Вампир рассмеялся в ответ, стоявшая подле него девушка – тоже. Она смотрела на него преданными влюблёнными глазами и, кажется, готова была за ним идти в самое пекло. Не знаю уж, вампирьи чары тому виной, или сама она такая дура… впрочем, вспоминая её матушку, во второе поверить не так уж трудно.
Хотя в отсутствии вкуса доманца упрекнуть было нельзя: Юдола оказалась очень красивой девушкой – изящная, с гордой осанкой, длинной косой пшеничного цвета и ярко-зелёными выразительными глазами.
- Я доманский офицер, жалкое животное. За столько лет можно было уже выучить знаки различия, - он пренебрежительно махнул рукой, затянутой в белую перчатку.
- А что вас учить, - я брезгливо сплюнул под ноги, поддерживая образ если не простого солдата, то командира низкого ранга – максимум. Вряд ли вампир определит хоть что-то по моей полевой форме без знаков различия, а девушка явно кроме своего ненаглядного ничего не замечает. – Серебряная пуля, она и солдата вашего, и офицера одинаково хорошо берёт. Или ты не в курсе, что войну ваша кодла проиграла? – я ухмыльнулся. За что тут же пребольно схлопотал по морде; мгновенно оказавшийся рядом вампир не мелочился. Челюсть он мне, к счастью, не сломал, но фингал на половину лица обеспечил точно.
- Это отвратительно, когда завтрак разговаривает, - прошипел он. – Несравненная моя, - вампир с улыбкой, как ни в чём не бывало, обернулся и подошёл к девушке. – Это животное очень удачно к нам попало. Мне нужны силы для превращения тебя, а тебе после возрождения нужна будет еда. Сейчас я возьму часть крови этого ничтожества, а потом ты выпьешь его душу, - всё это он говорил, уже прижимая девушку за талию.
Юдола счастливо рассмеялась, обхватывая упыря за шею. То ли он окончательно задурил ей мозги, и девушка просто не понимает, что происходит вокруг, то ли мозги она себе задурила самостоятельно и гораздо раньше. Если было, что задуривать; всё-таки, гены – страшная сила.
Выпустив красавицу из объятий, доманец скользящим шагом двинулся ко мне. Красуясь, демонстративно и театрально, успешно изображая своими движениями сытого кота, подходящего к мыши, хвост которой зажат мышеловкой. «Тебе не сбежать», - старательно подчёркивал он всем своим видом, едва не кричал об этом. Естественно, выпендривался не передо мной, а перед этой дурочкой, возжелавшей стать «бессмертной».
Моя тень всё это время послушно трепетала в отсветах пламени, создавая лучшую из возможных маскировок.
Наконец, вампир добрался до меня и начал медленно снимать с левой руки перчатку. Я демонстративно скривился; от не-мёртвого тянуло холодом. С трудом представляю, как же должно было перевернуться сознание Юдолы, если она могла вот это обнимать, да ещё и с удовольствием. Даром что труп ходячий, тут уж можно себя как-то убедить, что он – не то же самое, что обычные привычные покойники. Но вот получать удовольствие от объятий холодной статуи – это, мягко говоря, выше моего понимания. Если только в совсем уж нестерпимую июльскую жару, тогда, наверное, какая-то польза от него и может быть…
Вампир закончил с перчаткой, и холодная ладонь вцепилась в моё горло. Прекрасно зная, что последует дальше, я попытался плюнуть в холодную бледную физиономию; нельзя было, чтобы он хоть на секунду заподозрил во мне спокойствие и уверенность в собственной победе. Естественно, я не успел – реакция вампира была очень быстрой и совершенно однозначной. В этот раз повезло меньше; кажется, он своротил мне нос. Во всяком случае, упомянутая часть лица горела от боли, и из неё пошла кровь.
- Тебя найдут и убьют, нежить, - прохрипел я.
- Но ты уже не увидишь, как я буду убивать твоих товарищей, - ухмыльнулся он и, запрокинув мне голову, впился клыками в шею.
Истошный визг, который издала тварь, шарахнувшись от меня как от прокажённого, оглушил, но лёг бальзамом на избитую физиономию.
