– Берег! – удивился Глеб. – Откуда он взялся?
– Здесь заканчивается Восточное море и начинается Северное, – объяснила Венди. – Ветер усилился и по-прежнему для нас попутный. Если так будет и дальше, сэкономим уголь и не нужно возиться с парусами. Я сейчас сбегаю помочь отцу и вернусь. Ты ведь не уйдёшь? С тобой легко и интересно говорить, а я на этом корабле намолчалась на десять лет вперёд. Отец постоянно читает нотации, наш механик думает только о своих машинах, а с матросами сближаться нельзя. Да, ты так и не назвал своё имя. Я спрашивала отца, но он не записывает имён пассажиров, а твоё забыл.
– Звать Глебом, – ответил юноша. – Беги, я пока никуда не уйду.
Венди умчалась, а он проводил её взглядом и подумал, что ему с ней тоже легко и приятно общаться, даже просто сидеть рядом и смотреть на море. Эх, не была бы она эльфийкой! Девушка отсутствовала очень недолго.
– Помогла? – спросил Глеб. – Что-то ты быстро.
– Сейчас для меня нет работы, – ответила она. – Показалась отцу и сказала, где буду, чтобы не искали. Я больше нужна в плохую погоду или когда приболеет отец. Тогда я его заменяю. Я ведь знаю всю работу капитана и могла бы сама водить корабли. Смотри, парус!
– Он не один, – всмотрелся юноша. – Там три корабля.
– Они быстро приближаются, – Венди не на шутку встревожилась. – Пойду предупрежу отца.
Ей не пришлось бежать к отцу: он подошёл сам.
– Венди, бросай своего кавалера и беги к Вилсону. Пусть запускает машины!
– Нужна наша помощь? – спросил Глеб.
– Не знаю, – с тревогой в голосе ответил капитан. – Похоже, что это корабли норвегов. Они здесь все разбойники, но на нас нападать не решались. Я не беспокоился бы, но год назад пропал один из наших кораблей. Штормов во время перехода не было, а корабль исчез. Если нас возьмут на абордаж и затопят «Царицу моря», пропавших кораблей станет два. Конечно, нас будут искать и пиратами займутся, но отыскать следы разбоя нелегко, и нам это уже не поможет.
– Оружие есть? – спросил Глеб.
– У экипажа только абордажные сабли, а у нас есть пистоли.
– Обратитесь к пассажирам, – посоветовал юноша. – Среди них два десятка вооружённых мужчин. Если на нас нападут, ни к кому не будет снисхождения. Я предупрежу своих спутников и возьму оружие.
– Расходятся! – сказал наблюдавший за кораблями капитан. – Норвеги идут на вёслах, а мы под парусами можем двигаться только им навстречу. Они не позволят нам совершать манёвры, и мы не успеем запустить машины. Идите, юноша, и от моего имени обратитесь к мужчинам. У меня уже нет сомнений в том, что впереди бой.
Глебу не пришлось бегать по каютам. Большинство пассажиров гуляли на палубе, и он быстро рассказал им об опасности. Оба его спутника сидели в каюте и сразу же начали готовиться к драке. Эльф достал два меча и с помощью Глеба надел броню, а Корн взял свой изогнутый меч и длинный кинжал. Закончив помогать эльфу, юноша вытащил котомку, в которой лежали три колчана с боевыми стрелами. Повесив их на плечо, он прикрепил к поясу меч, натянул лук и первым выбежал из каюты. Пассажирам нужно было ещё увести женщин, поэтому они собирались дольше. Уже вооружённые саблями матросы столпились возле капитана. Меньше половины из них уверенно держали оружие и были готовы к схватке, остальные не умели сражаться и были охвачены страхом.
– Уберите с палубы тех, кто впервые взял в руки оружие, – посоветовал Корн капитану. – Норвегам они не противники, а вот нас могут смять, когда бросятся бежать.
– Ваша правда, – согласился капитан и занялся матросами.
