Поездка в родной дворец всего лишь досадная необходимость, а впереди знакомство с будущими родственниками и бескрайнее счастье, в возможность которого Танила с готовностью поверила.
Турильский двор произвёл на Эльсиана гнетущее впечатление. Всё дышало настороженностью и подозрительностью. Тень Кутроха младшего до сих пор терзала приближённых короля, а Танила будто и не существовала для них, хотя теперь она наследница. Её высочество не тяготилась этим, девушку не прельщало всеобщее показное обожание. Принцесса привыкла жить уединенно и теперь проводила время либо в одиночестве, либо в обществе жениха. Мгновения, когда влюблённые гуляли по дворцовому парку или сидели в библиотеке, были для них обоих особенно счастливыми. Забывались косые взгляды, ядовитый шёпот за спиной, ироничные фразы, намеренно вплетённые в нить разговора.
Королеву Лиллолу будущий зять поразил с первого взгляда. Во время общих трапез её величество, не отрываясь, разглядывала Эльсиана. Женщину не интересовало ни содержание беседы, ни наполнение тарелок и бокалов. Молодой, умный, полный сил красавец-принц достался дочери-дурнушке. Чем же та заслужила счастье? Королева изредка бросала недобрый взгляд на супруга, позабыв, что он не всегда имел отёкшее лицо, отвисший живот и редкие седые волосы. Сравнение было не в пользу короля. Мать откровенно завидовала дочери, смущая будущего зятя.
Кутрох не замечал возникшей неловкости, он гордился удачным выбором, считая, что увёл для Танилы лучшего жениха племянницы. По просьбе Эльсиана помолвку отметили скромно. Полонийский принц мечтал посетить родину вместе с невестой, и на подготовку грандиозных торжеств не было времени. Королева приняла это за добрый знак, думая, что Эльсиан стесняется наречённой. Лишившись обожаемого сына, Лиллола заняла мысли и чувства будущим зятем, мечтания её порой заходили слишком далеко. Каково же было огорчение будущей тёщи, когда она узнала о краткости визита полонийца.
Отъезд Эльсиана и Танилы напоминал бегство, они даже не были уверены, что королевский фрегат Полонии успеет вернуться за ними, но лучше уж дождаться его, пользуясь гостеприимством Меерлоха, чем лишний день провести в этом странном дворце.
В первом экипаже ехал посланник Турилии с семейством. Кутрох I спешил направить своего представителя в самостоятельную Полонию, тем более что правители вскоре станут родственниками. Влюблённые ехали вдвоём, камердинер принца предпочёл скакать верхом вместе с сопровождавшими кортеж гвардейцами, а Танила не взяла никакой прислуги. Жених откровенно радовался отъезду. Рано или поздно придётся привыкать к этому двору, но уж лучше вернуться сюда более подготовленным, не женихом, а мужем наследницы, да и привезти кого-нибудь своих, например Дестана или Солода. Девушка тоже повеселела. Её не пугало знакомство с новыми родственниками. Будущего свёкра она уже знала, остальных видела на картине и была к ним расположена.
Королева Турилии совсем потерялась. Она всегда действовала, подчиняясь бушевавшим страстям, не думала об окружающих. Потеряв сына, которого в последнее время, как и супруг, побаивалась, её величество всторженно приняла посланную судьбой замену. Лиллола не сравнивала Кутроха младшего и Эльсиана, но будущий зять имел одно неоспоримое преимущество – не был кровным родственником.
Пока гость жил во дворце, женщина прихорашивалась, наряжалась и с жадностью ловила взгляды молодого человека, не замечая за собой этой странности. Когда принц покинул дворец, королеве потребовалось обвинить кого-нибудь в своём «несчастье». Удобная фигура для этого, конечно, муж.
