- Вы совершенно ничего не понимаете в колдовстве, - вздохнула Фогаль. – Оно не способно приносить такие точные разрушения. Ураганом или землетрясением – да. Но так можно разрушить половину Александрии. Точно угодить в императорский дворец никому не дано.
- Виттанийская магия это может, - пожал плечами Бенедикт. – Мой братец, если его разозлить, и не такое способен отчебучить.
- У нас тут бытует мнение, что в Виттании все с приветом.
Бенедикт негромко рассмеялся.
- Знаешь, что меня поражает? – Фогаль взяла паузу, методично очищая скатерть от крошек. – Почему, скажи на милость, я тебе доверяю. Мы знакомы всего два дня.
- Хммм, - неопределенно промычал вор. – Можешь довериться мне еще раз, Кела? К какому Кругу ты принадлежишь? Предсказательница?
- Ну, у тебя есть три попытки, - хмыкнула Фогаль. – Я, скажем так, дружу с ветрами.
- Хорошо, - Бенедикт бросил на блюдце пару банкнот, поднялся и протянул Фогаль руку. – Пошли, я покажу тебе александрийские красоты. На самом деле тут есть на что поглядеть.
- На этот раз ты заплатил, - заметила Фогаль.
Бенедикт нагнулся к самому ее уху и шепнул волнующим голосом:
- Открою тебе маленький секрет, дорогая. Никогда не порти отношения с друзьями и соседями. В этом заключена тайна популярности. И целой шкуры.
Ричард выдвинул стул на середину комнаты, оседлал его и облокотился на спинку.
- Хотите чаю, господин Пирс?
Контрабандист поморщился.
- Предпочитаю общаться с уголовной полицией. Они по крайней мере сразу бьют в морду. Без лицемерия.
У Пирса светлел и медленно исчезал синяк под глазом, и не хватало нескольких зубов. Знакомство с уголовной полицией налицо.
- Никакого лицемерия. Я просто пытаюсь быть любезным, и решить вопрос мирно. Не правда ли, это с моей стороны очень мило? Я даже готов пойти на… как это говорят в полицейских романах? Пойти на сделку. Я вас отпущу, конечно, в обмен на информацию. Мне нужно знать, для кого предназначалась последняя партия тканей и мехов.
Пирс поморщился. Он размышлял некоторое время, а Ричарда все сильнее тянуло в сон.
- Хорошо, я скажу.
Ричард вскинул голову.
- Я не знаю имени этого парня, но адрес мне известен. Улица императрицы Марии-Денизы, дом девять. Весь дом принадлежит ему.
- Благодарю, - Ричард поднялся и пошел к двери, стараясь изо всех сил не шататься от усталости.
- Эй, а как же сделка?
Ричард обернулся.
- Вы мигом угодите в руки уголовной полиции и заработаете второй синяк. Для симметрии. Потом вы мне будете благодарны. Ламент.
Молодой человек, терпеливо дожидающийся за дверью, вытащил блокнот.
- Марии-Денизы, девять. Езжайте живо.
- Господи Паул выяснил, что из вашего кабинета пропала трость Тэмсин Паркс и два письма.
- Я домой, - отмахнулся Ричард. – Высплюсь и потом уже пого… что за письма?
- Что-то из частной переписки его высочества с нашим послом в Витании. Точнее мы сказать не можем, господин Рирдан, потому что вы никогда не записываете документы в журнал.
Ричард легонько ударился лбом о стенку.
- Ненавижу. Если кто-то, а особенно его величество, узнает о пропаже, я лично убью каждого из вас. Езжайте в тот дом, Ламент. Я буду у себя в квартире, спать. Надеюсь.
Верный Ламент выбежал из подземелья. Ричард медленно поднялся наверх, цепляясь за перила, и пошел домой под дождем. Как не странно, но от холода и воды спать ему хотелось только сильнее.
Дворец стоял на небольшом искусственном возвышении, обнимая двумя вычурно украшенными, помпезными крыльями внутренний парадный двор. Вернее – одним, а второе теперь лежало в руинах. Фогаль подошла к ограде, смешавшись с толпой зевак.
- Хм…
- Что такое? – Бенедикт оттер ее в сторону. – Знаешь, здесь полно представителей правопорядка. Не хотелось бы мне снова угодить за решетку.
