный ход кареты укачивал лучше любой колыбельной. Широко зевнула и прикрыла глаза. Бурная ночь давала о себе знать, и в итоге я провалилась в сон.
– Что с Эми? – впился в мозг назойливый голос соседа. Роджер уже ко мне во снах является. Главное, не сказать об этом жениху.
– Устала решать твои проблемы, – язвительно ответил Кевин.
Я почувствовала, как меня куда-то несут.
– Убрысм, – слабо попыталась возразить против моего перемещения без согласия.
– А она точно не пьяная? – подозрительно уточнил Роджер.
Пришлось с усилием открыть глаза и показать следователю язык. Логики в действии не было, просто хотелось высказать свое отношение. Заодно полюбовалась на дверь детективного агентства. Кевин пытался открыть замок и не выпустить меня из рук одновременно. Я была благодарна ему за благородные порывы, ведь риск шлепнуться на землю с каждой секундой был выше. А следователь стоял рядом, небрежно облокотившись плечом на стену дома.
Чудом меня все же внесли в дом и не уронили. Ну почти. Будем считать, что я сама неудачно приземлилась на диванчик в приемной.
– Ты же в отделе должен быть, – широко зевнула я, чуть не вывихнув челюсть.
– Меня выгнали, – обиженным тоном пожаловался Роджер. – Половина следователей надо мной ржала, вторая половина недоверчиво косилась, а Флеминг нарезал круги, поигрывая кандалами. Начальник решил, будто я расслабляю коллектив, и отправил меня прочь. А тебя, Уотерс, человек из мужского клуба дожидается.
– Где? – детектив покрутил головой, но в приемной кроме нас никого не было.
– В кустах, – развеселился следователь. – Я предложил ему вместе со мной на крыльце посидеть, так он шарахнулся в сторону и засел в сирени.
– А ты чего у нас на крыльце забыл? – Кевин нехотя встал с кресла. Кажется, прибыла обещанная информация по подругам Коллин Отиз. – У тебя целый дом в двадцати шагах располагается.
– А вдруг там еще один труп? – мрачно покосился на свое жилище следователь. – Нет уж. Я без свидетелей туда входить отказываюсь.
– Бедняга, – наигранно-сочувствующе покачал головой Кевин, – ну пошли пообщаемся с посланником. Ты, кстати, не вспомнил блондиночку?
Роджер неприязненно скривился:
– Я блондинок вообще не жалую. Особенно после невестушки.
– Кого? – я так резко села на диванчике, что перед глазами заплясали цветные точки. – У тебя была невеста?
– Была, – нехотя признался следователь. – Миленькая особа. Губки бантиком. Глазки невинно-голубые. И вся из себя такая нежная. Тварь еще та.
– Ох, как интересно, – детектив сел обратно в кресло. – Рассказывай. Наш гость в кустах еще посидит. Может, он там делом занят, удобряет нам растения. А про твой эпический провал с помолвкой я послушаю с удовольствием.
