«Великолепно!»
— Великолепно! — воскликнула учительница, её губы растянулись в хищной улыбке. — Это даже лучшее развлечение.
Тулила раскинула все свои руки, и воздух вокруг неё затрепетал, наполнившись шипением плавящегося эфира. Её ладони начали множиться, выписывая в пространстве сложнейшие, постоянно меняющиеся узоры. Её жертвы, воспользовавшись моментом, бросились бежать, оставив свою одежду её ботинкам. Тулила отпихнула эти тряпки ногой, освобождая место для манёвра.
Воля Повелительницы пробила в тучах над её головой множество дыр, и лучи света обрушились на площадь. Они резко обрели тени и рассекли не только утренний туман, но и саму ткань города. Тулила в ответ взметнула над собой щит из сгущённого эфира, создав подобие зонта от Солары. Затвердевший острый свет срикошетил от него и вонзился в фасад ближайшей башни. Каменная кладка покорно разрезалась, и здание рухнуло. Из него, в свете и пару исцеления, выбежала разгневанная женщина с чешуёй и рогами под драконицу, явно не ожидавшая такого пробуждения. Окинув взглядом ситуацию, она всё правильно поняла и обратилась в чёрный дым, унесшийся прочь.
«Без жестов... Её заклинания сложно предугадать. Я же буду семафорить как целая армия. Будет непросто», — промелькнули в голове Тулилы аналитические мысли. Но мыслей об отступлении не мелькало. Наоборот, в теле дрожью разгорался полузабытый азарт битвы.
— Вот бы ты впечатлилась моей мощью, — мечтательно произнесла Повелительница, — сдалась бы, и я пошла бы в нектарий, как планировала. Возможно, даже ультаррские вафли не успеют закончиться.
— Ох, меня надо впечатлять с размахом, — фыркнула Тулила, занимая устойчивую стойку. Вокруг неё кружились безумные калейдоскопы её магических рук. — С шумом, грохотом и обязательным привлечением подкреплений.
Город вздохнул, как перед бурей. Женщины улетали, мужчины убегали, а гомункулы застывали, пытаясь приоритезировать выживание над службой. Святовязи искривлялись, как раненые черви, а витражи ломались и галлюцинировали от эфирного напряжения.
23. Розы 2
— Внимание. Внимание, — по небесам разлился самый спокойный женский голос из всех возможных. — Зафиксировано эфирное нагнетание уровня «Белая Императрица». Возможна дуэль высших. Всем сохранять спокойствие. Покиньте область слышимости этого сообщения. Это не учебная тревога. Внимание. Внимание...
Голос был раздражающе безмятежным и резко контрастирующим со всем. Небо локально багровело, возможно, от спектрального искажения воздуха над кантоном. Всё светящееся вокруг мерцало, а двигающееся — дрожало, включая сам кантон, который решил сделать весьма крупные шаги. Любой на его месте запаниковал бы.
— Это наша учительница! — с идиотской гордостью просипел Витл из-под мышки Ортана. — Не раз получал удары её кулаков. А теперь она этими же кулаками весь город пугает!
— Ты получал? Да это так, лёгкий массаж по сравнению с тем, что я от неё получал, — сдавленно пробурчал сзади Грон.
— Больше всех доставалось Ярону, — с убийственной справедливостью констатировал Лун.
— Хватит болтать, — прошептал Ортан. — Особенно такую чушь.
Ортан не хотел тащить с собой «Диких роз», но они каким-то чудом (по имени Витл) выследили его. Ортан попытался их прогнать, но Витл бодро заявил правду: «Ты же в глубине души рад, Орт!», а Грон добил остатки сопротивления тяжёлым аргументом: «У нас всё равно нет будущего. Значит, и настоящее отдать за друзей не жалко». Это дурацкое заявление странным образом кольнуло Ортана в грудь. Да и спорить с этой оравой упрямцев у него не было ни времени, ни сил.
Они попытались вжаться друг в друга, занимая как можно меньше места. Под шутки Грона о «мужском братстве» Ортан накинул на них свой эфирный плащ-невидимку. И теперь их группа напоминала невидимую, но очень неповоротливую и шумную громаду, на которую наткнуться было слишком легко.
