Я постояла еще чуть-чуть, поглядела, как повариха приправила свой кулинарный шедевр каким-то бурым порошком из банки, и вышла. Теперь мой путь лежал к лестнице в углу, которую я не заметила сразу из-за царившего вокруг полумрака. Ступени справа, видимо, вели на верхние этажи, а слева – спускалась вниз. Скорее всего, то, что было мне нужно, находилось внизу, в подвале, но я не смогла отказать себе в удовольствии прогуляться налегке по этой роскошной, по местным меркам, гостинице, и сначала поднялась на самый верхний, третий этаж.
На третьем этаже прямо от лестницы начинался довольно широкий и длинный коридор, освещенный всего двумя фонарями. В левой стене коридора имелось четыре небольших застекленных окна, выходивших на улицу, а в правой я насчитала шесть дверей. Очевидно, за ними находились жилые комнаты. Я осторожно подергала за ручку одну дверь, затем другую. Третья поддалась и распахнулась с противным скрипом. Глазам моим предстало небольшое помещение, тонущее в темноте. Я разглядела застеленную каким-то тряпьем кровать, грубый стол напротив нее и пару кособоких стульев. Обстановка навевала тоску. Я аккуратно притворила дверь, повернулась и, подойдя к одному из окон, прижалась лбом к холодному стеклу.
За окном была ночь, и крыши ближайших домов терялись в ней, принимая неверные и причудливые очертания. Оставаться здесь дольше было незачем, но какое-то странное чувство внезапно нахлынувшей апатии не отпускало меня, и я простояла так, наверное, еще минут десять, прежде чем нехотя оторвала свой взгляд от неподвижного ночного пейзажа и, вернувшись на лестницу, спустилась вниз, в подвал.
В подвале было довольно прохладно, но совсем не сыро. Видимо, строить здесь все-таки умели. Я почти ощупью забралась в какую-то кладовку с дощатыми стеллажами и множеством полок, плотно притворила за собой дверь, включила самое слабое освещение и приступила к делу. Насобирала всякого барахла я очень даже немало. Во-первых, стараясь не шуметь, я сразу же вытащила из-под стола у дальней стены большой медный котел литров на пятьдесят и положила в него пару плотных шерстяных одеял, каждое из которых, по моим прикидкам, можно было разрезать на три части, чтобы застелить наши кровати. Потом, обнаружив в углу мешки с овощами, я приподняла одеяла и накидала на дно котелка всего понемногу. В рюкзак я наложила всяких жестяных мисок, ложек и кружек, пополам с какими-то бутылками, заполненными, судя по бумажным этикеткам, явно пьянящими напитками. Сначала я не хотела их брать, но потом представила себе напившуюся Ирис и, не в силах побороть искушение, позаимствовала пару штук. Еще я захватила два длинных железных шампура для жарки мяса, а также небольшое ведерко для воды и большой моток тонкой, но прочной бечевки. Еще я хотела взять прислоненную к стене шикарную кочергу, чтобы управляться с огнем, но вес ее превзошел все мои ожидания, а я и так была уже на пределе.
В кладовке было еще очень много всякого барахла, но все это, по большому счету, либо не имело для нас практической ценности, либо с лихвой могло быть компенсировано возможностями моего браслета.
Я обеими руками взялась за дугообразную ручку котла, с усилием подняла его и направилась к выходу.
Ноша получилась довольно приличная. Рюкзак на спине я почти не чувствовала, а вот котел с одеялами и корнеплодами внутри весил килограммов двадцать пять, если не больше, и нести его за ручку было очень неудобно. Тогда я подхватила его снизу, обхватив руками за бока и дело пошло успешнее. Я распространила невидимость и на свой груз и, сопя от напряжения, поднялась обратно на первый этаж, а потом беспрепятственно вышла во двор.
Луну намертво затянуло тучами, из-за чего на улице стояла кромешная тьма, и можно было особо не осторожничать. Вокруг было тихо. Наверное, все уже давно спали, а те немногие, кто не спал, скорее всего, развлекались в таких вот тавернах, накачивая себя алкоголем и всякими другими расслабляющими разум и тело яствами.
