– Нашим профессорам точно понравилось бы! Они бы оценили философскую фигуру. В общем, рассказываю, - прибавила она, заметив скептический взгляд подруги. – Это программа! Ты же помнишь – наш полтергейст выходил на экран списком характеристик. Так вот: программа эти характеристики переводит в координаты. Чтобы визуализировать объект. Ну, а поскольку координатных осей получится сильно больше, чем три – программа разбивает список на группы по три и для удобства сводит их вот в такую… коробочку. На деле внутри этой коробки с десяток измерений!
- Ужас! – искренне высказалась Оля. – У меня мозги уже закипели.
- Спокойно, сейчас решим, - Яна взмахнула рукой. – Вот гляди: сейчас антенна направлена в пустой угол. Там – точно никого и ничего нет – чисто! И, видишь – пустая… коробка, как ты ее называешь.
- А как ее на самом-то деле называют?
- Никак не называют, она и так работает… ты гляди лучше! Теперь я перевожу антенну, - она задумалась. – На дверь кабинета не будем – а то такого покажет! Лучше вон в тот угол, там прибор показывает наличие потусторонней живности. Все той же самой, надо полагать. Вот так, - она повернула антенну. – И, - протянула она многозначительно.
Оля и сама увидела. На стенках коробки появились зеленые прозрачные капли, похожие на слизь из фильма про охотников за привидениями. Несколько капель застыли прямо посреди коробки, не касаясь ее стенок.
- Эк его разбрызгало, - протянула девушка. – Это он живой или дохлый?
- Почему дохлый? – удивилась Яна.
- Да вон его как размазало! Такое ощущение, будто баллончик с соплями взорвался. Как можно оставаться живым в такой расчлененке?!
- Тьфу ты! – досадливо скривилась подруга. – Это – визуализация жизненных показателей, а не реальных очертаний тела! У него и тела-то нет в привычном понимании. Так, набор энергетических характеристик, - она взглянула на Олю. Вздохнула. – Ну, как тебе объяснить. Вот хочешь, я покажу, как ты выглядишь в энергетической форме?
- Ну, покажи, - опасливо согласилась Оля, уже понимая, что зря.
Не понравится ей то, что она сейчас увидит. Ох, не понравится! Яна тем временем направила антенну прямо на нее. Что-то принялась щелкать на клавиатуре своей шайтан-машинки.
- Вот, любуйся, - заявила она, указывая на экран.
Секунда – коробка оставалась пустой. А потом… Оле в страшном сне не могло присниться, что «в энергетической форме» она будет похожа на те же самые зеленые сопли, размазанные по стенкам картонной коробки тонким слоем. Несколько кусочков неправильной формы болтались возле одного из углов коробки, оторванные от основной массы.
- Это что, шутка такая?! – пролепетала она, ошалев от увиденного. – Почему я похожа на сопли?!
- Да не сопли это, а энергия! – возмутилась Яна.
- Вот это мило, - зафыркала Оля недовольно. – Это значит, когда я сморкаюсь, у меня в платочек энергия вылетает?! Ян, да ты эзотерик настоящий! Экстрасенс! Эти тоже уверяют, что всякие жидкости организма – это утекающая энергия.
- Да почему, блин, сопли-то?! – подруга всплеснула руками.
- Ты еще скажи, что сама не видишь. А на что это, по-твоему, похоже?
- Тьфу ты! Ну у тебя и ассоциации, - Яна уставилась в экран, точно лишь сейчас его увидела. – Оль, я говорила, что это – не коробка, а рамка энергетических характеристик?! Стенки коробки, как ты это называешь, - это нулевые значения характеристик! Если значение отличается от нуля – это создает выпуклость на так называемой стенке, - она перевела дух. – Это не слизь прилипла, это объемный график! Диаграмма, понимаешь?
