Росс МакИнтайр не из тех людей, кто позволит втянуть себя в стыдные дела. Он даже повздорил с Птицеловом и едва не хлопнул дверью — в смысле, чуть не отказался от службы и шлема с ней вместе, а это было бы некстати: содержание, что даёт его племя, едва не половина от его доходов, а заёмщиков у него не так уж много.
На этом не закончилось. Кормак Птицелов оставил в покое моего хозяина, но затею свою не забросил. У Энгуса тоже имеются надёжные люди для особых поручений, о которых не болтают. Я с ними немного знаком — иногда мы оказываем друг другу мелкие услуги. Я точно знаю, какие указания дал им Энгус — иначе ни за что не сообщил бы им твоих примет. Видишь ли, я единственный знал тебя в лицо.
-Гостеприимный дом Родри! - Хэла осенило: физиономию он не запомнил, а вот вкрадчивый голос записного втируши забыть не смог.
-Именно так, благодетель, именно так. Мой хозяин сохранил тебе жизнь, доверив твою судьбу милосердию Монгвин. Сначала он тоже имел намерение тебя убить, но, когда я тебя разыскал, изволил передумать.
-Россу-то я чем насолил?
-Ты мог расстроить свадьбу, я так думаю, благодетель мой. Повадки и причуды Кормака Птицелова, говорят, передаются по наследству — кому такое сдалось? Я бы, на твоём месте, не обрадовался, и был бы прав. Ты слег в горячке и был более не опасен, а мой господин добр, знаю по себе. Так или иначе, я тебя видел и запомнил.
Убийцы караулили тебя в гостеприимном доме Кано, под перевалом в краю Филтиарнов, а ты каким-то неведомым образом обошёл их, и след твой пропал в землях МакМаэлов, где и когда тебя не ждали. Думаю, со временем я узнаю твой путь, сейчас важно не это.
Точно известно, что ты сошёл с «Морской ласточки», корабля Аода МакМаэла, на который нанялся подменным гребцом. А после игры в оманах в Тэурах ко мне обратился за помощью один мой знакомец из жильцов Энгуса — нет, не ближнего круга, и даже не из позады, из тех, кого за стол не посадят. И этот человек предложил мне купить твою брошь. Просил он немного, но ведь столь редкую старинную вещь невозможно скрыть, и мастера очень неохотно берут такие ценности в переплавку. Древнее золото, видишь ли...
Я дал ему совет пустить её по водам или, на худой конец, подарить госпоже Гэлиш. Кто бы сомневался, что такие вещи не выбрасывают, а милостивица Гэлиш тут же наденет обнову? Мой хозяин видел эту брошь, а твоя сестра и подавно её помнила. Благодетель Финварр на всё готов, лишь бы угодить милостивице Ласар, он её безумно любит...
Я знал, что ты ещё жив, но не знал, где тебя держат, мог только предполагать. Мой господин рискнул — и тебя удалось спасти.
Я рассказал тебе для того, чтобы ты понял, кто здесь твои настоящие друзья, и что тебе лучше не возвращаться в Лохланн, пока жив Ныне ард-ри, даже если его не поставят на камень. Он не простит тебе того, что его родной сын пропадёт на чужбине, что ты не умер, и что сестра твоя досталась в жены Финварру МакКатхауру.
-Спасибо, друг. Я бы пожал тебе руку по саксонскому обычаю, - сказал Хэл, с удовольствием представляя, как сбрасывает негодяя в море.
-Это лишнее, благодетель мой: я тебе не ровня, к тому же перепоясан. Проводить тебя в дом моего господина?
-Пошли! - согласился Хэл, с сомнением оглядываясь на обрыв.
-И последнее, раз уж ты явил милость меня выслушать. Было бы славно, если бы твой слуга перестал хвастаться в доме Ардала, как ты убил громом четырёх Мумена краю Мокрой равнины. Видишь ли, у Ардала в Уладе пропал родственник.
Смутная тревога шевельнулась в душе Хэла. Но нет, слишком уж далеко Улад от Муме, и Киран точно не упоминал ни о ри Муме, ни о племени Скамаллах. Да и имя, известное Кирану, было другим.
-Спасибо, учту. Киран вообще любитель рассказывать небылицы.
