– Нету хода, вот так. Куда теперь пойдёшь? — Валя подошла к зверьку. Мафка оглянулась, громко и протяжно тявкнув: тоже мне нашлась советчица. А потом забавно переваливаясь, будто барсук, пошла вглубь галереи.
– За ней, быстро! — шепнула Валя растерянной Юльке и, на всякий случай взяв её за руку, потянула за собой.
Мафка вскоре подобралась к широкой щели в боковой стене и полезла, громко сопя, внутрь.
– За ней!
– А если там не выход, а её нора? — возразила Юля.
– Они не живут в пещерах, а строят гнёзда на деревьях. Доверься мне, — Валя полезла за зверьком. А Юля, недолго думая, полезла за ней. К счастью, щель была достаточно широкой, и девочки без труда пробирались через лаз за громко сопящей мафкой. Вскоре впереди забрезжил сине-лиловый вечерний свет, и ещё через минуту Валя выбралась на небольшую скальную площадку, вытянув за воротник чуть было не застрявшую в проходе (мешали корни каменного куста, росшего над проходом) Юльку.
– Всё, не могу больше! — Юля села, почти упала на землю около пещеры, чтобы отдышаться.
– Юлька, пошли дальше. Нам надо добраться до «Плутонии». Папка, наверное, с ума сходит!
– Не могу!
Валя тоже присела, только сейчас почувствовав, как устала. С обрыва виднелась широкая равнина, на которой стоял посёлок строителей. За посёлком белело стартовое поле, а ещё дальше поблёскивала вода небольшого озера, поросшего ярко зелёными растениями, напоминавшими камыш, только вместо коричневых султанов имевшие ярко жёлтые, похожие на большие колокольчики, цветы.
– Хорошо, что эта… ну как её… нам встретились.
– Мафка. Их на стройке полно, они даже стройботов не боятся. А папа, наверно думает, что мы около космодрома за этими мафками наблюдаем.
– Забавное название. На Земле мавками раньше русалок называли.
– Только они не мавки, а мафки. С буквой «фэ». Их так называют потому, что они так забавно тявкают: «маф, маф, маф!»
– Интересно! Ладно, пошли, — Юля, отдохнув, поднялась и оглянулась на Валю. Валя же, ещё минуту назад тормошившая Юльку, теперь сидела прикрыв глаза, будучи не в силах подняться.
– Валька, давай шевелись! Уже стемнело! Ох и достанется нам. Вымазались как… — Юля схватила Валю за шиворот и потащила к краю площадки. Но неожиданно оступилась и, охнув, продолжила путешествие вниз, съезжая по осыпающемуся склону. Валя не удержалась и, взвизгнув, полетела вслед за подругой.
Девочки съехали вниз, почти покатившись по склону. Валя в темноте налетела на что-то твёрдое, раздался треск, из глаз полетели искры, а по голове потекло что-то липкое и противное.
– Ой! — Валя закричала не столько от боли, сколько от неожиданности. — Я, кажется, голову разбила!
– С головой у тебя всё в порядке, а вот каменному кусту конец пришёл, — Юля рассмеялась. — Хорошо ты об него треснулась!
Валя обиженно посмотрела сначала на «убитый» куст, потом на Юльку, потирая наливавшуюся на глазах шишку.
– У тебя теперь не только глаза сиять будут, но и синяк под глазом!
В следующее мгновения, камни опять посыпались из-под ног, и подружки продолжили «путешествие», оказавшись в неглубокой яме.
Валя осторожно приподнялась. Прислушалась. Было тихо. «Неужели Юлька разбилась?»
– Юлька, ты живая?
– По-моему, да.
Валя облегчённо вздохнула.
– Кстати, мы приехали!
– Я догадалась. Пошли к вездеходу, а то если через два часа до душа не доберёмся, придётся тебя побрить наголо. У тебя все волосы в смоле.
– Ну, уж нет! — Валя вскочила, но, охнув, присела.
– Ты что? — испугалась Юля.
– Нога болит.
– Идти можешь?
– Могу.
– Пошли, я тебе помогу.
Внезапно Валя сморщила нос. Казалось, что её сейчас стошнит.
– Фу! Ну и запах пошёл! Как на помойке!
– Кто-то сюда заполз и помер от огорчения, не иначе, — попыталась пошутить Юля.
