Герцог Хармсворд повернулся к мужчине.
– Джеймс, с этого дня вы выполняете все поручения не только мои, но и нашей помощницы. Госпожа Розабель прибыла издалека, чтобы лечить её светлость. Вы меня поняли?
– Вас понял, Ваша Светлость. Не извольте беспокоиться. Перехожу в распоряжение вашей гостьи. Госпожа вольна обращаться ко мне, когда пожелает, – он посмотрел на меня так, словно своим взглядом хотел передать сигнал к более близким отношениям. Я уже тогда подумала:
«Только ухажёров мне здесь недоставало», – не понравился мне его взгляд. У подчинённых нет прав так смотреть на господ. Мы не были знакомы, он не вправе был делать мне какие-либо знаки. Но в присутствии герцога ответить секретарю не имела возможности, а надо было дать понять один раз и навсегда, на что он может рассчитывать. Слуги обязаны знать своё место.
– Ваша Светлость, необходимо задать вам несколько вопросов о причинах возникновения и течении заболевания вашей супруги, – мне срочно понадобилось переключить внимание герцога на себя, чтобы выяснить очень важные моменты, проанализировать его ответы и приступить к своим прямым обязанностям.
– Да-да, я слушаю вас, леди Розабель, – его светлость отреагировал на моё обращение и перевёл взгляд на секретаря. – Вы свободны, – сухо сказал он.
Молодой человек опустил голову и удалился.
– Ваша Светлость, опишите, пожалуйста, подробно, с чего началась болезнь герцогини, как протекала, особенности, на которые вы обратили внимание. Важно всё, чтобы избрать единственно верный путь к решению сложной задачи и спасти вашу супругу.
– Как интересно. Вот видите, вы спрашиваете, стремясь детализировать происшедшее. Похвально! А вот наш доктор об этом меня не спрашивал, я надоедал ему своими мыслями, намётками наблюдений и беспрерывными вопросами. Но он почему-то не принял их во внимание.
– Понимаю, задача непростая, поэтому допытываюсь. И так, с чего всё началось?
– Как-то за ужином герцогиня подавилась рыбной косточкой. Благо она не успела ничего повредить, и доктор своевременно сумел извлечь кость. Назначил её светлости полоскание. К нашей общей радости и удовлетворению, никаких последствий не последовало. Но моя супруга – женщина впечатлительная, порой мнительная, с тех пор наотрез отказалась от рыбных блюд, за исключением фрикаделей в морковном соусе. Потом герцогиню стали беспокоить желудочные боли, и она отказалась от мясных блюд, мотивируя, что после них испытывает тяжесть в желудке. Доктор назначил хину и предупреждал, что женщине отказываться от мясных продуктов не стоит, как и злоупотреблять ими. И то и другое может привести к нежелательным последствиям.
«Этого делать нельзя, Ваша Светлость», – повторял доктор, но его уговоры не были услышаны герцогиней. И что вы думаете, у моей благоверной развилось малокровие.
– Простите, а почему ваш доктор не назначил её светлости продукты и настои, которые являются замещающими мясные продукты?
– Не могу ответить вам на этот вопрос. По рекомендации доктора мы выезжали на курорты. После отдыха на водах и лечения самочувствие супруги заметно улучшалось, но осенью и зимой она страдала потерей сил, слабостью, головокружениями, отсутствием аппетита, частым недомоганием.
– Да, мало приятного. А когда начались симптомы нового заболевания, которое уложило её в постель и заставило страдать?
– Первый раз ей стало очень плохо, когда на большом приёме её угостили паюсной икрой. От лососевой икры осложнений у неё никогда не возникало, а вот паюсная сыграла с ней злую шутку…
Мы поначалу растерялись, когда супруга внезапно потеряла сознание. Приехал доктор, привёл её в чувства, сделал промывание желудка, и облегчение наступило. Но вскоре на теле супруги появились пятна, изъязвления и нетерпимый зуд.
