Я представила их обладателя, с такой тушей будет трудновато справиться. Кровать скрипнула, тапочки лишились своих хозяев. Послышался звук шуршащих покрывал, на комнату опустилась темнота.
Воздух, который до этого я со страхом удерживала в груди, облегченно покинул легкие. Хорошо, что Владетель предпочел сегодня спать в одиночестве, а то диких пляскок по мягкому полигону я бы не вынесла. Теперь осталось дождаться мерного сопения и можно вылезать.
Оно не заставило себя ждать. Видимо, совесть Владетеля была чиста, потому что сопел он, как ребенок. Интересно, а как храпят Владетели? Точно же не как свинюшки, чуть похрюкивая, это им по рангу не положено. Скорее всего, как благородные львы: рычат, вводя храпом своих врагов в ступор. Надо как-то Арвена подслушать, есть у меня подозрение, что этот тип толком даже храпеть не умеет. Размышляя, я выждала еще немного и, наконец, решила покинуть свою подкроватную нору.
Но, едва придвинулась к выходу, почувствовала, как кто-то схватил меня за лодыжку и бесцеремонно выволок наружу. Я заорала, вцепившись руками в подушку, будто это могло спасти. Внезапно вспыхнул свет, меня на мгновение ослепило. Затем тряхнуло, ударило об пол и тут же на меня уселась тяжелая фигура. Я попыталась ее пнуть, впрочем, без особого результата. С визгом, что сделал бы честь лайре Эделии, я остервенело размахивала по сторонам подушкой. Послышался треск разорванной ткани, и воздух взорвался пушистыми перьями.
— Апчхи! — из перьевого облака донесся громогласный бас.
«Ага! Надеюсь у тебя аллергия», — довольно подумала и тут же чихнула сама.
Неожиданно чужая рука сдавила мое горло. Я захрипела, а затем обмякла, перестав сопротивляться, давление уменьшилось. Несколько секунд мы не двигались, ожидая когда осядет пух.
— Кто ты такая?
— Ваше величество? — испуганно пискнула я.
Черты Владетеля действительно напоминали четы Арвена: тот же нос правильной формы, те же четко очерченные губы. Отличались глаза. Если у одного брата они были темны, как ночные омуты, то в других стояла голубизна летнего неба. И волосы: абсолютно черные у мага против золотых, цвета спелой пшеницы у Владетеля. Они были затянуты в небрежный хвост и, его конец сейчас едва касался моей груди.
Несомненно мужчина был красив, этакой благородной красотой, что заставляет томно замирать женские сердца, но сейчас, в ореоле перьев, которые торчали из взлохмаченной шевелюры он больше напоминал петуха, правда, весьма опасного.
Занесенный кинжал над моей головой недвусмысленно намекал на предстоящие неприятности. Вот говорят же, что близнецам приходят в голову одинаковые мысли.
— Как ты сюда вошла? — он дунул, отгоняя особо нахальное перо, которое пыталось опуститься ему на нос. — Кто провел? — в голубых глазах сверкала ярость, так небо темнеет перед началом грозы.
— Сейчас… — я сделала несколько пассов рукой, намекая что мне не хватает воздуха, и скосила глаза туда, где из-под кровати на нас смотрел невозмутимый Мииш.
«Ну, помоги же!» — мысленно взмолилась ему. Тут хозяйке угрожают, а он занял место в первом ряду и наблюдает. Метаморф моргнул и скрылся в подкроватной темноте.
— Ну? — Владетель ослабил хватку, его рука переместилась на мою грудь, придавив к полу.
— Только не нервничайте… — сухо прошептала я ему в ответ, а затем, неожиданно улыбнулась. — Дело в том… у вас медведь за спиной.
Глаза Владетеля недоверчиво сузились. Видимо, он решил, что я от страха умом тронулась — гроза в них спала, уступив место недоумению. Похоже он впервые слышал такое дурацкое оправдание.
Зря он не обернулся, иначе он бы увидел Мииша во всей его красе. Четыре метра ярости и страха. Полтора центнера шерсти. Когти, перед которыми кинжал Владетеля казался зубочисткой. И пасть, способная растрощить человеческую голову.
— Ргн-н-н!
