На душе потеплело, когда Сэм попытался вступиться за неё, хотя она успела заметить, какое сильное влияние оказывает на юношу гораздо более сильный и опытный мужчина. Но вместе с этим, пришел страх – Йенди помнила про метку, поставленную магом, и понимала, что она по-прежнему находится в ловушке.
Что с ней случится, если она попробует сбежать? Память услужливо напомнила ей о тех ужасных ощущениях, которые она испытала, попытавшись кинуться на мага, и повторения этого девушке не хотелось. Стоит Йенди нарушить установленные печатью границы, и она просто-напросто задохнется, так и не успев уйти далеко.
Осторожно приоткрыв глаза, она увидела что Сэм, сидя к ней спиной, занимается разведением огня, зато маг, в этот раз, кажется, решил не устанавливать защиту. Видимо, за пределами Густолесья в этом отпала необходимость.
"Что же, это очень удачно" – подумала Йенди, которая еще до того, как они подошли к этому месту, почувствовала неподалеку присутствие кого-то из малого народца.
Местную нечисть, живущую за пределами Густолесья девушка не знала, зато ей казалось, что договориться с ней ей будет гораздо проще, чем с людьми.
Да, представители малого народца по большей части были непредсказуемы и опасны, они любили шутить, и шутки эти зачастую выходили жестокими, но в то же время, они про многое знали, долгие века, существуя одновременно в двух срезах реальности. Пусть эти существа не были знакомы с человеческой магией, обладая своей собственной, но, по крайней мере, как надеялась Йенди, она могла получить от них хотя бы верное направление, в котором ей стоит двигаться дальше, чтобы избавиться от метки.
Вскоре, Сэм "разбудил" её к ужину, а Йенди, волнуясь от того, что ей предстояло сделать, с трудом заставляла себя проглотить хоть кусок.
Затея её была опасна – если метка среагирует, или если маг о чём-то догадается, ей несдобровать. Возможно, он оставит её в живых – ведь для чего-то же она ему понадобилась. Но в том, что мужчина после этого глаз с неё не спустит, и постарается ограничить её передвижения, сомневаться не приходилось.
Однако эта была возможность, и отказываться от неё Йенди не собиралась.
Сэм, очень стараясь делать вид, что всё в полном порядке, и никакого тяжелого для него разговора и в помине не было, еще какое-то время бесцельно покрутился рядом с девушкой, а потом, наконец, усталость взяла свое, и он устроился спать.
Йенди, сидя у огня, исподволь наблюдала за магом, который растянулся неподалеку на траве, подложив под голову свой мешок, и задумчиво рассматривал усыпанный звездами небосвод. Отблески от костра, предавали его бледному лицу немного зловещие очертания, углубляя тени под глазами и еще больше заостряя высокие скулы.
Решиться было трудно – руки дрожали, а внутри, словно всё тонкой корочкой льда покрылось. Раньше, она никогда не пробовала этого делать, и не была уверена в том, что у неё получится – все-таки, она не нечисть, что бы там не говорил маг.
В памяти всплыли смутные воспоминания: вот, она еще совсем кроха, лежит на мягкой перине из мха, а над ней склонилось мягко улыбающееся лицо лесной девы. Для Йенди она тогда казалась самым прекрасным созданием из всех существующих в этом мире: вьющиеся волосы, цвета молодой древесной листвы, огромные, чуть вытянутые к вискам глаза, тонике губы и широкие скулы которые украшала темная вязь древних природных символов. Она слушала волшебный чарующий голос, напевающий ей на изначальном языке малого народца, и слезы сами собой высыхали на глазах, маленькая Йенди успокаивалась и засыпала, убаюканная этой дивной песней.
Сколько было таких ночей, когда тётушкам кикиморам, отчаявшимся уложить капризничающего ребенка, приходилось обращаться за помощью к девам леса? Зато сны, после таких колыбельных, были самыми яркими, удивительными и сладкими, а на утро, девочка вставала полная сил для новых игр, проделок и шалостей.
