– Я хочу изобрести лекарство от рака. И дело даже не только в деньгах, понятно, что я буду богат… – он подождал, когда все просмеются – …я правда считаю, что люди не должны умирать от этого. Не должно такого быть. Никто не должен так страдать.
Все ненадолго замолчали, понимая, что он затрагивает реально важную тему. Но молодость не может надолго застывать в печали, через пару секунд его сосед хлебнул из общей бутылки и продолжил:
– А я вот хотел сказать, что изобрету лекарство от СПИДа, но не буду. Это банально. Я не так хорош в химии, зато я разверну масштабную программу. Я стану министром здравоохранения. Вот. Будем работать вместе, это я сделаю тебя богатым, слышишь? Ну и себя не забуду. А ты, Джулия, кем хочешь стать ты?
Она вздрогнула, услышав обращение к себе, она была совсем не готова к такому разговору.
– Я… я хочу… стать ученым… хочу победить старость. Ну я, конечно, не говорю про какое-то бессмертие, – она покраснела до кончиков ушей от того, что внимание всей группы было направлено на нее. – Я просто хочу, чтобы люди жили дольше, чтобы они меньше болели. Ведь так обидно, что из отведенных нам максимум лет ста мы половину тратим на болезни, в то время как мы могли бы жить и радоваться жизни. Мы могли бы дольше быть со своими любимыми, могли бы объехать весь свет и все увидеть, все попробовать. Представьте, что мы могли бы сделать, если бы продлили жизнь хотя бы лет на тридцать? Сколько долгосрочных проектов можно было бы воплотить, сколько открытий совершить! А вы бы успели вылечить все человечество от рака!
– Глупости какие! Ты правда в это веришь? – Влад громко расхохотался и протянул ей бутылку в очередной раз. – На лучше, выпей.
Она взяла бутылку и покрутила ее у своего носа, пить ей совсем не хотелось, тем более что ее так настойчиво угощали.
– Ну а ты, Влад, кем ты хочешь стать? Футболистом?
– Неее! – Он лениво отмахнулся от нее, словно она говорила глупость. – Это была школьная мечта, но реально я понимаю, что все это глупость. Я пойду работать в больницу к отцу, у него уже есть место на примете, потом просто займу его место. Надо реально смотреть на вещи. А ты, Лани, у тебя какие планы?
– Я хочу создать империю. Объединить всех людей под одной идеей, дать всем одну цель. И по моему здравому рассуждению, этой целью должно быть служение отечеству. Вы должны признать, что демократия уже отжила свой век. Посмотрите, к чему это привело? Человечество бесконечно воюет вместо того чтобы заниматься наукой и искусством. Вместо того чтобы лететь к дальним звездам и искать братьев по разуму. Вместо того чтобы сберечь родную планету. А мы только и делаем, что делим власть. – Он говорил с таким жаром, что однокурсники невольно заслушались. – Но подумайте вот о чем: что, если нам не надо будет сражаться за власть? Что, если везде наступит мир? Что, если на Земле установится порядок, ведь тогда станет возможно все то, о чем вы мечтаете! Пока в голове у каждого лидера и чиновника только передел политической карты, все ваши труды станут инструментом в их войне! Понимаете, они же отберут ваши лекарства, чтобы с их помощью шантажировать других. Они превратят все ваши мечты в оружие, как это стало с атомной бомбой! Пока не будет порядка, мы все обречены сгорать в этой бесконечной войне! И все наши усилия будут напрасны. Но я знаю, как нас спасти, как дать человечеству шанс. Я знаю, как создать новое общество, которое будет состоять из новых людей. Из таких людей, которым неведомы жадность, зависть и алчность. Мы будем чисты в своих помыслах, мы все будем жить и трудиться на благо каждого человека.
– Это звучит… как коммунизм. Ты понимаешь? – Будущий изобретатель лекарства от рака сделал глоток из бутылки и вопросительно посмотрел на Джонатана.
– Нет, это совсем не коммунизм. Это империя. Великая Империя. Даже, наверное, так – Великая Земная Империя. Никакой демократии и прочих выборов, это провальный путь, история уже доказала это. Империей должен править император, который один будет решать, как и что делать. Это будет самый достойный человек.
