Я привыкла к другим архивам. Это была первоклассная библиотека в моем личном пользовании, на какое-то время, безусловно. Пройдя мимо немалого количества, полок мы вышли к небольшому, свободному пространству. На полу лежал ковер, в центре письменный стол, пара кресел и удобный диван.
– Все в твоем распоряжение, запретных зон нет, – отметил он, чем сразу меня насторожил. В таким месте и нет запретных зон? Значит здесь или действительно ничего не хотят скрывать от меня или это важное, просто убрали отсюда. – Может ты уже передумала искать пути отступления? – не упускал Сабит шанса, оставить все как есть и плыть по течению. – Тогда ты можешь просто хорошо провести здесь время.
– Нет, спасибо. Я пришла работать, – Сабит странно улыбнулся, но я не предала этому значения.
– Ты ведь знаешь как работать с каталогами? – спросил он и я согласно кивнула. – Они в ящиках письменного стола. Законы, реформы, уставы, соглашения и прочие важные государственные бумаги, учтены в двух нижних ящиках.
– Спасибо! – бросила я через плечо уже направляясь к столу. Погрузившись в изучение каталогов, я не слышала как Сабит ушел. Мой мозг переключился в другой режим работы. Мне нужно обработать множество информации и найти ответы на свои вопросы. Собрав вокруг себя стопки книг и папок я погрузилась в те времена когда все это, только закладывалось и начинало свою историю.
Когда глаза уже слезились от текстов и в них двоилось я позволила себе прерваться. Выйдя из-за стола, попыталась отыскать часы, которых нигде не было. Я усомнилась в своем внутреннем хронометре и все же вызвала лифт. По памяти дойдя до кабинета Сабита, я распахнула тихонько тяжелую дверь. Горела настольная лампа, в кабинете никого, но из зала доносились голоса. Тихо оглянувшись и сняв тапочки я прошлась по коридору к залу заседаний. Сабит сидел во главе стола, голова склонена над грудой документов. Сабит был не одинок в кабинете еще присутствовали несколько человек, они тихо что-то обсуждали, а Сабит был увлечен бумагами. Я тихо отступила в темноту кабинета и вернулась к книжным полкам. Еще утром я заметила книги, которые совсем не походили на книги. Подставив стул и добравшись до верхней полки я вытянула на себя те самые ненастоящие книги. Меня учили этому. найти невидимое и спрятанное на виду. Меня учил мой отец, ориентироваться в темноте в любом помещение, и искать быстро то, что люди пытаются скрыть от глаз окружающих. Этот тайник Сабита, не совсем грамотный, так как найти его не составит труда, а вскрыть и подавно. В ванной я нашла пилочку, а на письменном столе Сабита стянула нож для бумаги. Замок сейфа открылся спустя две минуты. Сверху лежал мой старый томик Шекспира, в зеленом льняном переплете. Отец подарил мне его на десятилетие , я зачитывала его до дыр и корешок совсем развалился. В нем были мои пометки побледневшие от времени и мой запах еле уловимый, но он был. Прижав его к груди, я заплакала. Это единственная физическая вещь, связывающая меня с моим папой. Он держал ее в руках, переплет впитал его отпечатки пальцев, он выбирал ее для меня, на мой день рождения. Кроме него больше никто, не помнил о моем дне рождения, который кстати был два дня назад. Слезы пролились горькими каплями на зеленый, полинявший лен и опустив взгляд в сейф, я заледенела всем своим нутром. Стопка фотографий, и на них была я. Все повреждения нанесенные мне Изи были здесь, в моих руках. Углубившись в изучении сожержимого, помимо фото я нашла заключения врачей, обо все что Изи сделал. Сейчас я дер в руках первое весомое доказательство преступления Изи и Сабита в своих руках. Это было намного больше чем мое слово или шрамы на моем теле. Это было намного больше. И держа это драгоценное доказательство в руках, я испугалась. Испугалась обнародовать, тот факт что есть база, на которой я могу основать свои притязания касательно судьбы Изи и Сабита. Испугалась, что меня могут не услышать, а просто уничтожат меня и эти фотографии и никто, никогда ничего не узнает. Как бы мне не хотелось забрать сейчас все содержимое сейфа, я не могла поступить так импульсивно и безрассудно. Вернув все обратно, я вышла из ванной убрав сейф и стул на места.
