- Прелесть, скажите! Не желаете погладить?
Тетки инстинктивно попятились на край стола, тот угрожающе заскрипел.
- Женя… Женечка! – взмолилась Серафима Федоровна. – Убери, пожалуйста… это!
- Не Женечка, а Евгения Александровна! – четко выговорила Женька. – И кофе вам больше носить не буду. Вы пришли сюда на проверку? Вот и проверяйте: спокойно и основательно. Что не нравится – пишите замечания. А я буду вам возражать. По Закону. Все понятно?
Тетки синхронно закивали. Женька довольно улыбнулась и посадила мышонка обратно в коробку. Потом поймала двух его собратьев и отправила туда же:
- Не бойтесь, маленькие! Все закончилось. Сейчас вас дядя Рома вывезет в лес и отпустит на свободу.
А дальше пошла война не на живот, а на смерть.
Тетки затаили обиду и принялись рыть всерьез, как сорвавшиеся с цепи голодные собаки-ищейки. Цеплялись к каждой букве, к каждой запятой, требовали бесконечных объяснений, доказательств, расшифровок, выборок и прочей подобной мути.
Женька каждый день сидела на работе до ночи: делала ксерокопии, распечатки, аналитические таблицы. Изучала законы, подзаконные акты, официальные толкования и комментарии экспертов, штудировала арбитражную практику.
Воспользовавшись предлогом, окончательно съехала от родителей и перебралась на Сонькину квартиру – оттуда было ближе до работы. Да и настроения не было слышать бесконечные мамины вздохи и туманные намеки на скорое устройство дочкиной судьбы.
Галина и Сонька поддерживали подругу морально и подсовывали шоколадки «для подкормки мозга».
- Скоро в двери не пролезу! – укоризненно вздыхала Женька, шурша оберткой. Но в результате наоборот похудела на два килограмма. От нервов.
Про Ромку не забылось. Несмотря на усталость, напряг и хронический недосып. Злость и обида на него прошли, осталась лишь тоска – серая и бесформенная, как слежавшаяся пыль.
На свою страничку в соцсети он не заглядывал уже целых два месяца, и это вызывало у Женьки нарастающую тревогу.
«Неужели трудно показаться! – удрученно думала она. – Просто, чтобы знать - жив-здоров, и все хорошо».
Словно услышав ее мысли, Ромка обновил аватарку. На снимке он был за рулем снегохода в ярко-красной куртке, надвинутой на самые глаза шапке и очках, как у лыжников.
«Красивый парень! – вздыхала Женька, вглядываясь в знакомое лицо. – Но уже не мой».
Глаз Ромкиных за очками рассмотреть не удавалось, но почему-то казалось, что грусть в них только усилилась. И кто поймет эти игры подсознания?
Наконец, устав от придирок проверяющих, Женька написала жалобу в отдел внутренних расследований: почему проверка длится больше месяца – по закону все сроки прошли, и отчего при внеплановом визите проверяют всё и вся.
На следующее утро вызвал директор.
Женька подошла в приемную и села на диванчике, ожидая, когда пригласят в кабинет. Взгляд машинально заскользил по стенам, отмечая разноцветные гирлянды, серебристые «дождики» и крашеные шишки. На столе секретаря Нади стояла небольшая искусственная елочка и гипсовые фигурки деда Мороза и Снегурочки.
- Это что уже – Новый год? – изумилась Женька. – Так быстро?!!
И перевела взгляд на календарь на стене.
«Декабрь», - гласила надпись под изображением заснеженного леса.
Красный передвижной квадратик для отмечания даты замер на цифре двадцать четыре.
- Да, неделя осталась, - вздохнула Надя, что-то чиркая в ежедневнике. – Погода совсем не новогодняя, вот оно и не чувствуется.
Женька посмотрела за окно. Ветер гнул голые ветви облетевшего клена, по стеклу барабанил унылый дождь.
- Зима в этом году какая-то неправильная! – обиженно прокомментировала Надя. – Ни снега, ни мороза – один депресняк. Наверное, глобальное потепление виновато.
«И точно – неправильная! – угрюмо согласилась про себя Женька. – Но глобальное потепление здесь совершенно ни при чем».