– Да нечего рассказывать, – Роджер раздраженно вздохнул. – Наши родители дружили и говорили о свадьбе чуть ли не с рождения. Мне Энн была неинтересна. В шестнадцать лет я влюбился в девушку. Голову потерял совершенно. Родители поворчали и все же одобрили ее. Денег наш брак бы им не принес, зато я был бы счастлив. Так они рассудили. Только за месяц до свадьбы мою невесту нашли мертвой. Она повесилась. Якобы из-за того, что ей стало стыдно. Тут же появились свидетели, заявляющие о ее беспорядочных связях. Я тогда был убит горем. Даже слег. Что поделаешь, слишком впечатлительным юношей оказался. Родители за меня переживали. В больницу на обследования клали. У мамы начались нервные припадки, а у отца обострилась язва. Тогда Энн и предложила себя на роль моей жены. Мол, договорной брак успокоит моих родителей. А на чувства она не претендует. И вообще готова через пару лет развестись. Я поверил. И даже проникся симпатией к этой доброй и самоотверженной девушке. Наивный, – Роджер с горькой улыбкой помолчал, прежде чем продолжить: – Мне повезло. Следователь, который вел дело моей девушки, не верил в простое самоубийство. Он начал копаться и нарыл много чего интересного. Рассказывать долго не буду, но именно Энн стояла за всем. Она шантажировала девушку, грозилась обличить тайные связи, которых не было в действительности. Когда поняла, что эффекта это не возымело, подговорила своих любовников изнасиловать уже на тот момент мою невесту. Да-да, любовников. Их было трое. Обидно, что доказать ничего не получилось. Парней-то посадили, а вот гадину-невестушку – нет. Я, естественно, бросил Энн и услышал много интересного шизофренического бреда. Оказывается, я, нехорошая личность, сердце ей разбил, ведь Энн с детства была в меня влюблена и теперь прямо-таки обязан принадлежать одной ей. А первая девушка меня вообще использовала. У ее семьи долги были, вот она и надеялась поправить финансовое положение посредством выгодного брака. Что, как потом выяснилось, было правдой. – Роджер провел ладонью по лицу, стирая неприятные воспоминания. – Как тогда тварь не придушил, до сих пор не понимаю. Меня с трудом оттащили. А она только громко смеялась, заявляя, что беременна от меня. Однако фокус не прокатил. Мои родители не поверили, и наши семьи перестали общаться. Я знаю лишь то, что Энн быстро выскочила за кого-то замуж, дабы прикрыть растущий живот официальным положением жены. Вот с тех пор я блондинок-то и не люблю. Да и подпускать близко к сердцу никого не хочу.
– И ты молчал? – неодобрительно цыкнул Кевин. Я на секундочку подумала, будто он решил посочувствовать соседу, но нет. Детектив остался верен себе: – Тут такой мотив для мести, что ничего другого и искать не надо. Как, говоришь, у этой Энн фамилия?
– Была Корин, – передернул плечами от отвращения следователь. – А род мужа я не знаю. И знать не хочу.
– Труп в твоей постели, – с завыванием напомнил Кевин могильным голосом.
Роджер буркнул неразборчиво ругательство и поднял руки вверх, сдаваясь:
– Свяжусь с родителями. Мама уж точно в курсе.
Пока следователь топтался возле телефонного аппарата с мученическим выражением лица, явно переигрывая, детектив успел пообщаться с посланником в кустах. А я, как и полагается хорошей помощнице, отправилась заваривать всем кофе. Вообще-то нам сейчас подойдут вазы в качестве тары, ну или пить прямо из кофейника, чтобы хоть как-то взбодриться, ведь день не окончен, расследование еще не закрыто.
– Спасибо, – Роджер с мрачной решимостью вырвал чашку из моих рук, словно решение всех проблем находилось в ней. – Энн Хэмптон. Моя мама хоть и не интересовалась делами их семьи, тем не менее ей все равно приносили сплетни. Чем старше становился ребенок, тем меньше он походил на мужа Энн, и он задался вопросами. Кажется, она и его обдурила. Уж не знаю, чем он мотивировался, но обращение к детективу вытащило на свет мою историю. А учитывая, что у него перед свадьбой с Энн пропала его пассия, с которой он до этого планировал создать семью, мужик быстренько развелся. Энн дралась за содержание как дикая кошка, выцарапывая себе сумму побольше, а осталась в итоге ни с чем. Из рода мужа выходить не стала. И конечно, во всех ее бедах виноват я.
Кевин, который свою чашку принял с благодарной улыбкой, выглядел чуть уставшим респектабельным мужчиной, присевшим на лавочку после неспешной прогулки по парку в окружении выводка детей и маленьких собачек. Только татуировки слегка выбивались из картины.
– У нас есть имя подруги Коллин Отиз. Она сегодня как раз работает в мужском клубе. Я могу съездить один… – детектив с беспечным видом отхлебнул заботливо приготовленный мной кофе.