В доме Росса за занавесками и на хорах притаилось горе. Брион посапывал на родительской кровати. Блаин суетилась, изображая гостеприимство. Дайре молча сидел на женской половине. Росс ещё не вернулся с пира. Нянюшка, не переставая жевать сморщенными губами, собирала вещи. Служанки украдкой утирали слёзы. Киран, подавленный этой ядовитой атмосферой, бросился в ноги хозяину.
-Господин Бран, я всё сохранил, вещи целы!
-Что там хранить-то, горе ты моё! - Хэл поднял его и обнял почти по-отечески. - Блаин, можете с Россом взять паренька на службу? Он старательный, тихий и непьющий, только по женской части слабоват. Боюсь, моя жизнь будет слишком сложной, чтоб о ком-то заботиться.
-Ты меня отсылаешь? За что? - Киран снова рухнул на пол и обхватил колени Хэла.
-Я не могу взять в дом слугу, от которого господин отказывается в трудную минуту, - отрезала Блаин. - Предложи сестре, она горазда возиться со всяким сбродом.
-Не гони его. На чужбине верный человек — большое подспорье, - подал голос Брок, - тем более, нас, рабов, не стесняются, а у нас есть глаза и уши. Секреты — как вода, просачиваются сверху вниз, из покоев господ на скотные дворы, конюшни и кухни. Не в гости едешь, нужно держать ухо востро. Но, если раб вздумает хвалиться тем, что видел или сочинил, он и тебя погубит, и себя заодно.
Хэл метнул в сторону Брока сердитый взгляд.
-Может статься, тебе будет не то, что постирать — ни очаг растопить, ни воды подать с похмелья некому. Не перебирал бы! Уж тебе-то Ардал не откажет, - добавила нянюшка.
-Вы меня не поняли! Я не хочу, чтоб Киран пропал, как пузырь на воде, в этом краю Муме. Одному мне легче будет выпутаться из любой передряги.
-А кому я здесь нужен? - всхлипнул парнишка. - Как пузырь — значит, как пузырь. Я же твой человек, собственный, а ты меня, как нерадивую собаку...
-Не реви! Перед людьми стыдно. Собирайся.
-Всё собрано давно! И мои вещи, и твои! - засуетился Киран.
-Блаин, прости за дебош, который я тут устроил. Мы уходим. Спасибо за всё, - Хэл почтительно склонил голову.
-Пусть ветер будет тебе в спину, дорога сама стелется под ноги, а в конце ждёт открытая дверь. И не иссякнет для тебя милосердие Монгвин! - Блаин обняла Хэла. - Ты не прихворнул? Бран, да ты горишь!
-Нервы, - сказал Хэл по-английски. - Не беспокойтесь, я здоров.
Он солгал — его слегка ломало, как при начинающейся простуде. Представление продолжалось, и роль расписана до последнего акта, подменить некому. Сдав Кирана, сгибавшегося под тяжестью необъятных мешков с откуда-то взявшимися вещами, с рук на руки охранникам, приставленным к заложникам, Хэл вернулся в Длинный дом. Ардал, уже пьяный и весёлый, обрадовался, как родному.
-А, Меченый Лоб, теперь понял, откуда прозвище? - заорал он на весь зал.
Росс пробился к Хэлу, чтоб сообщить: пони поручен заботам жильца госпожи Ласар, некому Аули, и уже отправлен в дом у Круглого озера под надёжной охраной. Хэл поблагодарил и присоединился к ри Муме. Алвира выглядел раздосадованным. Хэл кивнул ему и лукаво улыбнулся, принимая переполненный кубок с брагой из рук кравчего.
Финварр до утра просидел на пороге дома. Хэл не ошибся: Муме сновали по лагерю, как крысы, не решаясь подойти ближе. Филид вполголоса нашёптывал заклинания. То ли наговор подействовал, то ли суеверный страх перед зловредными чарами песни поношения, но к убежищу люди Ардала не приближались на бросок камня. В Длинном доме засиделись до рассвета. Росс с трудом держался на ногах, повисая на плечах Дайре и Брока. Уже развиднелось, когда Блаин вынесла на руках спящего сына. Нянюшка тащила за ними вещи, увязанные в ворсовый плащ. Начали будить и выводить по одному заложников. Финварр понял, что происходит, и поспешил растолкать Зарину.