– Хорошо, что доктор сообразил промыть желудок, но из того, что вы рассказали, промывание было не полным, с небольшой концентрацией и количеством самого раствора.
– Возможно, я в этом не знаток. Полностью полагаюсь на знания доктора. Откуда вам известны такие тонкости? Вы обучались медицине?
– В пансионе, как вам известно, изучала траволечение и всё, что с этим так или иначе связано. Но мне показалось это недостаточным. И продолжила обучение на медицинских курсах, там многое узнала. Мой арсенал знаний заметно расширился. Эти навыки оказались бесценными. На этом не успокоилась, много читала и изучала сама. Область познания сама по себе вызывала желание углубляться и открывать для себя новое.
– Похвально! По вашим выводам догадываюсь, что вы поняли, о чём идёт речь и как бороться. Я прав?
– Отчасти. У меня действительно появились догадки, что послужило причиной заболевания, но пока не увижу больную и не погорю с ней, не смогу подобрать нужное лечение. Ваша Светлость, вы могли бы попросить кого-нибудь сопроводить меня к герцогине.
– Что за вопросы? Конечно.
Герцог позвонил в колокольчик дважды, как я потом узнала, так он вызывал к себе любимую служанку, которую опекал много лет.
И действительно, вскоре постучали в дверь.
– Паула, входи.
В кабинет быстрым шагом прошла юная девушка в светлом платье, фартуке и чепце, прикрывавшем волосы. Приблизившись к герцогу, она присела в книксене.
– Леди Розабель! Эту девочку я приютил, когда она в младенческом возрасте осталась совершенно одна. Выросла на моих глазах, теперь помогает мне и герцогине. Считаю её своей крестницей.
Девушка расплылась в улыбке.
– Что изволите желать, дорогой крёстный? – спросила она, всё так же улыбаясь герцогу.
– Паулетта, отведи госпожу Розабель в покои её светлости и слушайся нашу новую помощницу. Она прибыла лечить твою крёстную.
– Как хорошо. Всё будет сделано, не сомневайтесь.
Паула посмотрела на меня.
– Пойдёмте, моя госпожа, я к вашим услугам, – пригласила она.
Перед уходом я присела в реверансе, прощаясь с герцогом.
– Госпожа Розабель, не забудьте, вы вправе обращаться ко мне без стеснения.
– Благодарю, Ваша Светлость, я запомнила.
– Паулетта, когда освободишься, пригласи ко мне повара.
– Хорошо, Ваша Светлость, выполню.
Герцогиня
В покоях герцогини Хармсворд было мрачно и душно. Стоял спёртый воздух. Шторы прикрывали окна, и свет не проникал в помещение. Думаю, там никто не проветривал, опасаясь навредить больной. Кровать находилась в углублении комнаты, её прикрывала занавеска.
– Паула, приоткрой шторы у окна. Ничего не видно, – попросила я.
– Сию минуту.
В комнату проник луч света. Я отодвинула занавеску у постели больной и ахнула. Высохшая женщина с посеревшим лицом и чёрными глубокими впадинами под глазами, с синими губами тоскливо и жалобно смотрела в одну точку.
– Добрый день, Ваша Светлость! Меня зовут Розабель, я приехала помочь вам, – после этих слов женщина, потерявшая надежду, медленно перевела на меня взгляд. – Мне очень нужно осмотреть вас, потом мы наедине поговорим. Доверьтесь мне, и я сделаю всё, чтобы вас вылечить. Вы меня слышите?
Герцогиня чуть слышно прошептала:
– Дааа…
– Паула, помоги мне, – девушка, чтобы не смущать крёстную, всё это время оставалась за занавеской, но услышав, что я зову её, подошла ко мне.
– Послушай, мне нужно осмотреть её светлость. Спереди справлюсь без твоей помощи, а сзади – нет, помоги мне.
Девушка кивнула.
– Прикрой занавеску, чтобы её светлости спокойнее было.