— У меня в голове мысли: «Остановись. Здесь ничего нет. Вернись к рутине. Это бессмысленно». Звучит довольно убедительно. Это ведь ненормально? — спросил Крел с тревогой.
— Это пси-давление башни Канцелярии. Просто игнорируй, — успокоил его Ортан, и по мужской куче прокатился вздох облегчения. Они поняли, что не сошли с ума, а их мыслями просто пытались управлять.
Канцелярия была уже близко, и Ортан заглянул внутрь себя. Его внутренний резервуар энергии казался практически неисчерпаемым — по крайней мере, до тех пор, пока Эш не окажется в его руках. Тогда он станет поистине неисчерпаемым, сменив эмоциональный источник.
К чёрной башне вела широкая лестница, на которую из массивных дверей выбегали ведьмы и, найдя достаточно свободного пространства, взмывали в воздух. Среди них возвышались боевые гомункулы. Из-за искажённого зрения в эфирном коконе Ортан видел лишь смутные очертания: огромные (но меньше нефилимов) хитиновые гуманоидные твари, взлетающие с громким жужжанием множества прозрачных крыльев.
Ортан знал, что Тулила — высшая. Но как одна, пусть и самая безумная высшая, могла противостоять целому кантону? Сомнений не было — такое должно привлечь внимание даже Повелительниц. Он зауважал свою учительницу ещё больше, ему стала ясна невероятная степень сдержанности, с которой она избивала учеников.
Они ступили на лестницу, и «розы» притихли, затаив дыхание и вцепившись друг в друга с силой тонущих. Ведьмы натыкались на невидимую преграду, но не обращали внимания, их разумы уже находились в эпицентре бури. Ортан заметил, что вход был обычным, без Сфинкса. Вероятно, из-за бешеного потока людей, проходящих через него каждый день. Он медленно, но верно продвигался вперёд, уже нагло расталкивая мешающих колдуний. Ещё шаг. Ещё чуть-чуть. Эш ближе.
Переступив порог Канцелярии, Ортан тут же понял, почему Сфинкс не нужен. Проход покрывало поле антимагии толщиной в лист бумаги. Его заклинание лопнуло с тихим хлопком, и «Дикие розы» предстали перед многочисленными ведьмами в холле во всей своей незаконной красе.
Ортан без раздумий сбил их с ног ударной волной воздуха. От неожиданности они не успели оказать сопротивление. Но один хитиновый гомункул остался стоять, выставив алебарду вперёд. Так он и застыл в ожидании команды по эфиру, пока каменный кулак, выросший из пола по воле Торба, не снёс его.
— Таут! Самое время для нашего спасения! — завопил Витл, который для этого и притащил с ними душелишённого. Но Ортан сомневался, что тот сможет вернуть душу так скоро.
Городская тревога должна была заговорить именно сейчас, но она была занята проделками Тулилы. Ортан развернулся к улице. Там ведьмы предпочитали не вступать в бой, а просто удирать. Причина обнаружилась очень быстро: не из-за страха перед группой мужчин, а чтобы их не раздавило огромной причиной, обрушившейся сверху и разнёсшей лестницу в пыль.
— Это нефилим Закон! — закричал Лун пронзительным голосом.
— Я знаю! — закричал Ортан, чувствуя неприятные перемены в своём теле.
— ЭТО НЕФИЛИМ ЗАКОН! — завопил Лун уже истерично, тыча пальцем в исполина, заполнившего собой весь проём.
— Да, Лун, с прошлого твоего крика ничего не изменилось, — ответил Ортан, теряя контроль над своей речью. Также как и над волей, но она хотя бы знала, что делать.
Из груды обломков у ног нефилима в клубах удушающей пыли выросли прекрасные гигантские синие розы без единого шипа и оплели серебряное тело с неестественной скоростью. Закон легко порвал первые стебли, но на их месте мгновенно вырастали новые, ещё более толстые и цепкие. Часть роз заполнила его клетку, и нефилим замер, его рука, занесённая для удара, так и не достигла цели. Теперь он напоминал заброшенный памятник.
— Отлично, — выдохнул Ортан, удивляясь своему выбору заклинания.
— Это нефилим Закон! — с новой силой сообщил Лун.
— Лун, в общем-то, прав, — мрачно поддержал его Грон. — В Законе нет ничего отличного. Для нас.
