Через зеркало Агата поймала нечитаемый взгляд Себастьяна. Он почему-то едва заметно вздрогнул, словно застигнутый врасплох, а затем уголок его рта неопределенно дернулся
– Издалека видно, чьим вкусам соответствует весь этот... пир для глаз, – обронил он, слегка поморщившись.
– Клауд всего лишь позаботился о том, чтобы мы выглядели подобающе приему. – Повела плечами девушка. Не то чтобы она рассчитывала на яркую реакцию от Себастьяна, но почему-то сейчас недостаток его элементарной вежливости она прочувствовала особенно остро. – Аристократия Мольхар пресыщена и предвзята. Нам нужна информация, и только благодаря стараниям господина Шер нас с ходу не посчитают за пустое место. Кстати... Честно говоря, вопреки моим опасениям, ты выглядишь... просто превосходно.
Она обернулась, прямо взглянув на напарника. За его спиной, благостно сложив руки на груди, с глубочайшим чувством гордости стояла дама в шляпке.
Темный костюм идеально сидел на Себастьяне, уместно подчеркивая все достоинства высокой атлетической фигуры. Благодаря стараниям дамы его бледная кожа приобрела особенный, утонченный оттенок, а короткая, прежде небрежная стрижка была поправлена ножницами и уложена назад по последней моде.
– Превосходно? Это то меня и настораживает, – с раздражением сказал Себастьян. – Помяни мое слово, здесь кроется какой-то хитрый подвох.
Он ненадолго задумался, еще раз взглянул на Агату, и зачем-то призвал в свою ладонь уже знакомый ей блестящий кусочек черный кости.
– Сильное воздействие некротики будет давать о себе знать даже после того, как твое тело полностью восстановилось, – тихо проговорил он так, чтобы его могла слышать только девушка. – После возвращения из подземелья ты еще ни разу не использовала некромантию. Твоя магия некоторое время может быть нестабильна, а ее результат – слабее обычного. Никто не знает, что может произойти сегодня вечером. Не хотелось бы, чтобы ты в случае чего осталась безоружна.
Кость дрогнула и начала вытягиваться. Агата ожидала появление уже виденной ею косы, но через несколько мгновений на ладони Себастьяна лежала изящная длинная шпилька из полупрозрачного темного материала. Ее навершие напоминало гладкий кусочек обсидиана, а кончик выглядел значительно острее, чем должен был быть у простого украшения.
Себастьяна шагнул ближе и аккуратно воткнул шпильку в волосы Агаты.
– Если правильно целится, ты без труда убьешь своего противника.
– ... Но что это вообще такое? – Обескуражено спросила некромантка, осторожно касаясь прохладного камня над прической. – Я давно хотела узнать, это какой-то старинный артефакт? Какому существу принадлежал кость, фрагментом которой ты так... вольно пользуешься?
Себастьян неожиданно широко улыбнулся.
– Мне.
Агата приподняла бровь, не понимая.
– Мне. Буквально. Это осколок моей собственной кости, Агата.
Девушка ошеломленно уставилась на него.
– Не переживай. Энергия смерти, которую она несет, надежно запечатана и не представляет угрозы для смертных, – заверил ее Себастьян, будто это единственное, что могло бы беспокоить девушку. – Что ж, по-моему, получилось неплохо. Что скажешь?
Агата поспешно кивнула, стараясь без резкости убрать руку от шпильки.
– И правда неплохо. – Выдавила она. – Мне нравится. Спасибо.
С резной сцены лилась мелодия дуэта фортепьяна и скрипки. Высокие потолки украшала лепнина с позолотой. Огромные хрустальные люстры мерцали сотнями свечей, а их тёплый свет падал на отполированный паркетный пол.
По его гладкой поверхности дамы скользили подобно ярким птицам, плывущим по спокойной водной глади. Простоту модного силуэта без пышной юбки компенсировали изысканная ткань с богатой вышивкой, отделка мелкими перьями или горжетка, которую носили с нарочитой небрежностью.
