— Если тебе неприятно, я больше не стану просить тебя… — сказал я, с трудом переводя дыхание.
— Постой, — насторожилась Роха. — Тут что-то…
И вдруг она отпрянула.
— Что? Что там? — вскричал я.
— Это… Это нечто… мягкое… Там нет кокона!
Судя по ее голосу, ее едва не тошнило от отвращения.
— Ладно, оставь.
— Погоди, я попробую еще раз, — твердо сказал она. — Тебе ведь нужно понять, что с тобой не так.
Собрав волю, она снова коснулась моего левого бока.
— Я не знаю, как объяснить, — смущенно сказала она. — Там у тебя большая рана…
И вдруг она ужаснулась:
— Кокон разорван! Тах, тебе нужно срочно обратиться к жрецам, окунуться в Грязь!..
— Плевать на Грязь! Есть там что-то еще или нет?
— Да, вот оно. Это нечто странное. Какой-то длинный мягкий отросток.
— Выходит, Лех был прав!
Признаться, я очень испугался в первый момент. Еще бы, непросто осознать, что из тебя торчит часть какого-то инородного тела!
— Тах, ты должен обратиться к жрецам! — повторила Роха. — Нельзя жить с порванным коконом!
— Ага, я схожу. Обязательно, — задумчиво сказал я. — А ты ступай. Спасибо.
И я поспешно скрылся в своей норе.
Весь остаток дня я сам не свой бродил по пещере. Конечно же, Роха была права: если кокон порван, его нужно немедленно залатать. Сама мысль о том, что можно жить с дырой в оболочке, любому человеку покажется абсурдной. Ведь кокон создан, чтобы защищать нас от внешних угроз!
«А вдруг именно в этом отростке и кроется разгадка перемещения предметов на расстоянии? — билась в голове мысль. — Ведь именно им я мог задеть ту палку. И тогда все логично и просто — никакой магии!»
Я разыскал в норе палку, ту самую, которую не так давно пытался сдвинуть силой мысли.
«Предположим, этот отросток длиной от головы до колена. Значит, чтобы коснуться им предмета, нужно слегка наклониться вперед».
Я резко повернулся всем телом. Еще и еще. Палка оставалась лежать на прежнем месте.
«Быть может, этот отросток короче и я просто не достаю им до палки?» — размышлял я, совершая все новые и новые попытки. И мои старания увенчались успехом. После очередного резкого поворота палка сорвалась с места и, пролетев половину норы, ударилась о стену. Работает!
С походом к жрецам я решил повременить. «Окунуться в Грязь — это ведь никогда не поздно сделать», — мысленно оправдывался я. Зато с той поры я стал ежедневно совершенствовать свой талант. Со временем я привык к длине отростка и стал безошибочно сбивать им предметы. Моя пещера была завалена палками и камнями различного калибра, и я уже знал размеры предметов, какие способен переместить силой своего отростка, а также расстояние, на которое могу их двигать. Например, мелкие предметы при достаточно резком повороте тела я мог швырнуть от одного угла пещеры до другого, среднего размера камни не летали, а лишь по чуть-чуть сдвигались, а крупные у меня вообще не получалось двигать. О своих тренировках я не рассказывал даже друзьям.
А потом я вдруг понял, что мой отросток — не просто кусок чего-то инородного, а часть моего собственного тела. Как-то раз, пытаясь сдвинуть особенно большой камень, который я специально прикатил из дальних тоннелей, я со всего размаху ударил по нему отростком и ощутил такую боль, что два дня не мог даже работать. С той поры отросток все больше давал себя знать. Я чувствовал неприязнь, если тот волочился по земле; ощущал, когда касался им предметов. А еще я обнаружил, что способен управлять этим странным отростком. Если я сильно напрягался, мне удавалось слегка приподнять его. Он словно оживал!