- Ты же сбегаешь из любого места, - хмыкнула Фогаль, - потому и зовешься лучшим вором государства.
- Ш-ш-ш!
- Шутка. Ладно, пошли отсюда.
- Ты выяснила все, что хотела? – хмуро поинтересовался Тричент.
Фогаль кивнула.
- Так может быть объяснишь?
- Позже.
Выскользнув из толпы, Фогаль отошла на достаточное расстояние. С площади, от маленького уличного кафе можно было наблюдать за бессмысленным копошением зевак и полицейских.
- Ладно, - Бенедикт взглянул на часы. – Нам пора. Мой знакомый… художник работает здесь неподалеку. На улице Десятого Августа.
- То самое место, где произошел первый теракт? – Фогаль поежилась.
Бенедикт кивнул.
- Оно самая. Целая улица выгорела дотла. И из Белого Розария стала Десятого Августа. Жуткое было зрелище. Сейчас там находится музей, где мой приятель, собственно, и работает. Милое местечко.
Это было одно из тех «милых местечек», куда Фогаль особенно не хотелось идти. Место, с которого все началось. Страшная, выжженная улица.
Она оказалась чистенькой, милой и аккуратной, и современной. Над маленькими двухэтажными домами с цветными крышами довлел гигантский, уродливый массив музея, возведенного в псевдоклассическом стиле с неуклюжей оглядкой на поздний Уэлленд. Его фасад и купол, построенные не более 15 лет назад, были украшены «следами пожара». Жуткий мемориал трагедии. Огромный баннер слева от входа обещал выставку «Охота на ведьм в Средние века». Картина изображала сжигаемую на костре женщину.
- Они уже и об этом вспомнили, - Фогаль передернуло.
- Пошли, пошли, моя дорогая, - Бенедикт похлопал ее по плечу. – Зрелище, конечно, неприятное, но…
- Нам нужно поговорить с твоим другом художником, - закончила за него Фогаль. – Пошли уже.
В музее пахло пылью, старым лаком и гарью. Это был словно бы специально культивируемый запах, словно сам по себе он был экспонатом. Бенедикт опустил несколько монет в ящик для пожертвования и взял Фогаль под руку. Темные коридоры давили на нее и выглядели зловеще. Это было действительно неприятное место.
- Почти пришли, - подбодрил ее Бенедикт. – Вот эта дверь.
На «вот этой двери» висела пыльная табличка «Реставрация».
- По части скульптуры он – просто Бог, - улыбнулся Бенедикт. – Сэм – настоящий профессионал, особенно если речь заходит о кости. Увидишь.
Вор постучал. Пришлось подождать некоторое время, прежде чем за дверью послышались шаги и заскрежетал засов.
- Проходите, - Сэм посторонился, пропуская гостей в комнату.
Гениальный реставратор оказался высоким и худым молодым человеком в запятнанном, когда-то, наверное, белом халате. В одной руке он держал небольшую фланелевую тряпочку и пузырек с растворителем, а в другой – небольшой металлический скребок. Комната была ярко освещена, благодаря большим панорамным окнам и яркой лампе с зеркальным абажуром высоко под потолком. На столе прямо под ней стояла небольшая статуэтка из слоновой кости.
- Это же Святая Лиуэлла! – вырвалось у Фогаль. Она и не думала, что когда-нибудь увидит эту статую вживую.
- Совершенно верно, - улыбнулся Сэм. – Удивительная работа Феба из Краттона*.
- Всегда думала, она ненавидела Лиуэллу, - пробормотала Фогаль, рассматривая изящную скульптуру.
- Давайте вернемся в настоящее, - Бенедикт присел на стул и непринужденно закинул ногу на ногу. – Все готово?
Сэм выдвинул ящик стола.
- Вот, держите. Диана Доул, 25 лет, уроженка Мисты. В Александрии как туристка.
- Чуть симпатичнее, чем Тэмсин Паркс, - вздохнула Фогаль. – Но звучит все равно так же глупо.
- Тебе не из чего выбирать, Кела, дорогая, - Бенедикт поднялся и подал ей руку. – Идем. Нам еще надо пройтись по магазинам. Все твои платья слишком яркие.