Сабит сидел за столом, хмуря брови склонившись над бумагами. Неожиданно он поднял глаза и наши взгляды встретились. Меня поймали за любованием им и его глаза говорили мне, что он видит как я на него смотрю, что я вижу смотря на него. Он действительно читал меня как книгу, я не была для него загадкой. Ни мой неожиданный румянец, ни мое торопливое смущение, ни мой учащенный пульс при виде его легкой улыбки. Я знаю что он моя пропасть, в которую я падаю и кажется, падала всегда и он моя погибель.
Мужчины окружавшие Сабита, замерли. Один из них поклонился заметив меня. Я позволила себе не стоять прямой палкой по середине прохода, а по обычному прислонилась плечом к дверному косяку, сложив руки перед собой.
– Госпожа, добрый вечер! Приношу свои искренние извинения, за задержку.
– Я не хотела мешать.
– Теперь я знаю как их выгонять, – Сабит улыбнулся, он был каким-то домашним и теплым, в груди щемило от накатывающей нежности к нему и страха, что все слишком сильно и зыбко. Один неверный шаг по тонкому стеклу и оно пойдет трещинами.
– Который час? – все же пряча глаза спросила я.
– Полночь.
– Полночь? – удивилась я. – Почему Нуртен меня не позвала?
– День был слишком загружен. У меня не было времени на перерывы. Как твои поиски?
– Я обязательно найду то что мне нужно, – на этих словах моя кожа соприкоснувшаяся с фотографиями горела огнем. Я испытала минутный триумф позволив себе улыбнуться Сабиту.
– Ищи, – загадочно улыбнувшись произнес Сабит и откинулся на спинку стула, выпрямив спину.
– Ты что то знаешь, но не хочешь мне говорить? – я по-своему расценила его улыбку и расслабленность.
– Нет! – не прекращая улыбаться уверил он меня. – Я рад, что ты тут и мне не нужно бегать за тобой и я могу спокойно заняться важными делами. – ауч! Это было неприятно. – Одной проблемой меньше. Ты готова пойти спать? – если честно спать совсем не хотелось, но его предложение прозвучало слишком буднично, как будто мы были супругами на протяжение многих лет и я пришла оторвать его от работы и уложить в конце концов спать.
– А почему больше нет соглядатаев? – осмотрев пустой зал совещаний уточнила я. Сабит засмеялся.
– Священнослужителя позабавит то, как ты его прозвала. Я настоял, прекратить смущать нас и дал слово, что не трону тебя пальцем, – он замер, смотря на меня немигающим взглядом.
– Ты так самонадеян? – вздернув брови подцепила я его, намеренно провоцируя. Я любила играть с ним в эту игру. Ведь играть у меня получалось лучше всего. Вчера он провоцировал меня и слишком умело, сейчас я вспыхнула и желала вернуть должок.
– Не вижу причин нарушать слово.
Я ухмыльнулась и сделал шаг в его сторону. Мы давно остались одни, нас никто не мог побеспокоить и я могла позволить себе расслабиться. Выводить Сабита из зоны комфорта такая сладкая забава. И это лучшее прикрытие в моих попытках прижать эту семейку к стенке. Если Сабит поверит мне, в мою искренность, остальное все сделается само. Оно и делалось само. Я хотела его руки на себе, только ради них я готова была падать в его пропасть снова и снова.
– Вчера ты так профессионально старался залезть мне в голову. Так старательно хотел узнать мои мысли и чувства.
– Да, – согласно прошептал он, облизав наполненные грехом губы.
– Сыграй со мной.
Сабит без раздумий кивает.
– Правда или действие? – спрашиваю я.
– Действие, – еле слышно шепчет он. Встав на стул я забираюсь на стол. Элегантно и без спешки.