С той поры у меня начался новый этап тренировок. Я решил во что бы то ни стало научиться управлять этой странной частью тела. Отросток все больше отвечал на мои упорные попытки привести его в движение и день ото дня становился все более податливым и чувствительным. Он уже перестал быть мягким бесформенным образованием, болтающимся на левом боку. Теперь он стал гибким, словно корень, и полностью подвластным воле своего хозяина. Более того, я обнаружил, что на конце отростка есть еще несколько более мелких. И они, как и большой, также способны двигаться по воле владельца, причем независимо друг от друга. Я довольно быстро раскрыл для себя пользу этих маленьких образований. Теперь мне больше не нужно было вращать телом, ударяя по камням и палкам. Я просто подцеплял эти предметы маленькими отростками и с помощью большого перемещал их в нужное место.
Однажды я все-таки решился рассказать о своей способности Ниху и Рохе.
— Я вам хочу кое-что показать, — как-то во время робот по сбору мха объявил я друзьям. — Вот лежит палка. Пощупайте.
— Что ты еще выдумал? От работы отвлекаешь, — возмутилась Роха.
— Это ненадолго. Ну как, чувствуете палку?
Них нехотя подполз к палке.
— Есть тут она. И что такого?
Я подхватил палку своим чудесным отростком.
— Проверьте теперь.
— Она исчезла! — удивленно воскликнул Них.
— Ну и где она? — сдержанно спросила Роха.
— Где-где… У тебя за спиной!
Них и Роха недоверчиво ощупали там землю и поразились, действительно обнаружив там палку, которую я туда успел положить. Какое-то время они озадаченно молчали.
— Это другая палка, — наконец растерянно вымолвила Роха.
— Та же самая! — заверил я. — И обратите внимание, я все это время стоял справа от вас и передвинуть ее не мог!
— Но как такое может быть? — пробормотал Них. — Просто магия какая-то!
— Магия, магия, — торжествовал я. — Но и это еще не все! Как вы думаете, где она теперь?
Я поднял палку над головой.
— Ее нет! — Них вертелся на месте, ощупывая вокруг себя землю.
— Ладно, давай колись, в чем фокус? — нахмурилась Роха.
— Так где же палка? — заметно нервничая, спросил Них.
— А вот она! — усмехнулся я и уронил палку Ниху на голову.
Тот ошарашенно отскочил в сторону.
— Она летала?! — вскричал он.
— Нет. Всего лишь приподнялась чуть выше твоей головы, — с улыбкой ответил я.
— Ты что, и правда научился магии? — удивился Них.
— Нет никакой магии, глупышка, — хмыкнула Роха. — Наверняка Тах выучил какой-то фокус и просто нас дурачит.
— Роха права, это не магия, а всего лишь скрытая способность нашего организма. Просто мне удалось ее развить.
— Хотел бы и я научиться такому… — В голосе Ниха промелькнули завистливые нотки.
— Научишься, — пообещал я. — Уверен, любой человек так может. Нужно только понять, как раскрываются такие способности и как они работают.
Весь остаток дня я развлекал друзей, демонстрируя свои сверхспособности: швырял и переставлял с места на место камни и палки. В общем, делал то, чему научился за месяцы тренировок.
— Конечно, это весело — проделывать такие трюки, — заметила Роха. — И все же не забывай, что в твоем коконе дырка. Так что я тебе советую прекратить заниматься этой ерундой и все-таки обратиться к жрецам. Тебе необходимо окунуться в Грязь!
От моего отличного настроения не осталось и следа.
— Грязь… Ты понимаешь, что если я это сделаю, то, скорее всего, упущу возможность познать этот секрет? — ответил я.
— Да, но твое тело лишено целостной оболочки и постоянно находится в опасности. Ты уже несколько месяцев живешь на грани риска! Так нельзя!
— Я это понимаю, — вздохнул я. — Но ничего не дается даром. Зато, посуди сама, если у меня получится, какие возможности это откроет всему нашему обществу! Так что я готов рисковать.
— Все равно я боюсь за тебя.
— О, что я слышу! Ты боишься? За него? — многозначительно усмехнулся Них. — Что бы это значило?..
— Да ну тебя, дурак! — смущенно бросила Роха и быстро поползла прочь.
Как же мне хотелось в тот момент треснуть Ниха по голове своим чудесным отростком!