Зрачки Владетеля расширились, в глубине них вспыхнули золотые искры. Магичить собираемся? А фигушки!
Одним махом я рассекла магию, как кто-то недавно мою подушку. В голубизне глаз Владетеля мелькнуло изумление, но по-настоящему осознать его не успел. Резкий удар медвежьей лапы отправил несчастного в ближний полет с последующим глубоким нокаутом.
Откашливаясь, я поднялась, одобрительно похлопала Мииша по загривку и подошла к Владетелю. Что ни говорите, а женскому эго всегда приятненько, когда у его ног лежит мужчина, особенно такой!
— Ргнн, — рыкнул метаморф, что в переводе с медвежьего означало: «Хватит пялится, дура, айхран надевай», и он был прав.
Но сначала нужно было проверить состояние объекта. Сердцебиение в груди показало, что объект жив, я удовлетворенно кивнула и защелкнула на его шее айхран.
Из любопытства, я посмотрела на магию Владетеля. Если в груди Арвена была темная бездна, то у его брата был провал залитый светом. Теперь понятно, почему с ним трудно справится, така сила способна подмять всех. «Кроме меня», — довольно промелькнуло в моей голове. Я поднялась:
— Нужно уходить. Есть подозрение, что сюда сейчас сбегуться все кому не лень, твой рык наверняка был слышен во всем дворце.
И точно, в глубине коридора раздался нервный стук — кажется кто-то уже ломится. Я выглянула туда, но тут же присела от внезапного взрыва. Мимо пролетела дверь, сорванная с петель. Коридор быстро заполняли человеческие фигуры. Пришлось торопливо нырнуть обратно и заблокировать дверь комнаты стулом.
— Мииш, валим отсюда! Быстро!
Я подскочила к окну и распахнула створки. Лунг, изображая паука, висел где-то далеко внизу. Не было времени его ждать. В голове защелкали мысли: Владетель — тяжелый — без сознания — почти спит — как ребенок. Озарение вспыхнуло электрической лампочкой. Я ухватилась за плотную ткань штор, дернула.
— Мииш….
Два рывка когтистой лапы, и на мохнатом теле метаморфа вскоре красовался корявенький слинг. Слава подружкам-мамочкам, что безуспешно пытались заманить меня в свою секту.
В дверь забарабанили. Я почувствовала, как за ней собирается магия, пришлось сосредоточиться и развеять ее. Тем временем Мииш почти запихал Владетеля в мягкую колыбель, пришлось только слегка его поправить. Все-таки замечательно, когда твой план понимают с полумысли.
Я взобралась на загривок медведя, вцепилась мертвой хваткой в шерсть. Он довольно посмотрел на меня и прыгнул в распахнутое окно. За спиной раздался звук бьющихся стекол, кажется зад метаморфа, не пройдя в оконный проем, снес несколько соседних рам.
Мой безумный крик:
— Твою ма-а-а-ать! — диким воплем прозвучал в ночной тишине дворцового парка.
Свежий воздух, шелест листвы и бутылка напитка, похожего на сидр — отличная компания для одинокой девушки после долгой трудовой ночи. Владетеля воровать — это вам не крестиком вышивать. Тут наглость нужна и немного удачи. Ну, ладно, наличие мохнатого метаморфа тоже сыграло свою роль.
Именно поэтому сейчас он грыз вкусняшки, честно украденные для него с кухни. Заслужил.
Я довольно растянулась на запущенной лужайке заднего двора в окружении одичавшего сада. В прорехи заросших крон было видно, как по небу неторопливо проплывают лиловые облака. Солнечные лучи щекотали кожу теплом, заставляя меня довольно щуриться.
Итак, Владетель был пленен, заперт в подвале и сейчас буянил почем зря, кроя нехорошими словами меня, всех медведей и стены старого особняка. Даже Арвен не решался подходить к нему, дожидаясь спада гнева.
Арвен…
Когда вчера вечером он увидел меня на пороге с медведем, беременным Владетелем, то потерял дар речи. Нет, думаю сказать то он хотел очень многое, но чем хорошо иметь дело с благородными — они стесняются выражаться при лайрах. В отличие от неблагородных орчанок, которые ничего не стесняются, причем делают это так виртуозно, что несчастный Мииш предпочел вновь трансформироваться до размеров крыса и юркнуть в глубину холла. Так что тащить бессознательного Владетеля в подвал ей пришлось самой.