Я поудобнее подхватила свою ношу и зашагала к лесу.
В тот момент, когда я миновала последние окраинные дома и забралась в рощу, руки мои уже готовы были отвалиться. Я поставила осточертевший котел на землю и перевела дыхание. Затем я выбрала поблизости самое большое дерево и, вырезав возле него небольшую яму, осторожно опустила туда котелок. Забросав все это дело сверху ветками и листвой, я отметила место тайника на карте браслета и, можно сказать, налегке направилась домой.
Когда я вернулась к замку, солнце уже почти взошло, кое-как пробиваясь своими лучами сквозь густую листву деревьев. Войдя в холл, я сразу увидела Лаки. Она сидела на чурбаке за круглым столом, положив подбородок на руки, но не спала. По-моему, она вообще не спала за все то время, что я отсутствовала. Увидев меня, она улыбнулась и, как мне показалось, облегченно вздохнула.
- Привет, - сказала я и усмехнулась. – Кажется, недавно одна особа выговаривала двум другим за то, что они торчали у входа на самом видном месте.
- Каюсь, - улыбнулась Лаки. – Но, как оказалась, здесь действительно самое лучшее место для того, чтобы кого-то ждать.
- Ты что, совсем не спала? Зачем так себя мучить?
- Ерунда. Так ты… осуществила то, что хотела?
Я уловила скорбные нотки в голосе Лаки.
- Вот только не надо смотреть на меня, как на жесточайшего варвара, - проговорила я, скидывая рюкзак. – Уверена, никто и не заметит, что я заходила к ним в гости. Я нашла много полезного барахла. Котел, ложки, кружки, одеяла… Только котел с одеялами и еще кое-чем я оставила в лесу недалеко от города. Неудобно тащить одной.
- Пойдем, - сказала Лаки, встав из-за стола и направившись к выходу.
Очевидно, она поняла мои слова, как намек, ни на миг не задумавшись о том, что я на такую жестокость по отношению к ней просто не способна.
- Ну, нет! – прищурившись, сказала я и заступила ей дорогу. – Единственное место, куда ты сейчас пойдешь, это кровать.
- Да брось, - мягко сказала Лаки, улыбнувшись. – Я в полном порядке и мне совсем не хочется спать.
Я подошла ближе и обняла ее. Лаки была мягкая, теплая и очень хотела спать.
- Прекращай выпендриваться, - прошептала я ей на ухо. – Никуда ты не пойдешь, ясно? И хватит уже геройствовать.
- А сама-то? – улыбнулась Лаки. Она зевнула и положила голову на мое плечо. – Ты ведь устала, пока ходила туда и обратно. И сейчас хочешь сходить еще раз.
- Да, устала, - согласилась я. – И поэтому мне не нужен еще один уставший и засыпающий на ходу помощник. А без меня никак – только я знаю, где тайник. И только у меня есть браслет. Так что, иди спать.
- Точно? – спросила Лаки и, не удержавшись, опять зевнула и рассмеялась.
- Точно, - сказала я. – Пошли наверх.
- Ну, ладно, - сдалась Лаки, и мы поднялись в нашу комнату.
Все остальные, конечно же, дрыхли. В камине горел несильный огонь – видимо, Лаки поддерживала его, заботясь о том, чтобы в комнате было тепло.
Сначала мне хотелось взять в помощницы Ирис, чтобы поболтать с ней по дороге, но я не стала рисковать своим душевным равновесием и остановила выбор на Анжеле. Та спала, лежа на спине и свесив одну ногу на пол.
Растолкав Энжи, я вкратце объяснила ей, что от нее требуется. Анжела согласно кивнула, встала, натянула сапоги и взяла свой меч. Лаки нерешительно присела на свою кровать.
- Ложись, - приказала я ей. – Если увижу, что ты не спишь, когда вернемся, то получишь у меня, поняла?
