- Повторяйте за мной, слово в слово.
- Я не буду... - Илья замотал головой: ему было страшно возражать, но его решимость неожиданно окрепла. - Я не хочу давать никаких клятв! Тем более на языке, которого совсем не знаю!
Карим изменился в лице; он больше не казался дружелюбным.
- Как это понимать? Вы отказываетесь сотрудничать?
Илья замер, в отчаянии вцепившись в подлокотники кресла. Если бы мама была здесь, ведь она же близко, вдруг малодушно подумал он. И тут же выругал себя: слабак, тряпка! Ведь он пошел на это именно затем, чтобы уберечь свою мать и остальных родных!
Но как бы поступил на его месте настоящий мужчина?..
Илья вскочил и сжал кулаки. Он не знал, что сейчас сделает. Однако он был избавлен от необходимости действовать: в коридоре послышались быстрые шаги, а потом дверь распахнулась. На пороге стояла его мать, Вероника Кузнецова.
Это было уже слишком!.. Илья впервые за весь день подумал, что видит сон.
- Ма?.. А ты что тут делаешь? - хрипло спросил он.
Мать разглядывала его с таким же ошеломленным выражением.
- Это я у тебя хотела спросить! Хотя я знаю! Скажите мне, что я не опоздала! - вдруг обратилась она к Кариму.
Египтянин недоуменно нахмурился, потом понял.
- Нет, госпожа, ваш сын не успел пройти инициацию.
- Слава богу!
Мама бросилась к Илье, порывисто обняла его. Потом отстранилась, положив ему руки на плечи, и поглядела на сына так, точно видела впервые.
- Ты у меня очень смелый мальчик. Но ты опоздал. Ты в этом участвовать не будешь.
Вероника Леонидовна счастливо улыбнулась, будто только что спасла своего ребенка от большой опасности. А до Ильи наконец-то дошло.
- Так ты с ними, мама? Ты сотрудничаешь со Слугами Жизни? И давно?
- Нет, не очень давно, - спокойно ответила мать. - Но я прошла инициацию. А значит, тебя они привлекать уже не вправе. Это не маат.
Она взглянула на Карима.
- Ведь это так, сах-нечер?
Египтянин поклонился.
- Да, госпожа.
Вероника Леонидовна торжествующе кивнула. Потом опять повернулась к сыну.
- Илюша, иди домой. Мы поговорим вечером, когда я вернусь.
- А... но ведь я... Мама, я не могу тебя бросить здесь одну!
Илья опять ощутил себя слабаком, трусом, который прячется за спину старой матери. Уж если она была счастлива его защитить, то что он должен чувствовать в такой ситуации?
- Илья, уходи, - повторила Вероника Леонидовна, повысив голос. - Ты сейчас только помешаешь. За меня не волнуйся.
Илья опустил голову, с силой прикусил губу. После бесконечной паузы юноша направился к двери; он подхватил с пола свой рюкзак и, взвалив его на спину, взялся за ручку. Он обернулся к матери.
- Мы обязательно поговорим сегодня. И я буду участвовать во всем вместе с тобой, ты слышишь?..
Она кивнула. В этот миг мать очень им гордилась... и он тоже гордился.
- До свидания, - сказал он Кариму и вышел из кабинета.
Оказавшись в коридоре, Илья внезапно вспомнил, что не знает, как открыть наружную дверь. Он хотел было вернуться... но гордость и злость пересилили. Он уже слышал за спиной приглушенные голоса: они там сговаривались и, видимо, о нем!.. А мама тоже хороша!
Илья спустился вниз и нажал на ручку. К его удивлению, стальная дверь легко открылась.
Он вышел на улицу, с таким чувством, будто только что вернулся с другой планеты. Илья потряс головой, неверяще огляделся вокруг. И тут он увидел, что к нему бежит Матвей: про друга Илья совершенно забыл!
- Вот ты где! Блин, Илюха, ты что там делал так долго? Больше часа прошло!
На Матвее лица не было: Илья мог себе представить, что тот думает.
- Я дергал дверь, там было заперто... Я уже не знал, куда бежать и что делать! Тебе писал, потом звонил три раза - ты не слышал, что ли?