Наконец, Алексей Павлович пригласил войти.
В его кабинете предновогоднее декорирование тоже присутствовало, но по минимуму: несколько неярких снежинок на оконном стекле, украшенная мишурой семейная фотография на столе – легкие штрихи, не нарушающие рабочую обстановку.
Впрочем, атмосфера в кабинете была совсем нерабочей.
Директор сидел в кресле без пиджака и галстука, на его рубашке было расстегнуто на одну пуговицу больше, чем это дозволялось самыми демократическими офисными правилами.
На столе перед ним стояло блюдо с нарезанным лимоном и початая бутылка коньяка. Вторая точно такая же, но пустая, стыдливо жалась в углу к мусорному ведру.
В креслах напротив восседали те самые грымзы-проверяющие – с довольными раскрасневшимися лицами. Тетки держали в унизанных перстнями пальцах наполненные бокалы.
- О! А вот и наша Евгения! – широко улыбнулся Алексей Павлович. – Присаживайтесь.
И указал Женьке на свободный стул рядом с собой:
- Коньячку?
- Не люблю крепкие напитки, - гордо изогнула она бровь, но к столу села.
- Могу попросить Надюшу принести шампанское! – весело предложил директор.
- Спасибо! Но я за рулем, - мотнула головой Женька.
- Серьезная барышня! – одобрительно осклабилась Виктория Валерьевна. – Высокоморальная и глубокомотивированная личность.
- А умница какая! – закатила глаза Серафима Федоровна. – Нас двоих выдержала и не сломалась.
Женька с трудом сдержала язвительную усмешку и посмотрела на директора.
- Мы с дамами обсуждаем мирное решение вопроса! – понял он немой вопрос. – Так сказать, дипломатическими методами. Договорились, что Валерия Викторовна и Феодора Серафимовна…
- Виктория Валерьевна и Серафима Федоровна! – перебила одна из проверяющих и, ухватив с блюдца лимонную дольку, принялась ее воодушевленно обсасывать.
- Виктория Федоровна и Серафима Валерьевна… - попытался исправиться директор.
- Вика и Сима! – звонко рассмеялась вторая, залпом выпивая коньяк. – Леша, для тебя мы Вика и Сима, на брудершафт пили как-никак!
И обернулась к Женьке:
- Решили с Лешей, что вы отзовете жалобу, а мы, с нашей стороны, организуем чистый акт.
- Он и так чистый! – расправила плечи Женька. – У нас все правильно.
- Не сомневаюсь в вас, Евгения! – расцвел директор. – Но в деле открылись новые обстоятельства. Феодора Вик… Вика и Сима любезно сообщили, что проверка эта неспроста.
- Да-да! – подмигнула Серафима Федоровна. – Мы с Викой, можно сказать, офицеры по особым поручениям. Если нас бросили в бой, значит, на вас заказик!
- Какой еще заказик? – не поняла Женька.
- Донос или телефонное право, - снисходительно пояснила Виктория Валерьевна, качая ногой. – Кто-то желает вашему предприятию неприятностей.
- И кто?! – возмутилась Женька.
- Пока не знаем, - философски вздохнул Алексей Павлович. – Но Вика и Сима обещали выяснить.
Он наполнил бокалы себе и проверяющим и кивнул Женьке:
- Благодарю за работу, Евгения! Размер моей благодарности можете уточнить у Галины, Надя сейчас отправит приказ. Думаю, разочарованы не будете.
Бухгалтерия встретила кипящим чайником и коробкой свежайших корзиночек со сливочным кремом.
- Поздравляю с победой! – улыбнулась Галина.
- Жень, ты герой! – радостно подтвердила Сонька, раскладывая по кружкам чайные пакетики. – Уберегла родное предприятие от штрафов и раскрыла тайные планы врагов. Интересно, кто нас заказал? Конкуренты или, может, обойденные наследством родственники покойного учредителя?
- Откуда вы все знаете? – Женька с обалдевшим видом плюхнулась на стул.
- Сплетни и слухи распространяются в атмосфере со сверхсветовой скоростью! – подмигнула Галина. – А конкретнее – Надя просветила.
- Под дверью подслушивала что ли? – догадалась Женька.
