Каталина судорожно хватает ртом воздух. Весть о собственной смерти вызвала в ней бурю эмоций.
- И что потом? Почему я жива? Почему сижу перед тобой в полном здравии? И почему Эмиль правит Ламандией, и никто ничего не знает?
Шарлотта встает с дивана и принимается ходить из угла в угол. Подходит к окну и смотрит в далекие дали, туда, где находится Ламандия. Брови женщины сходятся на переносице. Ее тяжелое дыхание заполняет тишину в комнате. И по этому молчанию Каталина понимает, что дальше будет лишь трудней. Тете пришлось многое пережить, и выворачивать свою душу наизнанку даже спустя столько лет должно быть нелегко.
- После той схватки с Розалиндой Агиллар Божественные воины превратились в гору ржавого металла. Некоторые из наших воинов не успели спрятаться, чтобы избежать выброса магии. Жалкие горстки нашей семьи, - на этих словах Шарлотта горько усмехается, - решили забрать ваши тела в родовой замок. Мы хотели отдать Эмиля чете Кавана, несмотря на разлады. В таком горе все родители должны быть солидарны.
Пальцы женщины сжимают подоконник так крепко, что костяшки белеют от напряжения. Каталина отмечает, что тете приходится бороться с самой собой, чтобы довести до конца свой рассказ. Пальцы императрицы впиваются в мягкую обивку дивана. Сердце бьется так сильно, словно стремится сбежать и не слышать того, что будет произнесено дальше. Паузы в рассказе Шарлотты буквально сводят ее с ума.
- Это было просто ужасно, - выдыхает тетя. – Я бы отдала все на свете, чтобы судьба повернулась иначе. В тот же день в нашем дома появилась сама Созидательница. Она потратила все накопленные силы, чтобы лично прийти в этот мир. Помню, на улице начался страшный ураган, сопровождаемый оглушительными раскатами грома. Небо заволокло такими плотными тучами, что я не могла рассмотреть даже двор. Казалось, вот-вот наступит конец света. Ты не оставила после себя наследницу, и ей пришлось явиться самой, чтобы решить этот вопрос. Ведь твоя смерть не входила в планы богини. И она не могла позволить силе исчезнуть бесследно.
Каталина прижимает ладонь к сердцу. Чувства внутри неистово бушуют, накрывая ее с головой. Мир перед глазами подергивается дымкой и остаются лишь собственные мысли и размеренный голос тети. Каталина ощущает боль и страх Шарлотты, как свои. Она знает, что воспоминания готовы прорвать невидимую стену и явить себя. Но что-то крепко удерживает их на месте. Сильная магия, которую одной ей не одолеть.
- К приходу Созидательницы мы уже успели подготовить для вас стеклянные саркофаги, каких удостаиваются все монаршие особы. Я помню, что Созидательница долго всматривалась в твое безжизненное лицо, прежде чем заговорить с нами. Ее голос буквально давил на сознание, заставляя подчиняться. Никто из нас не смог бы ей воспротивиться. Но богиня не угрожала, не ставила ультиматумов и не пыталась нас уничтожить. Она сохранила вам жизнь. Ее заклятие позволило вам жить дальше. Не знаю почему, но Эмиль так же удостоился чести не умереть.
- Сколько лет прошло? – хрипло спрашивает Каталина.
Шарлотта отпускает подоконник и поворачивается к племяннице. Седые волосы женщины сверкают в дневном свете. Тетя молчала так долго, что императрица и не надеялась услышать ответ. Но почему-то именно эта пауза заставила ее подумать о том, что старшая здесь вовсе не Шарлотта, а она сама.
- Пятьдесят лет, дорогая. Вы спали так долго, что мы потеряли всякую надежду. И решили, что лучше всего будет передать Эмиля в Ламандию, где к тому времени правил его младший брат.