Ричарду снилось, что он идет по шпалам, спотыкаясь и поскальзываясь, а где-то неподалеку, возвещая о приближении поезда, надрывается звонок. Звук этот пробрался в сон извне и в конце концов разбудил Ричарда. Телефон надрывался, и похоже уже давно. Нащупав на столике часы, Ричард посмотрел на циферблат. Пять вечера. Спал он не так уж долго.
- Алло?
- Господин! – голос Ламента полыхал энтузиазмом и, как не странно, страхом.
- Что случилось, Ламент? Что-то срочное, надеюсь?
- Господин Рирдан, думаю, вам нужно приехать.
- Проблемы? – Ричард сел, потирая переносицу.
- В некотором роде, господин. Те люди, о которых говорил Пирс… Вы должны взглянуть сами.
- Ламент, объясни, что происходит, пока я не отправил тебя на свидание с Ванлуэ, - потребовал Ричард, давясь зевком.
- Все люди в том доме на улице Марии-Денизы, господин Рирдан, мертвы.
- Постой-постой, - Ричард поморгал, пытаясь наконец проснуться. – Что значит мертвы?
- Они все мертвы, - повторил Ламент, голос его дрогнул. – Все двадцать восемь человек.
-Буду через 15 минут!
Бросив трубку мимо рычага, Ричард наскоро оделся и лишние три минуты потратил на поиски зонта. Бесполезно. Дождь разошелся, по улице Мучеников, мощеной округлой скользкой брусчатой, потекла река. С трудом поймав такси, Ричард приехал к дому на улице Марии-Денизы промокшим и продрогшим. Ламент стоял возле двери с зонтом. На белых перчатках, которые он всегда носил на месте преступления, расплылись похожие на ржавчину пятна крови.
- Все так плохо?
Ламент поморщился.
- Надеюсь, господин Рирдан, что вы еще не обедали.
Ричард шагнул в подъезд и сразу же погрузился в запах свежепролитой крови и смерти. Его замутило.
- Дыши, Рирдан, - вполголоса посоветовал он себе. – Ртом. Где тела?
- Повсюду, - невозмутимо ответил Ламент, давно привыкший к начальнику, разговаривающему сам с собой.
- Повсюду? Конкретнее.
- Семнадцать комнат. Двадцать восемь трупов. Еще конкретнее, господин?
- Нет, спасибо. Пойдем, взглянем на парочку.
Сняв промокшее насквозь пальто, Ричард бросил его на столик в коридоре и взбежал по узкой тесной лестнице наверх. Запах крови и смерти стал ощутимее. На верхней лестничной площадке он столкнулся с доктором Дарби, городским патологоанатомом, а это значило, что и появление уголовной полиции не за горами.
- Ничего интересного, господин Рирдан, - рассеяно сказал доктор, закуривая папиросу. – Огнестрельные ранения. Все двадцать восемь жертв расстреляны из ружья одного и того же калибра. Вернее… полагаю, это была армейская винтовка. Подробности после вскрытия, не ранее, чем завтра утром.
- Армейская винтовка? – Ричард сощурился. – Такая чертовски громкая двухзарядная штука, на полную перезарядку которой уходит минуты полторы?
- Полагаю, да, - не слишком уверенно кивнул Дарби.
- А это очень старый ветхий дом, где слышен каждый чих, и жильцы стараются пореже заниматься сексом и ссориться… - Ричард побарабанил пальцами по стене. Звук гулко разнесся по всему дому. – Почему же после первого же выстрела люди не разбежались и не подняли тревогу? Ламент?
Молодой агнет по своему обыкновению выскочил, как демон из коробочки.
- Ламент, проверьте вентиляцию. Там могут быть усыпляющие или парализующие снадобья.
- Кое-что еще, господин, - Ламент указал наверх. – Там есть пустая комната, судя по всему ее покинули совсем недавно. На чемодане бирка с именем Тэмсин Паркс.
- Пойду и пообедаю, - решил Ричард. – Не беспокойте, пока опять кого-нибудь не убьют. Фигуры ниже министра не интересуют. Ламент, это дело на вас.
