- Сама сучка! – буркнула Анжела и, бросив миску мне на живот, поднялась с пола. – Отвали от меня!
- Очень ты мне нужна! – фыркнула я. – Велика важность!
- Вот и не приставай!
- Ну и ладно! Иди уже!
Я тоже встала на ноги, поставила миску на стол и повернулась посмотреть, что делает Лаки. Лаки, как оказалось, сидела на своей лежанке и не делала ничего. Вернее, она с огромным интересом наблюдала за нами.
- Вы уже закончили? – спросила Лаки. – Тогда садитесь за стол, будем завтракать. У нас как раз осталось одно яблоко.
Я вспомнила, что с последнего похода к яблоне мы притащили штук десять яблок, но за весь вчерашний вечер, который мы провели, болтая с Анжелой, мы почти все их сгрызли.
Мы втроем расселись за нашим круглым железным столом, и Лаки разрезала ножом яблоко на три равные части. А потом из одной дольки кончиком лезвия она сделала мордочку барсука и поставила ее передо мной. Положив голову на стол, я немного полюбовалась своим завтраком, и уже хотела разделаться с нахально глядящим на меня барсуком, но тут заметила, что из другой дольки Лаки вырезала какую-то другую мордашку, совсем мне не знакомую, и положила ее перед Анжелой.
- А это кто? – спросила я.
- Енот! – улыбнулась Лаки. – Похоже?
- Похоже! – засмеялась Анжела.
- Я тоже хочу енота! – сказала я, недовольная тем, что Анжеле досталась такая восхитительная штука, которую Лаки никогда еще не делала. – Дай его мне!
Я потянулась к дольке Анжелы, но она быстро схватила свое угощение и, отставив руку далеко в сторону, посмотрела на меня, хищно оскалившись.
- Обойдешься! – заявила мне эта синеглазая ящерица.
- Ах, так?! – возмутилась я.
- Да, именно так!
Мы замолчали, буравя друг дружку настороженным взглядами. Лаки, торопливо поорудовав ножом, положила передо мной свою, третью дольку. Я взяла ее в руку. Это был еще один енот, только уже не такой милый и забавный, как тот, которого заграбастала себе Анжела, потому что второго Лаки вырезала второпях, и мордашка у него получилась совсем не такой выразительной, как у первого.
Я придирчиво поглядела на своего енота, а затем снова перевела взгляд на того, что пребывал в плену Анжелы.
- Чего не ешь? – прищурившись, бросила мне Анжела
- А ты чего не ешь? – тоже прищурилась я.
- Хочу и не ем!
- И я тоже!
- Что – тоже? – насмешливо оскалилась Анжела.
- Хочу и не ем! – объяснила я, поражаясь ее непонятливости.
- Ну и дурочка! – заявила мне эта обнаглевшая ящерица.
- Сама дурочка! – выпалила я и бросилась на нее, горя жаждой мщения.
В пылу схватки оба наших енота разлетелись по полу кто куда и, конечно же, перепачкались.
- Вот мне интересно… - жуя моего барсука, задумчиво проговорила Лаки, когда через минуту, надавав друг дружке тычков и подзатыльников, мы с Анжелой, так и не позавтракав, разошлись по своим лежанкам и сердито отвернулись в разные стороны. – Вы теперь каждый день будете ссориться между собой? Кажется, делить вам нечего, вчера мы уже все обговорили и решили, и, насколько я могу судить, для вражды у нас нет никаких причин. Может, попробуем относиться друг к другу более дружелюбно?
- Тогда скажи этой рыжей бестии, чтобы она не доставала меня! – насуплено проговорила Анжела, не глядя ни на меня, ни на Лаки.
- Да кому ты нужна, ящерица! – возмущенно бросила я ей.
Анжела громко фыркнула и стала поправлять меховые куртки, которые она накрыла своим тряпичным плащом.
- И вообще, это моя лежанка! – сердито заявила я. – Я дала ее тебе только на одну ночь! Отдавай обратно!
- На, подавись, жадина! – И Анжела, выхватив из только что старательно застеленной постели одну из курток, бросила ею в меня.