За его спиной Грон и Карбо уже сцепились магией с парой оклемавшихся ведьм.
— Отлично, что он заблокировал вход, — пояснил Ортан, его мозг лихорадило работой. — Внутри этих стен — энергосетка сот силы. Нам её не пробить, но и им тоже. Значит, нельзя допустить, чтобы они прошли здесь. Это также наш единственный выход. Вы должны удержать нефилима, пока мы не вернёмся с Эш.
— Это нефилим Закон! — напомнил Лун. — Это нефилим Закон.
— Просто подпитывайте розы. Я же учил вас, как передавать энергию, — сказал Ортан.
— Удерживать? Нефилима? — переспросил Торб со скептицизмом Луна.
— Рад, что вы такие сообразительные, — кивнул Ортан. — Если он вырвется, то попытайся остановить его, Торб.
— Это нефилим Закон! — хором произнесли Лун и Торб.
— Он сделан из металла, а это же по твоей части. Его тело гнётся, как любое другое, — отмахнулся Ортан, уже отступая вглубь башни и возвращая поднявшихся ведьм в бессознание. — Витл, Грон, Карбо, за мной! Чем быстрее мы спасём Эш, тем быстрее спасём и Тулилу, и наши задницы.
24. Канцелярия
Ортан, Витл, Грон и Карбо, сметая с пути разлетающиеся клочья формуляров, пробежали холл и ворвались в дверь с огромной золотой надписью «ОТДЕЛ БЮРОКРАТИИ». Он представлял собой уныло-просторный зал, разделённый рядами столов и царившим гулом монотонной работы.
За большинством столов сидели ведьмы низшего ранга, полностью погружённые в свою работу. А в неё действительно нужно было погружаться. На столах находились коробки тёмного дерева, из которых вырывались тонкие щупальца, оплетая головы колдуний, впиваясь в виски и уши, а их свободные концы засовывали в ту же коробку чистые листы бумаги, чтобы извлечь их испещрёнными текстом. Бумага циркулировала в воздухе, вылетая и скрываясь в тонких щелях стен. Женщины были настолько глубоко в процессе, что даже дуэль высших снаружи и вторжение мужчин внутри не заставили их прерваться.
В центре зала возвышалось огромное чёрное древо, незнакомого Ортану вида. Его ветви тянулись к каждой ведьме, замирая перед лицами. Листья на ветвях асинхронно сгорали, гасли или осыпались пеплом, вырастали заново и гнили в непонятном цикле.
— Отдел Бюрократии, — с уважением произнёс Витл. — Здесь рождаются приказы, которые мы так вдохновенно нарушаем.
— Или умираем от их исполнения, — мрачно добавил Грон.
— Я-то думал, что канцелярки здесь развлекаются и с жриривискиным (самки зубоскала) хохотом придумывают, как бы ещё поиздеваться над нами, — задумчиво сказал Карбо. — А это выглядит как-то... Не знаю... Даже жалко их.
— Нам туда, — произнёс Ортан, указав на потолок. В центре виднелась круглая дыра, которую обрамляла надпись: «ОТДЕЛ КОНСПИРОЛОГИИ». Всё логично: тем, кто не мог левитировать, как нормальные люди, в Канцелярии делать было нечего.
Каменная колонна, вздыбившаяся по воле Ортана, подняла четвёрку на следующий уровень. Когда они вынырнули, их встретил полумрак и запахи старой пыли и сырого холода.
Отдел Конспирологии оказался лабиринтом из одинаковых серых дверей без каких-либо обозначений. Витл, исполняя роль разведчика, приоткрыл одну из них. За ней тянулись от темноты до темноты стеллажи с мутными сосудами знания, в которых клубились туманы.
— Знания, — прошептал Витл. — Законсервированные. Наверное, самые опасные.
— Витл, закрой дверь и больше никуда не суйся, — тревожно попросил Ортан. — У меня очень плохое предчувствие насчёт этого отдела.
Единственным живым существом в коридоре была пожилая уборщица. Она методично протирала пол примитивной тряпкой на палке, напевая что-то на незнакомом гортанном языке. Белизна её кожи и волос выдавала в ней уроженку далёких северных стран. Было странно видеть благословенную женщину на такой работе вместо гомункула или хотя бы мужчины. Она подняла на них выцветшие глаза и что-то сказала с лёгким, почти материнским укором.
