Он пошел из леса – значит, оно было активировано там… но не сплетено, процесс плетения такого мощного заклятия я бы почувствовал. Есть такое понятие, как кокон – энергетический сосуд, в который герметично упаковывают чары. Открывается он с помощью катализатора – что-то вроде ключа к замку. Судя по тому, что искры нацелились прежде всего на меня… я бы предположил заклятье на крови, хотя не знаю, как неизвестный маг ухитрился раздобыть образец.
Он помолчал, продолжая анализировать происшедшее.
- Некоторые искры были не настоящими, огонь был лишь оболочкой для чистой силы, из которой они состояли. Когда они соприкоснулись со мной, сила выплеснулась и задала вектор… направление заклятию. Интересно еще то, что на мою магию искры не реагировали, а вот когда Актар призвал водное заклинание, шар развеялся. У него не так много умений, но кое-что он может, - ворчливо признал император.
Новая пауза.
– Но в целом я бы сказал, что это гениальный ход… если бы под угрозой не оказались наши жизни. И я почти уверен, что это Аэллин. Но в этом деле она совершенно точно не обошлась без помощников… и вот это уже интересно. Я понятия не имею, кто мог сыграть на ее стороне и как, учитывая, что она по-прежнему сидит под непроницаемым куполом. Не то чтобы у меня не было врагов, но решиться на открытое выступление…
- Я вообще не понимаю, кому это могло понадобиться и зачем, - тихо произнесла Ашасси. – Точнее, я еще могу понять, почему кто-то хочет убрать вас – ну, не в том смысле, что я желаю вам смерти, нет, никоим образом, - спохватившись, затараторила она, - я хочу сказать, это еще как-то объяснимо с точки зрения логики…
Он снова тихо рассмеялся.
- Я понял, что ты имеешь в виду, - покашливая-посмеиваясь, произнес Даскалиар.
- Я к тому, что… кому, во имя неба, могла понадобиться моя смерть? Передо мной ведь тоже этот шар появился. Чем и кому я могла помешать?
На этот вопрос он категорически не желал отвечать. Придется немного схитрить.
- Возможно, им не смерть была нужна. Может, нас собирались встретить чуть дальше по течению и подобрать, бессознательных, почти живых. Или мы были нужны злоумышленнику в каком-то конкретном месте. Или просто мы были не нужны ему во дворце. Да и мишенью вполне мог оказаться я один, а тебе просто не повезло. Тем более на тебе мой браслет… - он прикусил язык, жалея о том, что сказал это, но девушка, не удивившись, продолжила:
- А в нем ваша кровь, да, - жалко улыбнулась. – Мне Дан рассказал.
- Я не хотел тебя пугать.
- Я знаю, - кивнула Ашасси.
Понурилась.
- Страшно думать, что кто-то может желать тебе смерти так сильно, что всерьез пытается тебя убить, - опустив глаза, призналась девушка и снова закашлялась.
- Страшно, - кивнул он. – Я с этим живу.
Сообразив, что невольно допустила бестактность, она вскинула голову, вглядываясь в его глаза, и с облегчением поняла, что он не обиделся, просто констатировал факт.
- Я не знаю, как вы с этим справляетесь. День за днем, годами…
Он пожал плечами.
- Я высший вампир и я император. Всю свою жизнь я мешал очень многим, Ашасси. К этому тоже привыкаешь.
- Это не то, к чему стоит привыкать! – горячо произнесла она.
- Иногда нашего мнения не спрашивают.
- Мне страшно, - прошептала девушка так тихо, что он едва расслышал.
Воцарилось неловкое молчание.
- Ашасси, - тихо и серьезно произнес Даскалиар, опустив глаза и не глядя на нее. – Самый сильный страх я испытал сегодня, осознав свое полное бессилие… когда понял, что не смогу тебя уберечь. От холода, от болезни, даже от хищников, рыскающих по лесу. Но я бы все равно попытался. Я не знаю, кто помогает Аэллин и как она все это проделывает, но клянусь тебе, я сделаю все, чтобы тебя защитить.
Это признание нелегко ему далось, Ашасси читала это по стиснутым губам, по рукам, которые не лежали спокойно на коленях, а сжались в кулаки так, что побелели костяшки. А по опущенным глазам становилось ясно, что он винит в происшедшем себя. Понимает, что винить не в чем – и все равно винит!