Тихо-тихо, Йенди начала напевать знакомую едва ли не с рождения мелодию, и собственное сердце в этот момент сжалось от понимания того, что всё это тоже теперь осталось в той прошлой, счастливой жизни.
Она увидела, как маг вздрогнул, повернул к ней голову и в темном взгляде его застыло удивление. Йенди продолжила петь – все так же негромко, и в голосе её звучала грусть о том, что оказалось безвозвратно утеряно, но по-прежнему согревало своим теплом.
Она больше не смотрела на мага – её взгляд был прикован к огню, она даже не почувствовала одинокой слезы, скатившейся по её щеке, зато смогла услышать, как постепенно выровнялось дыхание мужчины, и сердце чуть замедлило свой ритм. Маг, наконец, уснул.
"Пора" – решила Йенди, обрывая колыбельную и поднимаясь на ноги.
Еще раз убедившись, что её спутники крепко спят, девушка направилась в сторону березовой рощицы.
Сапоги её так и остались лежать на земле.
Йенди двигалась, доверившись собственному чутью.
Постепенно, под ногами стало попадаться все больше крупных, округлых камней, некоторые из которых были покрыты склизким светло-зеленым мхом. Потянуло свежестью воды, а вскоре, девушка уже смогла расслышать журчание.
Стволы березы стали тоньше, но сами деревья теперь росли гуще, словно оберегая протекающий через рощу ручей от посторонних глаз. В одном месте, стволы переплелись меж собой так причудливо, что пройти сквозь них не представлялось никакой возможности. Йенди остановилась, и задумалась: «Это всё явно неспроста» - решила девушка и, прикоснувшись ладонью к удивительно теплой и гладкой деревянной коре, прикрыла глаза. Ей показалось, что она чувствует едва уловимую пульсацию, словно биение чужого сердца и поняла, что не ошиблась в своих предположениях – место это действительно зачаровано и служит пристанищем для кого-то из малого народца.
- Приветствую тебя, дивэ! – стараясь, чтобы голос звучал уверенно, громко произнесла Йенди на языке, которая она знала с самого детства, - Прости, что тревожу твой покой, но мне нужно поговорить с тобой!
Листья берез зашелестели, затрепетали, словно деревья шептались между собой, решая, стоит ли пускать чужачку, или же обрушить на неё свой гнев. Йенди покорно ждала, понимая, что теперь от неё почти ничего не зависит – если местная нечисть решит не отвечать девушке, то исправить это уже не в её воле.
Ноги коснулась что-то прохладное и, опустив взгляд, Йенди увидела темно-синий вьюнок, льнущий к её щиколотке, словно выпрашивая ласку. Девушка склонилась, и нежно провела кончиками пальцев по шелковистым лепесткам, отчего бутон-колокольчик мелко-мелко затрясся, словно бы от удовольствия.
Послышался тихий скрип, древесная листва зашелестела громче, и Йенди увидела, как стволы, медленно извиваясь, словно змеиные тела, расплетаются, образуя проход к ручью.
Девушка улыбнулась, и благодарно погладив ближайший ствол, шагнула к каменистому, поросшему мхом, берегу довольно широкого и быстрого ручья.
Подступив к самой кромке воды, Йенди протёрла над ней руки и попросила:
- Проявись! – подумав, добавила: - Пожалуйста.
Ручей вспенился, забурлил и брызнул вверх водяным столбом, который шумно опал, оставляя вместо себя хрупкую, полупрозрачную девушку, с длинными волосами-пеной и бледно голубой кожей. Дева ручья была довольно высока – почти на целую голову выше Йенди, а взгляд её был пронзительный, холодный, как и воды породившего её источника.
- Зачем ты явилась сюда? – голос её переливался, был плавным и завораживающим, но на Йенди он почти не подействовал – кому как не ей были хорошо знакомы чары малого народца.
Тонкие губы нечисти растянулись в чуть удивленной улыбке, и в одно мгновение, оказавшись прямо перед девушкой, она дотронулась указательным пальцем до её лба.