– Правда или действие? – возвращает он мне вопрос.
– Правда, – улыбаясь говорю я. Мне не нужно чтобы он двигался, я хочу все сделать сама.
– Ты любила Изи? – все ожидаемо. Как и любого мужчину Сабита интересует с чем ему придется сражаться. С призраками прошлых любовников или с разбитым сердцем. Но вся печаль в том, что Сабит эгоист и не готов бороться ни с чем. Он хочет меня, но хочет видеть чистый лист, к его сожалению это невозможно.
– Нет, – уверенно отвечаю я. И это правда. Я никогда не любила Исабеля. Он был моим Цербером, охраняющим ворота в мой ад и только он знал насколько он темен.
– Правда или действие? – спрашиваю я.
– Действие, – выбрал он. Подняв подол платья, я двигалась в такт только мне ведомой музыке. Мои маленькие стопы мелькали из под задранного подола, медленно и ритмично. Бедра качались в неспешном ритме. Танец на столе это не ново для меня. Но перед таким испепеляющим взглядом это дебют. Я была огнем и страстью в одном флаконе. Я была женщиной, которая хотела чтобы уверенный в себе мужчина нарушил слово, данное священнику. Я хотела чтобы его непоколебимая уверенность дала трещину, чтобы он начал сомневаться во мне и в себе, в том что я подчиняющаяся, покорная лань, ожидающая крохи внимания с его стола изобилия. Вложив в танец пламя сжигающее меня, злость и нерастраченную любовь на тех на кого следовало, я знала что это то, что мне нужно. Остановившись после кружения я сделала шаг ближе к нему. Моя грудь часто поднималась, волосы растрепались и пара тугих кудряшек упали мне на лицо. Сабит не дышал. Рот слегка приоткрыт. Он моргнул и внимательно изучив меня взглядом, склонил голову набок.
– Правда или действие? – прохрипел он.
– Правда, – прошептала я и улыбнулась увидев мелькнувшее разочарование в его глазах.
– Капитан Старков, его ты любила? – как он был предсказуем, даже слегка разочаровал.
– Да, – его челюсти плотно сжались.
– Кем он был для тебя?
– Два вопроса за раз, – ухмыльнулась я, его нетерпеливости, – не по правилам.
– Что ты хочешь чтобы я сделала? – выпрямившись торопливо спросил он.
– Чтобы я не делала твои руки, должны остаться при тебе.
Он кивнул, сжав кулаки и оставив их лежать на коленях.
– Он был другом моего брата. Моим наставником и наверное тоже другом. Я выросла на его глазах. Он был для меня примером, – не скрывая ничего ответила я. Оставив подробности наших отношений с Максом при себе. Все что я сказала Сабиту, чистая правда. Я любила, когда-то и это осталось в далеком прошлом, кажется даже и не со мной.
– Правда …
– Действие, – перебил он меня.
Сократив между нами расстояние, я села на край стола. Сабит опустил руки вдоль тела. Поставив стопы на его ноги я сползла со стола на его колени, ощутив жар его тела. Кресло удерживало наш вес. Усевшись на Сабита сверху я смотрела в его опьяненные страстью глаза. Глупое желание показать ему другую себя, шквалистой волной ударяло в голову и я в нее окунулась с диким восторгом. Ощутив себя нимфой, русалкой пытающейся соблазнить моряка, но не собой точно. Кончиком языка я провела по его вене, которая дрожала под золотистой кожей. Сабит запрокинул голову назад, открывая доступ к горлу. Оставив долгий поцелуй на его кадыке я отстранилась, обернувшись назад и найдя опору стола я вернулась на его край. Он не сразу вернулся в исходное положение, кажется перевел дух и после выпрямился.
– Правда или действие, – не открывая глаз спросил он.
– Правда, – облокотившись на руки и стараясь не рассмеяться от его ощутимого огорчения, выбрала я. Внезапно он вскочил на ноги. Смерив его взглядом, уперлась ногой в его грудь. – Я выбрала правду.
Сабит уперся весом на мою ногу, наклонившись ближе.