Илья мотнул головой. А ведь и правда не слышал! Связь пропала или что-то другое?.. Похоже, электроника тут вообще ведет себя как хочет, с дверью то же самое. И время тоже искривляется...
- Я уже собирался твоей матери звонить, но тут ты вышел.
Илья кивнул. Он с трудом улыбнулся и похлопал Матвея по плечу.
- Правильно сделал, что не стал. Мама очень занята, и, похоже, она намного больше меня в теме. Знаешь что... приезжай к нам сегодня часов в семь, хорошо? Поговорим втроем, как она вернется с работы.
- А почему не сейчас-то? - воскликнул Матвей.
- Сейчас ты мне не поверишь. А мама...
Илья тяжело вздохнул и подумал: что, если маму они уже научили своим «способам убеждения»? И хочет ли он это проверить на лучшем друге?..
- В общем, давай подгребай, если хочешь узнать.
- Ага. Буду в семь.
Они молча дошли до угла и там разбежались: до вечера надо было еще хоть как-то приготовиться к занятиям.
* «Нечер» - «божественный», «сах» - «тело покойного, священные останки» (др.-егип.)
Вероника Леонидовна приехала в четверть восьмого. Она притащила две полные сумки с продуктами.
- Мама, ну зачем?.. - упрекнул ее Илья, выбежавший в прихожую. - Я бы сам сходил в магазин, что ты такие тяжести таскаешь?
- Лучше разбери сумки и поставь чайник. Здравствуй, Матвей.
Вероника Леонидовна устало улыбнулась Матвею, который тоже выглянул, чтобы поздороваться. Илья написал матери, что позвал в гости друга. Она не возразила; но, похоже, подсознательно оттягивала момент возвращения домой...
Вдвоем парни быстро разложили продукты. Илья поставил чайник, и они вернулись в его комнату, где ждали хозяйку. Сейчас они с Мотькой узнают, что связывает его мать со Слугами Жизни.
«И как это ее угораздило, - думал Илья. - Неужели только ради меня? Или ради идеи, типа очередного спасения человечества?.. Я совсем не уверен, что хочу все это слышать!»
Чайник засвистел; Илья бросился выключать. На кухне он опять столкнулся с мамой, которая уже доставала посуду.
- Я помогу.
Они молча разлили чай по чашкам, уставили посудой большой поднос. Мама насыпала в вазочку конфет с желейной начинкой, которые купила по дороге. Глядя на ее бледное лицо, Илья не выдержал.
- Мама... скажи мне только: как долго?
Она вскинула глаза.
- Дольше, чем Ира... намного. Ты доволен?..
«Нет», - чуть было не сказал Илья. Но прикусил язык, понимая, что мать вся на нервах: сегодня в музее он явно застал ее врасплох. Если бы он не проявил инициативу, неизвестно, сколько еще она бы молчала!
Они принесли чай в его комнату. Кухня была мала, и гостиная, где сидела бабушка, тоже исключалась. Некоторое время Илья с матерью и Матвеем молча угощались. Потом Вероника отставила пустой поднос.
- Ну что ж... давайте поговорим. Матвей, я надеюсь, ты понимаешь, что все это должно остаться строго между нами?
- Да, конечно, Вероника Леонидовна.
Естественно, Мотька уже навоображал себе разных шпионских тайн. Но все это не шло ни в какое сравнение с действительностью. Вероника глубоко вздохнула и взглянула на сына.
- Ты меня сейчас спросил: как долго? Но, наверное, тебя гораздо больше интересует, почему.
- Да уж, - подтвердил Илья. - Очень интересует, ма!
- Слуги Жизни сами нашли меня. Я наглядно убедилась в том, кто они такие. И... и, признаюсь честно, я считаю, что это их миссия, которая никому больше не по силам.
- Какая миссия? Предотвращение мировой экологической катастрофы?
- Да. Они фанатики, но здесь нужны именно фанатики. Их собственные потребности очень скромны. Маат не позволяет им большего. Они по-настоящему осознанные потребители.
Матвей слушал этот разговор в крайнем изумлении.