- Какого… дьявола?! – прохрипел вампир, хватаясь обеими руками уже за своё горло. Должно быть, ему было больно; непривычные для нежити ощущения. Я, прикрыв глаза, сосредоточился и одним рывком освободился из ржавых оков, оставив в них две проплавленных дыры. Потирая запястья, безразлично пожал плечами.
- Я прекрасно разбираюсь в мундирах вашей кодлы. А вот если бы ты дал себе труд выучить отличие офицерского мундира от солдатского, вполне мог пережить нашу встречу.
- Но… тень! – говорить нежити было всё труднее; огонь внутри разгорался.
- А это останется моей маленькой тайной, - не удержался от злорадной улыбки я, аккуратно ощупывая собственное лицо. Да, нос этот урод мне всё-таки сломал.
Вампир корчился на полу минут пять, но ни капли жалости к нему во мне не было. Доманец, чьё имя я так и не узнал, получил по заслугам. Первым делом прогорело горло, так что умирал он молча.
- Гард! – истеричный вопль ударил по ушам – это пришла в себя Юдола. И бросилась на меня с кулаками. - Ты, тварь! Как ты мог! Ты убил его, убил, убил!
Ну, по крайней мере, с вампиром меня познакомили.
- Глупая, - ласково проговорил я, крепко обхватив беснующуюся молодку поперёк туловища, зажимая руки; повторно получить по лицу не хотелось. – Ну, будет тебе, ладно. Убил этого, другой появится, – ты молодая, красивая, в девках не останешься, - слов пребывающая в истерике на грани помешательства девушка явно не понимала, весь вопрос был в интонациях. – Всё хорошо, зато вот ты жива осталась. А он враг был, плохой, та ещё сволочь, и поделом ему, кровососу, - вскоре моя нехитрая терапия помогла, и перемежающиеся проклятьями попытки вырваться сменились потоком рыданий. Минуты две девица ревела у меня на плече, что-то сквозь слёзы бормоча, а потом почти затихла, лишь изредка надрывно всхлипывая, и уже самостоятельно изо всех сил в меня вцепившись.
- Погоди, Илан, я что-то не понял, - донёсся с пола растерянный голос тени. – Это что, всё? А где бой на уничтожение с сопутствующими разрушениями?
- А то! – тихонько хмыкнул я себе под нос, оглядываясь по сторонам в поисках выхода. Во-первых, в срочном порядке надо доставить пропажу в деревню, а, во-вторых, вернуться сюда и уже спокойно осмотреться: вдруг найдётся что-нибудь ценное, вроде документов. Нашёлся бы ещё кто-нибудь в деревне, кто мне нос поправить сможет! Да и в райцентр доложить нелишне.
Выход обнаружился не сразу, для его поисков даже пришлось прибегнуть к магии: узкий ход был замаскирован одним из ковров, которые в изобилии были развешаны по стенам. Против ожидания, тащить Юдолу на себе не пришлось, да и сопротивления никакого она не оказывала: покорно плелась следом, ведомая мной за руку.
Ход вывел нас в трещину оврага, рассекавшего высокий холм на две почти равные части. Никаких дорожек и тропинок поблизости не наблюдалось, так что направление движения ещё предстояло выяснить. По недолгом размышлении я всё-таки решил попробовать сначала наиболее простой вариант.
- Юдола, ты меня слышишь? – я взял девушку за плечи и легонько встряхнул. Она уставилась на меня мутными от слёз глазами без малейшего в них выражения. – Ты помнишь, как домой отсюда идти? Дом твой где? Мама твоя?
- Мама? – тихо уточнила она. – Мама там… - лёгкий взмах рукой влево.
Честно говоря, сомнительный ориентир. И компас из неё тоже весьма сомнительный.
- Тень, можешь сделать одолжение? – поинтересовался я.
- Только если ты пообещаешь подробно объяснить, что случилось с этим вампиром, - ультимативно потребовал он. Тоже мне, неразрешимая задача! Можно подумать, просто так я бы всё скрыл, лишь бы помучить своего неординарного двумерного спутника!