Неожиданно и она почувствовала, что голова стала слегка кружиться, а ноги сделались как будто ватными.
– Валька!!! Давай выбираться отсюда, пока не задохнулись!!!
– Ничего… На «Плутонии» реаниматор есть… Оживят! Если найдут, конечно…
– Спасибо, успокоила, оптимистка!
Юлька быстро вскарабкалась на край ямы, вымазавшись при этом по уши. Валя из-за больной ноги замешкалась.
– Ой, Юлька! Помоги, мне плохо!
Юля, задержав дыхание (у самой уже звёздочки мелькали в глазах), схватила Валю за комбинезон и выволокла из ямы теряющую сознание девочку. Валя не шевелилась и, как показалось испуганной Юльке, не дышала.
– Валя! — Юлька принялась её тормошить. — Валя, очнись!!!
– А… Я тут… — ответила Валя слабым голосом. Юля достала из аптечки баллончик и, направив струю газа на лицо подруги, нажала на клапан. Потом пшикнула себе, глубоко вдохнув. Несколько вдохов дыхательной смеси привели Валю в чувство окончательно.
– Пошли отсюда! — скомандовала ей Юлька. Но сил хватило, только чтобы отползти.
В следующий момент у Вали задребезжал вызов передатчика.
– Мам? Да здесь мы! Уже идём! — Валя прижала к уху крохотный наушник. — Ну, всё. Взбучка будет, только держись!
Наконец, отдышавшись, («это хорошо, что мама заставила нас аптечку взять», — подумала Юля), девочки побрели к видневшемуся вдали вездеходу. Вернее, брела Юля, а Валя прыгала на здоровой ноге, опираясь на плечо подруги.
– Ну, как стройка? — капитан Полосухин вопросительно посмотрел на жену, пытавшуюся собрать рассыпавшиеся по вездеходу чертежи.
– Идёт помаленьку, через год первая очередь будет готова, — хмыкнула Катя и поглядела на мужа. — Может поможешь, джентльмен, бедной девушке?
– С удовольствием!
– Ну-ну, не так рьяно, помнёшь! — рассмеялась Катя. — Соскучилась я по вам в этой глуши. Где Валюшка?
Внезапно из-под ног Кати выскочил сине-голубой зверь, похожий на помесь кошки и енота.
– Ой, мамочка! — Катя буквально запрыгнула на Георгия. А тот, как истинный мужчина, ловко подхватил жену на руки.
– Твои проделки? — оправившись от испуга, спросила Катя. — Ты у нас специалист по сюрпризам. То черепаху с реки с Валькой притащили, то ежа из леса. Теперь это? — Катя с усмешкой посмотрела на мужа, отдувая упавшую на лицо прядь волос. — Юннатское детство забыть не можешь? Жену чуть до инфаркта не довёл! — и Катя шутливо ткнула кулаком Георгия. — Так где Валя? — спросила она, опускаясь на ноги.
– Я сам не знаю, что это за тварь… — Полосухин почесал в затылке.
– Да это мафка, что-то вроде местной кошки. От них на стройке прохода нет.
– Они что, на корабль пробрались?
– Куда они только не забирались, Жора! Мы их даже на энергостанции отлавливали! Они в реакторный отсек забрались! И хоть бы что! Плевать хотели на бэры и рентгены! Поймай пару штук — подаришь зоопарку, — посоветовала Катя мужу.
Вано, выбравшийся откуда-то из бокового отсека, ловко поймал зверька в сачок.
– Вай, какой горячий зверь, а! Как барс! Не верещи, сама виновата. Нечего было в чужой дом забираться! Теперь на Землю полетишь! — Вано посадил верещащую мафку в корзину и накрыл крышкой.
– Вот уж не думал, Екатерина Кондратьевна, что вы, выросшая в алтайском заповеднике, среди дикой природы, боитесь каких-то мелких местных хищников! — Петровский, усмехнувшись, посмотрел на астроинженера.
– Какая там дикая природа! Я жила в Барнауле. Мать с отцом в Избушке стали пропадать, когда я уже замуж вышла! И потом, — Катя взяла паузу, — я вообще-то женщина и могу позволить себе слабость кого-то бояться, — она вдруг густо покраснела, как нашкодившая школьница.
– А Валя-то тебя посмелее будет, — Петровский посмеивался в усы.