Она провела не лучшую ночь, проваливаясь в забытьё, чтоб увидеть в кошмаре искалеченного или мёртвого брата, и всплывая в тёмную явь, чтоб услышать, как шумит Длинный дом, объятый пожаром пира. К утру попойка погасла, и Зарину сморил тревожный сон без сновидений. Именно его и спугнул Финварр.
Зарина легла, не раздеваясь, что теперь сильно сберегло ей время. Она успела увидеть, как Киран, придавленный двумя огромными кожаными мешками, ковыляет по лестнице на шаг позади Флари. Шатёр заложников смели за пару минут и уволокли, свернув в скатку. На месте палатки Ардала осталось только пятно вытоптанной травы.
- Финварр? - Зарина не понимала, что происходит.
- Идём на мыс. Оттуда видно пристань.
Смотровую площадку уже заняли Энгус и Гэлиш со спутниками. Финварру и Зарине оставалось вскарабкаться выше по склону. Два альмайнских корабля уходили в море на вёслах. Ардал стоял на корме в компании своего филида и молодого поединщика, Луарана. Шут кувыркался у них под ногами. Хэла не было видно на палубе.
- Я даже не успела попрощаться, - голос Зарины сорвался.
- Да вы только и делаете эти два дня, что прощаетесь и пьёте кровь друг у друга, а заодно из нас, бедных, - отозвался Финварр, стараясь смягчить резкость слов улыбкой. - Нам нужно позаботиться о тебе. Собираюсь потолковать с Аодом, но что-то его не вижу Мы должны увезти тебя как можно скорее, и я бы хотел, чтобы ты рожала в Бругге. Там мы найдём самую лучшую повитуху, да и от Энгуса подальше. Оправишься от родов — возьмём в дом приёмных детей, чтоб тебе некогда было изводить себя страданиями. Надо жить дальше.
Зарина обняла мужа. Энгус заметил их. Финварр торжествующе улыбнулся. Ныне ард-ри отвернулся, пряча от троюродного брата и собственных домочадцев гримасу ненависти и боли. Корабли скользили навстречу восходящему солнцу.
1 Стихотворение "Лорд Грегори" Роберта Бернса в переводе С.Я. Маршака
На этом не закончилось. Кормак Птицелов оставил в покое моего хозяина, но затею свою не забросил. У Энгуса тоже имеются надёжные люди для особых поручений, о которых не болтают. Я с ними немного знаком — иногда мы оказываем друг другу мелкие услуги. Я точно знаю, какие указания дал им Энгус — иначе ни за что не сообщил бы им твоих примет. Видишь ли, я единственный знал тебя в лицо.
-Гостеприимный дом Родри! - Хэла осенило: физиономию он не запомнил, а вот вкрадчивый голос записного втируши забыть не смог.
-Именно так, благодетель, именно так. Мой хозяин сохранил тебе жизнь, доверив твою судьбу милосердию Монгвин. Сначала он тоже имел намерение тебя убить, но, когда я тебя разыскал, изволил передумать.
-Россу-то я чем насолил?
-Ты мог расстроить свадьбу, я так думаю, благодетель мой. Повадки и причуды Кормака Птицелова, говорят, передаются по наследству — кому такое сдалось? Я бы, на твоём месте, не обрадовался, и был бы прав. Ты слег в горячке и был более не опасен, а мой господин добр, знаю по себе. Так или иначе, я тебя видел и запомнил.
Убийцы караулили тебя в гостеприимном доме Кано, под перевалом в краю Филтиарнов, а ты каким-то неведомым образом обошёл их, и след твой пропал в землях МакМаэлов, где и когда тебя не ждали. Думаю, со временем я узнаю твой путь, сейчас важно не это.
Точно известно, что ты сошёл с «Морской ласточки», корабля Аода МакМаэла, на который нанялся подменным гребцом. А после игры в оманах в Тэурах ко мне обратился за помощью один мой знакомец из жильцов Энгуса — нет, не ближнего круга, и даже не из позады, из тех, кого за стол не посадят. И этот человек предложил мне купить твою брошь. Просил он немного, но ведь столь редкую старинную вещь невозможно скрыть, и мастера очень неохотно берут такие ценности в переплавку. Древнее золото, видишь ли...
