Очень скоро он и вовсе вышел в свободное плавание, избавившись даже от номинального босса. У Левитского был только посредник, которому был известен адрес электронной почты, открытый Левитским через многолюдное инфранет-кафе. Выследить того, кто пользуется этим адресом, было практически невозможно. Но Левитский и его менял время от времени. Так же как и посредника, и фамилию, и место пребывания, и снова лицо. Но полиция все же на него вышла. Один из бывших боссов проболтался. Нет, никаких адресов, явок, паролей он не назвал, не знал, а вот косвенных улик подбросил. И указал ту самую примету – раздвоенный подбородок. Левитский залег на «дно». Денег у него было достаточно, на три жизни, но существование без цели, без риска, без драйва, без самоутверждения смысла не имело. Это было прозябание, к тому же, болезненное, сродни наркотической ломке. Он должен был чувствовать себя победителем, удачливым охотником. Евгений пытался воспользоваться легальным суррогатом – инопланетным сафари: на альфианскую рысь, на шоаррскую лису, на центаврианского крысопаука и на хакура за 70 дней до линьки. Но охота на зверя, даже самого опасного, не шла ни в какое сравнение с охотой на «двуногую свинку» из отряда приматов. Не было того пряного оттенка недозволенного, преступного. Не было противостояния с законом. Нарушения табу.
На исходе третьего года вынужденного отпуска Левитского разыскал некий Валентин Скуратов и… предложил работу. Оказывается, есть зверь, еще более опасный и привлекательный, чем человек, и зверь этот – сорванный киборг. Левитский узнал, что в корпорации, нанявшей его на работу, некий гений-ученый что-то нахимичил с процессором шестой модели, отчего эти кибернетические болваны внезапно стали себя осознавать. То есть, превращаться в людей. Правда, назвать их «Sapiens» было бы затруднительно. Это были озлобленные, свихнувшиеся подростки, вышедшие из-под контроля своих хозяев-«родителей». Но эти свихнувшиеся подростки обладали всеми способностями киборгов, их силой, ловкостью, быстротой. На них были установлены мощные боевые программы. Это были суперсолдаты. И охотиться на них решился бы только равный им по опыту и мастерству боец.
Левитский, не колеблясь, принял предложение - возглавил отдел «очистки» «DEX-company». Легализация мечты! Тот же драйв, тот же адреналиновый кайф, тот же триумф и… полная безнаказанность. Он не убивает людей, он их… защищает. Он спаситель, «странствующий рыцарь». Единственное условие, которое ему выдвинули при подписании контракта, это полная конфиденциальность. И непричастность компании к каким бы то ни было постигшим его неудачам. Какой такой павлин –мавлин… то есть, Евгений Левитский? Знать ничего не знаем. Не видишь, мы ку… киборгов производим. Полезный и необходимый продукт. Левитский не обиделся и не удивился. Нормальные деловые отношения. Он к таким привык. Он подписал контракт и взял серое, непритязательное имя Джеймс Джонсон. Джеймс Бонд звучало бы круче и символичней, но Бондами уже именовалась линейка киборгов, а Левитский не хотел иметь ничего общего с этими куклами. Он их ненавидел.
Необходимость лететь на Геральдику и взбодрила и слегка встревожила. Первое, потому что три недели не было работы. Ни срывов, ни доносов от бдительных соседей. А такие, как Джонсон, быстро начинают скучать. Тем более, что ничем иным он развлечься не может. Вместе с ним заскучали и подчиненные, такие же бывшие вояки, ушедшие из армии после дисциплинарных взысканий. Служить большому боссу, такому, как Бозгурд, и денежно и спокойно, всегда прикроет, но, с другой стороны, сиди и жди, когда о тебе вспомнят. Снова зависимость. Несмотря на обязательства перед «DEX-company», Джонсон нашел бы себе работу или развлечение. Даже вопреки здравому смыслу и инстинкту самосохранения. Но Скуратов вызвал его как нельзя кстати. Вот этот разговор с «Лаврентием» и стал причиной второго.