– Валя — ещё та трусишка! Только в этом году, наконец, стала засыпать без ночника, — после испуга Катю вдруг разобрал смех: её, тридцатичетырёхлетнюю мать семейства, выросшую в заповеднике, напугала какая-то мелкая инопланетная зверушка. «Наверно это истерическое. Надо отдыхать больше».
Внезапно раздался гул, и вездеход покачнулся.
– Землетрясение!? — удивился Петровский.
– Да нет. Робинсон с ребятами взрывными работами на восьмом участке занимается, — успокоила его Катя. — Так где Валя?
– Они с Юлей здесь. Наверняка за мафками наблюдают.
– Юля же, вроде, на Эрту улетела?
– Они с Тоней на Зегму летят.
– А вот это хорошая новость! Я Тоньку сто лет не видела.
– Вы знакомы?
– Конечно, Иван Сергеевич. Мы же с ней в одном классе учились. Будет о чём поболтать! Зови девочек, а то ещё в какую-нибудь пещеру заберутся, не дай бог засыплет. Джек будет ещё взрывать, минут через пять.
– Валя! Юля! Немедленно к вездеходу! — Георгий вышел из вездехода.
– Ты у меня совсем скоро спятишь от своего космоса. Вернёмся — возьмёшь отпуск. И не возражать! — Катя прижала палец к губам мужа, сделав выразительное лицо. — У них же маяки вшиты в комбинезоны, и передатчик есть.
Катя подошла к пульту и набрала код.
– Так, путешественницы юные! Поговорим на борту! — Катя набрала вызов передатчика дочери.
Через некоторое время Катя открыла люк вездехода и, замерев на секунду, повернулась к Георгию, лишь молча открыв рот и разведя руками. За спиной Кати стояли два невообразимо грязных существа, в которых с трудом можно было узнать Юлю и Валю. Наградив обеих звонким шлепком, Катя со словами: «Позже поговорим», затащила обеих в вездеход.
Тоня, увидев вернувшихся на «Плутонию» девочек, смогла лишь медленно и с расстановкой произнести:
– Обе… Мыться… Быстро… Брысь!!!
Примерно через час, Юльку и Валю, уже отмытых и переодетых, доставили в кают-компанию для дачи объяснений.
– Ну, и в какой помойке вы лазили, юные леди? — спросила их Антонина. Валин отец и Петровский лишь усмехались, глядя на юных пассажирок «Плутонии».
– В общем, Валя увидела там сиреневые кусты…
– Там, это где? — уточнил Георгий с лёгкой ехидцей.
– Это напротив площадки у входа, где остановился вездеход! — невозмутимо отрапортовала Юлька.
– Шишкоцвет Роберта, — уточнила название кустов Катя.
– Ну вот, я и говорю, Валю заинтересовал этот шишкоцвет. А за кустами была пещера со странными надписями.
– Загадочными, а не странными, — уточнила Валя.
– Какая разница! — отмахнулась Юля. — Всё равно непонятными. А там большой зал и потом ещё один. Как в Степном храме.
– А там нам послышалось, что за нами кто-то идёт. А оказалось, что никто не шёл, а это эхо от наших шагов! Мы рассмеялись…
– А в зале были мункусы! Мы их смехом напугали. А они взлетели и нас напугали до смерти! — возмущённо вставила Юля.
– Это они тебе глаз-то подсветили? — улыбнувшись, спросил Света, глядя на сияющий под левым глазом Вали большой лиловый синяк.
– Это Валька об каменный куст треснулась головой, когда мы оступились на склоне, – усмехнулась Юлька. — А потом она от пыли чихнула, а вход в зал обвалился!
– Я не знала, что она чихает с таким разрушительным эффектом! — рассмеялась Катя.
– Да нет. Она меня чихом напугала! А там что-то грохнуло, и вход обвалился!
– Так, стоп! — Георгий взмахом руки остановил Юлю. — Итак, мы выяснили, что вы вошли в пещеру за зарослями шишкоцвета, что недалеко от входа на стройплощадку главного корпуса космопорта, и пошли прогуляться по её залам. Но вас напугали мункусы, и вы не заметили, как начался подземный толчок от взрывных работ, который мы тоже ощутили в вездеходе, в результате чего вход был завален. Так?