- Не терзайте себя, - хриплым шепотом произнесла она. – Прошу вас, не терзайте себя, – и она несмело коснулась его руки. – Не надо. Вы защитили меня, берегли, как могли, пренебрегая собой, вы сделали все, что было в ваших силах. Не ваша вина, что иногда этого бывает недостаточно. Такова жизнь. И вы в этом не виноваты. И вы спасли меня – от реки, затем от холода, теперь – от болезни…
- Я тебя укусил, - горько улыбнулся он. – И я мог не остановиться. Я не хотел останавливаться.
У нее на глаза навернулись слезы. Ну зачем он мучает себя? Выкладывается, делает все, что может, а потом считает, что и этого было мало… Что за невозможный вампир?
- У вас не было другого выхода, - прошептала Ашасси, приподнимаясь на локте и пытаясь дотянуться другой рукой до лица императора. – Если бы вы этого не сделали, то не догнали бы госпожу Иварро, и тогда, скорее всего, я бы умерла на ваших руках. Вы сделали то, что должны были сделать, так зачем вы сейчас себя мучаете? Вы живы, я жива, Кшари жив.
Пальцы коснулись прохладной щеки вампира, заставив его вздрогнуть.
– Знаете, вы удивительный, - тихо произнесла девушка. Даскалиар наконец отмер и перевел на нее взгляд, хотел было возразить, но она заставила его умолкнуть, легонько коснувшись губ. Румянец бросился в щеки, но Ашасси знала, что должна сказать ему это.
– Правда. Вы изображаете презрение и ледяное безразличие ко всему миру, но при этом переживаете из-за нас, безродных смертных… С вами всегда так. Вы настаиваете на соблюдении бездушного церемониала в мелочах, но не желаете принимать искреннюю благодарность там, где вы ее заслуживаете. Делаете больше, чем сделал бы другой на вашем месте – и корите себя за то, что не сделали еще большего. И пока мы не при вашем лицемерном дворе, позвольте мне сказать вам это, только не перебивайте. Вы удивительный, я восхищаюсь вами. Я вновь обязана вам жизнью и уже не знаю, как отдать этот долг, он становится неподъемным. Вы приходите на помощь, не думая о себе, но, считая это само собой разумеющимся, после вините себя даже в том, что так сложились обстоятельства. Но… ведь плохое иногда просто случается, и в этом никто не виноват. Пожалуйста, просто услышьте мое спасибо. Не говорите ничего, не преуменьшайте своих заслуг. Просто услышьте. Спасибо вам. За все.
Вампир не отвел взгляда. Взял ее руку в обе свои, осторожно сжал, а после уложил девушку на подушки, поправил одеяло. И склонившись над ней, едва слышным шепотом произнес:
- Тебе спасибо, Аири.
И плюнув на все, она потянулась к нему, робко обняла за шею… Сердце вдруг пропустило удар, а затем забилось пойманной пташкой, от собственной смелости было и сладко, и тревожно…
Он вздрогнул. Замер на несколько томительных мгновений.
А затем его руки сомкнулись у нее за спиной, и Ашасси почувствовала, как ее медленно прижимают к твердому мужскому телу, все крепче и крепче, но при этом бережно, чтобы случайно не причинить боль.
Где-то хлопнула дверь. Раздались шаги.
- Госпожа Иварро идет, - с сожалением прошептала Ашасси.
Он неохотно разжал объятия, посмотрел ей в глаза.
- Я услышал тебя, серебро мое, - тихо произнес Даскалиар и вышел из комнаты, не дожидаясь возвращения травницы.
- Может, объяснишь мне наконец, зачем ты так себя изводишь? Второй раз за зиму твой резерв фактически на нуле!
Аэллин молча отвела глаза в сторону. На большее у нее не было сил. Оно и к лучшему. Может, наконец она его выслушает.
- Я же предупреждал, что это слишком сложное заклятье. Я читал о нем в четырех книгах и одном дневнике! А ты еще добавила чистую силу, маскировочные чары и привязку на крови, для которой пришлось проводить этот проклятый ритуал! Ты вообще соображаешь, что делаешь?