Каталина громко выдыхает. Руки сотрясает дрожь, а вместе с ними и все ее тело. Пятьдесят лет, только подумать! Как такое возможно? Императрица запускает руки в распущенные волосы и с силой их сжимает. Но боль не отрезвляет. Нет, все это просто не укладывается в голове! Сколько же ей сейчас лет на самом деле? И почему они с Эмилем ничего не помнят? Каталина хватает ртом воздух, но не может надышаться. Эмоции застилают взор, весь мир отходит на второй план. Она погружается в кокон из собственных чувств. Почему? Почему все это произошло именно с ней?
- Нас настолько поглотило горе после вашей смерти, что мы совершенно упустили из виду переворот в Рее, - безжалостно продолжает Шарлотта. – Слух о твоей смерти успел разойтись по всему королевству. И тогда Дементий Агиллар взял все в свои руки. Мы не смогли ничего сделать, чтобы сохранить трон за тобой. Агиллары подкупили дворцовую стражу и не подпускали ко двору никого их придворных. Даже тех, кто стоял на их стороне. Вырезали всех недовольных, кровь рекой текла по главной улице. А потом принялись за Ламандию. Август и Агата были не в силах выдержать этот натиск после смерти Эмиля. Мы поддерживали связь до самой их смерти, потому я знаю кое-какие детали. Дементий заставил их подписать дарственную на трон собственной кровью взамен на жизнь Кристофа. А потом просто перерезал им горло на глазах у сына. Я рада, что их смерть была быстрой, и Дементий не заставил мучиться убитых горем родителей.
Слезы застилают глаза Каталины, скрывая из виду расплывчатую фигуру тети. Кажется, в какой-то момент она теряет связь с реальностью. Остается лишь размеренный голос Шарлотты и правда, бьющая в самое сердце.
- С этим война не закончилась. Агиллары остались единственными, в чьих руках была магия. Они буквально правили континентом, держа людей в страхе перед пламенем. Дементий использовал свою несчастную жену Матильду, чтобы построить империю. Со временем не осталось ни одного охотника на магов. Агиллары сделали все, чтобы устранить угрозу своему положению и закрылись от мира каменной стеной. Взгляд Дементия был прикован к Кавана: Кристоф их прямой потомок, в нем текла кровь охотников. Но мальчик вел себя тихо и не высовывался. Строил личную жизнь и правил через советников. Он умер от тяжелой болезни, не оставив наследников. А жена просто ушла в неизвестность, ведь сердце младшего принца было прочно занято, и они не смогли построить крепкую семью. Десять лет Ламандия оставалась без правителя, но, казалось, Агилларов это не интересовало. Они изолировали себя от всего мира и занялись внутренней политикой. Я не знаю, что происходило в Ламандии, но Миростас, советник Эмиля, ежемесячно отчитывался о его состоянии. Наша переписка прекратилась с вашим пробуждением. Ведь теперь мы могли сами наблюдать за каждым из вас.
Тишина вновь заполняет комнату. Шарлотта подходит к Каталине и садится перед ней на колени. Теплые морщинистые руки тети мягко обхватывают холодные ладони императрицы. Женщина внимательно вглядывается в глаза племянницы, силясь найти в них ответы на множество своих вопросов.
- Девочка моя, не нужно лить слезы. Все это дела прошлых дней, о которых ты даже не помнишь. Тебя ведь привело сюда нечто важнее, так? Что случилось, Каталина?
Императрица всхлипывает и вытирает слезы с щек. Делает глубокий вдох и медленный выдох. Тело сотрясает дрожь от пережитых эмоций, но разум постепенно проясняется.
- Я снова встретила его, Шарлотта, - шепчет Каталина. – Намеревалась присоединить Ламандию к своей империи, но не смогла. Дала ему шанс показать себя. Эмиль разбудил во мне какие-то совершенно противоречивые чувства. Мне начали сниться сны, настолько яркие, что больше похожи на воспоминания. Я никогда не помогала тем, кого намеревалась уничтожить, но Эмиль… с ним все с самого начала пошло не так. Я доверилась ему, позволила решить проблему с дядей Викторием. Он ничего не спрашивал и не требовал взамен. Просто приходил на помощь. Нам было так легко друг с другом, словно мы знакомы тысячу лет. И все шло удивительно хорошо, - в голосе Каталины проскальзывают нотки презрения, - пока не появилась Изабелла Агиллар с дарственной на трон. Эмиль отверг меня и мою помощь и собирается жениться на этой ведьме! Сомнения и воспоминания, что маячат на грани сознания, беспокоят меня даже ночью. Я не могу спать, не могу думать. Не хочу видеть его и счастливую будущую королеву Ламандии. Просто не хочу ничего.
