— Мы столкнулись по пути и решили изменить очередность, — вместо него отозвался демон, проходя вглубь кабинета. — Десу надо сгонять в Гильдию, так что уступлю ему пальму первенства.
— Как здорово, что вы все обсудили, — сухо отозвалась я. Мне почему-то показалось, вроде по едва уловимой заминке, что слова моего друга для Гончего прозвучали неожиданно, но я никак не могла понять, почему именно остался такой осадочек. Что-то сродни интуиции. — Отдельное спасибо, что учли и мое мнение.
Я сделала шаг в сторону, освобождая Гончему проход, чтобы оказаться от него подальше. Дьявол, я так и не придумала, с чего начать. Да и собственно, чем продолжить, как закончить. Правда, не очень-то похоже, чтобы это волновало хоть кого-то кроме меня.
— Да и к черту. Похоже, Севар все же определился со стороной, — начала чуть издалека, пока просто чтобы сдвинуться с мертвой точки.
— Ага, то есть ты наверху все же делом занималась? — ухмыльнулся Гончий. — Приятная неожиданность. Я-то думал, какого хрена ты там столько проторчала.
— Не поняла? — я против воли изумленно округлила глаза, решив, что ослышалась. — Ты что, совсем нюх песий растерял? Что за тупые намеки?
Раздражение вспыхнуло мгновенно, будто масла в огонь плеснули. Да что ж такое, у этого типа уже привычка: заводить меня с полоборота. Что обидно — получается безупречно, я все чаще мечтаю хотя бы разок влепить ему по морде так, чтобы челюсть треснула.
— Да какие уж тут намеки? — говнюк и не думал угомониться. Словно ища поддержки и понимания, он повернул голову к Асмодею. — Представь: прихватила с собой алкашку, какого-то странного мужика и скрылась наверху. Даже слова не сказала, что собирается делать. И с концами. Что еще тут можно подумать?
От возмущения я едва не задохнулась. Не знаю, что вывело меня из себя больше: слова Гончего, его наглая ухмыляющаяся рожа или демон, которой, судя по выражению лица, собирался поддержать это неуместное веселье.
В какой момент эти двое вдруг так спелись?!
— Только попробуй, — я зло сузила глаза и упреждающе ткнула указательным пальцем в друга. — Открой рот, чтобы отпустить шуточку по этому поводу и, клянусь, Ас, мои руки доберутся до всего, что дорого твоему антикварному сердцу. А ты, — я перевела взгляд на Гончего и на краткий миг замолчала, подбирая слова, — захлопни пасть. Мне надо было незаметно просочиться наверх, я это сделала. Еще хоть один грязный намек…
— И что? — совершенно не устрашился мерзавец. Потом гнусно оскалился. — Воспользуешься инкубом, несколько его видоизменив?
Асмодей сдавленно хрюкнул, стараясь сдержать смешок. Он пробурчал что-то вроде «все же не съезжайте пока», но под моим взглядом тут же заткнулся.
— Разве что соберусь открутить ему башку, и поизгаляться над трупом, — брезгливо передернулась. — Разумеется, чтобы ты не упустил ни единой минуты сего увлекательного зрелища.
Гончий вдруг перестал улыбаться во все зубы.
— Что ж, теперь, когда ты достаточно зла, надеюсь, разговор пойдет быстрее, и ты перестанешь мяться, как девица на выданье, — скрестив руки на груди, он присел на край письменного стола. — Так что там с Севаром?
Демон одобрительно хмыкнул и прошел к своему креслу, устроившись в нем с видом зрителя, предвкушающего увлекательный спектакль.
А я так и осталась на месте, неверяще нахмурившись. То есть он специально меня доводил до белого каления?
— Севар принял сторону Вильгельма, — решила отложить разборки с манипулятивным козлом на потом. — Он стоит за похищениями отступников.