- Объясните, плиз, что все это значит! Я ни черта не понимаю! - воскликнул он.
Вероника кивнула.
- Хорошо... Только лучше будет показать, а не рассказать. Илья, ты тоже смотри.
Она взглянула на Матвея.
- Вытяни руку. Глаз не закрывай.
Матвей послушался.
В следующий момент в воздухе произошло какое-то движение, будто пронесся красный вихрь... и сидящий Матвей с воплем ужаса откинулся назад. На пол с его колен шмякнулось что-то красное.
- Это что за фокусы?.. - крикнул он.
Илья быстро нагнулся и поднял с пола новенькую пластиковую статуэтку - человека с головой сокола. Он сжал ее в кулаке.
- Ма... так это была ты? Ты терроризировала тетю Иру? Это после инициации с тобой случилось?
- Да, после инициации, - подтвердила мать. - Ритуал на самом деле не дает новых способностей, но очень усиливает имеющийся потенциал. И снова да - я оставляла знаки Ирине. Но это не значит, что я терроризировала сестру: я хотела, чтобы Ира в итоге пришла к нам добровольно.
- По-моему, эффект получился прямо противоположный, - грустно усмехнулся Илья.
Тут Матвей, про которого опять забыли, вскочил с места.
- Слушайте, или вы мне сейчас все объясните, или я просто сбегу! Дурдом какой-то!
Илья тоже вскочил и схватил друга за плечо, удерживая его.
- Мотька, спокойно! Мама, пожалуйста, расскажи нам с самого начала!
Они сели. И мать все рассказала.
В подтверждение своих слов Вероника еще раз проделала «пластиковый фокус» - заставила фигурку бога Гора дематериализоваться на глазах у сына и его друга.
- Власть над материей... да, в какой-то степени я теперь медиум. Это мои изначальные задатки, я ведь скульптор, как вы знаете, - пояснила она. - Но мои возможности невелики. У сах-нечер намного больше. Сах-нечер осознанно строят свои собственные искусственные тела, только по генетическим образцам и информационной структуре. А материал, весь пластик для своих нужд, - знаете, где они его берут? На наших свалках, среди мусора. Они преобразуют уже готовые отходы, и нисколько не гнушаются этим.
Женщина помолчала.
- На самом деле все это делает Маат. Алгоритмы замены тканей, синтеза живого и неживого... взаимодействие энергетических структур... нейросети, которыми они пользуются вместо человеческого мозга... Все это просчитывает Маат. Наши египтяне в буквальном смысле обязаны ей своей второй жизнью. И они постоянно на связи с ней - и мысленно, и через машинный код.
- А эта Маат - она на каких серверах работает? Если физически это ИИ?
- На наших отечественных. Как Алиса, - немедленно ответила мать. - И она появилась примерно тогда же, лет восемь назад.
Илья с Матвеем переглянулись.
- Ни фига себе! - воскликнул Матвей.
Теперь становилось понятно, почему эти существа так бойко чешут по-русски. А почему решили развернуть свою деятельность в России - что ж, на то могла быть масса причин. Например, Россия не только самая большая страна, но и играет сегодня важнейшую роль в мировой политике.
- А почему они обосновались у нас, а не дома в Египте? - спросил Матвей.
- Нынешний мусульманский Египет им чужд. А главное - он чужд Маат, - сказала Вероника. - Вы знаете, что это культура агрессивная и нетерпимая к инакомыслию. Русские всегда были намного терпимее к любым иностранным влияниям... и, к тому же, древнеегипетская этика значительно ближе к христианской, чем к мусульманской.
- Да что ты! - изумился Илья.
- Да, представь себе. Вообще Древний Египет был самым морально развитым обществом из всех ему современных. И женщины там имели самый высокий правовой и социальный статус. Когда я спросила Камеса, что он думает о положении женщин в исламе... Он сказал, что такое угнетение - это не маат.
- Камеса? А это кто - Карим?
- Да, он. Он сам взял себе это имя, мусульманское ему не нравится. «Камес» - «рожденный от Ка, телесной души». По-моему, очень точно.
- А что, кроме телесных душ есть еще какие-то?