- Поняла, но вообще-то, нельзя оставлять дом без охраны, - задумчиво произнесла Лаки. – Кто-то должен подежурить внизу, пока тебя не будет.
Я с ужасом почувствовала, что она говорит серьезно.
- Да кто сюда придет? Нас не будет всего-то часа четыре! – теряя терпение, воскликнула я. – Хорошо, я буду часто поглядывать сканером в вашу сторону на всякий случай, идет? А скоро еще эти две подруги проснутся, - я кивнула на дрыхнущих Ирис и Майку, - вот и пусть караулят. А теперь – ложись. Быстро!
- Ну, хорошо, - кивнула Лаки. Она легла, положила руку под щеку и тепло на нас посмотрела. – Удачи вам.
- Спасибо, - улыбнулась ей в ответ Анжела. – Тебе не холодно? Может, подбросить дров?
- Идите уже! – засмеялась Лаки.
Мы спустились вниз, и вышли из замка.
- Прости, что разбудила, - сказала я, когда ветви деревьев сомкнулись над нашими головами, - но лучше обстряпать это дельце пораньше. А то кто-нибудь может напороться на тайник.
- Да ничего, - со смехом отозвалась Анжела. – Все равно ведь уже утро. Да и что дома сидеть? Скучно же. А так хоть разомнусь. Да и прогуляться по лесу перед завтраком всегда приятно.
- Ладно, ладно, - я, прищурившись, посмотрела на нее и улыбнулась. – Хватит уже придумывать мне оправдания. В общем, спасибо.
Рот Анжелы растянулся до ушей в обворожительной улыбке, обнажив ровные белые зубы.
- А ты не так уж проста, - ехидно сказала она. – Догадливая.
- Ну да, не дура вроде бы, - ответила я и засмеялась, заставив рассмеяться и Анжелу.
Я перешла на легкий бег, и Анжела, отстав на пару шагов, последовала за мной.
Утренний лес был свеж и бодр и очень приветлив. Он встречал нас щебетанием птиц, шелестом листвы и запахом сосновой хвои.
Надо как-нибудь вытащить Ирис погулять здесь до наступления холодов, подумала я. Порасспрашивать ее про Мака, да и вообще… Она единственная, рядом с кем я ощущаю хоть какую-то связь с моим родным миром. Ах, как хорошо было путешествовать на глиссере – сколько бы миров ты не оставил за спиной, всегда можно было вернуться, стоило лишь отдать команду. Эх… И все-таки, хорошо, что сейчас со мной именно Анжела. Конечно, риск напороться на кого-нибудь в лесу – минимален, да и к тому же у меня есть сканер, который предупредит о приближении человека или зверя за километр и даже больше, если надо. Да и вообще, на худой конец в браслете есть дезинтегратор, которому все равно, человек ты или дикий медведь, или дерево, или скала, но… Я чувствую, что если случится что-нибудь непредвиденное, Ирис, лишенная своей силы, на которую привыкла опираться всю свою жизнь, может просто растеряться, или же, наоборот, сделает что-то необдуманное и в спешке выкинет какую-нибудь неосторожную глупость. И в таком случае всегда остается хоть и минимальный и стремящийся к нулю, но все-таки шанс, что я со всеми своими навыками не смогу ей помочь. Да, признаться, и от навыков моих осталось не очень много – еле дотащила до окраины города котелок с вещами. Смешно!.. Да и реакция уже совсем не та, и органы чувств… Тоже мне – Платиновый Хранитель. Вот тебе и замыкание хромосом, воздействие которого, очевидно, каким-то образом привязано к сингулярности нашей вселенной…
Я остановилась. Какие-то разрозненные, но важные мысли закопошились в моей бестолковой голове. Я закусила губу и попыталась разобраться в них. Если сила Ирис со временем должна восстановиться, а Ирис это абсолют, то есть, теоретически, следующая ступень эволюции сверхчеловека, то… Возможно, и мои способности тоже когда-нибудь вернутся в этом мире. А вдруг они вернутся совсем скоро? Или же нет?.. Принцип-то восстановления, наверное, один и тот же. Хотя, что мы знаем о принципах действия, если речь идет об абсолюте?..