- Договорились. Посмотри, деревня действительно в той стороне, или нет? Сможешь?
- Проблем быть не должно, тем более с определением направления. В крайнем случае, если деревни не окажется там, поищу вокруг и вернусь к тебе по прямой.
Вернулся он почти сразу же; я даже не успел оглядеться толком.
- Там она, там, всё правильно, - обнадёжил он. – Вроде даже не очень далеко. Только поосторожнее; ничего конкретного я не видел, но вроде бы вампир не единственная неприятность в окрестностях.
- Ты думаешь, он потерпел бы конкуренцию? – с сомнением уточнил я.
- Ну, ты же у нас, в конце концов, специалист по нежити, - дипломатично ушёл от ответа он.
- Принимая во внимания личность этого чистоплюя, он бы не стал возиться со всякой гадостью до тех пор, пока оная гадость ему не мешает. Так что я скорее склонен поверить твоему чутью.
- Вот спасибо! – недовольно фыркнул он. – Я свою часть договора выполнил, теперь рассказывай. Почему вампир преставился в муках, отведав твоей крови?
- Так ты же и сам небось догадался, - удивился я. Юдола была явно не в себе, поэтому сболтнуть лишнее, да и вообще вызвать неудобные вопросы, я не боялся, и спокойно разговаривал с плоским товарищем вслух.
- Более или менее. Мне, может, слушать нравится больше, чем думать самостоятельно, так что не выкручивайся, а поясняй. Тем более, обещал.
- Хорошо, как скажешь. Тут всё на самом деле просто. Ты же замечал, наверное, что мне гораздо удобнее пользоваться не отдельными магическими конструкциями вне тела, то есть заклинаниями, а использовать собственное тело как проводник стихии. Я в этом отнюдь не одинок; скорее, наоборот, привычку пользоваться заклинаниями можно считать чудачеством. А за столько лет работы со стихией подобным образом, напрямую, в организме возникают закономерные изменения. Устойчивость к ожогам – из той же серии. Объясню на примере живой крови. Её химический состав остаётся абсолютно прежним, но изменяется жизненная сила, также содержащаяся в ней. Насекомые и животные, питающиеся исключительно химической составляющей крови, никак не взаимодействуют с этой изменённой силой, поэтому комары меня кусают с тем же удовольствием, что и всех остальных людей. А вот вампиры жрут по большей части именно энергетическую часть, за счёт чего продлевают своё существование. То есть, глотнув крови опытного огневика, он в прямом смысле хлебнул жидкого огня, от чего, собственно, и помер. Я удовлетворил твоё любопытство?
- Да, вполне, - степенно ответил Тень. – А если бы ты был не огневиком, а водником?
- Мне бы очень не повезло, - я пожал плечами. – Маги огня по многим причинам являются объективно лучшими борцами с нежитью, и это – одна из них.
- Погоди, а умёртвия? Они ведь тоже выпивают жизненную силу, и они тоже нежить? Если бы эти изменения были временными и проявлялись только тогда, когда ты имеешь доступ к стихии, всё понятно: при появлении этих тварей прячутся все, кто только может. Но это же именно свойство твоего организма, я правильно понял?
- Уф, ну, ты и спросил! Я даже не знаю, что тебе ответить; всё-таки, я не теоретик. Наверное, во-первых, дело в том, что умёртвия – это не просто нежить, а порождения божества, что, как ты понимаешь, придаёт им особый статус. А, во-вторых, важен механизм поглощения этой самой энергии и её тип, который используется тем или иным не-мёртвым. В частности, умёртвия жрут вообще всё, начиная от эмоций и заканчивая душой. Вампиры же более узкоспециализированные твари, они пьют кровь и тот сорт жизненной силы, что содержится именно в ней, причём для поддержания своего существования им подходит исключительно человеческая кровь. Вот где-то здесь и лежит нужный тебе ответ.
- И тебе никогда не было интересно, почему твоя кровь смертельно опасна для вампиров? – опешил он.