Господа в темных фраках затерялись бы на фоне всего этого великолепия, если бы не особая самоуверенность, сквозившая в их позах. Высокомерная под маской учтивости. Холодная, как блеск дорогих запонок на белых манжетах.
Искрящиеся драгоценности и ароматы витающего в воздухе парфюма буквально кружили голову, так и норовя сбить с ног.
Агата крепче вцепилась в локоть Себастьяна и постаралась сохранить невозмутимость.
Она опасалась, что ее напарник будет слишком ошеломлен, чтобы успеть это скрыть, и вызовет плохое впечатление у искушенной знати.
Но Себастьян окинул зал более чем равнодушным взглядом. Он совсем немного оживился, только когда заметил фуршетный стол.
Агата подавила вздох.
Но она была вынуждена признать, что и тут было на что посмотреть. Стол ломился от деликатесов: серебряных подносов с устрицами на льду, фазанов в вишнёвом соусе, закусок с паштетом, трюфелей и фруктов в шоколаде.
На благотворительном приеме оказалось значительно больше гостей, чем ожидала Агата, и прибытие их двоих осталось незамеченным. Отчасти это случилось благодаря господину Шер, который предусмотрительно позаботился об их внешнем виде. Агата и Себастьян с неожиданной естественностью слились с толпой знатных богатых господ.
– А вот и мои дорогая гости!
Клауд появился в окружении небольшой стайки солидных женщин пожилого возраста. С точки зрения Агаты это был несколько неожиданный выбор компании для блистательного вампира.
– Какое приятное совпадение! А я как раз рассказывал о вас своим очаровательным спутницам, – широко улыбнулся господин Шер и, повернувшись к пожилым дамам, указал на некромантов. – Знакомьтесь, это те самые доблестные защитники вашего верного слуги от козней недругов. Они приехали лично по моей просьбе и представляют орден святой Франциски.
Агата вежливо улыбнулась, пытаясь осознать набор слов, которым господин Шер охарактеризовал ее и Себастьяна. Разве они с Клаудом не договорились сохранить суть миссии в тайне?
– Ах, общество еще слишком предвзято к вампирам, – подхватила одна из дам. Ее ухоженное лицо еще сохранило отчетливый след былой красоты. – Но я уверена, личное знакомство с таким душкой, как наш Клауд, мигом бы развеяло сомнения у любого скептика!
– О, Георгина, вы как всегда мне льстите, – с готовностью рассмеялся Клауд. – Увы, мои перемещения ограничены провинцией, и мне сложно отстаивать права своих собратьев. Но к счастью, орден Святой Франциски стал посредником, который соединил меня со столицей. Надеюсь, мы добьемся, чтобы запрет на присутствие вампиров если не отменили, то ослабили и в остальной части Мольхар. Кто знает, Георгина, возможно вскоре я смогу нанести ответный визит вашему зятю.
– Было бы чудесно, – восхитилась благородная дама.
То, о чем так уверенно говорил Клауд, было полной чушью, но даже Агата вопреки здравому смыслу заразилась воодушевлением, идущим от коварного вампира.
Господин Шер назвал напарников дамам, а затем поочередно представил самих женщин.
Агата взглянула на платья спутниц Клауда. Она надеялась, что увидит брошь с паучьей лилией, но не заметила искомого украшения.
Девушка растерянно подняла глаза на вампира, но тот сделал незаметный жест возле губ, словно призывая оставить все объяснения на потом.
Перебросившись малозначительными фразами с Агатой и несколькими дамами, вампир удалился, а его спутницы рассеялись по залу. Только Георгина, смотревшая на некромантов с нескрываемым любопытством, не спешила покидать их компании.
Впрочем, ее взгляд, все чаще возвращающийся к внушительной фигуре Себастьяна, ясно говорил, кто именно вызывал в ней больший интерес. Напарник Агаты мгновенно почувствовал неладное и направился к стоящему неподалеку фуршетному столу, оставив даму разочарованной.
