– Господин Фотеску начисто лишен магического дара. Демона квадратного ему б удалось сыграть на руку Касатке – даже если бы он и захотел. Ладно, - прибавил после недолгого молчания. – А с Касаткой вы познакомились в Тапсе, верно? Когда сопровождали сестру.
- Я даже не знаю, где этот самый Тапс. Не помню, чтоб вообще видела его на карте. Название я услышала от сестры, случайно. Разговаривала она в тот момент не со мной, так что расспросить, что это и где, я не сумела.
- Что ж, - Ромилий снова помолчал, что-то обдумывая. – Леди, я постараюсь доставить вас на материк. И даже посажу на корабль до Кви, с вашим патентом. Но лишь при условии, что и вы нам поможете. Навигация возобновляется в середине апреля, до того момента придется побыть здесь.
Фиона шмыгнула носом, энергично закивала.
- Постойте! – она сама схватила его за руку. – А отец… и сестра, - и смолкла.
- Боитесь, что они пострадают? Леди, им самим следовало быть осторожнее. Вас попросту втянули в чужую игру.
Фиона опустила взгляд, стараясь не выдать потрясения. Клятый кассиец, готовый повесить на нее все грехи, сам признал, что она не имеет отношения к заваренной на материке каше! И даже предлагает помощь. Правда, не бесплатно: пока она здесь, ей придется чем-то помочь ему в осуществлении его планов. Вероятно, подставив или обманув кого-то из настоящих Арагонов младшей ветви.
Но сам факт! Не угрожает – увещевает и даже пытается успокоить. Потрясающая перемена настроения.
Если только это не притворство. Чтобы усыпить ее бдительность, заставив выполнять его требования.
- Вы имеете полное право мне не верить, - мягко заметил кассиец. – Знаете, я не буду сейчас ни в чем убеждать вас. И чего-то требовать. Просто подумайте на досуге обо всём, что сами же мне только что рассказали. Может статься, это не так-то много. Но картина складывается прескверная! Вы и сами должны понимать это – как бы наивны ни были, - с этим он поднялся и вышел, оставив ее в полнейшем изумлении.
Его что, Кракен покусал? Сперва тот вздумал извиняться за мордобой, теперь этот корчит из себя добренького покровителя…
Ну, или… просто оба понимают, что теперь она осталась без спутника. Корень Великого древа погиб. И опереться ей не на кого. Свой единственный источник сведений о происходящем в доме она потеряла.
А значит, если надавить, можно принудить ее к сотрудничеству. Даже не принудить – а внушить мысль, что она согласилась добровольно.
И оба теперь пытаются заполучить это добровольное согласие. Наперебой. Иными словами… не так-то они и единодушны! Вроде бы союзники – только цели у них разные.
А она-то сумеет как следует сыграть на их разногласиях?
Шпинат. Снова.
- Не доверяют мне маргаритки, - посетовала Фиона.
- Будут вам еще маргаритки, леди, - утешил некромант. – Было бы, о чем сокрушаться! И цветочки будут, и много чего еще.
- Клубники хочется, - буркнула она, недовольная, что снова ее вытянули из комнаты, не дав даже выйти на балкон.
Словно нарочно!
- Навряд ли успеете, - слова заставили вздрогнуть.
А! Это он про клубнику. Она-то испугалась – подумала на секунду, мысли читает.
- Куда столько шпината?!
- Ну, что значит – куда? Остров большой. Свежей зелени получить хотят все. Вот повар и раздает. Думаете, один тазик – это так много? Да за воротами очередь за шпинатом!
Фиона онемела. То есть, она здесь работает, не покладая рук – а результаты ее трудов попросту раздают? Точнее – распродают. Это скорее, всё-таки тан навряд ли занимается благотворительностью.