Анжела, увидев, что я столбом застыла на месте, тут же пригнулась, взявшись за рукоять меча за спиной, и быстро огляделась вокруг, хищно высматривая среди деревьев возможную угрозу.
Да, Анжела – это тебе не Ирис. Когда она рядом, можно, наверное, даже браслет отключить – она и без дезинтегратора разберется с кем угодно, как мне кажется. Да это и неудивительно – веселая, наверное, была у нее жизнь до того, как она пришла к озеру после зимы. Чего только стоит ее первая встреча с Лаки и Майкой…
- Расслабься, Энжи, - усмехнулась я. – Я просто задумалась о всякой ерунде. Если кто-то окажется недалеко от нас, браслет предупредит. На сколько он тут поставлен?.. – Я залезла в настройки сканера. Расстояние предупреждения было выставлено на один километр. – В общем, за две тысячи шагов. Так что можно идти спокойно, вокруг нас никого нет.
- Ну ладно, - улыбнулась Анжела, пожав плечами. – Тогда можно не беспокоиться, наверное. Пошли дальше?
- Пошли, - кивнула я и зашагала рядом с ней.
Анжела шла легко и быстро, своей привычной уверенной походкой, выдерживая шикарную осанку и повесив на лицо довольную мину. А может быть, она действительно была рада пройтись со мной по свежему воздуху. Или была рада оттого, что вот, кому-то потребовалась помощь, и для этого выбрали именно ее. Я почувствовала, что попала в точку. Видимо, Анжела очень любит помогать другим. Хотя, Лаки, например, тоже любит. Только Лаки делает это потому, что, справедливо видя в себе гениального организатора, считает себя ответственной за всех и вся. А вот Энжи… Даже не знаю, как сказать. За те дни, что я провела рядом с ней, у меня сложилось впечатление, что Анжела постоянно испытывает какое-то почти незаметное для постороннего взгляда чувство вины. И многие ее действия вполне могут выглядеть так, словно она извиняется за что-то. Иногда это едва заметно проявляется в ее взгляде, голосе, словах… Быть может, она до сих пор не может простить себе события той ночи, когда она едва не убила Майку и Лаки?.. Сомнительно. Лаки с Майкой дулись на нее за это день или два, не больше. Да и, в конце концов, драка есть драка. Она в тот раз тоже хорошо получила от них. А потом еще и спасла их от верной смерти, с лихвой искупив свое поведение, которое, по большому счету, было основано лишь на невежестве, но никак не на злобе и ненависти. Нет, тут что-то другое. Вероятно, что-то более важное и спрятанное гораздо глубже. Что ж, попытка – не пытка.
- Слушай, Анжела… - проговорила я, замявшись.
- Что? – Анжела посмотрела на меня и, видя мою нерешительность, чуть приподняла свои роскошные брови. – Да ладно тебе, скажи!
Я почувствовала теплые дружеские нотки в ее голосе и решилась.
- Не хочу лезть не в свое дело, но почему ты всегда такая скрытная? Почему ты никогда не рассказывала Майке и Лаки о своем прошлом, о детстве? Оно было слишком тяжелым?.. Можешь не отвечать, если не хочешь, я пойму.
Анжела тяжело и, как мне показалось, взволнованно вздохнула.
- Прости, - сказала я, уже жалея, что начала этот разговор.
- Да нет, ничего, - сказала Анжела, невесело усмехнувшись. – Просто, там действительно все очень плохо. Видишь ли… - Она на минуту задумалась, видимо, не зная, с чего начать. – И у Майки, и у Лаки были родители, была семья... Жаль, конечно, что они обе потеряли всех еще в детстве. А я была сиротой с рождения. Я… Я расскажу тебе. Только не говори больше никому, ладно?
- Может, лучше не надо? – Меня начала терзать совесть за то, что я разбередила в душе Энжи старые раны. Я с сочувствием посмотрела на нее. – Я никому не расскажу, но вполне возможно, что мне придется передать свою память еще кому-нибудь из нас, и тогда этот человек узнает то, что ты мне сейчас скажешь.