----------
* Нигд – гадательные кости или палочки
* Феб из Краттона – под этим именем скрывается Феба Арциана, вторая жена барона Карла Краттона. Много работала как скульптор, в основном по кости и дереву. Однако, известны и ее работы по мрамору: статуи собора в Эдмарсе и главного собора Всехсвятского монастыря в Краттоне. Св. Лиуэлла – святая покровительница первой жены Карла Краттона, а также покровительница нищих и сирот.
Фогаль надела брюки второй раз в жизни. Это было занятное ощущение, но между тем и колоссальная неловкость. Фогаль посмотрела на себя в зеркало. Прекрасная черная тень.
- Да, мы чудесно и совершенно незаметно будем смотреться на фоне белых стен Фрэйни.
- Не будем, - покачал головой Бенедикт. – Мы пойдем под землей.
- Фрэйни поставили на болоте, разве там есть подземелья?
- У всех замков есть подземелья, - пожал плечами Бенедикт. – К тому же полтора столетия назад он был довольно сильно перестроен.
- Верно… при герцогине Лориане. Ей замок показался недостаточно современным. Мне правда казалось всегда, что он древний.
- Когда двадцать восемь лет назад замок стал тюрьмой, - продолжил Бенедикт, - его опять перестроили. Канализация и дренажная система замка – произведение искусства. И мы этим шедевром воспользуемся. Ближайший вход у северной стены. Там охрана на нижнем ярусе, так что будь осторожнее.
Фогаль кивнула, проверила пояс и заколола волосы. Она была во всеоружии, по крайней мере, надеялась на это. На кражу она точно выходила впервые.
Улицы были плохо освещены, а дождь лил, как из ведра. Видимость была просто ужасающая, но, наверное, ворам это только играло на руку. Когда они неспешно дошли до отвесной стены замка, Бенедикт приложил палец к губам и вытащил из сумки небольшой ломик. Фогаль не поняла, по каким признакам он выбрал камень, но через пару минут у подошвы стены появился лаз. Бенедикт протянул ей небольшой электрический фонарь и подтолкнул в спину.
- Залезай, дорогая. На первой же развилке поверни налево, спрыгивай в комнату и жди меня там. Учти, там холодно и, возможно, крысы.
- Бр-р! – Фогаль передернуло.
- Бр-р, - согласился Бенедикт. – Лезь, живо.
Лаз был узкий, тесный и необычайно сырой и холодный. И в нем пахло крысами. Проклиная свою глупость и знаменитое адмаровское упрямство, Фогаль полезла вперед. Первая развилка, налево, спрыгнуть в комнату. Было в высоту метра полтора, и ведьма, приземлившись, пошатнулась и привалилась к стене.
Бенедикт появился минуты через две томительного ожидания.
- Теперь рам нужно пройти в ту дверь и по небольшому коридору. Веди себя тихо, прямо над нами сидят стражники.
Он, мягко ступая, пошел вперед, держа фонарь у плеча. Фогаль, слегка напуганная, шла следом, отставая на шаг или два. Звуки самым жутким образом расходились по всему коридору. Далекие голоса превращались в перешептывание призраков. Казалось, древние камни изрыгают невнятные проклятья.
Замок согласно легенде обладал собственной душой и волей. Адмары утверждали, что Фрэйни не по нраву быть тюрьмой, и в скором времени он отомстит за надругательство. Хотя, что он мог сделать? Разве что, обрушиться на головы заключенных. Да и ждал часа возмездия замок слишком уж долго.
Коридор кончился тупиком. Бенедикт передал Фогаль фонарь и сдвинул неприметную, на первый взгляд ничем не отличающуюся от других плиту. Следующий коридор был еще уже, еще теснее, еще сырее, а когда плита у нее за спиной встала на место, Фогаль ощутила приступ паники.
- Итак, где именно находится та потайная комната? – едва слышно спросил Бенедикт.
- В восточной туррете*, - опустив взгляд ответила Фогаль.
- Удивительно, что ты не сказала это раньше, - хмыкнул Бенедикт. – Пошли, я знаю дорогу. Нам нужно подняться наверх, пройти по галерее, а там уже…
- Там должен висеть тапестри* с видом Каэледа. Его насколько мне известно не сняли и не увезли с собой, слишком тяжелый. За ним вход и комнату.
- Ладно, - кивнул Бенедикт, - прорвемся. Где-то здесь должна быть лестница.