Меня почему-то сразу же захлестнуло чувство стыда, и из-за этого я рассердилась еще больше.
- И вторую тоже! – отчаянно потребовала я, ощущая, как у меня горят уши.
- Вторую мне дала Лаки! Так что отвали!
- Ах, так?! – возмутилась я. – Сама отвали! И вообще, проваливай отсюда, это мой дом!
Анжела, метнув в меня огненный взгляд, открыла рот, но ответить не успела.
- Значит, так! – повысив голос, что случалось крайне редко, произнесла Лаки строго и отчетливо и, встав, оперлась руками на стол. – Сейчас мы все вместе пойдем прогуляемся в лес, и вы обе немного остынете и успокоитесь. Идет?
- Идет! – глухо отозвалась Анжела.
Я сначала хотела отказаться, чтобы не повторять за Анжелой, но, вовремя сообразив, что эти двое могут уйти без меня, и я не узнаю, о чем они будут разговаривать, передумала.
- Идет! – недовольно буркнула я.
- Ну, вот и хорошо! – с улыбкой, но все еще внушительным тоном проговорила Лаки. – Пойдемте.
Мы вышли в кленовую рощу, обогнули холм и, когда нас обступили первые сосны, неспешно зашагали по лесу. Сухая трава и опавшие сосновые иголки приятно щекотали мои босые ноги, и я специально старалась при каждом шаге шуршать погромче.
- А куда мы идем, Лаки? – спросила я.
- Ну, я даже не знаю… - протянула Лаки, не оборачиваясь. Она шла впереди и я не видела ее лица, но по голосу почувствовала, как она расплылась в улыбке. – Пока что мы идем просто так, никуда. Если у тебя есть предложения по поводу того, в какое интересное место мы можем отвести Анжелу, то говори, не стесняйся.
Предложения на этот счет давно уже были в моей голове, и их было много, но я не хотела помогать развлекать Анжелу и поэтому показательно зевнула, сделав вид, что мне все равно.
- Например, можно показать Анжеле твои земляничные поляны, - осторожно проговорила Лаки.
- Ну, уж нет! – прищурилась я. – Если она узнает к ним дорогу, то потом, когда поспеет земляника, она будет тайком пробираться туда по ночам и набивать свой живот!
- Нужна мне твоя земляника! – надменно проговорила Анжела, по-прежнему глядя вперед и даже не повернув ко мне лицо. – И вообще, если не прекратишь выдумывать про меня всякие небылицы…
И в этот миг до моих ушей донесся тот самый звук, который был отлично знаком мне еще с детства и который я никогда и ни с чем не спутаю.
- Замрите! – произнесла я громким шепотом, резко вскинув руку.
Анжела и Лаки тотчас же подчинились, и без лишних вопросов выполнили мой приказ и застыли на месте.
- Что, Майя? – взволнованно прошептала Лаки. – Ты что-то почувствовала?
- Да! – шепотом ответила я. – Не двигайтесь!
А спустя секунду, когда едва слышное шуршание снова прошелестело недалеко от моих ног, я бросилась вниз со всей быстротой, на какую только была теперь способна. Густые зеленые заросли стремительно приблизились к моим глазам, хлестнули по лицу, и рука моя, действуя, словно сама по себе, молнией мелькнула передо мной, зарывшись в низкорослую траву. И через мгновение, с сильно забившимся от радости и волнения сердцем, я почувствовала в своих пальцах мягкое трепыхающееся тельце. Я выпрямилась и с гордой и счастливой улыбкой повернулась к Лаки и Анжеле.
- Вот! – протянула я вперед руку. – Глядите, какая большая!
Лаки рассмеялась, а затем опустилась на траву и с громким стоном повалилась на спину, раскинув руки в стороны.
- Майка! – сказала она, не переставая смеяться. – С тобой с ума можно сойти! Я уж думала, что чужаки объявились, и от страха чуть сознание не потеряла!
- Это что же – ящерица? – удивленно проговорила Анжела, подходя ближе и внимательно рассматривая мою добычу. – Ну, и для чего она тебе? На ней ведь и мяса-то почти нет.