– Я буду сражаться рядом с тобой! – сказала подошедшая к Глебу Венди. – Я немного умею фехтовать, и у меня есть два пистоля!
– Ваше «немного» нам не поможет, – сказал ей Корн. – Это норвеги! Один их воин убьёт два десятка таких, как вы, и не заметит. А вот пистоли – это хорошо. Только не спешите из них стрелять. Видите, что они совершенно не прячутся?
– Смеются, – сказал Майк. – Знают, что на таких кораблях нет ни огненного боя, ни лучников, и даже не прячутся за щиты. Ваши пистоли им на один зуб, а вот Глеб станет сюрпризом. Мы не успеем запустить машины?
– Вилсон сказал, что для этого слишком мало времени, – ответила ему Венди. – Котлы не успеют прогреться, и мы не успеем убрать паруса. Смотрите, они пошли на сближение!
Два корабля с жуткими драконьими мордами приближались с правого борта, и один был слева. Гребцы с дружным воплем налегали на вёсла, а остальные норвеги орали и потрясали мечами. Из луков почему-то никто не стрелял. Юноша бросился к левому борту и в считанные мгновенья выпустил в нападавших два десятка стрел. Из-за доспехов несколько стрел были потрачены зря, но многие гребцы на драккаре были ранены или убиты, а выроненные ими вёсла мешали грести остальным. Уцелевшие норвеги прикрыли борт щитами, но их корабль потерял ход и выбыл из сражения. Враги на двух других кораблях не могли видеть, что произошло с их товарищами, лишь слышали их яростные крики. Щиты у них остались лежать вдоль бортов, но вёсла заработали быстрее. Глеб перебежал к другому борту и обстрелял плывший первым драккар. На этот раз ему повезло меньше, потому что враги опомнились быстрее и схватились сначала за щиты, а потом за луки.
– Отойдите от борта и пригнитесь! – заорал юноша. – Венди, стреляй из укрытия!
Орали норвеги, да и на корабле эльфов криков хватало, поэтому многие его не услышали. Бросившись к растерявшейся девушке, он схватил её за руку и утянул за одну из надстроек.
– Будешь стрелять отсюда! – сказал он, раскладывая оставшиеся стрелы, чтобы хватать их не глядя. – Только не попади в своих. Выстрелишь и быстро в каюту. Изнутри ты сможешь кого-нибудь из них пырнуть саблей, а здесь сразу убьют!
На палубу начали бросать кошки сначала с одного драккара, потом с другого. Пытавшихся рубить веревки матросов побили стрелами. Корабли норвегов были ниже эльфийского, поэтому для абордажа использовали специальные лестницы с крючьями. Сразу по шести таким лестницам на борт корабля полезли бородатые, одетые в броню воины. Из-за доспехов, неудобного положения для стрельбы и опасения попасть в своих Глеб попусту потратил половину стрел. Рядом громыхнуло один раз, потом другой.
– В двоих попала! – сказала уже обнажившая саблю Венди. – Перезарядить не успею. Пойдём поможем нашим!
– Я пойду, а ты беги в каюту! – заорал Глеб и добавил крепкое слово.
Не отвлекаясь больше на девушку, он побежал туда, где дрались Корн и Майк. Эльф неплохо работал сразу двумя клинками, а его броня пока держала пропущенные удары. Корн применял магию и с её помощью зарубил уже с десяток врагов. Против них и семи уцелевших дворян сражались двадцать норвегов. Юноша легко убил бросившегося на него воина, но второй оказался сильным противником. Его трудно было достать из-за брони, но она же не позволяла воину двигаться так быстро, как двигался Глеб. Они без результата обменивались ударами, пока не помог маг. Его противник на мгновенье застыл и тут же упал с разрубленным горлом. Число врагов сокращалось, но и они несли потери. Упал один из дворян, за ним второй... Норвеги усилили нажим и начали теснить обороняющихся к надстройкам. Помогла Венди.
– Ты что здесь делаешь, дура! – отражая сыплющиеся на него удары, закричал Глеб.