- Плох тот секретарь, что не желает быть в курсе дел шефа! – глубокомысленно изрекла Сонька и потянулась за сахарницей. - Сразу надо было на хабалок жалобу писать. А ты их мышками пугала, как в детском саду! Хотя с мышками вышло отпадно: Славе рассказала, ржал, как конь. Нынче за госслужащих всерьез взялись – отдел внутренних расследований лютует. То-то тетки сразу к Палычу побежали мировую заключать.
- Раньше не за что было, - вздохнула Женька, пододвигая к себе чашку. – Документы на внеплановую проверку оформлены правильно. Вот когда со сроками затянули и начали рыться, где ни попадя, аргументы для жалобы и появились.
- Женя подошла к вопросу стратегически, - Галина, старательно сдерживая смех, щелкнула мышкой, открывая на экране какой-то документ. – Воздействовала на теток психологически, заставляя деморализованного противника совершать ошибки. А когда те разозлись так, что забыли про сроки, добила тяжелой артиллерией – отделом внутренних расследований.
- Евгения Сусанина – «Искусство корпоративных войн», - прыснула Сонька, вытаскивая из коробки пирожное. - Записывайтесь на тренинги. Промокод на скидку - слово «мышь»!
Женька, не выдержав, тоже улыбнулась.
Внезапно у нее зазвонил телефон.
- Антон?! – изумилась Женька, взглянув на экран. Но машинально ткнула «принять вызов».
- Еду в ресторан, - невозмутимо сообщил голос бывшего. – Где тебя подхватить?
- Я сейчас не могу, - ответила Женька первое, что пришло в голову. – На работе совещание. По корпоративной стратегии.
Антон недовольно фыркнул, и в трубке послышались короткие гудки.
- Антон как Антон! – язвительно прокомментировала Женька вслух, забрасывая телефон в сумочку. – Ни тебе здрасти, ни какие планы. Даже кем работаю и где не удосужился спросить!
- В следующий раз просто трубку не бери, - поморщилась Галина. – Или сразу в черный список отправь. Кстати, на приказ свой любоваться будешь? Или неинтересно?
- Интересно! – Женька поднялась со стула и заглянула в экран монитора.
Она перечитала приказ несколько раз, а указанную в нем сумму премии и вовсе гипнотизировала минут пять, боясь поверить в очевидное.
Но нет, никакой ошибки не обнаружилось: сумма цифрами соответствовала написанной прописью и была более, чем…
- Ох, ничего себе Палыч расщедрился!! – наконец, ошеломленно выдохнула она. – Я о таком и не мечтала!
- Заслужила! – уверенно припечатала Сонька и с нетерпением заглянула в глаза: - И на что потратишь?
- Даже не знаю… - Женька, все еще пребывая в растерянности, села к столу. – На дачу насос новый нужен, старый плохо качает. Или запасной комплект резины взять?
Сонька от ее слов вдруг скривилась, словно у нее заболели зубы.
- Насос, значит? – язвительно протянула она. – Комплект резины?!!
- Да, - недоуменно подтвердила Женька, подвигая к себе кружку с чаем. – Хотя еще унитаз поменять не мешало бы и…
- Все, хватит! – Сонька со злостью швырнула на блюдце недоеденную корзиночку. – Я больше не могу на это смотреть!
- Сонь… - Галина примирительно коснулась ее плеча, но Сонька гневно отбросила руку:
- Отстань, Линка! Твои методы – подождать, пока все само пройдет, не работают! Признай это, наконец. То, что происходит с Женей – как болезнь. И если вовремя не лечить, все только усугубится.
- Болезнь? – Женька непонимающе переводила взгляд с одной подруги на вторую. – У меня?!
- Да, - уверенно заявила Сонька. – Пойми, это ненормально, что молодая красивая женщина собирается потратить премию непонятно на что! И это за неделю до Нового года! За шесть дней до корпоратива!
- Какого еще корпоратива? – удивилась Женька. – Не знала, что у нас мероприятие намечается. Но какая разница, все равно не пойду – настроения нет.
- А я что говорила? – Сонька с многозначительным видом толкнула Галину в бок. – Уже запустили. Случай тяжелый, но не безнадежный.
