Настоящие морозы ещё не пришли, а такая погода мне нравится. Сейчас было бы здорово бегать по лесу, выслеживать зверя, – задумчиво покивал своим мыслям мужчина. Мы шли по пустому притихшему городу, и я радовалась, что сейчас не одна.
– А… Простите, я не знаю, как спросить. Вы зачем за мной следите?
И как спросить, по просьбе ли Веларда за мной присматривают, быть может, он хотел узнать, как у меня дела? Сердце на глупую девичью мысль отозвалось знакомой тоской. Казалось странным, что такой занятой и важный мужчина, как вожак с чёрным взглядом, может обо мне столько времени помнить. Скорей уж адальфины по-прежнему считали меня воровкой и ждали момента, когда оступлюсь. Украдкой взглянула на шагавшего рядом оборотня. Он не выглядел настороженным, напротив, казалось, что он просто вышел подышать свежим воздухом.
– Можно встречный вопрос? – полюбопытствовал мужчина.
– Хорошо, – вздохнула я, решив, что ответ так и не получу.
– Сколько тебе лет?
– Семнадцать, – ответила, не понимая, к чему это.
– Эдельвульфы до пятидесяти, а полукровки до двадцати пяти лет считаются кутятами, и взрослые обязаны за ними присматривать и целиком за них отвечают, – так, словно это всё объясняло, произнёс Кирин. – Белый лекарь предупредил, что ты хотела самостоятельности, потому мы не вмешивались, но это всё же неправильно, на мой взгляд. Понимаю, что ты росла в другом месте и по другим законам, и пусть для человека твой возраст может считаться достаточно взрослым. Но Велард принял тебя в стаю, Леон подтвердил, и ты для нас такая же подопечная, как наши щенки или, к примеру, та же Ника. Пока не выдадим вас обеих замуж за надёжного волка, прости, человека, будем присматривать. Вот Нике только двадцать два, и я уже устал гонять от неё кавалеров. И ладно бы замуж кто-нибудь звал, так нет же, в головах одни поцелуи под луной. Представляешь, вчера один городской парнишка её среди ночи гулять позвал. И ладно Ника, она покрепче, ей и погода нипочём, а вот кавалер чуть уши не отморозил. Пришлось Леону его настойками отпаивать, прежде чем домой отпустили.
Я шла и улыбалась. Как же, оказывается, не хватало мне новостей о стае! И почему-то стало незначительным и неважным отношение ко мне отдельных адальфин. К Нике я успела привязаться, и Кирину была искренне рада. Подумалось, что Леон временами вёл себя странно, то отстранённо-холодно, как лорд к простолюдинке, то открыто и добродушно, как брат. А Веларда я так и не смогла понять. Спросить про высших я не решилась, но Кирин сам завёл о них речь.
– С тех пор, как ты ушла, Велард рычит на всех, а Леон стал ещё больше на ледышку похож. Это прозвучит странно, но ты не думала вернуться?
Это выглядело так, словно перемены вожака и лекаря связаны со мной. Кирин спрашивал серьёзно, смотрел, ожидая ответ.
– Н-не думаю, эдельвульф Кирин, – покачала я головой. – Во мне всё же нет вашей крови, по-хорошему, мне нет места в стае. Я принадлежу к людям.
– Как знаешь, – с непонятной интонацией произнёс мужчина. Мы остановились у порога дома госпожи Доры. – Иди в тепло, застудишься.
– Эдельвульф Кирин, можно вас попросить, – решилась я. Когда ещё в следующий раз я встречу кого-то из стаи? Я ведь теперь с утра до вечера на работе. Праздник Перелома Зимы совсем скоро, да и, если Кирин говорит, что будет и дальше холодать, мой подарок придётся кстати уже сейчас.
– Ну, попроси, – добродушно хмыкнул мужчина, видя моё смущение.
– А вы не могли бы кое-что передать для Веларда?
Сказать, что Кирин удивился, было бы мало. Брови взметнулись вверх, глаза забавно округлились. Кажется, я опять делаю что-то не то.
– Если ты хочешь, конечно, передам. А почему бы тебе самой не приехать и не отдать? – осторожно уточнил мужчина.
– Понимаете, я вязание только закончила, и как раз устроилась на подработку, мне сейчас ну совсем некогда. Извините, что вас напрягаю...