– Сам дурак! – крикнула она и бросила в одного из норвегов глиняный горшок.
Он попал в шлем и разлетелся вдребезги, породив облако пыли. Пятеро врагов, кому не повезло оказаться поблизости, заорали и отступили, отмахиваясь мечами. Двое бросили оружие и на ощупь искали абордажные лестницы. Противников стало меньше, и с ними быстро справились, а потом зарубили тех, кто пострадал от пыли. Обрубить веревки кошек и сбросить вниз лестницы было делом нескольких минут, после чего бросились на помощь тем, кто дрался с командой другого драккара. Дворян и матросов осталось только два десятка, но и противников у них было ненамного больше. Увидев, что к врагам бежит подмога, норвеги не попытались спастись бегством, а, наоборот, с такой яростью бросились на защитников корабля, что смогли зарубить ещё двух из них. Подбежавший первым Корн применил магию, вслед за ним на норвегов навалились остальные, и их быстро оттеснили к борту и сбросили в воду. Венди сразу стала искать отца, а Глеб помогал ей переворачивать залитые кровью тела. Как выяснилось, кроме капитана, убили и механика. Из вызвавшихся помочь дворян не пострадали только пятеро и семь человек получили раны, а из сражавшихся матросов уцелели только двадцать, и почти все они были ранены. Венди привела тех матросов, которые сидели в кубрике, и они принялись наводить порядок. Тела норвегов освобождали от брони и бросали в воду. Туда же после прощания с родственниками бросили и тела погибших дворян. Ранеными занялся Корн, которому помогали две девушки. Майка освободили от помятой брони и он, побродив по палубе, обнял молодую женщину, потерявшую сразу мужа и отца, и увёл её в каюту. Она осталась одна и была в таком отчаянии, что могла броситься в воду.
– Ты справишься? – спросил Глеб Венди. – Или лучше повернуть к берегу?
– Наши должны узнать, кто топит корабли, – сказала она. – На берегу такие же разбойники, а у нас некому сражаться. Ветер попутный, поэтому погасим топки и пойдём под парусами. Если не попадём в шторм, хватит оставшихся матросов. Мне показывали, как работать с машинами, только это было больше года назад, поэтому я не всё помню. Постараемся их не использовать, а если придётся, попробуем справиться. Глеб, как мне жить без отца?
В этом вопросе было столько тоски, что юноша невольно обнял её и прижал к себе.
– Родители не вечны, – сказал он, – а твой отец дал тебе знания и оставил своё дело.
– Не буду я им заниматься! – обхватив его руками, сказала Венди. – Возьми меня куда хочешь, только не бросай! Отведём корабль в порт и продадим, а потом продадим дом. Денег и так много, а будет ещё больше. Всё отдам тебе, только не оставляй!
– Я не оставлю тебя и без денег, – пообещал он, – только ты должна знать, что я маоз.
– Ну и что? – не поняла девушка. – Я готова выйти замуж за человека, если этим человеком будешь ты. Отнеси оружие, а я пока распределю вахты, потом поговорим.
В каюте на койке лежал Корн, как будто он с неё и не вставал.
– То, что вы обнимались, я видел, – сказал он юноше. – До чего договорились?
– Она хочет выйти за меня замуж, – ответил Глеб.
– Это понятно, но меня интересовало другое. Идём прежним курсом?
– Венди боится возвращаться, – сказал Глеб. – Её знакомили с... машинами, но давно. Она надеется, что дойдём на парусах.
– Да, не повезло! – сказал маг, садясь на койку. – Вы не представляете всей опасности нашего положения. На корабле и так было мало матросов, а сейчас их осталось ещё меньше. Наверное, они управятся с парусами, но будут долго возиться. Если придётся идти галсами, команда быстро выдохнется, а при сильном ветре матросы не справятся, разве что им на помощь придут оставшиеся пассажиры. В таких переходах почти всегда используют машины, без них мы можем не дойти, даже если не попадём в шторм.
