Элронд не выдержал, отводя взгляд.
— Я вижу, этот разговор не имеет смысла, – устало проговорил он, сдавшись. – Иногда мне кажется, что твое сердце лишь кусок льда.
— Я Таргариен. И чужая жизнь, если она не принадлежит нашему Роду, для меня не имеет значения. Знаешь почему? – Трандуил чуть склонил голову, с легкой усмешкой. – Любой, кто не из нашей семьи – наш враг. И нашим детям тоже следует это уяснить.
Элронд на миг крепче сжал подлокотники своего кресла.
— Поэтому ты взял сына на охоту? – без эмоций спросил он. – И ему доверил везти отрубленную голову… добычи?
— Ему пора привыкать к крови. Он наследник Рода, – отвечал Трандуил, но во взгляде его чувствовалось напряженное ожидание.
— Он швырнул её в Арвен! – Элронд вскочил, не выдержав, и почти крича. – И ты видел это! И ничего не сделал!
Трандуил наконец встал.
— Так вот что тебя беспокоит на самом деле, брат мой… не жизнь того смеска. А это маленькое отродье.
— Это. Моя. Дочь.
— А то был мой сын. Будущий король. Разница велика, не правда ли? И знаешь… Истинный мужчина и король делает то, что он хочет, а не то, что он обязан. Именно этому я его и учу.
Элронд медленно отступил, тяжело смотря на Трандуила.
— И напрасно. Так, он никогда не станет королем.
Раздраженно отвернувшись, Элронд вышел прочь, не желая более говорить с братом. Как глупо было вовсе приходить к нему…
Несколько дней старший король думал, наблюдая за детьми во время общих трапез, говорил с их наставниками и мейстерами, и с горечью признал очевидное - что близнецам, что Арвен, было опасно общение с Джоффри. Ободренный всецелой поддержкой Трандуила, Джоффри полагал себя правым в отношении к младшим братьям и сестре. И не было слов, что убедило бы его в обратном. Элронд не понапрасну носил прозвище Мудрый и не обманывался, как многие "любящие" родители - братья и сестры не всегда любят и ценят друг друга. Взгляды и лицо Джоффри, когда он был уверен в том, что на него не смотрят, приобретали пугающее выражение злобы и досады. Рано или поздно он нанесет удар по остальным детям их дома... вот только Элронда может не быть рядом, чтобы остановить его.
Но как его остановить? Даже если внушить ему страх расплаты перед Элрондом, что будет после его смерти и коронации принца? Что тогда защитит Арвен и близнецов от старшего брата-короля? И саму страну и их народ от безумца?
Элронд тяжело смотрел на небольшой флакон из ширского стекла, темного и непрозрачного... прохладное, гладкое стекло, нежной тяжестью возлежащей на его ладони. Флакон, полный отравы без надежды на жизнь.
Как же ему решиться... можно ли поступить так?
Элронд терзался и медлил... и наказание не замедлило ждать.
В этот раз они не успели сбежать от него. Томек в ужасе смотрел в глаза Арвен, с неменьшим страхом смотрящей в ответ. А Джоффри ухмылялся, лениво-небрежно наведя на бледную от страха девочку заряженный арбалет.
— Джоффри... пожалуйста, — одними губами выдохнул Томмен. — Отпусти ее!
— Отпустить? — с усмешкой переспросил тот, издевательски качнув арбалетом в руке. — Не хочу. Не интересно... и скучно.
— Пожалуйста, Джоффри! — взмолился Томмен, а Джоффри едко оскалившись насмерть перепуганной Арвен нажал на спусковой крючок и один из трех болтов с глухим хлопком слетел с гнезда...
Миг и Арвен с глухим вскриком отшатнулась от врезавшегося в стену болта... в ладони от своей головы.
— Нет!! — Томмен рванулся к сестре, но Джоффри мгновенно перевел арбалет на него.
Томмен встал как вкопанный, загнанно смотря на него.
— Стра-а-шно? — протянул ухмыляясь, довольный Джоффри. — К окну, сейчас же... ну!