А тут выяснилось, что Пелагий еще не вернулся. В общем я простила ее вспышку красноречия и отправилась на кухню. Оказывается, охота за Владетелем вызывает зверский аппетит. Там меня и нагнал маг:
— Рассказывай.
Я шлепнула кусок холодного запеченного мяса на ломоть хлеба и, периодически чавкая, приступила к повествованию. Вскоре к нам присоединились Ррр, а так же всклоченный, но сияющий улыбкой, словно луна в полнолуние, Лунг.
— Ты понимаешь, что поступила опрометчиво, позволив Рудгарду увидеть себя? — спросил Арвен. — Теперь он не забудет и будет тебя искать.
Ну вот, как всегда, я в одиночку сделала всю работу, а он опять недоволен.
— Вам нужен был Владетель? Вы получили его, как это было сделано уже не имеет значения. Выволочку будите устраивать завтра.
Я раздраженно бросила недоеденный бутерброд на блюдо. Злая, поднялась из-за стола и, проходя мимо Лунга, заметила, как он ободряюще подмигнул мне и сжал кулак, выражая поддержку, мол я с тобой, ничего не бойся, только свистни. Приятно, что хоть кто-то не ругается.
Поймав в коридоре полусонного Стайра, который никак не отваживался лечь в кровать, пока хозяин и его гости бродили по дому, я заставила его приготовить ванну.
Куда и нырнула, как только в коридорах стало тихо. Теплая вода ласково приняла меня в свои объятья, растворяя напряжение дня и дворцовую пыль. Томная нега разлилась по венам расслабляя скрюченные мышцы. Я довольно зажмурила глаза, словно кот под полуденными лучами солнца, с наслождением потянулась и ушла с головой под воду. Что ни говори, а ванна, это лучшее изобретение человечества.
Блеклый свет луны жидким серебром струился сквозь приоткрытое окно, растворяясь в золотистом сиянии магического светильника, отчего комната казалась залитой мягкой карамелью.
— Иина, — из-за двери послышался голос мага.
Я вынырнула, проводя руками по волосам, чтобы отжать их. Опять порция нотаций.
— Арвен, проваливай к Арлазгурну, — устало крикнула ему в ответ, свесив через край ванны руку.
Он не ушел, вместо этого я услышала, как он оперся о дверь. Надо же какой вредный. В тишине вновь раздался его голос:
— Бери Ррр, Пелагия и уходите.
— Куда? — с кончиков пальцев сорвались капли воды и разбились бусинами об пол. Говорить не хотелось. Безнадежно испорченное настроение требовало покоя и бокальчик чего-то расслабляющего.
— К оркам, к эльфам, да хоть к самому Арлазгурну! — Арвен замолчал, а затем произнес тихим голосом: — Владетеля ищут и, если его найдут здесь, вам будет грозить обвинение в измене и смерть. Тебе особенно.
Сказанное не испугало. Наоборот, навалилось томной апатией.
Я вылезла из ванны, все равно ведь не даст полежать спокойно. Вода, лаская, скользнула по моей обнаженной коже, не желая отпускать.
— А раньше тебя это не смущало?
— Я отговаривал, — голос мага стал еще тише. — Но разве тебя это остановило? Надежда была только на одно — Рудгард не должен был увидеть тебя.
Выскользнув из облачка пара, я прошлепала босыми ногами к шкафу с полотенцами, подхватила одно из них и стала вытираться.
— А ты?
Он не ответил. Ушел что ли? Я вновь покосилась на ванну раздумывая, может вернуться? Тишина за дверью напрягала. К черту все! Завернувшись в полотенце, я решительно распахнула дверь ванной и увидела спину мага.
Арвен покачнулся, но удержался на ногах, обернулся. Тревожность в его глазах сменилась пристальным вниманием. Его взгляд пушистым мехом скользнул по моей фигуре, от кончиков пальцев на ногах до макушки и остановился на моем лице. Только тут я поняла, в каком виде нахожусь и крепче вцепилась в полотенце.