Тем не менее, когда рядом появился официант с шампанским, Георгина перехватила два бокала и протянула один из них некромантке.
– Давайте за нашу встречу, моя дорогая, – с чувством проговорила дама. – Вы же Вайзовски, верно? Знали бы вы, как похожи на своего деда!.. Помнится, на балах все мои подружки только и мечтали с ним потанцевать...
– Значит, вы выросли в столице? – Из вежливости поддержала разговор Агата, делая вид, чтобы пьет.
Она пристально разглядывала наряды господ поблизости, но даже на благотворительном приеме брошь фонда оказалась редкостью.
– О да. И жила там до недавнего времени, пока не заломило старые кости, – доверительно поведала Георгина. – Я давно вдова, а дети выросли достаточно, чтобы не нуждаться в моем внимании. Поэтому я перебралась в пригород Рэймона с волшебными горячими источниками поблизости. Их лечебная вода так расслабляет, очень вам рекомендую!
Агата неопределенно кивнула. Георгина посмотрела на Себастьяна, набравшего в тарелку уйму закусок, и покачала головой.
– Мужчины... Мой дорогой покойный муж на всех приемах только и занимался дегустацией блюд. Это его в конце концов и сгубило... Да согреет свет Седьмицы его ненасытную душу! – Казалось, Георгина совершенно не нуждалась в активном участии в разговоре собеседницы. – Кстати, о мужьях. Супруга господина Лоуд, должно быть, сходит с ума, отпустив его в Рэймон с такой видной девушкой.
– Все не так. Он не женат, – отстраненно ответила Агата, думая уже совершенно о других вещах. Удачный предлог покинуть Георгину пришел сам собой. – Прошу прощения, кажется, солнце уже село. Мне с Себастьяном еще нужно встретиться с детьми господина Шер.
К облегчению некромантки, благородная дама останавливать ее не стала.
Агата оторвала Себастьяна от закусок прежде, чем он успел нанести им заметный ущерб.
Девушка понемногу начинала злиться на Клауда, которого опять нигде не было видно.
Господин Шер обещал свести их с работниками фонда, но пока представил только узкому кругу достопочтенных леди. Прежде Агата не посещала подобные собраний, и надеялась на поддержку вампира, который чувствовал себя здесь как рыба в воде.
Она с растерянностью окинула взглядом зал.
Среди толпы пестрой знати ее внимание привлекло место неподалеку от входа, отделенное от общего пространства темно-красной тканью. Сквозь приоткрытый проход между портьерами девушка заметила вазы с охапками свежих белых лилий.
Агата потянула Себастьяна за собой. Она аккуратно отдернула ткань и увидела столик, на котором стоял ящик с узкой щелью и лежали пустые конверты.
– Видимо, это для пожертвований... – Задумчиво проговорила девушка.
– Все верно. Если вы хотите сделать небольшой взнос наличными или чеком, то воспользуйтесь этим ящиком, – раздался неподалеку мелодичный голос. – Или дождитесь благотворительного аукциона, средства с которого также пойдут на наш новый проект.
Напарники обернулись.
Перед ними стояла миловидная белокурая женщина. По сравнению с большинством присутствующих дам она была одета в более чем сдержанное платье, единственным украшением которого служила до боли знакомая брошь.
– Прошу прощения, но, кажется, вы впервые на приеме для сбора средств нашим фондом?.. Меня зовут Эмилия Свон. Сегодня роль распорядителя за Эндрю Шер, но по понятным причинам он обычно пропускает начало вечера. Поэтому, если у вас есть какие-то вопросы по запланированным мероприятиям, или вы желаете узнать еще способы сделать благотворительный взнос, то я с удовольствием вам помогу.
– Вы очень вовремя, госпожа Свон, – медленно сказала Агата. – Я Агата Вайзовски, а это мой коллега Себастьян Лоуд. Мы ...
– Из ордена святой Франциски, – Закончила за нее Эмилия. Она поймала удивленный взгляд Агаты и с улыбкой пояснила, – Я только что слышала о вас от одной уважаемой леди.