Девушка выполнила.
Я понемногу сдвигала одеяло, приподнимая исподницу и осматривая тело герцогини.
«Понятно. Красные папулы говорят о том, что организм отреагировал на чужеродный белок. Это мы проходили. Корки от расчёсанных ран. Знаю, чем будем снимать. Пошлю Эмилии вестника, пусть пришлёт мне магический жемчужный камень, обкатаю им тело больной, должен помочь. Живот проваливается, пустой. Чем они кормят больную? Сегодня же подготовлю настои и отвары для того, чтобы поить ими герцогиню и купать в них. Будем действовать. Очень надеюсь, что справлюсь».
– Паула, теперь давай приподнимем её сиятельство и я проверю, что на спине.
Девушка помогла.
– Хорошо. Вижу пятна большие, расплывчатые и те же папулы, рассыпанные по спине. Хорошо, что нет на их верхушках гнойных мешочков. Опускаем аккуратно её светлость на подушку. Теперь посмотрим глаза. Ага, зрачки в норме, и желтизна не наблюдается. Половина успеха. Будем чистить организм и выгонять оттуда основную причину, вызвавшую заболевание. Всё, укрываем её светлость. Вот так. Спасибо тебе.
Послушай, девочка. В моё отсутствие, когда буду готовить настои и отвары на кухне, ты укутываешь герцогиню и приоткрываешь форточку немного, но так, чтобы в комнату вошёл чистый воздух. Выжидаешь десять-пятнадцать минут и закрываешь. И каждый день вот так, хотя бы один раз – проветривай помещение, увеличивая время. Ты поняла?
– Да, госпожа, всё сделаю, как вы просите. Её Светлость так добра была со мной. Как же мне не позаботиться о ней?
– Всё верно. В те часы, когда я буду проводить процедуры, форточка должна быть плотно закрыта.
– Запомнила.
– Ещё один момент. Нужно будет принести сюда большое корыто, в котором прачки бельё стирают. Я приготовлю специальные отвары, и будем в них купать её светлость. Поможешь мне?
– Что вы спрашиваете? Приказывайте – выполню.
– Теперь я спокойно приступлю к своим обязанностям. И кормить будем только тем, что я приготовлю. Ты поняла?
– Да, госпожа.
– Отлично. Ты замечательная помощница.
Девушка улыбнулась мне.
– Ваша Светлость, пожалуйста, скажите мне, что вас беспокоит сейчас больше всего?
– Сил нет даже поднять руку, – медленно прошептала герцогиня.
– Спасибо. А что ещё беспокоит?
– Во рту горечь…
– И это понятно. Позвольте, я посмотрю вашу печень.
Герцогиня впилась в меня взглядом и следила за каждым жестом.
– Печень увеличена, и не это неудивительно. Вы отравились паюсной искрой. Печень встала на защиту. Но самой справиться не удалось, поэтому пошла реакция в виде кожных высыпаний и кровоизлияний. Подберу настой, который очистит печень, попринимаете курсом, почувствуете облегчение. Параллельно с этим будем вас купать в травах, этим мы успокоим кожу, и изнурительный зуд прекратится. Заранее простите меня за вопрос. Как вы опорожняете кишечник?
– Никак.
– Что? Вам не приносят утку?
– Приносят, нечем…
– Паула, госпожу кормят?
– Она отказывалась, потому что после еды у неё были рвоты.
– Всё ясно. Ещё и потеря жидкости. Благодарю вас, Ваша Светлость. Сегодня и начнём лечение. Пожалуйста, доверьтесь мне, и вы увидите, результат не заставит себя долго ждать.
Герцогиня опустила веки, давая мне согласие.
– Очень хорошо. Ухожу на кухню. Всё приготовлю и вернусь.