Я дал ему совет пустить её по водам или, на худой конец, подарить госпоже Гэлиш. Кто бы сомневался, что такие вещи не выбрасывают, а милостивица Гэлиш тут же наденет обнову? Мой хозяин видел эту брошь, а твоя сестра и подавно её помнила. Благодетель Финварр на всё готов, лишь бы угодить милостивице Ласар, он её безумно любит...
Я знал, что ты ещё жив, но не знал, где тебя держат, мог только предполагать. Мой господин рискнул — и тебя удалось спасти.
Я рассказал тебе для того, чтобы ты понял, кто здесь твои настоящие друзья, и что тебе лучше не возвращаться в Лохланн, пока жив Ныне ард-ри, даже если его не поставят на камень. Он не простит тебе того, что его родной сын пропадёт на чужбине, что ты не умер, и что сестра твоя досталась в жены Финварру МакКатхауру.
-Спасибо, друг. Я бы пожал тебе руку по саксонскому обычаю, - сказал Хэл, с удовольствием представляя, как сбрасывает негодяя в море.
-Это лишнее, благодетель мой: я тебе не ровня, к тому же перепоясан. Проводить тебя в дом моего господина?
-Пошли! - согласился Хэл, с сомнением оглядываясь на обрыв.
-И последнее, раз уж ты явил милость меня выслушать. Было бы славно, если бы твой слуга перестал хвастаться в доме Ардала, как ты убил громом четырёх Мумена краю Мокрой равнины. Видишь ли, у Ардала в Уладе пропал родственник.
Смутная тревога шевельнулась в душе Хэла. Но нет, слишком уж далеко Улад от Муме, и Киран точно не упоминал ни о ри Муме, ни о племени Скамаллах. Да и имя, известное Кирану, было другим.
-Спасибо, учту. Киран вообще любитель рассказывать небылицы.
В доме Росса за занавесками и на хорах притаилось горе. Брион посапывал на родительской кровати. Блаин суетилась, изображая гостеприимство. Дайре молча сидел на женской половине. Росс ещё не вернулся с пира. Нянюшка, не переставая жевать сморщенными губами, собирала вещи. Служанки украдкой утирали слёзы. Киран, подавленный этой ядовитой атмосферой, бросился в ноги хозяину.
-Господин Бран, я всё сохранил, вещи целы!
-Что там хранить-то, горе ты моё! - Хэл поднял его и обнял почти по-отечески. - Блаин, можете с Россом взять паренька на службу? Он старательный, тихий и непьющий, только по женской части слабоват. Боюсь, моя жизнь будет слишком сложной, чтоб о ком-то заботиться.
-Ты меня отсылаешь? За что? - Киран снова рухнул на пол и обхватил колени Хэла.
-Я не могу взять в дом слугу, от которого господин отказывается в трудную минуту, - отрезала Блаин. - Предложи сестре, она горазда возиться со всяким сбродом.
-Не гони его. На чужбине верный человек — большое подспорье, - подал голос Брок, - тем более, нас, рабов, не стесняются, а у нас есть глаза и уши. Секреты — как вода, просачиваются сверху вниз, из покоев господ на скотные дворы, конюшни и кухни. Не в гости едешь, нужно держать ухо востро. Но, если раб вздумает хвалиться тем, что видел или сочинил, он и тебя погубит, и себя заодно.
Хэл метнул в сторону Брока сердитый взгляд.
-Может статься, тебе будет не то, что постирать — ни очаг растопить, ни воды подать с похмелья некому. Не перебирал бы! Уж тебе-то Ардал не откажет, - добавила нянюшка.
-Вы меня не поняли! Я не хочу, чтоб Киран пропал, как пузырь на воде, в этом краю Муме. Одному мне легче будет выпутаться из любой передряги.
-А кому я здесь нужен? - всхлипнул парнишка. - Как пузырь — значит, как пузырь. Я же твой человек, собственный, а ты меня, как нерадивую собаку...
-Не реви! Перед людьми стыдно. Собирайся.
-Всё собрано давно! И мои вещи, и твои! - засуетился Киран.