– Чушь все это! И ты это знаешь, Лани. – Влад отобрал бутылку и сделал несколько глотков, пролив немного на свою футболку. – Как ты создашь империю? Кто ты такой, чтобы просто даже говорить об этом? А? Просто решил выступить перед своей подружкой, признайся? Только она же ведь все равно ничего не поняла из того, что ты сказал. Она слушает сиськами, а там мозга нет.
Анна насупилась и посмотрела исподлобья на Влада, а затем на Джонатана.
– Ты сам ничего не понял, болван. Дальше своего блатного места и увидеть не в состоянии. Мы же говорим о мечтах, глупо мечтать о том, что у тебя, считай, и так есть.
Джулия во все глаза смотрела на Лани, гадая о том, что с ним будет после того как он так раскрылся перед друзьями. Конечно, этот дурак не мог всерьез поколебать их решимость, но таких дураков слишком много. Они собираются в толпы и уничтожают все, чего не в силах понять. Как было бы прекрасно, если таких дураков не было! Может зря она мечтает о том, чтобы изобрести ген здоровья и долголетия? Может будет лучше, если она изобретет ген верности? Такой, чтобы все обладатели этого гена были верны своему предводителю, ну вот как собаки хранят верность своим хозяевам, выполняют все их команды, готовы на все на свете. Как было бы здорово, если человечество сплошь состояло из таких верных и преданных людей, ну как например ее отец! Она встала и расправила юбку, затем, наклонив голову, посмотрела на Влада.
– Не хочешь погулять? Там такая чудная погода.
На секунду в кухне воцарилась тишина, никто не ждал от тихони-малолетки, которая вот уже целый семестр динамила видного спортсмена, что она позовет его на свиданку. Он оторопело посмотрел на нее, соображая, на что же она ему намекает, и когда до его наполненного вином мозга дошло, он быстро вскочил. Не выпуская из рук полупустую бутылку, он жадно сгреб ее тонкую ладошку в свою лапу и повел ее к выходу. Им вслед свистели и кричали разные пошлости, кто-то даже захлопал в ладоши, но про них скоро забыли, благо нашлась еще одна бутылка.
Не успели они свернуть за угол, как Влад поспешил обхватить ее за талию, торопливо шарясь ладонью по ее ягодицам. Но Джулия лишь выловила его руку из складок платья и настойчиво повела за собой. Заинтригованный, он послушно шел, изредка спотыкаясь, чтобы сделать очередной глоток. Так они вышли из здания общежития и направились в сторону стадиона. Это была понятная ему дорога, именно там и была укромная лужайка в окружении густых кустов, куда спортсмены водили доступных девиц, чтобы вдоволь их тискать тайком от чужих глаз. Надо лишь пройти пару сотен метров по дорожке вдоль корпуса, затем пересечь небольшую лужайку. Затем их ждал крошечный горбатый мостик, под которым вяло текла местная речушка, большую часть времени похожая на ручеек, но сейчас она была странным образом полна воды после дождей. И там оставалось лишь свернуть за нужным кустом, чтобы попасть в небольшую прогалинку, загороженную со всех сторон. Джулия взяла своего кавалера под руку, нежно прижавшись.
– Ты ведь будешь романтичным? Правда?
– Ну конечно, еще каким! – Влад был готов сказать что угодно, только бы добраться до столь желаемого содержимого ее платья.
– Знаешь, меня родители очень строго воспитывали. – Она пнула мыском туфли камешек на дорожке, прикидывая, сколько шагов им еще идти до мостика. – Они всегда говорили, что я должна нести ответственность за свои поступки.
– Ответственность – это очень хорошо, значит, ты подготовилась, а то у меня ни одного презерватива с собой не осталось…
– А еще они говорили, что я должна уметь отличать плохое от хорошего.
– Не волнуйся, Джулия, у нас будет только хорошее. – Он жадным поцелуем накрыл ее губы, оставляя на ее нежной коже следы своей слюны.
– Смотри, как отражается луна в речке! Это так романтично, правда?
– Да, очень. Ты же хотела романтики, видишь, как тут все… ну вот луна, и вот эти звезды – тоже романтично. Давай пойдем на лужайку…
– А еще мой отец научил меня, что от неприятностей надо избавляться до того, как они станут проблемами. Ты ведь знаешь, кто мой отец?