Разговор с поваром
– Итан, я пригласил тебя, чтобы поставить в известность –
к нам прибыла леди Розабель, лечить её светлость и избавить от мук. Сделай одолжение, выдели нашей гостье на кухне место, пусть готовит, что найдёт необходимым по её усмотрению. И, если обратиться к тебе, помогай во всём.
– Слушаюсь, Ваша Светлость, не извольте беспокоиться. Всё, что от меня будет зависеть, сделаю для скорейшего выздоровления Её Светлости.
– Хорошо. Спасибо. Надеюсь, вы подружитесь.
– И я так думаю.
– Можешь идти.
Постучали в дверь. Повар невольно обернулся.
– Да-да, входите, – пригласил герцог.
– Ваша Светлость, я вернулась.
– Знакомьтесь, леди Розабель, это наш повар Итан.
– Очень приятно.
– И мне, – ответил повар.
– Скажите, вы были у герцогини? – спросил его светлость.
– Да. По предварительному осмотру многое стало ясно, состояние больной требует комплексного лечения. Говорить о чём-либо рано, но я наметила план действий, по ходу и первым результатам решу, что делать дальше.
– Вы знаете, что вызвало у моей супруги тяжёлое заболевание?
– Насколько я поняла, первопричиной стало отравление паюсной икрой. Печень герцогини сильно увеличена. Орган перестал функционировать в прежнем режиме, стало быть, кровь не фильтровалась, и по организму разнеслись вредные вещества. Наш профессор называл их «продукты распада». Говоря простым языком, всё вредное и загрязняющее кровь. Они и вызвали острую реакцию, которую мы видим на коже. В результате пострадал весь организм. Если коротко, то это всё.
– Итан, вы слышали?!
Повар внимательно слушал гостью и удивлялся. Это можно было заметить по выражению его лица.
– Госпожа Розабель, да вы сами профессор. Я восхищён вашим подходом к делу, – воскликнул раскрасневшийся герцог. –Отдаю в ваши руки мою благоверную с надеждой, что вы вернёте её к жизни.
– Очень постараюсь. Для меня это дело чести.
– Искренне благодарю вас. Итан, прошу вас, проведите леди Розабель на кухню и создайте ей хорошие условия для работы.
– Пойдёмте, госпожа, покажу вам рабочее место, – пригласил меня повар.
Итан повёл меня окольными путями, об этих закоулках замка понятия не имела. Не успела ещё освоиться как следует. Наконец мы пришли на кухню. Тут всё говорило об одном – это и есть владения повара. И здесь царили чистота и порядок. Всё было разложено по полочкам и стояло на своих местах. Большое квадратное окно кухни зрительно создало представление просторного помещения. В ясные дни светом было залито всё помещение, и от этого на душе становилось веселее – работа спорилась. Со временем, наблюдая за поваром, вывод напросился сам – он был мастером, в его руках всё пело. Я понимала, его выручали опыт и сноровка. Когда определённый период лечения миновал, состояние герцогини заметно улучшилось, она пошла поправку, а у меня высвободилось некоторое время. Мы с Итаном подружились и я многому у него научилась.
В процессе нашего сотрудничества мне захотелось показать повару рецепты из своей тетрадочки. Пришлось отправить Эмилии весточку – заслуга мадам Дюрэ, её школа. Не успела подумать, щелчок – вестник пожаловал. Я увидела на стене свечение. Обрисовала глазами дверцу, она немедля ожила, заскрипела – почта благополучно прибыла. Эмилия в послании дала знать, что тетрадочка будет доставлена. Я стёрла глазами дверцу, чтобы посторонним не пришло в голову воспользоваться. Моя наставница и этому меня научила – быть бдительной!
Ждать пришлось недолго. В один прекрасный день на приоткрытое окно в кухне приземлился ворон, в клюве он держал мою заветную тетрадочку, а в ней – письмецо от учительницы с наставлениями. На потёртых страничках уживались старинные рецепты от хворей: из всевозможных трав, ягод, семян, шёлковых волосиков кукурузы, листьев всевозможных растений – чего здесь только ни было.
