Ренар ждал нас у нанятого экипажа недалеко от входа в гостиницу.
– Возвращайся назад, – он угрюмо покосился на меня. – Как и договаривались, я поеду.
Но я заупрямился.
– Нет, мы и без тебя справляемся.
– Да тебе нельзя ничего доверить, – зашипел Ренар.
– Можно. Все, иди!
– У тебя мозгов нет, и руки к заднице пришиты!
– Да что это такое! – вмешался Франсуа. Я устыдился и поспешил помочь ему устроить нашу скорбную ношу на сидении. – Люди из низов, попав в благоприятную среду, становятся учеными, писателями, композиторами, а ты, Ренар, как был конюхом, так им и остался!
Не знаю, играл ли он на публику или злился по-настоящему, но я не решился заглянуть в его мысли. И так все ему испортил.
Пока мы ехали, Франсуа молчал, изредка хрустел пальцами от напряжения. Я, чувствуя за собой вину, не пытался его расшевелить. Чтобы хоть как-то отвлечься от соблазна прочитать его мысли, я выглядывал духов, но они словно попрятались. Я видел одного, только он так быстро пронесся мимо, что я не успел его разглядеть.
Вообще-то я плохо ориентируюсь на местности, но городской пейзаж оказался мне знаком.
– Где-то здесь живет граф де Сен-Клод, – я повернулся к Франсуа.
Тот безразлично пожал плечами.
– Ты знаешь другие адреса?
Я оставил его без ответа.
Вскоре мы вышли из экипажа и понесли труп в темный проулок. Не могу сказать потащили, потому что мне было не тяжело, да и мой соучастник не жаловался. Я изо всех сил прислушивался, боясь встречи с нежелательными свидетелями.
– Никого, – шепотом сообщил я.
Мы осторожно посадили останки Кемпа у стены.
– Это неправильно, – я с трудом различил эти слова Франсуа, – но лучше нельзя.
– Да, – я с тоской посмотрел на безропотное тело.
А что мы могли еще сделать? Расчленить? Бросить в реку? Мало того, что это не по-человечески, так еще и опасно. Сразу похоже на убийство. А так шел человек, не самый молодой, стало плохо с сердцем или еще что-то…
Не сговариваясь, мы пошли назад. Немного постояли на углу, пропуская карету и парочку прохожих. Я уже было хотел выйти, когда Франсуа схватил меня за плечо.
– Он исчез.
– Что? – я резко развернулся.
Кемп как сквозь землю провалился. Совершенно ничего не напоминало о его недавнем присутствии. Черт, он же не мог ожить и уйти!
– Как это? – вырвалось у меня.
Дурацкий вопрос, все равно бы никто ничего не объяснил.
– Я слышал, что в Индии есть люди, которые спят на гвоздях, едят стекло и задерживают дыхание на минуты, – на полном серьезе сказал Франсуа. – Может, это был фокус?
ОТЕЦ И СЫН
У нас не хватило духу признаться Ренару в том, что мы потеряли труп. Не думаю, что этот малодушный поступок достоин порицания, ведь он бы ни за что не поверил нам. Да и что бы мы сказали? «Прости, но он сбежал»?
Отказавшись выполнять вторую часть гениального и простого плана, я помчался к себе. Я переживал за солдатика, боялся, что он мог задохнуться в ларце. Еще одного мертвеца, пускай и размером с палец, мне не надо! Однако длительное заточение нисколько ему не повредило. Солдатик с завидной прытью старался проткнуть меня штыком. Мне было любопытно, почему он не стреляет из ружья, но я не задал этот вопрос вслух, чтобы не подать ему идеи. Я не хотел оставлять его без присмотра, поэтому решил взять с собой к Андрею. Я безжалостно отобрал у него оружие, а самого драчуна завернул в платок и положил в карман куртки. Надо будет как-нибудь потом с ним разобраться.