- Ты… понимаешь… с кем ты говоришь? – чуть слышным шепотом отозвалась Аэллин.
Эндар в сердцах пришлепнул ей мокрое полотенце на лоб.
- Понимаю, - огрызнулся он. Снова придется ее выхаживать на пару с лордом Сати! – С живым трупом, в котором невесть как теплится жизнь!
Взгляд принцессы был страшен. Но больше она ничего сейчас сделать не могла, и Эндар этим бессовестно пользовался.
- Ты… как ребенок, - выдохнула она и прикрыла глаза. Комната опять поплыла перед глазами. Почему, ну почему в ее матери было так мало вампирьей крови…
Эндар демонстративно сунул ей в рот длинную трубочку, уходящую в стакан с восстанавливающим зельем, сваренным лично лордом Сати.
- Пей, - грубо бросил он, обидевшись. Ну да, по демонским меркам он еще фактически подросток, но разве его действия не говорят о зрелости лучше возраста?
- Больше не могу, - пожаловалась она, сделав три глотка.
- Еще больше половины осталось! Допивай, не то волью так, прямо в горло. Ты и сопротивляться сейчас не сможешь, в отличие от прошлого раза. Кто еще тут как ребенок…
Если бы взгляды могли убивать, он сегодня скончался бы уже трижды. Но зелье Аэтана допила.
- Их… нашли?
- Нет. Но их ищут.
- Плохо…
- Плохо. Вчера Светоч ничего не успела выяснить, в замке царила неразбериха. Я схожу в обитель сегодня вечером, может, теперь ей больше повезло.
- Бесполезная… стерва.
Эндар ухмыльнулся. Принцесса в своем репертуаре. Даже на смертном одре будет поносить других и ненавидеть богов.
- Не будь столь категорична.
Уголок губ блондинки дернулся, обозначая легкую усмешку.
- А ты пытался… их выследить?
- Нет, конечно, заметил погоню и сбежал. А вернулся в переполох, как же – принцесса лежит труп трупом и ни на что не реагирует… хорошо еще у тебя половина прислуги оборотни, были бы люди – могли бы и похоронить…
- Я бессмертна, - выдохнула Аэллин.
- Не абсолютно, - зачем-то напомнил Эндар. – Я гляжу, вы с Дариэтом и вправду родственники – без всякой жалости загоняете себя до последнего во имя великой цели.
- У меня нет с этим выродком ничего общего!
Эндар удивленно покосился на приподнявшуюся было и тут же снова рухнувшую на постель Аэтану.
- Надо же, гнев и впрямь придает тебе сил, - хмыкнул он. – Интересно, они выживут? После реки, одни, в лесу… И если Дариэт – возможно, то девчонке для этого должно сказочно повезти. В ледяной воде переохлаждение грозит даже вампиру.
Аэллин уставилась в потолок.
- Если она и выжила в реке, он в любом случае будет жаждать крови.
- Прошло два дня, - напомнил Эндар.
- Он продержится… Какое-то время. Но природа возьмет свое. Если она выжила – он выпьет ее.
- Ну, ты-то узнаешь о ее смерти первой, верно? Даже не понадобится дергать Светоча и ждать, пока скорбный Дариэт вернется во дворец…
- Откуда ты знаешь? – удивилась Аэтана. Она ведь ничего не говорила ему про метку матери-настоятельницы…
- Ты меня за идиота держишь, что ли? – хмыкнул Эндар. – Тебя сколько раз переодевали за это время? Причем и я, и лорд Сати. Метку у тебя на животе не распознает разве что слепой идиот, от нее разит анисом почти на физическом уровне. К тому же внезапно переключиться с Дариэта на девчонку… Не по своей же инициативе. И откуда еще ты могла узнать о том, что это она сняла с крючка Селиэта?
Аэллин, пойманная на лжи, невольно отвела глаза.
- Ваше высочество, может, я и молод, но я не полный идиот, - неожиданно жестко произнес Эндар. – Мне интересно другое – долго ты собиралась от меня скрывать свой факт обладания ею? Вроде бы у тебя пока не было поводов сомневаться в моей преданности нашему делу.
- Я… не доверяю… никому, - тихо произнесла она.