— Что она сказала? — зачем-то спросил Карбо.
— Кажется, посоветовала нам прекратить вторжение, иначе у нас будут проблемы, — наугад перевёл Витл.
— Мудрая женщина, — кивнул Карбо.
Найдя в потолке отверстие с надписью «ОТДЕЛ ВОЙНЫ И ЭКСПАНСИИ», они поднялись выше. Воздух стал горячим и озоновым, оглушая зал звуком чего-то огромного, стучащего вразнобой. Прямо перед ними стоял отряд боевых гомункулов, с любопытством наблюдая за их подъёмом. Очевидно, здесь они должны находиться при любых обстоятельствах.
— О-о, вот это по моей части, — Грон потянул плечи, и его мускулы вздулись, удвоившись в объёме. — Всю жизнь мечтал подраться с толпой таких.
Вся его первобытная ярость, копившаяся годами, вырвалась наружу. С грозным рёвом, больше подходящим дикому зверю, он бросился в гущу врагов. К обычному грохоту зала прибавился грохот от ударов его кулаков по хитиновым панцирям. Грон швырял, ломал и сминал. Остальные пытались помочь ему, но их заклинания рассеивались о зачарованную броню. Один из гомункулов, кружась, вылетел из общей свалки и оказался рядом с Карбо. Короткий взмах тупым концом боевого трезубца послал его с хрустом в стену.
— Я в порядке! — крикнул Карбо, тут же поднимаясь. Его рука неестественно выгибалась.
Ортан разобрался с остатками враждебного отряда, используя свою геоморфию. Острые каменные шипы взметнулись из пола, пронзая сочленения гомункулов и обездвиживая их. У одного гомункула разбилась круглая маска из хелицер, обнажив удивительно милое женское лицо.
— Быстрее! Не задерживаемся! — скомандовал Ортан.
На бегу они заметили приоткрытую дверь с табличкой «ЗАЛ ТАКТИЧЕСКИХ СИМУЛЯЦИЙ». Внутри круглого зала парила постоянно обновляющаяся световязная карта космоса. Вокруг неё носились большеголовые гомункулы-аналитики, а несколько женщин высших рангов сидели в креслах, их головы были опутаны щупальцами, а зрачки судорожно метались в такт мигающим звёздам на карте.
Геоморфический лифт Ортана доставил их ещё на один этаж. Он встретил их мощным биением. Это был Отдел Материнских Приказов. Зал был относительно пуст, но его центр занимало колоссальное кристаллическое сердце. Оно живо пульсировало, а его артерии уходили в стены, соединяясь со всей системой Канцелярии. Ортан почувствовал, как его собственное сердце начало стучать в унисон с кристаллом.
— Вот это да... — прошептал Грон, впечатленный. Но тут же, не сбавляя энтузиазма, предложил: — Может, расколошматим эту штуковину к дьяволидам?
— Нет, — остановил его Ортан. — Не стоит колошматить, не зная, что это колошматенье даст. Вдруг это какой-то важный стабилизатор?
— Ну ты иногда и зануда, Орт, — обиделся Грон, но всё же щедро сказав «иногда».
Их каменная платформа снова поползла вверх, на этот раз медленно, с сопротивлением, словно камень башни не желал отпускать их дальше. Отдел Учёта и Предназначения встретил их стерильной тишиной, чистой геометрией и блеском белизны. Воздух здесь был сухим, а звук шагов по мраморному полу моментально гас. Мебели не было, как и людей с гомункулами, только одной из стен была огромная зеркальная поверхность.
— Похоже, нам тут не понравится, — пошутил Витл, и его голос бесследно сгинул в белом пространстве.
Ортан подошёл к зеркалу. Вместо отражения поверхность пошла рябью, которая тут же улеглась, оставив сухие строки Уравнения Сущности:
Имя: Ортан-сын-Татья, ИН: 7564-M (зеркало даже знало имя его матери, хотя он всегда называл себя с именем тёти);
Пол: Мужчина;
Происхождение: 3% Гомункул (вероятно, это означало магическое вмешательство в гестацию) / 96.4% Человек Разумный Эдемский / 0.6% Неидентифицированные генетические мутации;
— Великолепно! — воскликнула учительница, её губы растянулись в хищной улыбке. — Это даже лучшее развлечение.