– Ага, — согласилась Юлька. — Только не вход, а выход. Нам потом пришлось лезть через дыру за мафкой. А на склоне мы поскользнулись и съехали вниз, — Юлька потёрла то место, на котором она совершила путешествие по склону. — А Валя протаранила головой каменный куст.
– И мы нашли в пещере вот это, — Валя вынула из своей сумки сделанные в пещере находки.
Георгий взял в руку оранжевую пластинку.
– Похоже на навигационную карту. Надо глянуть.
Света вставила пластинку в приёмник. Над линзой проектора появилось изображение звёздного пространства.
– Седьмой, восьмой и девятый сектора, — сделала вывод Игнатова. — Карта современная и сделана на Земле.
– Интересно, — Валя подошла ближе. — Здесь специально обозначены Земля, Эрта, Хорос, Валинато, Зегма и Калиакрия. А ещё Паллея.
– Все планеты, населённые людьми, — сделал вывод Катя.
– Не все, мам, — возразила Валя. — Зегма не населена.
– Зегма вообще для людей непригодна, — добавила Юля. — Там очень мало кислорода, сернистый газ и жёсткий ультрафиолет.
– Но там же нашли следы какой-то древней цивилизации? — возразила Катя.
– Но не человеческой, — пояснила Тоня. — Там нашли остатки большого космического корабля. Даже прозвали его «ковчегом». Экипаж мог составлять до полутора тысяч человек. Ну, или кто там им управлял... Очевидно, он потерпел крушение, а то, что Нату-Росс принял за следы цивилизации — это поселение «робинзонов».
– Вроде колонии на ETP-428/12, где около 10 лет назад разбился «Дискавери» с учёными одной из первых звёздных экспедиций, — согласился капитан. — Вынужденные колонисты, пробывшие там три года (и спасённые сирианцами) и назвали эту планету Земля-2.
– Так вот, — продолжила Тоня. — Людьми они не были, хотя возможно были антропоидами. Во всяком случае, они обходились в довольно жёсткой атмосфере Зегмы без каких бы то ни было средств защиты. Колония прекратила существование спустя может быть 20, может 30 лет. Внезапно. Но не погибла, а скорее всего была эвакуирована. Среди груза «ковчега» оказались и знаменитые «пирамидки». И разбился этот корабль лет 400-500 назад по земному календарю.
– Между прочим, почти на всех этих планетах нашли «пирамидки», — высказала мнение Юля.
– Ключевое слово здесь — почти, — поправил её Рустам, тоже интересовавшийся историей и археологическими загадками. — На Валинато, Паллее, Хоросе и Калиакрии никто «пирамидки» или, как их называют журналисты, «кристаллы мудрости» не находил. Так что твоя система тоже не годится.
– На Хоросе и Паллее их никто и не искал, между прочим, — упрямо возразила Юля.
– А насчёт Валинато, Рустам, ты не прав, — Тоня подала ему планшет. — Вот сообщение с планеты. «Пирамидки» там нашли три дня назад, во время подводных работ. Сообщение появилось через два дня после нашего старта с Эрты.
– А Калиакрия? — не сдавался Гарифуллаев. — К тому же не все человеческие планеты отмечены. Нет Тагонды и самое главное, нет Теллуса в системе Сириуса. А ведь это — прародина человечества.
– Тагонду сирианцы колонизовали всего сто лет назад. Вы ещё Пеллум или Землю 2 назовите, там колониям всего пять лет. Эти планеты — древние колонии, — возразила Тоня.
– А Зегма, между прочим, на пути к Калиакрии, если лететь со стороны «эпсилон» Ориона! — Юля даже вскочила с дивана.
– А причём здесь пояс Ориона? — не понял Георгий.
– А вот при чём! Смотрите, — Юля подняла со стола керамическую пластинку с рисунком, найденную в пещере. — Смотрите, это созвездие Большой башни на небе Эрты. А «бета» Большой башни, образующая вместе с «гаммой» и «дельтой» Бойницу башни — это и есть земная «эпсилон» Ориона, средняя звезда его пояса. А «гамма» и «дельта» Башни – это Альнитак и Миттака, крайние звёзды Пояса Ориона.
– А откуда ты знаешь, что это за созвездие? — удивился Вано.
– Да на раскопках видела. В Храме все стены этой Башней разрисованы. И ещё звездой Стела, это наша Вега.
– Устами младенца глаголет истина, — подтвердила Светлана, сверившись со звёздным атласом.