- Седмица, посвященная ночи Черных крыл – особое время, - охотно пояснил некромант. – В эти дни люди стараются выставлять на стол самое лучшее, чтобы показать: жизнь благополучна и изобильна, а сами они – беззаботны и радостны. Нужда и тревога лишают защиты, обездоленные становятся первыми жертвами злых сил. Свежая зелень – символ особого преуспеяния. Сами посудите: в нашем-то климате!
- То есть, шпинат – тоже своего рода амулет от злых сил? – нервно хохотнула она. – А что, ваши чудо-амулеты не работают?
- Сударыня, седмица – немало.
Фиона окинула его септическим взглядом. Не похоже, чтобы эти ребята страдали от слабости магического дара. В том, насколько сильны местные некроманты, она имела возможность убедиться. И что ж им тогда мешает изготовить амулеты, которые будут работать всегда, без нужды заряжать их особым образом, тем более – заменять? А этот парень уверяет, будто на седмицу их действия не хватит.
Чего-то она не понимает.
- Нику, скажите, - этот парень, соотечественник Армеллы, был самым разговорчивым в компании некромантов. – Почему седмица-то? Переход из осени в зиму – одна ночь.
- Нет, переход через Врата зимы длится седмицу, - возразил он. – И всю седмицу столы должны ломиться от угощений, а люди – всячески показывать свое благополучие, силу и достаток. В знак того, что потусторонним холоду и мраку не достать их. И ночами не следует гасить огни, а положено веселиться, смеяться и праздновать. Дать понять зиме – ее не страшатся, ее приход радостен. Люди сделали запасы и готовы отдыхать долгие темные месяцы. Отдых этот заслуженный, в праздник тратятся излишки.
- Седмица? – недоверчиво переспросила Фиона. – Нет, правда? В столице балы устраивали лишь одну ночь – собственно, ночь Черных крыл, - она покачала головой.
- В столице? – хмыкнул Нику. – Это Ковентри, что ли? Леди, так то – столица. Сухопутные крысы и есть – чего от таких еще ждать? Костюмированные балы для бездельников!
- Ага. То есть, у нас они – для бездельников, а здесь – для тружеников? – обиделась Фиона.
- Леди, не сравнивайте! Что может принести ночь Черных крыл в сытый безопасный Ковентри? – он с сожалением поглядел на нее. – А мы – на острове Костей.
- Ну! И что, в ночь Черных крыл здесь прямо-таки начинают кишеть привидения? – хмыкнула она.
Вот ведь! Это, кажется, первый раз, как при ней произнесли вслух название острова. И сейчас есть возможность вызнать о местных особенностях побольше. Если он, конечно, не оскорбится ее замечанием. Надо было аккуратнее высказываться…
- Вот сами и увидите, - собеседник помрачнел.
Так-таки обиделся.
- Что я увижу? – фыркнула она. – Толпу пьяных пиратов, которые от безделья бражничают и колобродят седмицу напролет? Даже странно немного, что не до самого открытия навигации.
Некромант скорбно покачал головой.
- Сударыня, вы изумительно легкомысленны, - посетовал он. – Впрочем, по вам видно, что вы жили сытую ленивую жизнь где-то в богатой семье. С рождения были окружены слугами и гувернерами.
Сказать ему, что он попал в самую точку?
- Празднование ночи Черных крыл – не прихоть и не баловство. Это – защита от того, что выходит на землю в седмицу Врат. И седмица Врат – это куда более точное название, хоть и не прижилось.
- Нелепость. Для защиты давно придуманы действенные средства и способы. У вас, в конце концов, здесь полный дом некромантов! И вы, кстати, в их числе.
- Именно, сударыня, - обиделся Нику. – Я – в их числе. И уж у меня была не одна возможность оценить так называемые действенные средства и способы. Остров Костей – это вам не материк. Тем более – не Ковентри, - он криво усмехнулся.
- Слушайте, а чего название-то такое? Или пираты просто ничего лучше не придумали. Завалили тут всё костями своих жертв – да в честь того и назвали?
Некромант с сожалением глянул на нее.