Арвен сделала лишь один шажок влево... и арбалет вновь направлен на нее. Девочка замирает, чувствуя как перехватывает горло. А Джоффри смотрит на неё, и вновь говорит:
— Томмен, я сказал подойди к окну. Ну же! Иначе я выстрелю! Иди я сказал!
Томмен напуган. Стража слишком далеко... да даже если он закричит, Джоффри все одно выстрелит вновь! А скажет что это случайно! И Арвен... Арвен пострадает... Томмен заторможенно качнулся и на подгибающихся ногах подходит к окну. К высокому, стрельчатому, до самого пола... и распахивает его, как велит за спиной братец.
— Там высоко... правда? — почти мурлычет радостный голос Джоффри. И столько в его голосе злорадного довольства... — Ты боишься высоты, Томмен? Ведь правда?
Томмен оглядывается и видит, как на него смотрит Арвен. Она смотрит на него, а Джоффри совсем рядом с ней и болт арбалета направлен прямо на нее.
— Отпусти ее, — Томмен почти не слышит сам себя. Отцы на Совете и некому их спасти... и Драко с ними.
— Ладно, — вдруг соглашается Джоффри, кивая. — Прыгай.
Томмен непонимающе смотрит на него, а Джоффри с прежней ухмылкой, не переставая целиться в Арвен, смотрит на него.
— В окно. Или я считаю... и на "три" стреляю. В нее.
Они враз ему верят. Что Арвен, что Томмен. Дети смотрят в глаза друг другу и ужас плещется в них.
— Прыгай!! Ну! Раз! Два! — у Джоффри перекашивает лицо и Томек отшатывается к окну, чувствуя что его мутит.
А за спиной распахнутое окно и как странно чувствовать самой спиной ту высоту, бездну, что там внизу... за окном...
— Томмен!! — Арвен, плача, бросается к нему, но Джоффри быстрее и хватает ее, на миг отведя арбалет...
Томмена трясет, но он не успевает ничего, а Джоффри отбрасывает сестренку к стене, вновь наставляя арбалет.
— Прыгай. — На его лице уже нет улыбки, и Томмен видит лишь змеиные безжалостные глаза на лице "брата". — А то убью... ПРЫГАЙ!!
Губы Томмена что-то шепчут, но Арвен не слышит его... мальчик делает еще один шаг назад, в раскрытое окно... нелепо взмахивает руками... и валится вниз...
— ТОММЕ-ЕН!!! — Арвен кричит, не помня себя.
Глухой удар... внизу.
А Джоффри хватает бросившуюся к окну девочку, что не переставая кричит. Он слышит крики внизу во дворе и тяжелый топот сапог стражи. Джоффри отбрасывает в угол арбалет, и когда дверь распахивается все видят лишь принца, что оттаскивает от распахнутого окна младшую сестру.
— НЕ-ЕТ! НЕТ!! ТОМЕ-МЕ-ЕН!!
Чьи-то сильные руки выхватывают Арвен из удушающих Джоффри... и девочка, не выдерживая, проваливается во мрак беспамятства...
... во дворце шепотом говорят о страшном. Страшном, но уже не изменном и король Элронд с застывшим лицом приходит к постели дочери, что мечется в беспамятстве, сжигаемая лихорадкой. Но он мало чем может ей помочь, кроме как приставить к ней лучших лекарей и мейстеров. Когда она приходит в себя на третий день, Томек уже похоронен в Королевской Капелле и то, что она нема, Элронд принимает с усталым смирением. Это уже ничего не изменит... не вернет Томмена, не исправит его непозвалительного колебания... и это не может как то помочь восторжествовать правде и справедливости. Что слова семилетней девочки против наследного принца, которого она всегда не любила? Просто оговор... оговор и не более.
А Джоффри спокоен и обстоятельно рассказывает, что просто первым вбежал на крик Арвен в комнату... вот и все.
Элронд знает — это ложь.
И выхода больше не остается.
Нет никакого Джоффри... есть лишь чудовище в его обличии.