Доброта и покладистость не были сильными чертами характера Лиллолы, чувства, всколыхнувшие её стареющее сердце, переродились в ненависть к Кутроху I. Он виноват во всём! Лиллола только и думала о том, что король не скоро освободит трон Турилии, до этих пор Эльсиан не захочет возвращаться сюда. Тянулись однообразные дни. Королева слонялась по дворцу, не находя себе места. Порой она слышала, как фрейлины увлечённо обсуждали достоинства жениха королевской дочери. Словно свежий морской бриз всколыхнул затхлое царство вечных страхов и опасений. Только теперь, увидев будущего правителя Турилии, двор поверил, что Кутрох младший не вернётся.
Лиллола злилась и ревновала. Как смеют ничтожные девицы рассуждать о «её Эльсиане»! Особенно задела уверенность фрейлин, что молодые не вернутся, как обещали, весной. Ведь Танила не любит родной дворец и, скорее всего, сыграв свадьбу в Полонии, чета будет дожидаться кончины Кутроха I там.
Королева потеряла сон. Едва забывшись, она видела ускользающий образ полонийского принца. Лиллола звала, манила его, но Эльсиан, улыбаясь, отрицательно качал головой: ему незачем торопиться в Турилию. Страдания сделали жизнь женщины невыносимой, она должна что-то предпринять, иначе сойдёт с ума. Вот тогда-то впервые пришла в голову королевы мысль поторопить супруга. Желание остаться вдовой не только не напугало Лиллолу, но с каждым днём всё крепло. Главное, сделать всё осторожно и не навлечь на себя подозрений. Приняв окончательное решение и продумав свои шаги, королева успокоилась. Спешить незачем, впереди целая зима. Верные надёжные люди, вот что нужно. Лиллола принялась искать подручных среди преданных слуг ушедшего из жизни сына. Они остались не у дел и были готовы служить новой госпоже.
48. Макрогалия. Провинция Танилета. Ольда ищет пастушку Лирику
Каково это, взять и примерить другую жизнь? А если это навсегда?
Вскоре после того как Танилет и Эгрета поселились в Новом замке, к ним пришли за помощью жители ближайших селений. Крестьяне разбирали завал в ущелье. Слишком много значило в их жизни Драконье Чрево, чтобы отказаться от него навсегда. Преграда со стороны входа в ущелье выглядела не так безнадёжно как из долины – россыпь мелочи и осколков. Люди грузили камни на телеги, вывозили их, но сил и средств не хватало. Танилет помог крестьянам – выделил людей, лошадей, инструменты. Работа спорилась.
К весне освободили треть ущелья, тут-то рабочие натолкнулись на стену из свалившихся со скал гигантских глыб. Без подрывных работ не обойтись. Опять крестьянские посланцы пошли к Танилету. Принц обнадёжил их, сообщив, что теперь разбором завалов займутся военные. К этому времени стало известно о богатствах хранимых Драконьим Чревом и о выходе к морю, пробитом сквозь скалу полонийцами. Всё лето Танилет провёл в долине, изредка навещая жену и маленького сынишку. Забыты любимые музыкальные и поэтические вечера. Настоящее дело захватило принца. Когда приехал Руденет младший, Эгрета надеялась, что супруг станет больше времени проводить с ней, но ошиблась. Оба брата увлечённо руководили работами в ущелье, не балуя жён визитами. В начале осени в Новый замок приехала сестра короля. Ольда разыскивала пропавшую пастушку. Предположив, что Лирика навещает родителей, августейшая особа посетила родное селение девушки, но там о ней не слышали.
В Новом замке три женщины сидели за рукодельем и беседовали.
– Как же так, – удивлялась супруга старшего королевского сына Густина, – эта неблагодарная девчонка сбежала, ничего не сказав! Вы отнеслись к ней лучше, чем иные к родным детям…
– Видно, так сложилось, – вздохнула Ольда, – моя служанка беседовала с прислугой в доме покойного Эллита и разузнала, что девочке пришлось не сладко после смерти её названного дедушки. Жених запрещал выезжать и приглашать гостей.
– Как видим, он был прав, – рассмеялась Густина, – хотя это и не помогло, надо было лучше присматривать за невестой.
– Нехорошо, – вступила в разговор Эгрета, – сбежать из-под венца, когда сам король благословил брак! Девчонку ищут?