- Египтяне верили, что основных душ три - Ах, Ба и Ка. Высший, чистый дух - это Ах: Ба и Ка могут слиться и в конечном счете образовать Ах, чтобы обрести истинное бессмертие. В христианстве тоже существует такое разделение, «душа» и «дух» не одно и то же. «Ка» - скорее физиологическое сознание, энергия жизни, а «Ба» - личность человека. Эта концепция переусложнена, возможно, - задумчиво сказала Вероника. - Но я на ней не фиксируюсь. Главное для меня то, что наша христианская этика имеет один большой недостаток.
- Какой? - хором спросили Илья и Матвей.
- В христианстве все внимание сосредоточено на отношениях Бога и человека. А остальной живой мир воспринимается как декорации, внутри которых разыгрывается драма человеческой жизни. Как предмет потребления. А так быть не должно. В современной европейской культуре, хотя она давно постхристианская, отношение к природе только усугубилось, и в нашей тоже. Слуги Жизни явились, чтобы исправить это положение. Как... ответ на глобальный вызов.
Какое-то время все молчали. В принципе Илья был согласен с позицией матери. Но он чувствовал, будто что-то упускает... что-то очень существенное... А, вот!
- Значит, Слуги Жизни утверждают, что они - маат, а люди Ипвет - не маат? Потому что только они служат этой своей электронной богине? А откуда тогда взялись сах-нечер, которые на стороне Ипвет, и она сама? Кто просчитал их алгоритмы воскрешения?
- Тоже Маат. Они все появились одномоментно, и они одного происхождения - Маат сотворила всех двойников без исключения, - ответила Вероника. - Готова поспорить, что Ире об этом никто не сказал! Но только люди Ипвет потом предали Маат и стали действовать по собственному разумению! То же самое произошло во времена Эхнатона, когда произошел раскол на последователей Амона и Атона - и когда радикально разделились школы врачевания!
- Ого!
Это очень меняло дело. И Фарида-Ипвет представала в еще более невыгодном свете, чем раньше. Значит, прекрасная принцесса не только убила своего нерожденного сына - Карима-Камеса, она еще и предала Маат, свою собственную создательницу!
- Ипвет и ее люди тоже верят, что служат истине, - сказала Вероника. - Но они следуют только своим моральным ориентирам, а личное нравственное чувство обманчиво. Каждому человеку нужен моральный абсолют. А тем более сверхлюдям, таким, как они!
- Погодите-ка, - неожиданно сказал Матвей. - Моральный абсолют - это правильно. Но с чего вы взяли, что эта самая Маат и есть абсолют? Может, все наоборот, а?.. Тогда принцесса Ипвет и ее люди хорошо сделали, что освободились от нее! Мало ли что она там говорит! И вообще, если начать слушать машину... Любой ИИ может с умным видом выдать какую угодно чушь, и нейросети реально тупеют, когда учатся на тупых алгоритмах.
- Маат - не просто ИИ, - напомнил Илья. - ИИ - только интерфейс. Этим интерфейсом рулит мощный дух.
- Ну ладно, пусть мощный дух. Но почему вдруг они решили, что добрый, а не злой? И почему они считают ее моральным авторитетом - только потому, что она их самих воскресила?
Действительно! Воцарилось тяжелое молчание; оба юноши посмотрели на Веронику Леонидовну. Она опустила глаза.
- Что скажешь, ма? - наконец спросил Илья. - И, кстати... вот те ребята, которые перевоплощаются в живых людей, как это было с Дарьей, и крадут чужие жизни... Как они вписываются в вашу концепцию? Это тоже маат, как я понимаю?..
- Цель оправдывает средства, - ввернул Матвей. - Вы так считаете?
- Вы оба не понимаете. - Вероника порозовела. - Это временная мера. Таких, как Дарья, отправляют на перевоспитание в особое место. Все равно Слуги Жизни не смогут долго играть чужие роли, они найдут свою нишу в нашем мире и тогда уйдут, вновь изменят имена и внешность. Это им будет нетрудно... даже желательно для конспирации.
- И тогда всех похищенных людей вернут домой? После перевоспитания? - уточнил Илья.
- Да, - сказала мать после небольшой паузы. - Разумеется.