– Вот видите, карта связана с «пирамидками»! — торжествуя, заявила Юля.
– За ней, быстро! — шепнула Валя растерянной Юльке и, на всякий случай взяв её за руку, потянула за собой.
Мафка вскоре подобралась к широкой щели в боковой стене и полезла, громко сопя, внутрь.
– За ней!
– А если там не выход, а её нора? — возразила Юля.
– Они не живут в пещерах, а строят гнёзда на деревьях. Доверься мне, — Валя полезла за зверьком. А Юля, недолго думая, полезла за ней. К счастью, щель была достаточно широкой, и девочки без труда пробирались через лаз за громко сопящей мафкой. Вскоре впереди забрезжил сине-лиловый вечерний свет, и ещё через минуту Валя выбралась на небольшую скальную площадку, вытянув за воротник чуть было не застрявшую в проходе (мешали корни каменного куста, росшего над проходом) Юльку.
– Всё, не могу больше! — Юля села, почти упала на землю около пещеры, чтобы отдышаться.
– Юлька, пошли дальше. Нам надо добраться до «Плутонии». Папка, наверное, с ума сходит!
– Не могу!
Валя тоже присела, только сейчас почувствовав, как устала. С обрыва виднелась широкая равнина, на которой стоял посёлок строителей. За посёлком белело стартовое поле, а ещё дальше поблёскивала вода небольшого озера, поросшего ярко зелёными растениями, напоминавшими камыш, только вместо коричневых султанов имевшие ярко жёлтые, похожие на большие колокольчики, цветы.
– Хорошо, что эта… ну как её… нам встретились.
– Мафка. Их на стройке полно, они даже стройботов не боятся. А папа, наверно думает, что мы около космодрома за этими мафками наблюдаем.
– Забавное название. На Земле мавками раньше русалок называли.
– Только они не мавки, а мафки. С буквой «фэ». Их так называют потому, что они так забавно тявкают: «маф, маф, маф!»
– Интересно! Ладно, пошли, — Юля, отдохнув, поднялась и оглянулась на Валю. Валя же, ещё минуту назад тормошившая Юльку, теперь сидела прикрыв глаза, будучи не в силах подняться.
– Валька, давай шевелись! Уже стемнело! Ох и достанется нам. Вымазались как… — Юля схватила Валю за шиворот и потащила к краю площадки. Но неожиданно оступилась и, охнув, продолжила путешествие вниз, съезжая по осыпающемуся склону. Валя не удержалась и, взвизгнув, полетела вслед за подругой.
Девочки съехали вниз, почти покатившись по склону. Валя в темноте налетела на что-то твёрдое, раздался треск, из глаз полетели искры, а по голове потекло что-то липкое и противное.
– Ой! — Валя закричала не столько от боли, сколько от неожиданности. — Я, кажется, голову разбила!
– С головой у тебя всё в порядке, а вот каменному кусту конец пришёл, — Юля рассмеялась. — Хорошо ты об него треснулась!
Валя обиженно посмотрела сначала на «убитый» куст, потом на Юльку, потирая наливавшуюся на глазах шишку.
– У тебя теперь не только глаза сиять будут, но и синяк под глазом!
В следующее мгновения, камни опять посыпались из-под ног, и подружки продолжили «путешествие», оказавшись в неглубокой яме.
Валя осторожно приподнялась. Прислушалась. Было тихо. «Неужели Юлька разбилась?»
– Юлька, ты живая?
– По-моему, да.
Валя облегчённо вздохнула.
– Кстати, мы приехали!
– Я догадалась. Пошли к вездеходу, а то если через два часа до душа не доберёмся, придётся тебя побрить наголо. У тебя все волосы в смоле.
– Ну, уж нет! — Валя вскочила, но, охнув, присела.
– Ты что? — испугалась Юля.
– Нога болит.
– Идти можешь?
– Могу.
– Пошли, я тебе помогу.
Внезапно Валя сморщила нос. Казалось, что её сейчас стошнит.
– Фу! Ну и запах пошёл! Как на помойке!
– Кто-то сюда заполз и помер от огорчения, не иначе, — попыталась пошутить Юля.
Неожиданно и она почувствовала, что голова стала слегка кружиться, а ноги сделались как будто ватными.
– Валька!!! Давай выбираться отсюда, пока не задохнулись!!!