— Вода снова поднимается, — сказала Роха, ползая вдоль водоема. — Когда мы были здесь в прошлый раз, этот выступ на стене находился на расстоянии пяти голов от воды, а теперь почти утонул.
— Если так пойдет дальше, нашим потомкам придется учиться дышать под водой, — заметил я.
— А что, почему бы не освоить и эту сверхспособность? — вставил Них.
Это была шутка, только прозвучала она с какой-то странной интонацией.
— Ничего, если у каждого человека появятся способности, хотя бы как у меня, мы найдем способ остановить потоп, — уверенно сказал я. — Чем больше я учусь перемещать предметы на расстоянии, тем яснее понимаю, каким образом наши предки смогли возводить столь грандиозные вещи вроде нашего подземелья.
— Может, когда-нибудь и мы научимся, но сейчас-то что делать? — горько вздохнула Роха. — Мох затопило. А там, внизу, его было еще так много!
— Не беда, — сказал я и, подняв отросток, принялся отрывать со стены гигантские куски мха и сбрасывать их на землю.
— Фантастика! — восторженно вскричала Роха. — Просто мохопад какой-то!
— Наверху его немерено! — улыбнулся я. — Еще бы, ведь там никто не собирает.
— Знаешь, я уже готова взять свои слова обратно, — сказала Роха. — Ну, о том, что тебе надо избавиться от этого отростка. Полезная, честно сказать, штука!
— Нет предела совершенству, — ответил я, сгребая с земли мох, и, прижав отростком к телу большую его кучу, пополз наверх. — Догоняйте!
— Он молодец, правда? — услышал я позади восторженный голос Рохи.
— В чем же? — ответил Них. — В том, что Боги наградили его талантом? Так это не его заслуга, а Богов, которые одарили его!
— Может, Таха и наградили Боги, зато смотри, с каким усердием он развивает этот дар, — с восхищением сказала Роха. — На это способен далеко не каждый!
Я остановился, прислушался.
— Посуди сам, — продолжала Роха, — Боги даруют нам много всего, а вот как этим распоряжаться, решаем уже мы сами.
— Что-то не припоминаю, чтобы мне что-то дарили, — обиженно ответил мой приятель. — Видимо, Богам наплевать на неприметного Ниха.
— Как это ничего не дарили? — возмутилась Роха. — А как же обоняние, слух, подвижность, способность мыслить?
— Тоже мне магия…
— Ошибаешься. Просто мы настолько привыкли ко всему этому, что перестали воспринимать эти способности как нечто чудесное, как дары Богов. И все же это ведь чудо, что мы способны передвигаться, слышать, улавливать запахи, думать. Представь, если бы это у тебя отняли. Рождаются ведь люди, например, лишенные слуха. Поверь, для них наша привычная способность слышать оказалась бы полезнее умения Таха поднимать палки и камни. Но взять даже полноценных людей. Все мы рождаемся одинаковыми: каждый из нас с первых дней умеет слышать, говорить, двигаться, мыслить. Однако один в течение жизни развивает острый слух, другой — голос, от которого дрожат стены, третий обрастает могучей мускулатурой, а кое-кто тренирует память и способен запомнить все легенды нашего народа. И в то же самое время есть среди людей множество и таких, кто живет себе до самой смерти, отлынивая от работ и валяясь в пещерах, потребляя добытый другими мох, пока не помрет хилой, ни на что не годной посредственностью. А теперь представь: что было бы, если б дар передвигать предметы достался не такому умнице, как Тах, а одному из этих лентяев? Тот мог бы до самой смерти таскать за собой этот отросток, причитая, как он мешает ему жить, и даже не подозревая, каких возможностей лишается из-за собственной лени!..
— Конечно, защищай своего любимчика Таха, — резко прервал ее рассуждения Них. — Ты даже говорить стала как он!
И, схватив зубами крохотный комочек мха, Них отвернулся и пополз вверх, оставив на берегу подземного водоема пораженную Роху.