- Мне не нужно ее мясо! – возмутилась я. – Я не ем ящериц!
- А зачем же тогда ты их ловишь? – недоуменно посмотрела на меня Анжела, приподняв брови.
- Потому что они вредные! – объяснила я непонятливой синеглазке. – Всегда дразнятся!
- Неужели? – прищурилась Анжела. – И чем же они тебя дразнят, позволь спросить?
- Тем, что все время шуршат в траве! – ответила я. – А поймать их очень тяжело! И даже если и удается схватить одну за хвост, то только хвост в руке и остается! Но теперь-то все будет по-другому! Я, кажется, поняла, как лучше всего их ловить. Уж теперь-то эти ящерицы у меня за все ответят!
- О! Ну ты просто гроза ящериц! – с ухмылкой сказала Анжела.
- А то! – прищурилась я, довольная тем, что Анжела все же признала мое несравненное умение в охоте на ящериц.
- Если ты все еще не поняла, я сказала это с иронией, - перестав ухмыляться, бросила мне Анжела.
Последнее слово показалось мне смутно знакомым, и через секунду я вспомнила, что оно означало насмешку. Я возмущенно фыркнула и отвернулась.
- А что ты будешь делать с этой ящерицей, Майя? – спросила Лаки. Она приподнялась, обхватила руками колени и поглядела на меня с каким-то загадочным выражением на лице.
- Не знаю! – пожала плечами я. – Я еще не решила! Может быть, посажу в бутылку и поставлю на нижнюю полку шкафа, пусть живет с нами. А что?
- Просто мне тут как раз пришло в голову… - начала Лаки таким вкрадчивым голосом, что мне сразу же захотелось заткнуть уши, потому что ничего хорошего такой тон обычно не предвещал, но руки мои были заняты, и пришлось дослушать. – Наверняка у этой ящерицы остались здесь какие-нибудь свои очень важные дела… Как ты полагаешь?
- Ага, это точно деловая ящерица! – на всякий случай согласилась я, не теряя бдительности, но все еще не понимая, куда она клонит. – Вон, какая она большая!
- Так, может быть, лучше отпустить ее, чтобы она и дальше могла заниматься своими ящеричными делами? – с безмятежной улыбкой посмотрела мне в глаза Лаки.
- Ага, как же! – возразила я, удивляясь ее невероятной наивности. – Подождут ее дела, никуда не денутся!
- Май, - оставив прежний тон и глядя на меня с грустью, проговорила Лаки своим обычным голосом, - у нее могут быть дети – совсем маленькие ящерки, которые не смогут выжить без своей матери.
И я в очередной раз восхитилась про себя Лакиной смекалкой. В отличие от нее, мне бы и в голову никогда не пришло, что у ящерицы могли остаться дети, которые погибнут, если я ее не отпущу, хотя, казалось бы, ничего удивительного в этом предположении не было.
- Если так, то – ладно… – Я с сожалением вздохнула и, в последний раз полюбовавшись на свою деловую ящерицу, бережно опустила ее на землю и разжала пальцы. – Пусть идет по своим делам.
Почувствовав долгожданную свободу, ящерица оттолкнулась лапками от моей ладони и стремительно юркнула в заросли травы.
- Эх ты, Гроза ящериц, - усмехнулась, глядя на меня, Анжела. – Молодец, что отпустила ее.
Я уже хотела ответить ей как-нибудь пообиднее, но, услышав последнюю фразу, передумала.
- Это ты тоже сказала с этой своей иронией? – на всякий случай уточнила я.
- Нет, - ответила Анжела и отвернулась.
Она, как и Лаки, села на траву и откинулась чуть назад, опершись на руки.
- Вы чего здесь расселись? – спросила я.
- Просто… - задумчиво ответила Анжела, глядя на высокие кроны деревьев.
Я тоже поглядела наверх. Деревья в этих местах росли не так густо, как дальше, и поэтому через их ветви было отлично видно безоблачное голубое небо.
От нечего делать, я тоже опустилась на землю рядом с Лаки.
Анжела вдруг потянулась вперед и взяла что-то из травы, укрывая ладонью. Я тут же вскочила на ноги и подбежала посмотреть. Это оказался рогатый жук, не очень большой, но и не маленький.