С наступлением ночи люди почти исчезли с улиц, духов же стало в разы больше, и некоторые из них мало чем отличались от обычных прохожих. Призрачные мужчины и женщины бродили по городу со своей призрачной целью. Их лица словно были воплощением вечной меланхолии. Я с ужасом вглядывался в них, ожидая встретить Кемпа или того одноглазого бандита. Мне всякий раз становилось не по себе, когда духи хотя бы на пару секунд задерживали на мне взгляды. Внутри все как будто сжималось от их сиюминутного любопытства – мало ли что у них на уме. Я старался не обращать на них внимания, но все равно не мог отвести глаз от очередного потустороннего гостя.
Передо мной в воздухе из ниоткуда появилась маленькая серая тень. Она моментально приняла очертания ребенка и, кинувшись ко мне, обхватила за ноги. Хоть это не стало для меня помехой, я невольно остановился. Малыш посмотрел на меня и улыбнулся. Не задумываясь, я улыбнулся в ответ и провел рукой по его взъерошенным серым волосам. От них веяло прохладой, место ожога тут же закололо. Вдруг передо мной возник женский силуэт. Эта тень подхватила малыша и бесшумно понеслась над мостовой. Я наблюдал за ней до тех пор, пока она не исчезла, просочившись сквозь стену ближайшего здания.
Больше духи не проявляли ко мне интереса, и чем ближе я подходил к мосту, тем меньше они попадались мне на пути. Но от этого мне не стало спокойней. Мне не давали покоя воспоминания о погоне по крышам. Ведь я был кому-то нужен и, возможно, не только Филдвику или Андрею. Я боялся, что в любой момент на меня наброситься еще один страшный громила. Второй раз мне может не повезти. Схватят меня и все. Не меньше мучил меня и Кемп, точнее пропажа его тела. Вот куда оно делось? Кому могло понадобиться?
Шаги за спиной. Несуетливые, осторожные.
Кто-то преследовал меня.
Я оглянулся и увидел невысокого тощего парня с ножом. Он явно не ожидал, что я так скоро его замечу. На миг в его глазах отразился испуг, но он быстро пришел в себя и атаковал меня. Я молниеносно выбил из его руки оружие и, схватив за грудки, оторвал от земли.
Не было времени удивляться своим способностям.
– Что тебе от меня надо? – прорычал я.
Парень открыл рот с кривыми зубами, но не произнес ни звука.
– Говори! – я встряхнул его.
На его лице замерцали красные отблески. Он что-то жалобно проскулил по-чешски и зажмурился, явно готовясь к худшему.
Как неожиданно. Только что этот тип хотел меня зарезать, а теперь он умирает от страха в моих руках. Я могу сделать с ним все что угодно. Убить, выпить его кровь…
Чувствуя себя последним мерзавцем, я отпустил его. Он всего лишь заурядный грабитель, и выбрал он меня своей жертвой случайно. Подумал, что у меня будет легко украсть кошелек и часы. Остается надеяться, что после встречи со мной он всерьез задумается о своем образе жизни.
Едва я подошел к дому Андрея, как на меня снова нахлынуло ощущение опасности. Интуиция подсказывала мне, что здесь творилось что-то неладное, но я не мог понять, что. С виду все было как обычно, и у меня не должно было возникнуть стоящей причины для беспокойства. Я вошел внутрь и уже было хотел позвать вампира, как вдруг раздался протяжный металлический визг. Ему вторил похожий голос, такой пронзительный, как будто нечто терзало меня изнутри. Сквозь этот кошмар, я расслышал, как что-то в отчаянии прокричал Андрей. Я пробежал через коридор и малую гостиную и распахнул скрипучие двери, за которыми что-то неистово шумело.
Зрелище меня ошеломило. По просторной комнате, вереща и воя, летали призраки. С искаженными от воплей лицами они носились всюду как бешеные. Их длинные волосы напоминали змей, а рваные одежды, которые раньше были то ли платьями, то ли саванами, зловеще развевались.
Андрей безучастно стоял в очерченном на полу круге с непонятными знаками.
– Уходи отсюда! – крикнул он мне. – Беги!
– Что происходит? – я увернулся от одного духа, и в этот момент сквозь меня пролетел другой. От холода, пронзившего тело, у меня подкосились ноги.
– Беги! – повторил Андрей.
Я услышал как с грохотом захлопнулись двери. Таким образом духи говорили мне: «Останься!».
