– Я дам вам ее номер. Все ограничения с разговоров сняты. Вы получили свой санкционированный переход, я похлопотал, и с сегодняшнего дня вы являетесь официальным сотрудником нашего бюро здесь, на Земле.
– Кем я являюсь? Вы не охренели? Я думала, что после всего, что я сделала, я буду спокойно жить, и вы оставите меня в покое.
– А вы и будете спокойно жить. С Брайсом теперь будут разбираться другие маги, ваш покорный слуга в их числе. Но после такой удачно проведенной операции, было бы глупо как вы говорите «оставлять вас в покое». Брайс – сильный противник, я еще до конца не уверен, как это дело повернется, поэтому будьте наготове. Когда вы нам понадобитесь, я сообщу вам.
– Я не хочу больше с вами общаться, мистер Фрид.
– Можете называть меня Сэмюель. Это мое настоящее имя. Вы видите, как я теперь доверяю вам? А общаться нам придется по любому, потому что мы теперь будем жить вместе.
– Еще чего! Я не собираюсь жить с вами.
– Элла,– голос Фрида был угрожающе мягок, – достаточно того, что я собираюсь жить с вами. Не заставляйте меня применять к вам мой Дар. Мы оба с вами логики, поэтому выслушайте сначала мою версию, а потом уже возражайте, если сможете.
Я откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ногу, скрестила руки на груди. Вот, гад! Совсем отбил аппетит! Послушаем.
– Я не знаю, что вы там себе навыдумывали, но Брайс не ваш мужчина. Хороший секс – это всего лишь хороший секс. Смею вас уверить, что я тоже смогу удивить вас в постели.
Я хмыкнула. Фрид, или как его там, Сэмюель, тонко улыбнулся.
–Во всяком случае, еще никто не обижался. Мы с вами маги одного мира, даже наши Дары чем–то похожи.
–Я никому не насилую мозг, в отличие от вас.
– Это очень хороший Дар, Элла, а на моей службе он просто незаменим. Но не обо мне разговор. Речь идет о вашем будущем. Мы можем стать хорошей парой. У вас сильный Дар, у меня сильный Дар, у нас будут очень способные дети.
– Какие дети? Или вы предпочитаете жить на два мира? Я не могу вернуться в наш мир, вы забыли?
– Нет,– холодно ответил он,– я никогда и ничего не забываю. Вы не можете вернуться как герцогиня ванн Рей, но вы можете вернуться как моя жена, герцогиня ванн Хилл.
– Вы герцог ванн Хилл?
– Пока еще только граф, но по окончании службы, стану герцогом. И мое герцогство будет зависеть напрямую от того, что мы с вами сделаем по решению вопроса народонаселения нашего мира. И еще один приятный для вас момент – вы сможете насолить своему несостоявшемуся мужу–герцогу ванн Клеменс. Став моей женой, мы вернем с вами владения вашего батюшки. Правда называться оно будет по–другому – герцогство ванн Хилл, а не ванн Рей, но это несущественные мелочи. Вы вернете себе прежнюю жизнь.
– Сколько вам еще служить здесь?– Я быстро задала вопрос, который меня давно занимал.
– По моему контракту еще три земных года.
– Сразу видно, что вы человек серьезный и привыкли все продумывать заранее. Верхом благоразумия в вашем случае было озаботиться вопросом продолжения рода уже сейчас, да, герцог ванн Хилл? Зачем же время терять? А так как из нашего мира только я одна у вас под рукой, то и выбор очевиден. Род хороший, Дар сильный, свободное герцогство присутствует. Чего же еще?
– Ну не так примитивно, как вы только что мне тут объяснили, но в целом направление правильное.
– А как же любовь, Сэм?
– Любовь – понятие относительное. Все в этом мире относительно. Вы не ерепеньтесь, Элла, я дам вам время подумать, я дам вам время привыкнуть ко мне, но, надеюсь, что после сегодняшнего нашего разговора, вы не станете делать глупости, а примете правильное решение.