- Всякое видала, но чтобы диаграмма была похожа на сопли – впервые! – упрямо заявила Оля. – Еще смачные такие, зеленые…
- Да цвет вообще неважен! – возмутилась снова Яна. – Хочешь, синеньким сделаю?! Желтеньким, красненьким, фиолетовым? Могу сделать серым, если тебе так будет спокойнее, - она что-то щелкнула, и изображение потеряло цвет. – Цвета вообще предназначены для того, чтобы на диаграмме разные объекты не смешивались. Например, в углу оказалась бы не одна сущность, а две или три. Тогда характеристики одной вышли бы зеленым, например, изображением. А характеристики других – допустим, синим и красным. Все наглядно и понятно!
- Ладно, не кипятись, - Оля вздохнула. – Извини, перегнула. Просто как-то неожиданно было увидеть себя в таком вот, - она кивнула на экран, - виде. Слушай, верни цвет. А то так вообще как-то уныло смотрится.
- А вот не верну, - мстительно буркнула Яна. – Останешься серой на веки вечные… серые сопли – по-моему, это брутально.
- Я – брутальные серые сопли, - пробормотала Оля. – И с этим знанием мне теперь жить. На работу ходить.
- Знание того, что у нас под этажеркой находится некое энергетическое существо, имеющее вполне выпуклые характеристики, тебе на работу ходить не помешает, - заметила подруга.
- С этим знанием я хожу на работу уже давно!
- А мне теперь как-то не по себе, - созналась Яна. – Когда видишь его вот так, воочию, почти вживую, - она поежилась. – Когда не видишь – легко подумать, что все показалось. Что воображение разыгралось, что с ума сходишь, в конце концов.
- Тебя утешает мысль о том, что ты можешь сходить с ума? – удивилась Оля.
- Утешает, знаешь. Потому что, если схожу с ума я – значит, вокруг все нормально. Мир устойчив и предсказуем. Это просто у меня в голове что-то подвинулось.
- Я все-таки предпочту, чтобы лично у меня в голове ничего не двигалось, - подумав, заявила Оля. – Сопли в углу – черт с ними! Главное, чтобы голова была здорова. Без соплей.
- Ладно, - Яна вздохнула, махнула рукой. – Почему твой вид так отличается от вида того, что мы видели в углу, тебя не интересует, правильно?
- Ну, может, потому, что я – человек, а в углу – невесть что? – предположила Оля.
- А чем это может быть для нас чревато? – настойчиво протянула подруга.
- Ну… новыми фокусами полтергейста, как обычно?
- Вроде бы закономерно, но на бытовом уровне, - Яна с сожалением поглядела на нее. – А я немного о другом. Этот вид – не изображение тела, а энергетические характеристики. Ты выглядишь, как диаграмма, размазанная по стенкам. То есть – все значения минимальны. Близки к нулю.
- Это что, вроде как аура слабая, или как там говорят экстрасенсы?!
- Нормальная у тебя аура. Как у любого человека – ничем не лучше и не хуже. У экстрасенса твоего, может, значения повыше будут. Хотя не факт. Не видела я живых экстрасенсов. И не уверена, что они вот такие прямо экстрасенсы. Не в этом суть. Наши энергетические характеристики существенно ниже, чем у этих потусторонних гостей. А значит – мы банально слабее. Они – ну, скажем, как тигры или львы по сравнению с нами. Или медведи.
- Ага, мило, - Оля поежилась. – Эдакие неосязаемые, невидимые потусторонние тигры, львы и медведи. Мило.
- Я для примера сказала!
- Да я поняла, - она вздохнула. – Жутковато как-то. Я понимаю, что ты это для наглядности. Но вот эта вот наглядность жуть и нагоняет.
- Ну да, нагоняет, - не стала спорить Яна. – Но мы их, по крайней мере, видим. Можем определить, где они. И насколько сильны.
- Ну, а поделать-то мы что-нибудь с ними можем? – безнадежно вопросила Оля. – Ты говорила – менять им там эти характеристики как-то. Вот понизить ты их можешь?