- Тьфу, совсем как император, - сплюнул демон.
- Не сравнивай меня с ним!
Демон вдруг рассмеялся.
- Может, мне просто нравится, как упоминание о нем приводит тебя в чувство? – ехидно бросил он. – Ладно, шутки в сторону. Что тебе почитать?
- Дневник оборотня… Лорас Гостал. Он работал с чистой магией. Найди.
- Хорошо, - покладисто кивнул Эндар, переворачивая полотенце. – Н-да, ты вся горишь… хуже, чем в прошлый раз.
- Еще немного – и резерв бы не выдержал, - призналась Аэтана.
- Дура, - бросил неожиданно Эндар. – Жажда мести – это, конечно, хорошо. Но в следующий раз подумай заранее о том, что план может провалиться. И тогда ты останешься еще и без магии. После этого о мести можешь забыть.
- Я… подстраховалась. Зелеье… в синем флаконе, в лабор… ратории. На столе. Принеси. Восстановит магию…
Демон резко поднялся с постели и двинулся в библиотеку.
Пусть подумает о том, что он ей сказал, раз сама не дошла до таких простых вещей.
Отыскав нужный ей дневник, направился в лабораторию в башне, угрюмо размышляя о том, что теперь окончательно стал мальчиком на побегушках.
Нужный флакон нашелся сразу – стоял ближе к краю, на самом видном месте. Подхватил его, бросил взгляд на журнал…
Состав и инструкция.
А не слишком ли много ингредиентов для восстанавливающего? И с каких пор в него кладут корни Серой смерти?
Заподозрив неладное, Эндар открыл ветхий справочник, венчавший высокую стопку на скамье, отыскал там нужное название, вчитался…
Застонал и захлопнул книгу.
Магию этот сложнейший эликсир восстанавливал за счет энергии жизни.
Аэтана теоретически бессмертна, да… но такими темпами надолго ли хватит ее бессмертия?!
Он покачал головой, вновь ощутив смутный страх.
Похоже, она совсем помешалась.
- Нита? – жизнерадостно улыбнулась Шаниэли при виде девушки, робко открывшей двери обители. – Ты поклониться богине?
«Всегда запоминайте имена прихожан, - вдалбливала в юных еще учениц сестра Рилия. – Это создает образ приветливой жрицы, люди чувствуют, что вам действительно есть дело до них».
Конец урока они узнали значительно позже.
«Это позволит вам втереться к ним в доверие так, что они этого даже не заметят – если так будет угодно Вечной Госпоже. В служении Богине нет зазорных деяний, за которые вам должно быть стыдно. Все, что свершается по воле и во благо Ее - правильно».
- Нет, помолиться хотела, если можно, - робко произнесла рыжеволосая девушка с веснушчатым личиком. Была бы у нее хоть частица огненной магии – служительницы Фотии мигом бы девчонку к рукам прибрали…
- Конечно, проходи. Закат, правда, миновал, но ничего, Госпожа милостива – лишь бы приходили с открытым сердцем, - задорно улыбнулась Шаниэли и подмигнула служанке.
Тоже урок притворства, заученный на последнем году послушания.
- Спасибо.
Нита была простовата, но благодаря своему обаянию и расторопности считалась одной из лучших служанок. Она была в числе слуг, накрывавших у реки столы, пока император был занят охотой. И у девушки имелась весьма раздражающая привычка молиться вслух, которая сейчас должна была прийтись как нельзя кстати.
Шаниэли, ни о чем больше не спрашивая, достала благовонную палочку, подожгла от священного огня, закрепила. Затем протянула девушке белую хлопковую нить.
- Хорошо подумай о том, о чем просишь богиню, и завяжи столько узлов, сколько у тебя желаний. А затем сожги.
Девушка закрыла глаза и даже наморщила лоб от усердия.
- Хочу… хочу, чтобы Аргихар вернулся живым и невредимым. И травница тоже… она добрая и никогда не отказывает в помощи… Прошу тебя, Вечная Госпожа Ллиатели…
Светоч вздрогнула, как от удара. Слова девушки прозвучали сущим кощунством. Как можно молить Вечную Госпожу о том, чтобы та уберегла проклятую всеми богами ари?!