Да уж, Андрей попал в не лучшую компанию.
Выставив вперед костлявые руки, на меня надвигалось страшилище с огромными черными глазницами. Я отскочил в сторону и, расставив конечности по-паучьи, удержался на стене. Не успел я опомниться, как мной заинтересовались еще духи. Я быстро спрыгнул на пол, но завис в воздухе, так и не достигнув цели. Уродливые мертвецы так плотно окружили меня, что я не мог не только нормально двигаться, но и дышать. Они щипали меня, дергали за волосы. Уже знакомый безглазый дух вцепился своими ледяными ногтями мне в лицо.
Внезапно несколько духов отлетели от меня: они отвлеклись на Андрея, вышедшего за пределы нарисованного круга. Я дернулся и упал на спину. Духи завизжали, явно расстроившись из-за того, что из-за недотепистых товарищей упустили добычу.
– Скорее ко мне!
На свой страх и риск я пробежал сквозь парочку холодных призраков и встал рядом с Андреем.
– Здесь мы в безопасности, – негромко сказал он. – Не бойся.
Духи вновь стали беспорядочно носиться по помещению. Самые наглые особи то и дело подлетали к нам, тянули руки и скалились.
– Они… они не похожи на тех, кого я видел раньше, – пробормотал я.
– Естественно, духи же разные бывают. Безобидные и не очень.
– Эти откуда взялись? И чего они хотят от нас?
– Это озлобленные души, им не нравится то, что мы живы. Как видишь, они хотят восстановить справедливость, – Андрей сел на пол. – Но несмотря на ярость, они практически лишены разума. Страшно представить, что было бы, обладай они интеллектом.
Я последовал его примеру и тоже сел.
– Так откуда они здесь взялись?
– Эй, за ногами следи. Сотрешь магический знак или нарушишь целостность круга – и нас порвут привидения. По крайней мере, меня.
Я нехотя прижал к груди согнутые в коленях ноги. Как тесно. Он что, не мог круг побольше нарисовать?
В мою сторону кинулся дух с безобразно опухшей, как у утопленника, рожей. Наткнувшись на невидимую стену, он громко клацнул зубами. Я ойкнул и откинулся назад. Нечаянно прижался к спине Андрея.
– Сиди смирно, они тебя не тронут, – откликнулся тот. – Так спрашиваешь, откуда они взялись? Я сам точно не знаю. Я не собирался их вызывать, мне нужен был только Родерик Сандерс. Увы, вчера твой дедушка почтил меня своим отсутствием. Предполагаю, что он был на вашем спиритическом сеансе, поэтому мне пришлось сегодня предпринять еще одну попытку с ним пообщаться. Почерк у него далеко не каллиграфический, его дневник просто невозможно читать, я тебе уже говорил об этом. А у меня столько к нему вопросов! Так вы его не вызывали?
Нет, он точно сумасшедший. Додумался обращаться к покойнику из-за почерка!
– Сеанс был сплошным обманом. Ничего потустороннего, не считая гипноза Филдвика, – сердито ответил я.
– Возможно, это и к лучшему. Я вот теперь сам не рад… Так что Филдвик? Расскажи, я хочу послушать.
Я вкратце изложил ему события прошлого вечера.
– Да ты был на волосок от гибели! – я не видел лица Андрея, но мне казалось, будто он в тот момент довольно улыбался. – Единственное, с чем не справляется Защита, это огонь. Огонь – серьезная опасность для всех вампиров без исключения. Если бы ты не выбрался из пламени, то всего за несколько минут от тебя бы остался пепел. А вампиры не фениксы, из пепла не возрождаются.
Я уже было хотел сказать ему, чтобы он не смел причислять меня к этим чудовищам, и задать мучающий меня вопрос, как он вдруг воскликнул:
– Эврика!
– А? – я ничего не понял.
– У меня появилась идея как прогнать этих инфернальных паразитов. Не знаю, поможет ли, но любая неиспользованная попытка заранее обречена на неудачу. Стоит попробовать.
– Что?
– У тебя уже улучшилось ночное зрение? Видишь зеркало?
– Над камином? Вижу.