- Не могу, - созналась подруга. – В смысле – вот той аппаратурой, которая у нас сейчас имеется, не могу. Все, что в наших силах – наблюдать. Ну, и еще можно видеть, как оно перемещается в пространстве. Пришло или ушло, есть или нет. Сильное или не особенно, висит смирно или мечется, буйствует.
- Неутешительно, - пробормотала Оля.
- Лиха беда начало! – ободрила подруга.
Потом, видимо, поняла, что фраза прозвучала двусмысленно. Сдавленно хихикнула, виновато пожала плечами.
- Обойтись бы без беды и лиха, - Оля вздохнула. – Но нам, как я понимаю, не судьба.
- Ну, еще неделю назад мы вообще не могли и следить за ними. Сейчас – можем. Глядишь, дальше лучше станет! Если они мне, конечно, аппаратуру не разнесут, - прибавила Яна.
- А защитить ее как-нибудь можно? – Оля с сомнением оглядела расставленные на полу приборы.
- Защитить? – подруга задумалась. – Если только соли вокруг насыпать, - она кинула взгляд на дверь кабинета. – Хотя и без соли несколько дней как-то все продержалось. Мне, правда, интересно – как ты собираешься соль потом из ковра выковыривать.
- Ну… пылесос мне в помощь, - она неуверенно пожала плечами. – Ты лучше скажи, как ту функцию активировать? Ну, чтобы им энергетические характеристики менять?
- Думаю, к выходным вопрос утрясется, - обнадежила Яна. – Парнишка с работы обещал дописать прогу, память я докупила. С энергетическими характеристиками я разобралась. В смысле – прибор их снимает без сучка и задоринки! Надо будет еще забрать программу с работы – девочки обещали сделать копию. Принести, разархивировать, установить… в общем, возни много, но в итоге мы получим рабочую установку.
Н-да, возни и правда получается много. Главное, чтобы неведомый полтергейст, обосновавшийся в квартире, не перешел первым в наступление.
А то раскатает установку по винтику, сожжет платы или чипы – или что там у прибора вместо мозгов… Ну, или просто разнесет квартиру целиком – вместе с горе-хозяйкой и ее подругой. Господи, как четвероюродная прапрабабушка, Серена Павловна, справлялась со всеми этими духами и барабашками!
Или ее они не трогали?
У кого бы спросить, были они здесь всегда или нашествие началось уже после смены владелицы? И в честь чего они вдруг налетели, словно им медом помазано.
Ладно, на крайний случай остается тетушка – Антонина Борисовна. Телефон у Оли остался. И если затея Яны не увенчается успехом, можно будет прибегнуть к помощи тети – как к крайнему средству. Эх, она-то еще удивлялась – чего это остальные наследнички не спорят, что квартира отходит ей – невесть кому! А все оказалось просто.
Квартирка с подвохом. Впрочем, чему удивляться. Имущество без подвоха навряд ли отошло бы дальней-дальней родственнице, седьмой воде на киселе.
- И что ты собираешься этому тигру и медведю поменять местами? – Оля с любопытством склонилась к экрану.
- Ну, - протянула подруга. – Попробую чуть-чуть понизить ему показатели. Ну, ты помнишь, как выглядел твой график? Вот, попытаюсь если не снизить ему энергию до такого же уровня, то хотя бы приблизиться к нему.
- Не помрет зверушка от упадка сил?
- Тебе его жалко? – Яна приподняла брови. – Вообще, не должен – он же бестелесный!
- Ну ок, - Оля уселась рядом по-турецки. – А мне посмотреть можно?
- Ни за что! Я же жадина, за посмотр деньги платят, - подруга усмехнулась. – А я думала – ты снова рисовать будешь.
- Не буду. Не рисуется мне, наверное, отдых нужен.
- Ну, оно и правильно. Кто его знает, как оно на наши действия отреагирует. На мои, в смысле, - Яна принялась переключать какие-то кнопки и рычажки.