- Нет. Просто этот остров стоит на сплошных костях. Не человеческих – если вы на эту тему собирались снова пошутить. Если опустить подробности, скучные для леди, этот остров – целиком своего рода портал в преисподнюю. И в седмицу Врат это становится понятно, как никогда.
- Эк вы о собственном доме!
- Да, это наш дом. И дом наш стоит на самом настоящем портале в преисподнюю. Но другого нет, - он усмехнулся. – К тому же такой дом в некотором роде надежнее обычного острова.
Фиона раскрыла было рот – и захлопнула. Еле удержала язык за зубами!
Надежен этот дом, видимо, благодаря скале Маяк. И любопытной аномалии, которую она видела, когда подплывали к острову. Но скалы Маяк она видеть не должна была. И не должна знать, что ее прогулка с Риди была спланирована таном, одобрена им, и ему прекрасно известны подробности той самой прогулки. А значит, и трепать языком о ней она может безбоязненно.
- Из-за этих костей такие странные эффекты, когда плывешь к острову? – переспросила-таки она. – Ну, сперва остров кажется крохотным клочком, который далеко-далеко. А потом вдруг скалы поднимаются над головой.
Кости. Что ж там за кости?! Ни разу не слышала о том, чтоб кости живого существа способны были поддерживать такие магические эффекты!
Может, на самом деле это не чьи-то кости, а… ну, просто так называют нечто. Нечто такое, что есть на этом острове, и нигде больше этого нет. Название артефакта?
Некромант в задумчивости молчал – будто взвешивал: что стоит говорить, а что – нет. Его товарищи молча работали.
А может такое быть, что весь остров в целом – один огромный артефакт? Артефакт естественного происхождения. Или не совсем естественного?
- Да вы сами не знаете, дамочка, о чем толкуете! – встряла неожиданно служанка. – Эффекты, - передразнила она ядовито.
Фиона аж от шпината отвлеклась – она и забыла, что служанка тоже слышит разговор! Та казалась чем-то вроде мебели. Судя по тому, что никто из некромантов не торопился одернуть девицу, никто и отвечать не собирался.
- А эффекты очень даже простые, - продолжила та, видя, что рот ей не затыкают. – Сестра моя в позапрошлый год одна дома оставалась. Не пришла к дому тана, как положено! И на стол не ставила ничего, только ночники в доме оставила зажженными.
- И что? – переспросила завороженная Фиона, когда та умолкла.
- Что-что, - девица дернула плечом. – Утром после первой же ночи я прибежала к ней, хотя спать хотелось – сил никаких! Кинулась – ночники горят, ни один не потух. А сестру так и не нашли.
- А ее искали? – скептически осведомилась Фиона, поняв, что продолжения не дождется.
- Искали, леди, - это снова заговорил Нику. – Я эту историю очень хорошо помню! Лично искал. Знаете, наш дар позволяет по вещи человека почувствовать – жив ли он, здоров ли.
- Это я помню, - пробормотала она.
- Ну вот. Личных вещей был полный дом. И пряди волос в гребне, которым девушка меньше суток назад расчесывалась. А отыскать я ничего не смог! Не жива и не мертва. Словно и не было никогда такого человека! Как глухая стена между нею и мной. Никогда ни до, ни после дар таких ответов мне не давал.
Повисла тишина.
Служанка угрюмо смолкла. Некроманты уткнулись в свою работу. Фиона молча растила шпинат, пытаясь понять, сколько в рассказанной ей истории вранья, а сколько – искреннего заблуждения.
Или это душещипательное предание сочинили нарочно, чтоб она прекратила задавать вопросы?
В этот раз кассиец снова заявился к вечеру. Точнее – в этот раз он уже ждал ее в комнате, развалившись в ее любимом кресле.
- И каких гиен вам понадобилось? – буркнула она с досадой.
- Долго возитесь, - он не остался в долгу. – Я вас полчаса жду!