Прошло пять дней. Я жила у себя в квартире, коротая вечера за хорошей книгой или пересматривая старые добрые фильмы. Все мужчины отстали от меня. Со Стефаном, правда, встречались на съемках и общались как всегда, но не более того. Съемка уже вступила в финальную стадию, поэтому они с Алеком были так загружены работой, что, по–моему, даже ночевали в павильоне. Фрид (ванн Хилл) куда– то исчез, на площадке он больше не показывался, от Ирвина вестей я тоже не получала.
Единственным радостным событием был мой разговор с Хельгой. Я позвонила ей сразу по тому номеру, что мне оставил Фрид.
– Алло, алло, Хельга. Это я.
На том конце послышался низкий грудной смех:
–Здравствуй, солнышко. Я рада тебя слышать. Судя по тому, что меня отпустили, ты сделала все правильно?
–Я….ох, я такого наворотила, Хельга. Но это не телефонный разговор,– выворачивать душу в пустоту эфира мне не хотелось. – У нас скоро закончится съемка, и я буду абсолютно свободна. Мне можно приехать к тебе?
На том конце снова хохотнули.
– Куда ко мне, милая? Меня отправили в отставку. Вот сдам дела другому Хранителю, и всё – я абсолютно свободна. Думаю теперь, что мне делать дальше?
– Это из–за меня, да? Ты расстроена?
– Просто я больше ничего не умею делать. Чувствую себя какой–то потерянной. – И опять бодрый голос.– Но это ничего. У меня есть кое–какие сбережения. Новую жизнь начинать никогда не поздно.
– Хельга, Хельга, ты о чем? Приезжай ко мне, будем жить вместе. Я, наверное, уйду из кино, надоело жить иллюзорной жизнью. Хочешь, купим виллу где–нибудь на море, а лучше на океане? Я как–то недавно была на одной такой. Знаешь, как там красиво! Для тебя ничего не измениться, по крайней мере в обстановке.
– Вилла, океан,– задумчиво проговорили с того конца,– да, это, наверное, было бы неплохо. Вот только уходить из кино я тебе не советую. Зрители неблагодарны, захочешь потом вернуться, и не факт, что они тебя примут заново.
– Хорошо, я буду сниматься время от времени, а жить мы с тобой будем на вилле.
– Девочка моя, спасибо.– В голосе я слышала улыбку.– У меня, к сожалению, нет детей, Габи. Я такая глупая курица, что все свои годы убила на карьеру и «служение человечеству»,– она фыркнула.– Только ты одна родной человечек, и я люблю тебя как сестру или дочь. Может быть и правда, пора сменить мою никчемную жизнь на что– то более осмысленное. Я всегда мечтала о маленьких розовопопых младенцах, надеюсь понянчить твоих малышей, Габи.
Я сразу вспомнила о таких же претензиях Фрида и что– то взбунтовалось во мне:
– Я пока не собираюсь, а вот у тебя еще может получиться. Сорок пять – это еще не конец всем ожиданиям.
– Ну, ты меня рассмешила. Ты всегда умела поднимать мне настроение, Габи. Что ж, сдам дела и приеду к тебе на материк. Решим все на месте. Я люблю тебя, малышка.
– И я люблю тебя, Хельга. Береги себя, родная. Кроме тебя у меня тоже никого нет.
Судорожный вздох с той стороны и тихое:
– Я знаю. Будь умницей!
Зазвонил мой мобильник. Я бросилась к нему, ожидая, что это звонит Ирвин, известий от него до сих пор не было.
– Добрый вечер, Элла. Вы как всегда дома? Не хотите где–нибудь поужинать?
– Нет. Я сегодня очень устала, уже собираюсь спать.
– В девять вечера? Не смешите меня. У вас завтра выходной. Не будет ничего плохого, если вы прогуляетесь перед сном. У меня есть несколько новостей, которые мне хотелось бы обсудить с вами.
Мне стало любопытно.
–Как одеваться?
– Зависит от того, какую кухню вы сегодня предпочтете.
– Не хочется ничего помпезного.
– Тогда, может быть, посетите мой скромный дом? Я не привередлив, и даже ваша ночная сорочка не смутит меня.
– Обойдетесь.
– Я могу подъехать к вам, если вы накормите меня ужином.
– Я не готовлю по вечерам.