Шарлотта прижимает к себе императрицу и обнимает крепко-крепко, вкладывая в это всю свою любовь, сочувствие и бесконечную печаль. Нежно гладит по волосам, негромко напевая старую детскую песню, которой всегда успокаивала юную мятущуюся душу. Каталина судорожно выдыхает, ощущая, как по телу разливается приятное тепло. Тетя всегда знает, как поддержать в нужную минуту. И что бы она делала без нее? Императрица доверчиво прижимается к Шарлотте, раскладывая по местам свои взбунтовавшиеся чувства. Она вдруг ощутила себя такой уставшей. Ей так хотелось просто лечь на мягкий диван и с головой укрыться теплым пледом, чтобы забыть обо всем.
Но у Шарлотты были совсем другие планы.
- Каталина, я знаю, что все это для тебя большое потрясение. И сейчас ты не поймешь всего, что будет сказано. Но я должна довести рассказ до конца.
Императрица послушно выпрямляется, делает глоток уже остывшего чая и кивает.
- Я готова.
- Что бы ты сейчас не думала об Эмиле и его поступках, нам нельзя допустить его свадьбы с Агиллар.
- Почему?
- Это станет началом конца. Пойми одно, они пятьдесят лет не пользовались этой дарственной. Словно выжидали подходящего момента. Но чем Кристоф был не подходящим моментом? Потому что Эмиль намного ценней, чем его младший брат. Им не нужна Ламандия или продолжение рода. Есть что-то куда важней. Я не знаю, что именно, но это должно быть связано с судьбой самого мира, не меньше. Вы двое знали, что именно нужно Агилларам, ведь их охота началась еще во времена магической войны. Созидательница не стала бы тратить свое время и силу на простых смертных, даже если одна из них владеет силой. Ты должна сделать все, чтобы не дать Изабелле закончить начатое ее бабушкой.
- Но как я это сделаю? Я даже ничего не помню! Мне никто не поверит!
Шарлотта тяжело вздыхает и устало потирает виски.
- Здесь я не лучший советчик. Никто лучше тебя и Эмиля не знает, что происходит и какие вещи стоят на кону. Тебе необходимо снять заклятие, прежде чем действовать.
- Какое заклятие?
- Я видела множество вещей про тебя и Эмиля, - Шарлотта встает на ноги и принимается ходить по комнате. – И знаю точно, что ты должна найти дерево. Алую невесту, что расцвела на месте нашей последней битвы. На том месте, где вы умерли. В ночь, когда оно распустит свои алые листья, ты должна привести Эмиля к нему, чтобы снять заклятие и вернуть воспоминания. Не знаю, как именно, но это ключ ко всем разгадкам. Без воспоминаний и понимания друг друга вы ничего не сможете сделать.
Каталина вспоминает ту красивую легенду, которую ей рассказывал Эмиль во время поездки по столице. О том, что дерево выросло на месте гибели двух бесконечно влюбленных друг в друга людей. Маленькая принцесса и ее принц. Значит, это вовсе не легенда, а настоящая история? История про саму Каталину и Эмиля? Императрица тяжело сглатывает. Все это просто не укладывается в голове! За пару часов она узнала больше, чем могла осознать. Но сердце подсказывает, что это правда, и она просто не может остаться в стороне. Оно точно знает, что должно делать. А вот сама Каталина совсем запуталась.
- Я знаю эту старую легенду. Но при чем здесь дерево? Как оно вернет мои воспоминания?