- Ну, так и не ждали бы. Чего вам, с Кракеном беседы не ведутся? Или вы так ему надоели, что он вас выгнал ко мне? Будем теперь вместе коротать деньки до открытия навигации.
- Так долго я вам докучать не собираюсь, не надо так нервничать. Я к вам по делу. Вот, - он указал на разложенные по столу письменные принадлежности. – Напишете письмо – и я вас покину!
- Письмо. Кому?
- Родственникам, дорогая моя леди Арагон! Неужто не соскучились7 Батюшка наверняка тревожится за вас. И сестра – верно? Так вот – надо написать им. Сообщить, что вы живы и здоровы, в конце концов. Пока что.
- Так и писать – жива и здорова пока что? – ехидно переспросила Фиона.
- Зубоскалите, - понимающе покивал Ромилий. – Не волнуйтесь. Я понимаю, после целого дня трудов праведных вы скверно соображаете. Так и быть. вам не придется напрягать ваш слабый ум. Я вам продиктую, что следует писать. Так что не надейтесь, отправить скрытое послание в письме вам не удастся! – и дружелюбно оскалился.
У нее вырвался истерический смешок.
- Да! – Ромилий подскочил с кресла. – Какая бестактность с моей стороны – я ведь занял ваше любимое кресло! Прошу, присаживайтесь, - он отвесил шутовской поклон. – Знаете, я ведь не совсем черствый солдафон. Вы целый трудились, а теперь вам еще и писать. Я прикажу принести вам наливки… знаете, наливка из местного кизила – слыхали про такую ягодку? Да неважно! Словом, эта наливка из погребов тана – истинное чудо. Слабовата – но для барышни то, что надо.
- Какая подозрительная учтивость, - пробормотала Фиона, плюхаясь.
Слуга с наливкой, не иначе, давно ждал за дверью. Кассиец своими руками налил для нее чарку.
Вид при этом у него был такой злорадный, что Фиона было заподозрила яд. Но не мог же он отравить ее раньше, чем получит письмо? Или яд отсроченный…
- Пейте-пейте, не отравлено! – заверил он. – У вас на лице написано, о чем вы думаете.
- А у вас – нет! С чего бы мне верить вам?
- Причин верить мне и правда нет, - согласился клятый кассиец. – Но это и правда не отравлено. А выпить придется. Хотя бы попробуйте! Это же вкусно.
А морда – простодушная-простодушная. И глаза хитрющие. Нет, напиток не отравлен. Скорее всего. Подвох в чем-то другом.
В чем? Не узнает, пока не выпьет.
Ромилий с видимым удовлетворением следил, как она допивает. Подвинул ей тарелочку с нарезанным сыром и сушеным черносливом. Сама учтивость! И что теперь? Фиона прислушалась к ощущениям. Ничего вроде бы не изменилось. Голова не кружилась, в ушах не шумело. В глазах не темнело, руки не дрожали. Чего у него рожа-то такая довольная?
- Вот и всё, сударыня, - проговорил кассиец, кивая. – Тут правда не было яда – не нужно так глубокомысленно таращиться в потолок. Всё дело в каллиграфической магии, - он помолчал. – Теперь вы не сумеете подделать почерк. Придется писать своим. Тем, что выработался у вас от природы.
Фиона моргнула.
А спустя полминуты до нее дошло. Она с трудом сдержалась, чтоб не заржать.
- Видите, как всё просто? – он ласково улыбнулся. – Да, у меня нет образца вашего почерка. Увы, мне ни разу не попадали в руки письма, написанные вами… и вы наверняка предполагали это, верно? – помолчал с полминуты. – Вы наверняка рассчитывали этим воспользоваться.
- Какой вы умный, - выдавила Фиона. А ведь ей даже в голову не пришло!
- Я умный, - кивнул кассиец. – Куда умнее, чем вы, вероятно, считаете. И уж такой простой ход просчитать могу. Слегка изменить почерк – и его светлость герцог задумается: а точно ли это написала его младшая дочь? И почему почерк вдруг поменялся.