– Нет, не знаю, а при чем тут он?
– Мой отец генерал Орлов.
– Тот самый? Который войну выиграл? Че, правда? Ух ты, это круто! Надо будет пацанам рассказать, что я…
Он натужно захрипел и с удивлением посмотрел на девушку, которая была ему по плечо. Она убрала свою тонкую ручку с маленьким кулачком от его живота. Юноша резко побледнел и его лицо покрылось капельками пота. Джулия смотрела, как западают его глаза, а черты лица становятся заостренными, он хватал ртом воздух, словно рыба.
– Влад, ты такой тупой, что мне тебя даже не жалко. Я тебе несколько раз намекнула, но похоже, вино заполнило твою единственную извилину, и ту в члене. Мой папа научил меня очень многому, и в первую очередь защищать себя. Но никак не брать презервативы.
Он слабо взмахнул руками, бессвязно бормоча, пытаясь ухватиться за нее. Задыхаясь, он издавал странные и бессмысленные звуки, очевидно, прося ее о помощи.
– Нет, Влад, я не помогу тебе. Через несколько минут ты умрешь от разрыва желудка и утонешь в этой мерзкой речушке. Что ты на меня так смотришь? Не ожидал, что я могу так ударить? Да ты же ничего обо мне не знаешь, хоть и таскался за мной почти целый семестр. Но ты такой тупой, что даже когда я говорила тебе открытым текстом, ты все равно ничего не слышал. Ты лишний здесь, Влад. Тебе нет места в нашем новом мире, ты попал сюда случайно, и так же случайно вылетел отсюда. Лучше бы ты и впрямь пошел в футболисты.
Дождавшись, когда у него начнется приступ рвоты, Джулия подтолкнула парня к низенькому парапету. Он зашатался, теряя равновесие, и тогда она резко ударила его костяшками пальцев в горло, отправляя в недолгий полет. Влад тяжелой тушей спикировал вниз головой, стремительно уходя под воду. Джулия подобрала бутылку двумя пальцами и кинула ее следом в воду. Затем она не спеша спустилась с мостика и подошла к самому краю воды. Там всего в метре от берега плавало тело Влада, неуклюже поднимаясь с глубины. Он еще несколько раз дернулся, содрогаясь в рвотном позыве, но алкоголь и течение делали свое дело. С каждой попыткой он все глубже погружался головой под воду, его сильное тело панически сопротивлялось смерти, пытаясь избавиться от всего в покалеченном желудке, но это только все ухудшало. Джулия шла вдоль берега, молча наблюдая за этой агонией смерти, которая смешивала остатки вина с затхлой водой ручья. Наконец он затих, опустив лицо в воду и расправив руки как крылья, течение степенно волокло его через тину и ряску, временами разворачивая то одним боком, то другим. Через несколько минут он скрылся за поворотом, и Джулия обернулась по сторонам – вокруг никого не было. Что ж, это к лучшему.
Она развернулась и пошла обратно на кухню.
Там все было по-прежнему, ее изрядно подвыпившие однокурсники взахлеб обсуждали какую-то фантастическую идею; кажется, от здоровой нации они перешли к полетам в космос.
– О, Джулия, вы уже вернулись? А где же твой кавалер?
– Ой, да ну его! Дурак пьяный! С вами веселее. О чем говорите?
– Да вот обсуждаем полеты в космос, ты слышала новости, что китайцы готовят какой-то проект?
– Ну, только краем уха, а что там говорят?
– Вроде как они изобрели какой-то двигатель, который может преодолевать расстояние между звездными системами. Ну в смысле быстро, а не сотню лет! И они вроде как даже отправили спутник-разведчик, чтобы проверить, какие там условия для жизни.
– Где? В космосе? Там же сплошной вакуум, точно вам говорю, там нет условий для жизни. У них ничего не получится. – Кто-то был уже изрядно утомлен сессией и вином.
– Да нет же, говорю вам, они нашли какую-то планету для жизни! И хотят туда улететь! Их президент Ла Сио даже выступил с обращением к китайскому народу, мол, давайте готовиться к новой эре в космосе.
– Лани, тогда получается, что надо поторопиться с империей. Мы не можем тратить время на разборки здесь на Земле, пока китайцы осваивают космос!
Все вокруг громко засмеялись, включая Джонатана.