- Дай поглядеть! – попросила я, протянув ладонь.
- Нет, - сказала Анжела и спрятала жука в кулаке.
Она встала и, дойдя до ближайшего дерева, посадила жука на кору. Жук немного подумал, а потом неторопливо пополз вверх по стволу.
Я хотела было подбежать к дереву и тоже подержать жука в руках, но, перехватив хмурый взгляд Анжелы, которая, видимо, догадывалась о моем намерении, решила этого не делать. Все равно таких рогатых жуков в лесу было полно, и схватить их было проще простого – они никогда не убегали. И даже целый мешок таких жуков не стоил бы и одной крупной ящерицы, вроде той, которую я только что держала в своих руках. Поэтому, бросив последний равнодушный взгляд на взбирающегося на дерево жука, я вернулась к Лаки.
Анжела опустилась на свое прежнее место, украдкой покосилась на нас, и почему-то, как мне показалось, слегка задрала нос.
- О! А ты у нас, выходит, гроза жуков? – тотчас же ухмыльнулась наблюдавшая за ней Лаки. – И как только тебе удалось изловить такого огромного? Должно быть, ты и впрямь выдающийся охотник, ничуть не хуже Грозы ящериц!
- Если будешь много зубоскалить, я и тебе прозвище придумаю! – повернувшись к Лаки и поглядев на нее прищуренными глазами, пообещала Анжела.
- О! И какое же? – с улыбкой спросила Лаки.
Анжела окинула ее долгим пристальным взглядом. Я, затаив дыхание, с нетерпением ждала, какое же прозвище достанется Лаки.
- Не знаю! – наконец буркнула Анжела и отвернулась.
Мне захотелось бросить в нее шишкой, но так как ближайшие сосны росли чуть поодаль, шишек под руками не оказалось, а вставать мне было лень.
- О! – между тем лукаво поглядела на Анжелу Лаки. – Неужели так трудно придумать прозвище такой необыкновенной девушке, как я? Даже обидно как-то!
- Обидно тебе! – рассмеялась Анжела. – Болтай больше, необыкновенная девушка! – В глазах ее вдруг мелькнуло любопытство. – А какие прозвища у тебя были раньше?
- Никаких, - печально улыбнулась Лаки. – То есть, когда я была совсем еще ребенком, мне часто говорили, что у меня золотистые волосы, и называли меня Златовлаской, но это не считается, потому что так меня звали только... – лицо Лаки внезапно потускнело, и она замолчала, а потом с грустью закончила: – В общем, никаких особенных прозвищ у меня и не было. – Она отвернулась и сделала вид, что чешет нос, а на самом деле вытерла глаза. Затем она снова повернула голову к Анжеле и бросила на нее любопытный взгляд. – А какое прозвище ты бы мне дала?
Анжела пожала плечами.
- Прозвища не выдумывают просто так, они сами как-то находятся. Если уж на то пошло, то Майка, вон, горазда выдумывать всякое, вот пусть и придумает тебе прозвище.
Лаки тотчас повернулась ко мне, и я сразу же усердно взялась за дело и по-честному попыталась придумать для нее какое-нибудь подходящее прозвище, но как я ни старалась, в голову мне ничего не приходило. Вернее, приходило, только совсем не то, что нужно. Лаки и Анжела не говорили ни слова, наверное, чтобы не мешать мне, и какое-то время мы сидели молча.
- Не знаю! – в конце концов сердито буркнула я, так ничего и не придумав. – Не получается у меня никакое прозвище для нее придумать! Лаки вся такая красивая и правильная, и чуть ли не светится, прямо как солнце! Поэтому ни одно из прозвищ ей не подходит!
- А может быть, я и есть кусочек солнца, случайно упавший с неба? – важно вздернув нос, проговорила Лаки и, судя по ее лицу, всерьез об этом задумалась.
От такой невероятной наглости я даже не нашлась, что на это ответить. А Анжела насмешливо фыркнула.
- А скромности тебе не занимать, как я погляжу! – сказала она, с прищуром поглядев на Лаки. – Тоже мне – дитя солнца!