- Не бывает столь странных совпадений, дорогая. Дерево появилось после вашей смерти. Его обнесли каменной стеной, облагородили и привлекли внимание жителей, чтобы те разносили по свету столь интересную историю о подлинной любви. Скорее всего, это божественная магия. Кто-то очень сильный забрал ваши воспоминания, чтобы они не достались Созидательнице. Ведь иначе ей не было никакой выгоды от вашего пробуждения.
Каталина задумчиво крутит в пальцах кулон, который надела сегодня к платью. Мысли уносятся куда-то далеко. Она пытается подобраться ближе к воспоминаниям на краю сознания, но каждая попытка оканчивается провалом. Голова просто раскалывается, отказываясь открывать ей свои тайны.
- Как может обычное дерево забрать чьи-то воспоминания?
- Может, если оно создано богами. Здесь явно играет кто-то третий. Но кто? В этом предстоит разобраться вам с Эмилем.
Каталина судорожно выдыхает и с силой сжимает виски. Почему же все так сложно? Сотни вопросов, на которые нет ответов. Как же они сумели ввязаться в такой неравный бой и привлечь взгляды влиятельных богов?
- Думаешь, Созидательница хочет за что-то со мной поквитаться? – испуганно спрашивает императрица.
- Нет, ей нужна не ты. Если бы это была личная обида за предательство, она бы оставила тебя умирать на том поле. Но Созидательница лично пришла в мир, потратив все свои силы на физическое воплощение. Она хочет тебя вернуть, ведь потеряла идеального и безжалостного убийцу. А вот Эмиля богиня терпеть не может. Он украл тебя у нее из-под носа.
В сознании Каталины всплывают слова матери: «Если ты бросила вызов судьбе, то будь готова идти до самого конца». А когда она успела бросить этот вызов? Да еще и самой Созидательнице? Каталина не знала, что произошло в прошлом, но даже сейчас была бы готова сразиться с богиней за то, что ей дорого. А если на кону стоит жизнь самого дорогого человека, то никаких сомнений быть не может. Только для начала нужно вернуть воспоминания, а там можно и горы свернуть.
Каталина открывает рот, чтобы ответить, но осекается. Совершенно неожиданно она вспоминает, что свадьба Эмиля близко. Ближе, чем ей хотелось бы. И что императрица может не успеть, если продолжит рассиживаться в родном гнезде и пить чай. Сколько времени они с Лайей здесь провели? Несколько дней? Неделю? Она совсем потеряла счет времени.
- Мне нужно спешить, - неуверенно произносит Каталина. – Церемония совсем близко. Я должна вернуться вовремя, чтобы не допустить этого. Вот только…
- Кэт, откинь все сомнения, - Шарлотта вновь обнимает племянницу. – Сейчас все кажется нереальным и не стоящим трудов. Но когда вспомнишь, ты все поймешь. Слушай свое сердце, оно знает правду. Разрушь заклятие и все встанет на свои места. Я прикажу подготовить твою лошадь. Завтра с рассветом отправишься в путь, а сегодня отдохни.
Императрица снова всхлипывает. Сейчас у нее есть немного времени пролить слезы и ощутить себя маленькой девочкой в надежных объятиях тети. А завтра ей снова придется стать Снежной королевой.
* * *
- Мне обязательно это делать?
Голос короля Ламандии звучит спокойно и ровно. Даже слишком. Без эмоций и красок. Будто ему совершенно все равно не только на собственную свадьбу, но и весь мир.
- Так же обязательно, как брать в жены эту гарпию, - недовольно ворчит советник, который вызвался сопровождать короля в столько нелегком деле.
Эмиль шумно выдыхает и окидывает взглядом множество обручальных колец, скрытых в стеклянных прилавках и выстроенных в ряд. И как же они его раздражают! С каждым днем его все сильнее гложет непреодолимое чувство утраты. Будто он забыл нечто очень важное. Каждый шаг вперед дается с трудом. Он просто не может не оглядываться назад. Мысли о свадьбе наводят на него ужас и отвращение. Но стоит взглянуть на Изабеллу, которая улыбается так искренне… Все очень сложно и непонятно.
Молодой советник усмехается, наблюдая за тем, как его король хмуро осматривает бесконечные ряды обручальных колец.