– Да о чём ты говоришь, никаких трудностей. Говоришь, только закончила? Сама делала? Велард будет счастлив, – как-то по-особому, задумчиво улыбнулся Кирин. У меня же внутри словно птицы запели. Велард будет рад подарку! Раз Кирин так говорит, ему точно должно понравиться! Кирин отказался заходить, и я, попросив его подождать, бегом поднялась в комнату.
– Только заверни во что-нибудь, – донеслось мне вслед. Я же задумалась. Как бы так упаковать шарф, чтобы Кирин к нему не прикоснулся и на нём не осталось бы его запаха? Леон и Ника объясняли, кто кроме изготовителя коснётся вещи, тому она и будет принадлежать. Оборотни на вещах терпят только запах того, кто эту вещь сделал, и никогда не примут подарка, сделанного руками того, кто им неприятен.
– Девочка, это ты? Вернулась? Как всё прошло? – из гостиной послышался голос хозяйки.
– Госпожа Дора, я на минуточку. Сейчас приду и непременно вам всё расскажу! – отозвалась я, заворачивая шарф в отрез ткани. Покупала на полотенца госпоже Доре к празднику, но ничего, куплю ещё. Сверху замотала шнурком, сделала петлю, чтобы удобнее было нести. Ну почему я заранее не подумала упаковать! Теперь вот Кирин стоит внизу и мёрзнет. Улыбнулась, представив, как шарф будет смотреться на Веларде. Я его специально сделала широким и пушистым, чтобы на могучих плечах он казался уместен и не выглядел бы игрушечным, детским. Жаль, что я сама этого не увижу. Бегом спустилась по лестнице, вышла на крыльцо, прижимая подарок к груди.
– Вот, эдельвульф Кирин. Спасибо вам! Передайте, пожалуйста, эдельвульфу Веларду мою благодарность за заботу, я очень ценю, что вы приняли меня в клан.
– Да ладно тебе, будет. Сама ему потом и передашь. Увидимся ещё. Всё, иди, не мёрзни! Ишь, выскочила без пальто.
Мягко пожурив меня и проследив, чтобы я вернулась в тепло, Кирин неспешно пошёл прочь. Погода, похоже, и впрямь ему была нипочём. Я помахала ему рукой в окошко прихожей и, когда серый силуэт поглотила ночная темнота, пошла в гостиную к госпоже Доре. Я обещала ей рассказать, удалось ли устроиться на подработку.
Велард
Кажется, скоро в моём кабинете будет вытоптана дорожка от окна к двери. Я просто не мог усидеть на месте, шагами отсчитывая минуты до возвращения Кирина. Почему так долго сегодня? Всё ли в порядке с Виленой? Великий вождь, ну почему эта упрямая девчонка решила от нас уехать, сбежала от меня? Не видеть её, не ощущать её запах в замке оказалось ещё сложнее, чем сдерживать себя, пока она была здесь. Тогда у меня хотя бы была надежда, а сейчас я словно жил в беспросветном сером тумане. Запахи, вкусы, прежние интересы – всё подёрнулось пеленой и перестало волновать.
За окном давно стемнело, колючие звёзды выглянули из-за облаков, весь день застилавших небо. Скоро похолодает. Интересно, как там Вилена?
Наконец, на дороге померещилось движение. Неспешно, прогулочным шагом этот невыносимый серый эдельвульф шагал к замку. Грррр! Он издевается надо мной! Поррву!
Я оказался на первом этаже раньше, чем сообразил, что творю. Дверь распахнулась, впуская запах леса, дровяной кучи и сена со двора, трескучий аромат приближающихся холодов.
– Ну что? – еле сдерживая себя, прорычал с лестницы. Один Леон знал, каких усилий и скольких бутылок успокаивающих настоек мне стоило моё нынешнее состояние. Знать, что кто-то другой видит её каждый день и не иметь возможности быть рядом самому…
– Всё хорошо. Она устроилась на подработку, вечерами теперь будет в таверне на другом конце города, я проводил её до дверей, – отозвался Кирин. Я же стоял, вцепившись в поручень лестницы, и чувствовал, как мышцы наливаются силой. Я дрожал. От Кирина шёл невозможный, невыносимый в своей притягательности запах… Её запах.