– Не зря зеркала считаются проводниками между мирами. Духи появились именно оттуда.
Ситуация стала для меня более или менее ясная, но я все равно никак не мог сообразить, что придумал Андрей.
– Надо их просто загнать назад, – торжественно возвестил он.
Логично, черт побери. Но надо же как-то это осуществить. Я неуверенно расправил плечи: похоже, нам еще долго маяться в тесноте.
– Даже если среди них есть твой предок, то мы без сожаления от него избавимся. Мирно побеседовать с ним все равно не удастся, – Андрей толкнул меня. – Прошу прощения. Так…
В зеркало влетел ботинок, оставив на нем узор из трещин. Духам это явно не понравилось. От их горестного верещания мне пришлось прикрыть уши руками. Терпеть призрачный хор было невыносимо. Меня словно разрывали на части.
– Ты уверен, что они уйдут? – прокричал я. – Вдруг ты лишишь их выхода?
– Когда ставишь эксперимент, ни в чем нельзя быть уверенным.
– Может, просто подождем?
– И ждать будем до второго пришествия? Окна заколочены, когда настанет утро, призраки не увидят дневного света. Эти условия для них идеальны!
– А если…
Недослушав меня, Андрей швырнул в зеркало второй ботинок. В этот раз попытка оказалась менее успешной. Духи сбили снаряд. Скорее всего, случайно, а не осознанно.
Я обреченно вздохнул и стал разуваться.
– Мой мальчик, что бы я без тебя делал, – Андрей выхватил у меня из рук ботинок. – Я сам, я приноровился.
Едва зеркало разбилось, комната наполнилась таким воем, что стены чудом уцелели. Первые несколько секунд духи бестолково кружили возле камина, потом с жалобным стоном, переходящим в писк, стали на глазах превращаться в тонкие струи дыма. Эти ужасные создания теперь напоминали цыплят, спасающихся от коршуна. Отталкивая друг друга, они спешили залезть в осколки и спрятаться в них.
Андрей вышел из круга.
– Моя теория верна. Хоть они не собирались отсюда так просто уходить, они испугались, что не смогут вернуться в родную стихию, где им комфортнее. Правда, не знаю, как это точно подействовало. Вероятно, это либо инстинкт, либо остатки прижизненного интеллекта. Вообще-то я склонен предполагать, что это банальный инстинкт, но в этом деле нельзя быть предвзятым, поэтому стоит держать в уме еще варианты.
Он поднял с пола свой ботинок и потянулся за вторым.
Меня ни капли не интересовали его рассуждения. Я хотел только одного – узнать, как мне снова стать человеком.
– Андрей, у меня есть серьезный вопрос…
– Всего лишь один? – он, не глядя на меня, обувался. – Я думал, их будет гораздо больше.
Клянусь, он наверняка понял, что я имел в виду. Он просто опять издевается надо мной.
Я набрался наглости и подошел поближе к нему. Андрей медленно повернулся.
– А что это у тебя в кармане? Как будто что-то живое, – он поправил очки. Зачем они только ему нужны?
Я на миг растерялся.
– Боже, я совсем про него забыл! – я в спешке достал несчастную малявку.
Солдатик, насколько позволяли силы, боролся с платком. Если бы он умел говорить, то точно бы обругал меня последними словами. На секунду представив себя на его месте, мне стало стыдно.
Андрей уставился на живую игрушку с неподдельным любопытством в глазах.
– Почему ты не сказал мне, что он сохранился?
– Да я не знаю, что это. То есть он сначала был игрушкой и сегодня вдруг… Отдай! – я осторожно потянул на себя платок, но солдатик цепко держался за его кончик. – Отдай, он тебе не нужен.
Однако этот болван не хотел мне уступать. Скорчив сердитую рожицу, он тащил в свою сторону платок, из которого его только что выпутали.
– Забавный малый, – хмыкнул Андрей.
Наконец игра в перетягивание каната завершилась в пользу солдатика.
– Он туп, как пробка, – пожаловался я, – и совершенно не понимает, что ему говорят… Так ты знал о нем?
– Да. Страницы о создании голема в дневнике Родерика я прочитал легко. Заметно, что он писал аккуратно и вдумчиво, а не на ходу.