- И что потом? Почему я жива? Почему сижу перед тобой в полном здравии? И почему Эмиль правит Ламандией, и никто ничего не знает?
Шарлотта встает с дивана и принимается ходить из угла в угол. Подходит к окну и смотрит в далекие дали, туда, где находится Ламандия. Брови женщины сходятся на переносице. Ее тяжелое дыхание заполняет тишину в комнате. И по этому молчанию Каталина понимает, что дальше будет лишь трудней. Тете пришлось многое пережить, и выворачивать свою душу наизнанку даже спустя столько лет должно быть нелегко.
- После той схватки с Розалиндой Агиллар Божественные воины превратились в гору ржавого металла. Некоторые из наших воинов не успели спрятаться, чтобы избежать выброса магии. Жалкие горстки нашей семьи, - на этих словах Шарлотта горько усмехается, - решили забрать ваши тела в родовой замок. Мы хотели отдать Эмиля чете Кавана, несмотря на разлады. В таком горе все родители должны быть солидарны.
Пальцы женщины сжимают подоконник так крепко, что костяшки белеют от напряжения. Каталина отмечает, что тете приходится бороться с самой собой, чтобы довести до конца свой рассказ. Пальцы императрицы впиваются в мягкую обивку дивана. Сердце бьется так сильно, словно стремится сбежать и не слышать того, что будет произнесено дальше. Паузы в рассказе Шарлотты буквально сводят ее с ума.
- Это было просто ужасно, - выдыхает тетя. – Я бы отдала все на свете, чтобы судьба повернулась иначе. В тот же день в нашем дома появилась сама Созидательница. Она потратила все накопленные силы, чтобы лично прийти в этот мир. Помню, на улице начался страшный ураган, сопровождаемый оглушительными раскатами грома. Небо заволокло такими плотными тучами, что я не могла рассмотреть даже двор. Казалось, вот-вот наступит конец света. Ты не оставила после себя наследницу, и ей пришлось явиться самой, чтобы решить этот вопрос. Ведь твоя смерть не входила в планы богини. И она не могла позволить силе исчезнуть бесследно.
Каталина прижимает ладонь к сердцу. Чувства внутри неистово бушуют, накрывая ее с головой. Мир перед глазами подергивается дымкой и остаются лишь собственные мысли и размеренный голос тети. Каталина ощущает боль и страх Шарлотты, как свои. Она знает, что воспоминания готовы прорвать невидимую стену и явить себя. Но что-то крепко удерживает их на месте. Сильная магия, которую одной ей не одолеть.
- К приходу Созидательницы мы уже успели подготовить для вас стеклянные саркофаги, каких удостаиваются все монаршие особы. Я помню, что Созидательница долго всматривалась в твое безжизненное лицо, прежде чем заговорить с нами. Ее голос буквально давил на сознание, заставляя подчиняться. Никто из нас не смог бы ей воспротивиться. Но богиня не угрожала, не ставила ультиматумов и не пыталась нас уничтожить. Она сохранила вам жизнь. Ее заклятие позволило вам жить дальше. Не знаю почему, но Эмиль так же удостоился чести не умереть.
- Сколько лет прошло? – хрипло спрашивает Каталина.
Шарлотта отпускает подоконник и поворачивается к племяннице. Седые волосы женщины сверкают в дневном свете. Тетя молчала так долго, что императрица и не надеялась услышать ответ. Но почему-то именно эта пауза заставила ее подумать о том, что старшая здесь вовсе не Шарлотта, а она сама.
- Пятьдесят лет, дорогая. Вы спали так долго, что мы потеряли всякую надежду. И решили, что лучше всего будет передать Эмиля в Ламандию, где к тому времени правил его младший брат.