- И сделай так, чтобы виновные в этом получили по заслугам, в том числе окаянный вампир, из-за которого Аргихар в такой опасности! Молю тебя, Ллиатели, воздай всем виновным по заслугам и верни нам Аргихара и травницу…
Он помолчал, продолжая анализировать происшедшее.
- Некоторые искры были не настоящими, огонь был лишь оболочкой для чистой силы, из которой они состояли. Когда они соприкоснулись со мной, сила выплеснулась и задала вектор… направление заклятию. Интересно еще то, что на мою магию искры не реагировали, а вот когда Актар призвал водное заклинание, шар развеялся. У него не так много умений, но кое-что он может, - ворчливо признал император.
Новая пауза.
– Но в целом я бы сказал, что это гениальный ход… если бы под угрозой не оказались наши жизни. И я почти уверен, что это Аэллин. Но в этом деле она совершенно точно не обошлась без помощников… и вот это уже интересно. Я понятия не имею, кто мог сыграть на ее стороне и как, учитывая, что она по-прежнему сидит под непроницаемым куполом. Не то чтобы у меня не было врагов, но решиться на открытое выступление…
- Я вообще не понимаю, кому это могло понадобиться и зачем, - тихо произнесла Ашасси. – Точнее, я еще могу понять, почему кто-то хочет убрать вас – ну, не в том смысле, что я желаю вам смерти, нет, никоим образом, - спохватившись, затараторила она, - я хочу сказать, это еще как-то объяснимо с точки зрения логики…
Он снова тихо рассмеялся.
- Я понял, что ты имеешь в виду, - покашливая-посмеиваясь, произнес Даскалиар.
- Я к тому, что… кому, во имя неба, могла понадобиться моя смерть? Передо мной ведь тоже этот шар появился. Чем и кому я могла помешать?
На этот вопрос он категорически не желал отвечать. Придется немного схитрить.
- Возможно, им не смерть была нужна. Может, нас собирались встретить чуть дальше по течению и подобрать, бессознательных, почти живых. Или мы были нужны злоумышленнику в каком-то конкретном месте. Или просто мы были не нужны ему во дворце. Да и мишенью вполне мог оказаться я один, а тебе просто не повезло. Тем более на тебе мой браслет… - он прикусил язык, жалея о том, что сказал это, но девушка, не удивившись, продолжила:
- А в нем ваша кровь, да, - жалко улыбнулась. – Мне Дан рассказал.
- Я не хотел тебя пугать.
- Я знаю, - кивнула Ашасси.
Понурилась.
- Страшно думать, что кто-то может желать тебе смерти так сильно, что всерьез пытается тебя убить, - опустив глаза, призналась девушка и снова закашлялась.
- Страшно, - кивнул он. – Я с этим живу.
Сообразив, что невольно допустила бестактность, она вскинула голову, вглядываясь в его глаза, и с облегчением поняла, что он не обиделся, просто констатировал факт.
- Я не знаю, как вы с этим справляетесь. День за днем, годами…
Он пожал плечами.
- Я высший вампир и я император. Всю свою жизнь я мешал очень многим, Ашасси. К этому тоже привыкаешь.
- Это не то, к чему стоит привыкать! – горячо произнесла она.
- Иногда нашего мнения не спрашивают.
- Мне страшно, - прошептала девушка так тихо, что он едва расслышал.
Воцарилось неловкое молчание.
- Ашасси, - тихо и серьезно произнес Даскалиар, опустив глаза и не глядя на нее. – Самый сильный страх я испытал сегодня, осознав свое полное бессилие… когда понял, что не смогу тебя уберечь. От холода, от болезни, даже от хищников, рыскающих по лесу. Но я бы все равно попытался. Я не знаю, кто помогает Аэллин и как она все это проделывает, но клянусь тебе, я сделаю все, чтобы тебя защитить.
Это признание нелегко ему далось, Ашасси читала это по стиснутым губам, по рукам, которые не лежали спокойно на коленях, а сжались в кулаки так, что побелели костяшки. А по опущенным глазам становилось ясно, что он винит в происшедшем себя. Понимает, что винить не в чем – и все равно винит!