А потом обернулась к Женьке и широко улыбнулась:
- Значит так, подруга. Никаких насосов и колесов. И уж, тем более, унитазов. Завтра едем покупать тебе платье и туфли для корпоратива. Ты идешь, это не обсуждается. И… Короче, терапия будет комплексной и интенсивной.
На следующий день Женька и Соня после работы поехали в торговый центр.
Здесь уже все сверкало, блестело, искрило и переливалось: разрисованные витрины, фонарики и свечи, олени и гномы, объявления о скидках и акциях. Несмотря на то, что погода окончательно застряла в ноябрьской слякоти, Москва была готова к встрече Нового года.
Женька глазела по сторонам и не могла понять собственных чувств: вроде и красиво, и ярко, и феерично, но чего-то не хватает.
Платьев перемеряла с десяток, но ни одно ей не понравилось. Нет, на вешалке все выглядели идеально! Но стоило надеть, сразу самый яркий и экстравагантный наряд становился скучным и унылым.
Наконец, Сонька притащила в примерочную изумрудное с серебром платье. У него было нескромное декольте, вызывающее в памяти портреты светских дам девятнадцатого века, пышная юбка до колен с несколькими жесткими подъюбниками, держащими форму. Изюминкой платья была тоненькая шнуровка спереди – от лифа до самого низа.
Женька без особого энтузиазма влезла в платье. Сонька подтянула шнуровку, приподняв пышную грудь подруги и подчеркнув ее тонкую талию.
- Шикарно! – восторженно поцокала языком, осмотрев Женьку со всех сторон. – Волшебница изумрудного города! Один минус – эти древние застежки и корсеты. Знаешь, почему в старину такая строгая мораль была?
- И почему? – удивилась Женька.
- Потому, что пока наряды расшнуруешь и снимешь, десять раз передумать можно! Слава с моим свадебным платьем полчаса провозился, аж вспотел. Так это законный муж, ему деваться некуда. А потенциальный любовник может так потенциальным и остаться – пока шнуровку победит, то и потенция закончится.
Женька невольно улыбнулась.
Сонька оглядела ее еще раз и решительно мотнула головой:
- Нет, не подходит. Давай еще что-нибудь померяем.
И отдернула шторку кабинки.
Женька провела по платью ладонями – оно сидело плотно-плотно, как вторая кожа:
- И как это снимать?
- Очень просто! – перед кабинкой внезапно появилась молоденькая продавщица, похожая на куклу Барби: - Застежка здесь необычная, с секретом. Если нужно быстро раздеться – достаточно потянуть вот тут…
Наманикюренный пальчик подцепил еле заметную петельку на талии. И… о чудо!.. серебристый шнурок, свернувшись змейкой, лег в ее ладонь. А платье разделилось спереди на две половины, разъехавшиеся в стороны, как полы халата.
- Ух ты, круто!! – воодушевилась Сонька. – А обратно как? Тоже – чик и готово?
- Чтобы вернуть первоначальный вид, придется шнуровать, - честно признала продавщица. – А если просто застегнуть – внизу потайная молния.
Она ловко соединила две полы и потянула бегунок вверх:
- Не так эксклюзивно, но тоже красиво.
- Берем! – довольно улыбнулась Сонька и наградила подругу презагадочным взглядом. – То, что надо – прямо, как по заказу.
- Сонь, ты что имеешь в виду? – Женька отдала платье продавщице и напряженно засопела.
- То самое! – подождав, пока «Барби» отойдет к кассе, подмигнула подруга. – Новый год, корпоративная вечеринка. Офисные мужички подопьют, осмелеют, глядишь, найдется бесстрашный рыцарь, что развеселит нашу царевну Несмеяну. Чтобы от смеха аж с кровати упала! А он бы ее на полу еще раз развеселил.
- Фу, пошлятина какая! – поморщилась Женька и решительно натянула юбку, в которой пришла. – Больше ничего мерять не буду, и платье это подозрительное не хочу. Все равно на корпоратив не пойду, только разврата не хватало.
- Сусанина!! – Сонька аж задохнулась от возмущения. – У тебя от этого Ромы совсем кукуха поехала! Я шучу, понимаешь? Как обычно, в нашем стиле.