– Ты подходил к ней, – хрипло констатировал я. – Был уговор, что до совершеннолетия мы оставим её в покое, никакого вмешательства.
– Знаю. Она сама позвала, боялась идти по темноте, – отозвался Кирин. Он не уходил, не избегал меня, как последние недели. Чувствуя, что бета темнит, я зарычал. Кирин, наконец, перестал с загадочным видом ухмыляться, отступил к дверям, но быстро взял себя в руки и посмотрел уже серьёзно.
– Она передала для тебя подарок и просила на словах отблагодарить за заботу.
На деревянную скамью у входа лёг свёрток. Кирин коротко поклонился и, опустив взгляд, отошёл к дальней стене. На негнущихся ногах я спустился вниз. Да, я учуял Вилену из-за этого свёртка, на Кирине, как я боялся, её запаха нет. Зверь внутри удовлетворённо заворчал, соглашаясь, что сегодня серого бету мы убивать не будем. Шикнув на вторую суть, я коснулся ткани, и только тут пришло понимание.
Она. Для меня. Передала подарок.
Никогда в жизни я не чувствовал ничего подобного. Словно сам Великий Вождь пожал мне лапу, словно он поблагодарил меня за всё, что я сделал в жизни. Присутствие других оборотней раздражало, я чуял, что кроме Кирина ещё двое шли по коридору. Нет, я не мог открыть подарок при них. Бросив Кирину что-то благодарственное, подхватил свёрток и направился к себе. На ходу потёрся плечом о косяк кабинета, оставляя метку, чтобы не беспокоили. Наконец, замер у стола. Одним движением осторожно вспорол когтем бечёвку, верхний слой ткани в моих лапах разлезся на куски. Пришлось остановиться и сделать несколько глубоких вдохов, спрятать когти. Уже более осторожно вытащил из-под рваной тряпки нечто. Чёрная вязаная полоса мягко легла в руки. Я прижал подарок к лицу, вдохнул аромат… Вилена сама его делала. Я огладил шерстяную ткань, накинул на шею и рассмеялся. Великий Вождь, благодарю за всё! Она обо мне помнит. Она обо мне думает. Она своими руками сделала мне подарок. О большем и мечтать нельзя! Я смеялся, чувствуя, как отступает беспросветный серый туман. Я дурак. Не нужно было её отпускать.
Дверь кабинета распахнулась, и Леон беспардонно ввалился внутрь.
– Чего веселишься? Стая на хвостах ходит, дети носятся по коридорам, всем весело. Ты уж поаккуратнее с проявлениями эмоций, на всех успокаивающей настойки у меня не хватит.
– Она мне подарок передала, – словно делясь самой большой тайной в мире, отозвался я, пропустив мимо ушей колкий тон лекаря. Даже раздражения за то, что пришёл, несмотря на метку, не возникло.
– Да ты что? Этот шарф? Миленько. Я слышал, такой узор сложно вывязать. Когда лечил одну из наших полукровок, она мне все уши прожужжала про всякие косички и ромбики.
От гордости за мастерство моей пади внутри разливалось тепло. Лекаря моя реакция позабавила, но буквально тут же он стал серьёзным.
– Ты как? Больше нет желания набрасываться на кланников?
– Нет. Пусть живут, – решил я. Прежней агрессии как ни бывало. Зверь внутри молчал, наслаждаясь запахом Вилены, идущим от шарфа.
– Хорошо. Потому что у нас и без твоих гормонов проблемы, – с мрачным видом известил Леон.
Вилена
Утро встретило ясным небом. Наверное, стоило бы расстроиться, ведь это означало, что скоро станет ещё холоднее, но меня буквально распирало от улыбки. Кирин вчера сказал, что Веларду понравится мой подарок. Интересно, как чёрный эдельвульф отреагировал? Ужасно хотелось узнать, и я уже нафантазировала себе миллион слов, которые мы бы друг другу сказали при встрече, да только предаваться мечтам совершенно не было времени, я едва не опаздывала в департамент. Наскоро проглотив кашу с маслом, я выскочила за дверь и тут же застыла, как кролик перед удавом. Все заготовленные слова вылетели из головы, мысли разбежались перепуганными тараканами.