Агата начинала понимать, почему господин Шер решил познакомить их с теми активными пожилыми дамами.
– Я знаю, вы приехали к Клауду Шер, и очень рада, что орден оказывает поддержку его замечательной семье. – Продолжила Эмилия Свон. – Могу ли я воспользоваться случаем и рассказать вам о нашем фонде подробней?
Обычно в таких случаях Агата предпочитала аккуратно исчезнуть, но сейчас с готовностью кивнула.
– Было бы замечательно. – Улыбнулась некромантка. – Вы уже кое-что знаете о нас, а мы в свою очередь наслышаны о фонде имени Амелии Корц. Вы много сделали для этого города с его уникальным историческим наследием. Кстати, а сами Корц сегодня тоже здесь?
Эмилия Свон приятно рассмеялась.
– К сожалению, нет. Чета Корц редко появляются на публике. Но если вы задержитесь в городе, и орден будет заинтересован в сотрудничестве, уверена, вы сможете поспасть на ежегодный бал-маскарад для наших благотворителей. Это событие, которое не стоит пропускать. Поверьте, госпожа Корц умеет по-настоящему удивлять своих гостей... Давайте пройдемся. Я покажу, на что сегодня стоит обратить внимание, и расскажу подробнее, на что мы сейчас собираем средства.
Эмилия уверенно повела их через зал.
– Через час накроют ужин, – она указала на проход за котором вокруг столов суетились официанты в ливреях. – А после мы проведем аукцион искусств. Эндрю Шер раздобыл редкие работы известного живописца Эртюд Боро. Его последняя выставка в столице имела грандиозный успех. Вы знакомы с его картинами?... Нет? Он добивается невероятной игры оттенка и контраста, смешивая краски с магическими реагентами.
Как-то само собой госпожа Свон начала больше обращалась к Себастьяну, и Агата воспользовалась возможностью сосредоточиться на броши.
Только будучи достаточно близко, она сумела рассмотреть детали.
Девушка нахмурилась.
Брошь на груди Эмилии была практически идентична той, что нашел Себастьян. Тот же размер, материал и стиль.
Однако было одно весомое «но». На броши Эмилии была изображена самая обыкновенная лилия с широкими лепестками.
Это оказалось полной неожиданностью для некромантки. Неужели они настолько серьезно ошиблись из-за того, что найденное ими украшение было повреждено?
– Вижу, вас заинтересовала моя брошь, – заметила госпожа Свон, и Агата постаралась не вздрогнуть. – Чудесная, правда? Это знак принадлежности к фонду. Я и сама порой засматриваюсь на броши своих коллег или наших благотворителей. Господин Корц лично изготавливает их, он превосходный ювелир.
– Я уже видел такую брошь. – Впервые за долгое время подал голос Себастьян. – Только она немного отличалась от вашей. Похоже, все дело в форме цветка.
– Вы очень внимательны, господин Лоуд! Несмотря на очевидное сходство всех этих брошей, каждая из них абсолютно уникальна. Точно также как и человек, который ее носит. – Эмилия Свон говорила с искренней гордостью и едва сдерживаемым восторгом. – Господин Корц невероятно щепетилен к деталям. На каких-то цветках он добавляет маленькие бутоны, где-то лепестки широко раскрыты, а на некоторых брошах лилия едва распустилась. К тому же Амелия Корц увлекается разведением цветов, и в их саду растет множество сортов лилий, что нашло отражение в творчестве ее мужа. Но согласитесь, в любом исполнении каждая из этих брошей – утонченное произведение искусства.
Агата перехватила взгляд Себастьяна.
Если все было так, как говорила госпожа Свон, появление паучьей лилии на одном из знаковых украшений фонда могло быть просто случайным стечением обстоятельств. Но разве не странно, что именно такая брошь оказалась у некроманта, третировавшего город?
– Это очень необычно и интересно, – сказала Агата. – А что, если брошь украдут у владельца? Господин Корц сделает полную копию или новый уникальный экземпляр?