– Нет. Жених объявил, что свадьба откладывается из-за траура. Он скрывает отсутствие невесты в столице. Я узнала об этом только через слуг.
– Вы хотите найти девушку и вернуть жениху? – поинтересовалась Эгрета.
– Просто беспокоюсь за Лирику. – Ольда промокнула платочком набежавшую слезу. – Где она? Какие у неё средства? Мне бы убедиться, что жива и здорова, помочь чем-нибудь…
– Не стоит волноваться за неё, тетя. – Густина оставила работу и обняла родственницу. – Девчонка не промах. Выросла в деревне, умеет работать. Целый год провела в суровых условиях Драконьего Чрева. Не пропадёт.
– Но почему она не поехала к родным? Это странно…
– Быть может, у неё есть другое пристанище, – предположила Эгрета, – или куда-то хотела попасть больше чем домой.
– Скажи ещё в Пленительную долину, – вновь рассмеялась Густина, – Грэтти так ревнует мужа к Драконьему Чреву!
Младшая невестка смутилась:
– Не понимаю, что их так тянет туда! Иногда хочется посмотреть.
– Ну, уж нет, – возразила Густина, – говорят, проехать по ущелью невозможно. Через оставшийся завал устроены переходы. Ещё не хватало карабкаться по этим лестницам и мосткам. Вот когда можно будет преодолеть весь путь в карете, тогда и посетим долину.
– Это что же, принцы бродят по Драконьему Чреву пешком? Я слышала, оно огромное, – удивилась Ольда.
– Зачем же? Полонийцы оставили там достаточно карет, телег, лошадей. Не всё могли вместить два корабля.
– Ты хочешь сказать, Густина, что можно в своём экипаже доехать до ущелья, потом по каким-то лестницам перебраться в долину и в полонийской карете путешествовать по Драконьему Чреву? – Ольда задумалась. – Пожалуй, я попробую.
Родственницы отговаривали сестру короля от рискованной затеи, но не преуспели, она приказала слугам собраться и на следующий день пустилась в дорогу.
Сбежавшая воспитанница Ольды, как и завещал Эллит, приехала в «Два крыла». Встретили её радушно. Утомлённая долгими переживаниями и дальней дорогой девушка с удовольствием отдохнула в тихом месте. Но вскоре к ней потянулись люди с различными просьбами. Увидев в молодой хозяйке добрую госпожу, спешили воспользоваться её милостью.
Оказалось, руководить большим имением не так просто, как видится со стороны. Лириетта искала помощи, но управляющий, долгие годы поддерживающий порядок в хозяйстве, не желал ей объяснять что-либо. Этого человека злила неоправданная щедрость госпожи. Не для того он скрупулезно преумножал доходы поместья, чтобы неизвестно откуда взявшаяся внучка Эллита раздавала средства всем кто ни попросит. С одной стороны слуги радовались такой щедрой госпоже, с другой – сочли её за недалёкую особу, неспособную поддерживать порядок в имении. Лириетта чувствовала снисходительное отношение, не могла объяснить себе его причину и часто была не в настроении. В такие минуты она уходила в лес, гуляла там, собирая целебные травы, и размышляла о дальнейшей жизни.
Затенённые тропинки, мягкий мох высохших за лето болот, деловитое жужжание шмелей успокаивали. Но вновь и вновь думы девушки возвращались к необходимости что-то предпринять. Не по душе ей было хозяйничать в пожалованном Эллитом поместье. Лирика чувствовала себя самозванкой и притворщицей. Одно дело жить в богатом доме воспитанницей, названной внучкой, когда управляет имением Эллит или Ольда, даже женой, если б она всё же вышла замуж, другое самой отдавать распоряжения слугам. Вернуться в родное селение тоже невозможно, слишком переменилась бывшая пастушка за время своего отсутствия там. Ещё навестив родителей вместе с Ольдой, поняла насколько чужой для них и для всех односельчан стала теперь.