... белое покрывало снега окутывало землю и лошади бежали с хрустом погружая копыта в ломкую пыль снежного крошева на дороге. Внутри кареты было душно, но одновременно холодно. Не спасала и небольшая походная жаровня, что едва ли грела и лишь оттеняла просачивающийся сквозь стены кареты холод. Малышка Асти давно продрогла и Лисса без лишних слов укутала ее полой своей шубы, прижав к своему боку. Ей самой было холодно, но девушка с улыбкой посматривала на прижавшуюся к ней девочку, на сверток из шерстяного покрывала, куда был закутан щенок лютоволка. Тот изредка пыхтел и вздергивал черный нос вверх, умными глазенками посматривая на свою хозяйку, но не делая попыток выбраться из теплого гнезда.
Им оставалось не долго до замка, как карета остановилась. Удивленная, Лисса откинула от узкого окна дверей кареты тяжелую завесть и выглянула наружу, всматриваясь в мутное стекло. Но рассмотреть что-то было затруднительно, но явно было какое-то волнение, охватившее их отряд.
— Асти, — Лисса передала девочке щенка. — Побудь здесь, я сейчас вернусь.
— Да, миледи, — послушно пискнула в ответ девочка, зябко обхватывая сверток со щенком.
Открыв дверцу и толкнув носком сапога раздвижную ступень, Лисса выбралась наружу. Ослепительная белизна и солнце, играющее на ледяном насте сугробов, чуть не ослепило ее, заставив прикрыть глаза.
— Миледи! — конь одного из стражников встал прямо перед ней. — Миледи, вам лучше вернуться в карету.
Лисса вскинула голову, смотря на мужчину перед ней.
— Что случилось? — спросила она. — Почему мы остановились?
Конь перед ней нервно переступал с ноги на ногу, фыркал и косил глазом на лес. Всадник на нем явно нервно оглянулся.
— Миледи, — проговорил он.
— Ответьте же! — потребовала Лисса. — И где мой муж?
— Сир Фрерин с одним из полуросликов поехал в лес, — неохотно отвечал ей мужчина. — Хоббит кое-что обнаружил. Миледи, вам лучше...
— Что обнаружил? — насторожилась Лисса.
Всадник посмурнел.
— Тело, миледи. Девушки. Кажется... ей перегрызли горло.
Лисса вздрогнула. Это не то, что она хотела бы слышать в ответ. Тут, позади всадника из леса выехало несколько лошадей со всадниками. В одном из них девушка с облегчением узнала Фрерина и поспешила навстречу, но подойдя ближе с тревогой увидела безжизненный сверток из плаща одного стража, переброшенный поперек седла.
— Фрерин! — окликнула мужа Лисса, и мужчина подъехал к ней, с тревогой оглянувшись и посмотрев на сверток.
— Лисса, вам не стоило покидать кареты, — проговорил он, подъехав.
— Я сейчас же вернусь обратно, — заверила его Лисса. — Но что случилось? И кто это?
Фрерин заколебался и нерешительно прикусил нижнюю губу, с сомнением смотря на нее.
— Поверьте, моя леди, мой ответ не то, что вы хотели бы слышать, — негромко сказал он.
— Это правда девушка? — тихо спросила Лисса и по глазам мужа поняла, что угадала.
— Да, — неспешно отвечал Фрерин. Вздохнув, он продолжил:
— Вам все одно это станет известно и я не стану от вас это утаивать. Джейме обнаружил тело в лесу... это... девушка, старшая сестра Астаньи.
Сердце Лиссы оборвалось. Она не была готова услышать именно это.
— Что? -- прошептала она. — Джейни? Что с ней случилось?
Фрерин неохотно ответил:
— Я не могу сказать. Похоже на нее напал зверь... Лисса, прощу вас, вернитесь в карету. нам лучше продолжить путь.
Лисса неловко кивнула, с тошнотой взглянув на безжизненный свиток. Она вздрогнула, увидев повисшую вниз тонкую девичью руку и поспешно отступив, в смятении вернулась в карету.
— Что там, леди? — испуганно спросила ее Асти. — Разбойники, да? Вы так бледны!
Голосок Асти заставил Лиссу через силу улыбнуться. Бледная это вышла улыбка!
— Нет, не разбойники, — успокоила она девочку. — Мы сейчас вновь тронемся в путь. Не бойся..