– Вы человек пытливого ума, – хмыкнула Эмилия.
– Издалека видно, чьим вкусам соответствует весь этот... пир для глаз, – обронил он, слегка поморщившись.
– Клауд всего лишь позаботился о том, чтобы мы выглядели подобающе приему. – Повела плечами девушка. Не то чтобы она рассчитывала на яркую реакцию от Себастьяна, но почему-то сейчас недостаток его элементарной вежливости она прочувствовала особенно остро. – Аристократия Мольхар пресыщена и предвзята. Нам нужна информация, и только благодаря стараниям господина Шер нас с ходу не посчитают за пустое место. Кстати... Честно говоря, вопреки моим опасениям, ты выглядишь... просто превосходно.
Она обернулась, прямо взглянув на напарника. За его спиной, благостно сложив руки на груди, с глубочайшим чувством гордости стояла дама в шляпке.
Темный костюм идеально сидел на Себастьяне, уместно подчеркивая все достоинства высокой атлетической фигуры. Благодаря стараниям дамы его бледная кожа приобрела особенный, утонченный оттенок, а короткая, прежде небрежная стрижка была поправлена ножницами и уложена назад по последней моде.
– Превосходно? Это то меня и настораживает, – с раздражением сказал Себастьян. – Помяни мое слово, здесь кроется какой-то хитрый подвох.
Он ненадолго задумался, еще раз взглянул на Агату, и зачем-то призвал в свою ладонь уже знакомый ей блестящий кусочек черный кости.
– Сильное воздействие некротики будет давать о себе знать даже после того, как твое тело полностью восстановилось, – тихо проговорил он так, чтобы его могла слышать только девушка. – После возвращения из подземелья ты еще ни разу не использовала некромантию. Твоя магия некоторое время может быть нестабильна, а ее результат – слабее обычного. Никто не знает, что может произойти сегодня вечером. Не хотелось бы, чтобы ты в случае чего осталась безоружна.
Кость дрогнула и начала вытягиваться. Агата ожидала появление уже виденной ею косы, но через несколько мгновений на ладони Себастьяна лежала изящная длинная шпилька из полупрозрачного темного материала. Ее навершие напоминало гладкий кусочек обсидиана, а кончик выглядел значительно острее, чем должен был быть у простого украшения.
Себастьяна шагнул ближе и аккуратно воткнул шпильку в волосы Агаты.
– Если правильно целится, ты без труда убьешь своего противника.
– ... Но что это вообще такое? – Обескуражено спросила некромантка, осторожно касаясь прохладного камня над прической. – Я давно хотела узнать, это какой-то старинный артефакт? Какому существу принадлежал кость, фрагментом которой ты так... вольно пользуешься?
Себастьян неожиданно широко улыбнулся.
– Мне.
Агата приподняла бровь, не понимая.
– Мне. Буквально. Это осколок моей собственной кости, Агата.
Девушка ошеломленно уставилась на него.
– Не переживай. Энергия смерти, которую она несет, надежно запечатана и не представляет угрозы для смертных, – заверил ее Себастьян, будто это единственное, что могло бы беспокоить девушку. – Что ж, по-моему, получилось неплохо. Что скажешь?
Агата поспешно кивнула, стараясь без резкости убрать руку от шпильки.
– И правда неплохо. – Выдавила она. – Мне нравится. Спасибо.
***
С резной сцены лилась мелодия дуэта фортепьяна и скрипки. Высокие потолки украшала лепнина с позолотой. Огромные хрустальные люстры мерцали сотнями свечей, а их тёплый свет падал на отполированный паркетный пол.
По его гладкой поверхности дамы скользили подобно ярким птицам, плывущим по спокойной водной глади. Простоту модного силуэта без пышной юбки компенсировали изысканная ткань с богатой вышивкой, отделка мелкими перьями или горжетка, которую носили с нарочитой небрежностью.
