Виттена задумалась – жить вечной пленницей Зимней феи ей совсем не хотелось, и как убедить фею, что цветок и сам будет расти – тоже не знает. Да вдруг вспомнился подарок бабули Шиклены – платочек белый.
- Прошу, отведи меня к госпоже, - попросила она духа. – Знаю я, как освободиться.
Бадау молча взял девушку на руки.
- Отчего ты меня всё время носишь? Я и сама ходить могу, - удивилась она.
- Каждый шаг здесь силу твою тянет, - нехотя ответил снежный дух, - а я, как ты помнишь, теплом человеческим с тобой могу поделиться.
Хотелось ещё спросить, зачем он опять помогает, ведь и сам был бы рад, останься Виттена навсегда в ледяном дворце. Только вот смелости на это не хватило. Фея была в саду. Сидя на обледеневшей скамье, она любовалась припорошённым снегом цветком. Виттене фея улыбнулась так ласково, точно дорогую гостью приветствовала.
- Госпожа, - заговорила девушка, - отчего не отпускаете вы меня домой?
- А ты сама-то хочешь этого? – фея склонила набок белокурую головку и прищурилась.
- Как не хотеть? Дома меня родители ждут, сестра.
- Скажи, а сестре подарок-то понравился? – перебила фея.
- Нет, не по душе ей зеркало пришлось. Я её о том предупреждала, а она не стала слушаться. Вот и… - Виттена развела руками.
- Но ты лишь своё отражение видела, правда? Это значит, сила в тебе есть чистая и светлая. Не хочу я, чтобы люди и твою душу запятнали. Оставайся со мной, подругой моей станешь.
- Не могу я, госпожа, не место человеку живому в ваших чертогах ледяных.
- И то верно, а убить тебя я не могу – Бадау этого не оценит. Не так ли?
Виттена не знала, что ответил дух, но ей вдруг стало очень страшно.
- Что ж, отпущу, - вдруг решила фея. – Но должна ты будешь ко мне возвращаться каждый год в начале зимы, чтобы цветок силой напитать.
- И этого обещать я не могу, госпожа. Кто знает, как жизнь моя сложится? Но могу я вещицу одну вам передать, в которой тепло и сила мои останутся, – с этими словами Виттена достала платочек, который дала ей бабуля Шиклена.
Взглянула фея, работу свою признала. И видно, что спросить хочет, а не спрашивает.
- Живёт в селении моём сказительница, сколько ей лет – никто точно и не знает, - тихо проговорила Виттена. – Она мне платочек этот дала, вам передать велела.
- Вот оно как, - задумчиво ответила фея. – Для меня несколько зим всего прошло, а она уж и годы считать перестала. Редко кто мне по душе приходится, чтобы подарки им даровать. Ты да ещё несколько девушек. Да только первый раз мне памятку такую прислали. Что ж, возвращайся, держать не буду. А что понадобится – выйди в лес, позови Бадау, а уж он мне просьбу твою передаст.
Поклонилась Виттена низко фее – в благодарность за приют и заботу. Мигом домчал её снежный дух до околицы. Только прощаться не торопится, руки тёплые держит, а глаза звёздами кажутся.
- Спасибо и тебе, дух снежный, - прошептала Виттена и глаза спрятала.
- Не благодари, девица, я с тобой себя впервые живым почувствовал. Кажется, будь у меня сердце – тебе бы его отдал, но откуда у снега ему взяться?
- Ты лучше многих, в ком сердце бьётся. Скольких парней ни встречала, а ни один с тобой не сравнится.
Коснулся дух пальцем одним щеки заалевшей, губ дрожащих, а потом и сам склонился к девушке.
Сказывала бабуля Шиклена, что поцелуй духа жизненное тепло всё до капли забрать может, да не холодно Виттене, жарко от прикосновений ледяных. Раствориться в них хочется, стать одним целым.