- Ты неверно формулируешь вопрос, - я слегка поморщился и отвлёкся от разговора. Нам с Юдолой предстояло перебраться через небольшой ручей, текущий в тенистой ложбине. Вяло бредущая за мной девушка под ноги не смотрела, постоянно спотыкалась, едва не падала (от этого её постоянно удерживал я), и при этом умудрялась оставаться столь же безучастной к окружающему миру. Понимая, что перешагнуть ручей она не догадается, я вынужден был подхватить её на руки и перенести через водную преграду, аккуратно поставив на ноги на той стороне. Тень не подначивал и не торопил, терпеливо дожидаясь, пока я вернусь к прерванной теме. – Так вот, - сообщил я, вновь продолжая трудный путь по лесу, бдительно выглядывая коряги и глядя под ноги не столько себе, сколько своей невменяемой спутнице. – Ты неверно формулируешь вопрос. Я прекрасно знаю, почему моя кровь опасна для вампиров, и я тебе об этом уже рассказал. Другое дело, я никогда не задумывался, почему то же самое не работает с некоторыми другими видами не-мёртвых. К примеру, обыкновенный упырь, представься ему такая возможность, с огромным удовольствием подзакусит мной, и даже изжогу не заработает.
- Может, потому, что упырь поедает уже мёртвое тело, а вампир предпочитает кусать живых?
- Вряд ли. Упырю зачастую приходится ещё это тело привести в такое состояние, а оно оказывает бешеное сопротивление. Меня же при тебе кусал упырь; как ты помнишь, он не пал прахом после этого.
- Извини, я не успел за ним понаблюдать достаточное количество времени, - ехидно парировал он. – Вампир тоже не мгновенно сдох. К тому же, по нему ещё понятно было, что ему больно. А вой ярости и вой боли упыря я, увы, вот так на слух не различаю. Ладно, оставим тему, в которой ты и сам ничего не понимаешь. Тем более, у меня есть ещё вопрос. Почему эта девчонка в таком состоянии?
- Нашёл менталиста! Я-то почём знаю? Может, чары вампира проникли слишком глубоко, и их исчезновение вызвало шок; может, она и сама в него влюбилась, начитавшись книжек. А, может, всё вместе. Предваряя твой следующий вопрос, я точно так же не знаю, выйдет ли она из этого состояния когда-нибудь, сама или с помощью целителей.
- Какой-то ты скучный сегодня. С вампиром не подрался, ответить толком ни на один вопрос не можешь. Устал?
- Благодаря тому, что с вампиром я не подрался, нет, не устал, даже наоборот, - отмахнулся я. – И, представь себе, я абсолютно доволен, что всё обошлось парой фингалов и сломанным носом.
- Как он, кстати? Сильно болит? – участливо поинтересовался Тень.
- Терпимо, - я пожал плечами. – Приятного мало, но жить буду… стоп!
Последнюю команду я отдал самому себе и сам же её выполнил, резко остановившись и пристально вглядываясь в почву под ногами.
Нам повезло. Нам самым откровенным образом повезло, что это дерево пару-тройку лет назад упало именно тут, и мне пришлось именно здесь в очередной раз обратить внимание на заплетающиеся ноги Юдолы.
- Чернух побери! - с трудом выдавил я, торопливо оглядываясь по сторонам. Снова повезло – буквально в нескольких саженях в стороне обнаружилось подходящее дерево. Теперь – дело за малым: запихнуть на него девушку.
Она не сопротивлялась. Она просто не понимала, чего от неё хотят, и на мои попытки подсадить абсолютно не реагировала. Я промучился с минуту, отмахиваясь от сыплющихся на голову вопросов тени из разряда «что ты там забыл?» и «да объясни наконец, что за паника?!», после чего отчаялся и махнул рукой: сделаю всё, что могу, а там – как повезёт.
Поставив безучастную ко всему девицу вплотную к дереву, чтобы хоть чуть-чуть минимизировать угол «обстрела», я принялся «прогреваться». Заметив это, Тень заинтересованно притих: понял, что мне всерьёз не до него, и сейчас будет какое-то развлечение.