Господа в темных фраках затерялись бы на фоне всего этого великолепия, если бы не особая самоуверенность, сквозившая в их позах. Высокомерная под маской учтивости. Холодная, как блеск дорогих запонок на белых манжетах.
Искрящиеся драгоценности и ароматы витающего в воздухе парфюма буквально кружили голову, так и норовя сбить с ног.
Агата крепче вцепилась в локоть Себастьяна и постаралась сохранить невозмутимость.
Она опасалась, что ее напарник будет слишком ошеломлен, чтобы успеть это скрыть, и вызовет плохое впечатление у искушенной знати.
Но Себастьян окинул зал более чем равнодушным взглядом. Он совсем немного оживился, только когда заметил фуршетный стол.
Агата подавила вздох.
Но она была вынуждена признать, что и тут было на что посмотреть. Стол ломился от деликатесов: серебряных подносов с устрицами на льду, фазанов в вишнёвом соусе, закусок с паштетом, трюфелей и фруктов в шоколаде.
На благотворительном приеме оказалось значительно больше гостей, чем ожидала Агата, и прибытие их двоих осталось незамеченным. Отчасти это случилось благодаря господину Шер, который предусмотрительно позаботился об их внешнем виде. Агата и Себастьян с неожиданной естественностью слились с толпой знатных богатых господ.
– А вот и мои дорогая гости!
Клауд появился в окружении небольшой стайки солидных женщин пожилого возраста. С точки зрения Агаты это был несколько неожиданный выбор компании для блистательного вампира.
– Какое приятное совпадение! А я как раз рассказывал о вас своим очаровательным спутницам, – широко улыбнулся господин Шер и, повернувшись к пожилым дамам, указал на некромантов. – Знакомьтесь, это те самые доблестные защитники вашего верного слуги от козней недругов. Они приехали лично по моей просьбе и представляют орден святой Франциски.
Агата вежливо улыбнулась, пытаясь осознать набор слов, которым господин Шер охарактеризовал ее и Себастьяна. Разве они с Клаудом не договорились сохранить суть миссии в тайне?
– Ах, общество еще слишком предвзято к вампирам, – подхватила одна из дам. Ее ухоженное лицо еще сохранило отчетливый след былой красоты. – Но я уверена, личное знакомство с таким душкой, как наш Клауд, мигом бы развеяло сомнения у любого скептика!
– О, Георгина, вы как всегда мне льстите, – с готовностью рассмеялся Клауд. – Увы, мои перемещения ограничены провинцией, и мне сложно отстаивать права своих собратьев. Но к счастью, орден Святой Франциски стал посредником, который соединил меня со столицей. Надеюсь, мы добьемся, чтобы запрет на присутствие вампиров если не отменили, то ослабили и в остальной части Мольхар. Кто знает, Георгина, возможно вскоре я смогу нанести ответный визит вашему зятю.
– Было бы чудесно, – восхитилась благородная дама.
То, о чем так уверенно говорил Клауд, было полной чушью, но даже Агата вопреки здравому смыслу заразилась воодушевлением, идущим от коварного вампира.
Господин Шер назвал напарников дамам, а затем поочередно представил самих женщин.
Агата взглянула на платья спутниц Клауда. Она надеялась, что увидит брошь с паучьей лилией, но не заметила искомого украшения.
Девушка растерянно подняла глаза на вампира, но тот сделал незаметный жест возле губ, словно призывая оставить все объяснения на потом.
Перебросившись малозначительными фразами с Агатой и несколькими дамами, вампир удалился, а его спутницы рассеялись по залу. Только Георгина, смотревшая на некромантов с нескрываемым любопытством, не спешила покидать их компании.
Впрочем, ее взгляд, все чаще возвращающийся к внушительной фигуре Себастьяна, ясно говорил, кто именно вызывал в ней больший интерес. Напарник Агаты мгновенно почувствовал неладное и направился к стоящему неподалеку фуршетному столу, оставив даму разочарованной.
Тем не менее, когда рядом появился официант с шампанским, Георгина перехватила два бокала и протянула один из них некромантке.