- Не терзайте себя, - хриплым шепотом произнесла она. – Прошу вас, не терзайте себя, – и она несмело коснулась его руки. – Не надо. Вы защитили меня, берегли, как могли, пренебрегая собой, вы сделали все, что было в ваших силах. Не ваша вина, что иногда этого бывает недостаточно. Такова жизнь. И вы в этом не виноваты. И вы спасли меня – от реки, затем от холода, теперь – от болезни…
- Я тебя укусил, - горько улыбнулся он. – И я мог не остановиться. Я не хотел останавливаться.
У нее на глаза навернулись слезы. Ну зачем он мучает себя? Выкладывается, делает все, что может, а потом считает, что и этого было мало… Что за невозможный вампир?
- У вас не было другого выхода, - прошептала Ашасси, приподнимаясь на локте и пытаясь дотянуться другой рукой до лица императора. – Если бы вы этого не сделали, то не догнали бы госпожу Иварро, и тогда, скорее всего, я бы умерла на ваших руках. Вы сделали то, что должны были сделать, так зачем вы сейчас себя мучаете? Вы живы, я жива, Кшари жив.
Пальцы коснулись прохладной щеки вампира, заставив его вздрогнуть.
– Знаете, вы удивительный, - тихо произнесла девушка. Даскалиар наконец отмер и перевел на нее взгляд, хотел было возразить, но она заставила его умолкнуть, легонько коснувшись губ. Румянец бросился в щеки, но Ашасси знала, что должна сказать ему это.
– Правда. Вы изображаете презрение и ледяное безразличие ко всему миру, но при этом переживаете из-за нас, безродных смертных… С вами всегда так. Вы настаиваете на соблюдении бездушного церемониала в мелочах, но не желаете принимать искреннюю благодарность там, где вы ее заслуживаете. Делаете больше, чем сделал бы другой на вашем месте – и корите себя за то, что не сделали еще большего. И пока мы не при вашем лицемерном дворе, позвольте мне сказать вам это, только не перебивайте. Вы удивительный, я восхищаюсь вами. Я вновь обязана вам жизнью и уже не знаю, как отдать этот долг, он становится неподъемным. Вы приходите на помощь, не думая о себе, но, считая это само собой разумеющимся, после вините себя даже в том, что так сложились обстоятельства. Но… ведь плохое иногда просто случается, и в этом никто не виноват. Пожалуйста, просто услышьте мое спасибо. Не говорите ничего, не преуменьшайте своих заслуг. Просто услышьте. Спасибо вам. За все.
Вампир не отвел взгляда. Взял ее руку в обе свои, осторожно сжал, а после уложил девушку на подушки, поправил одеяло. И склонившись над ней, едва слышным шепотом произнес:
- Тебе спасибо, Аири.
И плюнув на все, она потянулась к нему, робко обняла за шею… Сердце вдруг пропустило удар, а затем забилось пойманной пташкой, от собственной смелости было и сладко, и тревожно…
Он вздрогнул. Замер на несколько томительных мгновений.
А затем его руки сомкнулись у нее за спиной, и Ашасси почувствовала, как ее медленно прижимают к твердому мужскому телу, все крепче и крепче, но при этом бережно, чтобы случайно не причинить боль.
Где-то хлопнула дверь. Раздались шаги.
- Госпожа Иварро идет, - с сожалением прошептала Ашасси.
Он неохотно разжал объятия, посмотрел ей в глаза.
- Я услышал тебя, серебро мое, - тихо произнес Даскалиар и вышел из комнаты, не дожидаясь возвращения травницы.
***
- Может, объяснишь мне наконец, зачем ты так себя изводишь? Второй раз за зиму твой резерв фактически на нуле!
Аэллин молча отвела глаза в сторону. На большее у нее не было сил. Оно и к лучшему. Может, наконец она его выслушает.
- Я же предупреждал, что это слишком сложное заклятье. Я читал о нем в четырех книгах и одном дневнике! А ты еще добавила чистую силу, маскировочные чары и привязку на крови, для которой пришлось проводить этот проклятый ритуал! Ты вообще соображаешь, что делаешь?
- Ты… понимаешь… с кем ты говоришь? – чуть слышным шепотом отозвалась Аэллин.
Эндар в сердцах пришлепнул ей мокрое полотенце на лоб.