– А я? Кто для тебя я? – я пожала плечами. Он был на грани и до моего ответа. А после невнятного жеста, зарычав, оттолкнул мою ногу и вклинившись между моих ног, опрокинул меня на стол. Сабит резко дернул меня за бедра потянув к себе и впился в мои губы. Я не сопротивлялась и не ощущала привычной паники. Я уже и сама была одурманена туманом флирта разлившегося по помещению. Я отвечала на его поцелуй. Когда я играла, кажется все синдромы отступали на задний план, возможно я была не собой когда занималась подобными вещами. Но даже здесь и сейчас со мной рядом был еще один человек. Изи был в моей голове игры это был его способ меня приручить и у него иногда получалось заставить меня делать то, что он хотел, когда я была на грани, как несколько секунд назад Сабит.
Руки Сабита впились в мои бедра. Сквозь плотную ткань платья, я ощущала боль там где его пальцы давили с удвоенной силой. Он словно боялся, что я сейчас исчезну. Он укусил меня за губу и я не смогла проглотить стон наслаждения от острой боли, кольнувшей меня в животе. Все мое тело превратилось в оголенный провод, по которому каждую секунды бежали болезненные электрические разряды. Вцепившись в ворот рубахи Сабита, я притянула его ближе и он так же не сдержал стон.
Неожиданно нашу страстную сцену прервали стуком в дверь и шумно открывшейся дверью. Сабит оторвался от меня повернувшись в сторону нарушителя спокойствия. Он резко закрыл меня от вошедшего или его от меня. Повисла странная неудобная тишина. Извернувшись в его руках я все же смогла выглянуть из-за его спины. Измира была бледна и на меня даже не смотрела.
– Тали, – позвал меня Сабит. Встав на ноги я не дала им возможности оказаться в неудобном положении.
– Кажется, у тебя поздняя встреча, – отметила я отступив от тянувшейся ко мне руки Сабита.
– Тали, – опять позвал он меня и я не хотела слышать столько нежности в его голосе. Сморщившись отступила еще на шаг, мотнув головой, на его нечитаемый взгляд направленный мне в душу. Как гадко, на душе. Как мерзко. Пытаться играть с ним в игры, где он был профи, он в них играл когда я еще читала сказки про принцесс и драконов.
– Не буду мешать. Кстати, – посмотрев в глаза Измире отметила я, – отличный цвет помады. Кажется, сегодня утром, ты оставила ее след на губах Вашего Господина.
Сабит попытался шагнуть в мою сторону, но Измира не позволила, подойдя ближе к нему и положив красивую, изящную руку на его плечо. Я хмыкнула и даже смогла улыбнуться. Развернулась и оказавшись в кабинете Сабита, забрала из сейфа томик Шекспира и фотографии, все это принадлежало только мне и только я могла всем этим обладать. К моему большому удивлению я смогла отыскать спальню Сабита и спрятав украденное из сейфа, расхаживала по спальне ругая себя за несдержанность. Я второй раз пытаюсь вывести его за грани и сегодня он не стал сдерживать себя. Испуг забирался мне под кожу выпуская иголки и шипы. Шквал эмоций испытанных мной когда он смотрел на меня и после, когда с дикой яростью прижимал к столу мне понравился. Торжество бушевало во мне от понимания, что у меня есть все же что-то, от чего Сабит не хочет отказываться. И это сладкое чувство победы затмевало разумные мысли и притупляя привычные мне осторожность и недоверчивость.
Устав размышлять и забивать голову пустыми думами, сползла с кровати и вышла на балкон, надеясь, что шум моря меня спасет. Накрапывал мелкий холодный дождь, с моря натягивало серые, почти черные тучи, периодически освещаемые сине-белым светом молний. Море волновалось и пенилось, с шумом ударяясь о каменные стены дома. Погода под стать моей тревоге, гнездящийся внутри меня и устраивающийся на мягкий насест. Что меня тревожит? Откуда это зудящее беспокойство? Эта спальня с тяжелыми запахами розы и мускуса душила меня, и я не выдержав ожидания Сабита ушла в архив. Нет прямых ответов от Сабита, я найду их сама.