– Джеймс, с этого дня вы выполняете все поручения не только мои, но и нашей помощницы. Госпожа Розабель прибыла издалека, чтобы лечить её светлость. Вы меня поняли?
– Вас понял, Ваша Светлость. Не извольте беспокоиться. Перехожу в распоряжение вашей гостьи. Госпожа вольна обращаться ко мне, когда пожелает, – он посмотрел на меня так, словно своим взглядом хотел передать сигнал к более близким отношениям. Я уже тогда подумала:
«Только ухажёров мне здесь недоставало», – не понравился мне его взгляд. У подчинённых нет прав так смотреть на господ. Мы не были знакомы, он не вправе был делать мне какие-либо знаки. Но в присутствии герцога ответить секретарю не имела возможности, а надо было дать понять один раз и навсегда, на что он может рассчитывать. Слуги обязаны знать своё место.
– Ваша Светлость, необходимо задать вам несколько вопросов о причинах возникновения и течении заболевания вашей супруги, – мне срочно понадобилось переключить внимание герцога на себя, чтобы выяснить очень важные моменты, проанализировать его ответы и приступить к своим прямым обязанностям.
– Да-да, я слушаю вас, леди Розабель, – его светлость отреагировал на моё обращение и перевёл взгляд на секретаря. – Вы свободны, – сухо сказал он.
Молодой человек опустил голову и удалился.
– Ваша Светлость, опишите, пожалуйста, подробно, с чего началась болезнь герцогини, как протекала, особенности, на которые вы обратили внимание. Важно всё, чтобы избрать единственно верный путь к решению сложной задачи и спасти вашу супругу.
– Как интересно. Вот видите, вы спрашиваете, стремясь детализировать происшедшее. Похвально! А вот наш доктор об этом меня не спрашивал, я надоедал ему своими мыслями, намётками наблюдений и беспрерывными вопросами. Но он почему-то не принял их во внимание.
– Понимаю, задача непростая, поэтому допытываюсь. И так, с чего всё началось?
– Как-то за ужином герцогиня подавилась рыбной косточкой. Благо она не успела ничего повредить, и доктор своевременно сумел извлечь кость. Назначил её светлости полоскание. К нашей общей радости и удовлетворению, никаких последствий не последовало. Но моя супруга – женщина впечатлительная, порой мнительная, с тех пор наотрез отказалась от рыбных блюд, за исключением фрикаделей в морковном соусе. Потом герцогиню стали беспокоить желудочные боли, и она отказалась от мясных блюд, мотивируя, что после них испытывает тяжесть в желудке. Доктор назначил хину и предупреждал, что женщине отказываться от мясных продуктов не стоит, как и злоупотреблять ими. И то и другое может привести к нежелательным последствиям.
«Этого делать нельзя, Ваша Светлость», – повторял доктор, но его уговоры не были услышаны герцогиней. И что вы думаете, у моей благоверной развилось малокровие.
– Простите, а почему ваш доктор не назначил её светлости продукты и настои, которые являются замещающими мясные продукты?
– Не могу ответить вам на этот вопрос. По рекомендации доктора мы выезжали на курорты. После отдыха на водах и лечения самочувствие супруги заметно улучшалось, но осенью и зимой она страдала потерей сил, слабостью, головокружениями, отсутствием аппетита, частым недомоганием.
– Да, мало приятного. А когда начались симптомы нового заболевания, которое уложило её в постель и заставило страдать?
– Первый раз ей стало очень плохо, когда на большом приёме её угостили паюсной икрой. От лососевой икры осложнений у неё никогда не возникало, а вот паюсная сыграла с ней злую шутку…
Мы поначалу растерялись, когда супруга внезапно потеряла сознание. Приехал доктор, привёл её в чувства, сделал промывание желудка, и облегчение наступило. Но вскоре на теле супруги появились пятна, изъязвления и нетерпимый зуд.