- Ну, значит, так тому и быть, - сказала Анжела. – Просто мне действительно всегда хотелось хоть с кем-то поделиться. Но рассказывать об этом Лаки или Майке было стыдно и страшно.
На третьем этаже прямо от лестницы начинался довольно широкий и длинный коридор, освещенный всего двумя фонарями. В левой стене коридора имелось четыре небольших застекленных окна, выходивших на улицу, а в правой я насчитала шесть дверей. Очевидно, за ними находились жилые комнаты. Я осторожно подергала за ручку одну дверь, затем другую. Третья поддалась и распахнулась с противным скрипом. Глазам моим предстало небольшое помещение, тонущее в темноте. Я разглядела застеленную каким-то тряпьем кровать, грубый стол напротив нее и пару кособоких стульев. Обстановка навевала тоску. Я аккуратно притворила дверь, повернулась и, подойдя к одному из окон, прижалась лбом к холодному стеклу.
За окном была ночь, и крыши ближайших домов терялись в ней, принимая неверные и причудливые очертания. Оставаться здесь дольше было незачем, но какое-то странное чувство внезапно нахлынувшей апатии не отпускало меня, и я простояла так, наверное, еще минут десять, прежде чем нехотя оторвала свой взгляд от неподвижного ночного пейзажа и, вернувшись на лестницу, спустилась вниз, в подвал.
В подвале было довольно прохладно, но совсем не сыро. Видимо, строить здесь все-таки умели. Я почти ощупью забралась в какую-то кладовку с дощатыми стеллажами и множеством полок, плотно притворила за собой дверь, включила самое слабое освещение и приступила к делу. Насобирала всякого барахла я очень даже немало. Во-первых, стараясь не шуметь, я сразу же вытащила из-под стола у дальней стены большой медный котел литров на пятьдесят и положила в него пару плотных шерстяных одеял, каждое из которых, по моим прикидкам, можно было разрезать на три части, чтобы застелить наши кровати. Потом, обнаружив в углу мешки с овощами, я приподняла одеяла и накидала на дно котелка всего понемногу. В рюкзак я наложила всяких жестяных мисок, ложек и кружек, пополам с какими-то бутылками, заполненными, судя по бумажным этикеткам, явно пьянящими напитками. Сначала я не хотела их брать, но потом представила себе напившуюся Ирис и, не в силах побороть искушение, позаимствовала пару штук. Еще я захватила два длинных железных шампура для жарки мяса, а также небольшое ведерко для воды и большой моток тонкой, но прочной бечевки. Еще я хотела взять прислоненную к стене шикарную кочергу, чтобы управляться с огнем, но вес ее превзошел все мои ожидания, а я и так была уже на пределе.
В кладовке было еще очень много всякого барахла, но все это, по большому счету, либо не имело для нас практической ценности, либо с лихвой могло быть компенсировано возможностями моего браслета.
Я обеими руками взялась за дугообразную ручку котла, с усилием подняла его и направилась к выходу.
Ноша получилась довольно приличная. Рюкзак на спине я почти не чувствовала, а вот котел с одеялами и корнеплодами внутри весил килограммов двадцать пять, если не больше, и нести его за ручку было очень неудобно. Тогда я подхватила его снизу, обхватив руками за бока и дело пошло успешнее. Я распространила невидимость и на свой груз и, сопя от напряжения, поднялась обратно на первый этаж, а потом беспрепятственно вышла во двор.
Луну намертво затянуло тучами, из-за чего на улице стояла кромешная тьма, и можно было особо не осторожничать. Вокруг было тихо. Наверное, все уже давно спали, а те немногие, кто не спал, скорее всего, развлекались в таких вот тавернах, накачивая себя алкоголем и всякими другими расслабляющими разум и тело яствами.
Я поудобнее подхватила свою ношу и зашагала к лесу.