Обворовывать свой замок оказалось неожиданно просто. Как тюрьма Фрэйни предназначался для родовитых преступников, а таковых было немного.
- Виттанийская магия это может, - пожал плечами Бенедикт. – Мой братец, если его разозлить, и не такое способен отчебучить.
- У нас тут бытует мнение, что в Виттании все с приветом.
Бенедикт негромко рассмеялся.
- Знаешь, что меня поражает? – Фогаль взяла паузу, методично очищая скатерть от крошек. – Почему, скажи на милость, я тебе доверяю. Мы знакомы всего два дня.
- Хммм, - неопределенно промычал вор. – Можешь довериться мне еще раз, Кела? К какому Кругу ты принадлежишь? Предсказательница?
- Ну, у тебя есть три попытки, - хмыкнула Фогаль. – Я, скажем так, дружу с ветрами.
- Хорошо, - Бенедикт бросил на блюдце пару банкнот, поднялся и протянул Фогаль руку. – Пошли, я покажу тебе александрийские красоты. На самом деле тут есть на что поглядеть.
- На этот раз ты заплатил, - заметила Фогаль.
Бенедикт нагнулся к самому ее уху и шепнул волнующим голосом:
- Открою тебе маленький секрет, дорогая. Никогда не порти отношения с друзьями и соседями. В этом заключена тайна популярности. И целой шкуры.
Ричард выдвинул стул на середину комнаты, оседлал его и облокотился на спинку.
- Хотите чаю, господин Пирс?
Контрабандист поморщился.
- Предпочитаю общаться с уголовной полицией. Они по крайней мере сразу бьют в морду. Без лицемерия.
У Пирса светлел и медленно исчезал синяк под глазом, и не хватало нескольких зубов. Знакомство с уголовной полицией налицо.
- Никакого лицемерия. Я просто пытаюсь быть любезным, и решить вопрос мирно. Не правда ли, это с моей стороны очень мило? Я даже готов пойти на… как это говорят в полицейских романах? Пойти на сделку. Я вас отпущу, конечно, в обмен на информацию. Мне нужно знать, для кого предназначалась последняя партия тканей и мехов.
Пирс поморщился. Он размышлял некоторое время, а Ричарда все сильнее тянуло в сон.
- Хорошо, я скажу.
Ричард вскинул голову.
- Я не знаю имени этого парня, но адрес мне известен. Улица императрицы Марии-Денизы, дом девять. Весь дом принадлежит ему.
- Благодарю, - Ричард поднялся и пошел к двери, стараясь изо всех сил не шататься от усталости.
- Эй, а как же сделка?
Ричард обернулся.
- Вы мигом угодите в руки уголовной полиции и заработаете второй синяк. Для симметрии. Потом вы мне будете благодарны. Ламент.
Молодой человек, терпеливо дожидающийся за дверью, вытащил блокнот.
- Марии-Денизы, девять. Езжайте живо.
- Господи Паул выяснил, что из вашего кабинета пропала трость Тэмсин Паркс и два письма.
- Я домой, - отмахнулся Ричард. – Высплюсь и потом уже пого… что за письма?
- Что-то из частной переписки его высочества с нашим послом в Витании. Точнее мы сказать не можем, господин Рирдан, потому что вы никогда не записываете документы в журнал.
Ричард легонько ударился лбом о стенку.
- Ненавижу. Если кто-то, а особенно его величество, узнает о пропаже, я лично убью каждого из вас. Езжайте в тот дом, Ламент. Я буду у себя в квартире, спать. Надеюсь.
Верный Ламент выбежал из подземелья. Ричард медленно поднялся наверх, цепляясь за перила, и пошел домой под дождем. Как не странно, но от холода и воды спать ему хотелось только сильнее.
Дворец стоял на небольшом искусственном возвышении, обнимая двумя вычурно украшенными, помпезными крыльями внутренний парадный двор. Вернее – одним, а второе теперь лежало в руинах. Фогаль подошла к ограде, смешавшись с толпой зевак.
- Хм…
- Что такое? – Бенедикт оттер ее в сторону. – Знаешь, здесь полно представителей правопорядка. Не хотелось бы мне снова угодить за решетку.
- Ты же сбегаешь из любого места, - хмыкнула Фогаль, - потому и зовешься лучшим вором государства.