– Откуда вы это знаете? – удивился Глеб.
– В отличие от вас, у меня была долгая жизнь, – усмехнулся Корн. – Чем ответите на предложение девушки? Если доплывём, она может быть очень полезной. Она нас сегодня спасла. Если бы не ваши стрелы и её перец, мы бы с вами уже лежали на дне.
– Что за перец? – не понял юноша.
– Серая пыль из горшка, – напомнил маг. – Очень дорогая приправа к мясу и очень едкая. Надо же было сообразить так её использовать. У вас будет умная и находчивая жена.
– А как же секреты эльфов? – спросил Глеб. – Не станет же она действовать против своих?
– Для любящей женщины родина там, где её муж! – назидательно изрёк Корн. – Если она почувствует вашу любовь, если вы станете для неё единственным и самым близким, сделает для вас всё. Исключения очень редки. Если она в них попадёт, придётся применить магию. Не стоит мне возражать. Нам с вами нужно сделать важное дело и вернуться, а для этого хороши все средства. Если не хотите, чтобы я использовал магию, действуйте сами ласками, нежностью и любовью! Перебирайтесь к ней в каюту и постарайтесь быть рядом. Ей не помешает поддержка мужчины, да и матросы не будут наглеть. А я немного отдохну от лечения раненых и поговорю с уцелевшими пассажирами. Нужно научить их возне с парусами, чтобы при необходимости можно было помочь команде. И скажите ей, чтобы попробовала запустить машины. Лучше повозиться с ними сейчас, когда для этого есть время, чем потом пытаться что-то сделать в спешке.
Юноша собрал на палубе три десятка целых стрел, обмыл их водой и положил сверху на свой сундук сушиться. Лицо он тоже вымыл, а вот дорожный костюм был сильно запачкан кровью. Его можно было попробовать отстирать, но что надеть сейчас? У него не было ничего, кроме праздничной одежды, но идти к Венди в шёлке и кружевах...
– Возьмите, – сказал Корн и бросил ему рубаху. – Штаны сильно не замарали, а остальное нужно выбрасывать. Такое уже не отстираешь. Идите, ей сейчас безразлично, во что вы одеты.
На палубе девушки не было, но команда уже навела порядок. Кровавые пятна были смыты, на вахтах стояли матросы, а из трубы над камбузом поднимался дым. Глеб направился к каюте Венди, обходя разложенные для сушки доспехи побитых норвегов. Он постучал в дверь и, услышав неразборчивый возглас, потянул её на себя. Девушка сидела на кровати, сгорбившись и обхватив плечи руками. Увидев Глеба, она вытерла рукавом лицо и хотела что-то сказать, но горло перехватил спазм, плечи затряслись и по щекам опять побежали слёзы. Он подошёл к кровати, сел рядом с девушкой и прижал её к себе.
– Мне страшно, Глеб! – всхлипывая, сказала она. – Сколько себя помню, отец всегда был рядом! Я прожила одна только месяц, и он был самым тяжёлым в моей жизни! Как только отец пришёл из рейса, я сразу же убежала к нему на корабль и уже больше никуда не уходила. А сейчас он мёртв, и я пытаюсь зацепиться за тебя, хотя не уверена в том, что люблю. Меня к тебе тянет, рядом с тобой хорошо, но любовь ли это? И ещё пугает то, что у нас с тобой может не получиться. Ты сам говорил, что он для меня слишком большой... И как тогда любить?
– Я буду очень осторожным, – пообещал он и поцеловал её в губы.
Она даже целоваться не умела, поэтому всему пришлось учить. В процессе этой учёбы они освободились от одежды и оказались на кровати.
– Это ничего, что мы сразу после смерти отца? – задыхаясь после поцелуя, спросила девушка.
– Мёртвым всё равно, а тебе это нужно, – ответил Глеб. – Твой отец хотел для тебя счастья, и я постараюсь тебе его дать!
Он был осторожным, и она получила всё, что может получить женщина от мужчины. В самом конце Глеб потерял контроль, но не успел ей навредить.