Спустя какое-то время, когда мы с Нихом ползли на работу, я заметил, что мой приятель всю дорогу задевает телом о стены и постоянно падает. Когда он в очередной раз со всего размаху налетел на какой-то выступ, я заметил:
— Ты чего сегодня такой неуклюжий? Мы ведь тут не раз ползали. Пора бы уже запомнить все препятствия.
— Я специально, — сказал Них, снова ударяясь о стену.
— Специально? — поразился я. — Зачем?
— Я вот что подумал, — ответил тот, переводя дыхание. — Ты получил свой дар после того, как тебя потрепал монстр. Так? Рабочий по имени Лех тоже рассказывал, что обрел способность ясновидения после травмы. Выходит, сверхспособности можно получить, если хорошенько удариться!
— Главное, не убейся до смерти, — рассмеялся я.
— Тебе-то легко смеяться… — Них остановился и насупился. — У тебя есть невероятные способности, и ты знаешь, что это такое.
— Но ведь я получил этот дар случайно!
— То-то и оно! Почему мир так несправедлив? Ведь ты не верил в сказки и не хотел обладать магией, но тебе она досталась. Я же всегда мечтал об этом, но мне — ничегошеньки!
— Скажи, почему ты так хочешь научиться магии?
— Мы вроде бы как-то уже говорили с тобой об этом, — уклончиво ответил Них.
— Ах, ну да! Лежишь себе, а все вокруг тебя само собой делается? — припомнил я. — Знаешь, Них, на самом деле ты все понимаешь неправильно. Обладание этой, как ты ее называешь, магией — немалый труд. Причем гораздо больший, чем просто слышать, нюхать или двигать собственным телом. Ко всему этому мы привыкли постепенно с детства. К тому же у нас были учителя — те, кто уже обладает всеми этими способностями. Мне же сейчас приходится управлять совершенно непривычными и неизвестными людям силами. Это очень сложно и требует выдержки. Если бы я просто лежал без дела, не смог бы сдвинуть не то что отросток — даже собственное тело.
— И все же я предпочел бы обладать таким даром, — нервно перебил Них.
Похоже, он думал лишь о постигшей его несправедливости и не слышал моих аргументов.
— Почему ты не научишь меня? — вдруг спросил он.
— Если бы я знал как… — вздохнул я.
— Или ты просто не хочешь? — горько усмехнулся Них. — Конечно, ведь так здорово быть уникальным! Тебе, видимо, нравится, когда тобой восхищаются! Какой ты молодец! А в чем молодец-то? Только в том, что тебе вдруг ни с того ни с сего достался талант? Конечно, со способностями Богов любой молодцом будет!
Них говорил все громче и громче и под конец едва не перешел на крик. Я так и застыл с раскрытым ртом.
— Так ты получил свой дар, а? Так? — Них со всего маху ударился в стену. — Ведь так, да? Так?!..
Он бился о стену снова и снова, да с такой силой, что земля сыпалась нам на головы. Наконец, ударившись в очередной раз со всего размаху всем телом, он упал и остался лежать.
— Них, ты чего? Что с тобой?
Я осторожно приподнял его своим чудесным отростком. Но едва мой приятель понял, чем именно я его коснулся, он отпрянул.
— Убери от меня эту свою штуковину! — вскричал он.
И, поднявшись, быстро пополз прочь.
— Если для этого нужно отправиться за Грань… — в отчаянии крикнул он и, не докончив фразы, скрылся вдали.
Признаться, в тот момент я испугался, что в таком состоянии он и правда шагнет за Грань. Однако догонять не стал. Пусть лучше побудет один. Конечно же, я понимал, что причина вовсе не в магии. Все дело в Рохе. Мы трое родились в один день и были неразлучны со времен инкубатора. Но детство проходит, мы взрослеем. Ведь женщина для ритуала Рождения выбирает лишь одного мужчину. На всю жизнь!
И все же с той поры я задумался: а действительно, каким образом можно приобрести этот дар? Толку, что я обладаю талантом один? Пользу обществу он сможет принести лишь в том случае, если каждый человек получит такой же отросток.