– Возвращайся назад, – он угрюмо покосился на меня. – Как и договаривались, я поеду.
Но я заупрямился.
– Нет, мы и без тебя справляемся.
– Да тебе нельзя ничего доверить, – зашипел Ренар.
– Можно. Все, иди!
– У тебя мозгов нет, и руки к заднице пришиты!
– Да что это такое! – вмешался Франсуа. Я устыдился и поспешил помочь ему устроить нашу скорбную ношу на сидении. – Люди из низов, попав в благоприятную среду, становятся учеными, писателями, композиторами, а ты, Ренар, как был конюхом, так им и остался!
Не знаю, играл ли он на публику или злился по-настоящему, но я не решился заглянуть в его мысли. И так все ему испортил.
Пока мы ехали, Франсуа молчал, изредка хрустел пальцами от напряжения. Я, чувствуя за собой вину, не пытался его расшевелить. Чтобы хоть как-то отвлечься от соблазна прочитать его мысли, я выглядывал духов, но они словно попрятались. Я видел одного, только он так быстро пронесся мимо, что я не успел его разглядеть.
Вообще-то я плохо ориентируюсь на местности, но городской пейзаж оказался мне знаком.
– Где-то здесь живет граф де Сен-Клод, – я повернулся к Франсуа.
Тот безразлично пожал плечами.
– Ты знаешь другие адреса?
Я оставил его без ответа.
Вскоре мы вышли из экипажа и понесли труп в темный проулок. Не могу сказать потащили, потому что мне было не тяжело, да и мой соучастник не жаловался. Я изо всех сил прислушивался, боясь встречи с нежелательными свидетелями.
– Никого, – шепотом сообщил я.
Мы осторожно посадили останки Кемпа у стены.
– Это неправильно, – я с трудом различил эти слова Франсуа, – но лучше нельзя.
– Да, – я с тоской посмотрел на безропотное тело.
А что мы могли еще сделать? Расчленить? Бросить в реку? Мало того, что это не по-человечески, так еще и опасно. Сразу похоже на убийство. А так шел человек, не самый молодой, стало плохо с сердцем или еще что-то…
Не сговариваясь, мы пошли назад. Немного постояли на углу, пропуская карету и парочку прохожих. Я уже было хотел выйти, когда Франсуа схватил меня за плечо.
– Он исчез.
– Что? – я резко развернулся.
Кемп как сквозь землю провалился. Совершенно ничего не напоминало о его недавнем присутствии. Черт, он же не мог ожить и уйти!
– Как это? – вырвалось у меня.
Дурацкий вопрос, все равно бы никто ничего не объяснил.
– Я слышал, что в Индии есть люди, которые спят на гвоздях, едят стекло и задерживают дыхание на минуты, – на полном серьезе сказал Франсуа. – Может, это был фокус?
ГЛАВА 12
ОТЕЦ И СЫН
У нас не хватило духу признаться Ренару в том, что мы потеряли труп. Не думаю, что этот малодушный поступок достоин порицания, ведь он бы ни за что не поверил нам. Да и что бы мы сказали? «Прости, но он сбежал»?
Отказавшись выполнять вторую часть гениального и простого плана, я помчался к себе. Я переживал за солдатика, боялся, что он мог задохнуться в ларце. Еще одного мертвеца, пускай и размером с палец, мне не надо! Однако длительное заточение нисколько ему не повредило. Солдатик с завидной прытью старался проткнуть меня штыком. Мне было любопытно, почему он не стреляет из ружья, но я не задал этот вопрос вслух, чтобы не подать ему идеи. Я не хотел оставлять его без присмотра, поэтому решил взять с собой к Андрею. Я безжалостно отобрал у него оружие, а самого драчуна завернул в платок и положил в карман куртки. Надо будет как-нибудь потом с ним разобраться.