- Я даже не знаю, где этот самый Тапс. Не помню, чтоб вообще видела его на карте. Название я услышала от сестры, случайно. Разговаривала она в тот момент не со мной, так что расспросить, что это и где, я не сумела.
- Что ж, - Ромилий снова помолчал, что-то обдумывая. – Леди, я постараюсь доставить вас на материк. И даже посажу на корабль до Кви, с вашим патентом. Но лишь при условии, что и вы нам поможете. Навигация возобновляется в середине апреля, до того момента придется побыть здесь.
Фиона шмыгнула носом, энергично закивала.
- Постойте! – она сама схватила его за руку. – А отец… и сестра, - и смолкла.
- Боитесь, что они пострадают? Леди, им самим следовало быть осторожнее. Вас попросту втянули в чужую игру.
Фиона опустила взгляд, стараясь не выдать потрясения. Клятый кассиец, готовый повесить на нее все грехи, сам признал, что она не имеет отношения к заваренной на материке каше! И даже предлагает помощь. Правда, не бесплатно: пока она здесь, ей придется чем-то помочь ему в осуществлении его планов. Вероятно, подставив или обманув кого-то из настоящих Арагонов младшей ветви.
Но сам факт! Не угрожает – увещевает и даже пытается успокоить. Потрясающая перемена настроения.
Если только это не притворство. Чтобы усыпить ее бдительность, заставив выполнять его требования.
- Вы имеете полное право мне не верить, - мягко заметил кассиец. – Знаете, я не буду сейчас ни в чем убеждать вас. И чего-то требовать. Просто подумайте на досуге обо всём, что сами же мне только что рассказали. Может статься, это не так-то много. Но картина складывается прескверная! Вы и сами должны понимать это – как бы наивны ни были, - с этим он поднялся и вышел, оставив ее в полнейшем изумлении.
Его что, Кракен покусал? Сперва тот вздумал извиняться за мордобой, теперь этот корчит из себя добренького покровителя…
Ну, или… просто оба понимают, что теперь она осталась без спутника. Корень Великого древа погиб. И опереться ей не на кого. Свой единственный источник сведений о происходящем в доме она потеряла.
А значит, если надавить, можно принудить ее к сотрудничеству. Даже не принудить – а внушить мысль, что она согласилась добровольно.
И оба теперь пытаются заполучить это добровольное согласие. Наперебой. Иными словами… не так-то они и единодушны! Вроде бы союзники – только цели у них разные.
А она-то сумеет как следует сыграть на их разногласиях?
Глава 26
Шпинат. Снова.
- Не доверяют мне маргаритки, - посетовала Фиона.
- Будут вам еще маргаритки, леди, - утешил некромант. – Было бы, о чем сокрушаться! И цветочки будут, и много чего еще.
- Клубники хочется, - буркнула она, недовольная, что снова ее вытянули из комнаты, не дав даже выйти на балкон.
Словно нарочно!
- Навряд ли успеете, - слова заставили вздрогнуть.
А! Это он про клубнику. Она-то испугалась – подумала на секунду, мысли читает.
- Куда столько шпината?!
- Ну, что значит – куда? Остров большой. Свежей зелени получить хотят все. Вот повар и раздает. Думаете, один тазик – это так много? Да за воротами очередь за шпинатом!
Фиона онемела. То есть, она здесь работает, не покладая рук – а результаты ее трудов попросту раздают? Точнее – распродают. Это скорее, всё-таки тан навряд ли занимается благотворительностью.
- Седмица, посвященная ночи Черных крыл – особое время, - охотно пояснил некромант. – В эти дни люди стараются выставлять на стол самое лучшее, чтобы показать: жизнь благополучна и изобильна, а сами они – беззаботны и радостны. Нужда и тревога лишают защиты, обездоленные становятся первыми жертвами злых сил. Свежая зелень – символ особого преуспеяния. Сами посудите: в нашем-то климате!