Сказать Асти правду она не решилась... да и как сказать?
Карета вздрогнула и вновь поехала вперед...
— Едут!! — дозорный мальчишка-оруженосец чуть ли не кубарем бросился вниз по крутой надвратной лестнице.
— Открывай ворота! — тут же раздался громкий, зычный голос капитана замка и воины налегли на ворот, спеша выполнить приказ. Натужно натянулись толстые канаты, подымая решетку врат и оруженосцы уже распахивали тяжелые створки врат, открывая путь приближающейся кавалькаде всадников и карете.
Не прошло много времени, как по брусчатке внутреннего двора застучали копыта лошадей и колеса, въехавшей кареты. Бейлиф замка, выбранный Лиссой еще в Винтерфелле, веселый и предупредительный толстяк Лорес, пыхтя и судорожно застегивающий последние пуговицы на парадном камзоле, вылетел из Главных Дверей замка и стоило карете остановится, торжественно поклонился открывшейся тотчас двери оной. Фрерина позабавило, как слитно действие толстяка подхватили иные слуги, выстроившиеся в две шеренги у дверей.
— Сир Фрерин! Леди! — воскликнул бейлиф, в то время как спешившийся Фрерин подал Лиссе руку, помогая ей спустится. — Добро пожаловать домой, в Винтеррайс!
— Мастер Лорес, — Лисса благожелательно улыбнулась толстяку, что всегда нравился ей своим благодушием, но меж тем умением "построить" без усилий всех слуг в своем распоряжении. — Мы надеемся, в замке все благополучно?
Леди Кейтелин полагала Лореса излишне снисходительным, и отговаривала Лиссу от его выбора бейлифом, но девушка впервые решительно отказалась прислушиваться к мнению матери, оставив ту крайне недовольной ее дерзостью. Лореса однако же одобрил и Нэд Старк, отметив его верную службу. Леди Старк оставалось лишь неодобрительно поджимать губы, и обижаться, но сами слуги за спинами господ возносили благодарность Семерым за такое начальство над ними. Лорес не был этаким добрячком или излишне щедрым за счет хозяев, но всегда распределял работы по силам и умениям слуг, и надо было крайне расстараться, чтобы Лорес обозлился. Впрочем и такое случалось, но тогда дело все же заканчивалось поркой на конюшне... но это происходило куда реже, чем при бейлифе того же Винтерфелла.
— Не извольте сомневаться, моя госпожа, — отвечал Лорес. — К вашему приезду все подготовлено. В покоях растоплены камины, казарма протоплена, на кухнях уже почти все готово и скоро накроют столы в Главном Чертоге.
— Хорошо, — кивнула Лисса, едва сдержав свое огорчение. Ей едва ли хотелось после утомительной дороги вечером присутствовать на общей трапезе в Главном Чертоге. Вместо господского стола на возвышении, под взглядами слуг и стражи, она предпочла бы тихий ужин с одним лишь Фрерином в их покоях. Но в первый вечер лучше уж отдать дань традициям.
Поэтому она лишь вежливо улыбнулась Лоресу и сказала:
— Я не ошиблась в вашем выборе, Лорес. Прикажите слугам подоготовить нам с мужем ванну. Я бы хотела привести себя в порядок после дороги.
— Да, миледи, — легко поклонился Лорес. — Сей же час, моя госпожа. Сир, будут ли распоряжения?
Фрерин отметил про себя, что бейлиф замка ему нравится. В нем не было и тени того, что так часто он встречал во взорах иных людей — скрытого любопытства, кое обычно испытывают при виде необычного зверя. Люди Севера давно разучились смотреть на гномов-дварфов, как на нелюдь, но вот выходцы с Юга и других земель изрядно тем раздражали.
И да, кое-какие распоряжения у него были.
— В замке есть септон? — спросил он.
Лорес подобрался, с беспокойством чуть сдвинув брови.
— Да, сир... как в любом замке на Севере... — ответ Лореса был осторожен и Фрерин прекрасно понял то опасение, что прозвучало за его ответом ему.