- Я чувствую от тебя силу дивэ, - голос её теперь звучал задумчиво, и из него исчезла опасная магия, - Но ты обычный человек. Как такое возможно? Кто ты?
Йенди смотрела прямо в огромные водянистые глаза девы ручья, и твердо произнесла:
- Я отвечу на твои вопросы всё, что знаю сама, но ты взамен ответишь на единственный мой.
- Настолько ли мне это интересно? – нечисть сделала вид, что задумалась, во взгляде её блеснуло лукавство.
- Ты любишь сказки? – чуть склонив голову набок, спросила Йенди, и не спеша двинулась вдоль берега, прекрасно зная, что заинтригованная дивэ направится вслед за ней.
Так и вышло – дева ручья не отставала от неё ни на шаг, и наконец, устав бороться с собственным любопытством, переспросила:
- Сказки?
- Да, сказки, - улыбнувшись, подтвердила Йенди. – я могу рассказать сказку о найденыше, которого приняли и воспитали дивэ болот.
Нечисть недоверчиво покачала головой – еще бы! Разве может малый народец приютить у себя человеческое дитя? Разве оставит в живых?
- Хорошо, - наконец произнесла дева ручья. – Я послушаю твою сказку, а после, ты задашь мне свой вопрос.
Йенди облегченно выдохнула – получилось!
Она приметила довольно большой валун, выступающий над водой и, взгромоздившись на него, свесила ноги вниз, подставляя лицо ласковым солнечным лучам.
Дева ручья создала себе из воды и пены подобие мягкого кресла и приготовилась слушать.
- Однажды, - начала Йенди, задумчиво глядя на проплывающие по небу облака, - в самом сердце зачарованных болот появился ребенок. Никто не знал, как он там оказался, и дэвы, обитающие в Скверных топях, решили его съесть. Однако, старшая из сестер-кикимор, пожалела невинное дитя и хитростью заставила других дивэ сохранить крохе жизнь. Она сказала им, что они смогут съесть ребенка когда он подрастет, чтобы его хватило на всех, но пока девочка росла, болотные дэвэ сами того не ожидая, привязались к ней. Шли годы, девочка становилась старше, и всё меньше оставалось в ней от человека. Зачарованные болота наделили её магией малого народца, а сами дивэ даровали ей тайные знания, которые она до сих пор чтит и хранит.
- И что же стало с этой девочкой? – чуть прищурив глаза, с любопытством спросила водная дева. – Почему она покинула топи?
Йенди грустно вздохнула, и провела ладонью по лицу.
- Это было не её желание, - тихо сказала она. – Ей пришлось это сделать, чтобы защитить тех, кто ей дорог.
- И что случилось с девочкой потом? – чуть подавшись вперед, спросила нечисть, глаза которой замерцали неестественным сиянием. – Почему на ней стоит магическая метка?
Йенди вздрогнула, и обхватила пальцами запястье – то самое, на которое маг поставил свою печать.
- Ты знаешь, как от неё избавиться? – с замиранием сердца спросила девушка.
Дева ручья некоторое время разглядывала её молча, словно пыталась увидеть нечто, недоступное обычному взгляду. Затем, губы её открылись, и он тяжело бросила:
- Нет.
Дивэ начала отворачиваться, готовясь раствориться в воде, но её остановил отчаянный возглас Йенди:
- Постой! Может быть, есть хоть какой-то способ? Помоги мне, прошу тебя!
Дева ручья снова приблизилась к ней, положила одну ладонь на камень, на котором сидела девушка, а второй ладонью коснулась её девушки, заставив невольно вздрогнуть.
- Дивэ плохо разбираются в человеческой магии, - произнесла она, не отрывая взгляда от темных глаз девушки. – Но зато, мы неплохо научились разбираться в человеческих чувствах и желаниях. Не в моей власти избавить тебя от метки, найденыш – это подвластно лишь тому, кто поставил её на тебя.