- То есть, шпинат – тоже своего рода амулет от злых сил? – нервно хохотнула она. – А что, ваши чудо-амулеты не работают?
- Сударыня, седмица – немало.
Фиона окинула его септическим взглядом. Не похоже, чтобы эти ребята страдали от слабости магического дара. В том, насколько сильны местные некроманты, она имела возможность убедиться. И что ж им тогда мешает изготовить амулеты, которые будут работать всегда, без нужды заряжать их особым образом, тем более – заменять? А этот парень уверяет, будто на седмицу их действия не хватит.
Чего-то она не понимает.
- Нику, скажите, - этот парень, соотечественник Армеллы, был самым разговорчивым в компании некромантов. – Почему седмица-то? Переход из осени в зиму – одна ночь.
- Нет, переход через Врата зимы длится седмицу, - возразил он. – И всю седмицу столы должны ломиться от угощений, а люди – всячески показывать свое благополучие, силу и достаток. В знак того, что потусторонним холоду и мраку не достать их. И ночами не следует гасить огни, а положено веселиться, смеяться и праздновать. Дать понять зиме – ее не страшатся, ее приход радостен. Люди сделали запасы и готовы отдыхать долгие темные месяцы. Отдых этот заслуженный, в праздник тратятся излишки.
- Седмица? – недоверчиво переспросила Фиона. – Нет, правда? В столице балы устраивали лишь одну ночь – собственно, ночь Черных крыл, - она покачала головой.
- В столице? – хмыкнул Нику. – Это Ковентри, что ли? Леди, так то – столица. Сухопутные крысы и есть – чего от таких еще ждать? Костюмированные балы для бездельников!
- Ага. То есть, у нас они – для бездельников, а здесь – для тружеников? – обиделась Фиона.
- Леди, не сравнивайте! Что может принести ночь Черных крыл в сытый безопасный Ковентри? – он с сожалением поглядел на нее. – А мы – на острове Костей.
- Ну! И что, в ночь Черных крыл здесь прямо-таки начинают кишеть привидения? – хмыкнула она.
Вот ведь! Это, кажется, первый раз, как при ней произнесли вслух название острова. И сейчас есть возможность вызнать о местных особенностях побольше. Если он, конечно, не оскорбится ее замечанием. Надо было аккуратнее высказываться…
- Вот сами и увидите, - собеседник помрачнел.
Так-таки обиделся.
- Что я увижу? – фыркнула она. – Толпу пьяных пиратов, которые от безделья бражничают и колобродят седмицу напролет? Даже странно немного, что не до самого открытия навигации.
Некромант скорбно покачал головой.
- Сударыня, вы изумительно легкомысленны, - посетовал он. – Впрочем, по вам видно, что вы жили сытую ленивую жизнь где-то в богатой семье. С рождения были окружены слугами и гувернерами.
Сказать ему, что он попал в самую точку?
- Празднование ночи Черных крыл – не прихоть и не баловство. Это – защита от того, что выходит на землю в седмицу Врат. И седмица Врат – это куда более точное название, хоть и не прижилось.
- Нелепость. Для защиты давно придуманы действенные средства и способы. У вас, в конце концов, здесь полный дом некромантов! И вы, кстати, в их числе.
- Именно, сударыня, - обиделся Нику. – Я – в их числе. И уж у меня была не одна возможность оценить так называемые действенные средства и способы. Остров Костей – это вам не материк. Тем более – не Ковентри, - он криво усмехнулся.
- Слушайте, а чего название-то такое? Или пираты просто ничего лучше не придумали. Завалили тут всё костями своих жертв – да в честь того и назвали?
Некромант с сожалением глянул на нее.