— Я вижу, этот разговор не имеет смысла, – устало проговорил он, сдавшись. – Иногда мне кажется, что твое сердце лишь кусок льда.
— Я Таргариен. И чужая жизнь, если она не принадлежит нашему Роду, для меня не имеет значения. Знаешь почему? – Трандуил чуть склонил голову, с легкой усмешкой. – Любой, кто не из нашей семьи – наш враг. И нашим детям тоже следует это уяснить.
Элронд на миг крепче сжал подлокотники своего кресла.
— Поэтому ты взял сына на охоту? – без эмоций спросил он. – И ему доверил везти отрубленную голову… добычи?
— Ему пора привыкать к крови. Он наследник Рода, – отвечал Трандуил, но во взгляде его чувствовалось напряженное ожидание.
— Он швырнул её в Арвен! – Элронд вскочил, не выдержав, и почти крича. – И ты видел это! И ничего не сделал!
Трандуил наконец встал.
— Так вот что тебя беспокоит на самом деле, брат мой… не жизнь того смеска. А это маленькое отродье.
— Это. Моя. Дочь.
— А то был мой сын. Будущий король. Разница велика, не правда ли? И знаешь… Истинный мужчина и король делает то, что он хочет, а не то, что он обязан. Именно этому я его и учу.
Элронд медленно отступил, тяжело смотря на Трандуила.
— И напрасно. Так, он никогда не станет королем.
Раздраженно отвернувшись, Элронд вышел прочь, не желая более говорить с братом. Как глупо было вовсе приходить к нему…
Несколько дней старший король думал, наблюдая за детьми во время общих трапез, говорил с их наставниками и мейстерами, и с горечью признал очевидное - что близнецам, что Арвен, было опасно общение с Джоффри. Ободренный всецелой поддержкой Трандуила, Джоффри полагал себя правым в отношении к младшим братьям и сестре. И не было слов, что убедило бы его в обратном. Элронд не понапрасну носил прозвище Мудрый и не обманывался, как многие "любящие" родители - братья и сестры не всегда любят и ценят друг друга. Взгляды и лицо Джоффри, когда он был уверен в том, что на него не смотрят, приобретали пугающее выражение злобы и досады. Рано или поздно он нанесет удар по остальным детям их дома... вот только Элронда может не быть рядом, чтобы остановить его.
Но как его остановить? Даже если внушить ему страх расплаты перед Элрондом, что будет после его смерти и коронации принца? Что тогда защитит Арвен и близнецов от старшего брата-короля? И саму страну и их народ от безумца?
Элронд тяжело смотрел на небольшой флакон из ширского стекла, темного и непрозрачного... прохладное, гладкое стекло, нежной тяжестью возлежащей на его ладони. Флакон, полный отравы без надежды на жизнь.
Как же ему решиться... можно ли поступить так?
Элронд терзался и медлил... и наказание не замедлило ждать.
*** *** *** *** *** *** ***
В этот раз они не успели сбежать от него. Томек в ужасе смотрел в глаза Арвен, с неменьшим страхом смотрящей в ответ. А Джоффри ухмылялся, лениво-небрежно наведя на бледную от страха девочку заряженный арбалет.
— Джоффри... пожалуйста, — одними губами выдохнул Томмен. — Отпусти ее!
— Отпустить? — с усмешкой переспросил тот, издевательски качнув арбалетом в руке. — Не хочу. Не интересно... и скучно.
— Пожалуйста, Джоффри! — взмолился Томмен, а Джоффри едко оскалившись насмерть перепуганной Арвен нажал на спусковой крючок и один из трех болтов с глухим хлопком слетел с гнезда...
Миг и Арвен с глухим вскриком отшатнулась от врезавшегося в стену болта... в ладони от своей головы.
— Нет!! — Томмен рванулся к сестре, но Джоффри мгновенно перевел арбалет на него.
Томмен встал как вкопанный, загнанно смотря на него.
— Стра-а-шно? — протянул ухмыляясь, довольный Джоффри. — К окну, сейчас же... ну!