– Все в твоем распоряжение, запретных зон нет, – отметил он, чем сразу меня насторожил. В таким месте и нет запретных зон? Значит здесь или действительно ничего не хотят скрывать от меня или это важное, просто убрали отсюда. – Может ты уже передумала искать пути отступления? – не упускал Сабит шанса, оставить все как есть и плыть по течению. – Тогда ты можешь просто хорошо провести здесь время.
– Нет, спасибо. Я пришла работать, – Сабит странно улыбнулся, но я не предала этому значения.
– Ты ведь знаешь как работать с каталогами? – спросил он и я согласно кивнула. – Они в ящиках письменного стола. Законы, реформы, уставы, соглашения и прочие важные государственные бумаги, учтены в двух нижних ящиках.
– Спасибо! – бросила я через плечо уже направляясь к столу. Погрузившись в изучение каталогов, я не слышала как Сабит ушел. Мой мозг переключился в другой режим работы. Мне нужно обработать множество информации и найти ответы на свои вопросы. Собрав вокруг себя стопки книг и папок я погрузилась в те времена когда все это, только закладывалось и начинало свою историю.
Когда глаза уже слезились от текстов и в них двоилось я позволила себе прерваться. Выйдя из-за стола, попыталась отыскать часы, которых нигде не было. Я усомнилась в своем внутреннем хронометре и все же вызвала лифт. По памяти дойдя до кабинета Сабита, я распахнула тихонько тяжелую дверь. Горела настольная лампа, в кабинете никого, но из зала доносились голоса. Тихо оглянувшись и сняв тапочки я прошлась по коридору к залу заседаний. Сабит сидел во главе стола, голова склонена над грудой документов. Сабит был не одинок в кабинете еще присутствовали несколько человек, они тихо что-то обсуждали, а Сабит был увлечен бумагами. Я тихо отступила в темноту кабинета и вернулась к книжным полкам. Еще утром я заметила книги, которые совсем не походили на книги. Подставив стул и добравшись до верхней полки я вытянула на себя те самые ненастоящие книги. Меня учили этому. найти невидимое и спрятанное на виду. Меня учил мой отец, ориентироваться в темноте в любом помещение, и искать быстро то, что люди пытаются скрыть от глаз окружающих. Этот тайник Сабита, не совсем грамотный, так как найти его не составит труда, а вскрыть и подавно. В ванной я нашла пилочку, а на письменном столе Сабита стянула нож для бумаги. Замок сейфа открылся спустя две минуты. Сверху лежал мой старый томик Шекспира, в зеленом льняном переплете. Отец подарил мне его на десятилетие , я зачитывала его до дыр и корешок совсем развалился. В нем были мои пометки побледневшие от времени и мой запах еле уловимый, но он был. Прижав его к груди, я заплакала. Это единственная физическая вещь, связывающая меня с моим папой. Он держал ее в руках, переплет впитал его отпечатки пальцев, он выбирал ее для меня, на мой день рождения. Кроме него больше никто, не помнил о моем дне рождения, который кстати был два дня назад. Слезы пролились горькими каплями на зеленый, полинявший лен и опустив взгляд в сейф, я заледенела всем своим нутром. Стопка фотографий, и на них была я. Все повреждения нанесенные мне Изи были здесь, в моих руках. Углубившись в изучении сожержимого, помимо фото я нашла заключения врачей, обо все что Изи сделал. Сейчас я дер в руках первое весомое доказательство преступления Изи и Сабита в своих руках. Это было намного больше чем мое слово или шрамы на моем теле. Это было намного больше. И держа это драгоценное доказательство в руках, я испугалась. Испугалась обнародовать, тот факт что есть база, на которой я могу основать свои притязания касательно судьбы Изи и Сабита. Испугалась, что меня могут не услышать, а просто уничтожат меня и эти фотографии и никто, никогда ничего не узнает. Как бы мне не хотелось забрать сейчас все содержимое сейфа, я не могла поступить так импульсивно и безрассудно. Вернув все обратно, я вышла из ванной убрав сейф и стул на места.