Тетки инстинктивно попятились на край стола, тот угрожающе заскрипел.
- Женя… Женечка! – взмолилась Серафима Федоровна. – Убери, пожалуйста… это!
- Не Женечка, а Евгения Александровна! – четко выговорила Женька. – И кофе вам больше носить не буду. Вы пришли сюда на проверку? Вот и проверяйте: спокойно и основательно. Что не нравится – пишите замечания. А я буду вам возражать. По Закону. Все понятно?
Тетки синхронно закивали. Женька довольно улыбнулась и посадила мышонка обратно в коробку. Потом поймала двух его собратьев и отправила туда же:
- Не бойтесь, маленькие! Все закончилось. Сейчас вас дядя Рома вывезет в лес и отпустит на свободу.
Глава 13. Война, победа и комплексная терапия
А дальше пошла война не на живот, а на смерть.
Тетки затаили обиду и принялись рыть всерьез, как сорвавшиеся с цепи голодные собаки-ищейки. Цеплялись к каждой букве, к каждой запятой, требовали бесконечных объяснений, доказательств, расшифровок, выборок и прочей подобной мути.
Женька каждый день сидела на работе до ночи: делала ксерокопии, распечатки, аналитические таблицы. Изучала законы, подзаконные акты, официальные толкования и комментарии экспертов, штудировала арбитражную практику.
Воспользовавшись предлогом, окончательно съехала от родителей и перебралась на Сонькину квартиру – оттуда было ближе до работы. Да и настроения не было слышать бесконечные мамины вздохи и туманные намеки на скорое устройство дочкиной судьбы.
Галина и Сонька поддерживали подругу морально и подсовывали шоколадки «для подкормки мозга».
- Скоро в двери не пролезу! – укоризненно вздыхала Женька, шурша оберткой. Но в результате наоборот похудела на два килограмма. От нервов.
Про Ромку не забылось. Несмотря на усталость, напряг и хронический недосып. Злость и обида на него прошли, осталась лишь тоска – серая и бесформенная, как слежавшаяся пыль.
На свою страничку в соцсети он не заглядывал уже целых два месяца, и это вызывало у Женьки нарастающую тревогу.
«Неужели трудно показаться! – удрученно думала она. – Просто, чтобы знать - жив-здоров, и все хорошо».
Словно услышав ее мысли, Ромка обновил аватарку. На снимке он был за рулем снегохода в ярко-красной куртке, надвинутой на самые глаза шапке и очках, как у лыжников.
«Красивый парень! – вздыхала Женька, вглядываясь в знакомое лицо. – Но уже не мой».
Глаз Ромкиных за очками рассмотреть не удавалось, но почему-то казалось, что грусть в них только усилилась. И кто поймет эти игры подсознания?
Наконец, устав от придирок проверяющих, Женька написала жалобу в отдел внутренних расследований: почему проверка длится больше месяца – по закону все сроки прошли, и отчего при внеплановом визите проверяют всё и вся.
На следующее утро вызвал директор.
Женька подошла в приемную и села на диванчике, ожидая, когда пригласят в кабинет. Взгляд машинально заскользил по стенам, отмечая разноцветные гирлянды, серебристые «дождики» и крашеные шишки. На столе секретаря Нади стояла небольшая искусственная елочка и гипсовые фигурки деда Мороза и Снегурочки.
- Это что уже – Новый год? – изумилась Женька. – Так быстро?!!
И перевела взгляд на календарь на стене.
«Декабрь», - гласила надпись под изображением заснеженного леса.
Красный передвижной квадратик для отмечания даты замер на цифре двадцать четыре.
- Да, неделя осталась, - вздохнула Надя, что-то чиркая в ежедневнике. – Погода совсем не новогодняя, вот оно и не чувствуется.
Женька посмотрела за окно. Ветер гнул голые ветви облетевшего клена, по стеклу барабанил унылый дождь.
- Зима в этом году какая-то неправильная! – обиженно прокомментировала Надя. – Ни снега, ни мороза – один депресняк. Наверное, глобальное потепление виновато.
«И точно – неправильная! – угрюмо согласилась про себя Женька. – Но глобальное потепление здесь совершенно ни при чем».