Для простых действий, вроде пролома защиты, или для случая использования заклинаний моё нынешнее занятие было излишним, а вот для предстоящего серьёзного рукопашного боя – попросту незаменимым.
Хотя в отсутствии вкуса доманца упрекнуть было нельзя: Юдола оказалась очень красивой девушкой – изящная, с гордой осанкой, длинной косой пшеничного цвета и ярко-зелёными выразительными глазами.
- Я доманский офицер, жалкое животное. За столько лет можно было уже выучить знаки различия, - он пренебрежительно махнул рукой, затянутой в белую перчатку.
- А что вас учить, - я брезгливо сплюнул под ноги, поддерживая образ если не простого солдата, то командира низкого ранга – максимум. Вряд ли вампир определит хоть что-то по моей полевой форме без знаков различия, а девушка явно кроме своего ненаглядного ничего не замечает. – Серебряная пуля, она и солдата вашего, и офицера одинаково хорошо берёт. Или ты не в курсе, что войну ваша кодла проиграла? – я ухмыльнулся. За что тут же пребольно схлопотал по морде; мгновенно оказавшийся рядом вампир не мелочился. Челюсть он мне, к счастью, не сломал, но фингал на половину лица обеспечил точно.
- Это отвратительно, когда завтрак разговаривает, - прошипел он. – Несравненная моя, - вампир с улыбкой, как ни в чём не бывало, обернулся и подошёл к девушке. – Это животное очень удачно к нам попало. Мне нужны силы для превращения тебя, а тебе после возрождения нужна будет еда. Сейчас я возьму часть крови этого ничтожества, а потом ты выпьешь его душу, - всё это он говорил, уже прижимая девушку за талию.
Юдола счастливо рассмеялась, обхватывая упыря за шею. То ли он окончательно задурил ей мозги, и девушка просто не понимает, что происходит вокруг, то ли мозги она себе задурила самостоятельно и гораздо раньше. Если было, что задуривать; всё-таки, гены – страшная сила.
Выпустив красавицу из объятий, доманец скользящим шагом двинулся ко мне. Красуясь, демонстративно и театрально, успешно изображая своими движениями сытого кота, подходящего к мыши, хвост которой зажат мышеловкой. «Тебе не сбежать», - старательно подчёркивал он всем своим видом, едва не кричал об этом. Естественно, выпендривался не передо мной, а перед этой дурочкой, возжелавшей стать «бессмертной».
Моя тень всё это время послушно трепетала в отсветах пламени, создавая лучшую из возможных маскировок.
Наконец, вампир добрался до меня и начал медленно снимать с левой руки перчатку. Я демонстративно скривился; от не-мёртвого тянуло холодом. С трудом представляю, как же должно было перевернуться сознание Юдолы, если она могла вот это обнимать, да ещё и с удовольствием. Даром что труп ходячий, тут уж можно себя как-то убедить, что он – не то же самое, что обычные привычные покойники. Но вот получать удовольствие от объятий холодной статуи – это, мягко говоря, выше моего понимания. Если только в совсем уж нестерпимую июльскую жару, тогда, наверное, какая-то польза от него и может быть…
Вампир закончил с перчаткой, и холодная ладонь вцепилась в моё горло. Прекрасно зная, что последует дальше, я попытался плюнуть в холодную бледную физиономию; нельзя было, чтобы он хоть на секунду заподозрил во мне спокойствие и уверенность в собственной победе. Естественно, я не успел – реакция вампира была очень быстрой и совершенно однозначной. В этот раз повезло меньше; кажется, он своротил мне нос. Во всяком случае, упомянутая часть лица горела от боли, и из неё пошла кровь.
- Тебя найдут и убьют, нежить, - прохрипел я.
- Но ты уже не увидишь, как я буду убивать твоих товарищей, - ухмыльнулся он и, запрокинув мне голову, впился клыками в шею.
Истошный визг, который издала тварь, шарахнувшись от меня как от прокажённого, оглушил, но лёг бальзамом на избитую физиономию.