- Собери своих людей, - распорядился шеф безопасности. – Полетите на Геральдику. Один из ее резидентов добился для нас разрешения.
- На Геральдику? – изумился Джонсон.
Он ожидал чего угодно, но только не визита на эту странную планету. Всем известно, что Геральдика это самый закрытый из всех закрытых галактических клубов, тусовка земных аристократов. Легче попасть на секретную военную базу, чем в этот «заповедник».
- Не слышал, чтобы на Геральдику завозили киборгов, - сказал ликвидатор.
- Завозят. В небольших количествах. Но если требуется проверка или ремонт, возят в ближайшие филиалы на других планетах. Но чаще сразу утилизируют и покупают свеженьких.
- Кто-то из свеженьких взбесился?
- Этот всегда был бешеный, со дня выпуска. Единственный. – Скуратов со значением взглянул на Джонсона. – Помнишь его?
Ликвидатор криво усмехнулся.
- Ржавая станция у Бетельгейзе. Помню. Мы летали туда со Свенсоном. «Сынок» Гибульского. Смазливый такой мальчишка. Свенсон его тогда… просветил. – Джонсон поморщился. – Так его, я слышал, утилизировали. Как пришедшего в негодность.
- Выяснилось, что нет. Паскуда Лобин продал киборга некой даме. Продал, надо полагать, выгодно. Потому что через пару дней сбежал. И мы его до сих пор ищем.
- А что за дама?
Скуратов помолчал, поиграл пергаментными желваками.
- Корделия Трастамара.
Джонсон присвистнул.
- К ней, говорят, наш босс клинья подбивал.
- Подбивал, - согласился «Лаврентий». – Только кинула она его. Свалила с Новой Вероны и киборга прихватила. Мне удалось получить данные с таможенного сканера. По их данным на «Подруге смерти» находился кибермодифицированный организм. А в наших филиалах на Вероне Корделия не появлялась. И киборг не абы какой, а единственный в своем роде, экспериментальный, изначально разумный. Представляешь, какой нам грозит пи@@@ц, если она вздумает показать этого киборга на своем канале.
- А почему она до сих пор этого не сделала? Или денег за молчание ждет?
- Да черт ее знает! Этих баб хрен поймешь. Сидит с этим киборгом на Геральдике и носа в свою штаб-квартиру не кажет.
- Может, он у нее того… вместо Irien’a? – Джонсон гаденько ухмыльнулся. – Мальчишка смазливый. Пирсон рассказывал, как его ассистентка, эта дылда Хантингтон, на него запала. В лабораторном боксе с ним трахалась. Ну да, а кому она была нужна кроме киборга. Тому-то без разницы, он – кого, или его – кто.
Скуратов взглянул на него почти сурово.
- Одно дело, какая-то дылда Хантингтон, и совсем другое Корделия Трастамара. У нее столько денег, что она каждый месяц может себе по живому, настоящему мальчику покупать, а потом скармливать его геральдийским медведям. Не говоря уже о киборгах… Нет, тут что-то другое. Для чего-то он ей понадобился, эта потрошенная кукла. Ты слышал про пожар в инкубационном центре?
- Ну да, слышал. Там вроде диверсия была. Антидексисты.
- Да какие антидексисты! Придурок местный запалил. Баба от него ушла. Вот и психанул. Все разработки по новому проекту к чертям собачьим. И Пирсон тоже. Там были его клоны… Ну те, новые.
- Я слышал, он себе второго такого же сделал, смазливенького. Вот же старый пидор. Никогда бы не подумал. Жена, детишки. Почтенный доктор наук. Образцовый семьянин. А по ночам в лаборатории киборга трахал. Вот урод.