Наконец, Алексей Павлович пригласил войти.
В его кабинете предновогоднее декорирование тоже присутствовало, но по минимуму: несколько неярких снежинок на оконном стекле, украшенная мишурой семейная фотография на столе – легкие штрихи, не нарушающие рабочую обстановку.
Впрочем, атмосфера в кабинете была совсем нерабочей.
Директор сидел в кресле без пиджака и галстука, на его рубашке было расстегнуто на одну пуговицу больше, чем это дозволялось самыми демократическими офисными правилами.
На столе перед ним стояло блюдо с нарезанным лимоном и початая бутылка коньяка. Вторая точно такая же, но пустая, стыдливо жалась в углу к мусорному ведру.
В креслах напротив восседали те самые грымзы-проверяющие – с довольными раскрасневшимися лицами. Тетки держали в унизанных перстнями пальцах наполненные бокалы.
- О! А вот и наша Евгения! – широко улыбнулся Алексей Павлович. – Присаживайтесь.
И указал Женьке на свободный стул рядом с собой:
- Коньячку?
- Не люблю крепкие напитки, - гордо изогнула она бровь, но к столу села.
- Могу попросить Надюшу принести шампанское! – весело предложил директор.
- Спасибо! Но я за рулем, - мотнула головой Женька.
- Серьезная барышня! – одобрительно осклабилась Виктория Валерьевна. – Высокоморальная и глубокомотивированная личность.
- А умница какая! – закатила глаза Серафима Федоровна. – Нас двоих выдержала и не сломалась.
Женька с трудом сдержала язвительную усмешку и посмотрела на директора.
- Мы с дамами обсуждаем мирное решение вопроса! – понял он немой вопрос. – Так сказать, дипломатическими методами. Договорились, что Валерия Викторовна и Феодора Серафимовна…
- Виктория Валерьевна и Серафима Федоровна! – перебила одна из проверяющих и, ухватив с блюдца лимонную дольку, принялась ее воодушевленно обсасывать.
- Виктория Федоровна и Серафима Валерьевна… - попытался исправиться директор.
- Вика и Сима! – звонко рассмеялась вторая, залпом выпивая коньяк. – Леша, для тебя мы Вика и Сима, на брудершафт пили как-никак!
И обернулась к Женьке:
- Решили с Лешей, что вы отзовете жалобу, а мы, с нашей стороны, организуем чистый акт.
- Он и так чистый! – расправила плечи Женька. – У нас все правильно.
- Не сомневаюсь в вас, Евгения! – расцвел директор. – Но в деле открылись новые обстоятельства. Феодора Вик… Вика и Сима любезно сообщили, что проверка эта неспроста.
- Да-да! – подмигнула Серафима Федоровна. – Мы с Викой, можно сказать, офицеры по особым поручениям. Если нас бросили в бой, значит, на вас заказик!
- Какой еще заказик? – не поняла Женька.
- Донос или телефонное право, - снисходительно пояснила Виктория Валерьевна, качая ногой. – Кто-то желает вашему предприятию неприятностей.
- И кто?! – возмутилась Женька.
- Пока не знаем, - философски вздохнул Алексей Павлович. – Но Вика и Сима обещали выяснить.
Он наполнил бокалы себе и проверяющим и кивнул Женьке:
- Благодарю за работу, Евгения! Размер моей благодарности можете уточнить у Галины, Надя сейчас отправит приказ. Думаю, разочарованы не будете.
Бухгалтерия встретила кипящим чайником и коробкой свежайших корзиночек со сливочным кремом.
- Поздравляю с победой! – улыбнулась Галина.
- Жень, ты герой! – радостно подтвердила Сонька, раскладывая по кружкам чайные пакетики. – Уберегла родное предприятие от штрафов и раскрыла тайные планы врагов. Интересно, кто нас заказал? Конкуренты или, может, обойденные наследством родственники покойного учредителя?
- Откуда вы все знаете? – Женька с обалдевшим видом плюхнулась на стул.
- Сплетни и слухи распространяются в атмосфере со сверхсветовой скоростью! – подмигнула Галина. – А конкретнее – Надя просветила.
- Под дверью подслушивала что ли? – догадалась Женька.