- Какого… дьявола?! – прохрипел вампир, хватаясь обеими руками уже за своё горло. Должно быть, ему было больно; непривычные для нежити ощущения. Я, прикрыв глаза, сосредоточился и одним рывком освободился из ржавых оков, оставив в них две проплавленных дыры. Потирая запястья, безразлично пожал плечами.
- Я прекрасно разбираюсь в мундирах вашей кодлы. А вот если бы ты дал себе труд выучить отличие офицерского мундира от солдатского, вполне мог пережить нашу встречу.
- Но… тень! – говорить нежити было всё труднее; огонь внутри разгорался.
- А это останется моей маленькой тайной, - не удержался от злорадной улыбки я, аккуратно ощупывая собственное лицо. Да, нос этот урод мне всё-таки сломал.
Вампир корчился на полу минут пять, но ни капли жалости к нему во мне не было. Доманец, чьё имя я так и не узнал, получил по заслугам. Первым делом прогорело горло, так что умирал он молча.
- Гард! – истеричный вопль ударил по ушам – это пришла в себя Юдола. И бросилась на меня с кулаками. - Ты, тварь! Как ты мог! Ты убил его, убил, убил!
Ну, по крайней мере, с вампиром меня познакомили.
- Глупая, - ласково проговорил я, крепко обхватив беснующуюся молодку поперёк туловища, зажимая руки; повторно получить по лицу не хотелось. – Ну, будет тебе, ладно. Убил этого, другой появится, – ты молодая, красивая, в девках не останешься, - слов пребывающая в истерике на грани помешательства девушка явно не понимала, весь вопрос был в интонациях. – Всё хорошо, зато вот ты жива осталась. А он враг был, плохой, та ещё сволочь, и поделом ему, кровососу, - вскоре моя нехитрая терапия помогла, и перемежающиеся проклятьями попытки вырваться сменились потоком рыданий. Минуты две девица ревела у меня на плече, что-то сквозь слёзы бормоча, а потом почти затихла, лишь изредка надрывно всхлипывая, и уже самостоятельно изо всех сил в меня вцепившись.
- Погоди, Илан, я что-то не понял, - донёсся с пола растерянный голос тени. – Это что, всё? А где бой на уничтожение с сопутствующими разрушениями?
- А то! – тихонько хмыкнул я себе под нос, оглядываясь по сторонам в поисках выхода. Во-первых, в срочном порядке надо доставить пропажу в деревню, а, во-вторых, вернуться сюда и уже спокойно осмотреться: вдруг найдётся что-нибудь ценное, вроде документов. Нашёлся бы ещё кто-нибудь в деревне, кто мне нос поправить сможет! Да и в райцентр доложить нелишне.
Выход обнаружился не сразу, для его поисков даже пришлось прибегнуть к магии: узкий ход был замаскирован одним из ковров, которые в изобилии были развешаны по стенам. Против ожидания, тащить Юдолу на себе не пришлось, да и сопротивления никакого она не оказывала: покорно плелась следом, ведомая мной за руку.
Ход вывел нас в трещину оврага, рассекавшего высокий холм на две почти равные части. Никаких дорожек и тропинок поблизости не наблюдалось, так что направление движения ещё предстояло выяснить. По недолгом размышлении я всё-таки решил попробовать сначала наиболее простой вариант.
- Юдола, ты меня слышишь? – я взял девушку за плечи и легонько встряхнул. Она уставилась на меня мутными от слёз глазами без малейшего в них выражения. – Ты помнишь, как домой отсюда идти? Дом твой где? Мама твоя?
- Мама? – тихо уточнила она. – Мама там… - лёгкий взмах рукой влево.
Честно говоря, сомнительный ориентир. И компас из неё тоже весьма сомнительный.
- Тень, можешь сделать одолжение? – поинтересовался я.
- Только если ты пообещаешь подробно объяснить, что случилось с этим вампиром, - ультимативно потребовал он. Тоже мне, неразрешимая задача! Можно подумать, просто так я бы всё скрыл, лишь бы помучить своего неординарного двумерного спутника!
- Договорились. Посмотри, деревня действительно в той стороне, или нет? Сможешь?