-Блаин, прости за дебош, который я тут устроил. Мы уходим. Спасибо за всё, - Хэл почтительно склонил голову.
-Пусть ветер будет тебе в спину, дорога сама стелется под ноги, а в конце ждёт открытая дверь. И не иссякнет для тебя милосердие Монгвин! - Блаин обняла Хэла. - Ты не прихворнул? Бран, да ты горишь!
-Нервы, - сказал Хэл по-английски. - Не беспокойтесь, я здоров.
Он солгал — его слегка ломало, как при начинающейся простуде. Представление продолжалось, и роль расписана до последнего акта, подменить некому. Сдав Кирана, сгибавшегося под тяжестью необъятных мешков с откуда-то взявшимися вещами, с рук на руки охранникам, приставленным к заложникам, Хэл вернулся в Длинный дом. Ардал, уже пьяный и весёлый, обрадовался, как родному.
-А, Меченый Лоб, теперь понял, откуда прозвище? - заорал он на весь зал.
Росс пробился к Хэлу, чтоб сообщить: пони поручен заботам жильца госпожи Ласар, некому Аули, и уже отправлен в дом у Круглого озера под надёжной охраной. Хэл поблагодарил и присоединился к ри Муме. Алвира выглядел раздосадованным. Хэл кивнул ему и лукаво улыбнулся, принимая переполненный кубок с брагой из рук кравчего.
Финварр до утра просидел на пороге дома. Хэл не ошибся: Муме сновали по лагерю, как крысы, не решаясь подойти ближе. Филид вполголоса нашёптывал заклинания. То ли наговор подействовал, то ли суеверный страх перед зловредными чарами песни поношения, но к убежищу люди Ардала не приближались на бросок камня. В Длинном доме засиделись до рассвета. Росс с трудом держался на ногах, повисая на плечах Дайре и Брока. Уже развиднелось, когда Блаин вынесла на руках спящего сына. Нянюшка тащила за ними вещи, увязанные в ворсовый плащ. Начали будить и выводить по одному заложников. Финварр понял, что происходит, и поспешил растолкать Зарину.
Она провела не лучшую ночь, проваливаясь в забытьё, чтоб увидеть в кошмаре искалеченного или мёртвого брата, и всплывая в тёмную явь, чтоб услышать, как шумит Длинный дом, объятый пожаром пира. К утру попойка погасла, и Зарину сморил тревожный сон без сновидений. Именно его и спугнул Финварр.
Зарина легла, не раздеваясь, что теперь сильно сберегло ей время. Она успела увидеть, как Киран, придавленный двумя огромными кожаными мешками, ковыляет по лестнице на шаг позади Флари. Шатёр заложников смели за пару минут и уволокли, свернув в скатку. На месте палатки Ардала осталось только пятно вытоптанной травы.
- Финварр? - Зарина не понимала, что происходит.
- Идём на мыс. Оттуда видно пристань.
Смотровую площадку уже заняли Энгус и Гэлиш со спутниками. Финварру и Зарине оставалось вскарабкаться выше по склону. Два альмайнских корабля уходили в море на вёслах. Ардал стоял на корме в компании своего филида и молодого поединщика, Луарана. Шут кувыркался у них под ногами. Хэла не было видно на палубе.
- Я даже не успела попрощаться, - голос Зарины сорвался.
- Да вы только и делаете эти два дня, что прощаетесь и пьёте кровь друг у друга, а заодно из нас, бедных, - отозвался Финварр, стараясь смягчить резкость слов улыбкой. - Нам нужно позаботиться о тебе. Собираюсь потолковать с Аодом, но что-то его не вижу Мы должны увезти тебя как можно скорее, и я бы хотел, чтобы ты рожала в Бругге. Там мы найдём самую лучшую повитуху, да и от Энгуса подальше. Оправишься от родов — возьмём в дом приёмных детей, чтоб тебе некогда было изводить себя страданиями. Надо жить дальше.
Зарина обняла мужа. Энгус заметил их. Финварр торжествующе улыбнулся. Ныне ард-ри отвернулся, пряча от троюродного брата и собственных домочадцев гримасу ненависти и боли. Корабли скользили навстречу восходящему солнцу.
1 Стихотворение "Лорд Грегори" Роберта Бернса в переводе С.Я. Маршака