– Ты права, Джулия, хватит говорить, пора начинать делать. Пора создавать свою империю!
Все ненадолго замолчали, понимая, что он затрагивает реально важную тему. Но молодость не может надолго застывать в печали, через пару секунд его сосед хлебнул из общей бутылки и продолжил:
– А я вот хотел сказать, что изобрету лекарство от СПИДа, но не буду. Это банально. Я не так хорош в химии, зато я разверну масштабную программу. Я стану министром здравоохранения. Вот. Будем работать вместе, это я сделаю тебя богатым, слышишь? Ну и себя не забуду. А ты, Джулия, кем хочешь стать ты?
Она вздрогнула, услышав обращение к себе, она была совсем не готова к такому разговору.
– Я… я хочу… стать ученым… хочу победить старость. Ну я, конечно, не говорю про какое-то бессмертие, – она покраснела до кончиков ушей от того, что внимание всей группы было направлено на нее. – Я просто хочу, чтобы люди жили дольше, чтобы они меньше болели. Ведь так обидно, что из отведенных нам максимум лет ста мы половину тратим на болезни, в то время как мы могли бы жить и радоваться жизни. Мы могли бы дольше быть со своими любимыми, могли бы объехать весь свет и все увидеть, все попробовать. Представьте, что мы могли бы сделать, если бы продлили жизнь хотя бы лет на тридцать? Сколько долгосрочных проектов можно было бы воплотить, сколько открытий совершить! А вы бы успели вылечить все человечество от рака!
– Глупости какие! Ты правда в это веришь? – Влад громко расхохотался и протянул ей бутылку в очередной раз. – На лучше, выпей.
Она взяла бутылку и покрутила ее у своего носа, пить ей совсем не хотелось, тем более что ее так настойчиво угощали.
– Ну а ты, Влад, кем ты хочешь стать? Футболистом?
– Неее! – Он лениво отмахнулся от нее, словно она говорила глупость. – Это была школьная мечта, но реально я понимаю, что все это глупость. Я пойду работать в больницу к отцу, у него уже есть место на примете, потом просто займу его место. Надо реально смотреть на вещи. А ты, Лани, у тебя какие планы?
– Я хочу создать империю. Объединить всех людей под одной идеей, дать всем одну цель. И по моему здравому рассуждению, этой целью должно быть служение отечеству. Вы должны признать, что демократия уже отжила свой век. Посмотрите, к чему это привело? Человечество бесконечно воюет вместо того чтобы заниматься наукой и искусством. Вместо того чтобы лететь к дальним звездам и искать братьев по разуму. Вместо того чтобы сберечь родную планету. А мы только и делаем, что делим власть. – Он говорил с таким жаром, что однокурсники невольно заслушались. – Но подумайте вот о чем: что, если нам не надо будет сражаться за власть? Что, если везде наступит мир? Что, если на Земле установится порядок, ведь тогда станет возможно все то, о чем вы мечтаете! Пока в голове у каждого лидера и чиновника только передел политической карты, все ваши труды станут инструментом в их войне! Понимаете, они же отберут ваши лекарства, чтобы с их помощью шантажировать других. Они превратят все ваши мечты в оружие, как это стало с атомной бомбой! Пока не будет порядка, мы все обречены сгорать в этой бесконечной войне! И все наши усилия будут напрасны. Но я знаю, как нас спасти, как дать человечеству шанс. Я знаю, как создать новое общество, которое будет состоять из новых людей. Из таких людей, которым неведомы жадность, зависть и алчность. Мы будем чисты в своих помыслах, мы все будем жить и трудиться на благо каждого человека.
– Это звучит… как коммунизм. Ты понимаешь? – Будущий изобретатель лекарства от рака сделал глоток из бутылки и вопросительно посмотрел на Джонатана.
– Нет, это совсем не коммунизм. Это империя. Великая Империя. Даже, наверное, так – Великая Земная Империя. Никакой демократии и прочих выборов, это провальный путь, история уже доказала это. Империей должен править император, который один будет решать, как и что делать. Это будет самый достойный человек.