Повертела раструб локатора – видать, чтобы лучше поймать неведомое существо в фокус. Из динамиков вырвался писк, потом что-то зазвенело.
- Мне вот интересно, - заговорила Оля. – И что, он вот так будет смирно сидеть на месте и ждать, пока ты ему что-то поменяешь? Даже не рыпнется и не пикнет?
- Пока сидит, - скупо отозвалась подруга. – Но вообще, я не думаю, - прибавила она. – Я потому и говорю, что правильно ты без рисования пришла. Сдается мне, не даст он тебе ничего дорисовать. Даже если ты на кухню уйдешь. Как они буянить умеют – мы видели.
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь клацаньем клавиш. Монитор мерцал. А внутри пустой коробки – точнее, координатной сетки – жил и дышал пульсирующий сгусток энергии. Оля глядела на него в ожидании – когда же, наконец, сгусток начнет уменьшаться.
Может, он совсем покинет квартиру? Было бы неплохо.
Хотелось уже забыть поскорее о призраках и полтергейстах. Приходить по вечерам домой в тихую квартиру, мирно отдыхать и рисовать. Рисовать, не опасаясь, что тебе раскидают карандаши и перемешают краски. Или что твой рисунок заменят на что-то вовсе несообразное.
Оля до сих пор вспоминала свой «выпускной» рисунок с курсов. Да, то, что подсунули ей духи, преподаватель хвалил. И похвала была ей приятна. Но хотелось, чтобы он увидел ее настоящий рисунок – светлый и радостный.
Интересно, удостоился бы он такой же похвалы?
- Чего ты так душераздирающе вздыхаешь? – голос Яны прервал ее размышления.
- Да так, - Оля снова вздохнула.
«О рисунках своих думаю», - хотела она уже сознаться.
Но тут внутри прибора звякнуло, будто кто-то уронил велосипедный звонок, и подруга впилась взглядом в экран. Оля вытянула шею, пытаясь разглядеть, что там происходит. О тоскливых размышлениях мгновенно позабыла. Самоедством на тему печальной судьбы собственного творчества можно заняться позже!
Сгустки энергии в углах куба на экране подрагивали, как живые. Напоминало слизня, который тяжело дышит и дрожит. И все сильнее и сильнее.
Видать, тяжело ему. Аж жалость всколыхнулась в душе поневоле. Пришлось напомнить себе – это не физическое тело, а энергия. Просто уровень энергии колеблется, вот и напоминает потустороннее существо дрожащую слизь. А на деле оно просто ощущает колебания энергии. Как человек, который чувствует себя то более бодрым, то испытывает упадок.
Если, конечно, это существо можно сравнивать с человеком. И если оно в состоянии что-то чувствовать.
- Кажется, дело пошло? – шепнула Оля опасливо.
- Вроде как, - отозвалась Яна. – Правда, туговато. Не хочет оно терять бодрость.
- Я бы тоже не хотела, - заметила Оля. – И что? Оно там, в невидимом измерении, потусторонний кофе пьет?
- А черт его знает, что оно пьет! Может, просто зарядку делает?
- Не чертыхайся! Может, оно вообще – самый черт и есть.
- Вот типун тебе на язык, - буркнула Яна. - Погоди, счас я его прижучу! – она азартно заклацала клавишами.
Оля затаила дыхание. На мгновение перевела взгляд в угол, где вроде как затаилась зловредная потусторонняя сущность. Не верилось, что там находится что-то живое.
Пустой угол. Ни подозрительных теней, ни дрожания воздуха – ничего!
Солнышко в окно светит, так что угол ярко освещен. Оля вздохнула. На что приходится единственный выходной тратить!
С другой стороны – лучше и правда закончить, пока на дворе день. Вечером, в темноте, с полтергейстами и привидениями дело иметь жутковато.