– Здесь заканчивается Восточное море и начинается Северное, – объяснила Венди. – Ветер усилился и по-прежнему для нас попутный. Если так будет и дальше, сэкономим уголь и не нужно возиться с парусами. Я сейчас сбегаю помочь отцу и вернусь. Ты ведь не уйдёшь? С тобой легко и интересно говорить, а я на этом корабле намолчалась на десять лет вперёд. Отец постоянно читает нотации, наш механик думает только о своих машинах, а с матросами сближаться нельзя. Да, ты так и не назвал своё имя. Я спрашивала отца, но он не записывает имён пассажиров, а твоё забыл.
– Звать Глебом, – ответил юноша. – Беги, я пока никуда не уйду.
Венди умчалась, а он проводил её взглядом и подумал, что ему с ней тоже легко и приятно общаться, даже просто сидеть рядом и смотреть на море. Эх, не была бы она эльфийкой! Девушка отсутствовала очень недолго.
– Помогла? – спросил Глеб. – Что-то ты быстро.
– Сейчас для меня нет работы, – ответила она. – Показалась отцу и сказала, где буду, чтобы не искали. Я больше нужна в плохую погоду или когда приболеет отец. Тогда я его заменяю. Я ведь знаю всю работу капитана и могла бы сама водить корабли. Смотри, парус!
– Он не один, – всмотрелся юноша. – Там три корабля.
– Они быстро приближаются, – Венди не на шутку встревожилась. – Пойду предупрежу отца.
Ей не пришлось бежать к отцу: он подошёл сам.
– Венди, бросай своего кавалера и беги к Вилсону. Пусть запускает машины!
– Нужна наша помощь? – спросил Глеб.
– Не знаю, – с тревогой в голосе ответил капитан. – Похоже, что это корабли норвегов. Они здесь все разбойники, но на нас нападать не решались. Я не беспокоился бы, но год назад пропал один из наших кораблей. Штормов во время перехода не было, а корабль исчез. Если нас возьмут на абордаж и затопят «Царицу моря», пропавших кораблей станет два. Конечно, нас будут искать и пиратами займутся, но отыскать следы разбоя нелегко, и нам это уже не поможет.
– Оружие есть? – спросил Глеб.
– У экипажа только абордажные сабли, а у нас есть пистоли.
– Обратитесь к пассажирам, – посоветовал юноша. – Среди них два десятка вооружённых мужчин. Если на нас нападут, ни к кому не будет снисхождения. Я предупрежу своих спутников и возьму оружие.
– Расходятся! – сказал наблюдавший за кораблями капитан. – Норвеги идут на вёслах, а мы под парусами можем двигаться только им навстречу. Они не позволят нам совершать манёвры, и мы не успеем запустить машины. Идите, юноша, и от моего имени обратитесь к мужчинам. У меня уже нет сомнений в том, что впереди бой.
Глебу не пришлось бегать по каютам. Большинство пассажиров гуляли на палубе, и он быстро рассказал им об опасности. Оба его спутника сидели в каюте и сразу же начали готовиться к драке. Эльф достал два меча и с помощью Глеба надел броню, а Корн взял свой изогнутый меч и длинный кинжал. Закончив помогать эльфу, юноша вытащил котомку, в которой лежали три колчана с боевыми стрелами. Повесив их на плечо, он прикрепил к поясу меч, натянул лук и первым выбежал из каюты. Пассажирам нужно было ещё увести женщин, поэтому они собирались дольше. Уже вооружённые саблями матросы столпились возле капитана. Меньше половины из них уверенно держали оружие и были готовы к схватке, остальные не умели сражаться и были охвачены страхом.
– Уберите с палубы тех, кто впервые взял в руки оружие, – посоветовал Корн капитану. – Норвегам они не противники, а вот нас могут смять, когда бросятся бежать.
– Ваша правда, – согласился капитан и занялся матросами.