Однажды новая хозяйка прямо обратилась к управляющему с вопросом, что она делает не так. Мужчина не смел поучать её и, помявшись, предложил:
– Быть может, вам отправиться в путешествие, госпожа? Скучно здесь с нами, была бы семья, детки – другое дело…
– Да, – согласилась бывшая пастушка, поездка это то, что мне сейчас нужно. Соберите меня в дорогу и никого не пускайте ко мне, я поручаю все вопросы решать вам.
Расстались они оба довольные разговором. Но куда ехать? По стране опасно, вдруг её ищет брошенный жених, или ещё хуже – король. Уезжать из Макрогалии? Оставленных названным дедушкой средств, по представлениям бывшей пастушки, могло хватить на несколько лет путешествий по другим странам. Эта мысль нравилась Лирике, она представляла, как приедет в столицу Полонии и нанесёт визит во дворец короля Энварда. Интересно, узнают в богатой гостье паренька из деревни?
Чем дольше Лирика размышляла, тем сильнее ей хотелось увидеть Флорена. Теперь, когда она наследница макрогальского вельможи, никто не посмеет запрещать им разговаривать сколько душе угодно. Во всех подробностях девушка вспоминала последнюю беседу, как был расстроен принц её словами, как желал новой встречи. Да! Она поедет в Полонию! Прежде хотелось заглянуть в Драконье Чрево. Наверняка Флорен и остальные захотят узнать, что происходит в Пленительной долине, будут расспрашивать, да и самой интересно.
Заботливый управляющий не без помощи своей супруги за три дня собрал госпоже всё необходимое в дальнем путешествии. Здесь были удобные в дороге вещи, в том числе и тёплые, ведь и зима не заставит себя ждать, о Полонийских морозах в более южных широтах Макрогалии ходили преувеличенные слухи. В помощь Лириетте, несмотря на её возражения, были преданы служанка и два крепких парня. Кто будет таскать сундук с добром? Предполагалось, что путешественники переберутся через завал в ущелье и уже из долины отплывут на макрогальском корабле в Полонию. Когда карета подъезжала к Драконьему Чреву, сердце Лирики колотилось. Она была почти уверена, что сейчас найдёт там всех, с кем рассталась весной, хотя это и невозможно.
Преодолев тысячу ступенек сооруженных у завала лестниц, девушка с радостью вдохнула знакомые ароматы. Слуги разузнали, что корабль в Полонию отплывает через неделю, время ещё есть, Лирика захотела побродить по дорогим местам. Жизнь в долине кипела, народу здесь стало значительно больше, чем весной. Жилья, построенного полонийцами и ещё ранее каменотёсами, не хватало, многие расположились в палатках. Люди разведывали новые месторождения, разрабатывали уже известные, вывозили добытое золото морем и разбирали завал в ущелье. Неожиданно объявившуюся здесь пастушку встретили с почестями. Охвативший новых обитателей Пленительной долины азарт передался и ей. От зари до зари девушка в сопровождении Майо обследовала те места, в которых не бывала раньше.
В Драконьем Чреве наладили голубиную почту из потомства почтовых голубей Энварда. Танилет получил от Майо весть о жиле, похожей на ту, что была в сказочной пещере. На помощь разведчикам снаряжали отряд, гостья пожелала выехать с ним. Была опасность опоздать к отплытию корабля, а ведь скоро начнутся зимние шторма, но желание вновь увидеть добычу изумрудов было так велико, что госпожа Лириетта рискнула и уехала. Макрогальские принцы так рады были Лирике, что даже не интересовались, как она осмелилась покинуть столицу и своего жениха.
Как только Лирика уехала с отрядом, в Драконьем Чреве объявилась августейшая тётушка Танилета и Руденета младшего. Она сообразила, где нужно искать воспитанницу и обрадовалась, узнав, что её ненаглядная беглянка здесь. Принцы убеждали Ольду повременить, но она настаивала на скором свидании с подопечной, пришлось передать девушке просьбу вернуться из похода. Вскоре свидание августейшей особы и бывшей пастушки состоялось. Лирика счастлива была увидеть дорогую опекуншу, но наотрез отказалась вернуться в столицу.