- Хватит. Пирсона больше нет. Вместе с ним утерян доступ к базе данных. В безопасность играл, мать его… Все сначала надо начинать. Короче, полетишь на Геральдику за этим «сынком». Этот запрос от адвокатской конторы пришел очень вовремя. Барон этот, как его, Монмут, сказал, что у Корделии там дом. Местность пустынная, вокруг на сто миль ни души. Ни слуг, ни киборгов. То есть, киборг есть, тот самый, но больше ни одного. Твоя задача киборга изъять и доставить в отдел разработок. Сделать все надо по-тихому. И быстро.
- Делов-то, - фыркнул Джонсон. – Как-то даже… неприлично – грабить одинокую женщину.
- Это не одинокая женщина. Это Корделия Трастамара. И ты там не расслабляйся. Это тебе не Новый Бобруйск. И не Эдем, где Анатолий продажному шерифу взятку дал. Это Геральдика. У них там свои законы. Если вас там пристрелят и под кустом прикопают, никто поисков и расследований затевать не будет. Все сделают вид, что так и было задумано. Автономность законов Геральдики установлена на уровне Федерации.
Джонсон задумчиво взгляну на шефа, но от реплики воздержался. Не то, чтобы напутственные слова «Лаврентия» его испугали. Напугать его, бойца элитного подразделения, киллера экстра-класса, чьи услуги оплачиваются даже не по золотому, а по платиновому тарифу было непросто. Но определенное беспокойство Скуратов в нем заронить сумел. Казалось бы, нет ничего проще. Одинокая женщина в пустом доме. Пусть даже эта женщина умеет обращаться с оружием (Джонсон ознакомился с досье на Корделию), но вряд ли на крыше ее дома установлены лазерные пушки. Винтовка определенно есть. Это упоминал жалобщик-баронет. На Геральдике много хищного зверья, и большинство жителей не расстаются со станнерами. Но опять же, сомнительно, что она держит станнер или винтовку под рукой. Даже если держит… Что она сделает против четырех вооруженных мужчин, спецназовцев? Правда, там есть еще этот киборг, гибрид человека с машиной. Джонсон помнил этого киборга. Да какой он киборг. Одно название. А уж назвать это недоразумение еще и боевым киборгом все равно, что дурно пошутить. У него даже боевых программ нет. Ему их не ставили. Зачем? Он представлял интерес только как опытный образец, как доказательство синтеза Гибульского – мозг в полноценном сопряжении с процессором. А больше этот мальчишка ни на что не годен. Он, конечно, может оказать сопротивление. Даже без боевых программ он все равно сильнее и быстрее человека, но на этот случай у ловцов есть блокатор. Прилетели, обездвижили, погрузили и увезли. А даму… Даму достаточно подержать под прицелом. Она, как никак, невольно оказала «DEX-company» услугу - сохранила редкий экземпляр.
Времени на подготовку было мало. До самого вылета с Земли не было достаточной определенности, дадут им разрешение прибыть на Геральдику или нет. Губернатор Северной провинции мог отказать в визе. Запретить посадку корабля или потребовать, чтобы приглашенные прибыли на катере или на яхте приглашающего. Однако, этот баронет пользовался влиянием в «заповеднике» - разрешение на посадку дали. Но из оружия позволили взять только станнеры. Никаких бластеров, игольников или гранат. Так же не хватало сведений о самой планете. На Геральдике не было филиалов «DEX-company». Не было своих людей ни на таможне, ни в планетарной СБ. Геральдика никогда не входила в сферу интересов корпорации. Слишком закрытое, консервативное общество. И, что самое неприятное, отсутствовала информация по главному фигуранту – самой Корделии, о ее поместье и доме. Единственным источником был этот высокомерный хлыщ, баронет Монмут. Джонсон подобных персонажей терпеть не мог. Хлипкий, дерганный, с отполированным ногтями и холеными усиками. Плазмы не нюхал, а войну видел только по головизору. Эта баба, Корделия, и та вызывает большее уважение. Она, по крайней мере, войну видела. И вот этого хлыща не мешало бы поучить. Джонсон не планировал вести себя как пират на захваченном транспортнике, но зацепила его эта холодная снисходительность. И жена его… Та еще штучка. Пугануть бы их хорошенько. Прибывшие с ним Полански, Свенсон и Батлер были раздражены не меньше. Глупо, конечно. Им требуется содействие этих аристократов. Их дом, - замок! – следует превратить в опорный пункт, базу, и с этой базы совершить вылазку. Сначала провести рекогносцировку, составить план местности, подготовить пути отхода. И все самим, киборгов у них нет. Да черт с ними, с приличиями. Эти аристократы на Геральдике как жирные, непуганные кролики в садке. Привыкли жить за своим орбитальным забором, веруя в свою неприкосновенность, разленились, расслабились. Даже слуги не рыпнулись, когда хозяева заговорили слегка истеричными голосами. Хозяйка вопить начала. Пришлось попросить замолчать. Из станнера. На минимальной мощности. Ох и рожа была у баронета! Куда весь лоск подевался… Джонсон усмехнулся. Перетрусил. А вот сынок Джонсона удивил.