Она снова перевела взгляд на экран. Эх, понимать бы, что там на самом деле творится! Яна объяснила ей простым языком, как чайнику. Все эти координатные сетки со множеством энергетических параметров были для Оли китайской грамотой. Сейчас она видела, как несколько сгустков энергии дрожат и дергаются, точно силясь сбежать. Вот что держит это существо – вопрос.
- Ужас! – искренне высказалась Оля. – У меня мозги уже закипели.
- Спокойно, сейчас решим, - Яна взмахнула рукой. – Вот гляди: сейчас антенна направлена в пустой угол. Там – точно никого и ничего нет – чисто! И, видишь – пустая… коробка, как ты ее называешь.
- А как ее на самом-то деле называют?
- Никак не называют, она и так работает… ты гляди лучше! Теперь я перевожу антенну, - она задумалась. – На дверь кабинета не будем – а то такого покажет! Лучше вон в тот угол, там прибор показывает наличие потусторонней живности. Все той же самой, надо полагать. Вот так, - она повернула антенну. – И, - протянула она многозначительно.
Оля и сама увидела. На стенках коробки появились зеленые прозрачные капли, похожие на слизь из фильма про охотников за привидениями. Несколько капель застыли прямо посреди коробки, не касаясь ее стенок.
- Эк его разбрызгало, - протянула девушка. – Это он живой или дохлый?
- Почему дохлый? – удивилась Яна.
- Да вон его как размазало! Такое ощущение, будто баллончик с соплями взорвался. Как можно оставаться живым в такой расчлененке?!
- Тьфу ты! – досадливо скривилась подруга. – Это – визуализация жизненных показателей, а не реальных очертаний тела! У него и тела-то нет в привычном понимании. Так, набор энергетических характеристик, - она взглянула на Олю. Вздохнула. – Ну, как тебе объяснить. Вот хочешь, я покажу, как ты выглядишь в энергетической форме?
- Ну, покажи, - опасливо согласилась Оля, уже понимая, что зря.
Не понравится ей то, что она сейчас увидит. Ох, не понравится! Яна тем временем направила антенну прямо на нее. Что-то принялась щелкать на клавиатуре своей шайтан-машинки.
- Вот, любуйся, - заявила она, указывая на экран.
Секунда – коробка оставалась пустой. А потом… Оле в страшном сне не могло присниться, что «в энергетической форме» она будет похожа на те же самые зеленые сопли, размазанные по стенкам картонной коробки тонким слоем. Несколько кусочков неправильной формы болтались возле одного из углов коробки, оторванные от основной массы.
- Это что, шутка такая?! – пролепетала она, ошалев от увиденного. – Почему я похожа на сопли?!
- Да не сопли это, а энергия! – возмутилась Яна.
- Вот это мило, - зафыркала Оля недовольно. – Это значит, когда я сморкаюсь, у меня в платочек энергия вылетает?! Ян, да ты эзотерик настоящий! Экстрасенс! Эти тоже уверяют, что всякие жидкости организма – это утекающая энергия.
- Да почему, блин, сопли-то?! – подруга всплеснула руками.
- Ты еще скажи, что сама не видишь. А на что это, по-твоему, похоже?
- Тьфу ты! Ну у тебя и ассоциации, - Яна уставилась в экран, точно лишь сейчас его увидела. – Оль, я говорила, что это – не коробка, а рамка энергетических характеристик?! Стенки коробки, как ты это называешь, - это нулевые значения характеристик! Если значение отличается от нуля – это создает выпуклость на так называемой стенке, - она перевела дух. – Это не слизь прилипла, это объемный график! Диаграмма, понимаешь?
- Всякое видала, но чтобы диаграмма была похожа на сопли – впервые! – упрямо заявила Оля. – Еще смачные такие, зеленые…
- Да цвет вообще неважен! – возмутилась снова Яна. – Хочешь, синеньким сделаю?! Желтеньким, красненьким, фиолетовым? Могу сделать серым, если тебе так будет спокойнее, - она что-то щелкнула, и изображение потеряло цвет. – Цвета вообще предназначены для того, чтобы на диаграмме разные объекты не смешивались. Например, в углу оказалась бы не одна сущность, а две или три. Тогда характеристики одной вышли бы зеленым, например, изображением. А характеристики других – допустим, синим и красным. Все наглядно и понятно!