– Ничего… На «Плутонии» реаниматор есть… Оживят! Если найдут, конечно…
– Спасибо, успокоила, оптимистка!
Юлька быстро вскарабкалась на край ямы, вымазавшись при этом по уши. Валя из-за больной ноги замешкалась.
– Ой, Юлька! Помоги, мне плохо!
Юля, задержав дыхание (у самой уже звёздочки мелькали в глазах), схватила Валю за комбинезон и выволокла из ямы теряющую сознание девочку. Валя не шевелилась и, как показалось испуганной Юльке, не дышала.
– Валя! — Юлька принялась её тормошить. — Валя, очнись!!!
– А… Я тут… — ответила Валя слабым голосом. Юля достала из аптечки баллончик и, направив струю газа на лицо подруги, нажала на клапан. Потом пшикнула себе, глубоко вдохнув. Несколько вдохов дыхательной смеси привели Валю в чувство окончательно.
– Пошли отсюда! — скомандовала ей Юлька. Но сил хватило, только чтобы отползти.
В следующий момент у Вали задребезжал вызов передатчика.
– Мам? Да здесь мы! Уже идём! — Валя прижала к уху крохотный наушник. — Ну, всё. Взбучка будет, только держись!
Наконец, отдышавшись, («это хорошо, что мама заставила нас аптечку взять», — подумала Юля), девочки побрели к видневшемуся вдали вездеходу. Вернее, брела Юля, а Валя прыгала на здоровой ноге, опираясь на плечо подруги.
***
– Ну, как стройка? — капитан Полосухин вопросительно посмотрел на жену, пытавшуюся собрать рассыпавшиеся по вездеходу чертежи.
– Идёт помаленьку, через год первая очередь будет готова, — хмыкнула Катя и поглядела на мужа. — Может поможешь, джентльмен, бедной девушке?
– С удовольствием!
– Ну-ну, не так рьяно, помнёшь! — рассмеялась Катя. — Соскучилась я по вам в этой глуши. Где Валюшка?
Внезапно из-под ног Кати выскочил сине-голубой зверь, похожий на помесь кошки и енота.
– Ой, мамочка! — Катя буквально запрыгнула на Георгия. А тот, как истинный мужчина, ловко подхватил жену на руки.
– Твои проделки? — оправившись от испуга, спросила Катя. — Ты у нас специалист по сюрпризам. То черепаху с реки с Валькой притащили, то ежа из леса. Теперь это? — Катя с усмешкой посмотрела на мужа, отдувая упавшую на лицо прядь волос. — Юннатское детство забыть не можешь? Жену чуть до инфаркта не довёл! — и Катя шутливо ткнула кулаком Георгия. — Так где Валя? — спросила она, опускаясь на ноги.
– Я сам не знаю, что это за тварь… — Полосухин почесал в затылке.
– Да это мафка, что-то вроде местной кошки. От них на стройке прохода нет.
– Они что, на корабль пробрались?
– Куда они только не забирались, Жора! Мы их даже на энергостанции отлавливали! Они в реакторный отсек забрались! И хоть бы что! Плевать хотели на бэры и рентгены! Поймай пару штук — подаришь зоопарку, — посоветовала Катя мужу.
Вано, выбравшийся откуда-то из бокового отсека, ловко поймал зверька в сачок.
– Вай, какой горячий зверь, а! Как барс! Не верещи, сама виновата. Нечего было в чужой дом забираться! Теперь на Землю полетишь! — Вано посадил верещащую мафку в корзину и накрыл крышкой.
– Вот уж не думал, Екатерина Кондратьевна, что вы, выросшая в алтайском заповеднике, среди дикой природы, боитесь каких-то мелких местных хищников! — Петровский, усмехнувшись, посмотрел на астроинженера.
– Какая там дикая природа! Я жила в Барнауле. Мать с отцом в Избушке стали пропадать, когда я уже замуж вышла! И потом, — Катя взяла паузу, — я вообще-то женщина и могу позволить себе слабость кого-то бояться, — она вдруг густо покраснела, как нашкодившая школьница.
– А Валя-то тебя посмелее будет, — Петровский посмеивался в усы.
– Валя — ещё та трусишка! Только в этом году, наконец, стала засыпать без ночника, — после испуга Катю вдруг разобрал смех: её, тридцатичетырёхлетнюю мать семейства, выросшую в заповеднике, напугала какая-то мелкая инопланетная зверушка. «Наверно это истерическое. Надо отдыхать больше».