– Я буду сражаться рядом с тобой! – сказала подошедшая к Глебу Венди. – Я немного умею фехтовать, и у меня есть два пистоля!
– Ваше «немного» нам не поможет, – сказал ей Корн. – Это норвеги! Один их воин убьёт два десятка таких, как вы, и не заметит. А вот пистоли – это хорошо. Только не спешите из них стрелять. Видите, что они совершенно не прячутся?
– Смеются, – сказал Майк. – Знают, что на таких кораблях нет ни огненного боя, ни лучников, и даже не прячутся за щиты. Ваши пистоли им на один зуб, а вот Глеб станет сюрпризом. Мы не успеем запустить машины?
– Вилсон сказал, что для этого слишком мало времени, – ответила ему Венди. – Котлы не успеют прогреться, и мы не успеем убрать паруса. Смотрите, они пошли на сближение!
Два корабля с жуткими драконьими мордами приближались с правого борта, и один был слева. Гребцы с дружным воплем налегали на вёсла, а остальные норвеги орали и потрясали мечами. Из луков почему-то никто не стрелял. Юноша бросился к левому борту и в считанные мгновенья выпустил в нападавших два десятка стрел. Из-за доспехов несколько стрел были потрачены зря, но многие гребцы на драккаре были ранены или убиты, а выроненные ими вёсла мешали грести остальным. Уцелевшие норвеги прикрыли борт щитами, но их корабль потерял ход и выбыл из сражения. Враги на двух других кораблях не могли видеть, что произошло с их товарищами, лишь слышали их яростные крики. Щиты у них остались лежать вдоль бортов, но вёсла заработали быстрее. Глеб перебежал к другому борту и обстрелял плывший первым драккар. На этот раз ему повезло меньше, потому что враги опомнились быстрее и схватились сначала за щиты, а потом за луки.
– Отойдите от борта и пригнитесь! – заорал юноша. – Венди, стреляй из укрытия!
Орали норвеги, да и на корабле эльфов криков хватало, поэтому многие его не услышали. Бросившись к растерявшейся девушке, он схватил её за руку и утянул за одну из надстроек.
– Будешь стрелять отсюда! – сказал он, раскладывая оставшиеся стрелы, чтобы хватать их не глядя. – Только не попади в своих. Выстрелишь и быстро в каюту. Изнутри ты сможешь кого-нибудь из них пырнуть саблей, а здесь сразу убьют!
На палубу начали бросать кошки сначала с одного драккара, потом с другого. Пытавшихся рубить веревки матросов побили стрелами. Корабли норвегов были ниже эльфийского, поэтому для абордажа использовали специальные лестницы с крючьями. Сразу по шести таким лестницам на борт корабля полезли бородатые, одетые в броню воины. Из-за доспехов, неудобного положения для стрельбы и опасения попасть в своих Глеб попусту потратил половину стрел. Рядом громыхнуло один раз, потом другой.
– В двоих попала! – сказала уже обнажившая саблю Венди. – Перезарядить не успею. Пойдём поможем нашим!
– Я пойду, а ты беги в каюту! – заорал Глеб и добавил крепкое слово.
Не отвлекаясь больше на девушку, он побежал туда, где дрались Корн и Майк. Эльф неплохо работал сразу двумя клинками, а его броня пока держала пропущенные удары. Корн применял магию и с её помощью зарубил уже с десяток врагов. Против них и семи уцелевших дворян сражались двадцать норвегов. Юноша легко убил бросившегося на него воина, но второй оказался сильным противником. Его трудно было достать из-за брони, но она же не позволяла воину двигаться так быстро, как двигался Глеб. Они без результата обменивались ударами, пока не помог маг. Его противник на мгновенье застыл и тут же упал с разрубленным горлом. Число врагов сокращалось, но и они несли потери. Упал один из дворян, за ним второй... Норвеги усилили нажим и начали теснить обороняющихся к надстройкам. Помогла Венди.
– Ты что здесь делаешь, дура! – отражая сыплющиеся на него удары, закричал Глеб.