- Проблем быть не должно, тем более с определением направления. В крайнем случае, если деревни не окажется там, поищу вокруг и вернусь к тебе по прямой.
Вернулся он почти сразу же; я даже не успел оглядеться толком.
- Там она, там, всё правильно, - обнадёжил он. – Вроде даже не очень далеко. Только поосторожнее; ничего конкретного я не видел, но вроде бы вампир не единственная неприятность в окрестностях.
- Ты думаешь, он потерпел бы конкуренцию? – с сомнением уточнил я.
- Ну, ты же у нас, в конце концов, специалист по нежити, - дипломатично ушёл от ответа он.
- Принимая во внимания личность этого чистоплюя, он бы не стал возиться со всякой гадостью до тех пор, пока оная гадость ему не мешает. Так что я скорее склонен поверить твоему чутью.
- Вот спасибо! – недовольно фыркнул он. – Я свою часть договора выполнил, теперь рассказывай. Почему вампир преставился в муках, отведав твоей крови?
- Так ты же и сам небось догадался, - удивился я. Юдола была явно не в себе, поэтому сболтнуть лишнее, да и вообще вызвать неудобные вопросы, я не боялся, и спокойно разговаривал с плоским товарищем вслух.
- Более или менее. Мне, может, слушать нравится больше, чем думать самостоятельно, так что не выкручивайся, а поясняй. Тем более, обещал.
- Хорошо, как скажешь. Тут всё на самом деле просто. Ты же замечал, наверное, что мне гораздо удобнее пользоваться не отдельными магическими конструкциями вне тела, то есть заклинаниями, а использовать собственное тело как проводник стихии. Я в этом отнюдь не одинок; скорее, наоборот, привычку пользоваться заклинаниями можно считать чудачеством. А за столько лет работы со стихией подобным образом, напрямую, в организме возникают закономерные изменения. Устойчивость к ожогам – из той же серии. Объясню на примере живой крови. Её химический состав остаётся абсолютно прежним, но изменяется жизненная сила, также содержащаяся в ней. Насекомые и животные, питающиеся исключительно химической составляющей крови, никак не взаимодействуют с этой изменённой силой, поэтому комары меня кусают с тем же удовольствием, что и всех остальных людей. А вот вампиры жрут по большей части именно энергетическую часть, за счёт чего продлевают своё существование. То есть, глотнув крови опытного огневика, он в прямом смысле хлебнул жидкого огня, от чего, собственно, и помер. Я удовлетворил твоё любопытство?
- Да, вполне, - степенно ответил Тень. – А если бы ты был не огневиком, а водником?
- Мне бы очень не повезло, - я пожал плечами. – Маги огня по многим причинам являются объективно лучшими борцами с нежитью, и это – одна из них.
- Погоди, а умёртвия? Они ведь тоже выпивают жизненную силу, и они тоже нежить? Если бы эти изменения были временными и проявлялись только тогда, когда ты имеешь доступ к стихии, всё понятно: при появлении этих тварей прячутся все, кто только может. Но это же именно свойство твоего организма, я правильно понял?
- Уф, ну, ты и спросил! Я даже не знаю, что тебе ответить; всё-таки, я не теоретик. Наверное, во-первых, дело в том, что умёртвия – это не просто нежить, а порождения божества, что, как ты понимаешь, придаёт им особый статус. А, во-вторых, важен механизм поглощения этой самой энергии и её тип, который используется тем или иным не-мёртвым. В частности, умёртвия жрут вообще всё, начиная от эмоций и заканчивая душой. Вампиры же более узкоспециализированные твари, они пьют кровь и тот сорт жизненной силы, что содержится именно в ней, причём для поддержания своего существования им подходит исключительно человеческая кровь. Вот где-то здесь и лежит нужный тебе ответ.
- И тебе никогда не было интересно, почему твоя кровь смертельно опасна для вампиров? – опешил он.