На другой стороне улицы, напротив крыльца госпожи Доры, подпирал стену чёрный эдельвульф. Без шапки, несмотря на мороз, пальто небрежно распахнуто, являя миру тёплый свитер и… мой шарф. Сердце пропустило удар, когда Велард поднял взгляд и посмотрел прямо на меня. Я сглотнула и неловко переступила. Сегодня он меня провожает? Но разве вожаку это по статусу? Я думала, у него и без меня много дел. И к чему такие перемены? Раньше оборотни на глаза не показывались, а вчера Кирин подошёл, сегодня вот сам Велард. Нет, я точно ещё сплю! Сейчас проснусь и обнаружу, что окончательно опоздала в департамент. То-то Сальвадор ругаться будет. Хотя меня он никогда не отчитывал, так, мягко журил, и всё. А вот Фориану постоянно перепадало. Великая Матерь, о чём я думаю?!
Велард лучезарно улыбнулся, сверкнули кончики клыков, но мужчина тут же спрятал улыбку и направился ко мне.
– Доброго утра, Вилена, – ох, Богиня, я, оказывается, не забыла, как сладко по спине разбегаются мурашки от его голоса!
– Доброго, эдельвульф Велард, – отозвалась я, беря себя в руки.
– Пойдём? – мужчина, к моему изумлению, предложил локоть, и я, чуть замявшись, взяла его под руку.
Велард выглядел… иначе. Когда я уезжала из замка, он был хмурым, нелюдимым, каким-то вечно напряжённым и злым. Сейчас же он казался довольным жизнью, рядом с ним хотелось петь и смеяться. Что же произошло?
– Осторожно, тут лёд, – Велард деликатно придержал меня на раскатанной телегами дороге. Я же не знала, от чего больше раскраснелись щёки, от мороза или от присутствия чёрного эдельвульфа. И я совершенно, ну вот ни сколечко не представляла, что сказать!
– Я решил поблагодарить за шарф. Спасибо, – посмотрел на меня оборотень. И сказано это было таким тоном, что я разучилась не только дышать, но и ходить. Коленки подогнулись, и я позорно споткнулась на ровном месте. Богиня-Матерь, за что ты со мной так?
Не упала я лишь благодаря тому же оборотню. Велард очень ловко меня поддержал, так, словно каждый день ловил неловких девиц. От этой мысли стало горько, зато я снова начала дышать. Вспомнила гордых ярких адальфин в мехах и поняла, что мне с этим удивительным мужчиной ничего не светит. И я до сих пор не знаю, есть ли у него невеста или жена. Вздохнула.
– Не стоит благодарностей, эдельвульф Велард. Это я должна вас благодарить за всё, что вы для меня делаете. Простите, что доставляю вам столько беспокойств.
– Ерунда, никаких беспокойств, что ты, – фыркнул мужчина. – Говорят, ты устроилась на вторую работу?
Ну вот, об этом я могу говорить спокойно. Рассказала Веларду про таверну, Берту и Верку.
– Да, я знаю о них. Одиночки. Мы с Леоном звали их в стаю, но Берта слишком много пережила по вине прежней семьи и теперь никому не доверяет. Они к тебе хорошо отнеслись?
– Да, мы поладили, – я кивнула. Мысли с Веларда переключились на более насущные проблемы. Как незаметно вытереть нос? На улице холодно, из-за мороза приходится пользоваться платком, вот только делать это при вожаке совершенно не хотелось. Это казалось как-то некрасиво.
– Хорошо, – кивнул Велард. Несколько минут мы шли в молчании. – Вилена, я могу тебя попросить? – внимательно, даже требовательно посмотрел на меня оборотень.
– Да, эдельвульф Велард, что угодно, – удивлённая его серьёзным тоном, отозвалась я. Богиня-Матерь, когда уже департамент? Ну не могу я сморкаться при Веларде! А ещё минута, и мне придётся это сделать!
– Пожалуйста, не задерживайся после работы и постарайся никуда не ходить одна, – серьёзно попросил мужчина.
– Что-то случилось? – я едва удержалась, чтобы не шмыгнуть носом.
– Да. В городе стали пропадать девушки, – словно нехотя, признался Велард. Нахмурился, его взгляд устремился в неведомые дали. Пользуясь тем, что мужчина отвернулся, выудила из кармана платочек и быстро протёрла нос.