- Ладно, не кипятись, - Оля вздохнула. – Извини, перегнула. Просто как-то неожиданно было увидеть себя в таком вот, - она кивнула на экран, - виде. Слушай, верни цвет. А то так вообще как-то уныло смотрится.
- А вот не верну, - мстительно буркнула Яна. – Останешься серой на веки вечные… серые сопли – по-моему, это брутально.
- Я – брутальные серые сопли, - пробормотала Оля. – И с этим знанием мне теперь жить. На работу ходить.
- Знание того, что у нас под этажеркой находится некое энергетическое существо, имеющее вполне выпуклые характеристики, тебе на работу ходить не помешает, - заметила подруга.
- С этим знанием я хожу на работу уже давно!
- А мне теперь как-то не по себе, - созналась Яна. – Когда видишь его вот так, воочию, почти вживую, - она поежилась. – Когда не видишь – легко подумать, что все показалось. Что воображение разыгралось, что с ума сходишь, в конце концов.
- Тебя утешает мысль о том, что ты можешь сходить с ума? – удивилась Оля.
- Утешает, знаешь. Потому что, если схожу с ума я – значит, вокруг все нормально. Мир устойчив и предсказуем. Это просто у меня в голове что-то подвинулось.
- Я все-таки предпочту, чтобы лично у меня в голове ничего не двигалось, - подумав, заявила Оля. – Сопли в углу – черт с ними! Главное, чтобы голова была здорова. Без соплей.
- Ладно, - Яна вздохнула, махнула рукой. – Почему твой вид так отличается от вида того, что мы видели в углу, тебя не интересует, правильно?
- Ну, может, потому, что я – человек, а в углу – невесть что? – предположила Оля.
- А чем это может быть для нас чревато? – настойчиво протянула подруга.
- Ну… новыми фокусами полтергейста, как обычно?
- Вроде бы закономерно, но на бытовом уровне, - Яна с сожалением поглядела на нее. – А я немного о другом. Этот вид – не изображение тела, а энергетические характеристики. Ты выглядишь, как диаграмма, размазанная по стенкам. То есть – все значения минимальны. Близки к нулю.
- Это что, вроде как аура слабая, или как там говорят экстрасенсы?!
- Нормальная у тебя аура. Как у любого человека – ничем не лучше и не хуже. У экстрасенса твоего, может, значения повыше будут. Хотя не факт. Не видела я живых экстрасенсов. И не уверена, что они вот такие прямо экстрасенсы. Не в этом суть. Наши энергетические характеристики существенно ниже, чем у этих потусторонних гостей. А значит – мы банально слабее. Они – ну, скажем, как тигры или львы по сравнению с нами. Или медведи.
- Ага, мило, - Оля поежилась. – Эдакие неосязаемые, невидимые потусторонние тигры, львы и медведи. Мило.
- Я для примера сказала!
- Да я поняла, - она вздохнула. – Жутковато как-то. Я понимаю, что ты это для наглядности. Но вот эта вот наглядность жуть и нагоняет.
- Ну да, нагоняет, - не стала спорить Яна. – Но мы их, по крайней мере, видим. Можем определить, где они. И насколько сильны.
- Ну, а поделать-то мы что-нибудь с ними можем? – безнадежно вопросила Оля. – Ты говорила – менять им там эти характеристики как-то. Вот понизить ты их можешь?
- Не могу, - созналась подруга. – В смысле – вот той аппаратурой, которая у нас сейчас имеется, не могу. Все, что в наших силах – наблюдать. Ну, и еще можно видеть, как оно перемещается в пространстве. Пришло или ушло, есть или нет. Сильное или не особенно, висит смирно или мечется, буйствует.