– Хорошо, что доктор сообразил промыть желудок, но из того, что вы рассказали, промывание было не полным, с небольшой концентрацией и количеством самого раствора.
– Возможно, я в этом не знаток. Полностью полагаюсь на знания доктора. Откуда вам известны такие тонкости? Вы обучались медицине?
– В пансионе, как вам известно, изучала траволечение и всё, что с этим так или иначе связано. Но мне показалось это недостаточным. И продолжила обучение на медицинских курсах, там многое узнала. Мой арсенал знаний заметно расширился. Эти навыки оказались бесценными. На этом не успокоилась, много читала и изучала сама. Область познания сама по себе вызывала желание углубляться и открывать для себя новое.
– Похвально! По вашим выводам догадываюсь, что вы поняли, о чём идёт речь и как бороться. Я прав?
– Отчасти. У меня действительно появились догадки, что послужило причиной заболевания, но пока не увижу больную и не погорю с ней, не смогу подобрать нужное лечение. Ваша Светлость, вы могли бы попросить кого-нибудь сопроводить меня к герцогине.
– Что за вопросы? Конечно.
Герцог позвонил в колокольчик дважды, как я потом узнала, так он вызывал к себе любимую служанку, которую опекал много лет.
И действительно, вскоре постучали в дверь.
– Паула, входи.
В кабинет быстрым шагом прошла юная девушка в светлом платье, фартуке и чепце, прикрывавшем волосы. Приблизившись к герцогу, она присела в книксене.
– Леди Розабель! Эту девочку я приютил, когда она в младенческом возрасте осталась совершенно одна. Выросла на моих глазах, теперь помогает мне и герцогине. Считаю её своей крестницей.
Девушка расплылась в улыбке.
– Что изволите желать, дорогой крёстный? – спросила она, всё так же улыбаясь герцогу.
– Паулетта, отведи госпожу Розабель в покои её светлости и слушайся нашу новую помощницу. Она прибыла лечить твою крёстную.
– Как хорошо. Всё будет сделано, не сомневайтесь.
Паула посмотрела на меня.
– Пойдёмте, моя госпожа, я к вашим услугам, – пригласила она.
Перед уходом я присела в реверансе, прощаясь с герцогом.
– Госпожа Розабель, не забудьте, вы вправе обращаться ко мне без стеснения.
– Благодарю, Ваша Светлость, я запомнила.
– Паулетта, когда освободишься, пригласи ко мне повара.
– Хорошо, Ваша Светлость, выполню.
Герцогиня
В покоях герцогини Хармсворд было мрачно и душно. Стоял спёртый воздух. Шторы прикрывали окна, и свет не проникал в помещение. Думаю, там никто не проветривал, опасаясь навредить больной. Кровать находилась в углублении комнаты, её прикрывала занавеска.
– Паула, приоткрой шторы у окна. Ничего не видно, – попросила я.
– Сию минуту.
В комнату проник луч света. Я отодвинула занавеску у постели больной и ахнула. Высохшая женщина с посеревшим лицом и чёрными глубокими впадинами под глазами, с синими губами тоскливо и жалобно смотрела в одну точку.
– Добрый день, Ваша Светлость! Меня зовут Розабель, я приехала помочь вам, – после этих слов женщина, потерявшая надежду, медленно перевела на меня взгляд. – Мне очень нужно осмотреть вас, потом мы наедине поговорим. Доверьтесь мне, и я сделаю всё, чтобы вас вылечить. Вы меня слышите?
Герцогиня чуть слышно прошептала:
– Дааа…
– Паула, помоги мне, – девушка, чтобы не смущать крёстную, всё это время оставалась за занавеской, но услышав, что я зову её, подошла ко мне.
– Послушай, мне нужно осмотреть её светлость. Спереди справлюсь без твоей помощи, а сзади – нет, помоги мне.
Девушка кивнула.
– Прикрой занавеску, чтобы её светлости спокойнее было.