Тулила раскинула все свои руки, и воздух вокруг неё затрепетал, наполнившись шипением плавящегося эфира. Её ладони начали множиться, выписывая в пространстве сложнейшие, постоянно меняющиеся узоры. Её жертвы, воспользовавшись моментом, бросились бежать, оставив свою одежду её ботинкам. Тулила отпихнула эти тряпки ногой, освобождая место для манёвра.
Воля Повелительницы пробила в тучах над её головой множество дыр, и лучи света обрушились на площадь. Они резко обрели тени и рассекли не только утренний туман, но и саму ткань города. Тулила в ответ взметнула над собой щит из сгущённого эфира, создав подобие зонта от Солары. Затвердевший острый свет срикошетил от него и вонзился в фасад ближайшей башни. Каменная кладка покорно разрезалась, и здание рухнуло. Из него, в свете и пару исцеления, выбежала разгневанная женщина с чешуёй и рогами под драконицу, явно не ожидавшая такого пробуждения. Окинув взглядом ситуацию, она всё правильно поняла и обратилась в чёрный дым, унесшийся прочь.
«Без жестов... Её заклинания сложно предугадать. Я же буду семафорить как целая армия. Будет непросто», — промелькнули в голове Тулилы аналитические мысли. Но мыслей об отступлении не мелькало. Наоборот, в теле дрожью разгорался полузабытый азарт битвы.
— Вот бы ты впечатлилась моей мощью, — мечтательно произнесла Повелительница, — сдалась бы, и я пошла бы в нектарий, как планировала. Возможно, даже ультаррские вафли не успеют закончиться.
— Ох, меня надо впечатлять с размахом, — фыркнула Тулила, занимая устойчивую стойку. Вокруг неё кружились безумные калейдоскопы её магических рук. — С шумом, грохотом и обязательным привлечением подкреплений.
Город вздохнул, как перед бурей. Женщины улетали, мужчины убегали, а гомункулы застывали, пытаясь приоритезировать выживание над службой. Святовязи искривлялись, как раненые черви, а витражи ломались и галлюцинировали от эфирного напряжения.
23. Розы 2
— Внимание. Внимание, — по небесам разлился самый спокойный женский голос из всех возможных. — Зафиксировано эфирное нагнетание уровня «Белая Императрица». Возможна дуэль высших. Всем сохранять спокойствие. Покиньте область слышимости этого сообщения. Это не учебная тревога. Внимание. Внимание...
Голос был раздражающе безмятежным и резко контрастирующим со всем. Небо локально багровело, возможно, от спектрального искажения воздуха над кантоном. Всё светящееся вокруг мерцало, а двигающееся — дрожало, включая сам кантон, который решил сделать весьма крупные шаги. Любой на его месте запаниковал бы.
— Это наша учительница! — с идиотской гордостью просипел Витл из-под мышки Ортана. — Не раз получал удары её кулаков. А теперь она этими же кулаками весь город пугает!
— Ты получал? Да это так, лёгкий массаж по сравнению с тем, что я от неё получал, — сдавленно пробурчал сзади Грон.
— Больше всех доставалось Ярону, — с убийственной справедливостью констатировал Лун.
— Хватит болтать, — прошептал Ортан. — Особенно такую чушь.
Ортан не хотел тащить с собой «Диких роз», но они каким-то чудом (по имени Витл) выследили его. Ортан попытался их прогнать, но Витл бодро заявил правду: «Ты же в глубине души рад, Орт!», а Грон добил остатки сопротивления тяжёлым аргументом: «У нас всё равно нет будущего. Значит, и настоящее отдать за друзей не жалко». Это дурацкое заявление странным образом кольнуло Ортана в грудь. Да и спорить с этой оравой упрямцев у него не было ни времени, ни сил.
Они попытались вжаться друг в друга, занимая как можно меньше места. Под шутки Грона о «мужском братстве» Ортан накинул на них свой эфирный плащ-невидимку. И теперь их группа напоминала невидимую, но очень неповоротливую и шумную громаду, на которую наткнуться было слишком легко.