- Никогда я тебя не забуду, сердце моё, - ласково проговорил дух, отступая на шаг. – Но права ты: не место людям в царстве зимнем.
- Так иди ты со мной! – вдруг сказала Виттена.
- И мне недолго с тобой рядом быть доведётся. Солнце – враг мой. Но едва придут на землю снега и метели – тогда и жди меня в гости.
- Я дождусь, – пообещала девушка, обнимая мужчину, постепенно обращающегося метелью.
На сей раз в селении долго не верили, что это Виттена из леса вернулась – уж не одна неделя с момента её исчезновения прошла. Женихи больше не смотрели на девушку, самой зимой избранную – боялись её силы. Мать с отцом тоже на дочь с опаской косились, а та с первого снега по последнего сугроба всё в лесу пропадала, только к ночи домой возвращалась. Поговаривали, что дружит Виттена с нечистой силой, что есть у неё муж вольный, да только шептались все за спиною, в лицо никто высказать не осмелился.
Когда пришло время бабуле Шиклене отправляться к предкам, домик и её место сказительницы заняла Виттена. Повествовала она детям малым о чудесах зимнего леса, говорила о печальной Зимней фее, учила со снежными волками договариваться. Зеркальце заветное, ледяное, хранила пуще собственной жизни. А когда пришли и к ней такие годы, что и возраста своего не упомнить, оставила Виттена избушку свою девушке иной, из Зачарованного леса вернувшейся, и ушла по знакомой тропинке в лес.
Какой-то мальчишка, следивший за едва ковыляющей старухой, потом сказывал: только оказалась она под сенью Зачарованного леса, стала вдруг молодой да красивой. Вышел к ней из самой чащи волк белый и мужчиной оборотился. А потом взял сказительницу за руку и за собой повёл. И чем дальше они шли, тем больше напоминали просто два снежных смерча. Это потом уже новая сказительница поведала – дождался снежный дух Бадау свою любимую. Правда, ни мальчишке, ни сказочнице никто не поверил, а Зимняя фея секреты своих владений не каждому доверяет.
Ледяное же зеркальце так и не нашли, будто его и не было.
- Прошу, отведи меня к госпоже, - попросила она духа. – Знаю я, как освободиться.
Бадау молча взял девушку на руки.
- Отчего ты меня всё время носишь? Я и сама ходить могу, - удивилась она.
- Каждый шаг здесь силу твою тянет, - нехотя ответил снежный дух, - а я, как ты помнишь, теплом человеческим с тобой могу поделиться.
Хотелось ещё спросить, зачем он опять помогает, ведь и сам был бы рад, останься Виттена навсегда в ледяном дворце. Только вот смелости на это не хватило. Фея была в саду. Сидя на обледеневшей скамье, она любовалась припорошённым снегом цветком. Виттене фея улыбнулась так ласково, точно дорогую гостью приветствовала.
- Госпожа, - заговорила девушка, - отчего не отпускаете вы меня домой?
- А ты сама-то хочешь этого? – фея склонила набок белокурую головку и прищурилась.
- Как не хотеть? Дома меня родители ждут, сестра.
- Скажи, а сестре подарок-то понравился? – перебила фея.
- Нет, не по душе ей зеркало пришлось. Я её о том предупреждала, а она не стала слушаться. Вот и… - Виттена развела руками.
- Но ты лишь своё отражение видела, правда? Это значит, сила в тебе есть чистая и светлая. Не хочу я, чтобы люди и твою душу запятнали. Оставайся со мной, подругой моей станешь.
- Не могу я, госпожа, не место человеку живому в ваших чертогах ледяных.
- И то верно, а убить тебя я не могу – Бадау этого не оценит. Не так ли?
Виттена не знала, что ответил дух, но ей вдруг стало очень страшно.
- Что ж, отпущу, - вдруг решила фея. – Но должна ты будешь ко мне возвращаться каждый год в начале зимы, чтобы цветок силой напитать.