– Элла, прекратите капризничать. Нам действительно нужно поговорить.
– В двух кварталах от моего дома есть небольшое кафе, по–моему, там неплохо кормят, и народу там всегда не много. Подъезжайте. Кафе « Флора», я буду там через полчаса.
– С нетерпением буду вас ждать.
Когда я входила в кафе, Фрид уже сидел там, и даже пил вино и ел салат. Когда он все успевает?
При моем приближении он встал и помог мне расположиться за столом.
– Вы как всегда чудесно выглядите.
–Не надо лишних комплиментов. Рассказывайте, зачем позвали?
– Ну, хорошо. Приступим сразу к делу. Мы вышли на финишную прямую. До заседания Совета членов СМС осталось десять дней. Я провел всю необходимую работу. Должен признаться, что мы еще никогда не были так близки к успеху. Вы действительно наугад вытаскивали те листочки, что отправили мне?
–Да. А что такое? Что там было? Вы мне так и не сказали.
– А были там очень любопытные факты. Два отчета, взаимоисключающих друг друга. И что особо важно, наш Глава Совета мистер Брайс, видимо, предварительно просматривал их, так как на полях черканул очень ценные для нас заметки.
– Да? И что там?– Я была в нетерпении. Долго он еще собирается меня мучить?
–Вы же в курсе, что представители разных миров живут здесь на Земле?
– Вы говорили об этом. И что?
– Так вот, в бумагах, отосланных нам, были два предложения представителей враждующих миров – Нордов и Серых.
– А кто это?
– Это такие же гуманоиды как земляне. И у тех, и у других заканчиваются ресурсы их миров. Мир Серых предлагает внедрение их народонаселения на эту планету. Предложение очень щедрое, так как они предлагают взамен совершенно новые технологии, невиданные и неслыханные здесь ранее.
–О–о–о–о. Так это же хорошо. И что там за заметки на полях?
– А заметки не обнадеживающие. Ваш Брайс пишет решительное: « Отказать», хотя Серые претендуют только на расселение по двум материкам – Африке и Южной Америке, а впоследствии, если будет нужно, то и в беднейших районах Азии. Я посоветовался с остальными членами Совета, которые нам лояльны, они тоже в недоумении.
– И почему же он им отказал? Кто такие Серые?
– Важно не это. Мир Серых предлагает полностью обеспечить дешевым питанием все народонаселение Земли. А очень умный мистер Брайс почему–то не согласен с этим. Это предложение очень выгодно. Убирается так называемый фактор нищеты. По всем показателям, Африка, Южная Америка, а так же ряд азиатских государств – это рассадник бедности, болезней и демографических катаклизмов.
– Но почему он отказался от такого выгодного предложения? Вы мне что– то недоговариваете? Может быть, эти ваши Серые расплодятся как собаки и вытеснят землян?
– Нет. Это исключено. Они полностью стерильны. Живут многие сотни лет и размножаются только клонированием.
– Тогда я не понимаю.
– Вот и члены Совета не понимают этого. Тем более некоторые из них намерены полностью сотрудничать с представителями Серых. Дешевое питание они намерены пропустить через свои руки. Конечно, после этого оно не будет таким уж дешевым, но в масштабах целой планеты оно того стоит.
– А что предлагают Норды?
– О–о–о! Это отдельная тема. Норды не предлагают ничего стоящего. А ваш …. гм–мм… возлюбленный, почему то с готовностью пишет на полях их докладной записки: «Рассмотреть».
Я ничего не понимала. И о Нордах, и о Серых, я услышала сегодня впервые. Если Ирвин так написал, то это что– то значит. Примерно это я и высказала своему визави.
– А в чем суть их предложения?
Фрид понимающе усмехнулся:
–Задело?
– Конечно. Если я собираюсь прожить оставшуюся жизнь здесь, то мне хотелось бы знать, о чем договариваются сильные мира сего за спиной всего человечества?
– Какие громкие слова. Вы уже причисляете себя к этому человечеству? Напрасно. Вместо того чтобы думать о благоденствии чужого мира, самое время вспомнить о своем,– холодно продолжил он.– Если все пойдет так, как мы задумали, наш мир будет более предпочтителен, хотя бы по той причине, что мы не поклоняемся золоту, как принято здесь, а имеем другие приоритеты.