Йенди почувствовала, как обреченно сжимается её сердце – неужели, это всё? Неужели, нет никакого способа избавиться от ненавистной печати и найти выход из ловушки?
- Что же мне делать? – дрожащим голосом прошептала девушка, чувствуя, как наворачиваются на глаза горячие слезы.
- Тебе не удастся сразить его никак иначе, кроме как в самое сердце, - сказала дева ручья, и в ответ на непонимающий взгляд Йенди, пояснила: - Заставь его полюбить тебя, и когда он окажется полностью в твоей власти, прикажи ему снять печать.
Девушка нахмурилась, и неуверенно покачала головой:
- Я понятия не имею, как это сделать. Боюсь, у меня ничего не получится.
Дева ручья раздраженно закатив глаза, выдохнула, и терпеливо произнесла:
- Ты молодая, привлекательная девушка, и если будешь действовать правильно, твой маг не сможет устоять перед искушением. Почаще улыбайся ему, старайся дотронуться, веди себя с ним ласково… неужели, тебе нужно объяснять такие очевидные вещи?
Йенди озадачено потёрла лоб и спросила:
- А если, всё-таки не выйдет?
- Значит, так и будешь ходить со своей меткой, глупая девчонка!
С этими словами, дивэ с громким всплеском ушла в воду, оставив растерянную и сбитую с толку девушку обдумать то, что она услышала.
Соблазнить боевого мага – задачка почти непосильная, особенно если дело касается именно этого холодного и жесткого мужчины. Получится ли у неё?
«По крайней мере, стоит попробовать» - решила Йенди, даже не представляя, с чего же ей начать.
Обратно в лагерь она возвращалась полная самых противоречивых чувств: с одной стороны, дева ручья подсказала ей ту тонкую и извилистую дорожку, по которой ей стоит двигаться дальше, но дорожка эта кажется практически непроходимой.
Йенди почти ничего не знала о взаимоотношениях между мужчиной и женщиной, и как ей при всём этом соблазнять боевого мага, было большим вопросом. Однако так просто сдаваться и опускать руки, девушка была не намерена. Она избавиться от этой метки, чего бы ей это ни стоило!
В следующую деревню, которая попалась на их пути, Датте решил не входить, памятуя о том, как на Йенди реагируют животные – незачем привлекать к ней лишнее внимание.
Пришлось послать туда Сэмуэля, чтобы он пополнил запасы продовольствия, хотя маг видел, что молодой эльф совсем не в восторге от того, что ему приходится оставлять Йенди наедине ос своим учителем.
"Ничего, скорее вернется" – думал Датте, наблюдая за удаляющимся всадником.
Обернувшись, он снова поймал на себе странный взгляд девчонки, которая, кажется, неуловимо изменилась за последние пару дней пути. Это проявлялось в сущих мелочах, и возможно, Рэвен и вовсе не обратил бы на них внимания, если бы это не касалось непосредственно его самого.
Йенди словно старалась держаться ближе, несколько раз даже пыталась изобразить нечто на подобии улыбки, хотя она у нее выходила столь неестественной, что больше напоминала кислую гримасу мученика. Датте подумал было на побочное действие печати подчинения – шутка ли, всё-таки подобную метку он поставил в первый раз, если не считать, конечно, выпускных экзаменов в Академии, когда ему пришлось подчинить своей воле дикую цергу. Однако нити связи, которые он проверил, пока девушка спала, выглядели вполне обычно – можно даже сказать, образцово, как на картинке в учебнике. Поэтому, маг решил списать всё на обычное волнение, хотя бдительность на всякий случай, удвоил – кто знает, чего можно ожидать от этой весьма странной девицы.
Пока дожидались Сэмуэлья, решили сделать привал на лесной опушке, рядом с которой и проходил основной тракт.
Датте решил использовать время отдыха с пользой, и разобраться, наконец, в дорожных сумках: посмотреть, какие снадобья и ингредиенты нужно пополнить в ближайшем городе, а что наоборот – отложить на продажу. Жаль, конечно, что Скверные топи им пришлось покинуть раньше положенного срока, ведь Рэвен надеялся не только поднатаскать навязанного ему ученика, но и самому пополнить свои запасы, а после, и кошелёк.