- Очень ты мне нужна! – фыркнула я. – Велика важность!
- Вот и не приставай!
- Ну и ладно! Иди уже!
Я тоже встала на ноги, поставила миску на стол и повернулась посмотреть, что делает Лаки. Лаки, как оказалось, сидела на своей лежанке и не делала ничего. Вернее, она с огромным интересом наблюдала за нами.
- Вы уже закончили? – спросила Лаки. – Тогда садитесь за стол, будем завтракать. У нас как раз осталось одно яблоко.
Я вспомнила, что с последнего похода к яблоне мы притащили штук десять яблок, но за весь вчерашний вечер, который мы провели, болтая с Анжелой, мы почти все их сгрызли.
Мы втроем расселись за нашим круглым железным столом, и Лаки разрезала ножом яблоко на три равные части. А потом из одной дольки кончиком лезвия она сделала мордочку барсука и поставила ее передо мной. Положив голову на стол, я немного полюбовалась своим завтраком, и уже хотела разделаться с нахально глядящим на меня барсуком, но тут заметила, что из другой дольки Лаки вырезала какую-то другую мордашку, совсем мне не знакомую, и положила ее перед Анжелой.
- А это кто? – спросила я.
- Енот! – улыбнулась Лаки. – Похоже?
- Похоже! – засмеялась Анжела.
- Я тоже хочу енота! – сказала я, недовольная тем, что Анжеле досталась такая восхитительная штука, которую Лаки никогда еще не делала. – Дай его мне!
Я потянулась к дольке Анжелы, но она быстро схватила свое угощение и, отставив руку далеко в сторону, посмотрела на меня, хищно оскалившись.
- Обойдешься! – заявила мне эта синеглазая ящерица.
- Ах, так?! – возмутилась я.
- Да, именно так!
Мы замолчали, буравя друг дружку настороженным взглядами. Лаки, торопливо поорудовав ножом, положила передо мной свою, третью дольку. Я взяла ее в руку. Это был еще один енот, только уже не такой милый и забавный, как тот, которого заграбастала себе Анжела, потому что второго Лаки вырезала второпях, и мордашка у него получилась совсем не такой выразительной, как у первого.
Я придирчиво поглядела на своего енота, а затем снова перевела взгляд на того, что пребывал в плену Анжелы.
- Чего не ешь? – прищурившись, бросила мне Анжела
- А ты чего не ешь? – тоже прищурилась я.
- Хочу и не ем!
- И я тоже!
- Что – тоже? – насмешливо оскалилась Анжела.
- Хочу и не ем! – объяснила я, поражаясь ее непонятливости.
- Ну и дурочка! – заявила мне эта обнаглевшая ящерица.
- Сама дурочка! – выпалила я и бросилась на нее, горя жаждой мщения.
В пылу схватки оба наших енота разлетелись по полу кто куда и, конечно же, перепачкались.
- Вот мне интересно… - жуя моего барсука, задумчиво проговорила Лаки, когда через минуту, надавав друг дружке тычков и подзатыльников, мы с Анжелой, так и не позавтракав, разошлись по своим лежанкам и сердито отвернулись в разные стороны. – Вы теперь каждый день будете ссориться между собой? Кажется, делить вам нечего, вчера мы уже все обговорили и решили, и, насколько я могу судить, для вражды у нас нет никаких причин. Может, попробуем относиться друг к другу более дружелюбно?
- Тогда скажи этой рыжей бестии, чтобы она не доставала меня! – насуплено проговорила Анжела, не глядя ни на меня, ни на Лаки.
- Да кому ты нужна, ящерица! – возмущенно бросила я ей.
Анжела громко фыркнула и стала поправлять меховые куртки, которые она накрыла своим тряпичным плащом.
- И вообще, это моя лежанка! – сердито заявила я. – Я дала ее тебе только на одну ночь! Отдавай обратно!
- На, подавись, жадина! – И Анжела, выхватив из только что старательно застеленной постели одну из курток, бросила ею в меня.
Меня почему-то сразу же захлестнуло чувство стыда, и из-за этого я рассердилась еще больше.