Каталина громко выдыхает. Руки сотрясает дрожь, а вместе с ними и все ее тело. Пятьдесят лет, только подумать! Как такое возможно? Императрица запускает руки в распущенные волосы и с силой их сжимает. Но боль не отрезвляет. Нет, все это просто не укладывается в голове! Сколько же ей сейчас лет на самом деле? И почему они с Эмилем ничего не помнят? Каталина хватает ртом воздух, но не может надышаться. Эмоции застилают взор, весь мир отходит на второй план. Она погружается в кокон из собственных чувств. Почему? Почему все это произошло именно с ней?
- Нас настолько поглотило горе после вашей смерти, что мы совершенно упустили из виду переворот в Рее, - безжалостно продолжает Шарлотта. – Слух о твоей смерти успел разойтись по всему королевству. И тогда Дементий Агиллар взял все в свои руки. Мы не смогли ничего сделать, чтобы сохранить трон за тобой. Агиллары подкупили дворцовую стражу и не подпускали ко двору никого их придворных. Даже тех, кто стоял на их стороне. Вырезали всех недовольных, кровь рекой текла по главной улице. А потом принялись за Ламандию. Август и Агата были не в силах выдержать этот натиск после смерти Эмиля. Мы поддерживали связь до самой их смерти, потому я знаю кое-какие детали. Дементий заставил их подписать дарственную на трон собственной кровью взамен на жизнь Кристофа. А потом просто перерезал им горло на глазах у сына. Я рада, что их смерть была быстрой, и Дементий не заставил мучиться убитых горем родителей.
Слезы застилают глаза Каталины, скрывая из виду расплывчатую фигуру тети. Кажется, в какой-то момент она теряет связь с реальностью. Остается лишь размеренный голос Шарлотты и правда, бьющая в самое сердце.
- С этим война не закончилась. Агиллары остались единственными, в чьих руках была магия. Они буквально правили континентом, держа людей в страхе перед пламенем. Дементий использовал свою несчастную жену Матильду, чтобы построить империю. Со временем не осталось ни одного охотника на магов. Агиллары сделали все, чтобы устранить угрозу своему положению и закрылись от мира каменной стеной. Взгляд Дементия был прикован к Кавана: Кристоф их прямой потомок, в нем текла кровь охотников. Но мальчик вел себя тихо и не высовывался. Строил личную жизнь и правил через советников. Он умер от тяжелой болезни, не оставив наследников. А жена просто ушла в неизвестность, ведь сердце младшего принца было прочно занято, и они не смогли построить крепкую семью. Десять лет Ламандия оставалась без правителя, но, казалось, Агилларов это не интересовало. Они изолировали себя от всего мира и занялись внутренней политикой. Я не знаю, что происходило в Ламандии, но Миростас, советник Эмиля, ежемесячно отчитывался о его состоянии. Наша переписка прекратилась с вашим пробуждением. Ведь теперь мы могли сами наблюдать за каждым из вас.
Тишина вновь заполняет комнату. Шарлотта подходит к Каталине и садится перед ней на колени. Теплые морщинистые руки тети мягко обхватывают холодные ладони императрицы. Женщина внимательно вглядывается в глаза племянницы, силясь найти в них ответы на множество своих вопросов.
- Девочка моя, не нужно лить слезы. Все это дела прошлых дней, о которых ты даже не помнишь. Тебя ведь привело сюда нечто важнее, так? Что случилось, Каталина?
Императрица всхлипывает и вытирает слезы с щек. Делает глубокий вдох и медленный выдох. Тело сотрясает дрожь от пережитых эмоций, но разум постепенно проясняется.
- Я снова встретила его, Шарлотта, - шепчет Каталина. – Намеревалась присоединить Ламандию к своей империи, но не смогла. Дала ему шанс показать себя. Эмиль разбудил во мне какие-то совершенно противоречивые чувства. Мне начали сниться сны, настолько яркие, что больше похожи на воспоминания. Я никогда не помогала тем, кого намеревалась уничтожить, но Эмиль… с ним все с самого начала пошло не так. Я доверилась ему, позволила решить проблему с дядей Викторием. Он ничего не спрашивал и не требовал взамен. Просто приходил на помощь. Нам было так легко друг с другом, словно мы знакомы тысячу лет. И все шло удивительно хорошо, - в голосе Каталины проскальзывают нотки презрения, - пока не появилась Изабелла Агиллар с дарственной на трон. Эмиль отверг меня и мою помощь и собирается жениться на этой ведьме! Сомнения и воспоминания, что маячат на грани сознания, беспокоят меня даже ночью. Я не могу спать, не могу думать. Не хочу видеть его и счастливую будущую королеву Ламандии. Просто не хочу ничего.