Турильский двор произвёл на Эльсиана гнетущее впечатление. Всё дышало настороженностью и подозрительностью. Тень Кутроха младшего до сих пор терзала приближённых короля, а Танила будто и не существовала для них, хотя теперь она наследница. Её высочество не тяготилась этим, девушку не прельщало всеобщее показное обожание. Принцесса привыкла жить уединенно и теперь проводила время либо в одиночестве, либо в обществе жениха. Мгновения, когда влюблённые гуляли по дворцовому парку или сидели в библиотеке, были для них обоих особенно счастливыми. Забывались косые взгляды, ядовитый шёпот за спиной, ироничные фразы, намеренно вплетённые в нить разговора.
Королеву Лиллолу будущий зять поразил с первого взгляда. Во время общих трапез её величество, не отрываясь, разглядывала Эльсиана. Женщину не интересовало ни содержание беседы, ни наполнение тарелок и бокалов. Молодой, умный, полный сил красавец-принц достался дочери-дурнушке. Чем же та заслужила счастье? Королева изредка бросала недобрый взгляд на супруга, позабыв, что он не всегда имел отёкшее лицо, отвисший живот и редкие седые волосы. Сравнение было не в пользу короля. Мать откровенно завидовала дочери, смущая будущего зятя.
Кутрох не замечал возникшей неловкости, он гордился удачным выбором, считая, что увёл для Танилы лучшего жениха племянницы. По просьбе Эльсиана помолвку отметили скромно. Полонийский принц мечтал посетить родину вместе с невестой, и на подготовку грандиозных торжеств не было времени. Королева приняла это за добрый знак, думая, что Эльсиан стесняется наречённой. Лишившись обожаемого сына, Лиллола заняла мысли и чувства будущим зятем, мечтания её порой заходили слишком далеко. Каково же было огорчение будущей тёщи, когда она узнала о краткости визита полонийца.
Отъезд Эльсиана и Танилы напоминал бегство, они даже не были уверены, что королевский фрегат Полонии успеет вернуться за ними, но лучше уж дождаться его, пользуясь гостеприимством Меерлоха, чем лишний день провести в этом странном дворце.
В первом экипаже ехал посланник Турилии с семейством. Кутрох I спешил направить своего представителя в самостоятельную Полонию, тем более что правители вскоре станут родственниками. Влюблённые ехали вдвоём, камердинер принца предпочёл скакать верхом вместе с сопровождавшими кортеж гвардейцами, а Танила не взяла никакой прислуги. Жених откровенно радовался отъезду. Рано или поздно придётся привыкать к этому двору, но уж лучше вернуться сюда более подготовленным, не женихом, а мужем наследницы, да и привезти кого-нибудь своих, например Дестана или Солода. Девушка тоже повеселела. Её не пугало знакомство с новыми родственниками. Будущего свёкра она уже знала, остальных видела на картине и была к ним расположена.
Королева Турилии совсем потерялась. Она всегда действовала, подчиняясь бушевавшим страстям, не думала об окружающих. Потеряв сына, которого в последнее время, как и супруг, побаивалась, её величество всторженно приняла посланную судьбой замену. Лиллола не сравнивала Кутроха младшего и Эльсиана, но будущий зять имел одно неоспоримое преимущество – не был кровным родственником.
Пока гость жил во дворце, женщина прихорашивалась, наряжалась и с жадностью ловила взгляды молодого человека, не замечая за собой этой странности. Когда принц покинул дворец, королеве потребовалось обвинить кого-нибудь в своём «несчастье». Удобная фигура для этого, конечно, муж.
Доброта и покладистость не были сильными чертами характера Лиллолы, чувства, всколыхнувшие её стареющее сердце, переродились в ненависть к Кутроху I. Он виноват во всём! Лиллола только и думала о том, что король не скоро освободит трон Турилии, до этих пор Эльсиан не захочет возвращаться сюда. Тянулись однообразные дни. Королева слонялась по дворцу, не находя себе места. Порой она слышала, как фрейлины увлечённо обсуждали достоинства жениха королевской дочери. Словно свежий морской бриз всколыхнул затхлое царство вечных страхов и опасений. Только теперь, увидев будущего правителя Турилии, двор поверил, что Кутрох младший не вернётся.