- Я не буду... - Илья замотал головой: ему было страшно возражать, но его решимость неожиданно окрепла. - Я не хочу давать никаких клятв! Тем более на языке, которого совсем не знаю!
Карим изменился в лице; он больше не казался дружелюбным.
- Как это понимать? Вы отказываетесь сотрудничать?
Илья замер, в отчаянии вцепившись в подлокотники кресла. Если бы мама была здесь, ведь она же близко, вдруг малодушно подумал он. И тут же выругал себя: слабак, тряпка! Ведь он пошел на это именно затем, чтобы уберечь свою мать и остальных родных!
Но как бы поступил на его месте настоящий мужчина?..
Илья вскочил и сжал кулаки. Он не знал, что сейчас сделает. Однако он был избавлен от необходимости действовать: в коридоре послышались быстрые шаги, а потом дверь распахнулась. На пороге стояла его мать, Вероника Кузнецова.
Это было уже слишком!.. Илья впервые за весь день подумал, что видит сон.
- Ма?.. А ты что тут делаешь? - хрипло спросил он.
Мать разглядывала его с таким же ошеломленным выражением.
- Это я у тебя хотела спросить! Хотя я знаю! Скажите мне, что я не опоздала! - вдруг обратилась она к Кариму.
Египтянин недоуменно нахмурился, потом понял.
- Нет, госпожа, ваш сын не успел пройти инициацию.
- Слава богу!
Мама бросилась к Илье, порывисто обняла его. Потом отстранилась, положив ему руки на плечи, и поглядела на сына так, точно видела впервые.
- Ты у меня очень смелый мальчик. Но ты опоздал. Ты в этом участвовать не будешь.
Вероника Леонидовна счастливо улыбнулась, будто только что спасла своего ребенка от большой опасности. А до Ильи наконец-то дошло.
- Так ты с ними, мама? Ты сотрудничаешь со Слугами Жизни? И давно?
- Нет, не очень давно, - спокойно ответила мать. - Но я прошла инициацию. А значит, тебя они привлекать уже не вправе. Это не маат.
Она взглянула на Карима.
- Ведь это так, сах-нечер?
Египтянин поклонился.
- Да, госпожа.
Вероника Леонидовна торжествующе кивнула. Потом опять повернулась к сыну.
- Илюша, иди домой. Мы поговорим вечером, когда я вернусь.
- А... но ведь я... Мама, я не могу тебя бросить здесь одну!
Илья опять ощутил себя слабаком, трусом, который прячется за спину старой матери. Уж если она была счастлива его защитить, то что он должен чувствовать в такой ситуации?
- Илья, уходи, - повторила Вероника Леонидовна, повысив голос. - Ты сейчас только помешаешь. За меня не волнуйся.
Илья опустил голову, с силой прикусил губу. После бесконечной паузы юноша направился к двери; он подхватил с пола свой рюкзак и, взвалив его на спину, взялся за ручку. Он обернулся к матери.
- Мы обязательно поговорим сегодня. И я буду участвовать во всем вместе с тобой, ты слышишь?..
Она кивнула. В этот миг мать очень им гордилась... и он тоже гордился.
- До свидания, - сказал он Кариму и вышел из кабинета.
Оказавшись в коридоре, Илья внезапно вспомнил, что не знает, как открыть наружную дверь. Он хотел было вернуться... но гордость и злость пересилили. Он уже слышал за спиной приглушенные голоса: они там сговаривались и, видимо, о нем!.. А мама тоже хороша!
Илья спустился вниз и нажал на ручку. К его удивлению, стальная дверь легко открылась.
Он вышел на улицу, с таким чувством, будто только что вернулся с другой планеты. Илья потряс головой, неверяще огляделся вокруг. И тут он увидел, что к нему бежит Матвей: про друга Илья совершенно забыл!
- Вот ты где! Блин, Илюха, ты что там делал так долго? Больше часа прошло!
На Матвее лица не было: Илья мог себе представить, что тот думает.
- Я дергал дверь, там было заперто... Я уже не знал, куда бежать и что делать! Тебе писал, потом звонил три раза - ты не слышал, что ли?