– Давайте за нашу встречу, моя дорогая, – с чувством проговорила дама. – Вы же Вайзовски, верно? Знали бы вы, как похожи на своего деда!.. Помнится, на балах все мои подружки только и мечтали с ним потанцевать...
– Значит, вы выросли в столице? – Из вежливости поддержала разговор Агата, делая вид, чтобы пьет.
Она пристально разглядывала наряды господ поблизости, но даже на благотворительном приеме брошь фонда оказалась редкостью.
– О да. И жила там до недавнего времени, пока не заломило старые кости, – доверительно поведала Георгина. – Я давно вдова, а дети выросли достаточно, чтобы не нуждаться в моем внимании. Поэтому я перебралась в пригород Рэймона с волшебными горячими источниками поблизости. Их лечебная вода так расслабляет, очень вам рекомендую!
Агата неопределенно кивнула. Георгина посмотрела на Себастьяна, набравшего в тарелку уйму закусок, и покачала головой.
– Мужчины... Мой дорогой покойный муж на всех приемах только и занимался дегустацией блюд. Это его в конце концов и сгубило... Да согреет свет Седьмицы его ненасытную душу! – Казалось, Георгина совершенно не нуждалась в активном участии в разговоре собеседницы. – Кстати, о мужьях. Супруга господина Лоуд, должно быть, сходит с ума, отпустив его в Рэймон с такой видной девушкой.
– Все не так. Он не женат, – отстраненно ответила Агата, думая уже совершенно о других вещах. Удачный предлог покинуть Георгину пришел сам собой. – Прошу прощения, кажется, солнце уже село. Мне с Себастьяном еще нужно встретиться с детьми господина Шер.
К облегчению некромантки, благородная дама останавливать ее не стала.
Агата оторвала Себастьяна от закусок прежде, чем он успел нанести им заметный ущерб.
Девушка понемногу начинала злиться на Клауда, которого опять нигде не было видно.
Господин Шер обещал свести их с работниками фонда, но пока представил только узкому кругу достопочтенных леди. Прежде Агата не посещала подобные собраний, и надеялась на поддержку вампира, который чувствовал себя здесь как рыба в воде.
Она с растерянностью окинула взглядом зал.
Среди толпы пестрой знати ее внимание привлекло место неподалеку от входа, отделенное от общего пространства темно-красной тканью. Сквозь приоткрытый проход между портьерами девушка заметила вазы с охапками свежих белых лилий.
Агата потянула Себастьяна за собой. Она аккуратно отдернула ткань и увидела столик, на котором стоял ящик с узкой щелью и лежали пустые конверты.
– Видимо, это для пожертвований... – Задумчиво проговорила девушка.
– Все верно. Если вы хотите сделать небольшой взнос наличными или чеком, то воспользуйтесь этим ящиком, – раздался неподалеку мелодичный голос. – Или дождитесь благотворительного аукциона, средства с которого также пойдут на наш новый проект.
Напарники обернулись.
Перед ними стояла миловидная белокурая женщина. По сравнению с большинством присутствующих дам она была одета в более чем сдержанное платье, единственным украшением которого служила до боли знакомая брошь.
– Прошу прощения, но, кажется, вы впервые на приеме для сбора средств нашим фондом?.. Меня зовут Эмилия Свон. Сегодня роль распорядителя за Эндрю Шер, но по понятным причинам он обычно пропускает начало вечера. Поэтому, если у вас есть какие-то вопросы по запланированным мероприятиям, или вы желаете узнать еще способы сделать благотворительный взнос, то я с удовольствием вам помогу.
– Вы очень вовремя, госпожа Свон, – медленно сказала Агата. – Я Агата Вайзовски, а это мой коллега Себастьян Лоуд. Мы ...
– Из ордена святой Франциски, – Закончила за нее Эмилия. Она поймала удивленный взгляд Агаты и с улыбкой пояснила, – Я только что слышала о вас от одной уважаемой леди.
Агата начинала понимать, почему господин Шер решил познакомить их с теми активными пожилыми дамами.