Арвен сделала лишь один шажок влево... и арбалет вновь направлен на нее. Девочка замирает, чувствуя как перехватывает горло. А Джоффри смотрит на неё, и вновь говорит:
— Томмен, я сказал подойди к окну. Ну же! Иначе я выстрелю! Иди я сказал!
Томмен напуган. Стража слишком далеко... да даже если он закричит, Джоффри все одно выстрелит вновь! А скажет что это случайно! И Арвен... Арвен пострадает... Томмен заторможенно качнулся и на подгибающихся ногах подходит к окну. К высокому, стрельчатому, до самого пола... и распахивает его, как велит за спиной братец.
— Там высоко... правда? — почти мурлычет радостный голос Джоффри. И столько в его голосе злорадного довольства... — Ты боишься высоты, Томмен? Ведь правда?
Томмен оглядывается и видит, как на него смотрит Арвен. Она смотрит на него, а Джоффри совсем рядом с ней и болт арбалета направлен прямо на нее.
— Отпусти ее, — Томмен почти не слышит сам себя. Отцы на Совете и некому их спасти... и Драко с ними.
— Ладно, — вдруг соглашается Джоффри, кивая. — Прыгай.
Томмен непонимающе смотрит на него, а Джоффри с прежней ухмылкой, не переставая целиться в Арвен, смотрит на него.
— В окно. Или я считаю... и на "три" стреляю. В нее.
Они враз ему верят. Что Арвен, что Томмен. Дети смотрят в глаза друг другу и ужас плещется в них.
— Прыгай!! Ну! Раз! Два! — у Джоффри перекашивает лицо и Томек отшатывается к окну, чувствуя что его мутит.
А за спиной распахнутое окно и как странно чувствовать самой спиной ту высоту, бездну, что там внизу... за окном...
— Томмен!! — Арвен, плача, бросается к нему, но Джоффри быстрее и хватает ее, на миг отведя арбалет...
Томмена трясет, но он не успевает ничего, а Джоффри отбрасывает сестренку к стене, вновь наставляя арбалет.
— Прыгай. — На его лице уже нет улыбки, и Томмен видит лишь змеиные безжалостные глаза на лице "брата". — А то убью... ПРЫГАЙ!!
Губы Томмена что-то шепчут, но Арвен не слышит его... мальчик делает еще один шаг назад, в раскрытое окно... нелепо взмахивает руками... и валится вниз...
— ТОММЕ-ЕН!!! — Арвен кричит, не помня себя.
Глухой удар... внизу.
А Джоффри хватает бросившуюся к окну девочку, что не переставая кричит. Он слышит крики внизу во дворе и тяжелый топот сапог стражи. Джоффри отбрасывает в угол арбалет, и когда дверь распахивается все видят лишь принца, что оттаскивает от распахнутого окна младшую сестру.
— НЕ-ЕТ! НЕТ!! ТОМЕ-МЕ-ЕН!!
Чьи-то сильные руки выхватывают Арвен из удушающих Джоффри... и девочка, не выдерживая, проваливается во мрак беспамятства...
... во дворце шепотом говорят о страшном. Страшном, но уже не изменном и король Элронд с застывшим лицом приходит к постели дочери, что мечется в беспамятстве, сжигаемая лихорадкой. Но он мало чем может ей помочь, кроме как приставить к ней лучших лекарей и мейстеров. Когда она приходит в себя на третий день, Томек уже похоронен в Королевской Капелле и то, что она нема, Элронд принимает с усталым смирением. Это уже ничего не изменит... не вернет Томмена, не исправит его непозвалительного колебания... и это не может как то помочь восторжествовать правде и справедливости. Что слова семилетней девочки против наследного принца, которого она всегда не любила? Просто оговор... оговор и не более.
А Джоффри спокоен и обстоятельно рассказывает, что просто первым вбежал на крик Арвен в комнату... вот и все.
Элронд знает — это ложь.
И выхода больше не остается.
Нет никакого Джоффри... есть лишь чудовище в его обличии.