- Неутешительно, - пробормотала Оля.
- Лиха беда начало! – ободрила подруга.
Потом, видимо, поняла, что фраза прозвучала двусмысленно. Сдавленно хихикнула, виновато пожала плечами.
- Обойтись бы без беды и лиха, - Оля вздохнула. – Но нам, как я понимаю, не судьба.
- Ну, еще неделю назад мы вообще не могли и следить за ними. Сейчас – можем. Глядишь, дальше лучше станет! Если они мне, конечно, аппаратуру не разнесут, - прибавила Яна.
- А защитить ее как-нибудь можно? – Оля с сомнением оглядела расставленные на полу приборы.
- Защитить? – подруга задумалась. – Если только соли вокруг насыпать, - она кинула взгляд на дверь кабинета. – Хотя и без соли несколько дней как-то все продержалось. Мне, правда, интересно – как ты собираешься соль потом из ковра выковыривать.
- Ну… пылесос мне в помощь, - она неуверенно пожала плечами. – Ты лучше скажи, как ту функцию активировать? Ну, чтобы им энергетические характеристики менять?
- Думаю, к выходным вопрос утрясется, - обнадежила Яна. – Парнишка с работы обещал дописать прогу, память я докупила. С энергетическими характеристиками я разобралась. В смысле – прибор их снимает без сучка и задоринки! Надо будет еще забрать программу с работы – девочки обещали сделать копию. Принести, разархивировать, установить… в общем, возни много, но в итоге мы получим рабочую установку.
Н-да, возни и правда получается много. Главное, чтобы неведомый полтергейст, обосновавшийся в квартире, не перешел первым в наступление.
А то раскатает установку по винтику, сожжет платы или чипы – или что там у прибора вместо мозгов… Ну, или просто разнесет квартиру целиком – вместе с горе-хозяйкой и ее подругой. Господи, как четвероюродная прапрабабушка, Серена Павловна, справлялась со всеми этими духами и барабашками!
Или ее они не трогали?
У кого бы спросить, были они здесь всегда или нашествие началось уже после смены владелицы? И в честь чего они вдруг налетели, словно им медом помазано.
Ладно, на крайний случай остается тетушка – Антонина Борисовна. Телефон у Оли остался. И если затея Яны не увенчается успехом, можно будет прибегнуть к помощи тети – как к крайнему средству. Эх, она-то еще удивлялась – чего это остальные наследнички не спорят, что квартира отходит ей – невесть кому! А все оказалось просто.
Квартирка с подвохом. Впрочем, чему удивляться. Имущество без подвоха навряд ли отошло бы дальней-дальней родственнице, седьмой воде на киселе.
*** ***
- И что ты собираешься этому тигру и медведю поменять местами? – Оля с любопытством склонилась к экрану.
- Ну, - протянула подруга. – Попробую чуть-чуть понизить ему показатели. Ну, ты помнишь, как выглядел твой график? Вот, попытаюсь если не снизить ему энергию до такого же уровня, то хотя бы приблизиться к нему.
- Не помрет зверушка от упадка сил?
- Тебе его жалко? – Яна приподняла брови. – Вообще, не должен – он же бестелесный!
- Ну ок, - Оля уселась рядом по-турецки. – А мне посмотреть можно?
- Ни за что! Я же жадина, за посмотр деньги платят, - подруга усмехнулась. – А я думала – ты снова рисовать будешь.
- Не буду. Не рисуется мне, наверное, отдых нужен.
- Ну, оно и правильно. Кто его знает, как оно на наши действия отреагирует. На мои, в смысле, - Яна принялась переключать какие-то кнопки и рычажки.
Повертела раструб локатора – видать, чтобы лучше поймать неведомое существо в фокус. Из динамиков вырвался писк, потом что-то зазвенело.