Как ни странно, на фоне злости и правда было проще говорить. Настолько, что я смогла быстро и сжато пересказать присутствующим мужчинам свою встречу с Севаром, не скрывая никаких деталей. Ходила по кабинету, следила за руками, чтобы не теребить нервно манжеты рубашки, но рассказывала четко и по делу. Разве что упустила наш с Севаром обмен любезностями на счет морали, а также все эти странные намеки, что я вернусь в свиту. Зато под шумок объяснила, в большей степени для Гончего, что за алаты были в таверне.
— Выходит, это была ловушка? — за время рассказа он не изменил позы, разве что голову чуть набок склонил, наблюдая за моими нервными вышагиваниями по кабинету. — В таверне тебя уже ждали?
— Невозможно, — покачала головой, не задумавшись. — Раньше я там была нередким гостей, но без какого-то расписания визитов, внезапными набегами. После ухода из свиты и вовсе только раз или два заглядывала на пару минут. Вильгельм бы не позволил своему лучшему ловчему отряду торчать годами в какой-то забегаловке, в надежде на мое внезапное появление.
— Значит, они оказались там по наводке Севара? — тут же уточнил Гончий.
Асмодей продолжал безмолвно восседать на своем троноподобном кресле, словно бы отстраненно наблюдая за всем со стороны. По лицу друга я совершенно не могла понять ход его мыслей.
— Не знаю, — на этот раз я действительно не имела ответа на вопрос. — С одной стороны, вроде бы у Севара было достаточно времени, чтобы успеть донести. Насколько я понимаю, мое появление он заметил раньше, чем я поднялась на второй этаж. В принципе, мог успеть сообщить, но тогда было бы логичнее, если бы он попытался затянуть наш разговор, чтобы ловчие спокойно и без шума повязали меня подальше от чужих взглядов. Хотя… — я на секунду задумчиво уставилась в окно. — Если так посмотреть, душевная беседа закончилась, когда в кабинет ворвался охранник и рассказал о драке, потому что кто-то из посетителей заметил Гончего в толпе.
— Но на самом деле все начал второй охранник.
— Севар вычислил тебя по кольцу еще до того, — я дернула бровью, и бросила на мужчину короткий взгляд, надеясь, что он уловит намек на его очевидный прокол. — Думаю, он мог подослать своего прихвостня, чтобы попытаться тихонько избавиться от потенциально опасного типа. Кто ж мог подумать, что все так обернется?
— Не хрен было пытаться кулаками размахивать, — хмыкнул Гончий без какого-либо раскаяния. — Итак, что у нас в остатке: твой Севар поставляет Вильгельму алатов-отступников и, может быть, попытался заложить тебя?
— А еще может быть, что ловчий отряд оказался там не ради меня, а ради кого-то из отступников, просто все так совпало, — этот вариант я тоже пока не хотела сбрасывать со счетов. — В конце концов, Севар сам сказал, что не хочет сдавать меня Вильгельму.
— Нашла кому верить, — закатил глаза Асмодей.
— Вообще-то вот тут как раз он все обосновал ровно в своем духе, — я не согласилась со скептицизмом друга. — Короче, черт с ним, Севаром, главное, что мы все же выбрались. Проблема в том, что я уничтожила ловчий отряд, который мог бы привести к похищенным перевертышам.
Последнее предложение было, по сути, адресовано Гончему. Я изо всех сил постаралась, чтобы прозвучало ровно и спокойно, просто как констатация факта, а не признание вины, но голос все равно дрогнул.
Осторожно покосившись в его сторону, я заметила, что Гончий помрачнел и уткнулся взглядом в пол, обдумывая что-то. Тишина и его внешнее спокойствие как-то неприятно давили на плечи.
— Что ж, похоже и правда придется наведаться в Гильдию, — спустя какое-то время отозвался он. — Попробую поискать следы тех, кто входил в этот отряд.
Моим плечам стало чуть легче. Совсем немного, но все же.
— А пока я ищу, пожалуйста, посиди ровно на своей очаровательной заднице в особняке, — тут же добавил Гончий. — Не хватало еще, чтобы после устроенного переполоха кто-то действительно связал тебя и меня со случившимся.
Я настолько потеряла дар речи от услышанного, что даже не успела ничего сказать вдогонку мерзавцу. Ни одного слова не подобрала, пока дверь не хлопнула.