- И вторую тоже! – отчаянно потребовала я, ощущая, как у меня горят уши.
- Вторую мне дала Лаки! Так что отвали!
- Ах, так?! – возмутилась я. – Сама отвали! И вообще, проваливай отсюда, это мой дом!
Анжела, метнув в меня огненный взгляд, открыла рот, но ответить не успела.
- Значит, так! – повысив голос, что случалось крайне редко, произнесла Лаки строго и отчетливо и, встав, оперлась руками на стол. – Сейчас мы все вместе пойдем прогуляемся в лес, и вы обе немного остынете и успокоитесь. Идет?
- Идет! – глухо отозвалась Анжела.
Я сначала хотела отказаться, чтобы не повторять за Анжелой, но, вовремя сообразив, что эти двое могут уйти без меня, и я не узнаю, о чем они будут разговаривать, передумала.
- Идет! – недовольно буркнула я.
- Ну, вот и хорошо! – с улыбкой, но все еще внушительным тоном проговорила Лаки. – Пойдемте.
Мы вышли в кленовую рощу, обогнули холм и, когда нас обступили первые сосны, неспешно зашагали по лесу. Сухая трава и опавшие сосновые иголки приятно щекотали мои босые ноги, и я специально старалась при каждом шаге шуршать погромче.
- А куда мы идем, Лаки? – спросила я.
- Ну, я даже не знаю… - протянула Лаки, не оборачиваясь. Она шла впереди и я не видела ее лица, но по голосу почувствовала, как она расплылась в улыбке. – Пока что мы идем просто так, никуда. Если у тебя есть предложения по поводу того, в какое интересное место мы можем отвести Анжелу, то говори, не стесняйся.
Предложения на этот счет давно уже были в моей голове, и их было много, но я не хотела помогать развлекать Анжелу и поэтому показательно зевнула, сделав вид, что мне все равно.
- Например, можно показать Анжеле твои земляничные поляны, - осторожно проговорила Лаки.
- Ну, уж нет! – прищурилась я. – Если она узнает к ним дорогу, то потом, когда поспеет земляника, она будет тайком пробираться туда по ночам и набивать свой живот!
- Нужна мне твоя земляника! – надменно проговорила Анжела, по-прежнему глядя вперед и даже не повернув ко мне лицо. – И вообще, если не прекратишь выдумывать про меня всякие небылицы…
И в этот миг до моих ушей донесся тот самый звук, который был отлично знаком мне еще с детства и который я никогда и ни с чем не спутаю.
- Замрите! – произнесла я громким шепотом, резко вскинув руку.
Анжела и Лаки тотчас же подчинились, и без лишних вопросов выполнили мой приказ и застыли на месте.
- Что, Майя? – взволнованно прошептала Лаки. – Ты что-то почувствовала?
- Да! – шепотом ответила я. – Не двигайтесь!
А спустя секунду, когда едва слышное шуршание снова прошелестело недалеко от моих ног, я бросилась вниз со всей быстротой, на какую только была теперь способна. Густые зеленые заросли стремительно приблизились к моим глазам, хлестнули по лицу, и рука моя, действуя, словно сама по себе, молнией мелькнула передо мной, зарывшись в низкорослую траву. И через мгновение, с сильно забившимся от радости и волнения сердцем, я почувствовала в своих пальцах мягкое трепыхающееся тельце. Я выпрямилась и с гордой и счастливой улыбкой повернулась к Лаки и Анжеле.
- Вот! – протянула я вперед руку. – Глядите, какая большая!
Лаки рассмеялась, а затем опустилась на траву и с громким стоном повалилась на спину, раскинув руки в стороны.
- Майка! – сказала она, не переставая смеяться. – С тобой с ума можно сойти! Я уж думала, что чужаки объявились, и от страха чуть сознание не потеряла!
- Это что же – ящерица? – удивленно проговорила Анжела, подходя ближе и внимательно рассматривая мою добычу. – Ну, и для чего она тебе? На ней ведь и мяса-то почти нет.
- Мне не нужно ее мясо! – возмутилась я. – Я не ем ящериц!