- Плох тот секретарь, что не желает быть в курсе дел шефа! – глубокомысленно изрекла Сонька и потянулась за сахарницей. - Сразу надо было на хабалок жалобу писать. А ты их мышками пугала, как в детском саду! Хотя с мышками вышло отпадно: Славе рассказала, ржал, как конь. Нынче за госслужащих всерьез взялись – отдел внутренних расследований лютует. То-то тетки сразу к Палычу побежали мировую заключать.
- Раньше не за что было, - вздохнула Женька, пододвигая к себе чашку. – Документы на внеплановую проверку оформлены правильно. Вот когда со сроками затянули и начали рыться, где ни попадя, аргументы для жалобы и появились.
- Женя подошла к вопросу стратегически, - Галина, старательно сдерживая смех, щелкнула мышкой, открывая на экране какой-то документ. – Воздействовала на теток психологически, заставляя деморализованного противника совершать ошибки. А когда те разозлись так, что забыли про сроки, добила тяжелой артиллерией – отделом внутренних расследований.
- Евгения Сусанина – «Искусство корпоративных войн», - прыснула Сонька, вытаскивая из коробки пирожное. - Записывайтесь на тренинги. Промокод на скидку - слово «мышь»!
Женька, не выдержав, тоже улыбнулась.
Внезапно у нее зазвонил телефон.
- Антон?! – изумилась Женька, взглянув на экран. Но машинально ткнула «принять вызов».
- Еду в ресторан, - невозмутимо сообщил голос бывшего. – Где тебя подхватить?
- Я сейчас не могу, - ответила Женька первое, что пришло в голову. – На работе совещание. По корпоративной стратегии.
Антон недовольно фыркнул, и в трубке послышались короткие гудки.
- Антон как Антон! – язвительно прокомментировала Женька вслух, забрасывая телефон в сумочку. – Ни тебе здрасти, ни какие планы. Даже кем работаю и где не удосужился спросить!
- В следующий раз просто трубку не бери, - поморщилась Галина. – Или сразу в черный список отправь. Кстати, на приказ свой любоваться будешь? Или неинтересно?
- Интересно! – Женька поднялась со стула и заглянула в экран монитора.
Она перечитала приказ несколько раз, а указанную в нем сумму премии и вовсе гипнотизировала минут пять, боясь поверить в очевидное.
Но нет, никакой ошибки не обнаружилось: сумма цифрами соответствовала написанной прописью и была более, чем…
- Ох, ничего себе Палыч расщедрился!! – наконец, ошеломленно выдохнула она. – Я о таком и не мечтала!
- Заслужила! – уверенно припечатала Сонька и с нетерпением заглянула в глаза: - И на что потратишь?
- Даже не знаю… - Женька, все еще пребывая в растерянности, села к столу. – На дачу насос новый нужен, старый плохо качает. Или запасной комплект резины взять?
Сонька от ее слов вдруг скривилась, словно у нее заболели зубы.
- Насос, значит? – язвительно протянула она. – Комплект резины?!!
- Да, - недоуменно подтвердила Женька, подвигая к себе кружку с чаем. – Хотя еще унитаз поменять не мешало бы и…
- Все, хватит! – Сонька со злостью швырнула на блюдце недоеденную корзиночку. – Я больше не могу на это смотреть!
- Сонь… - Галина примирительно коснулась ее плеча, но Сонька гневно отбросила руку:
- Отстань, Линка! Твои методы – подождать, пока все само пройдет, не работают! Признай это, наконец. То, что происходит с Женей – как болезнь. И если вовремя не лечить, все только усугубится.
- Болезнь? – Женька непонимающе переводила взгляд с одной подруги на вторую. – У меня?!
- Да, - уверенно заявила Сонька. – Пойми, это ненормально, что молодая красивая женщина собирается потратить премию непонятно на что! И это за неделю до Нового года! За шесть дней до корпоратива!
- Какого еще корпоратива? – удивилась Женька. – Не знала, что у нас мероприятие намечается. Но какая разница, все равно не пойду – настроения нет.
- А я что говорила? – Сонька с многозначительным видом толкнула Галину в бок. – Уже запустили. Случай тяжелый, но не безнадежный.