— Знаешь, он начинает мне нравиться немного, — усмехнулся Асмодей. — Выкладывай, каким образом вы смылись от отряда, который однажды тебя повязал?
Новый виток пересказа дался намного проще. Несмотря на кучу деталей и уточняющих вопросов. Порой я запиналась, сбивалась с мысли, потому что не понимала толком, что пытаюсь донести до друга. В такие моменты неплохо помогали подсказки и наводящие вопросы демона, который очевидно о случившемся понимал больше меня.
Не знаю, что именно я хотела услышать от него, но заверения, что подобное — естественный процесс для силы Пандорры, мало утешало.
— Лина, как ты сумела остановиться? — вопрос друга прозвучал как-то резко. — Когда ты поняла, что уступаешь Пандорре, как получилось остаться собой?
— Честно сказать, не совсем уверена, что получилось, — замерев напротив очередного стеллажа, провела пальцами по полке и невольно обхватила себя за плечи, поежившись от воспоминаний. — Я практически отключилась, а потом вдруг пришла в себя и обнаружила, что меня трясет Гончий.
Как по мне, прозвучало достаточно буднично. Хотя внутри все и дернулось от раздражения.
— Раньше уже было подобное?
— С чего ты взял? — подозрительно сузила я глаза, развернувшись к нему. Вопрос прозвучал как утверждение.
— Ни с чего, тебя спрашиваю, — невозмутимо пожал плечами Асмодей. — До вчерашнего дня Гончий не сталкивался с тобой в облике Пандорры?
— Боги, что за чушь ты… — я вдруг осеклась на полуслове. От осознания на мгновение сердце пропустило удар, как мне показалось. — Вообще-то, да, было. В тот день, когда я сорвалась и убила Рейса в доме Терезы. Очевидно, Гончий оказался там в тот момент, когда я уже не владела собой, потому что совершенно не помню его появления. Когда ко мне вернулся контроль, он держал меня за руки. В состоянии невменяемости я ему руку располосовала.
Только теперь, когда я произнесла это вслух, сама себя обругала. Как вообще можно было забыть о таком и не рассказать другу?
— Один раз — совпадение, два — тенденция, — демон не усидел на месте. Прошел к своему мини-бару, задумчиво перебрал пальцами по высокому графину, но так и не налил себе ничего. Его расслабленные движения почему-то выглядели непривычно сосредоточенными. А взгляд, которым он меня одарил в итоге, и того хуже. — Лина, ты осознаешь, что Гончий дважды остановил тебя в состоянии Пандорры?
— Но ты тоже меня тормозил, — я никак не могла понять, к чему клонит друг.
— Мне приходится ударить по тебе магией, которая способна убить обычного алата, чтобы успокоить, — Асмодей пристально уставился мне в глаза. — Гончему, получается, достаточно встряхнуть и позвать по имени.
— Да на что ты пытаешься мне намекнуть?! — не выдержала я.
— Какие между вами отношения?
Я рассмеялась, коротко, неверяще.
— Отношения?! — вытаращилась на демона. — Ас, это даже не смешно. Мы с ним связаны сделкой, на этом все.
— В таверне ты первый раз использовала силу Пандорры почти интуитивно, когда стерла в порошок того, что ранил Гончего, — не желал оставлять эту тему Асмодей. — Что, если в этом и дело: Пандорра отозвалась на твое желание защитить его?
— Чушь, — упрямо повторила я, шагнув ближе к нему. — Между нами ничего нет и быть не может, я с трудом выношу этого типа. Да, возможно, на счет случившегося в таверне ты прав, я думала о том, как бы не дать ему сдохнуть. Но будь на его месте кто-то другой, поступила бы так же.
По крайней мере, я уверена в этом.
— А как же то, что вас бьет непонятным током от прикосновения друг к другу? — хмыкнул друг.
— Уже нет, — закатила я глаза. — Вчера была вынуждена довольно активно его трогать, пока зашивала, ничего подобного не случилось, — как ни странно, пока демон не спросил, я сама об этом даже и не задумывалась.