Внезапно раздался гул, и вездеход покачнулся.
– Землетрясение!? — удивился Петровский.
– Да нет. Робинсон с ребятами взрывными работами на восьмом участке занимается, — успокоила его Катя. — Так где Валя?
– Они с Юлей здесь. Наверняка за мафками наблюдают.
– Юля же, вроде, на Эрту улетела?
– Они с Тоней на Зегму летят.
– А вот это хорошая новость! Я Тоньку сто лет не видела.
– Вы знакомы?
– Конечно, Иван Сергеевич. Мы же с ней в одном классе учились. Будет о чём поболтать! Зови девочек, а то ещё в какую-нибудь пещеру заберутся, не дай бог засыплет. Джек будет ещё взрывать, минут через пять.
– Валя! Юля! Немедленно к вездеходу! — Георгий вышел из вездехода.
– Ты у меня совсем скоро спятишь от своего космоса. Вернёмся — возьмёшь отпуск. И не возражать! — Катя прижала палец к губам мужа, сделав выразительное лицо. — У них же маяки вшиты в комбинезоны, и передатчик есть.
Катя подошла к пульту и набрала код.
– Так, путешественницы юные! Поговорим на борту! — Катя набрала вызов передатчика дочери.
Через некоторое время Катя открыла люк вездехода и, замерев на секунду, повернулась к Георгию, лишь молча открыв рот и разведя руками. За спиной Кати стояли два невообразимо грязных существа, в которых с трудом можно было узнать Юлю и Валю. Наградив обеих звонким шлепком, Катя со словами: «Позже поговорим», затащила обеих в вездеход.
Тоня, увидев вернувшихся на «Плутонию» девочек, смогла лишь медленно и с расстановкой произнести:
– Обе… Мыться… Быстро… Брысь!!!
Глава 6. Карта с «Несмеянова»
Примерно через час, Юльку и Валю, уже отмытых и переодетых, доставили в кают-компанию для дачи объяснений.
– Ну, и в какой помойке вы лазили, юные леди? — спросила их Антонина. Валин отец и Петровский лишь усмехались, глядя на юных пассажирок «Плутонии».
– В общем, Валя увидела там сиреневые кусты…
– Там, это где? — уточнил Георгий с лёгкой ехидцей.
– Это напротив площадки у входа, где остановился вездеход! — невозмутимо отрапортовала Юлька.
– Шишкоцвет Роберта, — уточнила название кустов Катя.
– Ну вот, я и говорю, Валю заинтересовал этот шишкоцвет. А за кустами была пещера со странными надписями.
– Загадочными, а не странными, — уточнила Валя.
– Какая разница! — отмахнулась Юля. — Всё равно непонятными. А там большой зал и потом ещё один. Как в Степном храме.
– А там нам послышалось, что за нами кто-то идёт. А оказалось, что никто не шёл, а это эхо от наших шагов! Мы рассмеялись…
– А в зале были мункусы! Мы их смехом напугали. А они взлетели и нас напугали до смерти! — возмущённо вставила Юля.
– Это они тебе глаз-то подсветили? — улыбнувшись, спросил Света, глядя на сияющий под левым глазом Вали большой лиловый синяк.
– Это Валька об каменный куст треснулась головой, когда мы оступились на склоне, – усмехнулась Юлька. — А потом она от пыли чихнула, а вход в зал обвалился!
– Я не знала, что она чихает с таким разрушительным эффектом! — рассмеялась Катя.
– Да нет. Она меня чихом напугала! А там что-то грохнуло, и вход обвалился!
– Так, стоп! — Георгий взмахом руки остановил Юлю. — Итак, мы выяснили, что вы вошли в пещеру за зарослями шишкоцвета, что недалеко от входа на стройплощадку главного корпуса космопорта, и пошли прогуляться по её залам. Но вас напугали мункусы, и вы не заметили, как начался подземный толчок от взрывных работ, который мы тоже ощутили в вездеходе, в результате чего вход был завален. Так?
– Ага, — согласилась Юлька. — Только не вход, а выход. Нам потом пришлось лезть через дыру за мафкой. А на склоне мы поскользнулись и съехали вниз, — Юлька потёрла то место, на котором она совершила путешествие по склону. — А Валя протаранила головой каменный куст.