- Мне вот интересно, - заговорила Оля. – И что, он вот так будет смирно сидеть на месте и ждать, пока ты ему что-то поменяешь? Даже не рыпнется и не пикнет?
- Пока сидит, - скупо отозвалась подруга. – Но вообще, я не думаю, - прибавила она. – Я потому и говорю, что правильно ты без рисования пришла. Сдается мне, не даст он тебе ничего дорисовать. Даже если ты на кухню уйдешь. Как они буянить умеют – мы видели.
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь клацаньем клавиш. Монитор мерцал. А внутри пустой коробки – точнее, координатной сетки – жил и дышал пульсирующий сгусток энергии. Оля глядела на него в ожидании – когда же, наконец, сгусток начнет уменьшаться.
Может, он совсем покинет квартиру? Было бы неплохо.
Хотелось уже забыть поскорее о призраках и полтергейстах. Приходить по вечерам домой в тихую квартиру, мирно отдыхать и рисовать. Рисовать, не опасаясь, что тебе раскидают карандаши и перемешают краски. Или что твой рисунок заменят на что-то вовсе несообразное.
Оля до сих пор вспоминала свой «выпускной» рисунок с курсов. Да, то, что подсунули ей духи, преподаватель хвалил. И похвала была ей приятна. Но хотелось, чтобы он увидел ее настоящий рисунок – светлый и радостный.
Интересно, удостоился бы он такой же похвалы?
- Чего ты так душераздирающе вздыхаешь? – голос Яны прервал ее размышления.
- Да так, - Оля снова вздохнула.
«О рисунках своих думаю», - хотела она уже сознаться.
Но тут внутри прибора звякнуло, будто кто-то уронил велосипедный звонок, и подруга впилась взглядом в экран. Оля вытянула шею, пытаясь разглядеть, что там происходит. О тоскливых размышлениях мгновенно позабыла. Самоедством на тему печальной судьбы собственного творчества можно заняться позже!
Сгустки энергии в углах куба на экране подрагивали, как живые. Напоминало слизня, который тяжело дышит и дрожит. И все сильнее и сильнее.
Видать, тяжело ему. Аж жалость всколыхнулась в душе поневоле. Пришлось напомнить себе – это не физическое тело, а энергия. Просто уровень энергии колеблется, вот и напоминает потустороннее существо дрожащую слизь. А на деле оно просто ощущает колебания энергии. Как человек, который чувствует себя то более бодрым, то испытывает упадок.
Если, конечно, это существо можно сравнивать с человеком. И если оно в состоянии что-то чувствовать.
- Кажется, дело пошло? – шепнула Оля опасливо.
- Вроде как, - отозвалась Яна. – Правда, туговато. Не хочет оно терять бодрость.
- Я бы тоже не хотела, - заметила Оля. – И что? Оно там, в невидимом измерении, потусторонний кофе пьет?
- А черт его знает, что оно пьет! Может, просто зарядку делает?
- Не чертыхайся! Может, оно вообще – самый черт и есть.
- Вот типун тебе на язык, - буркнула Яна. - Погоди, счас я его прижучу! – она азартно заклацала клавишами.
Оля затаила дыхание. На мгновение перевела взгляд в угол, где вроде как затаилась зловредная потусторонняя сущность. Не верилось, что там находится что-то живое.
Пустой угол. Ни подозрительных теней, ни дрожания воздуха – ничего!
Солнышко в окно светит, так что угол ярко освещен. Оля вздохнула. На что приходится единственный выходной тратить!
С другой стороны – лучше и правда закончить, пока на дворе день. Вечером, в темноте, с полтергейстами и привидениями дело иметь жутковато.
Она снова перевела взгляд на экран. Эх, понимать бы, что там на самом деле творится! Яна объяснила ей простым языком, как чайнику. Все эти координатные сетки со множеством энергетических параметров были для Оли китайской грамотой. Сейчас она видела, как несколько сгустков энергии дрожат и дергаются, точно силясь сбежать. Вот что держит это существо – вопрос.