– Приоритеты везде одинаковы – это гармония, счастье, здоровье.
– Элла, я не намерен агитировать вас, и вы меня не сможете. Эти записи рождают определенные мысли. Я встретился почти с каждым членом Совета и собрал большинство голосов. Брайс – политический покойник. А наша идея, если ее объединить с идеей мира Серых, получит абсолютное большинство.
–Рада за вас,– я кисло улыбнулась.
– Вы обдумали мое предложение?
–Какое из?..
– Вы готовы переехать ко мне?
– Нет,– я возмущенно уставилась на собеседника,– я же вам сразу сказала, что люблю Ирвина.
– Похоже, мистер Брайс не разделяет ваши чувства.
– Что вы хотите этим сказать?
– Он звонил вам? Говорил что–нибудь?
–Нет. Он же на острове. Там…гм… нет связи,– я сникла.
А его «правительственный телефон»? Я же звонила Стефану с виллы, и Ирвин мог бы позвонить мне. Скорее всего, он обнаружил пропажу и понял, кто украл у него документы. Мне пришла в голову мысль, что можно было бы сразу по приезду позвонить Ирвину, попросить прощения и все объяснить. Беда только в том, что мне и в голову не пришло взять номер телефона виллы. Дура ты, Габи! Любовная горячка полностью отшибла тебе мозги.
– Он уже два дня как в городе, – Фрид иронично поднял брови,– а вы и не знали? Ой–ей–ей. Как же так? А как же ваша « великая любовь»?
– Не может быть, Ирвин бы обязательно позвонил мне.
–Как видите, он не спешит. Мало того, вчера состоялся торжественный прием в одном из посольств. Мистер Брайс присутствовал на нем вместе с Ильзой Лонгман.
–Не может быть. Вы лжете.
Он достал планшет, что–то быстро нажал и повернул экраном ко мне. Крупным планом передо мной встало серьезное любимое лицо. Под руку с ним шла улыбающаяся и всем довольная Ильза. У меня перехватило дыхание.
– Дайте мне,– сиплым голосом просвистела я и протянула руку.
Фрид насмешливо хмыкнул и отдал мне планшет. Я перемотала на начало записи. Это был выпуск новостей от вчерашнего дня. Пересмотрела еще раз. Ирвин был великолепен в сером костюме, более улыбчив, чем всегда, выглядел заинтересованным и довольным, а Ильза просто цвела. Ее ослепительные улыбки заполонили экран.
Я просмотрела запись семь раз подряд. Подняла глаза и встретила настороженный взгляд Фрида.
– Спасибо, что сообщили.
– Не за что. Я всегда готов вам помочь. Так что? Вы переезжаете ко мне?
– И не подумаю. Мне нужно поговорить с Ирвиным.
– Поговорите, поговорите,– почти добродушно вымолвил Фрид.– Только Элла, одно предупреждение. Вы теперь официально на службе нашего мира, вы наш резидент, поэтому все то, о чем мы с вами разговариваем, вы не имеете права сообщать кому бы то ни было. Помните нашу магическую клятву?
– Да.
– Хочу сообщить вам, что она имеет отражающий эффект.
– Как это?
– Я вам обещал сделать санкционированный переход, если вы поможете нашему миру решить вопрос с народонаселением? Я свою часть договора выполнил.
– И что?
– А то. Если вы сделаете хоть что–нибудь, что может помешать решению этого вопроса, вы умрете. Вы обещали «помочь с решением вопроса народонаселения». Все, что пойдет в разрез с этой клятвой, убьет вас.
Я ничего не понимала. Мысли крутились в моей голове и никак не могли остановиться. Как я могла поступить так опрометчиво? Надо было сразу сообразить, что Фрид не будет делать ничего себе во вред. Надо было четче сформулировать условия, а теперь я просто не знала, что мне можно рассказать Ирвину, а что нет. Урод Фрид! Я с ненавистью уставилась в его холеную аристократическую морду.
– Не надо испепелять меня взглядом. Ничего страшного не произошло. Я с вами честен,– он остановил рукой мой возглас по этому поводу,– да, честен. Хельгу выпустили, вы получили свой санкционированный переход.