— И все же, стоит копнуть под него, — Асмодей все же вооружился бокалом горячительного напитка и вернулся за стол. — Есть что-то странное в этом поганце.
— Да неужели? — едко усмехнулась я. — Поправь меня, но, кажется, я уже ранее просила тебя разузнать все об этом Гончем, разве нет?
— Это да, — неловко поскреб бровь демон. — Я и не говорю, что не пробовал. Просто надо бы еще поглубже копнуть.
— Копай куда хочешь, — махнула я рукой. — Дай только знать, если что найдешь. Мне твои теории пока не нравятся.
Уставившись в окно, я не видела не собственное отражение, не пейзаж за ним. Перед глазами теперь упрямо стояло непрошеное воспоминание: чужие руки на моих запястьях, твердый голос, возвращающий в реальность. И нарастающее негодование в адрес Асмодея, из-за которого мне теперь предстояло раз за разом возвращаться мыслями к Гончему.
В Гильдии было как-то на удивление тихо. Хотя, возможно, мне просто так показалось в сравнении с чокнутым особняком демона и насыщенными последними днями. Не то, чтобы у Гончего моего уровня была работа спокойнее, но коллеги, по крайней мере, были менее опасны, чем одна ведьма. Пусть и с крыльями, но до ангела ей было, как до горизонта пешком.
Аристарх и Мелитон отсутствовали, причем никто точно знал, куда и насколько они умотали. Младший секретарь, имя которого так и не отложилось в моей памяти, предложил оставить им записку, но я отказался. В конце концов, докладывать мне особо нечего по делу, я явился за информацией.
В архиве ждало некоторое разочарование: из-за загруженности запросами, сведения об алатах из ловчего отряда, уничтоженного Линой, мне обещали подготовить только к обеду следующего дня. Да и то с оговоркой, что это в обход некоторых других Гончих ввиду моего положения. Можно было бы надавить на архивариуса, правда, потом явно не избежать интереса Аристарха к такой спешке. Заминка же была совершенно некстати, но… Вдруг это подарок небес и шанс на нормальный отдых? Ведьма или кто-то из ее компании вряд ли озаботятся моим длительным отсутствием, поэтому можно перекантоваться здесь, пока не получу сведения.
Запросив заодно обновленные данные по пропавшим перевертышам и алатам, и архивную папку о Севаре, я направился в общую комнату отдыха, надеясь, что там сегодня не так многолюдно.
На мою удачу любимое место около окна пустовало. Мимоходом поздоровавшись с парой коллег, расположившихся у камина, я отказался присоединиться к их дискуссии и прошел к старому креслу, уже предвкушая хоть немного спокойствия и умиротворения. Откинулся на спинку, снял наручные ножны и положил на низкий столик рядом, расстегнул верхние застежки куртки. Только вытянул ноги на низкий пуфик и прикрыл глаза, надеясь вздремнуть пару часов в относительной тишине, как услышал тупой присвист мнимого удивления.
— Ну надо же, не иначе как сами боги озарили милостью Гильдию. Не часто нас балует своим явлением сам Десмонд.
Мерзотный голос я узнал раньше, чем вздохнул. Блядство, уж лучше ведьма с ее сахарным, но совершенно неаппетитным мурлыканьем, чем эта гнусь на ножках.
Лениво приоткрыв один глаз, я покосился на коллегу, застывшего в дверях. Недовольно скрестив руки на груди, Ниал всем своим видом выражал презрение. С нашей последней встречи он стал чуть пошире в плечах, отрастил щетину, но в целом мало изменился.
— Не знал, что ты еще жив, — поморщился я и опять закрыл глаз. — Гильдия большая, места всем хватит. Иди, куда шел.
— Вообще-то сюда и шел, — раздражающий тип и не думал исчезнуть, напротив, выбил пуфик из-под моих ног и, судя по скрипу пружин, уселся на диванчик напротив.
Я все же нехотя уставился на него. И тут же скептически хмыкнул: словно стремясь занять как можно больше места осточертевший коллега широко расставил ноги и разложил руки по спинке диванчика.