– И мы нашли в пещере вот это, — Валя вынула из своей сумки сделанные в пещере находки.
Георгий взял в руку оранжевую пластинку.
– Похоже на навигационную карту. Надо глянуть.
Света вставила пластинку в приёмник. Над линзой проектора появилось изображение звёздного пространства.
– Седьмой, восьмой и девятый сектора, — сделала вывод Игнатова. — Карта современная и сделана на Земле.
– Интересно, — Валя подошла ближе. — Здесь специально обозначены Земля, Эрта, Хорос, Валинато, Зегма и Калиакрия. А ещё Паллея.
– Все планеты, населённые людьми, — сделал вывод Катя.
– Не все, мам, — возразила Валя. — Зегма не населена.
– Зегма вообще для людей непригодна, — добавила Юля. — Там очень мало кислорода, сернистый газ и жёсткий ультрафиолет.
– Но там же нашли следы какой-то древней цивилизации? — возразила Катя.
– Но не человеческой, — пояснила Тоня. — Там нашли остатки большого космического корабля. Даже прозвали его «ковчегом». Экипаж мог составлять до полутора тысяч человек. Ну, или кто там им управлял... Очевидно, он потерпел крушение, а то, что Нату-Росс принял за следы цивилизации — это поселение «робинзонов».
– Вроде колонии на ETP-428/12, где около 10 лет назад разбился «Дискавери» с учёными одной из первых звёздных экспедиций, — согласился капитан. — Вынужденные колонисты, пробывшие там три года (и спасённые сирианцами) и назвали эту планету Земля-2.
– Так вот, — продолжила Тоня. — Людьми они не были, хотя возможно были антропоидами. Во всяком случае, они обходились в довольно жёсткой атмосфере Зегмы без каких бы то ни было средств защиты. Колония прекратила существование спустя может быть 20, может 30 лет. Внезапно. Но не погибла, а скорее всего была эвакуирована. Среди груза «ковчега» оказались и знаменитые «пирамидки». И разбился этот корабль лет 400-500 назад по земному календарю.
– Между прочим, почти на всех этих планетах нашли «пирамидки», — высказала мнение Юля.
– Ключевое слово здесь — почти, — поправил её Рустам, тоже интересовавшийся историей и археологическими загадками. — На Валинато, Паллее, Хоросе и Калиакрии никто «пирамидки» или, как их называют журналисты, «кристаллы мудрости» не находил. Так что твоя система тоже не годится.
– На Хоросе и Паллее их никто и не искал, между прочим, — упрямо возразила Юля.
– А насчёт Валинато, Рустам, ты не прав, — Тоня подала ему планшет. — Вот сообщение с планеты. «Пирамидки» там нашли три дня назад, во время подводных работ. Сообщение появилось через два дня после нашего старта с Эрты.
– А Калиакрия? — не сдавался Гарифуллаев. — К тому же не все человеческие планеты отмечены. Нет Тагонды и самое главное, нет Теллуса в системе Сириуса. А ведь это — прародина человечества.
– Тагонду сирианцы колонизовали всего сто лет назад. Вы ещё Пеллум или Землю 2 назовите, там колониям всего пять лет. Эти планеты — древние колонии, — возразила Тоня.
– А Зегма, между прочим, на пути к Калиакрии, если лететь со стороны «эпсилон» Ориона! — Юля даже вскочила с дивана.
– А причём здесь пояс Ориона? — не понял Георгий.
– А вот при чём! Смотрите, — Юля подняла со стола керамическую пластинку с рисунком, найденную в пещере. — Смотрите, это созвездие Большой башни на небе Эрты. А «бета» Большой башни, образующая вместе с «гаммой» и «дельтой» Бойницу башни — это и есть земная «эпсилон» Ориона, средняя звезда его пояса. А «гамма» и «дельта» Башни – это Альнитак и Миттака, крайние звёзды Пояса Ориона.
– А откуда ты знаешь, что это за созвездие? — удивился Вано.
– Да на раскопках видела. В Храме все стены этой Башней разрисованы. И ещё звездой Стела, это наша Вега.
– Устами младенца глаголет истина, — подтвердила Светлана, сверившись со звёздным атласом.
– Вот видите, карта связана с «пирамидками»! — торжествуя, заявила Юля.