Что с ней случится, если она попробует сбежать? Память услужливо напомнила ей о тех ужасных ощущениях, которые она испытала, попытавшись кинуться на мага, и повторения этого девушке не хотелось. Стоит Йенди нарушить установленные печатью границы, и она просто-напросто задохнется, так и не успев уйти далеко.
Осторожно приоткрыв глаза, она увидела что Сэм, сидя к ней спиной, занимается разведением огня, зато маг, в этот раз, кажется, решил не устанавливать защиту. Видимо, за пределами Густолесья в этом отпала необходимость.
"Что же, это очень удачно" – подумала Йенди, которая еще до того, как они подошли к этому месту, почувствовала неподалеку присутствие кого-то из малого народца.
Местную нечисть, живущую за пределами Густолесья девушка не знала, зато ей казалось, что договориться с ней ей будет гораздо проще, чем с людьми.
Да, представители малого народца по большей части были непредсказуемы и опасны, они любили шутить, и шутки эти зачастую выходили жестокими, но в то же время, они про многое знали, долгие века, существуя одновременно в двух срезах реальности. Пусть эти существа не были знакомы с человеческой магией, обладая своей собственной, но, по крайней мере, как надеялась Йенди, она могла получить от них хотя бы верное направление, в котором ей стоит двигаться дальше, чтобы избавиться от метки.
Вскоре, Сэм "разбудил" её к ужину, а Йенди, волнуясь от того, что ей предстояло сделать, с трудом заставляла себя проглотить хоть кусок.
Затея её была опасна – если метка среагирует, или если маг о чём-то догадается, ей несдобровать. Возможно, он оставит её в живых – ведь для чего-то же она ему понадобилась. Но в том, что мужчина после этого глаз с неё не спустит, и постарается ограничить её передвижения, сомневаться не приходилось.
Однако эта была возможность, и отказываться от неё Йенди не собиралась.
Сэм, очень стараясь делать вид, что всё в полном порядке, и никакого тяжелого для него разговора и в помине не было, еще какое-то время бесцельно покрутился рядом с девушкой, а потом, наконец, усталость взяла свое, и он устроился спать.
Йенди, сидя у огня, исподволь наблюдала за магом, который растянулся неподалеку на траве, подложив под голову свой мешок, и задумчиво рассматривал усыпанный звездами небосвод. Отблески от костра, предавали его бледному лицу немного зловещие очертания, углубляя тени под глазами и еще больше заостряя высокие скулы.
Решиться было трудно – руки дрожали, а внутри, словно всё тонкой корочкой льда покрылось. Раньше, она никогда не пробовала этого делать, и не была уверена в том, что у неё получится – все-таки, она не нечисть, что бы там не говорил маг.
В памяти всплыли смутные воспоминания: вот, она еще совсем кроха, лежит на мягкой перине из мха, а над ней склонилось мягко улыбающееся лицо лесной девы. Для Йенди она тогда казалась самым прекрасным созданием из всех существующих в этом мире: вьющиеся волосы, цвета молодой древесной листвы, огромные, чуть вытянутые к вискам глаза, тонике губы и широкие скулы которые украшала темная вязь древних природных символов. Она слушала волшебный чарующий голос, напевающий ей на изначальном языке малого народца, и слезы сами собой высыхали на глазах, маленькая Йенди успокаивалась и засыпала, убаюканная этой дивной песней.
Сколько было таких ночей, когда тётушкам кикиморам, отчаявшимся уложить капризничающего ребенка, приходилось обращаться за помощью к девам леса? Зато сны, после таких колыбельных, были самыми яркими, удивительными и сладкими, а на утро, девочка вставала полная сил для новых игр, проделок и шалостей.
Тихо-тихо, Йенди начала напевать знакомую едва ли не с рождения мелодию, и собственное сердце в этот момент сжалось от понимания того, что всё это тоже теперь осталось в той прошлой, счастливой жизни.