Лиллола злилась и ревновала. Как смеют ничтожные девицы рассуждать о «её Эльсиане»! Особенно задела уверенность фрейлин, что молодые не вернутся, как обещали, весной. Ведь Танила не любит родной дворец и, скорее всего, сыграв свадьбу в Полонии, чета будет дожидаться кончины Кутроха I там.
Королева потеряла сон. Едва забывшись, она видела ускользающий образ полонийского принца. Лиллола звала, манила его, но Эльсиан, улыбаясь, отрицательно качал головой: ему незачем торопиться в Турилию. Страдания сделали жизнь женщины невыносимой, она должна что-то предпринять, иначе сойдёт с ума. Вот тогда-то впервые пришла в голову королевы мысль поторопить супруга. Желание остаться вдовой не только не напугало Лиллолу, но с каждым днём всё крепло. Главное, сделать всё осторожно и не навлечь на себя подозрений. Приняв окончательное решение и продумав свои шаги, королева успокоилась. Спешить незачем, впереди целая зима. Верные надёжные люди, вот что нужно. Лиллола принялась искать подручных среди преданных слуг ушедшего из жизни сына. Они остались не у дел и были готовы служить новой госпоже.
Прода от 08.05.2018, 16:18
48. Макрогалия. Провинция Танилета. Ольда ищет пастушку Лирику
Каково это, взять и примерить другую жизнь? А если это навсегда?
Вскоре после того как Танилет и Эгрета поселились в Новом замке, к ним пришли за помощью жители ближайших селений. Крестьяне разбирали завал в ущелье. Слишком много значило в их жизни Драконье Чрево, чтобы отказаться от него навсегда. Преграда со стороны входа в ущелье выглядела не так безнадёжно как из долины – россыпь мелочи и осколков. Люди грузили камни на телеги, вывозили их, но сил и средств не хватало. Танилет помог крестьянам – выделил людей, лошадей, инструменты. Работа спорилась.
К весне освободили треть ущелья, тут-то рабочие натолкнулись на стену из свалившихся со скал гигантских глыб. Без подрывных работ не обойтись. Опять крестьянские посланцы пошли к Танилету. Принц обнадёжил их, сообщив, что теперь разбором завалов займутся военные. К этому времени стало известно о богатствах хранимых Драконьим Чревом и о выходе к морю, пробитом сквозь скалу полонийцами. Всё лето Танилет провёл в долине, изредка навещая жену и маленького сынишку. Забыты любимые музыкальные и поэтические вечера. Настоящее дело захватило принца. Когда приехал Руденет младший, Эгрета надеялась, что супруг станет больше времени проводить с ней, но ошиблась. Оба брата увлечённо руководили работами в ущелье, не балуя жён визитами. В начале осени в Новый замок приехала сестра короля. Ольда разыскивала пропавшую пастушку. Предположив, что Лирика навещает родителей, августейшая особа посетила родное селение девушки, но там о ней не слышали.
В Новом замке три женщины сидели за рукодельем и беседовали.
– Как же так, – удивлялась супруга старшего королевского сына Густина, – эта неблагодарная девчонка сбежала, ничего не сказав! Вы отнеслись к ней лучше, чем иные к родным детям…
– Видно, так сложилось, – вздохнула Ольда, – моя служанка беседовала с прислугой в доме покойного Эллита и разузнала, что девочке пришлось не сладко после смерти её названного дедушки. Жених запрещал выезжать и приглашать гостей.
– Как видим, он был прав, – рассмеялась Густина, – хотя это и не помогло, надо было лучше присматривать за невестой.
– Нехорошо, – вступила в разговор Эгрета, – сбежать из-под венца, когда сам король благословил брак! Девчонку ищут?