– Кем я являюсь? Вы не охренели? Я думала, что после всего, что я сделала, я буду спокойно жить, и вы оставите меня в покое.
– А вы и будете спокойно жить. С Брайсом теперь будут разбираться другие маги, ваш покорный слуга в их числе. Но после такой удачно проведенной операции, было бы глупо как вы говорите «оставлять вас в покое». Брайс – сильный противник, я еще до конца не уверен, как это дело повернется, поэтому будьте наготове. Когда вы нам понадобитесь, я сообщу вам.
– Я не хочу больше с вами общаться, мистер Фрид.
– Можете называть меня Сэмюель. Это мое настоящее имя. Вы видите, как я теперь доверяю вам? А общаться нам придется по любому, потому что мы теперь будем жить вместе.
– Еще чего! Я не собираюсь жить с вами.
– Элла,– голос Фрида был угрожающе мягок, – достаточно того, что я собираюсь жить с вами. Не заставляйте меня применять к вам мой Дар. Мы оба с вами логики, поэтому выслушайте сначала мою версию, а потом уже возражайте, если сможете.
Я откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ногу, скрестила руки на груди. Вот, гад! Совсем отбил аппетит! Послушаем.
– Я не знаю, что вы там себе навыдумывали, но Брайс не ваш мужчина. Хороший секс – это всего лишь хороший секс. Смею вас уверить, что я тоже смогу удивить вас в постели.
Я хмыкнула. Фрид, или как его там, Сэмюель, тонко улыбнулся.
–Во всяком случае, еще никто не обижался. Мы с вами маги одного мира, даже наши Дары чем–то похожи.
–Я никому не насилую мозг, в отличие от вас.
– Это очень хороший Дар, Элла, а на моей службе он просто незаменим. Но не обо мне разговор. Речь идет о вашем будущем. Мы можем стать хорошей парой. У вас сильный Дар, у меня сильный Дар, у нас будут очень способные дети.
– Какие дети? Или вы предпочитаете жить на два мира? Я не могу вернуться в наш мир, вы забыли?
– Нет,– холодно ответил он,– я никогда и ничего не забываю. Вы не можете вернуться как герцогиня ванн Рей, но вы можете вернуться как моя жена, герцогиня ванн Хилл.
– Вы герцог ванн Хилл?
– Пока еще только граф, но по окончании службы, стану герцогом. И мое герцогство будет зависеть напрямую от того, что мы с вами сделаем по решению вопроса народонаселения нашего мира. И еще один приятный для вас момент – вы сможете насолить своему несостоявшемуся мужу–герцогу ванн Клеменс. Став моей женой, мы вернем с вами владения вашего батюшки. Правда называться оно будет по–другому – герцогство ванн Хилл, а не ванн Рей, но это несущественные мелочи. Вы вернете себе прежнюю жизнь.
– Сколько вам еще служить здесь?– Я быстро задала вопрос, который меня давно занимал.
– По моему контракту еще три земных года.
– Сразу видно, что вы человек серьезный и привыкли все продумывать заранее. Верхом благоразумия в вашем случае было озаботиться вопросом продолжения рода уже сейчас, да, герцог ванн Хилл? Зачем же время терять? А так как из нашего мира только я одна у вас под рукой, то и выбор очевиден. Род хороший, Дар сильный, свободное герцогство присутствует. Чего же еще?
– Ну не так примитивно, как вы только что мне тут объяснили, но в целом направление правильное.
– А как же любовь, Сэм?
– Любовь – понятие относительное. Все в этом мире относительно. Вы не ерепеньтесь, Элла, я дам вам время подумать, я дам вам время привыкнуть ко мне, но, надеюсь, что после сегодняшнего нашего разговора, вы не станете делать глупости, а примете правильное решение.
ГЛАВА 32
Прошло пять дней. Я жила у себя в квартире, коротая вечера за хорошей книгой или пересматривая старые добрые фильмы. Все мужчины отстали от меня. Со Стефаном, правда, встречались на съемках и общались как всегда, но не более того. Съемка уже вступила в финальную стадию, поэтому они с Алеком были так загружены работой, что, по–моему, даже ночевали в павильоне. Фрид (ванн Хилл) куда– то исчез, на площадке он больше не показывался, от Ирвина вестей я тоже не получала.