Шарлотта прижимает к себе императрицу и обнимает крепко-крепко, вкладывая в это всю свою любовь, сочувствие и бесконечную печаль. Нежно гладит по волосам, негромко напевая старую детскую песню, которой всегда успокаивала юную мятущуюся душу. Каталина судорожно выдыхает, ощущая, как по телу разливается приятное тепло. Тетя всегда знает, как поддержать в нужную минуту. И что бы она делала без нее? Императрица доверчиво прижимается к Шарлотте, раскладывая по местам свои взбунтовавшиеся чувства. Она вдруг ощутила себя такой уставшей. Ей так хотелось просто лечь на мягкий диван и с головой укрыться теплым пледом, чтобы забыть обо всем.
Но у Шарлотты были совсем другие планы.
- Каталина, я знаю, что все это для тебя большое потрясение. И сейчас ты не поймешь всего, что будет сказано. Но я должна довести рассказ до конца.
Императрица послушно выпрямляется, делает глоток уже остывшего чая и кивает.
- Я готова.
- Что бы ты сейчас не думала об Эмиле и его поступках, нам нельзя допустить его свадьбы с Агиллар.
- Почему?
- Это станет началом конца. Пойми одно, они пятьдесят лет не пользовались этой дарственной. Словно выжидали подходящего момента. Но чем Кристоф был не подходящим моментом? Потому что Эмиль намного ценней, чем его младший брат. Им не нужна Ламандия или продолжение рода. Есть что-то куда важней. Я не знаю, что именно, но это должно быть связано с судьбой самого мира, не меньше. Вы двое знали, что именно нужно Агилларам, ведь их охота началась еще во времена магической войны. Созидательница не стала бы тратить свое время и силу на простых смертных, даже если одна из них владеет силой. Ты должна сделать все, чтобы не дать Изабелле закончить начатое ее бабушкой.
- Но как я это сделаю? Я даже ничего не помню! Мне никто не поверит!
Шарлотта тяжело вздыхает и устало потирает виски.
- Здесь я не лучший советчик. Никто лучше тебя и Эмиля не знает, что происходит и какие вещи стоят на кону. Тебе необходимо снять заклятие, прежде чем действовать.
- Какое заклятие?
- Я видела множество вещей про тебя и Эмиля, - Шарлотта встает на ноги и принимается ходить по комнате. – И знаю точно, что ты должна найти дерево. Алую невесту, что расцвела на месте нашей последней битвы. На том месте, где вы умерли. В ночь, когда оно распустит свои алые листья, ты должна привести Эмиля к нему, чтобы снять заклятие и вернуть воспоминания. Не знаю, как именно, но это ключ ко всем разгадкам. Без воспоминаний и понимания друг друга вы ничего не сможете сделать.
Каталина вспоминает ту красивую легенду, которую ей рассказывал Эмиль во время поездки по столице. О том, что дерево выросло на месте гибели двух бесконечно влюбленных друг в друга людей. Маленькая принцесса и ее принц. Значит, это вовсе не легенда, а настоящая история? История про саму Каталину и Эмиля? Императрица тяжело сглатывает. Все это просто не укладывается в голове! За пару часов она узнала больше, чем могла осознать. Но сердце подсказывает, что это правда, и она просто не может остаться в стороне. Оно точно знает, что должно делать. А вот сама Каталина совсем запуталась.
- Я знаю эту старую легенду. Но при чем здесь дерево? Как оно вернет мои воспоминания?