– Чушь все это! И ты это знаешь, Лани. – Влад отобрал бутылку и сделал несколько глотков, пролив немного на свою футболку. – Как ты создашь империю? Кто ты такой, чтобы просто даже говорить об этом? А? Просто решил выступить перед своей подружкой, признайся? Только она же ведь все равно ничего не поняла из того, что ты сказал. Она слушает сиськами, а там мозга нет.
Анна насупилась и посмотрела исподлобья на Влада, а затем на Джонатана.
– Ты сам ничего не понял, болван. Дальше своего блатного места и увидеть не в состоянии. Мы же говорим о мечтах, глупо мечтать о том, что у тебя, считай, и так есть.
Джулия во все глаза смотрела на Лани, гадая о том, что с ним будет после того как он так раскрылся перед друзьями. Конечно, этот дурак не мог всерьез поколебать их решимость, но таких дураков слишком много. Они собираются в толпы и уничтожают все, чего не в силах понять. Как было бы прекрасно, если таких дураков не было! Может зря она мечтает о том, чтобы изобрести ген здоровья и долголетия? Может будет лучше, если она изобретет ген верности? Такой, чтобы все обладатели этого гена были верны своему предводителю, ну вот как собаки хранят верность своим хозяевам, выполняют все их команды, готовы на все на свете. Как было бы здорово, если человечество сплошь состояло из таких верных и преданных людей, ну как например ее отец! Она встала и расправила юбку, затем, наклонив голову, посмотрела на Влада.
– Не хочешь погулять? Там такая чудная погода.
На секунду в кухне воцарилась тишина, никто не ждал от тихони-малолетки, которая вот уже целый семестр динамила видного спортсмена, что она позовет его на свиданку. Он оторопело посмотрел на нее, соображая, на что же она ему намекает, и когда до его наполненного вином мозга дошло, он быстро вскочил. Не выпуская из рук полупустую бутылку, он жадно сгреб ее тонкую ладошку в свою лапу и повел ее к выходу. Им вслед свистели и кричали разные пошлости, кто-то даже захлопал в ладоши, но про них скоро забыли, благо нашлась еще одна бутылка.
Не успели они свернуть за угол, как Влад поспешил обхватить ее за талию, торопливо шарясь ладонью по ее ягодицам. Но Джулия лишь выловила его руку из складок платья и настойчиво повела за собой. Заинтригованный, он послушно шел, изредка спотыкаясь, чтобы сделать очередной глоток. Так они вышли из здания общежития и направились в сторону стадиона. Это была понятная ему дорога, именно там и была укромная лужайка в окружении густых кустов, куда спортсмены водили доступных девиц, чтобы вдоволь их тискать тайком от чужих глаз. Надо лишь пройти пару сотен метров по дорожке вдоль корпуса, затем пересечь небольшую лужайку. Затем их ждал крошечный горбатый мостик, под которым вяло текла местная речушка, большую часть времени похожая на ручеек, но сейчас она была странным образом полна воды после дождей. И там оставалось лишь свернуть за нужным кустом, чтобы попасть в небольшую прогалинку, загороженную со всех сторон. Джулия взяла своего кавалера под руку, нежно прижавшись.
– Ты ведь будешь романтичным? Правда?
– Ну конечно, еще каким! – Влад был готов сказать что угодно, только бы добраться до столь желаемого содержимого ее платья.
– Знаешь, меня родители очень строго воспитывали. – Она пнула мыском туфли камешек на дорожке, прикидывая, сколько шагов им еще идти до мостика. – Они всегда говорили, что я должна нести ответственность за свои поступки.
– Ответственность – это очень хорошо, значит, ты подготовилась, а то у меня ни одного презерватива с собой не осталось…
– А еще они говорили, что я должна уметь отличать плохое от хорошего.
– Не волнуйся, Джулия, у нас будет только хорошее. – Он жадным поцелуем накрыл ее губы, оставляя на ее нежной коже следы своей слюны.
– Смотри, как отражается луна в речке! Это так романтично, правда?
– Да, очень. Ты же хотела романтики, видишь, как тут все… ну вот луна, и вот эти звезды – тоже романтично. Давай пойдем на лужайку…
– А еще мой отец научил меня, что от неприятностей надо избавляться до того, как они станут проблемами. Ты ведь знаешь, кто мой отец?
– Нет, не знаю, а при чем тут он?
– Мой отец генерал Орлов.