Маг сделал шаг ко мне. Я вдохнула его запах — в груди разлилось мягкое тепло, вызвав неистовый трепет сердца.
Медленно, словно боясь спугнуть, он поднял руку и осторожно провел по моим волосам, убирая мокрые пряди с плеча. Ошеломленная его близостью, я прикрыла глаза, пытаясь выровнять свое дыхание.
По моему плечу скользнуло невесомое тепло ладони — не прикосновение, только его ощущение, так чувствуется жар раскаленных камней знойным днем.
Я набралась смелости и открыла глаза, ладонь Арвена замерла у моей щеки.
— Что будет с тобой? — раздраженно бросила я, пытаясь скрыть охватившее меня смятение.
Темный взгляд его фиолетовых глаз затягивал в омут, туда, где на дне зазывно-ласково мурчала тьма.
Арвен прикоснулся к моей щеке, медленно стирая мокрую дорожку.
— Со мной ничего не будет. Помнишь, я его брат? — Арвен улыбнулся, но улыбка вышла какой-то невеселой, похоже, он и сам в это не верил.
Я накрыла его ладонь своею, скользнула вдоль его пальцев и отняла ее от лица.
— Мы уйдем вместе. Сколько у нас времени?
Арвен переплел наши пальцы. Теперь он стоял вплотную ко мне. Моя рука, удерживающая полотенце, упиралась в его грудь.
— Сутки, — ответил он чуть осипшим голосом, — может, чуть больше. Все-таки ты скрыла его след.
Всего лишь сутки…
С одной стороны мне безумно хотелось прикоснуться своими губами к его губам, ощутить как темные пряди его волос проскользнут сквозь мои пальцы и прижаться к его груди. Но с другой, что-то останавливало меня, возможно здравый смысл, будь он неладен. Не хотелось потом ночами грызть подушку.
Видимо Арвен почувствовал мои сомнения, потому что наклонился чуть ниже. Я не отрываясь смотрела на ложбинку его губ, переживая битву чувств с разумом.
Мы из разных миров. Мы идем разными дорогами. И нас не ждет общий счастливый конец. Лучше сейчас отступить.
— Хорошо, — я отвела взгляд от лица Арвена в надежде, что он не заметил моего волнения. — Значит разберемся с этим завтра, вернее уже сегодня, но позже.
Я осторожно освободила свою руку и отступила на шаг.
В его взгляде мелькнуло разочарование и тут же камнем ушло на дно фиолетовой бездны.
— Да, — Арвен замолчал. Казалось он хотел еще что-то сказать, но его слова увязли в пелене недосказанности, которая стояла между нами.
Не давая им выбраться, я демонстративно зевнула, прикрывая рот ладонью, моля бога о том, чтобы маг не заметил мои дрожащие пальцы.
— Ну, хорошо, — голос Арвена шорохом растворился в полумраке, — отдыхай.
Он развернулся и вышел из комнаты. Я так и осталась стоять, удерживая рукой полотенце, готовое упасть к его ногам.
Потом вернулся Плагий, и из комнаты орчанки всю оставшуюся ночь раздавались странные звуки, то ли ругались они там, то ли мирились, хотя, впрочем, у них одно ничем не отличается от другого. И я безумно завидовала им. Уснула я только под утро.
А, проснувшись, сразу сбежала в заросший сад, чтобы поразмышлять в одиночестве. Арвен не шел из моей головы. Как-то незаметно его проблемы выступили для меня на первый план. То ли скрытый альтруизм не давал покоя, то ли маг стал настолько близок, что ради него я решила сунуть голову в петлю.
Твою мать!
Признаться в этом было страшно даже самой себе. В историю Золушки я не верила, слишком она похожа на сказку, а любая сказка заканчивается рано или поздно. И не всегда хорошо.
Я тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Пора вернуться к своим баранам, тьфу, богам.
Поиски Лиаласа зашли в тупик. и если бы не дары, которые находились в комнате, я бы с удовольствием бросила это дело.
— Мииш, скажи, — я повернула голову и посмотрела на метаморфа с хрустом уплетающего ванильный корж, — что происходит с богом, если в него не верят? — он перестал жевать, я уловила его недоумение. — Тот перестает быть богом?