— Как здорово, что вы все обсудили, — сухо отозвалась я. Мне почему-то показалось, вроде по едва уловимой заминке, что слова моего друга для Гончего прозвучали неожиданно, но я никак не могла понять, почему именно остался такой осадочек. Что-то сродни интуиции. — Отдельное спасибо, что учли и мое мнение.
Я сделала шаг в сторону, освобождая Гончему проход, чтобы оказаться от него подальше. Дьявол, я так и не придумала, с чего начать. Да и собственно, чем продолжить, как закончить. Правда, не очень-то похоже, чтобы это волновало хоть кого-то кроме меня.
— Да и к черту. Похоже, Севар все же определился со стороной, — начала чуть издалека, пока просто чтобы сдвинуться с мертвой точки.
— Ага, то есть ты наверху все же делом занималась? — ухмыльнулся Гончий. — Приятная неожиданность. Я-то думал, какого хрена ты там столько проторчала.
— Не поняла? — я против воли изумленно округлила глаза, решив, что ослышалась. — Ты что, совсем нюх песий растерял? Что за тупые намеки?
Раздражение вспыхнуло мгновенно, будто масла в огонь плеснули. Да что ж такое, у этого типа уже привычка: заводить меня с полоборота. Что обидно — получается безупречно, я все чаще мечтаю хотя бы разок влепить ему по морде так, чтобы челюсть треснула.
— Да какие уж тут намеки? — говнюк и не думал угомониться. Словно ища поддержки и понимания, он повернул голову к Асмодею. — Представь: прихватила с собой алкашку, какого-то странного мужика и скрылась наверху. Даже слова не сказала, что собирается делать. И с концами. Что еще тут можно подумать?
От возмущения я едва не задохнулась. Не знаю, что вывело меня из себя больше: слова Гончего, его наглая ухмыляющаяся рожа или демон, которой, судя по выражению лица, собирался поддержать это неуместное веселье.
В какой момент эти двое вдруг так спелись?!
— Только попробуй, — я зло сузила глаза и упреждающе ткнула указательным пальцем в друга. — Открой рот, чтобы отпустить шуточку по этому поводу и, клянусь, Ас, мои руки доберутся до всего, что дорого твоему антикварному сердцу. А ты, — я перевела взгляд на Гончего и на краткий миг замолчала, подбирая слова, — захлопни пасть. Мне надо было незаметно просочиться наверх, я это сделала. Еще хоть один грязный намек…
— И что? — совершенно не устрашился мерзавец. Потом гнусно оскалился. — Воспользуешься инкубом, несколько его видоизменив?
Асмодей сдавленно хрюкнул, стараясь сдержать смешок. Он пробурчал что-то вроде «все же не съезжайте пока», но под моим взглядом тут же заткнулся.
— Разве что соберусь открутить ему башку, и поизгаляться над трупом, — брезгливо передернулась. — Разумеется, чтобы ты не упустил ни единой минуты сего увлекательного зрелища.
Гончий вдруг перестал улыбаться во все зубы.
— Что ж, теперь, когда ты достаточно зла, надеюсь, разговор пойдет быстрее, и ты перестанешь мяться, как девица на выданье, — скрестив руки на груди, он присел на край письменного стола. — Так что там с Севаром?
Демон одобрительно хмыкнул и прошел к своему креслу, устроившись в нем с видом зрителя, предвкушающего увлекательный спектакль.
А я так и осталась на месте, неверяще нахмурившись. То есть он специально меня доводил до белого каления?
— Севар принял сторону Вильгельма, — решила отложить разборки с манипулятивным козлом на потом. — Он стоит за похищениями отступников.
Как ни странно, на фоне злости и правда было проще говорить. Настолько, что я смогла быстро и сжато пересказать присутствующим мужчинам свою встречу с Севаром, не скрывая никаких деталей. Ходила по кабинету, следила за руками, чтобы не теребить нервно манжеты рубашки, но рассказывала четко и по делу. Разве что упустила наш с Севаром обмен любезностями на счет морали, а также все эти странные намеки, что я вернусь в свиту. Зато под шумок объяснила, в большей степени для Гончего, что за алаты были в таверне.