Единственным радостным событием был мой разговор с Хельгой. Я позвонила ей сразу по тому номеру, что мне оставил Фрид.
– Алло, алло, Хельга. Это я.
На том конце послышался низкий грудной смех:
–Здравствуй, солнышко. Я рада тебя слышать. Судя по тому, что меня отпустили, ты сделала все правильно?
–Я….ох, я такого наворотила, Хельга. Но это не телефонный разговор,– выворачивать душу в пустоту эфира мне не хотелось. – У нас скоро закончится съемка, и я буду абсолютно свободна. Мне можно приехать к тебе?
На том конце снова хохотнули.
– Куда ко мне, милая? Меня отправили в отставку. Вот сдам дела другому Хранителю, и всё – я абсолютно свободна. Думаю теперь, что мне делать дальше?
– Это из–за меня, да? Ты расстроена?
– Просто я больше ничего не умею делать. Чувствую себя какой–то потерянной. – И опять бодрый голос.– Но это ничего. У меня есть кое–какие сбережения. Новую жизнь начинать никогда не поздно.
– Хельга, Хельга, ты о чем? Приезжай ко мне, будем жить вместе. Я, наверное, уйду из кино, надоело жить иллюзорной жизнью. Хочешь, купим виллу где–нибудь на море, а лучше на океане? Я как–то недавно была на одной такой. Знаешь, как там красиво! Для тебя ничего не измениться, по крайней мере в обстановке.
– Вилла, океан,– задумчиво проговорили с того конца,– да, это, наверное, было бы неплохо. Вот только уходить из кино я тебе не советую. Зрители неблагодарны, захочешь потом вернуться, и не факт, что они тебя примут заново.
– Хорошо, я буду сниматься время от времени, а жить мы с тобой будем на вилле.
– Девочка моя, спасибо.– В голосе я слышала улыбку.– У меня, к сожалению, нет детей, Габи. Я такая глупая курица, что все свои годы убила на карьеру и «служение человечеству»,– она фыркнула.– Только ты одна родной человечек, и я люблю тебя как сестру или дочь. Может быть и правда, пора сменить мою никчемную жизнь на что– то более осмысленное. Я всегда мечтала о маленьких розовопопых младенцах, надеюсь понянчить твоих малышей, Габи.
Я сразу вспомнила о таких же претензиях Фрида и что– то взбунтовалось во мне:
– Я пока не собираюсь, а вот у тебя еще может получиться. Сорок пять – это еще не конец всем ожиданиям.
– Ну, ты меня рассмешила. Ты всегда умела поднимать мне настроение, Габи. Что ж, сдам дела и приеду к тебе на материк. Решим все на месте. Я люблю тебя, малышка.
– И я люблю тебя, Хельга. Береги себя, родная. Кроме тебя у меня тоже никого нет.
Судорожный вздох с той стороны и тихое:
– Я знаю. Будь умницей!
***
Зазвонил мой мобильник. Я бросилась к нему, ожидая, что это звонит Ирвин, известий от него до сих пор не было.
– Добрый вечер, Элла. Вы как всегда дома? Не хотите где–нибудь поужинать?
– Нет. Я сегодня очень устала, уже собираюсь спать.
– В девять вечера? Не смешите меня. У вас завтра выходной. Не будет ничего плохого, если вы прогуляетесь перед сном. У меня есть несколько новостей, которые мне хотелось бы обсудить с вами.
Мне стало любопытно.
–Как одеваться?
– Зависит от того, какую кухню вы сегодня предпочтете.
– Не хочется ничего помпезного.
– Тогда, может быть, посетите мой скромный дом? Я не привередлив, и даже ваша ночная сорочка не смутит меня.
– Обойдетесь.
– Я могу подъехать к вам, если вы накормите меня ужином.
– Я не готовлю по вечерам.
– Элла, прекратите капризничать. Нам действительно нужно поговорить.