С наступлением ночи люди почти исчезли с улиц, духов же стало в разы больше, и некоторые из них мало чем отличались от обычных прохожих. Призрачные мужчины и женщины бродили по городу со своей призрачной целью. Их лица словно были воплощением вечной меланхолии. Я с ужасом вглядывался в них, ожидая встретить Кемпа или того одноглазого бандита. Мне всякий раз становилось не по себе, когда духи хотя бы на пару секунд задерживали на мне взгляды. Внутри все как будто сжималось от их сиюминутного любопытства – мало ли что у них на уме. Я старался не обращать на них внимания, но все равно не мог отвести глаз от очередного потустороннего гостя.
Передо мной в воздухе из ниоткуда появилась маленькая серая тень. Она моментально приняла очертания ребенка и, кинувшись ко мне, обхватила за ноги. Хоть это не стало для меня помехой, я невольно остановился. Малыш посмотрел на меня и улыбнулся. Не задумываясь, я улыбнулся в ответ и провел рукой по его взъерошенным серым волосам. От них веяло прохладой, место ожога тут же закололо. Вдруг передо мной возник женский силуэт. Эта тень подхватила малыша и бесшумно понеслась над мостовой. Я наблюдал за ней до тех пор, пока она не исчезла, просочившись сквозь стену ближайшего здания.
Больше духи не проявляли ко мне интереса, и чем ближе я подходил к мосту, тем меньше они попадались мне на пути. Но от этого мне не стало спокойней. Мне не давали покоя воспоминания о погоне по крышам. Ведь я был кому-то нужен и, возможно, не только Филдвику или Андрею. Я боялся, что в любой момент на меня наброситься еще один страшный громила. Второй раз мне может не повезти. Схватят меня и все. Не меньше мучил меня и Кемп, точнее пропажа его тела. Вот куда оно делось? Кому могло понадобиться?
Шаги за спиной. Несуетливые, осторожные.
Кто-то преследовал меня.
Я оглянулся и увидел невысокого тощего парня с ножом. Он явно не ожидал, что я так скоро его замечу. На миг в его глазах отразился испуг, но он быстро пришел в себя и атаковал меня. Я молниеносно выбил из его руки оружие и, схватив за грудки, оторвал от земли.
Не было времени удивляться своим способностям.
– Что тебе от меня надо? – прорычал я.
Парень открыл рот с кривыми зубами, но не произнес ни звука.
– Говори! – я встряхнул его.
На его лице замерцали красные отблески. Он что-то жалобно проскулил по-чешски и зажмурился, явно готовясь к худшему.
Как неожиданно. Только что этот тип хотел меня зарезать, а теперь он умирает от страха в моих руках. Я могу сделать с ним все что угодно. Убить, выпить его кровь…
Чувствуя себя последним мерзавцем, я отпустил его. Он всего лишь заурядный грабитель, и выбрал он меня своей жертвой случайно. Подумал, что у меня будет легко украсть кошелек и часы. Остается надеяться, что после встречи со мной он всерьез задумается о своем образе жизни.
Едва я подошел к дому Андрея, как на меня снова нахлынуло ощущение опасности. Интуиция подсказывала мне, что здесь творилось что-то неладное, но я не мог понять, что. С виду все было как обычно, и у меня не должно было возникнуть стоящей причины для беспокойства. Я вошел внутрь и уже было хотел позвать вампира, как вдруг раздался протяжный металлический визг. Ему вторил похожий голос, такой пронзительный, как будто нечто терзало меня изнутри. Сквозь этот кошмар, я расслышал, как что-то в отчаянии прокричал Андрей. Я пробежал через коридор и малую гостиную и распахнул скрипучие двери, за которыми что-то неистово шумело.
Зрелище меня ошеломило. По просторной комнате, вереща и воя, летали призраки. С искаженными от воплей лицами они носились всюду как бешеные. Их длинные волосы напоминали змей, а рваные одежды, которые раньше были то ли платьями, то ли саванами, зловеще развевались.
Андрей безучастно стоял в очерченном на полу круге с непонятными знаками.
– Уходи отсюда! – крикнул он мне. – Беги!
– Что происходит? – я увернулся от одного духа, и в этот момент сквозь меня пролетел другой. От холода, пронзившего тело, у меня подкосились ноги.
– Беги! – повторил Андрей.
Я услышал как с грохотом захлопнулись двери. Таким образом духи говорили мне: «Останься!».
Да уж, Андрей попал в не лучшую компанию.