Прода от 16.06.2024, 00:48
ГЛАВА 15 ТАЛИ
Сабит сидел за столом, хмуря брови склонившись над бумагами. Неожиданно он поднял глаза и наши взгляды встретились. Меня поймали за любованием им и его глаза говорили мне, что он видит как я на него смотрю, что я вижу смотря на него. Он действительно читал меня как книгу, я не была для него загадкой. Ни мой неожиданный румянец, ни мое торопливое смущение, ни мой учащенный пульс при виде его легкой улыбки. Я знаю что он моя пропасть, в которую я падаю и кажется, падала всегда и он моя погибель.
Мужчины окружавшие Сабита, замерли. Один из них поклонился заметив меня. Я позволила себе не стоять прямой палкой по середине прохода, а по обычному прислонилась плечом к дверному косяку, сложив руки перед собой.
– Госпожа, добрый вечер! Приношу свои искренние извинения, за задержку.
– Я не хотела мешать.
– Теперь я знаю как их выгонять, – Сабит улыбнулся, он был каким-то домашним и теплым, в груди щемило от накатывающей нежности к нему и страха, что все слишком сильно и зыбко. Один неверный шаг по тонкому стеклу и оно пойдет трещинами.
– Который час? – все же пряча глаза спросила я.
– Полночь.
– Полночь? – удивилась я. – Почему Нуртен меня не позвала?
– День был слишком загружен. У меня не было времени на перерывы. Как твои поиски?
– Я обязательно найду то что мне нужно, – на этих словах моя кожа соприкоснувшаяся с фотографиями горела огнем. Я испытала минутный триумф позволив себе улыбнуться Сабиту.
– Ищи, – загадочно улыбнувшись произнес Сабит и откинулся на спинку стула, выпрямив спину.
– Ты что то знаешь, но не хочешь мне говорить? – я по-своему расценила его улыбку и расслабленность.
– Нет! – не прекращая улыбаться уверил он меня. – Я рад, что ты тут и мне не нужно бегать за тобой и я могу спокойно заняться важными делами. – ауч! Это было неприятно. – Одной проблемой меньше. Ты готова пойти спать? – если честно спать совсем не хотелось, но его предложение прозвучало слишком буднично, как будто мы были супругами на протяжение многих лет и я пришла оторвать его от работы и уложить в конце концов спать.
– А почему больше нет соглядатаев? – осмотрев пустой зал совещаний уточнила я. Сабит засмеялся.
– Священнослужителя позабавит то, как ты его прозвала. Я настоял, прекратить смущать нас и дал слово, что не трону тебя пальцем, – он замер, смотря на меня немигающим взглядом.
– Ты так самонадеян? – вздернув брови подцепила я его, намеренно провоцируя. Я любила играть с ним в эту игру. Ведь играть у меня получалось лучше всего. Вчера он провоцировал меня и слишком умело, сейчас я вспыхнула и желала вернуть должок.
– Не вижу причин нарушать слово.
Я ухмыльнулась и сделал шаг в его сторону. Мы давно остались одни, нас никто не мог побеспокоить и я могла позволить себе расслабиться. Выводить Сабита из зоны комфорта такая сладкая забава. И это лучшее прикрытие в моих попытках прижать эту семейку к стенке. Если Сабит поверит мне, в мою искренность, остальное все сделается само. Оно и делалось само. Я хотела его руки на себе, только ради них я готова была падать в его пропасть снова и снова.
– Вчера ты так профессионально старался залезть мне в голову. Так старательно хотел узнать мои мысли и чувства.
– Да, – согласно прошептал он, облизав наполненные грехом губы.
– Сыграй со мной.
Сабит без раздумий кивает.
– Правда или действие? – спрашиваю я.
– Действие, – еле слышно шепчет он. Встав на стул я забираюсь на стол. Элегантно и без спешки.
– Правда или действие? – возвращает он мне вопрос.