– Хорошо, эдельвульф Велард, я буду осторожной, – пообещала я, косясь на крыльцо департамента, у которого мы остановились.
– А… Простите, я не знаю, как спросить. Вы зачем за мной следите?
И как спросить, по просьбе ли Веларда за мной присматривают, быть может, он хотел узнать, как у меня дела? Сердце на глупую девичью мысль отозвалось знакомой тоской. Казалось странным, что такой занятой и важный мужчина, как вожак с чёрным взглядом, может обо мне столько времени помнить. Скорей уж адальфины по-прежнему считали меня воровкой и ждали момента, когда оступлюсь. Украдкой взглянула на шагавшего рядом оборотня. Он не выглядел настороженным, напротив, казалось, что он просто вышел подышать свежим воздухом.
– Можно встречный вопрос? – полюбопытствовал мужчина.
– Хорошо, – вздохнула я, решив, что ответ так и не получу.
– Сколько тебе лет?
– Семнадцать, – ответила, не понимая, к чему это.
– Эдельвульфы до пятидесяти, а полукровки до двадцати пяти лет считаются кутятами, и взрослые обязаны за ними присматривать и целиком за них отвечают, – так, словно это всё объясняло, произнёс Кирин. – Белый лекарь предупредил, что ты хотела самостоятельности, потому мы не вмешивались, но это всё же неправильно, на мой взгляд. Понимаю, что ты росла в другом месте и по другим законам, и пусть для человека твой возраст может считаться достаточно взрослым. Но Велард принял тебя в стаю, Леон подтвердил, и ты для нас такая же подопечная, как наши щенки или, к примеру, та же Ника. Пока не выдадим вас обеих замуж за надёжного волка, прости, человека, будем присматривать. Вот Нике только двадцать два, и я уже устал гонять от неё кавалеров. И ладно бы замуж кто-нибудь звал, так нет же, в головах одни поцелуи под луной. Представляешь, вчера один городской парнишка её среди ночи гулять позвал. И ладно Ника, она покрепче, ей и погода нипочём, а вот кавалер чуть уши не отморозил. Пришлось Леону его настойками отпаивать, прежде чем домой отпустили.
Я шла и улыбалась. Как же, оказывается, не хватало мне новостей о стае! И почему-то стало незначительным и неважным отношение ко мне отдельных адальфин. К Нике я успела привязаться, и Кирину была искренне рада. Подумалось, что Леон временами вёл себя странно, то отстранённо-холодно, как лорд к простолюдинке, то открыто и добродушно, как брат. А Веларда я так и не смогла понять. Спросить про высших я не решилась, но Кирин сам завёл о них речь.
– С тех пор, как ты ушла, Велард рычит на всех, а Леон стал ещё больше на ледышку похож. Это прозвучит странно, но ты не думала вернуться?
Это выглядело так, словно перемены вожака и лекаря связаны со мной. Кирин спрашивал серьёзно, смотрел, ожидая ответ.
– Н-не думаю, эдельвульф Кирин, – покачала я головой. – Во мне всё же нет вашей крови, по-хорошему, мне нет места в стае. Я принадлежу к людям.
– Как знаешь, – с непонятной интонацией произнёс мужчина. Мы остановились у порога дома госпожи Доры. – Иди в тепло, застудишься.
– Эдельвульф Кирин, можно вас попросить, – решилась я. Когда ещё в следующий раз я встречу кого-то из стаи? Я ведь теперь с утра до вечера на работе. Праздник Перелома Зимы совсем скоро, да и, если Кирин говорит, что будет и дальше холодать, мой подарок придётся кстати уже сейчас.
– Ну, попроси, – добродушно хмыкнул мужчина, видя моё смущение.
– А вы не могли бы кое-что передать для Веларда?
Сказать, что Кирин удивился, было бы мало. Брови взметнулись вверх, глаза забавно округлились. Кажется, я опять делаю что-то не то.
– Если ты хочешь, конечно, передам. А почему бы тебе самой не приехать и не отдать? – осторожно уточнил мужчина.
– Понимаете, я вязание только закончила, и как раз устроилась на подработку, мне сейчас ну совсем некогда. Извините, что вас напрягаю...