Мальчишка Генри-младший, бледный, губы прыгают, шагнул вперед и сказал:
- Не трогайте маму. Я сделаю все, что вы хотите.
Папаша от таких слов задохнулся.
- Сынок, да как ты… да что ты…
Но барчонок не отступил.
- Вы же хотите попасть в дом Корделии Трастамара? Хотите забрать ее киборга?
- Допустим, - процедил Джонсон.
- Я помогу вам. Только маму не трогайте.
У пацана дрогнул голос. На острых скулах кожа побелела. Джонсон прищурился. Не врет. За мамочку испугался.
- Доброволец, значит? С чего вдруг? Мы сами справимся. Вон папаша твой сейчас нам все расскажет и покажет.
Мальчишка сверкнул глазами.
- Не расскажет. Он ничего не знает. И госпожа Корделия с ним разговаривать не будет. И с вами не будет. А со мной будет.
- Уверен?
- Уверен. Я скажу, что хочу покаяться. Принести свои извинения. Лично. Что я хотел бы… загладить свою вину. Но только, чтобы родители не знали. Она разрешит мне прилететь. Отцу не разрешит. И вам не разрешит.
- А без разрешения? Что она нам может сделать? У нее там ПЗРК в огороде?
- Нет. – Мальчишка сглотнул. Острый кадык прошелся изнутри по тонкой шее, как втиснутый с обратной стороны нож. – Наземные ЗРК у нас запрещены. Все вооружение на орбите висит. Там… беспилотники. Она активировала пограничный периметр, после того, как мы… ну в общем, в кибера того стреляли. Эти беспилотники запрограммированы на столкновение с движущимся объектом, если он вторгнется без разрешения…
- А ты откуда знаешь?
Мальчишка опустил глаза.
- Пробовали. Мы после того, как она обвинение выдвинула, отомстить хотела. Прилететь… ну и пристрелить того кибера.
Генри Монмут-старший издал не то хрип, не то стон. Джонсон одобрительно хмыкнул.
- Какой предприимчивый сынуля! И как? Не получилось?
Парень отрицательно качнул головой.
- Еле от дрона увернулись. Он на таран шел. Эти дроны весь периметр патрулируют. Даже если с моря зайти. У нее их штук сто.
- Что предлагаешь?
Младший снова сглотнул, облизал губы.
- Я ей позвоню. Корделии. Вот прямо сейчас. И скажу, что раскаиваюсь, но не по видеофону. Я лично хочу.
- Там киборг. Ты не забыл? Он твою ложь на раз просечет.
Мальчишка оскалился как волчонок.
- Не просечет. Я умею врать. У нас тут… все умеют. – И обернулся к отцу. – Правда, папа?
Генри-старший только замычал в ответ.
- Последний вопрос. Почему ты так рвешься нам помогать?
- Не помогать. Мстить. Ей. И проклятому киборгу. Он моего пса убил. И охоту испортил. Из-за этой говорящей куклы мне грозит пять лет тюрьмы. А я уже в Кадетский корпус документы подал. Хочу быть офицером. Теперь карьера коту под хвост. Корделии я ничего сделать не смогу. Все из-за этой жестянки! Разберите его на запчасти.