Илья мотнул головой. А ведь и правда не слышал! Связь пропала или что-то другое?.. Похоже, электроника тут вообще ведет себя как хочет, с дверью то же самое. И время тоже искривляется...
- Я уже собирался твоей матери звонить, но тут ты вышел.
Илья кивнул. Он с трудом улыбнулся и похлопал Матвея по плечу.
- Правильно сделал, что не стал. Мама очень занята, и, похоже, она намного больше меня в теме. Знаешь что... приезжай к нам сегодня часов в семь, хорошо? Поговорим втроем, как она вернется с работы.
- А почему не сейчас-то? - воскликнул Матвей.
- Сейчас ты мне не поверишь. А мама...
Илья тяжело вздохнул и подумал: что, если маму они уже научили своим «способам убеждения»? И хочет ли он это проверить на лучшем друге?..
- В общем, давай подгребай, если хочешь узнать.
- Ага. Буду в семь.
Они молча дошли до угла и там разбежались: до вечера надо было еще хоть как-то приготовиться к занятиям.
* «Нечер» - «божественный», «сах» - «тело покойного, священные останки» (др.-егип.)
Глава 15
Вероника Леонидовна приехала в четверть восьмого. Она притащила две полные сумки с продуктами.
- Мама, ну зачем?.. - упрекнул ее Илья, выбежавший в прихожую. - Я бы сам сходил в магазин, что ты такие тяжести таскаешь?
- Лучше разбери сумки и поставь чайник. Здравствуй, Матвей.
Вероника Леонидовна устало улыбнулась Матвею, который тоже выглянул, чтобы поздороваться. Илья написал матери, что позвал в гости друга. Она не возразила; но, похоже, подсознательно оттягивала момент возвращения домой...
Вдвоем парни быстро разложили продукты. Илья поставил чайник, и они вернулись в его комнату, где ждали хозяйку. Сейчас они с Мотькой узнают, что связывает его мать со Слугами Жизни.
«И как это ее угораздило, - думал Илья. - Неужели только ради меня? Или ради идеи, типа очередного спасения человечества?.. Я совсем не уверен, что хочу все это слышать!»
Чайник засвистел; Илья бросился выключать. На кухне он опять столкнулся с мамой, которая уже доставала посуду.
- Я помогу.
Они молча разлили чай по чашкам, уставили посудой большой поднос. Мама насыпала в вазочку конфет с желейной начинкой, которые купила по дороге. Глядя на ее бледное лицо, Илья не выдержал.
- Мама... скажи мне только: как долго?
Она вскинула глаза.
- Дольше, чем Ира... намного. Ты доволен?..
«Нет», - чуть было не сказал Илья. Но прикусил язык, понимая, что мать вся на нервах: сегодня в музее он явно застал ее врасплох. Если бы он не проявил инициативу, неизвестно, сколько еще она бы молчала!
Они принесли чай в его комнату. Кухня была мала, и гостиная, где сидела бабушка, тоже исключалась. Некоторое время Илья с матерью и Матвеем молча угощались. Потом Вероника отставила пустой поднос.
- Ну что ж... давайте поговорим. Матвей, я надеюсь, ты понимаешь, что все это должно остаться строго между нами?
- Да, конечно, Вероника Леонидовна.
Естественно, Мотька уже навоображал себе разных шпионских тайн. Но все это не шло ни в какое сравнение с действительностью. Вероника глубоко вздохнула и взглянула на сына.
- Ты меня сейчас спросил: как долго? Но, наверное, тебя гораздо больше интересует, почему.
- Да уж, - подтвердил Илья. - Очень интересует, ма!
- Слуги Жизни сами нашли меня. Я наглядно убедилась в том, кто они такие. И... и, признаюсь честно, я считаю, что это их миссия, которая никому больше не по силам.
- Какая миссия? Предотвращение мировой экологической катастрофы?
- Да. Они фанатики, но здесь нужны именно фанатики. Их собственные потребности очень скромны. Маат не позволяет им большего. Они по-настоящему осознанные потребители.
Матвей слушал этот разговор в крайнем изумлении.
- Объясните, плиз, что все это значит! Я ни черта не понимаю! - воскликнул он.