Воздух, который до этого я со страхом удерживала в груди, облегченно покинул легкие. Хорошо, что Владетель предпочел сегодня спать в одиночестве, а то диких пляскок по мягкому полигону я бы не вынесла. Теперь осталось дождаться мерного сопения и можно вылезать.
Оно не заставило себя ждать. Видимо, совесть Владетеля была чиста, потому что сопел он, как ребенок. Интересно, а как храпят Владетели? Точно же не как свинюшки, чуть похрюкивая, это им по рангу не положено. Скорее всего, как благородные львы: рычат, вводя храпом своих врагов в ступор. Надо как-то Арвена подслушать, есть у меня подозрение, что этот тип толком даже храпеть не умеет. Размышляя, я выждала еще немного и, наконец, решила покинуть свою подкроватную нору.
Но, едва придвинулась к выходу, почувствовала, как кто-то схватил меня за лодыжку и бесцеремонно выволок наружу. Я заорала, вцепившись руками в подушку, будто это могло спасти. Внезапно вспыхнул свет, меня на мгновение ослепило. Затем тряхнуло, ударило об пол и тут же на меня уселась тяжелая фигура. Я попыталась ее пнуть, впрочем, без особого результата. С визгом, что сделал бы честь лайре Эделии, я остервенело размахивала по сторонам подушкой. Послышался треск разорванной ткани, и воздух взорвался пушистыми перьями.
— Апчхи! — из перьевого облака донесся громогласный бас.
«Ага! Надеюсь у тебя аллергия», — довольно подумала и тут же чихнула сама.
Неожиданно чужая рука сдавила мое горло. Я захрипела, а затем обмякла, перестав сопротивляться, давление уменьшилось. Несколько секунд мы не двигались, ожидая когда осядет пух.
— Кто ты такая?
— Ваше величество? — испуганно пискнула я.
Черты Владетеля действительно напоминали четы Арвена: тот же нос правильной формы, те же четко очерченные губы. Отличались глаза. Если у одного брата они были темны, как ночные омуты, то в других стояла голубизна летнего неба. И волосы: абсолютно черные у мага против золотых, цвета спелой пшеницы у Владетеля. Они были затянуты в небрежный хвост и, его конец сейчас едва касался моей груди.
Несомненно мужчина был красив, этакой благородной красотой, что заставляет томно замирать женские сердца, но сейчас, в ореоле перьев, которые торчали из взлохмаченной шевелюры он больше напоминал петуха, правда, весьма опасного.
Занесенный кинжал над моей головой недвусмысленно намекал на предстоящие неприятности. Вот говорят же, что близнецам приходят в голову одинаковые мысли.
— Как ты сюда вошла? — он дунул, отгоняя особо нахальное перо, которое пыталось опуститься ему на нос. — Кто провел? — в голубых глазах сверкала ярость, так небо темнеет перед началом грозы.
— Сейчас… — я сделала несколько пассов рукой, намекая что мне не хватает воздуха, и скосила глаза туда, где из-под кровати на нас смотрел невозмутимый Мииш.
«Ну, помоги же!» — мысленно взмолилась ему. Тут хозяйке угрожают, а он занял место в первом ряду и наблюдает. Метаморф моргнул и скрылся в подкроватной темноте.
— Ну? — Владетель ослабил хватку, его рука переместилась на мою грудь, придавив к полу.
— Только не нервничайте… — сухо прошептала я ему в ответ, а затем, неожиданно улыбнулась. — Дело в том… у вас медведь за спиной.
Глаза Владетеля недоверчиво сузились. Видимо, он решил, что я от страха умом тронулась — гроза в них спала, уступив место недоумению. Похоже он впервые слышал такое дурацкое оправдание.
Зря он не обернулся, иначе он бы увидел Мииша во всей его красе. Четыре метра ярости и страха. Полтора центнера шерсти. Когти, перед которыми кинжал Владетеля казался зубочисткой. И пасть, способная растрощить человеческую голову.
— Ргн-н-н!
Зрачки Владетеля расширились, в глубине них вспыхнули золотые искры. Магичить собираемся? А фигушки!