- Ш-ш-ш!
- Шутка. Ладно, пошли отсюда.
- Ты выяснила все, что хотела? – хмуро поинтересовался Тричент.
Фогаль кивнула.
- Так может быть объяснишь?
- Позже.
Выскользнув из толпы, Фогаль отошла на достаточное расстояние. С площади, от маленького уличного кафе можно было наблюдать за бессмысленным копошением зевак и полицейских.
- Ладно, - Бенедикт взглянул на часы. – Нам пора. Мой знакомый… художник работает здесь неподалеку. На улице Десятого Августа.
- То самое место, где произошел первый теракт? – Фогаль поежилась.
Бенедикт кивнул.
- Оно самая. Целая улица выгорела дотла. И из Белого Розария стала Десятого Августа. Жуткое было зрелище. Сейчас там находится музей, где мой приятель, собственно, и работает. Милое местечко.
Это было одно из тех «милых местечек», куда Фогаль особенно не хотелось идти. Место, с которого все началось. Страшная, выжженная улица.
Она оказалась чистенькой, милой и аккуратной, и современной. Над маленькими двухэтажными домами с цветными крышами довлел гигантский, уродливый массив музея, возведенного в псевдоклассическом стиле с неуклюжей оглядкой на поздний Уэлленд. Его фасад и купол, построенные не более 15 лет назад, были украшены «следами пожара». Жуткий мемориал трагедии. Огромный баннер слева от входа обещал выставку «Охота на ведьм в Средние века». Картина изображала сжигаемую на костре женщину.
- Они уже и об этом вспомнили, - Фогаль передернуло.
- Пошли, пошли, моя дорогая, - Бенедикт похлопал ее по плечу. – Зрелище, конечно, неприятное, но…
- Нам нужно поговорить с твоим другом художником, - закончила за него Фогаль. – Пошли уже.
В музее пахло пылью, старым лаком и гарью. Это был словно бы специально культивируемый запах, словно сам по себе он был экспонатом. Бенедикт опустил несколько монет в ящик для пожертвования и взял Фогаль под руку. Темные коридоры давили на нее и выглядели зловеще. Это было действительно неприятное место.
- Почти пришли, - подбодрил ее Бенедикт. – Вот эта дверь.
На «вот этой двери» висела пыльная табличка «Реставрация».
- По части скульптуры он – просто Бог, - улыбнулся Бенедикт. – Сэм – настоящий профессионал, особенно если речь заходит о кости. Увидишь.
Вор постучал. Пришлось подождать некоторое время, прежде чем за дверью послышались шаги и заскрежетал засов.
- Проходите, - Сэм посторонился, пропуская гостей в комнату.
Гениальный реставратор оказался высоким и худым молодым человеком в запятнанном, когда-то, наверное, белом халате. В одной руке он держал небольшую фланелевую тряпочку и пузырек с растворителем, а в другой – небольшой металлический скребок. Комната была ярко освещена, благодаря большим панорамным окнам и яркой лампе с зеркальным абажуром высоко под потолком. На столе прямо под ней стояла небольшая статуэтка из слоновой кости.
- Это же Святая Лиуэлла! – вырвалось у Фогаль. Она и не думала, что когда-нибудь увидит эту статую вживую.
- Совершенно верно, - улыбнулся Сэм. – Удивительная работа Феба из Краттона*.
- Всегда думала, она ненавидела Лиуэллу, - пробормотала Фогаль, рассматривая изящную скульптуру.
- Давайте вернемся в настоящее, - Бенедикт присел на стул и непринужденно закинул ногу на ногу. – Все готово?
Сэм выдвинул ящик стола.
- Вот, держите. Диана Доул, 25 лет, уроженка Мисты. В Александрии как туристка.
- Чуть симпатичнее, чем Тэмсин Паркс, - вздохнула Фогаль. – Но звучит все равно так же глупо.
- Тебе не из чего выбирать, Кела, дорогая, - Бенедикт поднялся и подал ей руку. – Идем. Нам еще надо пройтись по магазинам. Все твои платья слишком яркие.