– Я знаю, вы приехали к Клауду Шер, и очень рада, что орден оказывает поддержку его замечательной семье. – Продолжила Эмилия Свон. – Могу ли я воспользоваться случаем и рассказать вам о нашем фонде подробней?
Обычно в таких случаях Агата предпочитала аккуратно исчезнуть, но сейчас с готовностью кивнула.
– Было бы замечательно. – Улыбнулась некромантка. – Вы уже кое-что знаете о нас, а мы в свою очередь наслышаны о фонде имени Амелии Корц. Вы много сделали для этого города с его уникальным историческим наследием. Кстати, а сами Корц сегодня тоже здесь?
Эмилия Свон приятно рассмеялась.
– К сожалению, нет. Чета Корц редко появляются на публике. Но если вы задержитесь в городе, и орден будет заинтересован в сотрудничестве, уверена, вы сможете поспасть на ежегодный бал-маскарад для наших благотворителей. Это событие, которое не стоит пропускать. Поверьте, госпожа Корц умеет по-настоящему удивлять своих гостей... Давайте пройдемся. Я покажу, на что сегодня стоит обратить внимание, и расскажу подробнее, на что мы сейчас собираем средства.
Эмилия уверенно повела их через зал.
– Через час накроют ужин, – она указала на проход за котором вокруг столов суетились официанты в ливреях. – А после мы проведем аукцион искусств. Эндрю Шер раздобыл редкие работы известного живописца Эртюд Боро. Его последняя выставка в столице имела грандиозный успех. Вы знакомы с его картинами?... Нет? Он добивается невероятной игры оттенка и контраста, смешивая краски с магическими реагентами.
Как-то само собой госпожа Свон начала больше обращалась к Себастьяну, и Агата воспользовалась возможностью сосредоточиться на броши.
Только будучи достаточно близко, она сумела рассмотреть детали.
Девушка нахмурилась.
Брошь на груди Эмилии была практически идентична той, что нашел Себастьян. Тот же размер, материал и стиль.
Однако было одно весомое «но». На броши Эмилии была изображена самая обыкновенная лилия с широкими лепестками.
Это оказалось полной неожиданностью для некромантки. Неужели они настолько серьезно ошиблись из-за того, что найденное ими украшение было повреждено?
– Вижу, вас заинтересовала моя брошь, – заметила госпожа Свон, и Агата постаралась не вздрогнуть. – Чудесная, правда? Это знак принадлежности к фонду. Я и сама порой засматриваюсь на броши своих коллег или наших благотворителей. Господин Корц лично изготавливает их, он превосходный ювелир.
– Я уже видел такую брошь. – Впервые за долгое время подал голос Себастьян. – Только она немного отличалась от вашей. Похоже, все дело в форме цветка.
– Вы очень внимательны, господин Лоуд! Несмотря на очевидное сходство всех этих брошей, каждая из них абсолютно уникальна. Точно также как и человек, который ее носит. – Эмилия Свон говорила с искренней гордостью и едва сдерживаемым восторгом. – Господин Корц невероятно щепетилен к деталям. На каких-то цветках он добавляет маленькие бутоны, где-то лепестки широко раскрыты, а на некоторых брошах лилия едва распустилась. К тому же Амелия Корц увлекается разведением цветов, и в их саду растет множество сортов лилий, что нашло отражение в творчестве ее мужа. Но согласитесь, в любом исполнении каждая из этих брошей – утонченное произведение искусства.
Агата перехватила взгляд Себастьяна.
Если все было так, как говорила госпожа Свон, появление паучьей лилии на одном из знаковых украшений фонда могло быть просто случайным стечением обстоятельств. Но разве не странно, что именно такая брошь оказалась у некроманта, третировавшего город?
– Это очень необычно и интересно, – сказала Агата. – А что, если брошь украдут у владельца? Господин Корц сделает полную копию или новый уникальный экземпляр?
– Вы человек пытливого ума, – хмыкнула Эмилия.