- Нет. Просто этот остров стоит на сплошных костях. Не человеческих – если вы на эту тему собирались снова пошутить. Если опустить подробности, скучные для леди, этот остров – целиком своего рода портал в преисподнюю. И в седмицу Врат это становится понятно, как никогда.
- Эк вы о собственном доме!
- Да, это наш дом. И дом наш стоит на самом настоящем портале в преисподнюю. Но другого нет, - он усмехнулся. – К тому же такой дом в некотором роде надежнее обычного острова.
Фиона раскрыла было рот – и захлопнула. Еле удержала язык за зубами!
Надежен этот дом, видимо, благодаря скале Маяк. И любопытной аномалии, которую она видела, когда подплывали к острову. Но скалы Маяк она видеть не должна была. И не должна знать, что ее прогулка с Риди была спланирована таном, одобрена им, и ему прекрасно известны подробности той самой прогулки. А значит, и трепать языком о ней она может безбоязненно.
- Из-за этих костей такие странные эффекты, когда плывешь к острову? – переспросила-таки она. – Ну, сперва остров кажется крохотным клочком, который далеко-далеко. А потом вдруг скалы поднимаются над головой.
Кости. Что ж там за кости?! Ни разу не слышала о том, чтоб кости живого существа способны были поддерживать такие магические эффекты!
Может, на самом деле это не чьи-то кости, а… ну, просто так называют нечто. Нечто такое, что есть на этом острове, и нигде больше этого нет. Название артефакта?
Некромант в задумчивости молчал – будто взвешивал: что стоит говорить, а что – нет. Его товарищи молча работали.
А может такое быть, что весь остров в целом – один огромный артефакт? Артефакт естественного происхождения. Или не совсем естественного?
- Да вы сами не знаете, дамочка, о чем толкуете! – встряла неожиданно служанка. – Эффекты, - передразнила она ядовито.
Фиона аж от шпината отвлеклась – она и забыла, что служанка тоже слышит разговор! Та казалась чем-то вроде мебели. Судя по тому, что никто из некромантов не торопился одернуть девицу, никто и отвечать не собирался.
- А эффекты очень даже простые, - продолжила та, видя, что рот ей не затыкают. – Сестра моя в позапрошлый год одна дома оставалась. Не пришла к дому тана, как положено! И на стол не ставила ничего, только ночники в доме оставила зажженными.
- И что? – переспросила завороженная Фиона, когда та умолкла.
- Что-что, - девица дернула плечом. – Утром после первой же ночи я прибежала к ней, хотя спать хотелось – сил никаких! Кинулась – ночники горят, ни один не потух. А сестру так и не нашли.
- А ее искали? – скептически осведомилась Фиона, поняв, что продолжения не дождется.
- Искали, леди, - это снова заговорил Нику. – Я эту историю очень хорошо помню! Лично искал. Знаете, наш дар позволяет по вещи человека почувствовать – жив ли он, здоров ли.
- Это я помню, - пробормотала она.
- Ну вот. Личных вещей был полный дом. И пряди волос в гребне, которым девушка меньше суток назад расчесывалась. А отыскать я ничего не смог! Не жива и не мертва. Словно и не было никогда такого человека! Как глухая стена между нею и мной. Никогда ни до, ни после дар таких ответов мне не давал.
Повисла тишина.
Служанка угрюмо смолкла. Некроманты уткнулись в свою работу. Фиона молча растила шпинат, пытаясь понять, сколько в рассказанной ей истории вранья, а сколько – искреннего заблуждения.
Или это душещипательное предание сочинили нарочно, чтоб она прекратила задавать вопросы?
*** ***
В этот раз кассиец снова заявился к вечеру. Точнее – в этот раз он уже ждал ее в комнате, развалившись в ее любимом кресле.
- И каких гиен вам понадобилось? – буркнула она с досадой.
- Долго возитесь, - он не остался в долгу. – Я вас полчаса жду!
- Ну, так и не ждали бы. Чего вам, с Кракеном беседы не ведутся? Или вы так ему надоели, что он вас выгнал ко мне? Будем теперь вместе коротать деньки до открытия навигации.