— Выходит, это была ловушка? — за время рассказа он не изменил позы, разве что голову чуть набок склонил, наблюдая за моими нервными вышагиваниями по кабинету. — В таверне тебя уже ждали?
— Невозможно, — покачала головой, не задумавшись. — Раньше я там была нередким гостей, но без какого-то расписания визитов, внезапными набегами. После ухода из свиты и вовсе только раз или два заглядывала на пару минут. Вильгельм бы не позволил своему лучшему ловчему отряду торчать годами в какой-то забегаловке, в надежде на мое внезапное появление.
— Значит, они оказались там по наводке Севара? — тут же уточнил Гончий.
Асмодей продолжал безмолвно восседать на своем троноподобном кресле, словно бы отстраненно наблюдая за всем со стороны. По лицу друга я совершенно не могла понять ход его мыслей.
— Не знаю, — на этот раз я действительно не имела ответа на вопрос. — С одной стороны, вроде бы у Севара было достаточно времени, чтобы успеть донести. Насколько я понимаю, мое появление он заметил раньше, чем я поднялась на второй этаж. В принципе, мог успеть сообщить, но тогда было бы логичнее, если бы он попытался затянуть наш разговор, чтобы ловчие спокойно и без шума повязали меня подальше от чужих взглядов. Хотя… — я на секунду задумчиво уставилась в окно. — Если так посмотреть, душевная беседа закончилась, когда в кабинет ворвался охранник и рассказал о драке, потому что кто-то из посетителей заметил Гончего в толпе.
— Но на самом деле все начал второй охранник.
— Севар вычислил тебя по кольцу еще до того, — я дернула бровью, и бросила на мужчину короткий взгляд, надеясь, что он уловит намек на его очевидный прокол. — Думаю, он мог подослать своего прихвостня, чтобы попытаться тихонько избавиться от потенциально опасного типа. Кто ж мог подумать, что все так обернется?
— Не хрен было пытаться кулаками размахивать, — хмыкнул Гончий без какого-либо раскаяния. — Итак, что у нас в остатке: твой Севар поставляет Вильгельму алатов-отступников и, может быть, попытался заложить тебя?
— А еще может быть, что ловчий отряд оказался там не ради меня, а ради кого-то из отступников, просто все так совпало, — этот вариант я тоже пока не хотела сбрасывать со счетов. — В конце концов, Севар сам сказал, что не хочет сдавать меня Вильгельму.
— Нашла кому верить, — закатил глаза Асмодей.
— Вообще-то вот тут как раз он все обосновал ровно в своем духе, — я не согласилась со скептицизмом друга. — Короче, черт с ним, Севаром, главное, что мы все же выбрались. Проблема в том, что я уничтожила ловчий отряд, который мог бы привести к похищенным перевертышам.
Последнее предложение было, по сути, адресовано Гончему. Я изо всех сил постаралась, чтобы прозвучало ровно и спокойно, просто как констатация факта, а не признание вины, но голос все равно дрогнул.
Осторожно покосившись в его сторону, я заметила, что Гончий помрачнел и уткнулся взглядом в пол, обдумывая что-то. Тишина и его внешнее спокойствие как-то неприятно давили на плечи.
— Что ж, похоже и правда придется наведаться в Гильдию, — спустя какое-то время отозвался он. — Попробую поискать следы тех, кто входил в этот отряд.
Моим плечам стало чуть легче. Совсем немного, но все же.
— А пока я ищу, пожалуйста, посиди ровно на своей очаровательной заднице в особняке, — тут же добавил Гончий. — Не хватало еще, чтобы после устроенного переполоха кто-то действительно связал тебя и меня со случившимся.
Я настолько потеряла дар речи от услышанного, что даже не успела ничего сказать вдогонку мерзавцу. Ни одного слова не подобрала, пока дверь не хлопнула.