– В двух кварталах от моего дома есть небольшое кафе, по–моему, там неплохо кормят, и народу там всегда не много. Подъезжайте. Кафе « Флора», я буду там через полчаса.
– С нетерпением буду вас ждать.
***
Когда я входила в кафе, Фрид уже сидел там, и даже пил вино и ел салат. Когда он все успевает?
При моем приближении он встал и помог мне расположиться за столом.
– Вы как всегда чудесно выглядите.
–Не надо лишних комплиментов. Рассказывайте, зачем позвали?
– Ну, хорошо. Приступим сразу к делу. Мы вышли на финишную прямую. До заседания Совета членов СМС осталось десять дней. Я провел всю необходимую работу. Должен признаться, что мы еще никогда не были так близки к успеху. Вы действительно наугад вытаскивали те листочки, что отправили мне?
–Да. А что такое? Что там было? Вы мне так и не сказали.
– А были там очень любопытные факты. Два отчета, взаимоисключающих друг друга. И что особо важно, наш Глава Совета мистер Брайс, видимо, предварительно просматривал их, так как на полях черканул очень ценные для нас заметки.
– Да? И что там?– Я была в нетерпении. Долго он еще собирается меня мучить?
–Вы же в курсе, что представители разных миров живут здесь на Земле?
– Вы говорили об этом. И что?
– Так вот, в бумагах, отосланных нам, были два предложения представителей враждующих миров – Нордов и Серых.
– А кто это?
– Это такие же гуманоиды как земляне. И у тех, и у других заканчиваются ресурсы их миров. Мир Серых предлагает внедрение их народонаселения на эту планету. Предложение очень щедрое, так как они предлагают взамен совершенно новые технологии, невиданные и неслыханные здесь ранее.
–О–о–о–о. Так это же хорошо. И что там за заметки на полях?
– А заметки не обнадеживающие. Ваш Брайс пишет решительное: « Отказать», хотя Серые претендуют только на расселение по двум материкам – Африке и Южной Америке, а впоследствии, если будет нужно, то и в беднейших районах Азии. Я посоветовался с остальными членами Совета, которые нам лояльны, они тоже в недоумении.
– И почему же он им отказал? Кто такие Серые?
– Важно не это. Мир Серых предлагает полностью обеспечить дешевым питанием все народонаселение Земли. А очень умный мистер Брайс почему–то не согласен с этим. Это предложение очень выгодно. Убирается так называемый фактор нищеты. По всем показателям, Африка, Южная Америка, а так же ряд азиатских государств – это рассадник бедности, болезней и демографических катаклизмов.
– Но почему он отказался от такого выгодного предложения? Вы мне что– то недоговариваете? Может быть, эти ваши Серые расплодятся как собаки и вытеснят землян?
– Нет. Это исключено. Они полностью стерильны. Живут многие сотни лет и размножаются только клонированием.
– Тогда я не понимаю.
– Вот и члены Совета не понимают этого. Тем более некоторые из них намерены полностью сотрудничать с представителями Серых. Дешевое питание они намерены пропустить через свои руки. Конечно, после этого оно не будет таким уж дешевым, но в масштабах целой планеты оно того стоит.
– А что предлагают Норды?
– О–о–о! Это отдельная тема. Норды не предлагают ничего стоящего. А ваш …. гм–мм… возлюбленный, почему то с готовностью пишет на полях их докладной записки: «Рассмотреть».
Я ничего не понимала. И о Нордах, и о Серых, я услышала сегодня впервые. Если Ирвин так написал, то это что– то значит. Примерно это я и высказала своему визави.
– А в чем суть их предложения?
Фрид понимающе усмехнулся:
–Задело?
– Конечно. Если я собираюсь прожить оставшуюся жизнь здесь, то мне хотелось бы знать, о чем договариваются сильные мира сего за спиной всего человечества?
– Какие громкие слова. Вы уже причисляете себя к этому человечеству? Напрасно. Вместо того чтобы думать о благоденствии чужого мира, самое время вспомнить о своем,– холодно продолжил он.– Если все пойдет так, как мы задумали, наш мир будет более предпочтителен, хотя бы по той причине, что мы не поклоняемся золоту, как принято здесь, а имеем другие приоритеты.