В тот момент, когда я миновала последние окраинные дома и забралась в рощу, руки мои уже готовы были отвалиться. Я поставила осточертевший котел на землю и перевела дыхание. Затем я выбрала поблизости самое большое дерево и, вырезав возле него небольшую яму, осторожно опустила туда котелок. Забросав все это дело сверху ветками и листвой, я отметила место тайника на карте браслета и, можно сказать, налегке направилась домой.
Когда я вернулась к замку, солнце уже почти взошло, кое-как пробиваясь своими лучами сквозь густую листву деревьев. Войдя в холл, я сразу увидела Лаки. Она сидела на чурбаке за круглым столом, положив подбородок на руки, но не спала. По-моему, она вообще не спала за все то время, что я отсутствовала. Увидев меня, она улыбнулась и, как мне показалось, облегченно вздохнула.
- Привет, - сказала я и усмехнулась. – Кажется, недавно одна особа выговаривала двум другим за то, что они торчали у входа на самом видном месте.
- Каюсь, - улыбнулась Лаки. – Но, как оказалась, здесь действительно самое лучшее место для того, чтобы кого-то ждать.
- Ты что, совсем не спала? Зачем так себя мучить?
- Ерунда. Так ты… осуществила то, что хотела?
Я уловила скорбные нотки в голосе Лаки.
- Вот только не надо смотреть на меня, как на жесточайшего варвара, - проговорила я, скидывая рюкзак. – Уверена, никто и не заметит, что я заходила к ним в гости. Я нашла много полезного барахла. Котел, ложки, кружки, одеяла… Только котел с одеялами и еще кое-чем я оставила в лесу недалеко от города. Неудобно тащить одной.
- Пойдем, - сказала Лаки, встав из-за стола и направившись к выходу.
Очевидно, она поняла мои слова, как намек, ни на миг не задумавшись о том, что я на такую жестокость по отношению к ней просто не способна.
- Ну, нет! – прищурившись, сказала я и заступила ей дорогу. – Единственное место, куда ты сейчас пойдешь, это кровать.
- Да брось, - мягко сказала Лаки, улыбнувшись. – Я в полном порядке и мне совсем не хочется спать.
Я подошла ближе и обняла ее. Лаки была мягкая, теплая и очень хотела спать.
- Прекращай выпендриваться, - прошептала я ей на ухо. – Никуда ты не пойдешь, ясно? И хватит уже геройствовать.
- А сама-то? – улыбнулась Лаки. Она зевнула и положила голову на мое плечо. – Ты ведь устала, пока ходила туда и обратно. И сейчас хочешь сходить еще раз.
- Да, устала, - согласилась я. – И поэтому мне не нужен еще один уставший и засыпающий на ходу помощник. А без меня никак – только я знаю, где тайник. И только у меня есть браслет. Так что, иди спать.
- Точно? – спросила Лаки и, не удержавшись, опять зевнула и рассмеялась.
- Точно, - сказала я. – Пошли наверх.
- Ну, ладно, - сдалась Лаки, и мы поднялись в нашу комнату.
Все остальные, конечно же, дрыхли. В камине горел несильный огонь – видимо, Лаки поддерживала его, заботясь о том, чтобы в комнате было тепло.
Сначала мне хотелось взять в помощницы Ирис, чтобы поболтать с ней по дороге, но я не стала рисковать своим душевным равновесием и остановила выбор на Анжеле. Та спала, лежа на спине и свесив одну ногу на пол.
Растолкав Энжи, я вкратце объяснила ей, что от нее требуется. Анжела согласно кивнула, встала, натянула сапоги и взяла свой меч. Лаки нерешительно присела на свою кровать.
- Ложись, - приказала я ей. – Если увижу, что ты не спишь, когда вернемся, то получишь у меня, поняла?
- Поняла, но вообще-то, нельзя оставлять дом без охраны, - задумчиво произнесла Лаки. – Кто-то должен подежурить внизу, пока тебя не будет.
Я с ужасом почувствовала, что она говорит серьезно.