*** *** *** *** *** *** *** ***
... белое покрывало снега окутывало землю и лошади бежали с хрустом погружая копыта в ломкую пыль снежного крошева на дороге. Внутри кареты было душно, но одновременно холодно. Не спасала и небольшая походная жаровня, что едва ли грела и лишь оттеняла просачивающийся сквозь стены кареты холод. Малышка Асти давно продрогла и Лисса без лишних слов укутала ее полой своей шубы, прижав к своему боку. Ей самой было холодно, но девушка с улыбкой посматривала на прижавшуюся к ней девочку, на сверток из шерстяного покрывала, куда был закутан щенок лютоволка. Тот изредка пыхтел и вздергивал черный нос вверх, умными глазенками посматривая на свою хозяйку, но не делая попыток выбраться из теплого гнезда.
Им оставалось не долго до замка, как карета остановилась. Удивленная, Лисса откинула от узкого окна дверей кареты тяжелую завесть и выглянула наружу, всматриваясь в мутное стекло. Но рассмотреть что-то было затруднительно, но явно было какое-то волнение, охватившее их отряд.
— Асти, — Лисса передала девочке щенка. — Побудь здесь, я сейчас вернусь.
— Да, миледи, — послушно пискнула в ответ девочка, зябко обхватывая сверток со щенком.
Открыв дверцу и толкнув носком сапога раздвижную ступень, Лисса выбралась наружу. Ослепительная белизна и солнце, играющее на ледяном насте сугробов, чуть не ослепило ее, заставив прикрыть глаза.
— Миледи! — конь одного из стражников встал прямо перед ней. — Миледи, вам лучше вернуться в карету.
Лисса вскинула голову, смотря на мужчину перед ней.
— Что случилось? — спросила она. — Почему мы остановились?
Конь перед ней нервно переступал с ноги на ногу, фыркал и косил глазом на лес. Всадник на нем явно нервно оглянулся.
— Миледи, — проговорил он.
— Ответьте же! — потребовала Лисса. — И где мой муж?
— Сир Фрерин с одним из полуросликов поехал в лес, — неохотно отвечал ей мужчина. — Хоббит кое-что обнаружил. Миледи, вам лучше...
— Что обнаружил? — насторожилась Лисса.
Всадник посмурнел.
— Тело, миледи. Девушки. Кажется... ей перегрызли горло.
Лисса вздрогнула. Это не то, что она хотела бы слышать в ответ. Тут, позади всадника из леса выехало несколько лошадей со всадниками. В одном из них девушка с облегчением узнала Фрерина и поспешила навстречу, но подойдя ближе с тревогой увидела безжизненный сверток из плаща одного стража, переброшенный поперек седла.
— Фрерин! — окликнула мужа Лисса, и мужчина подъехал к ней, с тревогой оглянувшись и посмотрев на сверток.
— Лисса, вам не стоило покидать кареты, — проговорил он, подъехав.
— Я сейчас же вернусь обратно, — заверила его Лисса. — Но что случилось? И кто это?
Фрерин заколебался и нерешительно прикусил нижнюю губу, с сомнением смотря на нее.
— Поверьте, моя леди, мой ответ не то, что вы хотели бы слышать, — негромко сказал он.
— Это правда девушка? — тихо спросила Лисса и по глазам мужа поняла, что угадала.
— Да, — неспешно отвечал Фрерин. Вздохнув, он продолжил:
— Вам все одно это станет известно и я не стану от вас это утаивать. Джейме обнаружил тело в лесу... это... девушка, старшая сестра Астаньи.
Сердце Лиссы оборвалось. Она не была готова услышать именно это.
— Что? -- прошептала она. — Джейни? Что с ней случилось?
Фрерин неохотно ответил:
— Я не могу сказать. Похоже на нее напал зверь... Лисса, прощу вас, вернитесь в карету. нам лучше продолжить путь.
Лисса неловко кивнула, с тошнотой взглянув на безжизненный свиток. Она вздрогнула, увидев повисшую вниз тонкую девичью руку и поспешно отступив, в смятении вернулась в карету.
— Что там, леди? — испуганно спросила ее Асти. — Разбойники, да? Вы так бледны!
Голосок Асти заставил Лиссу через силу улыбнуться. Бледная это вышла улыбка!
— Нет, не разбойники, — успокоила она девочку. — Мы сейчас вновь тронемся в путь. Не бойся..