— Постой, — насторожилась Роха. — Тут что-то…
И вдруг она отпрянула.
— Что? Что там? — вскричал я.
— Это… Это нечто… мягкое… Там нет кокона!
Судя по ее голосу, ее едва не тошнило от отвращения.
— Ладно, оставь.
— Погоди, я попробую еще раз, — твердо сказал она. — Тебе ведь нужно понять, что с тобой не так.
Собрав волю, она снова коснулась моего левого бока.
— Я не знаю, как объяснить, — смущенно сказала она. — Там у тебя большая рана…
И вдруг она ужаснулась:
— Кокон разорван! Тах, тебе нужно срочно обратиться к жрецам, окунуться в Грязь!..
— Плевать на Грязь! Есть там что-то еще или нет?
— Да, вот оно. Это нечто странное. Какой-то длинный мягкий отросток.
— Выходит, Лех был прав!
Признаться, я очень испугался в первый момент. Еще бы, непросто осознать, что из тебя торчит часть какого-то инородного тела!
— Тах, ты должен обратиться к жрецам! — повторила Роха. — Нельзя жить с порванным коконом!
— Ага, я схожу. Обязательно, — задумчиво сказал я. — А ты ступай. Спасибо.
И я поспешно скрылся в своей норе.
Весь остаток дня я сам не свой бродил по пещере. Конечно же, Роха была права: если кокон порван, его нужно немедленно залатать. Сама мысль о том, что можно жить с дырой в оболочке, любому человеку покажется абсурдной. Ведь кокон создан, чтобы защищать нас от внешних угроз!
«А вдруг именно в этом отростке и кроется разгадка перемещения предметов на расстоянии? — билась в голове мысль. — Ведь именно им я мог задеть ту палку. И тогда все логично и просто — никакой магии!»
Я разыскал в норе палку, ту самую, которую не так давно пытался сдвинуть силой мысли.
«Предположим, этот отросток длиной от головы до колена. Значит, чтобы коснуться им предмета, нужно слегка наклониться вперед».
Я резко повернулся всем телом. Еще и еще. Палка оставалась лежать на прежнем месте.
«Быть может, этот отросток короче и я просто не достаю им до палки?» — размышлял я, совершая все новые и новые попытки. И мои старания увенчались успехом. После очередного резкого поворота палка сорвалась с места и, пролетев половину норы, ударилась о стену. Работает!
Глава 9. СВЕРХСИЛА
С походом к жрецам я решил повременить. «Окунуться в Грязь — это ведь никогда не поздно сделать», — мысленно оправдывался я. Зато с той поры я стал ежедневно совершенствовать свой талант. Со временем я привык к длине отростка и стал безошибочно сбивать им предметы. Моя пещера была завалена палками и камнями различного калибра, и я уже знал размеры предметов, какие способен переместить силой своего отростка, а также расстояние, на которое могу их двигать. Например, мелкие предметы при достаточно резком повороте тела я мог швырнуть от одного угла пещеры до другого, среднего размера камни не летали, а лишь по чуть-чуть сдвигались, а крупные у меня вообще не получалось двигать. О своих тренировках я не рассказывал даже друзьям.
А потом я вдруг понял, что мой отросток — не просто кусок чего-то инородного, а часть моего собственного тела. Как-то раз, пытаясь сдвинуть особенно большой камень, который я специально прикатил из дальних тоннелей, я со всего размаху ударил по нему отростком и ощутил такую боль, что два дня не мог даже работать. С той поры отросток все больше давал себя знать. Я чувствовал неприязнь, если тот волочился по земле; ощущал, когда касался им предметов. А еще я обнаружил, что способен управлять этим странным отростком. Если я сильно напрягался, мне удавалось слегка приподнять его. Он словно оживал!