– Правда, – улыбаясь говорю я. Мне не нужно чтобы он двигался, я хочу все сделать сама.
– Ты любила Изи? – все ожидаемо. Как и любого мужчину Сабита интересует с чем ему придется сражаться. С призраками прошлых любовников или с разбитым сердцем. Но вся печаль в том, что Сабит эгоист и не готов бороться ни с чем. Он хочет меня, но хочет видеть чистый лист, к его сожалению это невозможно.
– Нет, – уверенно отвечаю я. И это правда. Я никогда не любила Исабеля. Он был моим Цербером, охраняющим ворота в мой ад и только он знал насколько он темен.
– Правда или действие? – спрашиваю я.
– Действие, – выбрал он. Подняв подол платья, я двигалась в такт только мне ведомой музыке. Мои маленькие стопы мелькали из под задранного подола, медленно и ритмично. Бедра качались в неспешном ритме. Танец на столе это не ново для меня. Но перед таким испепеляющим взглядом это дебют. Я была огнем и страстью в одном флаконе. Я была женщиной, которая хотела чтобы уверенный в себе мужчина нарушил слово, данное священнику. Я хотела чтобы его непоколебимая уверенность дала трещину, чтобы он начал сомневаться во мне и в себе, в том что я подчиняющаяся, покорная лань, ожидающая крохи внимания с его стола изобилия. Вложив в танец пламя сжигающее меня, злость и нерастраченную любовь на тех на кого следовало, я знала что это то, что мне нужно. Остановившись после кружения я сделала шаг ближе к нему. Моя грудь часто поднималась, волосы растрепались и пара тугих кудряшек упали мне на лицо. Сабит не дышал. Рот слегка приоткрыт. Он моргнул и внимательно изучив меня взглядом, склонил голову набок.
– Правда или действие? – прохрипел он.
– Правда, – прошептала я и улыбнулась увидев мелькнувшее разочарование в его глазах.
– Капитан Старков, его ты любила? – как он был предсказуем, даже слегка разочаровал.
– Да, – его челюсти плотно сжались.
– Кем он был для тебя?
– Два вопроса за раз, – ухмыльнулась я, его нетерпеливости, – не по правилам.
– Что ты хочешь чтобы я сделала? – выпрямившись торопливо спросил он.
– Чтобы я не делала твои руки, должны остаться при тебе.
Он кивнул, сжав кулаки и оставив их лежать на коленях.
– Он был другом моего брата. Моим наставником и наверное тоже другом. Я выросла на его глазах. Он был для меня примером, – не скрывая ничего ответила я. Оставив подробности наших отношений с Максом при себе. Все что я сказала Сабиту, чистая правда. Я любила, когда-то и это осталось в далеком прошлом, кажется даже и не со мной.
– Правда …
– Действие, – перебил он меня.
Сократив между нами расстояние, я села на край стола. Сабит опустил руки вдоль тела. Поставив стопы на его ноги я сползла со стола на его колени, ощутив жар его тела. Кресло удерживало наш вес. Усевшись на Сабита сверху я смотрела в его опьяненные страстью глаза. Глупое желание показать ему другую себя, шквалистой волной ударяло в голову и я в нее окунулась с диким восторгом. Ощутив себя нимфой, русалкой пытающейся соблазнить моряка, но не собой точно. Кончиком языка я провела по его вене, которая дрожала под золотистой кожей. Сабит запрокинул голову назад, открывая доступ к горлу. Оставив долгий поцелуй на его кадыке я отстранилась, обернувшись назад и найдя опору стола я вернулась на его край. Он не сразу вернулся в исходное положение, кажется перевел дух и после выпрямился.
– Правда или действие, – не открывая глаз спросил он.
– Правда, – облокотившись на руки и стараясь не рассмеяться от его ощутимого огорчения, выбрала я. Внезапно он вскочил на ноги. Смерив его взглядом, уперлась ногой в его грудь. – Я выбрала правду.
Сабит уперся весом на мою ногу, наклонившись ближе.