— Знаешь, он начинает мне нравиться немного, — усмехнулся Асмодей. — Выкладывай, каким образом вы смылись от отряда, который однажды тебя повязал?
Новый виток пересказа дался намного проще. Несмотря на кучу деталей и уточняющих вопросов. Порой я запиналась, сбивалась с мысли, потому что не понимала толком, что пытаюсь донести до друга. В такие моменты неплохо помогали подсказки и наводящие вопросы демона, который очевидно о случившемся понимал больше меня.
Не знаю, что именно я хотела услышать от него, но заверения, что подобное — естественный процесс для силы Пандорры, мало утешало.
— Лина, как ты сумела остановиться? — вопрос друга прозвучал как-то резко. — Когда ты поняла, что уступаешь Пандорре, как получилось остаться собой?
— Честно сказать, не совсем уверена, что получилось, — замерев напротив очередного стеллажа, провела пальцами по полке и невольно обхватила себя за плечи, поежившись от воспоминаний. — Я практически отключилась, а потом вдруг пришла в себя и обнаружила, что меня трясет Гончий.
Как по мне, прозвучало достаточно буднично. Хотя внутри все и дернулось от раздражения.
— Раньше уже было подобное?
— С чего ты взял? — подозрительно сузила я глаза, развернувшись к нему. Вопрос прозвучал как утверждение.
— Ни с чего, тебя спрашиваю, — невозмутимо пожал плечами Асмодей. — До вчерашнего дня Гончий не сталкивался с тобой в облике Пандорры?
— Боги, что за чушь ты… — я вдруг осеклась на полуслове. От осознания на мгновение сердце пропустило удар, как мне показалось. — Вообще-то, да, было. В тот день, когда я сорвалась и убила Рейса в доме Терезы. Очевидно, Гончий оказался там в тот момент, когда я уже не владела собой, потому что совершенно не помню его появления. Когда ко мне вернулся контроль, он держал меня за руки. В состоянии невменяемости я ему руку располосовала.
Только теперь, когда я произнесла это вслух, сама себя обругала. Как вообще можно было забыть о таком и не рассказать другу?
— Один раз — совпадение, два — тенденция, — демон не усидел на месте. Прошел к своему мини-бару, задумчиво перебрал пальцами по высокому графину, но так и не налил себе ничего. Его расслабленные движения почему-то выглядели непривычно сосредоточенными. А взгляд, которым он меня одарил в итоге, и того хуже. — Лина, ты осознаешь, что Гончий дважды остановил тебя в состоянии Пандорры?
— Но ты тоже меня тормозил, — я никак не могла понять, к чему клонит друг.
— Мне приходится ударить по тебе магией, которая способна убить обычного алата, чтобы успокоить, — Асмодей пристально уставился мне в глаза. — Гончему, получается, достаточно встряхнуть и позвать по имени.
— Да на что ты пытаешься мне намекнуть?! — не выдержала я.
— Какие между вами отношения?
Я рассмеялась, коротко, неверяще.
— Отношения?! — вытаращилась на демона. — Ас, это даже не смешно. Мы с ним связаны сделкой, на этом все.
— В таверне ты первый раз использовала силу Пандорры почти интуитивно, когда стерла в порошок того, что ранил Гончего, — не желал оставлять эту тему Асмодей. — Что, если в этом и дело: Пандорра отозвалась на твое желание защитить его?
— Чушь, — упрямо повторила я, шагнув ближе к нему. — Между нами ничего нет и быть не может, я с трудом выношу этого типа. Да, возможно, на счет случившегося в таверне ты прав, я думала о том, как бы не дать ему сдохнуть. Но будь на его месте кто-то другой, поступила бы так же.
По крайней мере, я уверена в этом.
— А как же то, что вас бьет непонятным током от прикосновения друг к другу? — хмыкнул друг.
— Уже нет, — закатила я глаза. — Вчера была вынуждена довольно активно его трогать, пока зашивала, ничего подобного не случилось, — как ни странно, пока демон не спросил, я сама об этом даже и не задумывалась.