Она увидела, как маг вздрогнул, повернул к ней голову и в темном взгляде его застыло удивление. Йенди продолжила петь – все так же негромко, и в голосе её звучала грусть о том, что оказалось безвозвратно утеряно, но по-прежнему согревало своим теплом.
Она больше не смотрела на мага – её взгляд был прикован к огню, она даже не почувствовала одинокой слезы, скатившейся по её щеке, зато смогла услышать, как постепенно выровнялось дыхание мужчины, и сердце чуть замедлило свой ритм. Маг, наконец, уснул.
"Пора" – решила Йенди, обрывая колыбельную и поднимаясь на ноги.
Еще раз убедившись, что её спутники крепко спят, девушка направилась в сторону березовой рощицы.
Сапоги её так и остались лежать на земле.
Глава 13.
Йенди двигалась, доверившись собственному чутью.
Постепенно, под ногами стало попадаться все больше крупных, округлых камней, некоторые из которых были покрыты склизким светло-зеленым мхом. Потянуло свежестью воды, а вскоре, девушка уже смогла расслышать журчание.
Стволы березы стали тоньше, но сами деревья теперь росли гуще, словно оберегая протекающий через рощу ручей от посторонних глаз. В одном месте, стволы переплелись меж собой так причудливо, что пройти сквозь них не представлялось никакой возможности. Йенди остановилась, и задумалась: «Это всё явно неспроста» - решила девушка и, прикоснувшись ладонью к удивительно теплой и гладкой деревянной коре, прикрыла глаза. Ей показалось, что она чувствует едва уловимую пульсацию, словно биение чужого сердца и поняла, что не ошиблась в своих предположениях – место это действительно зачаровано и служит пристанищем для кого-то из малого народца.
- Приветствую тебя, дивэ! – стараясь, чтобы голос звучал уверенно, громко произнесла Йенди на языке, которая она знала с самого детства, - Прости, что тревожу твой покой, но мне нужно поговорить с тобой!
Листья берез зашелестели, затрепетали, словно деревья шептались между собой, решая, стоит ли пускать чужачку, или же обрушить на неё свой гнев. Йенди покорно ждала, понимая, что теперь от неё почти ничего не зависит – если местная нечисть решит не отвечать девушке, то исправить это уже не в её воле.
Ноги коснулась что-то прохладное и, опустив взгляд, Йенди увидела темно-синий вьюнок, льнущий к её щиколотке, словно выпрашивая ласку. Девушка склонилась, и нежно провела кончиками пальцев по шелковистым лепесткам, отчего бутон-колокольчик мелко-мелко затрясся, словно бы от удовольствия.
Послышался тихий скрип, древесная листва зашелестела громче, и Йенди увидела, как стволы, медленно извиваясь, словно змеиные тела, расплетаются, образуя проход к ручью.
Девушка улыбнулась, и благодарно погладив ближайший ствол, шагнула к каменистому, поросшему мхом, берегу довольно широкого и быстрого ручья.
Подступив к самой кромке воды, Йенди протёрла над ней руки и попросила:
- Проявись! – подумав, добавила: - Пожалуйста.
Ручей вспенился, забурлил и брызнул вверх водяным столбом, который шумно опал, оставляя вместо себя хрупкую, полупрозрачную девушку, с длинными волосами-пеной и бледно голубой кожей. Дева ручья была довольно высока – почти на целую голову выше Йенди, а взгляд её был пронзительный, холодный, как и воды породившего её источника.
- Зачем ты явилась сюда? – голос её переливался, был плавным и завораживающим, но на Йенди он почти не подействовал – кому как не ей были хорошо знакомы чары малого народца.
Тонкие губы нечисти растянулись в чуть удивленной улыбке, и в одно мгновение, оказавшись прямо перед девушкой, она дотронулась указательным пальцем до её лба.
- Я чувствую от тебя силу дивэ, - голос её теперь звучал задумчиво, и из него исчезла опасная магия, - Но ты обычный человек. Как такое возможно? Кто ты?