Ричарду снилось, что он идет по шпалам, спотыкаясь и поскальзываясь, а где-то неподалеку, возвещая о приближении поезда, надрывается звонок. Звук этот пробрался в сон извне и в конце концов разбудил Ричарда. Телефон надрывался, и похоже уже давно. Нащупав на столике часы, Ричард посмотрел на циферблат. Пять вечера. Спал он не так уж долго.
- Алло?
- Господин! – голос Ламента полыхал энтузиазмом и, как не странно, страхом.
- Что случилось, Ламент? Что-то срочное, надеюсь?
- Господин Рирдан, думаю, вам нужно приехать.
- Проблемы? – Ричард сел, потирая переносицу.
- В некотором роде, господин. Те люди, о которых говорил Пирс… Вы должны взглянуть сами.
- Ламент, объясни, что происходит, пока я не отправил тебя на свидание с Ванлуэ, - потребовал Ричард, давясь зевком.
- Все люди в том доме на улице Марии-Денизы, господин Рирдан, мертвы.
- Постой-постой, - Ричард поморгал, пытаясь наконец проснуться. – Что значит мертвы?
- Они все мертвы, - повторил Ламент, голос его дрогнул. – Все двадцать восемь человек.
-Буду через 15 минут!
Бросив трубку мимо рычага, Ричард наскоро оделся и лишние три минуты потратил на поиски зонта. Бесполезно. Дождь разошелся, по улице Мучеников, мощеной округлой скользкой брусчатой, потекла река. С трудом поймав такси, Ричард приехал к дому на улице Марии-Денизы промокшим и продрогшим. Ламент стоял возле двери с зонтом. На белых перчатках, которые он всегда носил на месте преступления, расплылись похожие на ржавчину пятна крови.
- Все так плохо?
Ламент поморщился.
- Надеюсь, господин Рирдан, что вы еще не обедали.
Ричард шагнул в подъезд и сразу же погрузился в запах свежепролитой крови и смерти. Его замутило.
- Дыши, Рирдан, - вполголоса посоветовал он себе. – Ртом. Где тела?
- Повсюду, - невозмутимо ответил Ламент, давно привыкший к начальнику, разговаривающему сам с собой.
- Повсюду? Конкретнее.
- Семнадцать комнат. Двадцать восемь трупов. Еще конкретнее, господин?
- Нет, спасибо. Пойдем, взглянем на парочку.
Сняв промокшее насквозь пальто, Ричард бросил его на столик в коридоре и взбежал по узкой тесной лестнице наверх. Запах крови и смерти стал ощутимее. На верхней лестничной площадке он столкнулся с доктором Дарби, городским патологоанатомом, а это значило, что и появление уголовной полиции не за горами.
- Ничего интересного, господин Рирдан, - рассеяно сказал доктор, закуривая папиросу. – Огнестрельные ранения. Все двадцать восемь жертв расстреляны из ружья одного и того же калибра. Вернее… полагаю, это была армейская винтовка. Подробности после вскрытия, не ранее, чем завтра утром.
- Армейская винтовка? – Ричард сощурился. – Такая чертовски громкая двухзарядная штука, на полную перезарядку которой уходит минуты полторы?
- Полагаю, да, - не слишком уверенно кивнул Дарби.
- А это очень старый ветхий дом, где слышен каждый чих, и жильцы стараются пореже заниматься сексом и ссориться… - Ричард побарабанил пальцами по стене. Звук гулко разнесся по всему дому. – Почему же после первого же выстрела люди не разбежались и не подняли тревогу? Ламент?
Молодой агнет по своему обыкновению выскочил, как демон из коробочки.
- Ламент, проверьте вентиляцию. Там могут быть усыпляющие или парализующие снадобья.
- Кое-что еще, господин, - Ламент указал наверх. – Там есть пустая комната, судя по всему ее покинули совсем недавно. На чемодане бирка с именем Тэмсин Паркс.
- Пойду и пообедаю, - решил Ричард. – Не беспокойте, пока опять кого-нибудь не убьют. Фигуры ниже министра не интересуют. Ламент, это дело на вас.
----------
* Нигд – гадательные кости или палочки
* Феб из Краттона – под этим именем скрывается Феба Арциана, вторая жена барона Карла Краттона. Много работала как скульптор, в основном по кости и дереву. Однако, известны и ее работы по мрамору: статуи собора в Эдмарсе и главного собора Всехсвятского монастыря в Краттоне. Св. Лиуэлла – святая покровительница первой жены Карла Краттона, а также покровительница нищих и сирот.