– А я? Кто для тебя я? – я пожала плечами. Он был на грани и до моего ответа. А после невнятного жеста, зарычав, оттолкнул мою ногу и вклинившись между моих ног, опрокинул меня на стол. Сабит резко дернул меня за бедра потянув к себе и впился в мои губы. Я не сопротивлялась и не ощущала привычной паники. Я уже и сама была одурманена туманом флирта разлившегося по помещению. Я отвечала на его поцелуй. Когда я играла, кажется все синдромы отступали на задний план, возможно я была не собой когда занималась подобными вещами. Но даже здесь и сейчас со мной рядом был еще один человек. Изи был в моей голове игры это был его способ меня приручить и у него иногда получалось заставить меня делать то, что он хотел, когда я была на грани, как несколько секунд назад Сабит.
Руки Сабита впились в мои бедра. Сквозь плотную ткань платья, я ощущала боль там где его пальцы давили с удвоенной силой. Он словно боялся, что я сейчас исчезну. Он укусил меня за губу и я не смогла проглотить стон наслаждения от острой боли, кольнувшей меня в животе. Все мое тело превратилось в оголенный провод, по которому каждую секунды бежали болезненные электрические разряды. Вцепившись в ворот рубахи Сабита, я притянула его ближе и он так же не сдержал стон.
Неожиданно нашу страстную сцену прервали стуком в дверь и шумно открывшейся дверью. Сабит оторвался от меня повернувшись в сторону нарушителя спокойствия. Он резко закрыл меня от вошедшего или его от меня. Повисла странная неудобная тишина. Извернувшись в его руках я все же смогла выглянуть из-за его спины. Измира была бледна и на меня даже не смотрела.
– Тали, – позвал меня Сабит. Встав на ноги я не дала им возможности оказаться в неудобном положении.
– Кажется, у тебя поздняя встреча, – отметила я отступив от тянувшейся ко мне руки Сабита.
– Тали, – опять позвал он меня и я не хотела слышать столько нежности в его голосе. Сморщившись отступила еще на шаг, мотнув головой, на его нечитаемый взгляд направленный мне в душу. Как гадко, на душе. Как мерзко. Пытаться играть с ним в игры, где он был профи, он в них играл когда я еще читала сказки про принцесс и драконов.
– Не буду мешать. Кстати, – посмотрев в глаза Измире отметила я, – отличный цвет помады. Кажется, сегодня утром, ты оставила ее след на губах Вашего Господина.
Сабит попытался шагнуть в мою сторону, но Измира не позволила, подойдя ближе к нему и положив красивую, изящную руку на его плечо. Я хмыкнула и даже смогла улыбнуться. Развернулась и оказавшись в кабинете Сабита, забрала из сейфа томик Шекспира и фотографии, все это принадлежало только мне и только я могла всем этим обладать. К моему большому удивлению я смогла отыскать спальню Сабита и спрятав украденное из сейфа, расхаживала по спальне ругая себя за несдержанность. Я второй раз пытаюсь вывести его за грани и сегодня он не стал сдерживать себя. Испуг забирался мне под кожу выпуская иголки и шипы. Шквал эмоций испытанных мной когда он смотрел на меня и после, когда с дикой яростью прижимал к столу мне понравился. Торжество бушевало во мне от понимания, что у меня есть все же что-то, от чего Сабит не хочет отказываться. И это сладкое чувство победы затмевало разумные мысли и притупляя привычные мне осторожность и недоверчивость.
Устав размышлять и забивать голову пустыми думами, сползла с кровати и вышла на балкон, надеясь, что шум моря меня спасет. Накрапывал мелкий холодный дождь, с моря натягивало серые, почти черные тучи, периодически освещаемые сине-белым светом молний. Море волновалось и пенилось, с шумом ударяясь о каменные стены дома. Погода под стать моей тревоге, гнездящийся внутри меня и устраивающийся на мягкий насест. Что меня тревожит? Откуда это зудящее беспокойство? Эта спальня с тяжелыми запахами розы и мускуса душила меня, и я не выдержав ожидания Сабита ушла в архив. Нет прямых ответов от Сабита, я найду их сама.