— У меня в голове мысли: «Остановись. Здесь ничего нет. Вернись к рутине. Это бессмысленно». Звучит довольно убедительно. Это ведь ненормально? — спросил Крел с тревогой.
— Это пси-давление башни Канцелярии. Просто игнорируй, — успокоил его Ортан, и по мужской куче прокатился вздох облегчения. Они поняли, что не сошли с ума, а их мыслями просто пытались управлять.
Канцелярия была уже близко, и Ортан заглянул внутрь себя. Его внутренний резервуар энергии казался практически неисчерпаемым — по крайней мере, до тех пор, пока Эш не окажется в его руках. Тогда он станет поистине неисчерпаемым, сменив эмоциональный источник.
К чёрной башне вела широкая лестница, на которую из массивных дверей выбегали ведьмы и, найдя достаточно свободного пространства, взмывали в воздух. Среди них возвышались боевые гомункулы. Из-за искажённого зрения в эфирном коконе Ортан видел лишь смутные очертания: огромные (но меньше нефилимов) хитиновые гуманоидные твари, взлетающие с громким жужжанием множества прозрачных крыльев.
Ортан знал, что Тулила — высшая. Но как одна, пусть и самая безумная высшая, могла противостоять целому кантону? Сомнений не было — такое должно привлечь внимание даже Повелительниц. Он зауважал свою учительницу ещё больше, ему стала ясна невероятная степень сдержанности, с которой она избивала учеников.
Они ступили на лестницу, и «розы» притихли, затаив дыхание и вцепившись друг в друга с силой тонущих. Ведьмы натыкались на невидимую преграду, но не обращали внимания, их разумы уже находились в эпицентре бури. Ортан заметил, что вход был обычным, без Сфинкса. Вероятно, из-за бешеного потока людей, проходящих через него каждый день. Он медленно, но верно продвигался вперёд, уже нагло расталкивая мешающих колдуний. Ещё шаг. Ещё чуть-чуть. Эш ближе.
Переступив порог Канцелярии, Ортан тут же понял, почему Сфинкс не нужен. Проход покрывало поле антимагии толщиной в лист бумаги. Его заклинание лопнуло с тихим хлопком, и «Дикие розы» предстали перед многочисленными ведьмами в холле во всей своей незаконной красе.
Ортан без раздумий сбил их с ног ударной волной воздуха. От неожиданности они не успели оказать сопротивление. Но один хитиновый гомункул остался стоять, выставив алебарду вперёд. Так он и застыл в ожидании команды по эфиру, пока каменный кулак, выросший из пола по воле Торба, не снёс его.
— Таут! Самое время для нашего спасения! — завопил Витл, который для этого и притащил с ними душелишённого. Но Ортан сомневался, что тот сможет вернуть душу так скоро.
Городская тревога должна была заговорить именно сейчас, но она была занята проделками Тулилы. Ортан развернулся к улице. Там ведьмы предпочитали не вступать в бой, а просто удирать. Причина обнаружилась очень быстро: не из-за страха перед группой мужчин, а чтобы их не раздавило огромной причиной, обрушившейся сверху и разнёсшей лестницу в пыль.
— Это нефилим Закон! — закричал Лун пронзительным голосом.
— Я знаю! — закричал Ортан, чувствуя неприятные перемены в своём теле.
— ЭТО НЕФИЛИМ ЗАКОН! — завопил Лун уже истерично, тыча пальцем в исполина, заполнившего собой весь проём.
— Да, Лун, с прошлого твоего крика ничего не изменилось, — ответил Ортан, теряя контроль над своей речью. Также как и над волей, но она хотя бы знала, что делать.
Из груды обломков у ног нефилима в клубах удушающей пыли выросли прекрасные гигантские синие розы без единого шипа и оплели серебряное тело с неестественной скоростью. Закон легко порвал первые стебли, но на их месте мгновенно вырастали новые, ещё более толстые и цепкие. Часть роз заполнила его клетку, и нефилим замер, его рука, занесённая для удара, так и не достигла цели. Теперь он напоминал заброшенный памятник.
— Отлично, — выдохнул Ортан, удивляясь своему выбору заклинания.
— Это нефилим Закон! — с новой силой сообщил Лун.
— Лун, в общем-то, прав, — мрачно поддержал его Грон. — В Законе нет ничего отличного. Для нас.