– Да о чём ты говоришь, никаких трудностей. Говоришь, только закончила? Сама делала? Велард будет счастлив, – как-то по-особому, задумчиво улыбнулся Кирин. У меня же внутри словно птицы запели. Велард будет рад подарку! Раз Кирин так говорит, ему точно должно понравиться! Кирин отказался заходить, и я, попросив его подождать, бегом поднялась в комнату.
– Только заверни во что-нибудь, – донеслось мне вслед. Я же задумалась. Как бы так упаковать шарф, чтобы Кирин к нему не прикоснулся и на нём не осталось бы его запаха? Леон и Ника объясняли, кто кроме изготовителя коснётся вещи, тому она и будет принадлежать. Оборотни на вещах терпят только запах того, кто эту вещь сделал, и никогда не примут подарка, сделанного руками того, кто им неприятен.
– Девочка, это ты? Вернулась? Как всё прошло? – из гостиной послышался голос хозяйки.
– Госпожа Дора, я на минуточку. Сейчас приду и непременно вам всё расскажу! – отозвалась я, заворачивая шарф в отрез ткани. Покупала на полотенца госпоже Доре к празднику, но ничего, куплю ещё. Сверху замотала шнурком, сделала петлю, чтобы удобнее было нести. Ну почему я заранее не подумала упаковать! Теперь вот Кирин стоит внизу и мёрзнет. Улыбнулась, представив, как шарф будет смотреться на Веларде. Я его специально сделала широким и пушистым, чтобы на могучих плечах он казался уместен и не выглядел бы игрушечным, детским. Жаль, что я сама этого не увижу. Бегом спустилась по лестнице, вышла на крыльцо, прижимая подарок к груди.
– Вот, эдельвульф Кирин. Спасибо вам! Передайте, пожалуйста, эдельвульфу Веларду мою благодарность за заботу, я очень ценю, что вы приняли меня в клан.
– Да ладно тебе, будет. Сама ему потом и передашь. Увидимся ещё. Всё, иди, не мёрзни! Ишь, выскочила без пальто.
Мягко пожурив меня и проследив, чтобы я вернулась в тепло, Кирин неспешно пошёл прочь. Погода, похоже, и впрямь ему была нипочём. Я помахала ему рукой в окошко прихожей и, когда серый силуэт поглотила ночная темнота, пошла в гостиную к госпоже Доре. Я обещала ей рассказать, удалось ли устроиться на подработку.
Велард
Кажется, скоро в моём кабинете будет вытоптана дорожка от окна к двери. Я просто не мог усидеть на месте, шагами отсчитывая минуты до возвращения Кирина. Почему так долго сегодня? Всё ли в порядке с Виленой? Великий вождь, ну почему эта упрямая девчонка решила от нас уехать, сбежала от меня? Не видеть её, не ощущать её запах в замке оказалось ещё сложнее, чем сдерживать себя, пока она была здесь. Тогда у меня хотя бы была надежда, а сейчас я словно жил в беспросветном сером тумане. Запахи, вкусы, прежние интересы – всё подёрнулось пеленой и перестало волновать.
За окном давно стемнело, колючие звёзды выглянули из-за облаков, весь день застилавших небо. Скоро похолодает. Интересно, как там Вилена?
Наконец, на дороге померещилось движение. Неспешно, прогулочным шагом этот невыносимый серый эдельвульф шагал к замку. Грррр! Он издевается надо мной! Поррву!
Я оказался на первом этаже раньше, чем сообразил, что творю. Дверь распахнулась, впуская запах леса, дровяной кучи и сена со двора, трескучий аромат приближающихся холодов.
– Ну что? – еле сдерживая себя, прорычал с лестницы. Один Леон знал, каких усилий и скольких бутылок успокаивающих настоек мне стоило моё нынешнее состояние. Знать, что кто-то другой видит её каждый день и не иметь возможности быть рядом самому…
– Всё хорошо. Она устроилась на подработку, вечерами теперь будет в таверне на другом конце города, я проводил её до дверей, – отозвался Кирин. Я же стоял, вцепившись в поручень лестницы, и чувствовал, как мышцы наливаются силой. Я дрожал. От Кирина шёл невозможный, невыносимый в своей притягательности запах… Её запах.
– Ты подходил к ней, – хрипло констатировал я. – Был уговор, что до совершеннолетия мы оставим её в покое, никакого вмешательства.