Йенди смотрела прямо в огромные водянистые глаза девы ручья, и твердо произнесла:
- Я отвечу на твои вопросы всё, что знаю сама, но ты взамен ответишь на единственный мой.
- Настолько ли мне это интересно? – нечисть сделала вид, что задумалась, во взгляде её блеснуло лукавство.
- Ты любишь сказки? – чуть склонив голову набок, спросила Йенди, и не спеша двинулась вдоль берега, прекрасно зная, что заинтригованная дивэ направится вслед за ней.
Так и вышло – дева ручья не отставала от неё ни на шаг, и наконец, устав бороться с собственным любопытством, переспросила:
- Сказки?
- Да, сказки, - улыбнувшись, подтвердила Йенди. – я могу рассказать сказку о найденыше, которого приняли и воспитали дивэ болот.
Нечисть недоверчиво покачала головой – еще бы! Разве может малый народец приютить у себя человеческое дитя? Разве оставит в живых?
- Хорошо, - наконец произнесла дева ручья. – Я послушаю твою сказку, а после, ты задашь мне свой вопрос.
Йенди облегченно выдохнула – получилось!
Она приметила довольно большой валун, выступающий над водой и, взгромоздившись на него, свесила ноги вниз, подставляя лицо ласковым солнечным лучам.
Дева ручья создала себе из воды и пены подобие мягкого кресла и приготовилась слушать.
- Однажды, - начала Йенди, задумчиво глядя на проплывающие по небу облака, - в самом сердце зачарованных болот появился ребенок. Никто не знал, как он там оказался, и дэвы, обитающие в Скверных топях, решили его съесть. Однако, старшая из сестер-кикимор, пожалела невинное дитя и хитростью заставила других дивэ сохранить крохе жизнь. Она сказала им, что они смогут съесть ребенка когда он подрастет, чтобы его хватило на всех, но пока девочка росла, болотные дэвэ сами того не ожидая, привязались к ней. Шли годы, девочка становилась старше, и всё меньше оставалось в ней от человека. Зачарованные болота наделили её магией малого народца, а сами дивэ даровали ей тайные знания, которые она до сих пор чтит и хранит.
- И что же стало с этой девочкой? – чуть прищурив глаза, с любопытством спросила водная дева. – Почему она покинула топи?
Йенди грустно вздохнула, и провела ладонью по лицу.
- Это было не её желание, - тихо сказала она. – Ей пришлось это сделать, чтобы защитить тех, кто ей дорог.
- И что случилось с девочкой потом? – чуть подавшись вперед, спросила нечисть, глаза которой замерцали неестественным сиянием. – Почему на ней стоит магическая метка?
Йенди вздрогнула, и обхватила пальцами запястье – то самое, на которое маг поставил свою печать.
- Ты знаешь, как от неё избавиться? – с замиранием сердца спросила девушка.
Дева ручья некоторое время разглядывала её молча, словно пыталась увидеть нечто, недоступное обычному взгляду. Затем, губы её открылись, и он тяжело бросила:
- Нет.
Дивэ начала отворачиваться, готовясь раствориться в воде, но её остановил отчаянный возглас Йенди:
- Постой! Может быть, есть хоть какой-то способ? Помоги мне, прошу тебя!
Дева ручья снова приблизилась к ней, положила одну ладонь на камень, на котором сидела девушка, а второй ладонью коснулась её девушки, заставив невольно вздрогнуть.
- Дивэ плохо разбираются в человеческой магии, - произнесла она, не отрывая взгляда от темных глаз девушки. – Но зато, мы неплохо научились разбираться в человеческих чувствах и желаниях. Не в моей власти избавить тебя от метки, найденыш – это подвластно лишь тому, кто поставил её на тебя.
Йенди почувствовала, как обреченно сжимается её сердце – неужели, это всё? Неужели, нет никакого способа избавиться от ненавистной печати и найти выход из ловушки?
- Что же мне делать? – дрожащим голосом прошептала девушка, чувствуя, как наворачиваются на глаза горячие слезы.