– Тот самый? Который войну выиграл? Че, правда? Ух ты, это круто! Надо будет пацанам рассказать, что я…
Он натужно захрипел и с удивлением посмотрел на девушку, которая была ему по плечо. Она убрала свою тонкую ручку с маленьким кулачком от его живота. Юноша резко побледнел и его лицо покрылось капельками пота. Джулия смотрела, как западают его глаза, а черты лица становятся заостренными, он хватал ртом воздух, словно рыба.
– Влад, ты такой тупой, что мне тебя даже не жалко. Я тебе несколько раз намекнула, но похоже, вино заполнило твою единственную извилину, и ту в члене. Мой папа научил меня очень многому, и в первую очередь защищать себя. Но никак не брать презервативы.
Он слабо взмахнул руками, бессвязно бормоча, пытаясь ухватиться за нее. Задыхаясь, он издавал странные и бессмысленные звуки, очевидно, прося ее о помощи.
– Нет, Влад, я не помогу тебе. Через несколько минут ты умрешь от разрыва желудка и утонешь в этой мерзкой речушке. Что ты на меня так смотришь? Не ожидал, что я могу так ударить? Да ты же ничего обо мне не знаешь, хоть и таскался за мной почти целый семестр. Но ты такой тупой, что даже когда я говорила тебе открытым текстом, ты все равно ничего не слышал. Ты лишний здесь, Влад. Тебе нет места в нашем новом мире, ты попал сюда случайно, и так же случайно вылетел отсюда. Лучше бы ты и впрямь пошел в футболисты.
Дождавшись, когда у него начнется приступ рвоты, Джулия подтолкнула парня к низенькому парапету. Он зашатался, теряя равновесие, и тогда она резко ударила его костяшками пальцев в горло, отправляя в недолгий полет. Влад тяжелой тушей спикировал вниз головой, стремительно уходя под воду. Джулия подобрала бутылку двумя пальцами и кинула ее следом в воду. Затем она не спеша спустилась с мостика и подошла к самому краю воды. Там всего в метре от берега плавало тело Влада, неуклюже поднимаясь с глубины. Он еще несколько раз дернулся, содрогаясь в рвотном позыве, но алкоголь и течение делали свое дело. С каждой попыткой он все глубже погружался головой под воду, его сильное тело панически сопротивлялось смерти, пытаясь избавиться от всего в покалеченном желудке, но это только все ухудшало. Джулия шла вдоль берега, молча наблюдая за этой агонией смерти, которая смешивала остатки вина с затхлой водой ручья. Наконец он затих, опустив лицо в воду и расправив руки как крылья, течение степенно волокло его через тину и ряску, временами разворачивая то одним боком, то другим. Через несколько минут он скрылся за поворотом, и Джулия обернулась по сторонам – вокруг никого не было. Что ж, это к лучшему.
Она развернулась и пошла обратно на кухню.
Там все было по-прежнему, ее изрядно подвыпившие однокурсники взахлеб обсуждали какую-то фантастическую идею; кажется, от здоровой нации они перешли к полетам в космос.
– О, Джулия, вы уже вернулись? А где же твой кавалер?
– Ой, да ну его! Дурак пьяный! С вами веселее. О чем говорите?
– Да вот обсуждаем полеты в космос, ты слышала новости, что китайцы готовят какой-то проект?
– Ну, только краем уха, а что там говорят?
– Вроде как они изобрели какой-то двигатель, который может преодолевать расстояние между звездными системами. Ну в смысле быстро, а не сотню лет! И они вроде как даже отправили спутник-разведчик, чтобы проверить, какие там условия для жизни.
– Где? В космосе? Там же сплошной вакуум, точно вам говорю, там нет условий для жизни. У них ничего не получится. – Кто-то был уже изрядно утомлен сессией и вином.
– Да нет же, говорю вам, они нашли какую-то планету для жизни! И хотят туда улететь! Их президент Ла Сио даже выступил с обращением к китайскому народу, мол, давайте готовиться к новой эре в космосе.
– Лани, тогда получается, что надо поторопиться с империей. Мы не можем тратить время на разборки здесь на Земле, пока китайцы осваивают космос!
Все вокруг громко засмеялись, включая Джонатана.
– Ты права, Джулия, хватит говорить, пора начинать делать. Пора создавать свою империю!