Глава четвертая
Фогаль надела брюки второй раз в жизни. Это было занятное ощущение, но между тем и колоссальная неловкость. Фогаль посмотрела на себя в зеркало. Прекрасная черная тень.
- Да, мы чудесно и совершенно незаметно будем смотреться на фоне белых стен Фрэйни.
- Не будем, - покачал головой Бенедикт. – Мы пойдем под землей.
- Фрэйни поставили на болоте, разве там есть подземелья?
- У всех замков есть подземелья, - пожал плечами Бенедикт. – К тому же полтора столетия назад он был довольно сильно перестроен.
- Верно… при герцогине Лориане. Ей замок показался недостаточно современным. Мне правда казалось всегда, что он древний.
- Когда двадцать восемь лет назад замок стал тюрьмой, - продолжил Бенедикт, - его опять перестроили. Канализация и дренажная система замка – произведение искусства. И мы этим шедевром воспользуемся. Ближайший вход у северной стены. Там охрана на нижнем ярусе, так что будь осторожнее.
Фогаль кивнула, проверила пояс и заколола волосы. Она была во всеоружии, по крайней мере, надеялась на это. На кражу она точно выходила впервые.
Улицы были плохо освещены, а дождь лил, как из ведра. Видимость была просто ужасающая, но, наверное, ворам это только играло на руку. Когда они неспешно дошли до отвесной стены замка, Бенедикт приложил палец к губам и вытащил из сумки небольшой ломик. Фогаль не поняла, по каким признакам он выбрал камень, но через пару минут у подошвы стены появился лаз. Бенедикт протянул ей небольшой электрический фонарь и подтолкнул в спину.
- Залезай, дорогая. На первой же развилке поверни налево, спрыгивай в комнату и жди меня там. Учти, там холодно и, возможно, крысы.
- Бр-р! – Фогаль передернуло.
- Бр-р, - согласился Бенедикт. – Лезь, живо.
Лаз был узкий, тесный и необычайно сырой и холодный. И в нем пахло крысами. Проклиная свою глупость и знаменитое адмаровское упрямство, Фогаль полезла вперед. Первая развилка, налево, спрыгнуть в комнату. Было в высоту метра полтора, и ведьма, приземлившись, пошатнулась и привалилась к стене.
Бенедикт появился минуты через две томительного ожидания.
- Теперь рам нужно пройти в ту дверь и по небольшому коридору. Веди себя тихо, прямо над нами сидят стражники.
Он, мягко ступая, пошел вперед, держа фонарь у плеча. Фогаль, слегка напуганная, шла следом, отставая на шаг или два. Звуки самым жутким образом расходились по всему коридору. Далекие голоса превращались в перешептывание призраков. Казалось, древние камни изрыгают невнятные проклятья.
Замок согласно легенде обладал собственной душой и волей. Адмары утверждали, что Фрэйни не по нраву быть тюрьмой, и в скором времени он отомстит за надругательство. Хотя, что он мог сделать? Разве что, обрушиться на головы заключенных. Да и ждал часа возмездия замок слишком уж долго.
Коридор кончился тупиком. Бенедикт передал Фогаль фонарь и сдвинул неприметную, на первый взгляд ничем не отличающуюся от других плиту. Следующий коридор был еще уже, еще теснее, еще сырее, а когда плита у нее за спиной встала на место, Фогаль ощутила приступ паники.
- Итак, где именно находится та потайная комната? – едва слышно спросил Бенедикт.
- В восточной туррете*, - опустив взгляд ответила Фогаль.
- Удивительно, что ты не сказала это раньше, - хмыкнул Бенедикт. – Пошли, я знаю дорогу. Нам нужно подняться наверх, пройти по галерее, а там уже…
- Там должен висеть тапестри* с видом Каэледа. Его насколько мне известно не сняли и не увезли с собой, слишком тяжелый. За ним вход и комнату.
- Ладно, - кивнул Бенедикт, - прорвемся. Где-то здесь должна быть лестница.
Обворовывать свой замок оказалось неожиданно просто. Как тюрьма Фрэйни предназначался для родовитых преступников, а таковых было немного.