Одним махом я рассекла магию, как кто-то недавно мою подушку. В голубизне глаз Владетеля мелькнуло изумление, но по-настоящему осознать его не успел. Резкий удар медвежьей лапы отправил несчастного в ближний полет с последующим глубоким нокаутом.
Откашливаясь, я поднялась, одобрительно похлопала Мииша по загривку и подошла к Владетелю. Что ни говорите, а женскому эго всегда приятненько, когда у его ног лежит мужчина, особенно такой!
— Ргнн, — рыкнул метаморф, что в переводе с медвежьего означало: «Хватит пялится, дура, айхран надевай», и он был прав.
Но сначала нужно было проверить состояние объекта. Сердцебиение в груди показало, что объект жив, я удовлетворенно кивнула и защелкнула на его шее айхран.
Из любопытства, я посмотрела на магию Владетеля. Если в груди Арвена была темная бездна, то у его брата был провал залитый светом. Теперь понятно, почему с ним трудно справится, така сила способна подмять всех. «Кроме меня», — довольно промелькнуло в моей голове. Я поднялась:
— Нужно уходить. Есть подозрение, что сюда сейчас сбегуться все кому не лень, твой рык наверняка был слышен во всем дворце.
И точно, в глубине коридора раздался нервный стук — кажется кто-то уже ломится. Я выглянула туда, но тут же присела от внезапного взрыва. Мимо пролетела дверь, сорванная с петель. Коридор быстро заполняли человеческие фигуры. Пришлось торопливо нырнуть обратно и заблокировать дверь комнаты стулом.
— Мииш, валим отсюда! Быстро!
Я подскочила к окну и распахнула створки. Лунг, изображая паука, висел где-то далеко внизу. Не было времени его ждать. В голове защелкали мысли: Владетель — тяжелый — без сознания — почти спит — как ребенок. Озарение вспыхнуло электрической лампочкой. Я ухватилась за плотную ткань штор, дернула.
— Мииш….
Два рывка когтистой лапы, и на мохнатом теле метаморфа вскоре красовался корявенький слинг. Слава подружкам-мамочкам, что безуспешно пытались заманить меня в свою секту.
В дверь забарабанили. Я почувствовала, как за ней собирается магия, пришлось сосредоточиться и развеять ее. Тем временем Мииш почти запихал Владетеля в мягкую колыбель, пришлось только слегка его поправить. Все-таки замечательно, когда твой план понимают с полумысли.
Я взобралась на загривок медведя, вцепилась мертвой хваткой в шерсть. Он довольно посмотрел на меня и прыгнул в распахнутое окно. За спиной раздался звук бьющихся стекол, кажется зад метаморфа, не пройдя в оконный проем, снес несколько соседних рам.
Мой безумный крик:
— Твою ма-а-а-ать! — диким воплем прозвучал в ночной тишине дворцового парка.
Глава 15
Свежий воздух, шелест листвы и бутылка напитка, похожего на сидр — отличная компания для одинокой девушки после долгой трудовой ночи. Владетеля воровать — это вам не крестиком вышивать. Тут наглость нужна и немного удачи. Ну, ладно, наличие мохнатого метаморфа тоже сыграло свою роль.
Именно поэтому сейчас он грыз вкусняшки, честно украденные для него с кухни. Заслужил.
Я довольно растянулась на запущенной лужайке заднего двора в окружении одичавшего сада. В прорехи заросших крон было видно, как по небу неторопливо проплывают лиловые облака. Солнечные лучи щекотали кожу теплом, заставляя меня довольно щуриться.
Итак, Владетель был пленен, заперт в подвале и сейчас буянил почем зря, кроя нехорошими словами меня, всех медведей и стены старого особняка. Даже Арвен не решался подходить к нему, дожидаясь спада гнева.
Арвен…
Когда вчера вечером он увидел меня на пороге с медведем, беременным Владетелем, то потерял дар речи. Нет, думаю сказать то он хотел очень многое, но чем хорошо иметь дело с благородными — они стесняются выражаться при лайрах. В отличие от неблагородных орчанок, которые ничего не стесняются, причем делают это так виртуозно, что несчастный Мииш предпочел вновь трансформироваться до размеров крыса и юркнуть в глубину холла. Так что тащить бессознательного Владетеля в подвал ей пришлось самой.