- Понимаю, - огрызнулся он. Снова придется ее выхаживать на пару с лордом Сати! – С живым трупом, в котором невесть как теплится жизнь!
Взгляд принцессы был страшен. Но больше она ничего сейчас сделать не могла, и Эндар этим бессовестно пользовался.
- Ты… как ребенок, - выдохнула она и прикрыла глаза. Комната опять поплыла перед глазами. Почему, ну почему в ее матери было так мало вампирьей крови…
Эндар демонстративно сунул ей в рот длинную трубочку, уходящую в стакан с восстанавливающим зельем, сваренным лично лордом Сати.
- Пей, - грубо бросил он, обидевшись. Ну да, по демонским меркам он еще фактически подросток, но разве его действия не говорят о зрелости лучше возраста?
- Больше не могу, - пожаловалась она, сделав три глотка.
- Еще больше половины осталось! Допивай, не то волью так, прямо в горло. Ты и сопротивляться сейчас не сможешь, в отличие от прошлого раза. Кто еще тут как ребенок…
Если бы взгляды могли убивать, он сегодня скончался бы уже трижды. Но зелье Аэтана допила.
- Их… нашли?
- Нет. Но их ищут.
- Плохо…
- Плохо. Вчера Светоч ничего не успела выяснить, в замке царила неразбериха. Я схожу в обитель сегодня вечером, может, теперь ей больше повезло.
- Бесполезная… стерва.
Эндар ухмыльнулся. Принцесса в своем репертуаре. Даже на смертном одре будет поносить других и ненавидеть богов.
- Не будь столь категорична.
Уголок губ блондинки дернулся, обозначая легкую усмешку.
- А ты пытался… их выследить?
- Нет, конечно, заметил погоню и сбежал. А вернулся в переполох, как же – принцесса лежит труп трупом и ни на что не реагирует… хорошо еще у тебя половина прислуги оборотни, были бы люди – могли бы и похоронить…
- Я бессмертна, - выдохнула Аэллин.
- Не абсолютно, - зачем-то напомнил Эндар. – Я гляжу, вы с Дариэтом и вправду родственники – без всякой жалости загоняете себя до последнего во имя великой цели.
- У меня нет с этим выродком ничего общего!
Эндар удивленно покосился на приподнявшуюся было и тут же снова рухнувшую на постель Аэтану.
- Надо же, гнев и впрямь придает тебе сил, - хмыкнул он. – Интересно, они выживут? После реки, одни, в лесу… И если Дариэт – возможно, то девчонке для этого должно сказочно повезти. В ледяной воде переохлаждение грозит даже вампиру.
Аэллин уставилась в потолок.
- Если она и выжила в реке, он в любом случае будет жаждать крови.
- Прошло два дня, - напомнил Эндар.
- Он продержится… Какое-то время. Но природа возьмет свое. Если она выжила – он выпьет ее.
- Ну, ты-то узнаешь о ее смерти первой, верно? Даже не понадобится дергать Светоча и ждать, пока скорбный Дариэт вернется во дворец…
- Откуда ты знаешь? – удивилась Аэтана. Она ведь ничего не говорила ему про метку матери-настоятельницы…
- Ты меня за идиота держишь, что ли? – хмыкнул Эндар. – Тебя сколько раз переодевали за это время? Причем и я, и лорд Сати. Метку у тебя на животе не распознает разве что слепой идиот, от нее разит анисом почти на физическом уровне. К тому же внезапно переключиться с Дариэта на девчонку… Не по своей же инициативе. И откуда еще ты могла узнать о том, что это она сняла с крючка Селиэта?
Аэллин, пойманная на лжи, невольно отвела глаза.
- Ваше высочество, может, я и молод, но я не полный идиот, - неожиданно жестко произнес Эндар. – Мне интересно другое – долго ты собиралась от меня скрывать свой факт обладания ею? Вроде бы у тебя пока не было поводов сомневаться в моей преданности нашему делу.
- Я… не доверяю… никому, - тихо произнесла она.
- Тьфу, совсем как император, - сплюнул демон.
- Не сравнивай меня с ним!
Демон вдруг рассмеялся.
- Может, мне просто нравится, как упоминание о нем приводит тебя в чувство? – ехидно бросил он. – Ладно, шутки в сторону. Что тебе почитать?