– Приоритеты везде одинаковы – это гармония, счастье, здоровье.
– Элла, я не намерен агитировать вас, и вы меня не сможете. Эти записи рождают определенные мысли. Я встретился почти с каждым членом Совета и собрал большинство голосов. Брайс – политический покойник. А наша идея, если ее объединить с идеей мира Серых, получит абсолютное большинство.
–Рада за вас,– я кисло улыбнулась.
– Вы обдумали мое предложение?
–Какое из?..
– Вы готовы переехать ко мне?
– Нет,– я возмущенно уставилась на собеседника,– я же вам сразу сказала, что люблю Ирвина.
– Похоже, мистер Брайс не разделяет ваши чувства.
– Что вы хотите этим сказать?
– Он звонил вам? Говорил что–нибудь?
–Нет. Он же на острове. Там…гм… нет связи,– я сникла.
А его «правительственный телефон»? Я же звонила Стефану с виллы, и Ирвин мог бы позвонить мне. Скорее всего, он обнаружил пропажу и понял, кто украл у него документы. Мне пришла в голову мысль, что можно было бы сразу по приезду позвонить Ирвину, попросить прощения и все объяснить. Беда только в том, что мне и в голову не пришло взять номер телефона виллы. Дура ты, Габи! Любовная горячка полностью отшибла тебе мозги.
– Он уже два дня как в городе, – Фрид иронично поднял брови,– а вы и не знали? Ой–ей–ей. Как же так? А как же ваша « великая любовь»?
– Не может быть, Ирвин бы обязательно позвонил мне.
–Как видите, он не спешит. Мало того, вчера состоялся торжественный прием в одном из посольств. Мистер Брайс присутствовал на нем вместе с Ильзой Лонгман.
–Не может быть. Вы лжете.
Он достал планшет, что–то быстро нажал и повернул экраном ко мне. Крупным планом передо мной встало серьезное любимое лицо. Под руку с ним шла улыбающаяся и всем довольная Ильза. У меня перехватило дыхание.
– Дайте мне,– сиплым голосом просвистела я и протянула руку.
Фрид насмешливо хмыкнул и отдал мне планшет. Я перемотала на начало записи. Это был выпуск новостей от вчерашнего дня. Пересмотрела еще раз. Ирвин был великолепен в сером костюме, более улыбчив, чем всегда, выглядел заинтересованным и довольным, а Ильза просто цвела. Ее ослепительные улыбки заполонили экран.
Я просмотрела запись семь раз подряд. Подняла глаза и встретила настороженный взгляд Фрида.
– Спасибо, что сообщили.
– Не за что. Я всегда готов вам помочь. Так что? Вы переезжаете ко мне?
– И не подумаю. Мне нужно поговорить с Ирвиным.
– Поговорите, поговорите,– почти добродушно вымолвил Фрид.– Только Элла, одно предупреждение. Вы теперь официально на службе нашего мира, вы наш резидент, поэтому все то, о чем мы с вами разговариваем, вы не имеете права сообщать кому бы то ни было. Помните нашу магическую клятву?
– Да.
– Хочу сообщить вам, что она имеет отражающий эффект.
– Как это?
– Я вам обещал сделать санкционированный переход, если вы поможете нашему миру решить вопрос с народонаселением? Я свою часть договора выполнил.
– И что?
– А то. Если вы сделаете хоть что–нибудь, что может помешать решению этого вопроса, вы умрете. Вы обещали «помочь с решением вопроса народонаселения». Все, что пойдет в разрез с этой клятвой, убьет вас.
Я ничего не понимала. Мысли крутились в моей голове и никак не могли остановиться. Как я могла поступить так опрометчиво? Надо было сразу сообразить, что Фрид не будет делать ничего себе во вред. Надо было четче сформулировать условия, а теперь я просто не знала, что мне можно рассказать Ирвину, а что нет. Урод Фрид! Я с ненавистью уставилась в его холеную аристократическую морду.
– Не надо испепелять меня взглядом. Ничего страшного не произошло. Я с вами честен,– он остановил рукой мой возглас по этому поводу,– да, честен. Хельгу выпустили, вы получили свой санкционированный переход.