Вероника кивнула.
- Хорошо... Только лучше будет показать, а не рассказать. Илья, ты тоже смотри.
Она взглянула на Матвея.
- Вытяни руку. Глаз не закрывай.
Матвей послушался.
В следующий момент в воздухе произошло какое-то движение, будто пронесся красный вихрь... и сидящий Матвей с воплем ужаса откинулся назад. На пол с его колен шмякнулось что-то красное.
- Это что за фокусы?.. - крикнул он.
Илья быстро нагнулся и поднял с пола новенькую пластиковую статуэтку - человека с головой сокола. Он сжал ее в кулаке.
- Ма... так это была ты? Ты терроризировала тетю Иру? Это после инициации с тобой случилось?
- Да, после инициации, - подтвердила мать. - Ритуал на самом деле не дает новых способностей, но очень усиливает имеющийся потенциал. И снова да - я оставляла знаки Ирине. Но это не значит, что я терроризировала сестру: я хотела, чтобы Ира в итоге пришла к нам добровольно.
- По-моему, эффект получился прямо противоположный, - грустно усмехнулся Илья.
Тут Матвей, про которого опять забыли, вскочил с места.
- Слушайте, или вы мне сейчас все объясните, или я просто сбегу! Дурдом какой-то!
Илья тоже вскочил и схватил друга за плечо, удерживая его.
- Мотька, спокойно! Мама, пожалуйста, расскажи нам с самого начала!
Они сели. И мать все рассказала.
В подтверждение своих слов Вероника еще раз проделала «пластиковый фокус» - заставила фигурку бога Гора дематериализоваться на глазах у сына и его друга.
- Власть над материей... да, в какой-то степени я теперь медиум. Это мои изначальные задатки, я ведь скульптор, как вы знаете, - пояснила она. - Но мои возможности невелики. У сах-нечер намного больше. Сах-нечер осознанно строят свои собственные искусственные тела, только по генетическим образцам и информационной структуре. А материал, весь пластик для своих нужд, - знаете, где они его берут? На наших свалках, среди мусора. Они преобразуют уже готовые отходы, и нисколько не гнушаются этим.
Женщина помолчала.
- На самом деле все это делает Маат. Алгоритмы замены тканей, синтеза живого и неживого... взаимодействие энергетических структур... нейросети, которыми они пользуются вместо человеческого мозга... Все это просчитывает Маат. Наши египтяне в буквальном смысле обязаны ей своей второй жизнью. И они постоянно на связи с ней - и мысленно, и через машинный код.
- А эта Маат - она на каких серверах работает? Если физически это ИИ?
- На наших отечественных. Как Алиса, - немедленно ответила мать. - И она появилась примерно тогда же, лет восемь назад.
Илья с Матвеем переглянулись.
- Ни фига себе! - воскликнул Матвей.
Теперь становилось понятно, почему эти существа так бойко чешут по-русски. А почему решили развернуть свою деятельность в России - что ж, на то могла быть масса причин. Например, Россия не только самая большая страна, но и играет сегодня важнейшую роль в мировой политике.
- А почему они обосновались у нас, а не дома в Египте? - спросил Матвей.
- Нынешний мусульманский Египет им чужд. А главное - он чужд Маат, - сказала Вероника. - Вы знаете, что это культура агрессивная и нетерпимая к инакомыслию. Русские всегда были намного терпимее к любым иностранным влияниям... и, к тому же, древнеегипетская этика значительно ближе к христианской, чем к мусульманской.
- Да что ты! - изумился Илья.
- Да, представь себе. Вообще Древний Египет был самым морально развитым обществом из всех ему современных. И женщины там имели самый высокий правовой и социальный статус. Когда я спросила Камеса, что он думает о положении женщин в исламе... Он сказал, что такое угнетение - это не маат.
- Камеса? А это кто - Карим?
- Да, он. Он сам взял себе это имя, мусульманское ему не нравится. «Камес» - «рожденный от Ка, телесной души». По-моему, очень точно.
- А что, кроме телесных душ есть еще какие-то?