Джонсон переглянулся с Полански и Свенсоном. Полански кивнул. Собственно это был их основной план. Вынудить кого-то из семейки Монмутов связаться с Корделией и напроситься с визитом. Или наоборот, вызвать ее сюда, на мирные переговоры. Изобразить раскаяние. Принять все условия. Предложить выкурить трубку мира. В идеале эта дамочка взяла бы с собой киборга… И все было бы просто. Наилучшим вариантом Джонсону представлялся звонок рыдающей мамаши.
На исходе третьего года вынужденного отпуска Левитского разыскал некий Валентин Скуратов и… предложил работу. Оказывается, есть зверь, еще более опасный и привлекательный, чем человек, и зверь этот – сорванный киборг. Левитский узнал, что в корпорации, нанявшей его на работу, некий гений-ученый что-то нахимичил с процессором шестой модели, отчего эти кибернетические болваны внезапно стали себя осознавать. То есть, превращаться в людей. Правда, назвать их «Sapiens» было бы затруднительно. Это были озлобленные, свихнувшиеся подростки, вышедшие из-под контроля своих хозяев-«родителей». Но эти свихнувшиеся подростки обладали всеми способностями киборгов, их силой, ловкостью, быстротой. На них были установлены мощные боевые программы. Это были суперсолдаты. И охотиться на них решился бы только равный им по опыту и мастерству боец.
Левитский, не колеблясь, принял предложение - возглавил отдел «очистки» «DEX-company». Легализация мечты! Тот же драйв, тот же адреналиновый кайф, тот же триумф и… полная безнаказанность. Он не убивает людей, он их… защищает. Он спаситель, «странствующий рыцарь». Единственное условие, которое ему выдвинули при подписании контракта, это полная конфиденциальность. И непричастность компании к каким бы то ни было постигшим его неудачам. Какой такой павлин –мавлин… то есть, Евгений Левитский? Знать ничего не знаем. Не видишь, мы ку… киборгов производим. Полезный и необходимый продукт. Левитский не обиделся и не удивился. Нормальные деловые отношения. Он к таким привык. Он подписал контракт и взял серое, непритязательное имя Джеймс Джонсон. Джеймс Бонд звучало бы круче и символичней, но Бондами уже именовалась линейка киборгов, а Левитский не хотел иметь ничего общего с этими куклами. Он их ненавидел.
Необходимость лететь на Геральдику и взбодрила и слегка встревожила. Первое, потому что три недели не было работы. Ни срывов, ни доносов от бдительных соседей. А такие, как Джонсон, быстро начинают скучать. Тем более, что ничем иным он развлечься не может. Вместе с ним заскучали и подчиненные, такие же бывшие вояки, ушедшие из армии после дисциплинарных взысканий. Служить большому боссу, такому, как Бозгурд, и денежно и спокойно, всегда прикроет, но, с другой стороны, сиди и жди, когда о тебе вспомнят. Снова зависимость. Несмотря на обязательства перед «DEX-company», Джонсон нашел бы себе работу или развлечение. Даже вопреки здравому смыслу и инстинкту самосохранения. Но Скуратов вызвал его как нельзя кстати. Вот этот разговор с «Лаврентием» и стал причиной второго.
- Собери своих людей, - распорядился шеф безопасности. – Полетите на Геральдику. Один из ее резидентов добился для нас разрешения.
- На Геральдику? – изумился Джонсон.
Он ожидал чего угодно, но только не визита на эту странную планету. Всем известно, что Геральдика это самый закрытый из всех закрытых галактических клубов, тусовка земных аристократов. Легче попасть на секретную военную базу, чем в этот «заповедник».
- Не слышал, чтобы на Геральдику завозили киборгов, - сказал ликвидатор.