С той поры у меня начался новый этап тренировок. Я решил во что бы то ни стало научиться управлять этой странной частью тела. Отросток все больше отвечал на мои упорные попытки привести его в движение и день ото дня становился все более податливым и чувствительным. Он уже перестал быть мягким бесформенным образованием, болтающимся на левом боку. Теперь он стал гибким, словно корень, и полностью подвластным воле своего хозяина. Более того, я обнаружил, что на конце отростка есть еще несколько более мелких. И они, как и большой, также способны двигаться по воле владельца, причем независимо друг от друга. Я довольно быстро раскрыл для себя пользу этих маленьких образований. Теперь мне больше не нужно было вращать телом, ударяя по камням и палкам. Я просто подцеплял эти предметы маленькими отростками и с помощью большого перемещал их в нужное место.
Однажды я все-таки решился рассказать о своей способности Ниху и Рохе.
— Я вам хочу кое-что показать, — как-то во время робот по сбору мха объявил я друзьям. — Вот лежит палка. Пощупайте.
— Что ты еще выдумал? От работы отвлекаешь, — возмутилась Роха.
— Это ненадолго. Ну как, чувствуете палку?
Них нехотя подполз к палке.
— Есть тут она. И что такого?
Я подхватил палку своим чудесным отростком.
— Проверьте теперь.
— Она исчезла! — удивленно воскликнул Них.
— Ну и где она? — сдержанно спросила Роха.
— Где-где… У тебя за спиной!
Них и Роха недоверчиво ощупали там землю и поразились, действительно обнаружив там палку, которую я туда успел положить. Какое-то время они озадаченно молчали.
— Это другая палка, — наконец растерянно вымолвила Роха.
— Та же самая! — заверил я. — И обратите внимание, я все это время стоял справа от вас и передвинуть ее не мог!
— Но как такое может быть? — пробормотал Них. — Просто магия какая-то!
— Магия, магия, — торжествовал я. — Но и это еще не все! Как вы думаете, где она теперь?
Я поднял палку над головой.
— Ее нет! — Них вертелся на месте, ощупывая вокруг себя землю.
— Ладно, давай колись, в чем фокус? — нахмурилась Роха.
— Так где же палка? — заметно нервничая, спросил Них.
— А вот она! — усмехнулся я и уронил палку Ниху на голову.
Тот ошарашенно отскочил в сторону.
— Она летала?! — вскричал он.
— Нет. Всего лишь приподнялась чуть выше твоей головы, — с улыбкой ответил я.
— Ты что, и правда научился магии? — удивился Них.
— Нет никакой магии, глупышка, — хмыкнула Роха. — Наверняка Тах выучил какой-то фокус и просто нас дурачит.
— Роха права, это не магия, а всего лишь скрытая способность нашего организма. Просто мне удалось ее развить.
— Хотел бы и я научиться такому… — В голосе Ниха промелькнули завистливые нотки.
— Научишься, — пообещал я. — Уверен, любой человек так может. Нужно только понять, как раскрываются такие способности и как они работают.
Весь остаток дня я развлекал друзей, демонстрируя свои сверхспособности: швырял и переставлял с места на место камни и палки. В общем, делал то, чему научился за месяцы тренировок.
— Конечно, это весело — проделывать такие трюки, — заметила Роха. — И все же не забывай, что в твоем коконе дырка. Так что я тебе советую прекратить заниматься этой ерундой и все-таки обратиться к жрецам. Тебе необходимо окунуться в Грязь!
От моего отличного настроения не осталось и следа.
— Грязь… Ты понимаешь, что если я это сделаю, то, скорее всего, упущу возможность познать этот секрет? — ответил я.
— Да, но твое тело лишено целостной оболочки и постоянно находится в опасности. Ты уже несколько месяцев живешь на грани риска! Так нельзя!
— Я это понимаю, — вздохнул я. — Но ничего не дается даром. Зато, посуди сама, если у меня получится, какие возможности это откроет всему нашему обществу! Так что я готов рисковать.
— Все равно я боюсь за тебя.
— О, что я слышу! Ты боишься? За него? — многозначительно усмехнулся Них. — Что бы это значило?..
— Да ну тебя, дурак! — смущенно бросила Роха и быстро поползла прочь.
Как же мне хотелось в тот момент треснуть Ниха по голове своим чудесным отростком!