- Ты неверно формулируешь вопрос, - я слегка поморщился и отвлёкся от разговора. Нам с Юдолой предстояло перебраться через небольшой ручей, текущий в тенистой ложбине. Вяло бредущая за мной девушка под ноги не смотрела, постоянно спотыкалась, едва не падала (от этого её постоянно удерживал я), и при этом умудрялась оставаться столь же безучастной к окружающему миру. Понимая, что перешагнуть ручей она не догадается, я вынужден был подхватить её на руки и перенести через водную преграду, аккуратно поставив на ноги на той стороне. Тень не подначивал и не торопил, терпеливо дожидаясь, пока я вернусь к прерванной теме. – Так вот, - сообщил я, вновь продолжая трудный путь по лесу, бдительно выглядывая коряги и глядя под ноги не столько себе, сколько своей невменяемой спутнице. – Ты неверно формулируешь вопрос. Я прекрасно знаю, почему моя кровь опасна для вампиров, и я тебе об этом уже рассказал. Другое дело, я никогда не задумывался, почему то же самое не работает с некоторыми другими видами не-мёртвых. К примеру, обыкновенный упырь, представься ему такая возможность, с огромным удовольствием подзакусит мной, и даже изжогу не заработает.
- Может, потому, что упырь поедает уже мёртвое тело, а вампир предпочитает кусать живых?
- Вряд ли. Упырю зачастую приходится ещё это тело привести в такое состояние, а оно оказывает бешеное сопротивление. Меня же при тебе кусал упырь; как ты помнишь, он не пал прахом после этого.
- Извини, я не успел за ним понаблюдать достаточное количество времени, - ехидно парировал он. – Вампир тоже не мгновенно сдох. К тому же, по нему ещё понятно было, что ему больно. А вой ярости и вой боли упыря я, увы, вот так на слух не различаю. Ладно, оставим тему, в которой ты и сам ничего не понимаешь. Тем более, у меня есть ещё вопрос. Почему эта девчонка в таком состоянии?
- Нашёл менталиста! Я-то почём знаю? Может, чары вампира проникли слишком глубоко, и их исчезновение вызвало шок; может, она и сама в него влюбилась, начитавшись книжек. А, может, всё вместе. Предваряя твой следующий вопрос, я точно так же не знаю, выйдет ли она из этого состояния когда-нибудь, сама или с помощью целителей.
- Какой-то ты скучный сегодня. С вампиром не подрался, ответить толком ни на один вопрос не можешь. Устал?
- Благодаря тому, что с вампиром я не подрался, нет, не устал, даже наоборот, - отмахнулся я. – И, представь себе, я абсолютно доволен, что всё обошлось парой фингалов и сломанным носом.
- Как он, кстати? Сильно болит? – участливо поинтересовался Тень.
- Терпимо, - я пожал плечами. – Приятного мало, но жить буду… стоп!
Последнюю команду я отдал самому себе и сам же её выполнил, резко остановившись и пристально вглядываясь в почву под ногами.
Нам повезло. Нам самым откровенным образом повезло, что это дерево пару-тройку лет назад упало именно тут, и мне пришлось именно здесь в очередной раз обратить внимание на заплетающиеся ноги Юдолы.
- Чернух побери! - с трудом выдавил я, торопливо оглядываясь по сторонам. Снова повезло – буквально в нескольких саженях в стороне обнаружилось подходящее дерево. Теперь – дело за малым: запихнуть на него девушку.
Она не сопротивлялась. Она просто не понимала, чего от неё хотят, и на мои попытки подсадить абсолютно не реагировала. Я промучился с минуту, отмахиваясь от сыплющихся на голову вопросов тени из разряда «что ты там забыл?» и «да объясни наконец, что за паника?!», после чего отчаялся и махнул рукой: сделаю всё, что могу, а там – как повезёт.
Поставив безучастную ко всему девицу вплотную к дереву, чтобы хоть чуть-чуть минимизировать угол «обстрела», я принялся «прогреваться». Заметив это, Тень заинтересованно притих: понял, что мне всерьёз не до него, и сейчас будет какое-то развлечение.
Для простых действий, вроде пролома защиты, или для случая использования заклинаний моё нынешнее занятие было излишним, а вот для предстоящего серьёзного рукопашного боя – попросту незаменимым.