- Да кто сюда придет? Нас не будет всего-то часа четыре! – теряя терпение, воскликнула я. – Хорошо, я буду часто поглядывать сканером в вашу сторону на всякий случай, идет? А скоро еще эти две подруги проснутся, - я кивнула на дрыхнущих Ирис и Майку, - вот и пусть караулят. А теперь – ложись. Быстро!
- Ну, хорошо, - кивнула Лаки. Она легла, положила руку под щеку и тепло на нас посмотрела. – Удачи вам.
- Спасибо, - улыбнулась ей в ответ Анжела. – Тебе не холодно? Может, подбросить дров?
- Идите уже! – засмеялась Лаки.
Мы спустились вниз, и вышли из замка.
- Прости, что разбудила, - сказала я, когда ветви деревьев сомкнулись над нашими головами, - но лучше обстряпать это дельце пораньше. А то кто-нибудь может напороться на тайник.
- Да ничего, - со смехом отозвалась Анжела. – Все равно ведь уже утро. Да и что дома сидеть? Скучно же. А так хоть разомнусь. Да и прогуляться по лесу перед завтраком всегда приятно.
- Ладно, ладно, - я, прищурившись, посмотрела на нее и улыбнулась. – Хватит уже придумывать мне оправдания. В общем, спасибо.
Рот Анжелы растянулся до ушей в обворожительной улыбке, обнажив ровные белые зубы.
- А ты не так уж проста, - ехидно сказала она. – Догадливая.
- Ну да, не дура вроде бы, - ответила я и засмеялась, заставив рассмеяться и Анжелу.
Я перешла на легкий бег, и Анжела, отстав на пару шагов, последовала за мной.
Утренний лес был свеж и бодр и очень приветлив. Он встречал нас щебетанием птиц, шелестом листвы и запахом сосновой хвои.
Надо как-нибудь вытащить Ирис погулять здесь до наступления холодов, подумала я. Порасспрашивать ее про Мака, да и вообще… Она единственная, рядом с кем я ощущаю хоть какую-то связь с моим родным миром. Ах, как хорошо было путешествовать на глиссере – сколько бы миров ты не оставил за спиной, всегда можно было вернуться, стоило лишь отдать команду. Эх… И все-таки, хорошо, что сейчас со мной именно Анжела. Конечно, риск напороться на кого-нибудь в лесу – минимален, да и к тому же у меня есть сканер, который предупредит о приближении человека или зверя за километр и даже больше, если надо. Да и вообще, на худой конец в браслете есть дезинтегратор, которому все равно, человек ты или дикий медведь, или дерево, или скала, но… Я чувствую, что если случится что-нибудь непредвиденное, Ирис, лишенная своей силы, на которую привыкла опираться всю свою жизнь, может просто растеряться, или же, наоборот, сделает что-то необдуманное и в спешке выкинет какую-нибудь неосторожную глупость. И в таком случае всегда остается хоть и минимальный и стремящийся к нулю, но все-таки шанс, что я со всеми своими навыками не смогу ей помочь. Да, признаться, и от навыков моих осталось не очень много – еле дотащила до окраины города котелок с вещами. Смешно!.. Да и реакция уже совсем не та, и органы чувств… Тоже мне – Платиновый Хранитель. Вот тебе и замыкание хромосом, воздействие которого, очевидно, каким-то образом привязано к сингулярности нашей вселенной…
Я остановилась. Какие-то разрозненные, но важные мысли закопошились в моей бестолковой голове. Я закусила губу и попыталась разобраться в них. Если сила Ирис со временем должна восстановиться, а Ирис это абсолют, то есть, теоретически, следующая ступень эволюции сверхчеловека, то… Возможно, и мои способности тоже когда-нибудь вернутся в этом мире. А вдруг они вернутся совсем скоро? Или же нет?.. Принцип-то восстановления, наверное, один и тот же. Хотя, что мы знаем о принципах действия, если речь идет об абсолюте?..
Анжела, увидев, что я столбом застыла на месте, тут же пригнулась, взявшись за рукоять меча за спиной, и быстро огляделась вокруг, хищно высматривая среди деревьев возможную угрозу.