– Сам дурак! – крикнула она и бросила в одного из норвегов глиняный горшок.
Он попал в шлем и разлетелся вдребезги, породив облако пыли. Пятеро врагов, кому не повезло оказаться поблизости, заорали и отступили, отмахиваясь мечами. Двое бросили оружие и на ощупь искали абордажные лестницы. Противников стало меньше, и с ними быстро справились, а потом зарубили тех, кто пострадал от пыли. Обрубить веревки кошек и сбросить вниз лестницы было делом нескольких минут, после чего бросились на помощь тем, кто дрался с командой другого драккара. Дворян и матросов осталось только два десятка, но и противников у них было ненамного больше. Увидев, что к врагам бежит подмога, норвеги не попытались спастись бегством, а, наоборот, с такой яростью бросились на защитников корабля, что смогли зарубить ещё двух из них. Подбежавший первым Корн применил магию, вслед за ним на норвегов навалились остальные, и их быстро оттеснили к борту и сбросили в воду. Венди сразу стала искать отца, а Глеб помогал ей переворачивать залитые кровью тела. Как выяснилось, кроме капитана, убили и механика. Из вызвавшихся помочь дворян не пострадали только пятеро и семь человек получили раны, а из сражавшихся матросов уцелели только двадцать, и почти все они были ранены. Венди привела тех матросов, которые сидели в кубрике, и они принялись наводить порядок. Тела норвегов освобождали от брони и бросали в воду. Туда же после прощания с родственниками бросили и тела погибших дворян. Ранеными занялся Корн, которому помогали две девушки. Майка освободили от помятой брони и он, побродив по палубе, обнял молодую женщину, потерявшую сразу мужа и отца, и увёл её в каюту. Она осталась одна и была в таком отчаянии, что могла броситься в воду.
– Ты справишься? – спросил Глеб Венди. – Или лучше повернуть к берегу?
– Наши должны узнать, кто топит корабли, – сказала она. – На берегу такие же разбойники, а у нас некому сражаться. Ветер попутный, поэтому погасим топки и пойдём под парусами. Если не попадём в шторм, хватит оставшихся матросов. Мне показывали, как работать с машинами, только это было больше года назад, поэтому я не всё помню. Постараемся их не использовать, а если придётся, попробуем справиться. Глеб, как мне жить без отца?
В этом вопросе было столько тоски, что юноша невольно обнял её и прижал к себе.
– Родители не вечны, – сказал он, – а твой отец дал тебе знания и оставил своё дело.
– Не буду я им заниматься! – обхватив его руками, сказала Венди. – Возьми меня куда хочешь, только не бросай! Отведём корабль в порт и продадим, а потом продадим дом. Денег и так много, а будет ещё больше. Всё отдам тебе, только не оставляй!
– Я не оставлю тебя и без денег, – пообещал он, – только ты должна знать, что я маоз.
– Ну и что? – не поняла девушка. – Я готова выйти замуж за человека, если этим человеком будешь ты. Отнеси оружие, а я пока распределю вахты, потом поговорим.
В каюте на койке лежал Корн, как будто он с неё и не вставал.
– То, что вы обнимались, я видел, – сказал он юноше. – До чего договорились?
– Она хочет выйти за меня замуж, – ответил Глеб.
– Это понятно, но меня интересовало другое. Идём прежним курсом?
– Венди боится возвращаться, – сказал Глеб. – Её знакомили с... машинами, но давно. Она надеется, что дойдём на парусах.
– Да, не повезло! – сказал маг, садясь на койку. – Вы не представляете всей опасности нашего положения. На корабле и так было мало матросов, а сейчас их осталось ещё меньше. Наверное, они управятся с парусами, но будут долго возиться. Если придётся идти галсами, команда быстро выдохнется, а при сильном ветре матросы не справятся, разве что им на помощь придут оставшиеся пассажиры. В таких переходах почти всегда используют машины, без них мы можем не дойти, даже если не попадём в шторм.
– Откуда вы это знаете? – удивился Глеб.