А тут выяснилось, что Пелагий еще не вернулся. В общем я простила ее вспышку красноречия и отправилась на кухню. Оказывается, охота за Владетелем вызывает зверский аппетит. Там меня и нагнал маг:
— Рассказывай.
Я шлепнула кусок холодного запеченного мяса на ломоть хлеба и, периодически чавкая, приступила к повествованию. Вскоре к нам присоединились Ррр, а так же всклоченный, но сияющий улыбкой, словно луна в полнолуние, Лунг.
— Ты понимаешь, что поступила опрометчиво, позволив Рудгарду увидеть себя? — спросил Арвен. — Теперь он не забудет и будет тебя искать.
Ну вот, как всегда, я в одиночку сделала всю работу, а он опять недоволен.
— Вам нужен был Владетель? Вы получили его, как это было сделано уже не имеет значения. Выволочку будите устраивать завтра.
Я раздраженно бросила недоеденный бутерброд на блюдо. Злая, поднялась из-за стола и, проходя мимо Лунга, заметила, как он ободряюще подмигнул мне и сжал кулак, выражая поддержку, мол я с тобой, ничего не бойся, только свистни. Приятно, что хоть кто-то не ругается.
Поймав в коридоре полусонного Стайра, который никак не отваживался лечь в кровать, пока хозяин и его гости бродили по дому, я заставила его приготовить ванну.
Куда и нырнула, как только в коридорах стало тихо. Теплая вода ласково приняла меня в свои объятья, растворяя напряжение дня и дворцовую пыль. Томная нега разлилась по венам расслабляя скрюченные мышцы. Я довольно зажмурила глаза, словно кот под полуденными лучами солнца, с наслождением потянулась и ушла с головой под воду. Что ни говори, а ванна, это лучшее изобретение человечества.
Блеклый свет луны жидким серебром струился сквозь приоткрытое окно, растворяясь в золотистом сиянии магического светильника, отчего комната казалась залитой мягкой карамелью.
— Иина, — из-за двери послышался голос мага.
Я вынырнула, проводя руками по волосам, чтобы отжать их. Опять порция нотаций.
— Арвен, проваливай к Арлазгурну, — устало крикнула ему в ответ, свесив через край ванны руку.
Он не ушел, вместо этого я услышала, как он оперся о дверь. Надо же какой вредный. В тишине вновь раздался его голос:
— Бери Ррр, Пелагия и уходите.
— Куда? — с кончиков пальцев сорвались капли воды и разбились бусинами об пол. Говорить не хотелось. Безнадежно испорченное настроение требовало покоя и бокальчик чего-то расслабляющего.
— К оркам, к эльфам, да хоть к самому Арлазгурну! — Арвен замолчал, а затем произнес тихим голосом: — Владетеля ищут и, если его найдут здесь, вам будет грозить обвинение в измене и смерть. Тебе особенно.
Сказанное не испугало. Наоборот, навалилось томной апатией.
Я вылезла из ванны, все равно ведь не даст полежать спокойно. Вода, лаская, скользнула по моей обнаженной коже, не желая отпускать.
— А раньше тебя это не смущало?
— Я отговаривал, — голос мага стал еще тише. — Но разве тебя это остановило? Надежда была только на одно — Рудгард не должен был увидеть тебя.
Выскользнув из облачка пара, я прошлепала босыми ногами к шкафу с полотенцами, подхватила одно из них и стала вытираться.
— А ты?
Он не ответил. Ушел что ли? Я вновь покосилась на ванну раздумывая, может вернуться? Тишина за дверью напрягала. К черту все! Завернувшись в полотенце, я решительно распахнула дверь ванной и увидела спину мага.
Арвен покачнулся, но удержался на ногах, обернулся. Тревожность в его глазах сменилась пристальным вниманием. Его взгляд пушистым мехом скользнул по моей фигуре, от кончиков пальцев на ногах до макушки и остановился на моем лице. Только тут я поняла, в каком виде нахожусь и крепче вцепилась в полотенце.