Глава 10. ПРИЧИНЫ
— Вода снова поднимается, — сказала Роха, ползая вдоль водоема. — Когда мы были здесь в прошлый раз, этот выступ на стене находился на расстоянии пяти голов от воды, а теперь почти утонул.
— Если так пойдет дальше, нашим потомкам придется учиться дышать под водой, — заметил я.
— А что, почему бы не освоить и эту сверхспособность? — вставил Них.
Это была шутка, только прозвучала она с какой-то странной интонацией.
— Ничего, если у каждого человека появятся способности, хотя бы как у меня, мы найдем способ остановить потоп, — уверенно сказал я. — Чем больше я учусь перемещать предметы на расстоянии, тем яснее понимаю, каким образом наши предки смогли возводить столь грандиозные вещи вроде нашего подземелья.
— Может, когда-нибудь и мы научимся, но сейчас-то что делать? — горько вздохнула Роха. — Мох затопило. А там, внизу, его было еще так много!
— Не беда, — сказал я и, подняв отросток, принялся отрывать со стены гигантские куски мха и сбрасывать их на землю.
— Фантастика! — восторженно вскричала Роха. — Просто мохопад какой-то!
— Наверху его немерено! — улыбнулся я. — Еще бы, ведь там никто не собирает.
— Знаешь, я уже готова взять свои слова обратно, — сказала Роха. — Ну, о том, что тебе надо избавиться от этого отростка. Полезная, честно сказать, штука!
— Нет предела совершенству, — ответил я, сгребая с земли мох, и, прижав отростком к телу большую его кучу, пополз наверх. — Догоняйте!
— Он молодец, правда? — услышал я позади восторженный голос Рохи.
— В чем же? — ответил Них. — В том, что Боги наградили его талантом? Так это не его заслуга, а Богов, которые одарили его!
— Может, Таха и наградили Боги, зато смотри, с каким усердием он развивает этот дар, — с восхищением сказала Роха. — На это способен далеко не каждый!
Я остановился, прислушался.
— Посуди сам, — продолжала Роха, — Боги даруют нам много всего, а вот как этим распоряжаться, решаем уже мы сами.
— Что-то не припоминаю, чтобы мне что-то дарили, — обиженно ответил мой приятель. — Видимо, Богам наплевать на неприметного Ниха.
— Как это ничего не дарили? — возмутилась Роха. — А как же обоняние, слух, подвижность, способность мыслить?
— Тоже мне магия…
— Ошибаешься. Просто мы настолько привыкли ко всему этому, что перестали воспринимать эти способности как нечто чудесное, как дары Богов. И все же это ведь чудо, что мы способны передвигаться, слышать, улавливать запахи, думать. Представь, если бы это у тебя отняли. Рождаются ведь люди, например, лишенные слуха. Поверь, для них наша привычная способность слышать оказалась бы полезнее умения Таха поднимать палки и камни. Но взять даже полноценных людей. Все мы рождаемся одинаковыми: каждый из нас с первых дней умеет слышать, говорить, двигаться, мыслить. Однако один в течение жизни развивает острый слух, другой — голос, от которого дрожат стены, третий обрастает могучей мускулатурой, а кое-кто тренирует память и способен запомнить все легенды нашего народа. И в то же самое время есть среди людей множество и таких, кто живет себе до самой смерти, отлынивая от работ и валяясь в пещерах, потребляя добытый другими мох, пока не помрет хилой, ни на что не годной посредственностью. А теперь представь: что было бы, если б дар передвигать предметы достался не такому умнице, как Тах, а одному из этих лентяев? Тот мог бы до самой смерти таскать за собой этот отросток, причитая, как он мешает ему жить, и даже не подозревая, каких возможностей лишается из-за собственной лени!..
— Конечно, защищай своего любимчика Таха, — резко прервал ее рассуждения Них. — Ты даже говорить стала как он!
И, схватив зубами крохотный комочек мха, Них отвернулся и пополз вверх, оставив на берегу подземного водоема пораженную Роху.