- Завозят. В небольших количествах. Но если требуется проверка или ремонт, возят в ближайшие филиалы на других планетах. Но чаще сразу утилизируют и покупают свеженьких.
- Кто-то из свеженьких взбесился?
- Этот всегда был бешеный, со дня выпуска. Единственный. – Скуратов со значением взглянул на Джонсона. – Помнишь его?
Ликвидатор криво усмехнулся.
- Ржавая станция у Бетельгейзе. Помню. Мы летали туда со Свенсоном. «Сынок» Гибульского. Смазливый такой мальчишка. Свенсон его тогда… просветил. – Джонсон поморщился. – Так его, я слышал, утилизировали. Как пришедшего в негодность.
- Выяснилось, что нет. Паскуда Лобин продал киборга некой даме. Продал, надо полагать, выгодно. Потому что через пару дней сбежал. И мы его до сих пор ищем.
- А что за дама?
Скуратов помолчал, поиграл пергаментными желваками.
- Корделия Трастамара.
Джонсон присвистнул.
- К ней, говорят, наш босс клинья подбивал.
- Подбивал, - согласился «Лаврентий». – Только кинула она его. Свалила с Новой Вероны и киборга прихватила. Мне удалось получить данные с таможенного сканера. По их данным на «Подруге смерти» находился кибермодифицированный организм. А в наших филиалах на Вероне Корделия не появлялась. И киборг не абы какой, а единственный в своем роде, экспериментальный, изначально разумный. Представляешь, какой нам грозит пи@@@ц, если она вздумает показать этого киборга на своем канале.
- А почему она до сих пор этого не сделала? Или денег за молчание ждет?
- Да черт ее знает! Этих баб хрен поймешь. Сидит с этим киборгом на Геральдике и носа в свою штаб-квартиру не кажет.
- Может, он у нее того… вместо Irien’a? – Джонсон гаденько ухмыльнулся. – Мальчишка смазливый. Пирсон рассказывал, как его ассистентка, эта дылда Хантингтон, на него запала. В лабораторном боксе с ним трахалась. Ну да, а кому она была нужна кроме киборга. Тому-то без разницы, он – кого, или его – кто.
Скуратов взглянул на него почти сурово.
- Одно дело, какая-то дылда Хантингтон, и совсем другое Корделия Трастамара. У нее столько денег, что она каждый месяц может себе по живому, настоящему мальчику покупать, а потом скармливать его геральдийским медведям. Не говоря уже о киборгах… Нет, тут что-то другое. Для чего-то он ей понадобился, эта потрошенная кукла. Ты слышал про пожар в инкубационном центре?
- Ну да, слышал. Там вроде диверсия была. Антидексисты.
- Да какие антидексисты! Придурок местный запалил. Баба от него ушла. Вот и психанул. Все разработки по новому проекту к чертям собачьим. И Пирсон тоже. Там были его клоны… Ну те, новые.
- Я слышал, он себе второго такого же сделал, смазливенького. Вот же старый пидор. Никогда бы не подумал. Жена, детишки. Почтенный доктор наук. Образцовый семьянин. А по ночам в лаборатории киборга трахал. Вот урод.
- Хватит. Пирсона больше нет. Вместе с ним утерян доступ к базе данных. В безопасность играл, мать его… Все сначала надо начинать. Короче, полетишь на Геральдику за этим «сынком». Этот запрос от адвокатской конторы пришел очень вовремя. Барон этот, как его, Монмут, сказал, что у Корделии там дом. Местность пустынная, вокруг на сто миль ни души. Ни слуг, ни киборгов. То есть, киборг есть, тот самый, но больше ни одного. Твоя задача киборга изъять и доставить в отдел разработок. Сделать все надо по-тихому. И быстро.
- Делов-то, - фыркнул Джонсон. – Как-то даже… неприлично – грабить одинокую женщину.