За его спиной Грон и Карбо уже сцепились магией с парой оклемавшихся ведьм.
— Отлично, что он заблокировал вход, — пояснил Ортан, его мозг лихорадило работой. — Внутри этих стен — энергосетка сот силы. Нам её не пробить, но и им тоже. Значит, нельзя допустить, чтобы они прошли здесь. Это также наш единственный выход. Вы должны удержать нефилима, пока мы не вернёмся с Эш.
— Это нефилим Закон! — напомнил Лун. — Это нефилим Закон.
— Просто подпитывайте розы. Я же учил вас, как передавать энергию, — сказал Ортан.
— Удерживать? Нефилима? — переспросил Торб со скептицизмом Луна.
— Рад, что вы такие сообразительные, — кивнул Ортан. — Если он вырвется, то попытайся остановить его, Торб.
— Это нефилим Закон! — хором произнесли Лун и Торб.
— Он сделан из металла, а это же по твоей части. Его тело гнётся, как любое другое, — отмахнулся Ортан, уже отступая вглубь башни и возвращая поднявшихся ведьм в бессознание. — Витл, Грон, Карбо, за мной! Чем быстрее мы спасём Эш, тем быстрее спасём и Тулилу, и наши задницы.
24. Канцелярия
Ортан, Витл, Грон и Карбо, сметая с пути разлетающиеся клочья формуляров, пробежали холл и ворвались в дверь с огромной золотой надписью «ОТДЕЛ БЮРОКРАТИИ». Он представлял собой уныло-просторный зал, разделённый рядами столов и царившим гулом монотонной работы.
За большинством столов сидели ведьмы низшего ранга, полностью погружённые в свою работу. А в неё действительно нужно было погружаться. На столах находились коробки тёмного дерева, из которых вырывались тонкие щупальца, оплетая головы колдуний, впиваясь в виски и уши, а их свободные концы засовывали в ту же коробку чистые листы бумаги, чтобы извлечь их испещрёнными текстом. Бумага циркулировала в воздухе, вылетая и скрываясь в тонких щелях стен. Женщины были настолько глубоко в процессе, что даже дуэль высших снаружи и вторжение мужчин внутри не заставили их прерваться.
В центре зала возвышалось огромное чёрное древо, незнакомого Ортану вида. Его ветви тянулись к каждой ведьме, замирая перед лицами. Листья на ветвях асинхронно сгорали, гасли или осыпались пеплом, вырастали заново и гнили в непонятном цикле.
— Отдел Бюрократии, — с уважением произнёс Витл. — Здесь рождаются приказы, которые мы так вдохновенно нарушаем.
— Или умираем от их исполнения, — мрачно добавил Грон.
— Я-то думал, что канцелярки здесь развлекаются и с жриривискиным (самки зубоскала) хохотом придумывают, как бы ещё поиздеваться над нами, — задумчиво сказал Карбо. — А это выглядит как-то... Не знаю... Даже жалко их.
— Нам туда, — произнёс Ортан, указав на потолок. В центре виднелась круглая дыра, которую обрамляла надпись: «ОТДЕЛ КОНСПИРОЛОГИИ». Всё логично: тем, кто не мог левитировать, как нормальные люди, в Канцелярии делать было нечего.
Каменная колонна, вздыбившаяся по воле Ортана, подняла четвёрку на следующий уровень. Когда они вынырнули, их встретил полумрак и запахи старой пыли и сырого холода.
Отдел Конспирологии оказался лабиринтом из одинаковых серых дверей без каких-либо обозначений. Витл, исполняя роль разведчика, приоткрыл одну из них. За ней тянулись от темноты до темноты стеллажи с мутными сосудами знания, в которых клубились туманы.
— Знания, — прошептал Витл. — Законсервированные. Наверное, самые опасные.
— Витл, закрой дверь и больше никуда не суйся, — тревожно попросил Ортан. — У меня очень плохое предчувствие насчёт этого отдела.
Единственным живым существом в коридоре была пожилая уборщица. Она методично протирала пол примитивной тряпкой на палке, напевая что-то на незнакомом гортанном языке. Белизна её кожи и волос выдавала в ней уроженку далёких северных стран. Было странно видеть благословенную женщину на такой работе вместо гомункула или хотя бы мужчины. Она подняла на них выцветшие глаза и что-то сказала с лёгким, почти материнским укором.