– Нет. Жених объявил, что свадьба откладывается из-за траура. Он скрывает отсутствие невесты в столице. Я узнала об этом только через слуг.
– Вы хотите найти девушку и вернуть жениху? – поинтересовалась Эгрета.
– Просто беспокоюсь за Лирику. – Ольда промокнула платочком набежавшую слезу. – Где она? Какие у неё средства? Мне бы убедиться, что жива и здорова, помочь чем-нибудь…
– Не стоит волноваться за неё, тетя. – Густина оставила работу и обняла родственницу. – Девчонка не промах. Выросла в деревне, умеет работать. Целый год провела в суровых условиях Драконьего Чрева. Не пропадёт.
– Но почему она не поехала к родным? Это странно…
– Быть может, у неё есть другое пристанище, – предположила Эгрета, – или куда-то хотела попасть больше чем домой.
– Скажи ещё в Пленительную долину, – вновь рассмеялась Густина, – Грэтти так ревнует мужа к Драконьему Чреву!
Младшая невестка смутилась:
– Не понимаю, что их так тянет туда! Иногда хочется посмотреть.
– Ну, уж нет, – возразила Густина, – говорят, проехать по ущелью невозможно. Через оставшийся завал устроены переходы. Ещё не хватало карабкаться по этим лестницам и мосткам. Вот когда можно будет преодолеть весь путь в карете, тогда и посетим долину.
– Это что же, принцы бродят по Драконьему Чреву пешком? Я слышала, оно огромное, – удивилась Ольда.
– Зачем же? Полонийцы оставили там достаточно карет, телег, лошадей. Не всё могли вместить два корабля.
– Ты хочешь сказать, Густина, что можно в своём экипаже доехать до ущелья, потом по каким-то лестницам перебраться в долину и в полонийской карете путешествовать по Драконьему Чреву? – Ольда задумалась. – Пожалуй, я попробую.
Родственницы отговаривали сестру короля от рискованной затеи, но не преуспели, она приказала слугам собраться и на следующий день пустилась в дорогу.
Сбежавшая воспитанница Ольды, как и завещал Эллит, приехала в «Два крыла». Встретили её радушно. Утомлённая долгими переживаниями и дальней дорогой девушка с удовольствием отдохнула в тихом месте. Но вскоре к ней потянулись люди с различными просьбами. Увидев в молодой хозяйке добрую госпожу, спешили воспользоваться её милостью.
Оказалось, руководить большим имением не так просто, как видится со стороны. Лириетта искала помощи, но управляющий, долгие годы поддерживающий порядок в хозяйстве, не желал ей объяснять что-либо. Этого человека злила неоправданная щедрость госпожи. Не для того он скрупулезно преумножал доходы поместья, чтобы неизвестно откуда взявшаяся внучка Эллита раздавала средства всем кто ни попросит. С одной стороны слуги радовались такой щедрой госпоже, с другой – сочли её за недалёкую особу, неспособную поддерживать порядок в имении. Лириетта чувствовала снисходительное отношение, не могла объяснить себе его причину и часто была не в настроении. В такие минуты она уходила в лес, гуляла там, собирая целебные травы, и размышляла о дальнейшей жизни.
Затенённые тропинки, мягкий мох высохших за лето болот, деловитое жужжание шмелей успокаивали. Но вновь и вновь думы девушки возвращались к необходимости что-то предпринять. Не по душе ей было хозяйничать в пожалованном Эллитом поместье. Лирика чувствовала себя самозванкой и притворщицей. Одно дело жить в богатом доме воспитанницей, названной внучкой, когда управляет имением Эллит или Ольда, даже женой, если б она всё же вышла замуж, другое самой отдавать распоряжения слугам. Вернуться в родное селение тоже невозможно, слишком переменилась бывшая пастушка за время своего отсутствия там. Ещё навестив родителей вместе с Ольдой, поняла насколько чужой для них и для всех односельчан стала теперь.