- Египтяне верили, что основных душ три - Ах, Ба и Ка. Высший, чистый дух - это Ах: Ба и Ка могут слиться и в конечном счете образовать Ах, чтобы обрести истинное бессмертие. В христианстве тоже существует такое разделение, «душа» и «дух» не одно и то же. «Ка» - скорее физиологическое сознание, энергия жизни, а «Ба» - личность человека. Эта концепция переусложнена, возможно, - задумчиво сказала Вероника. - Но я на ней не фиксируюсь. Главное для меня то, что наша христианская этика имеет один большой недостаток.
- Какой? - хором спросили Илья и Матвей.
- В христианстве все внимание сосредоточено на отношениях Бога и человека. А остальной живой мир воспринимается как декорации, внутри которых разыгрывается драма человеческой жизни. Как предмет потребления. А так быть не должно. В современной европейской культуре, хотя она давно постхристианская, отношение к природе только усугубилось, и в нашей тоже. Слуги Жизни явились, чтобы исправить это положение. Как... ответ на глобальный вызов.
Какое-то время все молчали. В принципе Илья был согласен с позицией матери. Но он чувствовал, будто что-то упускает... что-то очень существенное... А, вот!
- Значит, Слуги Жизни утверждают, что они - маат, а люди Ипвет - не маат? Потому что только они служат этой своей электронной богине? А откуда тогда взялись сах-нечер, которые на стороне Ипвет, и она сама? Кто просчитал их алгоритмы воскрешения?
- Тоже Маат. Они все появились одномоментно, и они одного происхождения - Маат сотворила всех двойников без исключения, - ответила Вероника. - Готова поспорить, что Ире об этом никто не сказал! Но только люди Ипвет потом предали Маат и стали действовать по собственному разумению! То же самое произошло во времена Эхнатона, когда произошел раскол на последователей Амона и Атона - и когда радикально разделились школы врачевания!
- Ого!
Это очень меняло дело. И Фарида-Ипвет представала в еще более невыгодном свете, чем раньше. Значит, прекрасная принцесса не только убила своего нерожденного сына - Карима-Камеса, она еще и предала Маат, свою собственную создательницу!
- Ипвет и ее люди тоже верят, что служат истине, - сказала Вероника. - Но они следуют только своим моральным ориентирам, а личное нравственное чувство обманчиво. Каждому человеку нужен моральный абсолют. А тем более сверхлюдям, таким, как они!
- Погодите-ка, - неожиданно сказал Матвей. - Моральный абсолют - это правильно. Но с чего вы взяли, что эта самая Маат и есть абсолют? Может, все наоборот, а?.. Тогда принцесса Ипвет и ее люди хорошо сделали, что освободились от нее! Мало ли что она там говорит! И вообще, если начать слушать машину... Любой ИИ может с умным видом выдать какую угодно чушь, и нейросети реально тупеют, когда учатся на тупых алгоритмах.
- Маат - не просто ИИ, - напомнил Илья. - ИИ - только интерфейс. Этим интерфейсом рулит мощный дух.
- Ну ладно, пусть мощный дух. Но почему вдруг они решили, что добрый, а не злой? И почему они считают ее моральным авторитетом - только потому, что она их самих воскресила?
Действительно! Воцарилось тяжелое молчание; оба юноши посмотрели на Веронику Леонидовну. Она опустила глаза.
- Что скажешь, ма? - наконец спросил Илья. - И, кстати... вот те ребята, которые перевоплощаются в живых людей, как это было с Дарьей, и крадут чужие жизни... Как они вписываются в вашу концепцию? Это тоже маат, как я понимаю?..
- Цель оправдывает средства, - ввернул Матвей. - Вы так считаете?
- Вы оба не понимаете. - Вероника порозовела. - Это временная мера. Таких, как Дарья, отправляют на перевоспитание в особое место. Все равно Слуги Жизни не смогут долго играть чужие роли, они найдут свою нишу в нашем мире и тогда уйдут, вновь изменят имена и внешность. Это им будет нетрудно... даже желательно для конспирации.
- И тогда всех похищенных людей вернут домой? После перевоспитания? - уточнил Илья.
- Да, - сказала мать после небольшой паузы. - Разумеется.