Маг сделал шаг ко мне. Я вдохнула его запах — в груди разлилось мягкое тепло, вызвав неистовый трепет сердца.
Медленно, словно боясь спугнуть, он поднял руку и осторожно провел по моим волосам, убирая мокрые пряди с плеча. Ошеломленная его близостью, я прикрыла глаза, пытаясь выровнять свое дыхание.
По моему плечу скользнуло невесомое тепло ладони — не прикосновение, только его ощущение, так чувствуется жар раскаленных камней знойным днем.
Я набралась смелости и открыла глаза, ладонь Арвена замерла у моей щеки.
— Что будет с тобой? — раздраженно бросила я, пытаясь скрыть охватившее меня смятение.
Темный взгляд его фиолетовых глаз затягивал в омут, туда, где на дне зазывно-ласково мурчала тьма.
Арвен прикоснулся к моей щеке, медленно стирая мокрую дорожку.
— Со мной ничего не будет. Помнишь, я его брат? — Арвен улыбнулся, но улыбка вышла какой-то невеселой, похоже, он и сам в это не верил.
Я накрыла его ладонь своею, скользнула вдоль его пальцев и отняла ее от лица.
— Мы уйдем вместе. Сколько у нас времени?
Арвен переплел наши пальцы. Теперь он стоял вплотную ко мне. Моя рука, удерживающая полотенце, упиралась в его грудь.
— Сутки, — ответил он чуть осипшим голосом, — может, чуть больше. Все-таки ты скрыла его след.
Всего лишь сутки…
С одной стороны мне безумно хотелось прикоснуться своими губами к его губам, ощутить как темные пряди его волос проскользнут сквозь мои пальцы и прижаться к его груди. Но с другой, что-то останавливало меня, возможно здравый смысл, будь он неладен. Не хотелось потом ночами грызть подушку.
Видимо Арвен почувствовал мои сомнения, потому что наклонился чуть ниже. Я не отрываясь смотрела на ложбинку его губ, переживая битву чувств с разумом.
Мы из разных миров. Мы идем разными дорогами. И нас не ждет общий счастливый конец. Лучше сейчас отступить.
— Хорошо, — я отвела взгляд от лица Арвена в надежде, что он не заметил моего волнения. — Значит разберемся с этим завтра, вернее уже сегодня, но позже.
Я осторожно освободила свою руку и отступила на шаг.
В его взгляде мелькнуло разочарование и тут же камнем ушло на дно фиолетовой бездны.
— Да, — Арвен замолчал. Казалось он хотел еще что-то сказать, но его слова увязли в пелене недосказанности, которая стояла между нами.
Не давая им выбраться, я демонстративно зевнула, прикрывая рот ладонью, моля бога о том, чтобы маг не заметил мои дрожащие пальцы.
— Ну, хорошо, — голос Арвена шорохом растворился в полумраке, — отдыхай.
Он развернулся и вышел из комнаты. Я так и осталась стоять, удерживая рукой полотенце, готовое упасть к его ногам.
Потом вернулся Плагий, и из комнаты орчанки всю оставшуюся ночь раздавались странные звуки, то ли ругались они там, то ли мирились, хотя, впрочем, у них одно ничем не отличается от другого. И я безумно завидовала им. Уснула я только под утро.
А, проснувшись, сразу сбежала в заросший сад, чтобы поразмышлять в одиночестве. Арвен не шел из моей головы. Как-то незаметно его проблемы выступили для меня на первый план. То ли скрытый альтруизм не давал покоя, то ли маг стал настолько близок, что ради него я решила сунуть голову в петлю.
Твою мать!
Признаться в этом было страшно даже самой себе. В историю Золушки я не верила, слишком она похожа на сказку, а любая сказка заканчивается рано или поздно. И не всегда хорошо.
Я тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Пора вернуться к своим баранам, тьфу, богам.
Поиски Лиаласа зашли в тупик. и если бы не дары, которые находились в комнате, я бы с удовольствием бросила это дело.
— Мииш, скажи, — я повернула голову и посмотрела на метаморфа с хрустом уплетающего ванильный корж, — что происходит с богом, если в него не верят? — он перестал жевать, я уловила его недоумение. — Тот перестает быть богом?