– Знаю. Она сама позвала, боялась идти по темноте, – отозвался Кирин. Он не уходил, не избегал меня, как последние недели. Чувствуя, что бета темнит, я зарычал. Кирин, наконец, перестал с загадочным видом ухмыляться, отступил к дверям, но быстро взял себя в руки и посмотрел уже серьёзно.
– Она передала для тебя подарок и просила на словах отблагодарить за заботу.
На деревянную скамью у входа лёг свёрток. Кирин коротко поклонился и, опустив взгляд, отошёл к дальней стене. На негнущихся ногах я спустился вниз. Да, я учуял Вилену из-за этого свёртка, на Кирине, как я боялся, её запаха нет. Зверь внутри удовлетворённо заворчал, соглашаясь, что сегодня серого бету мы убивать не будем. Шикнув на вторую суть, я коснулся ткани, и только тут пришло понимание.
Она. Для меня. Передала подарок.
Никогда в жизни я не чувствовал ничего подобного. Словно сам Великий Вождь пожал мне лапу, словно он поблагодарил меня за всё, что я сделал в жизни. Присутствие других оборотней раздражало, я чуял, что кроме Кирина ещё двое шли по коридору. Нет, я не мог открыть подарок при них. Бросив Кирину что-то благодарственное, подхватил свёрток и направился к себе. На ходу потёрся плечом о косяк кабинета, оставляя метку, чтобы не беспокоили. Наконец, замер у стола. Одним движением осторожно вспорол когтем бечёвку, верхний слой ткани в моих лапах разлезся на куски. Пришлось остановиться и сделать несколько глубоких вдохов, спрятать когти. Уже более осторожно вытащил из-под рваной тряпки нечто. Чёрная вязаная полоса мягко легла в руки. Я прижал подарок к лицу, вдохнул аромат… Вилена сама его делала. Я огладил шерстяную ткань, накинул на шею и рассмеялся. Великий Вождь, благодарю за всё! Она обо мне помнит. Она обо мне думает. Она своими руками сделала мне подарок. О большем и мечтать нельзя! Я смеялся, чувствуя, как отступает беспросветный серый туман. Я дурак. Не нужно было её отпускать.
Дверь кабинета распахнулась, и Леон беспардонно ввалился внутрь.
– Чего веселишься? Стая на хвостах ходит, дети носятся по коридорам, всем весело. Ты уж поаккуратнее с проявлениями эмоций, на всех успокаивающей настойки у меня не хватит.
– Она мне подарок передала, – словно делясь самой большой тайной в мире, отозвался я, пропустив мимо ушей колкий тон лекаря. Даже раздражения за то, что пришёл, несмотря на метку, не возникло.
– Да ты что? Этот шарф? Миленько. Я слышал, такой узор сложно вывязать. Когда лечил одну из наших полукровок, она мне все уши прожужжала про всякие косички и ромбики.
От гордости за мастерство моей пади внутри разливалось тепло. Лекаря моя реакция позабавила, но буквально тут же он стал серьёзным.
– Ты как? Больше нет желания набрасываться на кланников?
– Нет. Пусть живут, – решил я. Прежней агрессии как ни бывало. Зверь внутри молчал, наслаждаясь запахом Вилены, идущим от шарфа.
– Хорошо. Потому что у нас и без твоих гормонов проблемы, – с мрачным видом известил Леон.
Глава 11
Вилена
Утро встретило ясным небом. Наверное, стоило бы расстроиться, ведь это означало, что скоро станет ещё холоднее, но меня буквально распирало от улыбки. Кирин вчера сказал, что Веларду понравится мой подарок. Интересно, как чёрный эдельвульф отреагировал? Ужасно хотелось узнать, и я уже нафантазировала себе миллион слов, которые мы бы друг другу сказали при встрече, да только предаваться мечтам совершенно не было времени, я едва не опаздывала в департамент. Наскоро проглотив кашу с маслом, я выскочила за дверь и тут же застыла, как кролик перед удавом. Все заготовленные слова вылетели из головы, мысли разбежались перепуганными тараканами.