- А зачем же тогда ты их ловишь? – недоуменно посмотрела на меня Анжела, приподняв брови.
- Потому что они вредные! – объяснила я непонятливой синеглазке. – Всегда дразнятся!
- Неужели? – прищурилась Анжела. – И чем же они тебя дразнят, позволь спросить?
- Тем, что все время шуршат в траве! – ответила я. – А поймать их очень тяжело! И даже если и удается схватить одну за хвост, то только хвост в руке и остается! Но теперь-то все будет по-другому! Я, кажется, поняла, как лучше всего их ловить. Уж теперь-то эти ящерицы у меня за все ответят!
- О! Ну ты просто гроза ящериц! – с ухмылкой сказала Анжела.
- А то! – прищурилась я, довольная тем, что Анжела все же признала мое несравненное умение в охоте на ящериц.
- Если ты все еще не поняла, я сказала это с иронией, - перестав ухмыляться, бросила мне Анжела.
Последнее слово показалось мне смутно знакомым, и через секунду я вспомнила, что оно означало насмешку. Я возмущенно фыркнула и отвернулась.
- А что ты будешь делать с этой ящерицей, Майя? – спросила Лаки. Она приподнялась, обхватила руками колени и поглядела на меня с каким-то загадочным выражением на лице.
- Не знаю! – пожала плечами я. – Я еще не решила! Может быть, посажу в бутылку и поставлю на нижнюю полку шкафа, пусть живет с нами. А что?
- Просто мне тут как раз пришло в голову… - начала Лаки таким вкрадчивым голосом, что мне сразу же захотелось заткнуть уши, потому что ничего хорошего такой тон обычно не предвещал, но руки мои были заняты, и пришлось дослушать. – Наверняка у этой ящерицы остались здесь какие-нибудь свои очень важные дела… Как ты полагаешь?
- Ага, это точно деловая ящерица! – на всякий случай согласилась я, не теряя бдительности, но все еще не понимая, куда она клонит. – Вон, какая она большая!
- Так, может быть, лучше отпустить ее, чтобы она и дальше могла заниматься своими ящеричными делами? – с безмятежной улыбкой посмотрела мне в глаза Лаки.
- Ага, как же! – возразила я, удивляясь ее невероятной наивности. – Подождут ее дела, никуда не денутся!
- Май, - оставив прежний тон и глядя на меня с грустью, проговорила Лаки своим обычным голосом, - у нее могут быть дети – совсем маленькие ящерки, которые не смогут выжить без своей матери.
И я в очередной раз восхитилась про себя Лакиной смекалкой. В отличие от нее, мне бы и в голову никогда не пришло, что у ящерицы могли остаться дети, которые погибнут, если я ее не отпущу, хотя, казалось бы, ничего удивительного в этом предположении не было.
- Если так, то – ладно… – Я с сожалением вздохнула и, в последний раз полюбовавшись на свою деловую ящерицу, бережно опустила ее на землю и разжала пальцы. – Пусть идет по своим делам.
Почувствовав долгожданную свободу, ящерица оттолкнулась лапками от моей ладони и стремительно юркнула в заросли травы.
- Эх ты, Гроза ящериц, - усмехнулась, глядя на меня, Анжела. – Молодец, что отпустила ее.
Я уже хотела ответить ей как-нибудь пообиднее, но, услышав последнюю фразу, передумала.
- Это ты тоже сказала с этой своей иронией? – на всякий случай уточнила я.
- Нет, - ответила Анжела и отвернулась.
Она, как и Лаки, села на траву и откинулась чуть назад, опершись на руки.
- Вы чего здесь расселись? – спросила я.
- Просто… - задумчиво ответила Анжела, глядя на высокие кроны деревьев.
Я тоже поглядела наверх. Деревья в этих местах росли не так густо, как дальше, и поэтому через их ветви было отлично видно безоблачное голубое небо.
От нечего делать, я тоже опустилась на землю рядом с Лаки.
Анжела вдруг потянулась вперед и взяла что-то из травы, укрывая ладонью. Я тут же вскочила на ноги и подбежала посмотреть. Это оказался рогатый жук, не очень большой, но и не маленький.