Выставив вперед костлявые руки, на меня надвигалось страшилище с огромными черными глазницами. Я отскочил в сторону и, расставив конечности по-паучьи, удержался на стене. Не успел я опомниться, как мной заинтересовались еще духи. Я быстро спрыгнул на пол, но завис в воздухе, так и не достигнув цели. Уродливые мертвецы так плотно окружили меня, что я не мог не только нормально двигаться, но и дышать. Они щипали меня, дергали за волосы. Уже знакомый безглазый дух вцепился своими ледяными ногтями мне в лицо.
Внезапно несколько духов отлетели от меня: они отвлеклись на Андрея, вышедшего за пределы нарисованного круга. Я дернулся и упал на спину. Духи завизжали, явно расстроившись из-за того, что из-за недотепистых товарищей упустили добычу.
– Скорее ко мне!
На свой страх и риск я пробежал сквозь парочку холодных призраков и встал рядом с Андреем.
– Здесь мы в безопасности, – негромко сказал он. – Не бойся.
Духи вновь стали беспорядочно носиться по помещению. Самые наглые особи то и дело подлетали к нам, тянули руки и скалились.
– Они… они не похожи на тех, кого я видел раньше, – пробормотал я.
– Естественно, духи же разные бывают. Безобидные и не очень.
– Эти откуда взялись? И чего они хотят от нас?
– Это озлобленные души, им не нравится то, что мы живы. Как видишь, они хотят восстановить справедливость, – Андрей сел на пол. – Но несмотря на ярость, они практически лишены разума. Страшно представить, что было бы, обладай они интеллектом.
Я последовал его примеру и тоже сел.
– Так откуда они здесь взялись?
– Эй, за ногами следи. Сотрешь магический знак или нарушишь целостность круга – и нас порвут привидения. По крайней мере, меня.
Я нехотя прижал к груди согнутые в коленях ноги. Как тесно. Он что, не мог круг побольше нарисовать?
В мою сторону кинулся дух с безобразно опухшей, как у утопленника, рожей. Наткнувшись на невидимую стену, он громко клацнул зубами. Я ойкнул и откинулся назад. Нечаянно прижался к спине Андрея.
– Сиди смирно, они тебя не тронут, – откликнулся тот. – Так спрашиваешь, откуда они взялись? Я сам точно не знаю. Я не собирался их вызывать, мне нужен был только Родерик Сандерс. Увы, вчера твой дедушка почтил меня своим отсутствием. Предполагаю, что он был на вашем спиритическом сеансе, поэтому мне пришлось сегодня предпринять еще одну попытку с ним пообщаться. Почерк у него далеко не каллиграфический, его дневник просто невозможно читать, я тебе уже говорил об этом. А у меня столько к нему вопросов! Так вы его не вызывали?
Нет, он точно сумасшедший. Додумался обращаться к покойнику из-за почерка!
– Сеанс был сплошным обманом. Ничего потустороннего, не считая гипноза Филдвика, – сердито ответил я.
– Возможно, это и к лучшему. Я вот теперь сам не рад… Так что Филдвик? Расскажи, я хочу послушать.
Я вкратце изложил ему события прошлого вечера.
– Да ты был на волосок от гибели! – я не видел лица Андрея, но мне казалось, будто он в тот момент довольно улыбался. – Единственное, с чем не справляется Защита, это огонь. Огонь – серьезная опасность для всех вампиров без исключения. Если бы ты не выбрался из пламени, то всего за несколько минут от тебя бы остался пепел. А вампиры не фениксы, из пепла не возрождаются.
Я уже было хотел сказать ему, чтобы он не смел причислять меня к этим чудовищам, и задать мучающий меня вопрос, как он вдруг воскликнул:
– Эврика!
– А? – я ничего не понял.
– У меня появилась идея как прогнать этих инфернальных паразитов. Не знаю, поможет ли, но любая неиспользованная попытка заранее обречена на неудачу. Стоит попробовать.
– Что?
– У тебя уже улучшилось ночное зрение? Видишь зеркало?
– Над камином? Вижу.
– Не зря зеркала считаются проводниками между мирами. Духи появились именно оттуда.