На другой стороне улицы, напротив крыльца госпожи Доры, подпирал стену чёрный эдельвульф. Без шапки, несмотря на мороз, пальто небрежно распахнуто, являя миру тёплый свитер и… мой шарф. Сердце пропустило удар, когда Велард поднял взгляд и посмотрел прямо на меня. Я сглотнула и неловко переступила. Сегодня он меня провожает? Но разве вожаку это по статусу? Я думала, у него и без меня много дел. И к чему такие перемены? Раньше оборотни на глаза не показывались, а вчера Кирин подошёл, сегодня вот сам Велард. Нет, я точно ещё сплю! Сейчас проснусь и обнаружу, что окончательно опоздала в департамент. То-то Сальвадор ругаться будет. Хотя меня он никогда не отчитывал, так, мягко журил, и всё. А вот Фориану постоянно перепадало. Великая Матерь, о чём я думаю?!
Велард лучезарно улыбнулся, сверкнули кончики клыков, но мужчина тут же спрятал улыбку и направился ко мне.
– Доброго утра, Вилена, – ох, Богиня, я, оказывается, не забыла, как сладко по спине разбегаются мурашки от его голоса!
– Доброго, эдельвульф Велард, – отозвалась я, беря себя в руки.
– Пойдём? – мужчина, к моему изумлению, предложил локоть, и я, чуть замявшись, взяла его под руку.
Велард выглядел… иначе. Когда я уезжала из замка, он был хмурым, нелюдимым, каким-то вечно напряжённым и злым. Сейчас же он казался довольным жизнью, рядом с ним хотелось петь и смеяться. Что же произошло?
– Осторожно, тут лёд, – Велард деликатно придержал меня на раскатанной телегами дороге. Я же не знала, от чего больше раскраснелись щёки, от мороза или от присутствия чёрного эдельвульфа. И я совершенно, ну вот ни сколечко не представляла, что сказать!
– Я решил поблагодарить за шарф. Спасибо, – посмотрел на меня оборотень. И сказано это было таким тоном, что я разучилась не только дышать, но и ходить. Коленки подогнулись, и я позорно споткнулась на ровном месте. Богиня-Матерь, за что ты со мной так?
Не упала я лишь благодаря тому же оборотню. Велард очень ловко меня поддержал, так, словно каждый день ловил неловких девиц. От этой мысли стало горько, зато я снова начала дышать. Вспомнила гордых ярких адальфин в мехах и поняла, что мне с этим удивительным мужчиной ничего не светит. И я до сих пор не знаю, есть ли у него невеста или жена. Вздохнула.
– Не стоит благодарностей, эдельвульф Велард. Это я должна вас благодарить за всё, что вы для меня делаете. Простите, что доставляю вам столько беспокойств.
– Ерунда, никаких беспокойств, что ты, – фыркнул мужчина. – Говорят, ты устроилась на вторую работу?
Ну вот, об этом я могу говорить спокойно. Рассказала Веларду про таверну, Берту и Верку.
– Да, я знаю о них. Одиночки. Мы с Леоном звали их в стаю, но Берта слишком много пережила по вине прежней семьи и теперь никому не доверяет. Они к тебе хорошо отнеслись?
– Да, мы поладили, – я кивнула. Мысли с Веларда переключились на более насущные проблемы. Как незаметно вытереть нос? На улице холодно, из-за мороза приходится пользоваться платком, вот только делать это при вожаке совершенно не хотелось. Это казалось как-то некрасиво.
– Хорошо, – кивнул Велард. Несколько минут мы шли в молчании. – Вилена, я могу тебя попросить? – внимательно, даже требовательно посмотрел на меня оборотень.
– Да, эдельвульф Велард, что угодно, – удивлённая его серьёзным тоном, отозвалась я. Богиня-Матерь, когда уже департамент? Ну не могу я сморкаться при Веларде! А ещё минута, и мне придётся это сделать!
– Пожалуйста, не задерживайся после работы и постарайся никуда не ходить одна, – серьёзно попросил мужчина.
– Что-то случилось? – я едва удержалась, чтобы не шмыгнуть носом.
– Да. В городе стали пропадать девушки, – словно нехотя, признался Велард. Нахмурился, его взгляд устремился в неведомые дали. Пользуясь тем, что мужчина отвернулся, выудила из кармана платочек и быстро протёрла нос.
– Хорошо, эдельвульф Велард, я буду осторожной, – пообещала я, косясь на крыльцо департамента, у которого мы остановились.