- Дневник оборотня… Лорас Гостал. Он работал с чистой магией. Найди.
- Хорошо, - покладисто кивнул Эндар, переворачивая полотенце. – Н-да, ты вся горишь… хуже, чем в прошлый раз.
- Еще немного – и резерв бы не выдержал, - призналась Аэтана.
- Дура, - бросил неожиданно Эндар. – Жажда мести – это, конечно, хорошо. Но в следующий раз подумай заранее о том, что план может провалиться. И тогда ты останешься еще и без магии. После этого о мести можешь забыть.
- Я… подстраховалась. Зелеье… в синем флаконе, в лабор… ратории. На столе. Принеси. Восстановит магию…
Демон резко поднялся с постели и двинулся в библиотеку.
Пусть подумает о том, что он ей сказал, раз сама не дошла до таких простых вещей.
Отыскав нужный ей дневник, направился в лабораторию в башне, угрюмо размышляя о том, что теперь окончательно стал мальчиком на побегушках.
Нужный флакон нашелся сразу – стоял ближе к краю, на самом видном месте. Подхватил его, бросил взгляд на журнал…
Состав и инструкция.
А не слишком ли много ингредиентов для восстанавливающего? И с каких пор в него кладут корни Серой смерти?
Заподозрив неладное, Эндар открыл ветхий справочник, венчавший высокую стопку на скамье, отыскал там нужное название, вчитался…
Застонал и захлопнул книгу.
Магию этот сложнейший эликсир восстанавливал за счет энергии жизни.
Аэтана теоретически бессмертна, да… но такими темпами надолго ли хватит ее бессмертия?!
Он покачал головой, вновь ощутив смутный страх.
Похоже, она совсем помешалась.
Глава 6
- Нита? – жизнерадостно улыбнулась Шаниэли при виде девушки, робко открывшей двери обители. – Ты поклониться богине?
«Всегда запоминайте имена прихожан, - вдалбливала в юных еще учениц сестра Рилия. – Это создает образ приветливой жрицы, люди чувствуют, что вам действительно есть дело до них».
Конец урока они узнали значительно позже.
«Это позволит вам втереться к ним в доверие так, что они этого даже не заметят – если так будет угодно Вечной Госпоже. В служении Богине нет зазорных деяний, за которые вам должно быть стыдно. Все, что свершается по воле и во благо Ее - правильно».
- Нет, помолиться хотела, если можно, - робко произнесла рыжеволосая девушка с веснушчатым личиком. Была бы у нее хоть частица огненной магии – служительницы Фотии мигом бы девчонку к рукам прибрали…
- Конечно, проходи. Закат, правда, миновал, но ничего, Госпожа милостива – лишь бы приходили с открытым сердцем, - задорно улыбнулась Шаниэли и подмигнула служанке.
Тоже урок притворства, заученный на последнем году послушания.
- Спасибо.
Нита была простовата, но благодаря своему обаянию и расторопности считалась одной из лучших служанок. Она была в числе слуг, накрывавших у реки столы, пока император был занят охотой. И у девушки имелась весьма раздражающая привычка молиться вслух, которая сейчас должна была прийтись как нельзя кстати.
Шаниэли, ни о чем больше не спрашивая, достала благовонную палочку, подожгла от священного огня, закрепила. Затем протянула девушке белую хлопковую нить.
- Хорошо подумай о том, о чем просишь богиню, и завяжи столько узлов, сколько у тебя желаний. А затем сожги.
Девушка закрыла глаза и даже наморщила лоб от усердия.
- Хочу… хочу, чтобы Аргихар вернулся живым и невредимым. И травница тоже… она добрая и никогда не отказывает в помощи… Прошу тебя, Вечная Госпожа Ллиатели…
Светоч вздрогнула, как от удара. Слова девушки прозвучали сущим кощунством. Как можно молить Вечную Госпожу о том, чтобы та уберегла проклятую всеми богами ари?!
- И сделай так, чтобы виновные в этом получили по заслугам, в том числе окаянный вампир, из-за которого Аргихар в такой опасности! Молю тебя, Ллиатели, воздай всем виновным по заслугам и верни нам Аргихара и травницу…