Девушка выполнила.
Я понемногу сдвигала одеяло, приподнимая исподницу и осматривая тело герцогини.
«Понятно. Красные папулы говорят о том, что организм отреагировал на чужеродный белок. Это мы проходили. Корки от расчёсанных ран. Знаю, чем будем снимать. Пошлю Эмилии вестника, пусть пришлёт мне магический жемчужный камень, обкатаю им тело больной, должен помочь. Живот проваливается, пустой. Чем они кормят больную? Сегодня же подготовлю настои и отвары для того, чтобы поить ими герцогиню и купать в них. Будем действовать. Очень надеюсь, что справлюсь».
– Паула, теперь давай приподнимем её сиятельство и я проверю, что на спине.
Девушка помогла.
– Хорошо. Вижу пятна большие, расплывчатые и те же папулы, рассыпанные по спине. Хорошо, что нет на их верхушках гнойных мешочков. Опускаем аккуратно её светлость на подушку. Теперь посмотрим глаза. Ага, зрачки в норме, и желтизна не наблюдается. Половина успеха. Будем чистить организм и выгонять оттуда основную причину, вызвавшую заболевание. Всё, укрываем её светлость. Вот так. Спасибо тебе.
Послушай, девочка. В моё отсутствие, когда буду готовить настои и отвары на кухне, ты укутываешь герцогиню и приоткрываешь форточку немного, но так, чтобы в комнату вошёл чистый воздух. Выжидаешь десять-пятнадцать минут и закрываешь. И каждый день вот так, хотя бы один раз – проветривай помещение, увеличивая время. Ты поняла?
– Да, госпожа, всё сделаю, как вы просите. Её Светлость так добра была со мной. Как же мне не позаботиться о ней?
– Всё верно. В те часы, когда я буду проводить процедуры, форточка должна быть плотно закрыта.
– Запомнила.
– Ещё один момент. Нужно будет принести сюда большое корыто, в котором прачки бельё стирают. Я приготовлю специальные отвары, и будем в них купать её светлость. Поможешь мне?
– Что вы спрашиваете? Приказывайте – выполню.
– Теперь я спокойно приступлю к своим обязанностям. И кормить будем только тем, что я приготовлю. Ты поняла?
– Да, госпожа.
– Отлично. Ты замечательная помощница.
Девушка улыбнулась мне.
– Ваша Светлость, пожалуйста, скажите мне, что вас беспокоит сейчас больше всего?
– Сил нет даже поднять руку, – медленно прошептала герцогиня.
– Спасибо. А что ещё беспокоит?
– Во рту горечь…
– И это понятно. Позвольте, я посмотрю вашу печень.
Герцогиня впилась в меня взглядом и следила за каждым жестом.
– Печень увеличена, и не это неудивительно. Вы отравились паюсной искрой. Печень встала на защиту. Но самой справиться не удалось, поэтому пошла реакция в виде кожных высыпаний и кровоизлияний. Подберу настой, который очистит печень, попринимаете курсом, почувствуете облегчение. Параллельно с этим будем вас купать в травах, этим мы успокоим кожу, и изнурительный зуд прекратится. Заранее простите меня за вопрос. Как вы опорожняете кишечник?
– Никак.
– Что? Вам не приносят утку?
– Приносят, нечем…
– Паула, госпожу кормят?
– Она отказывалась, потому что после еды у неё были рвоты.
– Всё ясно. Ещё и потеря жидкости. Благодарю вас, Ваша Светлость. Сегодня и начнём лечение. Пожалуйста, доверьтесь мне, и вы увидите, результат не заставит себя долго ждать.
Герцогиня опустила веки, давая мне согласие.
– Очень хорошо. Ухожу на кухню. Всё приготовлю и вернусь.
Разговор с поваром
– Итан, я пригласил тебя, чтобы поставить в известность –
к нам прибыла леди Розабель, лечить её светлость и избавить от мук. Сделай одолжение, выдели нашей гостье на кухне место, пусть готовит, что найдёт необходимым по её усмотрению. И, если обратиться к тебе, помогай во всём.