— И все же, стоит копнуть под него, — Асмодей все же вооружился бокалом горячительного напитка и вернулся за стол. — Есть что-то странное в этом поганце.
— Да неужели? — едко усмехнулась я. — Поправь меня, но, кажется, я уже ранее просила тебя разузнать все об этом Гончем, разве нет?
— Это да, — неловко поскреб бровь демон. — Я и не говорю, что не пробовал. Просто надо бы еще поглубже копнуть.
— Копай куда хочешь, — махнула я рукой. — Дай только знать, если что найдешь. Мне твои теории пока не нравятся.
Уставившись в окно, я не видела не собственное отражение, не пейзаж за ним. Перед глазами теперь упрямо стояло непрошеное воспоминание: чужие руки на моих запястьях, твердый голос, возвращающий в реальность. И нарастающее негодование в адрес Асмодея, из-за которого мне теперь предстояло раз за разом возвращаться мыслями к Гончему.
Глава 25.
В Гильдии было как-то на удивление тихо. Хотя, возможно, мне просто так показалось в сравнении с чокнутым особняком демона и насыщенными последними днями. Не то, чтобы у Гончего моего уровня была работа спокойнее, но коллеги, по крайней мере, были менее опасны, чем одна ведьма. Пусть и с крыльями, но до ангела ей было, как до горизонта пешком.
Аристарх и Мелитон отсутствовали, причем никто точно знал, куда и насколько они умотали. Младший секретарь, имя которого так и не отложилось в моей памяти, предложил оставить им записку, но я отказался. В конце концов, докладывать мне особо нечего по делу, я явился за информацией.
В архиве ждало некоторое разочарование: из-за загруженности запросами, сведения об алатах из ловчего отряда, уничтоженного Линой, мне обещали подготовить только к обеду следующего дня. Да и то с оговоркой, что это в обход некоторых других Гончих ввиду моего положения. Можно было бы надавить на архивариуса, правда, потом явно не избежать интереса Аристарха к такой спешке. Заминка же была совершенно некстати, но… Вдруг это подарок небес и шанс на нормальный отдых? Ведьма или кто-то из ее компании вряд ли озаботятся моим длительным отсутствием, поэтому можно перекантоваться здесь, пока не получу сведения.
Запросив заодно обновленные данные по пропавшим перевертышам и алатам, и архивную папку о Севаре, я направился в общую комнату отдыха, надеясь, что там сегодня не так многолюдно.
На мою удачу любимое место около окна пустовало. Мимоходом поздоровавшись с парой коллег, расположившихся у камина, я отказался присоединиться к их дискуссии и прошел к старому креслу, уже предвкушая хоть немного спокойствия и умиротворения. Откинулся на спинку, снял наручные ножны и положил на низкий столик рядом, расстегнул верхние застежки куртки. Только вытянул ноги на низкий пуфик и прикрыл глаза, надеясь вздремнуть пару часов в относительной тишине, как услышал тупой присвист мнимого удивления.
— Ну надо же, не иначе как сами боги озарили милостью Гильдию. Не часто нас балует своим явлением сам Десмонд.
Мерзотный голос я узнал раньше, чем вздохнул. Блядство, уж лучше ведьма с ее сахарным, но совершенно неаппетитным мурлыканьем, чем эта гнусь на ножках.
Лениво приоткрыв один глаз, я покосился на коллегу, застывшего в дверях. Недовольно скрестив руки на груди, Ниал всем своим видом выражал презрение. С нашей последней встречи он стал чуть пошире в плечах, отрастил щетину, но в целом мало изменился.
— Не знал, что ты еще жив, — поморщился я и опять закрыл глаз. — Гильдия большая, места всем хватит. Иди, куда шел.
— Вообще-то сюда и шел, — раздражающий тип и не думал исчезнуть, напротив, выбил пуфик из-под моих ног и, судя по скрипу пружин, уселся на диванчик напротив.
Я все же нехотя уставился на него. И тут же скептически хмыкнул: словно стремясь занять как можно больше места осточертевший коллега широко расставил ноги и разложил руки по спинке диванчика.