Да, Анжела – это тебе не Ирис. Когда она рядом, можно, наверное, даже браслет отключить – она и без дезинтегратора разберется с кем угодно, как мне кажется. Да это и неудивительно – веселая, наверное, была у нее жизнь до того, как она пришла к озеру после зимы. Чего только стоит ее первая встреча с Лаки и Майкой…
- Расслабься, Энжи, - усмехнулась я. – Я просто задумалась о всякой ерунде. Если кто-то окажется недалеко от нас, браслет предупредит. На сколько он тут поставлен?.. – Я залезла в настройки сканера. Расстояние предупреждения было выставлено на один километр. – В общем, за две тысячи шагов. Так что можно идти спокойно, вокруг нас никого нет.
- Ну ладно, - улыбнулась Анжела, пожав плечами. – Тогда можно не беспокоиться, наверное. Пошли дальше?
- Пошли, - кивнула я и зашагала рядом с ней.
Анжела шла легко и быстро, своей привычной уверенной походкой, выдерживая шикарную осанку и повесив на лицо довольную мину. А может быть, она действительно была рада пройтись со мной по свежему воздуху. Или была рада оттого, что вот, кому-то потребовалась помощь, и для этого выбрали именно ее. Я почувствовала, что попала в точку. Видимо, Анжела очень любит помогать другим. Хотя, Лаки, например, тоже любит. Только Лаки делает это потому, что, справедливо видя в себе гениального организатора, считает себя ответственной за всех и вся. А вот Энжи… Даже не знаю, как сказать. За те дни, что я провела рядом с ней, у меня сложилось впечатление, что Анжела постоянно испытывает какое-то почти незаметное для постороннего взгляда чувство вины. И многие ее действия вполне могут выглядеть так, словно она извиняется за что-то. Иногда это едва заметно проявляется в ее взгляде, голосе, словах… Быть может, она до сих пор не может простить себе события той ночи, когда она едва не убила Майку и Лаки?.. Сомнительно. Лаки с Майкой дулись на нее за это день или два, не больше. Да и, в конце концов, драка есть драка. Она в тот раз тоже хорошо получила от них. А потом еще и спасла их от верной смерти, с лихвой искупив свое поведение, которое, по большому счету, было основано лишь на невежестве, но никак не на злобе и ненависти. Нет, тут что-то другое. Вероятно, что-то более важное и спрятанное гораздо глубже. Что ж, попытка – не пытка.
- Слушай, Анжела… - проговорила я, замявшись.
- Что? – Анжела посмотрела на меня и, видя мою нерешительность, чуть приподняла свои роскошные брови. – Да ладно тебе, скажи!
Я почувствовала теплые дружеские нотки в ее голосе и решилась.
- Не хочу лезть не в свое дело, но почему ты всегда такая скрытная? Почему ты никогда не рассказывала Майке и Лаки о своем прошлом, о детстве? Оно было слишком тяжелым?.. Можешь не отвечать, если не хочешь, я пойму.
Анжела тяжело и, как мне показалось, взволнованно вздохнула.
- Прости, - сказала я, уже жалея, что начала этот разговор.
- Да нет, ничего, - сказала Анжела, невесело усмехнувшись. – Просто, там действительно все очень плохо. Видишь ли… - Она на минуту задумалась, видимо, не зная, с чего начать. – И у Майки, и у Лаки были родители, была семья... Жаль, конечно, что они обе потеряли всех еще в детстве. А я была сиротой с рождения. Я… Я расскажу тебе. Только не говори больше никому, ладно?
- Может, лучше не надо? – Меня начала терзать совесть за то, что я разбередила в душе Энжи старые раны. Я с сочувствием посмотрела на нее. – Я никому не расскажу, но вполне возможно, что мне придется передать свою память еще кому-нибудь из нас, и тогда этот человек узнает то, что ты мне сейчас скажешь.
- Ну, значит, так тому и быть, - сказала Анжела. – Просто мне действительно всегда хотелось хоть с кем-то поделиться. Но рассказывать об этом Лаки или Майке было стыдно и страшно.