Ситуация стала для меня более или менее ясная, но я все равно никак не мог сообразить, что придумал Андрей.
– Надо их просто загнать назад, – торжественно возвестил он.
Логично, черт побери. Но надо же как-то это осуществить. Я неуверенно расправил плечи: похоже, нам еще долго маяться в тесноте.
– Даже если среди них есть твой предок, то мы без сожаления от него избавимся. Мирно побеседовать с ним все равно не удастся, – Андрей толкнул меня. – Прошу прощения. Так…
В зеркало влетел ботинок, оставив на нем узор из трещин. Духам это явно не понравилось. От их горестного верещания мне пришлось прикрыть уши руками. Терпеть призрачный хор было невыносимо. Меня словно разрывали на части.
– Ты уверен, что они уйдут? – прокричал я. – Вдруг ты лишишь их выхода?
– Когда ставишь эксперимент, ни в чем нельзя быть уверенным.
– Может, просто подождем?
– И ждать будем до второго пришествия? Окна заколочены, когда настанет утро, призраки не увидят дневного света. Эти условия для них идеальны!
– А если…
Недослушав меня, Андрей швырнул в зеркало второй ботинок. В этот раз попытка оказалась менее успешной. Духи сбили снаряд. Скорее всего, случайно, а не осознанно.
Я обреченно вздохнул и стал разуваться.
– Мой мальчик, что бы я без тебя делал, – Андрей выхватил у меня из рук ботинок. – Я сам, я приноровился.
Едва зеркало разбилось, комната наполнилась таким воем, что стены чудом уцелели. Первые несколько секунд духи бестолково кружили возле камина, потом с жалобным стоном, переходящим в писк, стали на глазах превращаться в тонкие струи дыма. Эти ужасные создания теперь напоминали цыплят, спасающихся от коршуна. Отталкивая друг друга, они спешили залезть в осколки и спрятаться в них.
Андрей вышел из круга.
– Моя теория верна. Хоть они не собирались отсюда так просто уходить, они испугались, что не смогут вернуться в родную стихию, где им комфортнее. Правда, не знаю, как это точно подействовало. Вероятно, это либо инстинкт, либо остатки прижизненного интеллекта. Вообще-то я склонен предполагать, что это банальный инстинкт, но в этом деле нельзя быть предвзятым, поэтому стоит держать в уме еще варианты.
Он поднял с пола свой ботинок и потянулся за вторым.
Меня ни капли не интересовали его рассуждения. Я хотел только одного – узнать, как мне снова стать человеком.
– Андрей, у меня есть серьезный вопрос…
– Всего лишь один? – он, не глядя на меня, обувался. – Я думал, их будет гораздо больше.
Клянусь, он наверняка понял, что я имел в виду. Он просто опять издевается надо мной.
Я набрался наглости и подошел поближе к нему. Андрей медленно повернулся.
– А что это у тебя в кармане? Как будто что-то живое, – он поправил очки. Зачем они только ему нужны?
Я на миг растерялся.
– Боже, я совсем про него забыл! – я в спешке достал несчастную малявку.
Солдатик, насколько позволяли силы, боролся с платком. Если бы он умел говорить, то точно бы обругал меня последними словами. На секунду представив себя на его месте, мне стало стыдно.
Андрей уставился на живую игрушку с неподдельным любопытством в глазах.
– Почему ты не сказал мне, что он сохранился?
– Да я не знаю, что это. То есть он сначала был игрушкой и сегодня вдруг… Отдай! – я осторожно потянул на себя платок, но солдатик цепко держался за его кончик. – Отдай, он тебе не нужен.
Однако этот болван не хотел мне уступать. Скорчив сердитую рожицу, он тащил в свою сторону платок, из которого его только что выпутали.
– Забавный малый, – хмыкнул Андрей.
Наконец игра в перетягивание каната завершилась в пользу солдатика.
– Он туп, как пробка, – пожаловался я, – и совершенно не понимает, что ему говорят… Так ты знал о нем?
– Да. Страницы о создании голема в дневнике Родерика я прочитал легко. Заметно, что он писал аккуратно и вдумчиво, а не на ходу.