Спустя какое-то время, когда мы с Нихом ползли на работу, я заметил, что мой приятель всю дорогу задевает телом о стены и постоянно падает. Когда он в очередной раз со всего размаху налетел на какой-то выступ, я заметил:
— Ты чего сегодня такой неуклюжий? Мы ведь тут не раз ползали. Пора бы уже запомнить все препятствия.
— Я специально, — сказал Них, снова ударяясь о стену.
— Специально? — поразился я. — Зачем?
— Я вот что подумал, — ответил тот, переводя дыхание. — Ты получил свой дар после того, как тебя потрепал монстр. Так? Рабочий по имени Лех тоже рассказывал, что обрел способность ясновидения после травмы. Выходит, сверхспособности можно получить, если хорошенько удариться!
— Главное, не убейся до смерти, — рассмеялся я.
— Тебе-то легко смеяться… — Них остановился и насупился. — У тебя есть невероятные способности, и ты знаешь, что это такое.
— Но ведь я получил этот дар случайно!
— То-то и оно! Почему мир так несправедлив? Ведь ты не верил в сказки и не хотел обладать магией, но тебе она досталась. Я же всегда мечтал об этом, но мне — ничегошеньки!
— Скажи, почему ты так хочешь научиться магии?
— Мы вроде бы как-то уже говорили с тобой об этом, — уклончиво ответил Них.
— Ах, ну да! Лежишь себе, а все вокруг тебя само собой делается? — припомнил я. — Знаешь, Них, на самом деле ты все понимаешь неправильно. Обладание этой, как ты ее называешь, магией — немалый труд. Причем гораздо больший, чем просто слышать, нюхать или двигать собственным телом. Ко всему этому мы привыкли постепенно с детства. К тому же у нас были учителя — те, кто уже обладает всеми этими способностями. Мне же сейчас приходится управлять совершенно непривычными и неизвестными людям силами. Это очень сложно и требует выдержки. Если бы я просто лежал без дела, не смог бы сдвинуть не то что отросток — даже собственное тело.
— И все же я предпочел бы обладать таким даром, — нервно перебил Них.
Похоже, он думал лишь о постигшей его несправедливости и не слышал моих аргументов.
— Почему ты не научишь меня? — вдруг спросил он.
— Если бы я знал как… — вздохнул я.
— Или ты просто не хочешь? — горько усмехнулся Них. — Конечно, ведь так здорово быть уникальным! Тебе, видимо, нравится, когда тобой восхищаются! Какой ты молодец! А в чем молодец-то? Только в том, что тебе вдруг ни с того ни с сего достался талант? Конечно, со способностями Богов любой молодцом будет!
Них говорил все громче и громче и под конец едва не перешел на крик. Я так и застыл с раскрытым ртом.
— Так ты получил свой дар, а? Так? — Них со всего маху ударился в стену. — Ведь так, да? Так?!..
Он бился о стену снова и снова, да с такой силой, что земля сыпалась нам на головы. Наконец, ударившись в очередной раз со всего размаху всем телом, он упал и остался лежать.
— Них, ты чего? Что с тобой?
Я осторожно приподнял его своим чудесным отростком. Но едва мой приятель понял, чем именно я его коснулся, он отпрянул.
— Убери от меня эту свою штуковину! — вскричал он.
И, поднявшись, быстро пополз прочь.
— Если для этого нужно отправиться за Грань… — в отчаянии крикнул он и, не докончив фразы, скрылся вдали.
Признаться, в тот момент я испугался, что в таком состоянии он и правда шагнет за Грань. Однако догонять не стал. Пусть лучше побудет один. Конечно же, я понимал, что причина вовсе не в магии. Все дело в Рохе. Мы трое родились в один день и были неразлучны со времен инкубатора. Но детство проходит, мы взрослеем. Ведь женщина для ритуала Рождения выбирает лишь одного мужчину. На всю жизнь!
Глава 11. БОЛЬ
И все же с той поры я задумался: а действительно, каким образом можно приобрести этот дар? Толку, что я обладаю талантом один? Пользу обществу он сможет принести лишь в том случае, если каждый человек получит такой же отросток.