- Тебе не удастся сразить его никак иначе, кроме как в самое сердце, - сказала дева ручья, и в ответ на непонимающий взгляд Йенди, пояснила: - Заставь его полюбить тебя, и когда он окажется полностью в твоей власти, прикажи ему снять печать.
Девушка нахмурилась, и неуверенно покачала головой:
- Я понятия не имею, как это сделать. Боюсь, у меня ничего не получится.
Дева ручья раздраженно закатив глаза, выдохнула, и терпеливо произнесла:
- Ты молодая, привлекательная девушка, и если будешь действовать правильно, твой маг не сможет устоять перед искушением. Почаще улыбайся ему, старайся дотронуться, веди себя с ним ласково… неужели, тебе нужно объяснять такие очевидные вещи?
Йенди озадачено потёрла лоб и спросила:
- А если, всё-таки не выйдет?
- Значит, так и будешь ходить со своей меткой, глупая девчонка!
С этими словами, дивэ с громким всплеском ушла в воду, оставив растерянную и сбитую с толку девушку обдумать то, что она услышала.
Соблазнить боевого мага – задачка почти непосильная, особенно если дело касается именно этого холодного и жесткого мужчины. Получится ли у неё?
«По крайней мере, стоит попробовать» - решила Йенди, даже не представляя, с чего же ей начать.
Обратно в лагерь она возвращалась полная самых противоречивых чувств: с одной стороны, дева ручья подсказала ей ту тонкую и извилистую дорожку, по которой ей стоит двигаться дальше, но дорожка эта кажется практически непроходимой.
Йенди почти ничего не знала о взаимоотношениях между мужчиной и женщиной, и как ей при всём этом соблазнять боевого мага, было большим вопросом. Однако так просто сдаваться и опускать руки, девушка была не намерена. Она избавиться от этой метки, чего бы ей это ни стоило!
Глава 14.
В следующую деревню, которая попалась на их пути, Датте решил не входить, памятуя о том, как на Йенди реагируют животные – незачем привлекать к ней лишнее внимание.
Пришлось послать туда Сэмуэля, чтобы он пополнил запасы продовольствия, хотя маг видел, что молодой эльф совсем не в восторге от того, что ему приходится оставлять Йенди наедине ос своим учителем.
"Ничего, скорее вернется" – думал Датте, наблюдая за удаляющимся всадником.
Обернувшись, он снова поймал на себе странный взгляд девчонки, которая, кажется, неуловимо изменилась за последние пару дней пути. Это проявлялось в сущих мелочах, и возможно, Рэвен и вовсе не обратил бы на них внимания, если бы это не касалось непосредственно его самого.
Йенди словно старалась держаться ближе, несколько раз даже пыталась изобразить нечто на подобии улыбки, хотя она у нее выходила столь неестественной, что больше напоминала кислую гримасу мученика. Датте подумал было на побочное действие печати подчинения – шутка ли, всё-таки подобную метку он поставил в первый раз, если не считать, конечно, выпускных экзаменов в Академии, когда ему пришлось подчинить своей воле дикую цергу. Однако нити связи, которые он проверил, пока девушка спала, выглядели вполне обычно – можно даже сказать, образцово, как на картинке в учебнике. Поэтому, маг решил списать всё на обычное волнение, хотя бдительность на всякий случай, удвоил – кто знает, чего можно ожидать от этой весьма странной девицы.
Пока дожидались Сэмуэлья, решили сделать привал на лесной опушке, рядом с которой и проходил основной тракт.
Датте решил использовать время отдыха с пользой, и разобраться, наконец, в дорожных сумках: посмотреть, какие снадобья и ингредиенты нужно пополнить в ближайшем городе, а что наоборот – отложить на продажу. Жаль, конечно, что Скверные топи им пришлось покинуть раньше положенного срока, ведь Рэвен надеялся не только поднатаскать навязанного ему ученика, но и самому пополнить свои запасы, а после, и кошелёк.