– Слушаюсь, Ваша Светлость, не извольте беспокоиться. Всё, что от меня будет зависеть, сделаю для скорейшего выздоровления Её Светлости.
– Хорошо. Спасибо. Надеюсь, вы подружитесь.
– И я так думаю.
– Можешь идти.
Постучали в дверь. Повар невольно обернулся.
– Да-да, входите, – пригласил герцог.
– Ваша Светлость, я вернулась.
– Знакомьтесь, леди Розабель, это наш повар Итан.
– Очень приятно.
– И мне, – ответил повар.
– Скажите, вы были у герцогини? – спросил его светлость.
– Да. По предварительному осмотру многое стало ясно, состояние больной требует комплексного лечения. Говорить о чём-либо рано, но я наметила план действий, по ходу и первым результатам решу, что делать дальше.
– Вы знаете, что вызвало у моей супруги тяжёлое заболевание?
– Насколько я поняла, первопричиной стало отравление паюсной икрой. Печень герцогини сильно увеличена. Орган перестал функционировать в прежнем режиме, стало быть, кровь не фильтровалась, и по организму разнеслись вредные вещества. Наш профессор называл их «продукты распада». Говоря простым языком, всё вредное и загрязняющее кровь. Они и вызвали острую реакцию, которую мы видим на коже. В результате пострадал весь организм. Если коротко, то это всё.
– Итан, вы слышали?!
Повар внимательно слушал гостью и удивлялся. Это можно было заметить по выражению его лица.
– Госпожа Розабель, да вы сами профессор. Я восхищён вашим подходом к делу, – воскликнул раскрасневшийся герцог. –Отдаю в ваши руки мою благоверную с надеждой, что вы вернёте её к жизни.
– Очень постараюсь. Для меня это дело чести.
– Искренне благодарю вас. Итан, прошу вас, проведите леди Розабель на кухню и создайте ей хорошие условия для работы.
– Пойдёмте, госпожа, покажу вам рабочее место, – пригласил меня повар.
Итан повёл меня окольными путями, об этих закоулках замка понятия не имела. Не успела ещё освоиться как следует. Наконец мы пришли на кухню. Тут всё говорило об одном – это и есть владения повара. И здесь царили чистота и порядок. Всё было разложено по полочкам и стояло на своих местах. Большое квадратное окно кухни зрительно создало представление просторного помещения. В ясные дни светом было залито всё помещение, и от этого на душе становилось веселее – работа спорилась. Со временем, наблюдая за поваром, вывод напросился сам – он был мастером, в его руках всё пело. Я понимала, его выручали опыт и сноровка. Когда определённый период лечения миновал, состояние герцогини заметно улучшилось, она пошла поправку, а у меня высвободилось некоторое время. Мы с Итаном подружились и я многому у него научилась.
В процессе нашего сотрудничества мне захотелось показать повару рецепты из своей тетрадочки. Пришлось отправить Эмилии весточку – заслуга мадам Дюрэ, её школа. Не успела подумать, щелчок – вестник пожаловал. Я увидела на стене свечение. Обрисовала глазами дверцу, она немедля ожила, заскрипела – почта благополучно прибыла. Эмилия в послании дала знать, что тетрадочка будет доставлена. Я стёрла глазами дверцу, чтобы посторонним не пришло в голову воспользоваться. Моя наставница и этому меня научила – быть бдительной!
Ждать пришлось недолго. В один прекрасный день на приоткрытое окно в кухне приземлился ворон, в клюве он держал мою заветную тетрадочку, а в ней – письмецо от учительницы с наставлениями. На потёртых страничках уживались старинные рецепты от хворей: из всевозможных трав, ягод, семян, шёлковых волосиков кукурузы, листьев всевозможных растений – чего здесь только ни было.