– В отличие от вас, у меня была долгая жизнь, – усмехнулся Корн. – Чем ответите на предложение девушки? Если доплывём, она может быть очень полезной. Она нас сегодня спасла. Если бы не ваши стрелы и её перец, мы бы с вами уже лежали на дне.
– Что за перец? – не понял юноша.
– Серая пыль из горшка, – напомнил маг. – Очень дорогая приправа к мясу и очень едкая. Надо же было сообразить так её использовать. У вас будет умная и находчивая жена.
– А как же секреты эльфов? – спросил Глеб. – Не станет же она действовать против своих?
– Для любящей женщины родина там, где её муж! – назидательно изрёк Корн. – Если она почувствует вашу любовь, если вы станете для неё единственным и самым близким, сделает для вас всё. Исключения очень редки. Если она в них попадёт, придётся применить магию. Не стоит мне возражать. Нам с вами нужно сделать важное дело и вернуться, а для этого хороши все средства. Если не хотите, чтобы я использовал магию, действуйте сами ласками, нежностью и любовью! Перебирайтесь к ней в каюту и постарайтесь быть рядом. Ей не помешает поддержка мужчины, да и матросы не будут наглеть. А я немного отдохну от лечения раненых и поговорю с уцелевшими пассажирами. Нужно научить их возне с парусами, чтобы при необходимости можно было помочь команде. И скажите ей, чтобы попробовала запустить машины. Лучше повозиться с ними сейчас, когда для этого есть время, чем потом пытаться что-то сделать в спешке.
Юноша собрал на палубе три десятка целых стрел, обмыл их водой и положил сверху на свой сундук сушиться. Лицо он тоже вымыл, а вот дорожный костюм был сильно запачкан кровью. Его можно было попробовать отстирать, но что надеть сейчас? У него не было ничего, кроме праздничной одежды, но идти к Венди в шёлке и кружевах...
– Возьмите, – сказал Корн и бросил ему рубаху. – Штаны сильно не замарали, а остальное нужно выбрасывать. Такое уже не отстираешь. Идите, ей сейчас безразлично, во что вы одеты.
На палубе девушки не было, но команда уже навела порядок. Кровавые пятна были смыты, на вахтах стояли матросы, а из трубы над камбузом поднимался дым. Глеб направился к каюте Венди, обходя разложенные для сушки доспехи побитых норвегов. Он постучал в дверь и, услышав неразборчивый возглас, потянул её на себя. Девушка сидела на кровати, сгорбившись и обхватив плечи руками. Увидев Глеба, она вытерла рукавом лицо и хотела что-то сказать, но горло перехватил спазм, плечи затряслись и по щекам опять побежали слёзы. Он подошёл к кровати, сел рядом с девушкой и прижал её к себе.
– Мне страшно, Глеб! – всхлипывая, сказала она. – Сколько себя помню, отец всегда был рядом! Я прожила одна только месяц, и он был самым тяжёлым в моей жизни! Как только отец пришёл из рейса, я сразу же убежала к нему на корабль и уже больше никуда не уходила. А сейчас он мёртв, и я пытаюсь зацепиться за тебя, хотя не уверена в том, что люблю. Меня к тебе тянет, рядом с тобой хорошо, но любовь ли это? И ещё пугает то, что у нас с тобой может не получиться. Ты сам говорил, что он для меня слишком большой... И как тогда любить?
– Я буду очень осторожным, – пообещал он и поцеловал её в губы.
Она даже целоваться не умела, поэтому всему пришлось учить. В процессе этой учёбы они освободились от одежды и оказались на кровати.
– Это ничего, что мы сразу после смерти отца? – задыхаясь после поцелуя, спросила девушка.
– Мёртвым всё равно, а тебе это нужно, – ответил Глеб. – Твой отец хотел для тебя счастья, и я постараюсь тебе его дать!
Он был осторожным, и она получила всё, что может получить женщина от мужчины. В самом конце Глеб потерял контроль, но не успел ей навредить.