- Это не одинокая женщина. Это Корделия Трастамара. И ты там не расслабляйся. Это тебе не Новый Бобруйск. И не Эдем, где Анатолий продажному шерифу взятку дал. Это Геральдика. У них там свои законы. Если вас там пристрелят и под кустом прикопают, никто поисков и расследований затевать не будет. Все сделают вид, что так и было задумано. Автономность законов Геральдики установлена на уровне Федерации.
Джонсон задумчиво взгляну на шефа, но от реплики воздержался. Не то, чтобы напутственные слова «Лаврентия» его испугали. Напугать его, бойца элитного подразделения, киллера экстра-класса, чьи услуги оплачиваются даже не по золотому, а по платиновому тарифу было непросто. Но определенное беспокойство Скуратов в нем заронить сумел. Казалось бы, нет ничего проще. Одинокая женщина в пустом доме. Пусть даже эта женщина умеет обращаться с оружием (Джонсон ознакомился с досье на Корделию), но вряд ли на крыше ее дома установлены лазерные пушки. Винтовка определенно есть. Это упоминал жалобщик-баронет. На Геральдике много хищного зверья, и большинство жителей не расстаются со станнерами. Но опять же, сомнительно, что она держит станнер или винтовку под рукой. Даже если держит… Что она сделает против четырех вооруженных мужчин, спецназовцев? Правда, там есть еще этот киборг, гибрид человека с машиной. Джонсон помнил этого киборга. Да какой он киборг. Одно название. А уж назвать это недоразумение еще и боевым киборгом все равно, что дурно пошутить. У него даже боевых программ нет. Ему их не ставили. Зачем? Он представлял интерес только как опытный образец, как доказательство синтеза Гибульского – мозг в полноценном сопряжении с процессором. А больше этот мальчишка ни на что не годен. Он, конечно, может оказать сопротивление. Даже без боевых программ он все равно сильнее и быстрее человека, но на этот случай у ловцов есть блокатор. Прилетели, обездвижили, погрузили и увезли. А даму… Даму достаточно подержать под прицелом. Она, как никак, невольно оказала «DEX-company» услугу - сохранила редкий экземпляр.
Времени на подготовку было мало. До самого вылета с Земли не было достаточной определенности, дадут им разрешение прибыть на Геральдику или нет. Губернатор Северной провинции мог отказать в визе. Запретить посадку корабля или потребовать, чтобы приглашенные прибыли на катере или на яхте приглашающего. Однако, этот баронет пользовался влиянием в «заповеднике» - разрешение на посадку дали. Но из оружия позволили взять только станнеры. Никаких бластеров, игольников или гранат. Так же не хватало сведений о самой планете. На Геральдике не было филиалов «DEX-company». Не было своих людей ни на таможне, ни в планетарной СБ. Геральдика никогда не входила в сферу интересов корпорации. Слишком закрытое, консервативное общество. И, что самое неприятное, отсутствовала информация по главному фигуранту – самой Корделии, о ее поместье и доме. Единственным источником был этот высокомерный хлыщ, баронет Монмут. Джонсон подобных персонажей терпеть не мог. Хлипкий, дерганный, с отполированным ногтями и холеными усиками. Плазмы не нюхал, а войну видел только по головизору. Эта баба, Корделия, и та вызывает большее уважение. Она, по крайней мере, войну видела. И вот этого хлыща не мешало бы поучить. Джонсон не планировал вести себя как пират на захваченном транспортнике, но зацепила его эта холодная снисходительность. И жена его… Та еще штучка. Пугануть бы их хорошенько. Прибывшие с ним Полански, Свенсон и Батлер были раздражены не меньше. Глупо, конечно. Им требуется содействие этих аристократов. Их дом, - замок! – следует превратить в опорный пункт, базу, и с этой базы совершить вылазку. Сначала провести рекогносцировку, составить план местности, подготовить пути отхода. И все самим, киборгов у них нет. Да черт с ними, с приличиями. Эти аристократы на Геральдике как жирные, непуганные кролики в садке. Привыкли жить за своим орбитальным забором, веруя в свою неприкосновенность, разленились, расслабились. Даже слуги не рыпнулись, когда хозяева заговорили слегка истеричными голосами. Хозяйка вопить начала. Пришлось попросить замолчать. Из станнера. На минимальной мощности. Ох и рожа была у баронета! Куда весь лоск подевался… Джонсон усмехнулся. Перетрусил. А вот сынок Джонсона удивил.