Однажды новая хозяйка прямо обратилась к управляющему с вопросом, что она делает не так. Мужчина не смел поучать её и, помявшись, предложил:
– Быть может, вам отправиться в путешествие, госпожа? Скучно здесь с нами, была бы семья, детки – другое дело…
– Да, – согласилась бывшая пастушка, поездка это то, что мне сейчас нужно. Соберите меня в дорогу и никого не пускайте ко мне, я поручаю все вопросы решать вам.
Расстались они оба довольные разговором. Но куда ехать? По стране опасно, вдруг её ищет брошенный жених, или ещё хуже – король. Уезжать из Макрогалии? Оставленных названным дедушкой средств, по представлениям бывшей пастушки, могло хватить на несколько лет путешествий по другим странам. Эта мысль нравилась Лирике, она представляла, как приедет в столицу Полонии и нанесёт визит во дворец короля Энварда. Интересно, узнают в богатой гостье паренька из деревни?
Чем дольше Лирика размышляла, тем сильнее ей хотелось увидеть Флорена. Теперь, когда она наследница макрогальского вельможи, никто не посмеет запрещать им разговаривать сколько душе угодно. Во всех подробностях девушка вспоминала последнюю беседу, как был расстроен принц её словами, как желал новой встречи. Да! Она поедет в Полонию! Прежде хотелось заглянуть в Драконье Чрево. Наверняка Флорен и остальные захотят узнать, что происходит в Пленительной долине, будут расспрашивать, да и самой интересно.
Заботливый управляющий не без помощи своей супруги за три дня собрал госпоже всё необходимое в дальнем путешествии. Здесь были удобные в дороге вещи, в том числе и тёплые, ведь и зима не заставит себя ждать, о Полонийских морозах в более южных широтах Макрогалии ходили преувеличенные слухи. В помощь Лириетте, несмотря на её возражения, были преданы служанка и два крепких парня. Кто будет таскать сундук с добром? Предполагалось, что путешественники переберутся через завал в ущелье и уже из долины отплывут на макрогальском корабле в Полонию. Когда карета подъезжала к Драконьему Чреву, сердце Лирики колотилось. Она была почти уверена, что сейчас найдёт там всех, с кем рассталась весной, хотя это и невозможно.
Преодолев тысячу ступенек сооруженных у завала лестниц, девушка с радостью вдохнула знакомые ароматы. Слуги разузнали, что корабль в Полонию отплывает через неделю, время ещё есть, Лирика захотела побродить по дорогим местам. Жизнь в долине кипела, народу здесь стало значительно больше, чем весной. Жилья, построенного полонийцами и ещё ранее каменотёсами, не хватало, многие расположились в палатках. Люди разведывали новые месторождения, разрабатывали уже известные, вывозили добытое золото морем и разбирали завал в ущелье. Неожиданно объявившуюся здесь пастушку встретили с почестями. Охвативший новых обитателей Пленительной долины азарт передался и ей. От зари до зари девушка в сопровождении Майо обследовала те места, в которых не бывала раньше.
В Драконьем Чреве наладили голубиную почту из потомства почтовых голубей Энварда. Танилет получил от Майо весть о жиле, похожей на ту, что была в сказочной пещере. На помощь разведчикам снаряжали отряд, гостья пожелала выехать с ним. Была опасность опоздать к отплытию корабля, а ведь скоро начнутся зимние шторма, но желание вновь увидеть добычу изумрудов было так велико, что госпожа Лириетта рискнула и уехала. Макрогальские принцы так рады были Лирике, что даже не интересовались, как она осмелилась покинуть столицу и своего жениха.
Как только Лирика уехала с отрядом, в Драконьем Чреве объявилась августейшая тётушка Танилета и Руденета младшего. Она сообразила, где нужно искать воспитанницу и обрадовалась, узнав, что её ненаглядная беглянка здесь. Принцы убеждали Ольду повременить, но она настаивала на скором свидании с подопечной, пришлось передать девушке просьбу вернуться из похода. Вскоре свидание августейшей особы и бывшей пастушки состоялось. Лирика счастлива была увидеть дорогую опекуншу, но наотрез отказалась вернуться в столицу.