Сказать Асти правду она не решилась... да и как сказать?
Карета вздрогнула и вновь поехала вперед...
Глава 18 (ч. 1)
— Едут!! — дозорный мальчишка-оруженосец чуть ли не кубарем бросился вниз по крутой надвратной лестнице.
— Открывай ворота! — тут же раздался громкий, зычный голос капитана замка и воины налегли на ворот, спеша выполнить приказ. Натужно натянулись толстые канаты, подымая решетку врат и оруженосцы уже распахивали тяжелые створки врат, открывая путь приближающейся кавалькаде всадников и карете.
Не прошло много времени, как по брусчатке внутреннего двора застучали копыта лошадей и колеса, въехавшей кареты. Бейлиф замка, выбранный Лиссой еще в Винтерфелле, веселый и предупредительный толстяк Лорес, пыхтя и судорожно застегивающий последние пуговицы на парадном камзоле, вылетел из Главных Дверей замка и стоило карете остановится, торжественно поклонился открывшейся тотчас двери оной. Фрерина позабавило, как слитно действие толстяка подхватили иные слуги, выстроившиеся в две шеренги у дверей.
— Сир Фрерин! Леди! — воскликнул бейлиф, в то время как спешившийся Фрерин подал Лиссе руку, помогая ей спустится. — Добро пожаловать домой, в Винтеррайс!
— Мастер Лорес, — Лисса благожелательно улыбнулась толстяку, что всегда нравился ей своим благодушием, но меж тем умением "построить" без усилий всех слуг в своем распоряжении. — Мы надеемся, в замке все благополучно?
Леди Кейтелин полагала Лореса излишне снисходительным, и отговаривала Лиссу от его выбора бейлифом, но девушка впервые решительно отказалась прислушиваться к мнению матери, оставив ту крайне недовольной ее дерзостью. Лореса однако же одобрил и Нэд Старк, отметив его верную службу. Леди Старк оставалось лишь неодобрительно поджимать губы, и обижаться, но сами слуги за спинами господ возносили благодарность Семерым за такое начальство над ними. Лорес не был этаким добрячком или излишне щедрым за счет хозяев, но всегда распределял работы по силам и умениям слуг, и надо было крайне расстараться, чтобы Лорес обозлился. Впрочем и такое случалось, но тогда дело все же заканчивалось поркой на конюшне... но это происходило куда реже, чем при бейлифе того же Винтерфелла.
— Не извольте сомневаться, моя госпожа, — отвечал Лорес. — К вашему приезду все подготовлено. В покоях растоплены камины, казарма протоплена, на кухнях уже почти все готово и скоро накроют столы в Главном Чертоге.
— Хорошо, — кивнула Лисса, едва сдержав свое огорчение. Ей едва ли хотелось после утомительной дороги вечером присутствовать на общей трапезе в Главном Чертоге. Вместо господского стола на возвышении, под взглядами слуг и стражи, она предпочла бы тихий ужин с одним лишь Фрерином в их покоях. Но в первый вечер лучше уж отдать дань традициям.
Поэтому она лишь вежливо улыбнулась Лоресу и сказала:
— Я не ошиблась в вашем выборе, Лорес. Прикажите слугам подоготовить нам с мужем ванну. Я бы хотела привести себя в порядок после дороги.
— Да, миледи, — легко поклонился Лорес. — Сей же час, моя госпожа. Сир, будут ли распоряжения?
Фрерин отметил про себя, что бейлиф замка ему нравится. В нем не было и тени того, что так часто он встречал во взорах иных людей — скрытого любопытства, кое обычно испытывают при виде необычного зверя. Люди Севера давно разучились смотреть на гномов-дварфов, как на нелюдь, но вот выходцы с Юга и других земель изрядно тем раздражали.
И да, кое-какие распоряжения у него были.
— В замке есть септон? — спросил он.
Лорес подобрался, с беспокойством чуть сдвинув брови.
— Да, сир... как в любом замке на Севере... — ответ Лореса был осторожен и Фрерин прекрасно понял то опасение, что прозвучало за его ответом ему.