Мальчишка Генри-младший, бледный, губы прыгают, шагнул вперед и сказал:
- Не трогайте маму. Я сделаю все, что вы хотите.
Папаша от таких слов задохнулся.
- Сынок, да как ты… да что ты…
Но барчонок не отступил.
- Вы же хотите попасть в дом Корделии Трастамара? Хотите забрать ее киборга?
- Допустим, - процедил Джонсон.
- Я помогу вам. Только маму не трогайте.
У пацана дрогнул голос. На острых скулах кожа побелела. Джонсон прищурился. Не врет. За мамочку испугался.
- Доброволец, значит? С чего вдруг? Мы сами справимся. Вон папаша твой сейчас нам все расскажет и покажет.
Мальчишка сверкнул глазами.
- Не расскажет. Он ничего не знает. И госпожа Корделия с ним разговаривать не будет. И с вами не будет. А со мной будет.
- Уверен?
- Уверен. Я скажу, что хочу покаяться. Принести свои извинения. Лично. Что я хотел бы… загладить свою вину. Но только, чтобы родители не знали. Она разрешит мне прилететь. Отцу не разрешит. И вам не разрешит.
- А без разрешения? Что она нам может сделать? У нее там ПЗРК в огороде?
- Нет. – Мальчишка сглотнул. Острый кадык прошелся изнутри по тонкой шее, как втиснутый с обратной стороны нож. – Наземные ЗРК у нас запрещены. Все вооружение на орбите висит. Там… беспилотники. Она активировала пограничный периметр, после того, как мы… ну в общем, в кибера того стреляли. Эти беспилотники запрограммированы на столкновение с движущимся объектом, если он вторгнется без разрешения…
- А ты откуда знаешь?
Мальчишка опустил глаза.
- Пробовали. Мы после того, как она обвинение выдвинула, отомстить хотела. Прилететь… ну и пристрелить того кибера.
Генри Монмут-старший издал не то хрип, не то стон. Джонсон одобрительно хмыкнул.
- Какой предприимчивый сынуля! И как? Не получилось?
Парень отрицательно качнул головой.
- Еле от дрона увернулись. Он на таран шел. Эти дроны весь периметр патрулируют. Даже если с моря зайти. У нее их штук сто.
- Что предлагаешь?
Младший снова сглотнул, облизал губы.
- Я ей позвоню. Корделии. Вот прямо сейчас. И скажу, что раскаиваюсь, но не по видеофону. Я лично хочу.
- Там киборг. Ты не забыл? Он твою ложь на раз просечет.
Мальчишка оскалился как волчонок.
- Не просечет. Я умею врать. У нас тут… все умеют. – И обернулся к отцу. – Правда, папа?
Генри-старший только замычал в ответ.
- Последний вопрос. Почему ты так рвешься нам помогать?
- Не помогать. Мстить. Ей. И проклятому киборгу. Он моего пса убил. И охоту испортил. Из-за этой говорящей куклы мне грозит пять лет тюрьмы. А я уже в Кадетский корпус документы подал. Хочу быть офицером. Теперь карьера коту под хвост. Корделии я ничего сделать не смогу. Все из-за этой жестянки! Разберите его на запчасти.
Джонсон переглянулся с Полански и Свенсоном. Полански кивнул. Собственно это был их основной план. Вынудить кого-то из семейки Монмутов связаться с Корделией и напроситься с визитом. Или наоборот, вызвать ее сюда, на мирные переговоры. Изобразить раскаяние. Принять все условия. Предложить выкурить трубку мира. В идеале эта дамочка взяла бы с собой киборга… И все было бы просто. Наилучшим вариантом Джонсону представлялся звонок рыдающей мамаши.