– Да кто ж спорит, что можешь, – я послала жениху выразительный взгляд поверх чашки.
– Чую какой-то намек, – усмехнулся Кевин. – А после не смогу куда-либо ездить, да?
– Люблю понимающих мужчин, – тонко улыбнулась я в ответ. – Вместе поедем. Я все-таки твоя помощница.
Роджер невинно похлопал глазами и заискивающе спросил:
– А можно я спать лягу?
– Не наглей, Флойд, – прищурился детектив. – А то в следующий раз сам со своими трупами будешь разбираться.
– Следующего раза не будет, – в ужасе отшатнулся сосед.
– Не зарекайся, Флойд, – криво усмехнулся Кевин. – Не зарекайся.
Посещение мужского клуба второй раз за день прошло более успешно. Охранник немного поколебался, тем не менее в итоге распахнул дверь с вежливым полупоклоном. Распорядитель обрадовался нам, как родным. Кевин покосился на меня и со вздохом попросил отдельный кабинет. То ли боялся, что я ослепну от красоты девушек, то ли что его кто-то узнает и придется объясняться.
Я представляла «отдельный кабинет» как нечто предрасполагающее к пороку. И не угадала. По сути, мы сидели в привычном рабочем кабинете: письменный стол, кресла, столик между ними, даже стеллажи, забитые книгами, имелись.
Подруга Отиз представилась как Натали. Кевин на это лишь хмыкнул и спорить не стал.
Ничего принципиально нового она нам не рассказала. Разве что старательно намекала, будто Коллин на все готова ради денег. Также прошлась по личной жизни подруги. Охотно выложила про беспорядочные связи. В общем, показала отличный пример женской дружбы. И проигнорировать зависть, которой сочились ее слова, было сложно. Объективно Натали проигрывала убитой девушке в плане внешности.
А у меня, пока лжеподружка изливала яд, родилась мысль: а куда тратились деньги, заработанные Коллин Отиз? Судя по рассказам Натали, у нее должна была скопиться приличная сумма. И если она замешена в подмене шкатулки, то вознаграждение за это должна была поиметь немалое.
Кевин заинтересованно слушал Натали, чуть наклонив голову, с небрежной улыбкой на губах. Сначала она пыталась с ним флиртовать, но быстро поняла бесполезность затеи. Мрачный Роджер тоже энтузиазма не выказал. На меня Натали тратить свое обаяние не стала. И на том спасибо.
– Так откуда вы знаете Энн Хэмптон? – неожиданно задал вопрос Кевин.
– Кого? – нахмурилась девица.
– Белобрысая такая, – раздраженно бросил Роджер. – Наглая. Та самая, которая заказала мне подставу с мертвой бабой сделать.
– Что? – хлопнула ресницами Натали.
– Мы все знаем, – с той же улыбочкой спокойно сказал Кевин. – Вы предложили подруге подзаработать, разыграв небольшую сценку в чужой постели. Вы были в курсе, что вас просят содействовать в убийстве в доме следователя?
– Что? – снова повторила Натали.
– Да чего мы тут языки стираем? – Роджер окончательно вышел из себя и теперь намеревался выйти из мужского клуба. – Забираем ее в отделение. Пойдет как подельница.
– Нет! – взвизгнула девица. – Я здесь не при чем! Энн моя дальняя кузина. После развода она вернулась к родителям и узнала, что бывший жених живет себе припеваючи. Вот тогда Энн и обратилась ко мне с просьбой найти какую-нибудь дурочку, чтобы испортить Флойду сладкую жизнь. Я, правда, не думала, будто Коллин убьют. И почему вы обвиняете Энн? Это же он, – она ткнула пальцем в Роджера, – ее убил!
– Все-таки в камеру, – следователь недобро оскалился.
Девица уже собралась поднять волну визга, а детектив легко заткнул начинающуюся истерику одним взглядом:
– Резюмируем. Энн вас попросила найти девушку. Вы ее нашли. На этом все?