— Что она сказала? — зачем-то спросил Карбо.
— Кажется, посоветовала нам прекратить вторжение, иначе у нас будут проблемы, — наугад перевёл Витл.
— Мудрая женщина, — кивнул Карбо.
Найдя в потолке отверстие с надписью «ОТДЕЛ ВОЙНЫ И ЭКСПАНСИИ», они поднялись выше. Воздух стал горячим и озоновым, оглушая зал звуком чего-то огромного, стучащего вразнобой. Прямо перед ними стоял отряд боевых гомункулов, с любопытством наблюдая за их подъёмом. Очевидно, здесь они должны находиться при любых обстоятельствах.
— О-о, вот это по моей части, — Грон потянул плечи, и его мускулы вздулись, удвоившись в объёме. — Всю жизнь мечтал подраться с толпой таких.
Вся его первобытная ярость, копившаяся годами, вырвалась наружу. С грозным рёвом, больше подходящим дикому зверю, он бросился в гущу врагов. К обычному грохоту зала прибавился грохот от ударов его кулаков по хитиновым панцирям. Грон швырял, ломал и сминал. Остальные пытались помочь ему, но их заклинания рассеивались о зачарованную броню. Один из гомункулов, кружась, вылетел из общей свалки и оказался рядом с Карбо. Короткий взмах тупым концом боевого трезубца послал его с хрустом в стену.
— Я в порядке! — крикнул Карбо, тут же поднимаясь. Его рука неестественно выгибалась.
Ортан разобрался с остатками враждебного отряда, используя свою геоморфию. Острые каменные шипы взметнулись из пола, пронзая сочленения гомункулов и обездвиживая их. У одного гомункула разбилась круглая маска из хелицер, обнажив удивительно милое женское лицо.
— Быстрее! Не задерживаемся! — скомандовал Ортан.
На бегу они заметили приоткрытую дверь с табличкой «ЗАЛ ТАКТИЧЕСКИХ СИМУЛЯЦИЙ». Внутри круглого зала парила постоянно обновляющаяся световязная карта космоса. Вокруг неё носились большеголовые гомункулы-аналитики, а несколько женщин высших рангов сидели в креслах, их головы были опутаны щупальцами, а зрачки судорожно метались в такт мигающим звёздам на карте.
Геоморфический лифт Ортана доставил их ещё на один этаж. Он встретил их мощным биением. Это был Отдел Материнских Приказов. Зал был относительно пуст, но его центр занимало колоссальное кристаллическое сердце. Оно живо пульсировало, а его артерии уходили в стены, соединяясь со всей системой Канцелярии. Ортан почувствовал, как его собственное сердце начало стучать в унисон с кристаллом.
— Вот это да... — прошептал Грон, впечатленный. Но тут же, не сбавляя энтузиазма, предложил: — Может, расколошматим эту штуковину к дьяволидам?
— Нет, — остановил его Ортан. — Не стоит колошматить, не зная, что это колошматенье даст. Вдруг это какой-то важный стабилизатор?
— Ну ты иногда и зануда, Орт, — обиделся Грон, но всё же щедро сказав «иногда».
Их каменная платформа снова поползла вверх, на этот раз медленно, с сопротивлением, словно камень башни не желал отпускать их дальше. Отдел Учёта и Предназначения встретил их стерильной тишиной, чистой геометрией и блеском белизны. Воздух здесь был сухим, а звук шагов по мраморному полу моментально гас. Мебели не было, как и людей с гомункулами, только одной из стен была огромная зеркальная поверхность.
— Похоже, нам тут не понравится, — пошутил Витл, и его голос бесследно сгинул в белом пространстве.
Ортан подошёл к зеркалу. Вместо отражения поверхность пошла рябью, которая тут же улеглась, оставив сухие строки Уравнения Сущности:
Имя: Ортан-сын-Татья, ИН: 7564-M (зеркало даже знало имя его матери, хотя он всегда называл себя с именем тёти);
Пол: Мужчина;
Происхождение: 3% Гомункул (вероятно, это означало магическое вмешательство в гестацию) / 96.4% Человек Разумный Эдемский / 0.6% Неидентифицированные генетические мутации;