- И этого обещать я не могу, госпожа. Кто знает, как жизнь моя сложится? Но могу я вещицу одну вам передать, в которой тепло и сила мои останутся, – с этими словами Виттена достала платочек, который дала ей бабуля Шиклена.
Взглянула фея, работу свою признала. И видно, что спросить хочет, а не спрашивает.
- Живёт в селении моём сказительница, сколько ей лет – никто точно и не знает, - тихо проговорила Виттена. – Она мне платочек этот дала, вам передать велела.
- Вот оно как, - задумчиво ответила фея. – Для меня несколько зим всего прошло, а она уж и годы считать перестала. Редко кто мне по душе приходится, чтобы подарки им даровать. Ты да ещё несколько девушек. Да только первый раз мне памятку такую прислали. Что ж, возвращайся, держать не буду. А что понадобится – выйди в лес, позови Бадау, а уж он мне просьбу твою передаст.
Поклонилась Виттена низко фее – в благодарность за приют и заботу. Мигом домчал её снежный дух до околицы. Только прощаться не торопится, руки тёплые держит, а глаза звёздами кажутся.
- Спасибо и тебе, дух снежный, - прошептала Виттена и глаза спрятала.
- Не благодари, девица, я с тобой себя впервые живым почувствовал. Кажется, будь у меня сердце – тебе бы его отдал, но откуда у снега ему взяться?
- Ты лучше многих, в ком сердце бьётся. Скольких парней ни встречала, а ни один с тобой не сравнится.
Коснулся дух пальцем одним щеки заалевшей, губ дрожащих, а потом и сам склонился к девушке.
Сказывала бабуля Шиклена, что поцелуй духа жизненное тепло всё до капли забрать может, да не холодно Виттене, жарко от прикосновений ледяных. Раствориться в них хочется, стать одним целым.
- Никогда я тебя не забуду, сердце моё, - ласково проговорил дух, отступая на шаг. – Но права ты: не место людям в царстве зимнем.
- Так иди ты со мной! – вдруг сказала Виттена.
- И мне недолго с тобой рядом быть доведётся. Солнце – враг мой. Но едва придут на землю снега и метели – тогда и жди меня в гости.
- Я дождусь, – пообещала девушка, обнимая мужчину, постепенно обращающегося метелью.
На сей раз в селении долго не верили, что это Виттена из леса вернулась – уж не одна неделя с момента её исчезновения прошла. Женихи больше не смотрели на девушку, самой зимой избранную – боялись её силы. Мать с отцом тоже на дочь с опаской косились, а та с первого снега по последнего сугроба всё в лесу пропадала, только к ночи домой возвращалась. Поговаривали, что дружит Виттена с нечистой силой, что есть у неё муж вольный, да только шептались все за спиною, в лицо никто высказать не осмелился.
Когда пришло время бабуле Шиклене отправляться к предкам, домик и её место сказительницы заняла Виттена. Повествовала она детям малым о чудесах зимнего леса, говорила о печальной Зимней фее, учила со снежными волками договариваться. Зеркальце заветное, ледяное, хранила пуще собственной жизни. А когда пришли и к ней такие годы, что и возраста своего не упомнить, оставила Виттена избушку свою девушке иной, из Зачарованного леса вернувшейся, и ушла по знакомой тропинке в лес.
Какой-то мальчишка, следивший за едва ковыляющей старухой, потом сказывал: только оказалась она под сенью Зачарованного леса, стала вдруг молодой да красивой. Вышел к ней из самой чащи волк белый и мужчиной оборотился. А потом взял сказительницу за руку и за собой повёл. И чем дальше они шли, тем больше напоминали просто два снежных смерча. Это потом уже новая сказительница поведала – дождался снежный дух Бадау свою любимую. Правда, ни мальчишке, ни сказочнице никто не поверил, а Зимняя фея секреты своих владений не каждому доверяет.
Ледяное же зеркальце так и не нашли, будто его и не было.