- Так долго я вам докучать не собираюсь, не надо так нервничать. Я к вам по делу. Вот, - он указал на разложенные по столу письменные принадлежности. – Напишете письмо – и я вас покину!
- Письмо. Кому?
- Родственникам, дорогая моя леди Арагон! Неужто не соскучились7 Батюшка наверняка тревожится за вас. И сестра – верно? Так вот – надо написать им. Сообщить, что вы живы и здоровы, в конце концов. Пока что.
- Так и писать – жива и здорова пока что? – ехидно переспросила Фиона.
- Зубоскалите, - понимающе покивал Ромилий. – Не волнуйтесь. Я понимаю, после целого дня трудов праведных вы скверно соображаете. Так и быть. вам не придется напрягать ваш слабый ум. Я вам продиктую, что следует писать. Так что не надейтесь, отправить скрытое послание в письме вам не удастся! – и дружелюбно оскалился.
У нее вырвался истерический смешок.
- Да! – Ромилий подскочил с кресла. – Какая бестактность с моей стороны – я ведь занял ваше любимое кресло! Прошу, присаживайтесь, - он отвесил шутовской поклон. – Знаете, я ведь не совсем черствый солдафон. Вы целый трудились, а теперь вам еще и писать. Я прикажу принести вам наливки… знаете, наливка из местного кизила – слыхали про такую ягодку? Да неважно! Словом, эта наливка из погребов тана – истинное чудо. Слабовата – но для барышни то, что надо.
- Какая подозрительная учтивость, - пробормотала Фиона, плюхаясь.
Слуга с наливкой, не иначе, давно ждал за дверью. Кассиец своими руками налил для нее чарку.
Вид при этом у него был такой злорадный, что Фиона было заподозрила яд. Но не мог же он отравить ее раньше, чем получит письмо? Или яд отсроченный…
- Пейте-пейте, не отравлено! – заверил он. – У вас на лице написано, о чем вы думаете.
- А у вас – нет! С чего бы мне верить вам?
- Причин верить мне и правда нет, - согласился клятый кассиец. – Но это и правда не отравлено. А выпить придется. Хотя бы попробуйте! Это же вкусно.
А морда – простодушная-простодушная. И глаза хитрющие. Нет, напиток не отравлен. Скорее всего. Подвох в чем-то другом.
В чем? Не узнает, пока не выпьет.
Ромилий с видимым удовлетворением следил, как она допивает. Подвинул ей тарелочку с нарезанным сыром и сушеным черносливом. Сама учтивость! И что теперь? Фиона прислушалась к ощущениям. Ничего вроде бы не изменилось. Голова не кружилась, в ушах не шумело. В глазах не темнело, руки не дрожали. Чего у него рожа-то такая довольная?
- Вот и всё, сударыня, - проговорил кассиец, кивая. – Тут правда не было яда – не нужно так глубокомысленно таращиться в потолок. Всё дело в каллиграфической магии, - он помолчал. – Теперь вы не сумеете подделать почерк. Придется писать своим. Тем, что выработался у вас от природы.
Фиона моргнула.
А спустя полминуты до нее дошло. Она с трудом сдержалась, чтоб не заржать.
- Видите, как всё просто? – он ласково улыбнулся. – Да, у меня нет образца вашего почерка. Увы, мне ни разу не попадали в руки письма, написанные вами… и вы наверняка предполагали это, верно? – помолчал с полминуты. – Вы наверняка рассчитывали этим воспользоваться.
- Какой вы умный, - выдавила Фиона. А ведь ей даже в голову не пришло!
- Я умный, - кивнул кассиец. – Куда умнее, чем вы, вероятно, считаете. И уж такой простой ход просчитать могу. Слегка изменить почерк – и его светлость герцог задумается: а точно ли это написала его младшая дочь? И почему почерк вдруг поменялся.