А потом обернулась к Женьке и широко улыбнулась:
- Значит так, подруга. Никаких насосов и колесов. И уж, тем более, унитазов. Завтра едем покупать тебе платье и туфли для корпоратива. Ты идешь, это не обсуждается. И… Короче, терапия будет комплексной и интенсивной.
На следующий день Женька и Соня после работы поехали в торговый центр.
Здесь уже все сверкало, блестело, искрило и переливалось: разрисованные витрины, фонарики и свечи, олени и гномы, объявления о скидках и акциях. Несмотря на то, что погода окончательно застряла в ноябрьской слякоти, Москва была готова к встрече Нового года.
Женька глазела по сторонам и не могла понять собственных чувств: вроде и красиво, и ярко, и феерично, но чего-то не хватает.
Платьев перемеряла с десяток, но ни одно ей не понравилось. Нет, на вешалке все выглядели идеально! Но стоило надеть, сразу самый яркий и экстравагантный наряд становился скучным и унылым.
Наконец, Сонька притащила в примерочную изумрудное с серебром платье. У него было нескромное декольте, вызывающее в памяти портреты светских дам девятнадцатого века, пышная юбка до колен с несколькими жесткими подъюбниками, держащими форму. Изюминкой платья была тоненькая шнуровка спереди – от лифа до самого низа.
Женька без особого энтузиазма влезла в платье. Сонька подтянула шнуровку, приподняв пышную грудь подруги и подчеркнув ее тонкую талию.
- Шикарно! – восторженно поцокала языком, осмотрев Женьку со всех сторон. – Волшебница изумрудного города! Один минус – эти древние застежки и корсеты. Знаешь, почему в старину такая строгая мораль была?
- И почему? – удивилась Женька.
- Потому, что пока наряды расшнуруешь и снимешь, десять раз передумать можно! Слава с моим свадебным платьем полчаса провозился, аж вспотел. Так это законный муж, ему деваться некуда. А потенциальный любовник может так потенциальным и остаться – пока шнуровку победит, то и потенция закончится.
Женька невольно улыбнулась.
Сонька оглядела ее еще раз и решительно мотнула головой:
- Нет, не подходит. Давай еще что-нибудь померяем.
И отдернула шторку кабинки.
Женька провела по платью ладонями – оно сидело плотно-плотно, как вторая кожа:
- И как это снимать?
- Очень просто! – перед кабинкой внезапно появилась молоденькая продавщица, похожая на куклу Барби: - Застежка здесь необычная, с секретом. Если нужно быстро раздеться – достаточно потянуть вот тут…
Наманикюренный пальчик подцепил еле заметную петельку на талии. И… о чудо!.. серебристый шнурок, свернувшись змейкой, лег в ее ладонь. А платье разделилось спереди на две половины, разъехавшиеся в стороны, как полы халата.
- Ух ты, круто!! – воодушевилась Сонька. – А обратно как? Тоже – чик и готово?
- Чтобы вернуть первоначальный вид, придется шнуровать, - честно признала продавщица. – А если просто застегнуть – внизу потайная молния.
Она ловко соединила две полы и потянула бегунок вверх:
- Не так эксклюзивно, но тоже красиво.
- Берем! – довольно улыбнулась Сонька и наградила подругу презагадочным взглядом. – То, что надо – прямо, как по заказу.
- Сонь, ты что имеешь в виду? – Женька отдала платье продавщице и напряженно засопела.
- То самое! – подождав, пока «Барби» отойдет к кассе, подмигнула подруга. – Новый год, корпоративная вечеринка. Офисные мужички подопьют, осмелеют, глядишь, найдется бесстрашный рыцарь, что развеселит нашу царевну Несмеяну. Чтобы от смеха аж с кровати упала! А он бы ее на полу еще раз развеселил.
- Фу, пошлятина какая! – поморщилась Женька и решительно натянула юбку, в которой пришла. – Больше ничего мерять не буду, и платье это подозрительное не хочу. Все равно на корпоратив не пойду, только разврата не хватало.
- Сусанина!! – Сонька аж задохнулась от возмущения. – У тебя от этого Ромы совсем кукуха поехала! Я шучу, понимаешь? Как обычно, в нашем стиле.