- Не бывает столь странных совпадений, дорогая. Дерево появилось после вашей смерти. Его обнесли каменной стеной, облагородили и привлекли внимание жителей, чтобы те разносили по свету столь интересную историю о подлинной любви. Скорее всего, это божественная магия. Кто-то очень сильный забрал ваши воспоминания, чтобы они не достались Созидательнице. Ведь иначе ей не было никакой выгоды от вашего пробуждения.
Каталина задумчиво крутит в пальцах кулон, который надела сегодня к платью. Мысли уносятся куда-то далеко. Она пытается подобраться ближе к воспоминаниям на краю сознания, но каждая попытка оканчивается провалом. Голова просто раскалывается, отказываясь открывать ей свои тайны.
- Как может обычное дерево забрать чьи-то воспоминания?
- Может, если оно создано богами. Здесь явно играет кто-то третий. Но кто? В этом предстоит разобраться вам с Эмилем.
Каталина судорожно выдыхает и с силой сжимает виски. Почему же все так сложно? Сотни вопросов, на которые нет ответов. Как же они сумели ввязаться в такой неравный бой и привлечь взгляды влиятельных богов?
- Думаешь, Созидательница хочет за что-то со мной поквитаться? – испуганно спрашивает императрица.
- Нет, ей нужна не ты. Если бы это была личная обида за предательство, она бы оставила тебя умирать на том поле. Но Созидательница лично пришла в мир, потратив все свои силы на физическое воплощение. Она хочет тебя вернуть, ведь потеряла идеального и безжалостного убийцу. А вот Эмиля богиня терпеть не может. Он украл тебя у нее из-под носа.
В сознании Каталины всплывают слова матери: «Если ты бросила вызов судьбе, то будь готова идти до самого конца». А когда она успела бросить этот вызов? Да еще и самой Созидательнице? Каталина не знала, что произошло в прошлом, но даже сейчас была бы готова сразиться с богиней за то, что ей дорого. А если на кону стоит жизнь самого дорогого человека, то никаких сомнений быть не может. Только для начала нужно вернуть воспоминания, а там можно и горы свернуть.
Каталина открывает рот, чтобы ответить, но осекается. Совершенно неожиданно она вспоминает, что свадьба Эмиля близко. Ближе, чем ей хотелось бы. И что императрица может не успеть, если продолжит рассиживаться в родном гнезде и пить чай. Сколько времени они с Лайей здесь провели? Несколько дней? Неделю? Она совсем потеряла счет времени.
- Мне нужно спешить, - неуверенно произносит Каталина. – Церемония совсем близко. Я должна вернуться вовремя, чтобы не допустить этого. Вот только…
- Кэт, откинь все сомнения, - Шарлотта вновь обнимает племянницу. – Сейчас все кажется нереальным и не стоящим трудов. Но когда вспомнишь, ты все поймешь. Слушай свое сердце, оно знает правду. Разрушь заклятие и все встанет на свои места. Я прикажу подготовить твою лошадь. Завтра с рассветом отправишься в путь, а сегодня отдохни.
Императрица снова всхлипывает. Сейчас у нее есть немного времени пролить слезы и ощутить себя маленькой девочкой в надежных объятиях тети. А завтра ей снова придется стать Снежной королевой.
* * *
- Мне обязательно это делать?
Голос короля Ламандии звучит спокойно и ровно. Даже слишком. Без эмоций и красок. Будто ему совершенно все равно не только на собственную свадьбу, но и весь мир.
- Так же обязательно, как брать в жены эту гарпию, - недовольно ворчит советник, который вызвался сопровождать короля в столько нелегком деле.
Эмиль шумно выдыхает и окидывает взглядом множество обручальных колец, скрытых в стеклянных прилавках и выстроенных в ряд. И как же они его раздражают! С каждым днем его все сильнее гложет непреодолимое чувство утраты. Будто он забыл нечто очень важное. Каждый шаг вперед дается с трудом. Он просто не может не оглядываться назад. Мысли о свадьбе наводят на него ужас и отвращение. Но стоит взглянуть на Изабеллу, которая улыбается так искренне… Все очень сложно и непонятно.
Молодой советник усмехается, наблюдая за тем, как его король хмуро осматривает бесконечные ряды обручальных колец.