- Дай поглядеть! – попросила я, протянув ладонь.
- Нет, - сказала Анжела и спрятала жука в кулаке.
Она встала и, дойдя до ближайшего дерева, посадила жука на кору. Жук немного подумал, а потом неторопливо пополз вверх по стволу.
Я хотела было подбежать к дереву и тоже подержать жука в руках, но, перехватив хмурый взгляд Анжелы, которая, видимо, догадывалась о моем намерении, решила этого не делать. Все равно таких рогатых жуков в лесу было полно, и схватить их было проще простого – они никогда не убегали. И даже целый мешок таких жуков не стоил бы и одной крупной ящерицы, вроде той, которую я только что держала в своих руках. Поэтому, бросив последний равнодушный взгляд на взбирающегося на дерево жука, я вернулась к Лаки.
Анжела опустилась на свое прежнее место, украдкой покосилась на нас, и почему-то, как мне показалось, слегка задрала нос.
- О! А ты у нас, выходит, гроза жуков? – тотчас же ухмыльнулась наблюдавшая за ней Лаки. – И как только тебе удалось изловить такого огромного? Должно быть, ты и впрямь выдающийся охотник, ничуть не хуже Грозы ящериц!
- Если будешь много зубоскалить, я и тебе прозвище придумаю! – повернувшись к Лаки и поглядев на нее прищуренными глазами, пообещала Анжела.
- О! И какое же? – с улыбкой спросила Лаки.
Анжела окинула ее долгим пристальным взглядом. Я, затаив дыхание, с нетерпением ждала, какое же прозвище достанется Лаки.
- Не знаю! – наконец буркнула Анжела и отвернулась.
Мне захотелось бросить в нее шишкой, но так как ближайшие сосны росли чуть поодаль, шишек под руками не оказалось, а вставать мне было лень.
- О! – между тем лукаво поглядела на Анжелу Лаки. – Неужели так трудно придумать прозвище такой необыкновенной девушке, как я? Даже обидно как-то!
- Обидно тебе! – рассмеялась Анжела. – Болтай больше, необыкновенная девушка! – В глазах ее вдруг мелькнуло любопытство. – А какие прозвища у тебя были раньше?
- Никаких, - печально улыбнулась Лаки. – То есть, когда я была совсем еще ребенком, мне часто говорили, что у меня золотистые волосы, и называли меня Златовлаской, но это не считается, потому что так меня звали только... – лицо Лаки внезапно потускнело, и она замолчала, а потом с грустью закончила: – В общем, никаких особенных прозвищ у меня и не было. – Она отвернулась и сделала вид, что чешет нос, а на самом деле вытерла глаза. Затем она снова повернула голову к Анжеле и бросила на нее любопытный взгляд. – А какое прозвище ты бы мне дала?
Анжела пожала плечами.
- Прозвища не выдумывают просто так, они сами как-то находятся. Если уж на то пошло, то Майка, вон, горазда выдумывать всякое, вот пусть и придумает тебе прозвище.
Лаки тотчас повернулась ко мне, и я сразу же усердно взялась за дело и по-честному попыталась придумать для нее какое-нибудь подходящее прозвище, но как я ни старалась, в голову мне ничего не приходило. Вернее, приходило, только совсем не то, что нужно. Лаки и Анжела не говорили ни слова, наверное, чтобы не мешать мне, и какое-то время мы сидели молча.
- Не знаю! – в конце концов сердито буркнула я, так ничего и не придумав. – Не получается у меня никакое прозвище для нее придумать! Лаки вся такая красивая и правильная, и чуть ли не светится, прямо как солнце! Поэтому ни одно из прозвищ ей не подходит!
- А может быть, я и есть кусочек солнца, случайно упавший с неба? – важно вздернув нос, проговорила Лаки и, судя по ее лицу, всерьез об этом задумалась.
От такой невероятной наглости я даже не нашлась, что на это ответить. А Анжела насмешливо фыркнула.
- А скромности тебе не занимать, как я погляжу! – сказала она, с прищуром поглядев на Лаки. – Тоже мне – дитя солнца!
